Текст книги "Преступные намерения. Ошейник для воина (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

Соавторы: Марика Весенняя
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Глава 2

Ссора с девочками повлияла на меня сильней, чем хотелось, и к номеру я подошла в крайне скверном расположении духа. А когда приложила карточку, услышала щелчок замка и увидела, как отъезжает в сторону дверь, внезапно этой ссоре порадовалась.

Просто, дополнительный адреналин отлично отвлекал от страха по поводу грядущей встречи с моим приобретением. Благодаря девочкам, в номер я вошла исполненная решимости, с высоко поднятой головой.

Я готовилась слегка нашипеть на туронца за устроенный погром, а потом объяснить, какой он идиот, и зачем его купили. Но… решимость не пригодилась.

В гостиной моих апартаментов царил идеальный порядок. В спальне, которую было отлично видно сквозь дверной проём, тоже. Появилось подозрение, что гардеробная и ванная так же не пострадали. Ну а когда я заметила в дальнем углу гостиной горизонтальную капсулу, в которую упаковали туронца на Верлее-11, от сердца окончательно отлегло – успела!

Я закрыла и заблокировала дверь номера, отбросила сумочку и избавилась от туфель. Потом глубоко вдохнула, выдохнула и, стараясь не шуметь, устремилась к капсуле.

Чтобы заглянуть в прозрачное окошко, врезанное в стальной корпус, пришлось опуститься на корточки. Мужчина, как выяснилось, по – прежнему спал. Это придало дополнительную уверенность, и я решительно занялась запирающим механизмом.

Пока пыталась разобраться куда нажать и как заставить эту допотопную, в общем‑то, систему отодвинуть верхнюю крышку, ругала себя зверски. С чего я вообще решила, что он сможет самостоятельно из этого агрегата выбраться? И почему даже не задумалась о том, что моё приобретение находится в измождённом состоянии, то есть справляться со снотворным будет дольше, чем при обычных условиях?

Крышка, наконец, отъехала в сторону, открывая моему взору длинные ноги, узкие бёдра, обнаженный рельефный торс, широкие плечи, украшенную титановым обручем шею и умиротворённое лицо. А ещё я почувствовала запах, который был далеко не так плох, как ожидалось – да, туронцу явно требовался душ, но отшатнуться и зажать нос не захотелось.

Так же, при ближайшем рассмотрении стали видны лёгкие синяки под глазами, небольшой шрам над правой бровью и крошечная родинка на левой щеке. И губы… Теперь, когда они не кривились в надменной усмешке, они выглядели совсем иначе. Казались неожиданно манящими.

Не удержавшись, я прикоснулась к его губам пальцами и отшатнулась, когда мужчина застонал. В результате, так как по – прежнему сидела на корточках, чуть не плюхнулась на попу.

А через секунду вновь принялась ругать себя нехорошими словами – ну чего испугалась? Ведь уже ясно: несмотря на неправильно определённую расу, снотворное до сих пор действует. Торговцы и медики павильона знают своё дело!

И раз так, то можно не только не бояться, но и…

Я вновь скользнула взглядом по широкому рельефному торсу. Нет, спектакль, устроенный мною на ярмарке рабов, не прошел даром. В моём мозгу, определённо, что‑то заклинило, потому что мне хватило пары минут рядом с этим телом, чтобы опять почувствовать жар внизу живота и томящую боль в груди.

Или дело в слишком долгом воздержании?

Увы, ответа я не знала. Зато слишком хорошо понимала, чего мне в данный момент хочется. Именно поэтому снова взглянула в лицо туронца и, убедившись, что тот по – прежнему спит, аккуратно провела пальцем по его ключице.

Реакции со стороны мужчины, конечно, не последовало. Это было поводом судорожно вздохнуть и слегка передислоцироваться – я встала на колени, потому что так удобнее, чем на корточках. И хотя отлично помнила, что купила этого «воина» отнюдь не для развлечений, принялась осторожно исследовать обнаженный торс.

Кожа оказалась грубоватой и упругой. Валики мышц, даже несмотря на расслабленность, были очень тугими. Мужские соски, к которым я тоже прикоснулась, оказались не менее твёрдыми, словно у туронца и там мышцы имеются. Но… это всё ерунда в сравнении с прессом.

Восемь кубиков! Восемь красивых, очерченных кубиков! Ну как можно удержаться и не потрогать?

Разумеется, моя ладонь устремилась к животу и вниз. А замерла чуть ниже пупка – собственно, дойдя до кромки штанов.

Вот только зря я этот пресс потрогала – к жару, который испытывала, добавилось сильное головокружение и воздуха стало не хватать. Вслед за возбуждением пришло разумное желание нырнуть под ледяной душ, чтобы избавиться от неуместной реакции. Но как идти в душ, когда здесь туронец, который вот – вот очнётся?

Под действием этих мыслей, я застыла и слегка выпала из реальности. И едва не заорала, почувствовав, как на запястье капканом смыкаются чужие пальцы!

Ещё миг, и мою ладонь… нет, её не убрали, а переложили. Ниже. На ширинку.

Попытка вырвать руку из захвата успехом не увенчалась – туронец попросту прижал мою ладонь своей, заставляя почувствовать всё, что происходит с мужским организмом.

А реакция была поистине бурной! Не успела я повернуть голову, чтобы взглянуть на «раба» и сказать хоть что‑то, а там, внизу, всё уже закаменело. Причём размеры оказались настолько внушительными, что я, совершенно того не желая, испытала ещё одну волну бешеного, совершенно бесконтрольного возбуждения.

И не менее бешеный стыд!

– Это к вопросу о моей эрекции, – сказал «воин».

Всё. Теперь я окончательно очнулась и дёрнулась с такой силой и решимостью, что туронец не мог не отпустить.

Я же, получив свободу, взвилась на ноги и отскочила от капсулы на добрых три метра. Дышала до неприличия тяжело, и… очень хотела провалиться свозь пол. Но увы. Провалиться не получалось.

– Ну что же ты застеснялась? – усмехнулся туронец. И, лениво потянувшись, сел, чтобы почти сразу выбраться из капсулы.

Мы оказались друг напротив друга. Всего в трёх метрах.

«Воин» был всего на полголовы выше, но гораздо массивнее. Я невольно почувствовала себя мелким зверем, брошенным в клетку к опасному хищнику. А ещё это лицо, которое снилось два года. И этот голос, который запечатлелся в памяти не менее ярко. И… эта его эрекция, грёбаная!

– Нам надо поговорить, – выдохнула я.

– Обязательно поговорим, – заверил туронец. В голосе прозвучала неприкрытая издёвка. – Но не сейчас.

С этими словами, мужчина расстегнул застёжку штанов и сделал решительный шаг навстречу, а я очень чётко поняла – всё, кранты!

Причём проблема заключалась вовсе не в том, что туронец был скорее взбешен, нежели возбуждён. Проблема крылась во мне – в моей реакции на его действия. Просто… вместо положенного страха, я испытала ещё один прилив бешеного, совершенно животного возбуждения.

Пусть на миг, но мир перед глазами поплыл, а в моём мозгу вспыхнула очень яркая картинка. Представилось, как туронец заваливает на стоящий поблизости диван, одной рукой фиксирует мои запястья, чтобы не сопротивлялась, а второй задирает юбку. Потом прикасается к трусикам и, почувствовав насколько те влажные, самоуверенно ухмыляется.

А дальше… Дальше я всё‑таки пытаюсь вырваться и призвать к порядку, но мужчине плевать. Одним ловким, профессиональным движением, он избавляет меня от трусиков и…

– Нет! – очнувшись от видения, выпалила я. И резко отскочила подальше.

Увы, вопль больше напоминал стон, причём стон совершенно определённого характера. В итоге, на губах «раба» вспыхнула та самая ухмылка, а мои щёки снова опалило огнём.

Но я нашла в себе силы собраться и повторить уже уверенней:

– Нет.

Ответом мне стала расстёгнутая ширинка и… В общем, к числу скромников этот туронец точно не относился. Мне просто взяли и показали ту самую часть тела, которую трогала пару минут назад. Причём демонстрировали её предельно нагло! Недвусмысленно поглаживая!

Несмотря на шок и стыд, я была вынуждена отметить – телосложение у «воина» очень гармоничное. В том смысле, что размеры и форма идеальны для этого тела. А ещё, он был красивым. Классическим, если так можно выразиться.

Но это всё не помешало отскочить ещё дальше и потребовать:

– Убери!

– Зачем? – с деланым удивлением отозвался туронец. – Зачем, малышка? Ты же именно этого хотела.

– Нет. – Отчеканила я уже гневно.

«Воин» заломил бровь, но приказ не выполнил. Хуже того, он всё так же стоял напротив и поглаживал предмет нашего спора. И смотрел при этом исключительно в глаза. В мои глаза!

Пришлось зажмуриться на миг, выдохнуть и указать на дверь ванной.

– Сначала душ, – сообщила я. – Потом всё остальное.

Под «всем остальным» подразумевала, конечно, ужин и разговор. Однако уточнять не стала, придя к выводу – в данный момент это бесполезно. И искренне порадовалась тому, что теперь туронец всё‑таки подчинился. Видимо тут наши желания совпали.

Подарив новую ухмылку и застегнув ширинку с таким видом, будто делает мне великое одолжение, «раб» развернулся и действительно направился в ванную. А я усилием воли отодвинула посторонние мысли и поспешила к коммуникационной панели, чтобы заказать еду и новую одежду для моего… приобретения.

Первую порцию туронец буквально проглотил, а вторую уже ел. И хотя тарелки были огромными, я точно знала – третью, которая стояла там же, на выдвижном столике, он тоже опустошит.

А вот мне самой есть совершенно не хотелось – я тянула безалкогольный коктейль и старалась не думать о пережитом стрессе. Как ни странно, получалось.

Да, получалось! Несмотря на частые пристальные взгляды, которыми одаривал раб класса «воин» и томящий жар внизу живота, который, увы, так и не прошел. Для полного успокоения мне требовался холодный душ! Вот только уйти в ванную я пока не решалась.

– Значит, университет искусств, – наконец, нарушил тишину туронец. – Да, помню ту операцию.

Я невольно встрепенулась и дёрнулась, а «раб» продолжил:

– Забавно. Кто бы мог предположить, что однажды одна из тех перепуганных пигалиц…

Туронец замолчал, вновь уделив всё внимание еде, а я улыбнулась. Да, он прав – предположить подобное не мог никто. Но жизнь полна сюрпризов…

– Я рада, что встретила тебя на ярмарке, – призналась, помедлив.

Мужчина снова поднял глаза, одарил долгим взглядом и улыбнулся уголками губ.

Всё. К чёрту эту безалкогольную дрянь! Не могу её пить. Только не сейчас!

С этой мыслью я решительно поднялась с кресла, которое стояло рядом с диваном, и отправилась к коммуникационной панели. В этот миг жутко радовал тот факт, что по относительному времени, принятому на лайнере, уже ночь. То есть бар работает на полную мощность, и свой коктейль я получу очень быстро.

Так и вышло. Сигнал оповещения раздался буквально через минуту, и панель мини – транспортёра, расположенная рядом с коммуникационной, плавно отъехала в сторону. Я получила вожделенную дозу… нет, не успокоительного, но это точно лучше, чем вода с сиропом!

Я присосалась к трубочке сразу, но отпила гораздо меньше, чем хотелось. Просто понимала – туронец наблюдает, а выдать свою нервозность я была не готова.

Вообще, после того как мой «раб» вышел из душа, я всячески старалась исправить первое впечатление. Я пыталась предстать перед ним пусть не холодной, но всё‑таки леди.

И да! Да, когда он появился в гостиной, весь такой мокрый и в одном полотенце, мне удалось собраться и рассказать «воину», что моё выступление на ярмарке было фарсом. Что приобрела его совсем не для того, о чём подумал. Что мои мотивы были совсем иными.

Ну и о причинах рассказать пришлось – куда же без них? И только после этого туронец окончательно поверил, что говорю правду.

Он не сказал, но по глазам видела – не просто удивлён, а чуть – чуть шокирован. Этот его шок стал отличным поводом впихнуть в руки новую одежу и заставить вернуться в ванную, чтобы заменить полотенце на приличные свободные штаны и футболку.

А уже после того, как «воин» оделся, я вызвала подставочную панель и составила на неё тарелки с ужином. Ну и кувшин сока, чтобы от жажды не умер, на ту же панель водрузила.

Теперь он ел, а я пыталась не думать о той неловкой ситуации, которая между нами возникла. В частности, о демонстрации мужской анатомии, которую он для меня устроил.

И, повторюсь, получалось. Хотя не думать о последнем было достаточно сложно. Дело в том, что мой бывший… нет, он тоже любил выйти нагишом, но анатомия туронца ни в какое сравнение не шла.

Он был… нет, не больше, но правильней. Этакий эталон, который только у античных статуй увидеть можно. Прямой, с чётко очерченными венами и пропорциональной, очень красивой головкой. Мастер художественных искусств во мне сходил от того воспоминания с ума, а женщина бесилась ещё больше.

Но я слишком хорошо понимала – переводить наши отношения в горизонтальную плоскость не стоит. Тем более, мой «раб» никакой страсти не питает. Вопрос собственной судьбы интересует его куда больше, нежели мои желания.

– Хорошо, малышка, – ворвался в мои мысли голос мужчины. – Хорошо, ты меня выкупила, но что дальше?

Ещё один очень мелкий глоток алкогольного коктейля и я призналась:

– Отвезу на Сим-14. А уже там…

– Сим-14? – переспросил «раб», подвигая ближе третью, ещё не тронутую, тарелку. – Ты шутишь?

– Нет.

Нет, я не шутила. Планета Сим-14 входила в маршрут лайнера и относилась к одной из тех планет, где возможно всё, были бы наличные. А количество наличных я собиралась обеспечить в процессе высадки на других планетах. Две недели по общепланетарному времени – более чем достаточный срок, чтобы снять нужную сумму, не вызвав никаких подозрений у контролирующих органов. К тому же, у меня полная шкатулка дорогущих цацок, так что…

– Нет, я не шучу. Я планирую отвезти тебя на Сим-14. Я сообщу администратору тура, что хочу задержаться на этой планете, и мы сойдём с лайнера. То есть я прерву свой тур. У нас будет достаточно времени, чтобы найти тех, кто извлечёт из тебя все следящие чипы и сделает документы. Ты улетишь, а я заявлю полиции, что сбежал, предварительно ограбив. Дальше – всё зависит от тебя. Но, как понимаешь, при отсутствии чипов и наличии «чистых» документов, найти практически невозможно. А я… – Я выдержала паузу. Вновь обхватила губами трубочку, глотнула коктейля и закончила: – …буду биться в истерике от вероломства раба. Буду страдать, плакать, и всё в таком духе.

Туронец улыбнулся.

– Ты уверена, что готова так сильно рискнуть?

Я, не задумываясь, кивнула, а он…

Мужчина окинул взглядом третью порцию ужина и откинулся на спинку дивана. При этом заложил руки за голову, так что футболка натянулась и мне стала видна его грёбаная офигенная мускулатура.

– Малышка… – произнёс «воин». Но тут же смягчился и поправился: – Мэри…

А выдержав долгую паузу, добавил самым снисходительным тоном:

– Ты уверена?

Я очень хорошо понимала, на что намёк, но я действительно была уверена, что всё получится. В таких вопросах главное деньги, и уж что, а деньги у меня есть.

– Хорошо, – верно оценив выражение моего лица, сказал туронец. – С этим понятно, но есть ещё один момент.

Вновь приложившись к коктейлю, я подарила мужчине вопросительный взгляд, а он… Он улыбнулся, чтобы задать новый, предельно провокационный вопрос:

– Ты действительно считаешь, будто я неопасен?

Это был не фол, но почти. Просто в момент покупки я даже не задумалась о его виновности. А вот позже, когда туронец ушел в душ, а мой разум чуть – чуть прояснился, поняла – не знаю.

Туронцы раса довольно закрытая и известно о них очень немного, но из того, что на виду – это люди чести! То есть преступлений не совершают, союзников не предают, и дальше по списку. А с другой стороны… без причин на ярмарку рабов не отправляют. То есть вероятность, что этот «воин» действительно виновен, была.

Но признаться в своих сомнениях я, конечно, не могла. И дело тут не в убеждениях о том, дескать, он мой спаситель, а значит априори «чистый». Просто… в подобных случаях очень рискованно говорить о своих подозрениях в открытую.

Может туронец и преступник, но если будет уверен, что не считаю его таковым, то станет вести себя как невиновный. То есть разумный. То есть безопасный!

Именно поэтому я сказала:

– Да. Я убеждена, что ты неопасен. Гуманоид, спасший меня от сеорцев, не может быть преступником.

Уголки губ «раба» опять дрогнули, и я на миг почувствовала себя наивной дурой. Но в следующую секунду от сердца отлегло.

– Спасибо, – сказал туронец. – Рад, что ты поняла. Я действительно не при чём, обвинение было ложным.

Да, теперь действительно выдох! Пусть раса, к которой принадлежит моё «приобретение» закрытая, но всем известно: туронцы никогда не лгут.

– Кстати, меня зовут Тенордом, – представился «раб».

Я сдержанно улыбнулась и кивнула.

Холодный душ оказался невыносимой мерзостью, поэтому принимала не холодный, а прохладный. Потом завернулась в большой пушистый халат, пересекла гостиную, и оказалась в спальне.

Дверь спальни я разумно заблокировала – во избежание, так сказать. А сбросив халат, погасив свет и нырнув под одеяло, очень о своей предусмотрительности пожалела.

Тенорд остался ночевать в гостиной, на диване. Я отлично понимала: несмотря на недавний инцидент, никаких шагов в мою сторону не предпримет. Но тело всё равно горело, а воображение беспощадно рисовало самые недвусмысленные картины. И мне действительно было очень – очень жаль, что туронец никак не сможет войти.

Воображение! И стойкая привычка спать нагишом! Вместе они сотворили нереальный коктейль из образов и эмоций! Это было что‑то немыслимое и предельно постыдное, но, если по порядку…

После душа я забралась под одеяло и легла на спину. Я искренне верила в то, что прохладная вода сняла возбуждение, владевшее мной последние несколько часов. Но веры не хватило. Стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором всплыл образ Тенорда…

Мне вспомнилось, как он выбрался из капсулы, шагнул навстречу и расстегнул ширинку. Я не хотела отдаваться этой пошлости, но в моих мыслях туронец вновь принялся поглаживать своё естество с самым бесстыдным видом.

Я отступила, а «раб» сделал шаг навстречу. В моих фантазиях Тенорд меня всё‑таки догнал…

Он прижал к стене и замер, чтобы через миг поймать мою руку и, несмотря на сопротивление, положить её на возбуждённый член. А потом качнулся вперёд и прошептал на ушко:

– Давай, Мэри. Сделай мне хорошо.

Я хотела воспротивиться, но туронец взял за горло, причём в прямом смысле. И второй раз… Второй раз это была не просьба, а настоящий приказ!

– Мэри, не отлынивай.

Приличия заставляли испугаться, а я наоборот возбудилась и, подчинившись приказу собственного «раба», обхватила пальцами мужскую плоть. Я принялась водить рукой вверх – вниз, как требовал Тенорд. Вопреки всему, этот процесс доставлял мне невероятное удовольствие.

Фантазия разыгралась настолько, что я не только видела, но и чувствовала! Дыхание на моей щеке, жар мужского тела, и… пульсацию мужского возбуждения.

Последнее вводило в настоящий экстаз! Я начала двигать рукою всё быстрей, и сжимать его всё смелее. Думалось – туронец попросит ослабить хватку, но в моей фантазии мужчина повёл себя иначе.

Он застонал. Он отпустил горло, упёрся ладонями в стену, к которой я прижималась спиной, и запрокинул голову. Его исполненный удовольствия стон стал бальзамом на сердце и командой к действию. И я продолжила!

В мыслях я ласкала его рукой, имитируя тот самый акт, и кайфовала безумно. А в реальности поймала себя на том, что выгибаюсь, постанываю, и трогаю себя за грудь.

Соски от этих видений стали каменными, а низ живота налился свинцом и жаром, нетерпеливо требуя разрядки. И мои ладони действительно заскользили вниз, но здесь же случилась главная неприятность.

Я прикоснулась ниже, пробежала пальчиками по идеальной интимной депиляции, и даже испытала вспышку удовольствия, но в следующий миг растерялась. Подруги не раз говорили, что это правильно, полезно и вообще здорово, но я такого никогда не пробовала.

Я попросту не знала, что делать с пальцами, желанием, и всем остальным! Я не умела! Не могла!

Прикоснувшись несколько раз, почувствовала себя непроходимой дурой. Возбуждение никуда не делось, но как получить разрядку я действительно не понимала. Попробовала… Потом попробовала ещё раз. А на третий пришла к выводу, что бездарна, что без мужчины данную проблему не решу.

Именно в этот момент мысли захватила новая фантазия! Будто дверь в спальню, вопреки всем блокировкам открывается, и на пороге появляется он, туронец.

Я смотрю ошарашено, а раб класса «воин» тем временем приближается. Нагло взбирается на постель, отбрасывает одеяло и ложится сверху. Без всяких усилий разводит мои ноги и, помогая себе рукой, находит вход. А дальше…

Дальше я горю. Не могу и не хочу сопротивляться. Только чувствовать проникновения и движения, которые становятся глубже и резче с каждой секундой.

И кричать! Кричать от невероятного удовольствия, которое дарит этот украшенный ошейником мужчина и его «классический» член.

Сходить с ума! Таять! Лететь в пропасть! Взмывать к небесам, и… дрожать от самого мощного, самого невероятного оргазма в моей жизни.