Текст книги "Замуж по принуждению (СИ)"
Автор книги: Анна Окс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 30
Анна
Я ожидала всё, что угодно, но не этого.
Муж был какой-то дёрганый. Я волновалась, но когда увидела его таким, стала ещё больше волноваться. Поэтому решила просто, без каких-либо длинных разговоров рассказать о беременности.
– Ты рад? – меня потряхивает немного. Приходится натянуть улыбку, которая слетает после следующих слов.
– От кого ты беременна, милая? – Логан засмеялся, но глаза его были холодны, как лёд.
– Ты надо мной издеваешься? Это наш с тобой ребёнок. – настроение уже на нуле. Меня начинает бесить всё это. Он не может меня обижать. Мне надо защищать не только себя, но и кроху. А без оснований обвинять меня в том, что я никогда не совершала – глупость. Тем более после нашей последней совместной ночи.
– Это ты надо мной издеваешься! – начал орать Логан, схватив меня за плечо. – Ты такая ненасытная, да? – подцепил пальцами шнурок моего топа на запах и дернул его, отчего спереди Логану открылся вид на мою голую грудь. Выставила руку вперед. Мне не нравятся его действия. Мне страшно. – Ты только недавно была в постели какого-то мужика, а сейчас приехала и говоришь о своей беременности. Я должен прыгать от счастья, что моя жена залетела от какого-то у*бка?
Ему уже кто-то доложил о вчерашнем инциденте? Кто? И откуда этот человек всё знает? Предательская слеза скатывается по щеке. Я и так была эмоциональной, а с беременностью стала в разы больше.
– Успокойся, пожалуйста и выслушай меня. – рукой соединила полы топа и прикрыла грудь, придерживая.
– Я тебя слушаю, слушаю. – убирает мою руку, придерживающую топ, а второй рукой начинает расстегивать мои брюки. – От кого ты залетела? – Мой муж в ярости. Он опять меня не слышит. – От меня, говоришь? Наш с тобой ребёнок? – киваю, всхлипывая. – Тогда пусть я хоть как-то запятнаю его. Чтобы он хоть какое-то имел ко мне отношение.
Не до конца понимаю о чём он говорит. Но в следующую минуту Логан срывает с меня всю одежду и кидает на кровать. Мои сопротивления его никак не останавливают. Он уже стоит передо мной голый, надвигаясь на меня.
Отползаю на другой конец кровати. Это какой-то сюр. Не собирается же он меня против моей воли…
– Не подходи… Умоляю. Я не хочу, Логан. – кричу, когда он за ногу тянет меня к себе и входит одним резким толчком.
Я не знаю сколько прошло времени пока мой муж меня яростно тиранил. Рвал изнутри. Я чувствовала режущую боль внизу живота. Я понимала, что с крохой внутри меня что-то случилось, но не хотела в это верить. Весь мир для меня померк после этих действий мужа.
Если раньше я его как-то оправдывала, давала шанс, мечтала о хорошем и счастливом будущем с ним, то сейчас я не могу смотреть в его лицо. Он мне противен. Он взял меня против моей воли.
Муж кончил в меня и встал с кровати. Подошёл к сейфу и ввёл код, достал оттуда что-то и кинул в меня. Три пачки баксов. Столько стоило моё мучение.
– Дай мне развод, – безжизненным голосом прохрипела я.
– Думаешь, мне приятно, что ты носишь статус моей жены? – одеваясь, насмешливо спросил Логан. – Если бы не дети, я бы минуту не провел с тобой под одной крышей, настолько ты мне противна. – он ушел, так и не выслушав меня, впрочем как всегда…
Я лежала безвольной куклой. Дорожки слёз никак не высыхали. Я разочаровалась в муже. Я разочаровалась в себе. Как я выбрала такого мужчину в спутники жизни?
Прошёл наверное час, как Логан ушёл, а может и больше. Я потихоньку встала с кровати, держась за всё, что попадалось под руку. В промежности всё горело, низ живота опять прострелил болью и я решила поехать в больницу. Я настолько ушла в себя после его удачного поступка, что забыла о крохе, которая внутри меня. Я чувствую что что-то не так и от этого начинаю реветь ещё больше.
Надеваю первую попавшуюся под руку одежду и, опять держась за всё возможное, иду вниз. Голова кружится, как карусель. Я не различаю дороги, потому что всё двоится перед глазами. Лестница. Только выдохнула, что почти всё, спустилась, не причиняя себе и малышке ещё большего вреда, как на предпоследней ступеньке я чувствую, что тело слабеет. Я не могу удержаться. Сил на это не хватает. Я падаю, чувствуя стреляющую боль у виска и режущую боль живота. Темнота.
Макс
Всё было просто замечательно. Я поехал на встречу с клиентом, чтобы обсудить новый проект, который мы взяли, но я забыл захватить нужные документы. Сделка перенеслась на пару часов из-за этой оплошности.
В офисе документов нет. Всё разыскал, в плоть до столовой. Расспросил всех работников. Никто не знает где эти бумаги. Многомиллионная сделка вот-вот сорвётся. Уволю свою помощницу нах*р.
– Привет, Логан. – отвечаю на звонок друга.
– Привет. Как встреча прошла? – кто-то опять сегодня не в духе.
– Документы найти не можем. – потираю висок и обгоняю старенькую Рено. – Как сквозь землю провалились.
– Бл*ть. Они у меня дома. В кабинете. Забирал проверить, забыл обратно принести.
– В принципе, – смотрю на часы. – у меня есть минут сорок, могу заскочить и забрать их.
– Я предупрежу охрану, тебе откроют. – скидывает.
Что это с ним сегодня. Неделю ходил спокойный, а сейчас резать всех готов. По голосу понятно. Опять что-ли поругались?
Когда мне Логан рассказал всё, что у них творится – я не поверил. Да, он мой друг и врать мне он точно не будет, но я не считаю Анну лицемерной с*кой. Пытался пару раз вправить мозги другу, но тот верит «фактам», как он говорит. Под фактами он имеет ввиду фотографии и видео. Ладно. Их дело.
Подъезжаю к особняку. Ворота сразу разъезжаются. Как они живут в этом доме? Для меня просторные апартаменты намного лучше частного дома. Хотя кто знает, если у меня тоже появится семья. Нет. Не появится. Как я могу отказаться от своих мулаток, блондинок? Я не смогу быть только с одной.
Захожу в дом, в котором уже знаю каждый уголок и заворачиваю в сторону кабинета, останавливаясь на пол пути. Столбенею. Анна лежит. Она вся в крови. Её серые спортивки залиты кровью, волосы спутаны. С виска течёт струйка крови, скатываясь в ворот толстовки. На полу под ней лужа крови.
Это Логан сделал?
Подбегаю, ладошками бью по щекам, реакции никакой нет. Пытаюсь посмотреть зрачки, они закатились. Выдыхаю, когда приложив палец, понимаю, что она дышит. Подхватываю на руки и несу в машину. Сердце вот-вот выпрыгнет. Приехал за документами, называется.
Охрана в шоке. Я их понимаю, сам я в таком же состоянии. Один из ребят открыл заднюю дверь моей машины, куда я аккуратно положил измученную подругу.
Я зол на друга. Я не знаю что именно случилось, но чувствую, что он как-то причастен к такому состоянию Анны.
Запрыгиваю за руль и мчу в больницу. Эти пробки сейчас меня раздражают сильнее обычного. Тут человеку плохо. Нажимаю на клаксон и под ругань других водителей набираю скорость.
В кармане зазвонил телефон. Достаю телефон, принимая вызов.
– Макс, почему мне клиент звонит и говорит, что проект он передаст нашим конкурентам? Ты чем там занимаешься?
– Везу твою жену в больницу. – рычу сквозь зубы и кидаю взгляд на лежащую девушку.
– В какую больницу? Что с ней?
– Скину геолокацию.
Логан
– Что случилось? – подскакивает Влад вслед за мной.
– Макс везет Анну в больницу. Мне надо идти. – хватаю ключи и быстрым шагом выхожу из кабинета. Слышу шаги позади себя: Влад тоже идёт за мной.
Макс толком не объяснил, что случилось. В каком состоянии он её везёт в больницу? Неужели это из-за моего скотского поступка пару часов назад? Она решила наложить на себя руки? Не думаю. Прежде всего она всегда думает о детях.
– Давай я поведу. Говори адрес. – Влад садится за руль, забирая из моих рук разблокированный телефон.
Когда у меня начались тирании замашки? Не наблюдал такого за собой ранее. То, что сегодня случилось сломало и меня самого. Никогда не думал, что я способен на такое. Пару часов назад это был не я. Я всегда относился с уважением к женщинам. Всегда. Кроме сегодняшнего дня.
Все события навалились в кучу. Не сдержался. Не смог. Слабак.
Хорошо, что больница была недалеко. Спустя минут семь, которые длились для меня вечность, мы зашли в больницу. На стойке регистрации нас направили на второй этаж, где я сразу увидел Макса и каталку, на которой мой ангелок лежал без сознания, в кровавых штанах. Чем ближе я подходил, тем страшнее мне становилось. Я боялся посмотреть что произошло. Я боялся утвердиться в своей тирании.
Прошло пару секунд, мою жену увезли, оставив нас втроём в коридоре.
– Это ты причастен, да? – Макс подошёл ближе.
Ничего не ответил. Всё итак ясно.
Следующие полтора часа прошли в тишине. В больницу приехала Адель, которой позвонил Влад. А я также сидел и боялся услышать вердикт врача. Телефон в кармане завибрировал. Мама звонит по видеозвонку. Мы с детьми каждый вечер примерно в одно и то же время разговариваем, но сегодня я не в состоянии принять звонок. Отклоняю и убираю телефон обратно в карман.
Если что-то случится, я не смогу это объяснить детям. Я не смогу смотреть им в лицо.
Вышел врач, снимая маску и оглядел нас всех. Мигом я оказался рядом с ним.
– Плод спасти не удалось. Слишком сильное кровотечение. – это слишком ужасно. Маленький человечек не был ни в чем виноват. Жена меня не простит.
– Какой был срок? – мне необходимо знать, что это был хотя бы не мой ребёнок. Я не хочу жить в загадках.
– Три недели. – полминуты ушло на то, чтобы подсчитать, сколько времени прошло с нашего последнего полового акта. Сжал переносицу и прикрыл глаза. Это был мой ребёнок. Мой. – До полного восстановления никакого полового акта быть не должно. Сейчас пациент спит. Вы сможете пройти к нему завтра утром, если хотите.
Как бы вы себя чувствовали, если бы понимали, что ваш ребёнок умер из-за вас?
Я жену грубо вы*бал, а потом в лицо кинул бабки и ушёл. Охото взять и застрелиться.
Как я буду смотреть в лицо жены? Как мы будем жить дальше?
Я так злился на Анну из-за того, что она убийца, а сейчас я сам стал убийцей. Если она и убила чужого человека, то я убил свою кровь, свой род, своё продолжение.
– Сочувствую, брат. – парни подошли ко мне. Я видел, что они меня жалеют. Но я не заслуживаю этого чувства. Меня убить мало за сделанное.
Отправил ребят по домам а сам просидел в больнице до ночи. Благо, медсестра понятливая девушка, пропустила меня в палату за пару купюр.
Зашёл в дорогую палату, но подойти ближе к спящей жене побоялся. Какая у неё будет реакция на выкидыш? Как мы восстановимся и сможем воспитывать наших детей? Впереди нас ждут сеансы с психотерапевтом. Жене, чтобы пройти через это всё, а мне, чтобы контролировать себя лучше.
Раньше я мог себя контролировать. Никогда бы не подумал, что стану таким у*бком.
Глава 31
Анна
Мне сложно даётся открыть глаза. Белый свет ослепляет глаза, от чего они слезятся и мне приходится закрыть их обратно. В висках тоже начинает стучать. Во рту полная сахара. Пить хочется.
Аккуратно открываю глаза и осматриваюсь. Я лежу на койке. На руке установлена капельница. На диване, который стоит в углу палаты, спит Логан.
Потянулась к тумбе, на которой стоит кувшин с водой и задела стакан. Он упал на пол и разбился на кусочки, как и моё сердце.
Логан подскочил и с беспокойством посмотрел на меня.
– Ты в порядке? Пить хочешь? – не ответила. Он подошёл к шкафчику и достал оттуда ещё один стакан. Налил воду и протянул стакан мне.
Забрала, не благодаря и стараясь не прикоснуться к нему. Это из-за него я тут.
Муж сел на стул у койки, предварительно ботинком отодвинув осколки к стене. Мы молчали. Никто не решался заговорить. Я положила ладонь на живот. Глаза мужа опустились на мой живот и тогда я осмелилась спросить.
– Малыш жив? – почти шёпотом спросила, боясь услышать ответ. Голос охрип, горло саднило.
– Выкидыш. – еле слышно проговорил. Для меня эти слова прозвучали слишком громко. Они меня оглушили. Я плакала, сразу вытирая дорожки слёз, чтобы Логан так сильно не радовался.
– Знаешь сколько стоит жизнь нашего ребёнка? – засмеялась. – Посмотри на меня, Логан. – он поднял взгляд, полный боли и скорби. – Три пачки баксов стоит жизнь этого малыша. Три пачки. – я плакала белугой и смеялась одновременно. Меня трясло от боли, от злости. Зубы стучали друг о друга. Губы дрожали.
– Ангелок, я…
– Ты убийца! – закричала. – Ты убил моего ребёнка! Моего, слышишь? Не нашего, потому что ты не заслуживаешь быть отцом!
– Прости меня, – встал на колени. Я подтянула колени к груди и, уткнувшись в них лицом, плакала.
Я не защитила свою кроху. Я не сделала её счастливой, как обещала. Я обманула её, говоря, что её папа будет носить её на ручках. Её папа причастен к её смерти. И я за это его никогда не прощу.
Он мог сделать что угодно мне, но он не имел права делать больно моим детям. Я любое отношение к себе стерплю, быть может и прощу его потом. Это было до. Но я не стерплю такого отношения к своей кровиночке.
Логан знал, что я беременна! Он знал это, но при этом тиранил меня против моей воли. Он не слышал и не слушал меня, в этом его ошибка.
Мне хотелось выть от той зияющей дыры в моём сердце. Я не знаю, как с этим справиться.
У меня под сердцем был настоящий, живой человечек, которого я полюбила всем сердцем и душой. Я привыкла к мысли, что в моей жизни появится ещё один маленький, замечательный человек. Я ждала услышать третье «мама», «мамочка», а вместо этого слышу только свой крик на всю палату и просьбы Логана не вредить себе ещё больше.
Логан
– Вам лучше покинуть палату, господин Ли. Вашей жене надо восстановиться. Вы, поймите правильно, прямое напоминание о выкидыше. Мы обязательно приведём психолога, который проработает эти болезненные воспоминания с вашей супругой. Но сейчас будет лучше, если Вы не будете маячить перед её глазами. Сами видите её состояние.
Вижу и от этого зрелища хочется рвать на себе волосы. Я не знаю, что мне дальше делать. Одно радует в этой ситуации – дети далеко, не видят этого ужаса.
На выходе из больницы сталкиваюсь с мужчиной. Через секунду получаю удар в лицо и смотрю на того, кто это сделал. Даниэль. Что он тут делает, мать твою?
– Поговорить надо. – разворачивается и идет обратно к стоянке. Иду за ним. Послушаем, что он мне расскажет.
– Что ты забыл здесь? В последнее время тебя стало слишком много. – садясь к нему в машину, интересуюсь. Неплохо он меня приложил. Скула ноет.
– Знаешь, я сейчас по идее должен был бы тебе злорадствовать. – печально улыбнулся Даниэль. – Я зол на тебя, очень. Но мне больно от того, что ты сделал с моей любимой женщиной. Посмотри. – ещё не отошёл от слов о любимой женщине, как на экране ноутбука появилось то видео с аварии. Только это было длиннее. Всё то же самое, только на этом видео было видно ещё одну машину. Только на этом видео я видел плачущее лицо жены, которая пытается достать Валерию из машины. Тут моя жена пытается оказать первую помощь. Тут моя жена встречает службу спасения и пытается вместе с ними спасти Валерию.
Даниэль пролистнул это видео и появилось следующее. На этом видео две идентичные женщины сидели в кафе. Одна была в дорогих вещах, ухоженная, но вот вторая была в потрепанном свитере и джинсах, лохматая, словно только недавно проснулась. Видео было записано на камеру видеонаблюдения. Я не слышал, о чём они говорили, но догадывался, что о неприятном. Та, что в свитере, встала, крича что-то и выбежала из кафе, а моя жена осталась там, продолжая попивать кофе.
Дальше Даниэль листал какие-то фотографии, включал запись разговора с Луи, но я не вникал.
Меня будто бетонной плитой приложило. Я не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть. Все эти месяцы я морально издевался над женой за то, что она никогда не совершала. Я оскорблял, обижал, заставлял смотреть на мои измены, сочинял небылицы, чтобы задеть её. Чтобы жизнь мёдом не казалась. А за что?
Только сейчас я понял, что я ни разу её не выслушал. Она столько раз пыталась мне что-то сказать, а я не верил. Я не хотел слушать. Зря.
Как она там говорила? Даёт мне последний шанс?
Глупенькая моя. Почему у тебя такое большое сердце?
– Я хотел рассказать раньше, но у меня не всё было на руках. Только слова, а им ты не веришь. – Даниэль захлопнул ноутбук и уставился в лобовое стекло, как и я. – И сейчас я бы хотел тебе ещё вмазать, но ты себя и так закапываешь сейчас. Живи с этим, Логан. Ты заслужил.
Только сейчас в полной мере осознаю, что произошло. И от этого так херово. У нас была идеальная семья. Но из-за какого-то у*бка и его подставных улик я всё разрушил.
Господи, как же всё запутано и как же мне больно. Я не из-за чего сломал любимую женщину. Я – причина смерти нашего ребёнка. Я убийца. Как мне с этим жить теперь?
Не зря я жену ангелом называл. Она и есть ангел. А я сломал его крылья.
Как мне теперь исправить все свои грехи? Как мне смотреть в её глаза и понимать, что я уничтожил невиновного человека, вдобавок ко всему убив ребёнка, которого она так ждала? Как мне смотреть в глаза детям? Как мне им объяснить потухший взгляд их матери? Ведь блеск в её глазах исчез с тех пор, как в нашу жизнь влез Луи и Титов. После этого я этот блеск в её глазах видел только в нашу последнюю ночь и когда она приехала домой со съемок, чтобы сообщить мне о беременности.
Моя сильная жена, каковой она казалась при первой встрече, оказалась хрупким и ценным фарфором, который я нещадно ломал и ломал.
– Почему она в больнице? Правду говорят о выкидыше? – я не удивлён тем, что он знает. Он смог откапать то, чего не смог я.
– Да. И я к этому причастен. – скупая слеза потекла по щеке. Почему мир так несправедлив?
– Мудила. Хотя что мне говорить, ты и сам понимаешь. – понимаю. Только я себя обзываю словами похуже. Мудила – слишком лайтовое слово.
– Спасибо. – открываю дверь машины, чтобы уйти. Мне нужно напиться. Моя голова лопнет от всей предоставленной информации.
– Ты же понимаешь, что я буду её добиваться? – кричит мне вслед. Понимаю. Но я не дам этому случиться. Я всё исправлю. Обязательно заслужу прощение, доверие и любовь своей единственной и любимой женщины.
Вместо того, чтобы ехать бухать, я еду домой, чтобы переодеться, потому что на утро записался к мозгоправу. Я не могу предстать перед ангелочком тем же человеком. Мне нужно хорошенько вправить мозги, чтобы такого больше не повторилось.
Жена должна понять, что я изменился. Она не сможет мне сразу довериться, но я все силы приложу к тому, чтобы это произошло.
Глава 32
Анна
Вам когда нибудь хотелось быть незамеченным? Не видеть никого? Не слушать? Просто лежать и закрыться в себе?
Меня бесит Логан, который каждый день приезжает в больницу и молча сидит в моей палате. Меня бесит врач, который постоянно интересуется моим состоянием. Меня бесит психолог, что пытается завести со мной разговор.
Я. Ничего. Не. Хочу.
Дайте мне погоревать. Мне это необходимо. Просто оставьте меня все в покое.
Мне безумно стыдно перед мальчиками, ведь я с ними не разговаривала очень давно. Но и заставить себя это сделать не могу. Единственное, что у меня получается делать – это лежать, свернувшись калачиком и реветь белугой. Весь мир испарился. Осталась только я и моя зияющая дыра в сердце, которая с каждым днём становится всё больше и больше.
Я ни на что не реагирую. На меня накатила такая усталость и апатия, что мне на всё плевать. Казалось, мир для меня перестал существовать.
Я была сильной, терпела все оскорбления, измены, унижения мужа. Но этот поступок окончательно меня сломал и я выпала из жизни.
Я сейчас на краю обрыва. Упала, но схватилась одной рукой, пытаясь удержаться. Силы меня покидают и я хочу отпустить руки, чтобы обрести покой, но не могу, ведь меня ждут мои любимые сыночки. Будет по-скотски так поступить с ними.
Логан
Я каждый день вижу, как она всё больше и больше угасает. Она больше не произнесла ни одного звука. Жена ни на кого внимания не обращает. Она даже сама толком не ест. Её кормит либо медсестра, либо я. Ангелок просто выполняет запрограммированные механические действия.
Видеть её в таком состоянии после услышанной и увиденной правды было невыносимо. Я корил себя за всё каждую минуту.
Все многомиллионные, а даже многомиллиардные контракты отошли на второй план.
Сейчас мой график забит только тремя задачами. Первое: быть на связи с детьми. Второе: посещать каждое утро мозгоправа. Третье: приходить к жене.
– Логан, Вы поймите, нам нужно пробить её броню. Ей нужна встряска и я считаю, что как раз дети в этом нам помогут. Ваша супруга не идёт на контакт. Она должна увидеть, что жизнь продолжается и ей есть ради кого жить. Посмотрите, – психолог отходит в сторону и показывает на приоткрытую дверь. – так продолжается уже две недели. Вы же осознаёте, что дальше – только хуже будет? – моя жена лежит, свернувшись калачиком и отвернувшись к стене. Эта картина на протяжении двух недель мне мерещится и во сне тоже. Эта картина разрывает меня по полам. Всё бы отдал, чтобы не совершать тех ошибок.
Мне ничего не оставалось, как послушать психолога и сказать матери, чтобы они возвращались. Нужно привести жену в себя. Она должна вернуться в реальный мир, чтобы продолжить жить. Пусть проклинает меня, орёт, психует, но будет жить, а не существовать.
Спустя три дня наш частный самолёт приземляется и я забираю детей и маму. Везу их к нам домой. Ещё матери объяснить придётся, что ей некоторое время нужно пожить с нами.
– Сынок, что у Вас произошло? Куда Анна пропала? Почему ты такой подавленный? – я не удивлён стольким вопросам. Мама хорошо продержалась ещё, не задавая их раньше времени.
– Мам… – хватило этому слову вырваться наружу, как я вернулся в детство, где был окружен любовью и поддержкой. Мне сейчас этого так не хватает. Я привык к тёплым эмоциям от моей любимой жены, поэтому чувствовать холод, исходящий от неё мне даётся непросто. Я впервые позволил себе расплакаться. Я облажался. И мне страшно от того, что нас ждёт впереди. Умом понимаю, что жена со мной не останется после всего произошедшего, а у меня духу не хватит силой удерживать её рядом.
Мама притянула меня в свои объятия, а я уткнувшись в её плечо, продолжал раскаиваться в своих проступках.
Кому расскажи, что Логан Ли, строгий и бессердечный хозяин многомиллиардной компании, мужик, которому уже за тридцать, ревёт, уткнувшись в плечо матери – не поверят.
По моей вине погиб мой ребёнок, по моей вине наша семья распадается на кусочки, которые не склеить, по моей вине любимая женщина лежит в больнице, впав в депрессию. От осознания того, что во всём этом виноват я – сердце полоснуло острием лезвия ещё больше.
Пару лет назад я обещал жене, что она не пожалеет, что дала мне шанс. Я себе обещал, что ни за что её не обижу. Не сдержал слово.
– Вот такие дела, мам. Я бы вас оставил отдыхать дальше, пока более-менее не уладили бы это. Я не хотел, чтобы ты и дети становились свидетелями всего произошедшего. Не хотел бы вас всех волновать. Но без детей она она в себя не придёт. Ей нужен толчок.
Я быстро успокоился. Нечего волновать мать ещё больше. Я ожидал увидеть в глазах матери осуждение. Его не было. Она лишь похлопала меня по спине и сказала:
– Моя невестка – сильная. Вы это преодолеете. И я уверена, что лет через пять вы придёте ко мне с новостью, что ждёте ребёночка. – в глазах матери я видел веру в это, но сам знал, что такого не будет.
Я хочу и буду стараться, но знаю, что ангелочку будет сложно мне довериться вновь.
– Логан, убери свой пессимистичный настрой. У тебя нет права сидеть тут и жалеть себя. Ты должен исправить всё. Но изначально знай, что это отнимет у тебя ой как много времени и сил. Не всё происходит сразу. А, зная Анну, я уверена, что тебе придётся попотеть. И ты будешь потеть, сын мой, потому что у вас дети общие. – я итак ни в коем случае не собирался сидеть сложа руки. Я прекрасно осознавал перспективы, которые ждут меня в ближайшем будущем. Видимо, мать расценила моё молчание по-своему, потому что вмиг она напряглась и с прищуром взглянула на меня. – Или тебе по душе будет, если твою жену счастливой сделает другой человек? И Кристиан с Марком будут звать его тоже папой? М, сын?
Кулаки непроизвольно сжались. Как бы мне сложно это не давалось, надо признаться – я приму любое решение любимой. Даже если она захочет быть с другим.
Глотки перегрызу всем, кто её обидит.
– Я буду бороться. – встаю с дивана и обхожу его. – Завтра с утра поедем в больницу. Проследи, пожалуйста, чтобы дети были готовы к десяти. Я им сказал, что Анна просто заболела. – дошёл до лестницы и повернулся к матери, которая продолжала сидеть и теребила цепочку на шее. Она всегда так делала, когда волновалась. – И, это, мам… – светлая макушка повернулась ко мне. – спасибо. Мне это было необходимо.
Она улыбнулась и кивнула мне, напоследок кинув с задоринкой в голосе.
– Я записала сегодняшнее число, сын. Через пять лет жду новостей о беременности.
Очень на это надеюсь.
Анна
Просыпаюсь и, как всегда, застаю Логана в палате. Только сегодня в нём определённо что-то изменилось. Пока я горюю нашей утрате, он прихорашивается, в его глазах я вижу счастье. Он не такой, как пару дней назад. И от осознания того, что он так быстро переболел моим выкидышем меня ранит.
Хотя, чего ему горевать-то? Он же считает, что я нагуляла ребёнка.
– Если не хочешь встретить детей в таком состоянии – приведи себя в порядок. – его голос был ровным. Я не сразу поняла, что он сказал. Только потом осмыслила: встретить детей? Они прилетели? Почему он позволил этому случиться?
– Кристиан и Марк вернулись? – тяжело давалось заговорить, голос охрип и горло саднило. Господи, как я могу в таком виде показаться перед ними? Мне самой страшно смотреть на своё отражение в зеркале. Я исхудала на пару килограммов. Щеки впали, глаза на этом фоне выглядели слишком большими. Искусанные губы с трещинами. Волосы выпадают.
– Да, – смотрит на часы на запястье. – и через десять минут они будут тут.
Я лихорадочно начала приглаживать волосы. Хотела встать, чтобы пойти в ванную, как муж оказался рядом и, придерживая меня, довёл до комнаты. Было тошно от его прикосновений, но я понимала, что у меня мало времени, а другого рядом никого нет. Самой мне сложно передвигаться. Я постоянно лежала, лишь изредка вставая в туалет. Ноги дрожали при ходьбе, боль внизу живота ещё чувствовалась.
За пару секунд я справилась со всем и вернулась в палату. Присела на кровать и достала из тумбы косметичку, которую приметила пару дней назад. Кто-то заботливый привёз мне мои вещи и косметичку. Я в этом не нуждалась до сегодняшнего дня.
Нанесла консилер под глаза и начала размазывать, скрывая недочёты.
– Ангелок, прости меня за всё. – непроизвольно вздрогнула. Супруг присел рядом и смотрел под ноги.
Я бы хотела простить, но не могу. Всё навалилось друг на друга. Переломным моментом стал выкидыш. Я не смогу его простить. Я не смогу всё забыть.
– Я узнал, что ты не была виновна в аварии. Узнал про твою сестру-близнеца. – я не ожидала. Для меня стало полным шоком услышать это. Я думала, он извиняется за то, что он взял меня против воли. До мурашек на коже неприятно окунаться в эти воспоминания. – И прошу, умоляю… прости меня, милая. – дотрагивается до моей руки и сразу её убирает. – Скажешь что-нибудь? – почти шёпотом спрашивает спустя время. А я так и застыла с консилером.
Я пыталась объяснить, но он не слушал. Логан сам делал преждевременные выводы. Моё сердце разрывалось на два кусочка. Одна сторона меня хотела простить, ведь у нас была такая идеальная семья. Гармония и любовь в ней. А вторая сторона меня понимает, что я не смогу простить то, что он взял меня против воли и что он, как бы это грубо не звучало – убил мою кроху. Он перечеркнул всё святое между нами.
– Я не могу тебя простить, – откашлявшись начала. – и я хочу развестись, Логан. – посмотрела на него. Он сидел, опустив голову. – Дай адвокатам поручение, чтобы подготовили документы. От тебя мне ничего больше не нужно. Только развод.
Телефон пока ещё мужа зазвонил и он ответил на звонок. Когда разговор закончился, Логан посмотрел на меня с печальной улыбкой и сказал:
– Хорошо… Я дам тебе развод. – я думала, мне придётся бороться с ним и была приятно удивлена, что он согласился, хотя червячок сомнения грыз меня изнутри. Правильно ли я поступаю? – Дети поднимаются.
