![](/files/books/160/oblozhka-knigi-svyazannye-odnoy-klyatvoy-384269.jpg)
Текст книги "Связанные одной клятвой"
Автор книги: Анна Милок
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Глава 8
– Раздевайся, Мина.
И прозвучало это ТАК, что мурашки забегали по коже. Эмерсон хитро улыбнулся, пристально за мной наблюдая, провокатор. Хорошо, что я знала его не один год.
Я сама понимала, что мокрую одежду нужно снять, но этот его приказной тон и сама ситуация. Я никогда не испытывала чувства дежавю, а сейчас, кажется, это впервые со мной приключилось. Слова, обстановка, все казалось знакомым, но одновременно с тем очень далеким.
– Мина, не упрямься, – Даррен понял мою заминку по-своему. – Я даже не смотрю в твою сторону, больно надо. Что я там не видел, – выговаривал хозяин лачуги, не оборачиваясь, занимаясь розжигом котла. Вот только я все равно его словам не верила.
– Я уже говорила, что ты беспринципный мужлан?
– Говорила. С удобствами в лесу напряг. Сейчас бочку большую принесу и воды нагрею. Или тебя растереть спиртом?
– А спирт у тебя, конечно же, есть…
– Спирта полно.
– Не сомневалась! Неси воду, и на том спасибо.
Через минут десять на пороге появилась бочка, а затем Эмерсон, вталкивающий это чудо, задевая крутыми боками косяки и все, что ни попадя. На улице ливень стал еще сильнее, молния осветила его фигуру в непромокаемом плаще, который он откинул на пол у входа. Капли с грохотом стучали по крыше и окнам. Как же хорошо, что он меня нашел.
– Так, вода почти нагрелась. Сейчас налью и уйду, раз ты такая стеснительная. Справишься? Или остаться, помочь?
– Спасибо, хватит того, что ты меня спас. Я, правда, благодарна, – я была обязана это сказать, хоть слова давались с трудом. Нужно признать, что я и в самом деле попала в затруднительную ситуацию. И как не бесил бы меня Эмерсон, быть неблагодарной не хочу.
Чувствовала себя паршиво, руки и ноги все никак не отогревались, пальцы плохо слушались, пока я пыталась снять пальто. В животе заурчало и Эмерсон, конечно, услышал, думала опять позлорадствует, но он меня удивил.
Он снял с котла большую кастрюлю с кипятком и разбавил воду в бочке, потрогал рукой.
– Отогревайся, кину еще водогрейку, она тоже почти разрядилась, но хватит минут на десять, максимум пятнадцать. А потом я принесу что-нибудь перекусить, раз уж я сегодня такой гостеприимный.
– Постучи только, когда придешь!
Эмерсон уходя обжег взглядом. Разочарованным? Раздраженным? Чего это он злится? Нормальная просьба.
Я максимально быстро разделась, повесила свое пальто на стул поближе к котлу, оно изрядно потеряло свой лоск. Тяжело вздохнула, и зачем я только вырядилась в эту глухомань? О чем только думала? Хотя… Нет, ну в самом деле и мысли не было поразить тут кого-то своим внешним видом. Зачем мне это? Наверное, к хорошему быстро привыкаешь, и я в столице успела прикипеть к добротным вещам.
С этого же стула, на спинке которого реанимировалась моя верхняя одежда, забралась в приготовленную для меня бадью. Старалась быть аккуратной и все равно расплескала воду. Не удобно, но что ж поделать.
Отогнала от себя мысли о комфорте, который был бы в моем распоряжении в городе. Мне сейчас не приходится выбирать. Наконец выдохнула и расслабилась. Живительное тепло проникло под кожу, и я перестала дрожать. Запах дерева и каких-то трав успокаивал. Хм, а действительно вода пахнет травами. И когда Эмерсон успел? Надеюсь, это не еще одна попытка от меня избавиться… Хотя пахнет безобидно, умиротворяюще.
Похоже, я начала клевать носом, нужно быстрее выбираться, да и гостеприимный хозяин сейчас подоспеет. Только успела одеться, как и правда раздался громкий стук.
– Входи, – прозвучало это до нелепости неловко.
– Как тут наша проверяющая, гроза лесов и полей? Пришла в себя?
– Относительно.
– А я тут бутерброды сделал и супчик с зеленью. Держи.
Эмерсон по-хозяйски расположился за столом напротив, предварительно поставив на него разнос со своим нехитрым ужином. А потом спохватившись, достал ложку из кармана и передал мне. – Приятного аппетита.
– М-м-м. Спасибо. А ты будешь просто сидеть и наблюдать, как я ем? Может, присоединишься? А то я неудобно себя чувствую.
Даррена не пришлось просить дважды, и он тут же потянулся за бутербродом.
– Проверяющие к нам приезжают раз в год и на моей памяти впервые отправляют саму главу департамента. Может расскажешь, в чем на самом деле причина?
Я уже хотела начать озвучивать свою просьбу, как меня резко повело в сторону. Ложка со звоном упала на пол, а меня за плечи придержал Даррен, быстро оказавшийся рядом.
– Мина?
– Да, все хорошо, мне бы прилечь…
Эмерсон подхватил меня на руки и донес до кровати, плечом отодвигая занавеску. На прощанье даже подоткнул одеяло, потрогал лоб и пригрозил пальцем.
Из соседнего дома донесся полный страдания вой, на что Эмерсон закатил глаза.
– Хуже ревнивой жены, – с доброй улыбкой произнес он, явно питая добрые чувства к своего питомцу. – Кир соскучился, намекает, что я задержался. Но утром я надеюсь, ты все мне расскажешь, Мина.
Я провалилась в сон так быстро, что даже не успела ничего ответить. Конечно, расскажу, куда же я денусь. За этим и приехала.
Глава 9
Даррен Эмерсон
Такое чувство, что из дома вышло только мое тело, все же мысли остались там. Все, как одна, крутились возле Мины, спящей в моей кровати. Я ждал ее приезда, затем смирялся с одиночеством и пропастью, в одночасье возникшей между нами, и снова ждал. Частенько представлял себе нашу встречу и видел ее совсем в другом свете.
Я смотрел на нее и не узнавал. Осталось ли в ней хоть что-то от той девушки, которую я когда-то давно, в прошлой жизни, провожал и сам сажал на поезд в столицу? Зная, что это оттолкнет нас друг от друга, решился бы на это снова? Точно не смог бы запереть в доме посреди леса, лишая будущего. Ей и так досталось.
Закрывал глаза, силясь уснуть, и снова широко распахивал, всматриваясь в подрагивающий огонек в доме напротив. Как там она?
– Грр-р, – гаширу не нравилось, что я без конца ворочаюсь. А еще ему не очень-то нравилось мое соседство и вторжение на его территорию, что бы я там не наговорил Мине.
– Потерпишь, не маленький, – толкнул плечом пушистый бок, устраивая свою голову на Кире.
Кровати тут не было. Гашир, еще будучи маленьким котенком, ее сожрал. Случайно нашел его на тропе, пытался отыскать его нору, но нашел только следы браконьеров. Пожалел сиротку, забрал с собой вместо того, чтобы доложить в департамент. Что бы сделала Мина? Та, которая сейчас спит в моей кровати, написала бы тучу отчетных бумажек и постановила бы усыпить или запереть в клетке хищника. Та, которую я полюбил когда-то, кормила бы его с бутылки и заменила мать.
Зачем она приехала? Хотелось бы верить, что ради меня, но интуиция вопит об обратном. Нет, совсем не из-за меня. Самый близкий мне человек стал чужим. Когда это случилось и почему? Готов ли я лишиться ее?
Выпускные классы Брестольской старшей школы
9 лет назад
– Если бы Лиз прислушивалась к моим советам, мы бы украсили сцену еще лучше, – по дороге домой Мина только и жаловалась на одноклассницу, с которой им вместе было поручено украшать зал. – Тебе правда понравилось?
Она резко остановилась и обернулась ко мне. Я чуть не налетел на нее, остановившись лишь в шаге.
– Да, мне нравится, – ответил, даже забыв, о чем именно она спрашивала. Какое это имеет отношение?
Ее губы растянулись в улыбке, обнажая ровный ряд белых зубов, а на щеках появились две милые ямочки. Продолжая улыбаться, она приподнялась на носочки и прильнула ко мне. Сначала ее руки невесомо опустились на плечи, затем голова. Пушистые волосы норовили залезть в глаза и нос, но я даже не шелохнулся, пока она меня обнимала. Неловко скрестил руки у нее на спине, одновременно вдыхая ее аромат. Волосы пахли как сочные яблоки, а еще, наверное, чем-то цитрусовым. Было сложно понять. В какой-то момент стало сложно думать вообще о чем-либо.
– Спасибо, что подождал меня и помог, – искренне поблагодарив, она тут же отстранилась.
Я бы, наверное, еще долго мог стоять с видом ребенка, у которого отобрали любимую игрушку, но Мина взяла меня за руку и потянула прочь от школы.
– Не за что. Мне было не сложно, – сказал я полуправду. Ждал Мину я долго, а когда девочки вдруг надумали передвинуть все скамьи, пожалел, что крутился рядом. Затеяли там перестановку времен великих переселенцев, творцы…
– Поскорее бы выпускной.
– Так надоела школа?
– А тебе разве нет? – она удивленно вскинула дуги бровей, оборачиваясь ко мне. Покрутилась на одних носочках вокруг своей оси, как фея. От этого движения ее волосы развевались по ветру. Она самая красивая девушка, которую я только встречал.
– Кстати, выпускной, – слова застряли где-то в горле и их приходилось проталкивать силой. – Уже решила с кем пойти?
Она забавно сморщила нос, а я с трудом сдержал себя от порыва скрестить пальцы на удачу.
– Нет. Марк звал, но я не хочу портить его самодовольной рожей такой вечер, – ее слова заставили биться мое сердце чаще. – Слушай!
Она опять резко остановилась и теперь мы столкнулись прямо посреди оживленной улицы.
– А давай пойдем вместе, – в глубине души я облегченно выдохнул. Решился бы сам пригласить или нет, не знаю. – Всем влюбленным парочкам назло. Они разбегутся уже через полгода, а мы с тобой останемся вместе.
Даже не знал, рад это слышать или нет.
– Мина, я давно хочу тебе кое-что сказать, – я слышал свой голос будто бы со стороны. Это сделать, то есть сказать, нужно было очень давно. Но я каждый раз трусил, находя, что легче бить морду каждому ее новому поклоннику.
– А? – Мина даже не посмотрела на меня, разглядывая какую-то витрину.
Храбрости, ожидаемо, хватило только, чтобы начать непростой разговор. Почему с девчонками так все сложно? Или сложно только с ней?
Все подходящие слова улетучились в неизвестном направлении, а заготовленных-то и сроду не было. Мина улыбнулась, чуть приоткрыв пухловатые губы, и я решился поцеловать. Это скажет все за меня.
Время, кажется, растянулось как резиновый мяч. Я сделал шаг ей навстречу, мы были так близко, что я увидел даже свое отражение в ее глазах, широко распахнутых от удивления. Пушистые ресницы задрожали, когда она моргнула, но она встретила мой взгляд и не отошла. Сейчас мне казалось, что в ней смелости в стократ больше, чем во мне. Как же долго я мечтал поцеловать ее.
Секунды, что тянулись вечностью, резко набрали ход. Вокруг снова начали мельтешить люди, им не было никакого дела до двух подростков. И мне не было никакого дела до прохожих вокруг, я видел только ее.
Я наклонился ближе, как вдруг фигура Мины начала плыть знакомой дымкой. Даже ладони начало покалывать от нахлынувшего предчувствия. Схватив Мину в охапку, я оттолкнул ее в сторону, ничуть не заботясь о нежностях, оставляя синяки на коже. Моя главная цель сейчас – оттащить ее как можно дальше.
Секунда другая, и там, где мы только что стояли, поднялось облако пыли. Наверху послышалась ругань рабочих. Женщины испуганно заохали и прижали ладони к щекам. Обвалились леса со всеми инструментами, но, к счастью, никто не пострадал.
– Как?! Ты? – Мина растерянно завертела головой, наверное, здорово испугалась. – Как ты узнал?
– Почувствовал, – почти пробурчал себе под нос. Недовольный тем, что момент испорчен. А когда я наберусь храбрости решиться это повторить?
– Ты интуит?! Это же здорово! – Страх на ее лице очень быстро сменился радостью. – Мы сможем учиться вместе! Ты это хотел мне сказать?
Она проникновенно заглянула мне в глаза, улыбаясь так светло и искренне.
– Да.
Глава 10
Утром я почувствовала себя гораздо лучше. Сначала я не поняла, что происходит и где нахожусь. Вместо до боли знакомой мелодии будильника, установленной ровно на шесть утра каждый день, не исключая выходных, меня разбудил щебет птиц.
Первым делом подскочила на кровати. Неужели проспала?! Солнце ярко светит, ну точно опоздала… И только потом вспомнила про свою командировку и все предшествующие события.
Местные пернатые на все лады радовались окончанию дождя. Кто же там так заливается? Неужели пересмешник? Пыталась внимательно прислушаться к выводимым руладам, затем немного привстать и выглянуть в окно. Точно он. Эта своеобразная птичка любит слушателей. Всегда селится поближе к человеческому жилью. Пока ученым так и не удалось выяснить первопричину этой тяги, но факт остается фактом.
Из городов пересмешников изгоняют. А вот селам и деревням приходится справляться своими силами. Птицы на самом деле очень красивые, с ярким оперением, очень умные. Но если, не дай боги, поселится у дома такой выводок, о спокойных временах можно забыть. Особо умные особи пересмешников умудряются копировать людскую речь и повторять услышанное. И уж если пересмешник научился этому, то считай все пропало. Эта птица будет теперь только разговаривать. И днем, и ночью…
Вспомнила забавный случай, раскрученный столичной бульварной газетенкой. Я, конечно, не любитель сплетен, но надо отдать им должное: работники желтой прессы пишут так, что невозможно оторваться, а их заголовки – это отдельный вид искусства. Так вот, одна такая птичка помогла раскрыть преступление. Представляю лица участников события, если такое действительно имело место быть.
Арестовали поначалу за убийство совершено не того человека. В главных подозреваемых оказался муж почившей, который из-за принятого на грудь сам не помнил события минувшего вечера и саму трагедию. Так может дело и не получило бы огласку, если бы на следующий день по селу не летал пересмешник и не пересказывал угрозы в адрес женщины голосом соседа. Там и любовная связь вскрылась между ними. Мда… бывает же!
Ладно, пора брать себя в руки и вставать. И так спала неприлично долго. Мой организм, наверное, в шоке от такого подарка.
На столе обнаружила пряник и кувшин с молоком. Свежее, еще с пенкой. Странные дела творятся. Сколько бы ни пыталась придумать, где и как Даррен сумел его раздобыть посреди леса, ничего на ум не приходило. От предложенного напитка брезгливо отказалась, осторожно надкусила пряник и только после его тщательной проверки на съедобность и обыденность, отважилась на завтрак.
За своим внешним видом в последние годы я следила с особой тщательностью, но в этот раз я порядком зависла перед маленьким зеркальцем над умывальником. Всякий раз, когда я уже собиралась выйти из дома, мне казалось, что я недостаточно готова. То прядка волос топорщится, то лицо какое-то слишком бледное, то глаза не выразительные. С момента нашей последней встречи с Дарреном я сильно изменилась, заметил ли он?
Только когда я наконец удовлетворилась результатом и своим отражением, я выглянула из своего укрытия, прихватив, естественно, свою сумочку. Все свое ношу с собою, что называется.
Осень в столице была не похожа на свою сестру за ее пределами. Совершенно. Некоторые веточки успели посеребриться инеем, по поляне гулял холодный ветер, но в глазах рябило от обилия красок. Вчера мне было совсем не до созерцания пейзажа, а сейчас… Сейчас я не могла не отметить, как же тут красиво.
– Чви-ури-к? – донеслось вопросительно с ветки. На меня глянули черные бусины глаз. Все же он красавец. И хвост такой яркий. Взрослый самец.
Я достала магпланшет, чтобы сверить наличие пересмешников на территории заповедника и очень удивилась, не обнаружив ни одного в реестре. Может только прилетел? Хотя, кого я обманываю? Нужно серьезно поговорить с Эмерсоном, он из рук вон плохо делает свою работу. Я привычным движением достала стилус и занесла в реестр пересмешника. Очень удачно еще его сфотографировала и сразу отправила данные в общий учетный банк.
Куда же сам Даррен запропастился? Я не единожды прошлась по территории, но никого не обнаружила: ни его, ни его питомца. Пыталась успокоиться и храбрилась как могла, но паника все равно тянула ко мне свои вездесущие лапки. А что ли Даррен своего гашира не до конца приручил? А что, если гашир его сожрал? Да нет, глупости. Хотя, вот за себя боязно. На всякий случай решила достать из сумочки отпугиватель и быть начеку.
Когда я уже окончательно себя накрутила и собралась искать следы без вести пропавших, выходить на поиски, то увидела, как объект моего розыска беззаботно выходит из леса. За спиной у Эмерсона был объемный рюкзак, а гашир радостно крутился рядом, путаясь под ногами. Увидев меня, он понесся в мою сторону, судя по вилянию хвостом, в дружественном порыве, но мне от этого не стало легче. Собьет с ног и не заметит. Выставила вперед отпугиватель, который до сих пор сжимала в руке.
– Кир, фу! Стоять, – громко выкрикнул Даррен.
Затормозить резко такому великану было никак не под силу. Упершись передними лапами в землю, гашир умудрился кувыркнуться и все-таки задеть меня. Только благодаря какому-то чуду я удержалась на ногах. Снизу вверх на меня тут же уставились два глаза на ну очень неодобрительной морде, как-будто это я была виновата в его падении и вообще во всех бедах этого мохнатого существа.
– Он хотел просто обнюхать тебя, прости, – повинился за своего собрата по разуму Эмерсон, а потом его взгляд наконец упал на мою ладонь, с зажатым в ней отпугивателем. – Это что еще такое?
– Ничего особенного, – повела плечами, пряча отпугиватель за спину.
– Этой штукой Кира разве что за ушком чесать, – ухмыльнулся Даррен.
– Ты где был? Я думала, бросил меня тут, – быстро перевела тему нашего разговора.
– Не стал тебя будить, думал, успею до того, как проснешься. Нужно было запасы еды пополнить.
– Ты был на станции и не разбудил меня? – хотелось задушить его. Я бы тоже не отказалась от вылазки в цивилизацию. Я ведь обещала сразу по прибытию связаться с Юстасом.
– Да я на двоих еды взял, не переживай, – Даррен неверно истолковал мое возмущение. – А больше там и приобрести нечего.
– Ясно, – сказала на выдохе. Мне-то самой ясно ничего не было. – Просто переживала.
– Это, конечно, приятно слышать, что ты готова на подвиги ради меня. Но соваться в лес с этой пугалкой крайне глупо. Даже не знаю, как ты собиралась в командировку. У тебя, как у проверяющего, должен быть стандартный набор. И энергощит, и самострел с дротиками, а вот отпугивателя в списке нет. А знаешь, почему его там нет? – С каждой произнесенной фразой он подходил все ближе, почти нависая надо мной. – Ты же так хорошо училась… А я напомню тебе, Мина. На большую часть стайных животных он действует с обратным эффектом, вызывает неконтролируемую агрессию у более мелких хищников. Поэтому хочется вернуться к вопросу, Мина, что тебя привело сюда?
Шах и мат… Лучше бы он в лесу заблудился.
– Ты, наверное, голодный? Давай обсудим это за чашкой чая?
Это была небольшая отсрочка перед решающим боем.
Глава 11
Я решила похозяйничать, чтобы занять руки. Как же не просто начать разговор. Чувствую себя будто уж на сковородке, и от цепкого мужского взгляда хочется свернуться клубочком и спрятаться, как от огня.
Даррен расположился за столом. Его уверенно расслабленная поза не могла меня обмануть. Я видела, он также напряжен, как и я. Недовольный Кир остался за порогом, но то и дело его любопытная морда пыталась протиснуться в узкую щель приоткрытой двери. Гашир зорким взглядом окидывал обстановку, видимо, переживал, не съест ли приезжая тетка его хозяина. Удостоверившись в целостности Даррена, пушистая морда исчезала из виду, минут на пять, не больше. Затем процедура повторялась вновь.
Это мельтешение порядком отвлекало, как бы я ни старалась не обращать внимание на одомашненного хищника и собраться с мыслями. Больших усилий мне стоило не подпрыгнуть от неожиданности, так глубоко увязла в собственных мыслях, что не заметила, как Даррен поднялся и оказался рядом. Эмерсон копался в недрах своего рюкзака, доставал припасы, что-то раскладывал по полкам, что-то оставлял на столе. В мой нелегкий процесс заваривания чая по-мужски мудро не лез. На крохотной кухне в егерской избушке разминуться было почти невозможно, мы то и дело соприкасались локтями, плечами и это все казалось таким привлекательно правильным.
Идеальная картинка. Я бы хотела, чтобы каждое мое утро было наполнено любовью и уютом. Не редко представляла, как мы с мужем вместе готовили бы завтрак, много чего делали бы вместе… Стояли так же рядом, до интимного близко, соприкасаясь руками, бедрами. Только рядом должен быть Юстас Филберт, а не… не он. В такой непозволительной близости почему-то даже мысленно ругаться на Даррена не получалось. Вспоминалось слишком многое, лишнее, похороненное где-то на задворках сознания: он был моим лучшим другом, какое-то время даже единственным, наверное первой любовью и первым мужчиной, утешением и разочарованием.
– Да ты говори, не тяни, – прозвучало почти над самым ухом. – Я слушаю. А то у меня фантазия богатая…
Даррен отстранился, старые деревянные полки навесных шкафов натужно скрипели под весом консервных банок и круп. Я не обернулась, мешала ложкой сахар с такой тщательностью, будто от этого зависела судьба целого мира.
– Я полюбила другого мужчину. Он сделал мне предложение.
Сказала и вытянулась как струна. В комнате тут же повисла звенящая тишина, забытая чайная ложка бесследно исчезла на дне большой, наверное, литровой, кружки. Я обернулась на Даррена, всего на мгновение его лицо исказила злая гримаса, но он быстро взял себя в руки, нацепив привычную полуулыбку как щит.
– Приехала в такую даль, чтобы позвать меня в качестве подружки невесты?!
– Нет, не поэтому, – смотреть ему в глаза при этом было непосильной задачей. Я перевела взгляд ниже, пойманная в гипнотические силки пульсирующей жилкой на его шее.
Почему я решила, что это будет самым простым решением? Надеялась на его понимание и участие после всего, что случилось с нами? Видимо, надеялась, только поэтому и продолжила:
– То, что случилось между нами тогда… – я запнулась, не решаясь посмотреть в его глаза.
– И что же?
– Я хочу взять свои слова обратно.
Даррен заразительно рассмеялся, глядя мне в лицо.
– Ты клялась мне в любви, призывая богиню в свидетели. Эти слова ты хочешь забрать?!
– Да, – пропищала робко. – Я хочу выйти замуж за другого.
– Что ж, я дам тебе такую возможность, – крепкие ладони легли на талию, шею обожгло горячее дыхание. – Но с одним условием. А потом посмотрим, захочешь ли ты уходить…
– Что ты себе позволяешь?! – резко повернулась на пятках и почти уткнулась в него носом. Даррен наклонил голову, разглядывая меня как какую-то забавную букашку, то ли снисходительно, то ли насмешливо. Уперлась руками в его грудь, пытаясь отвоевать себе обратно по крупицам личное пространство. Сосчитать удары его сердца было невозможно. Оно гулко билось, отдаваясь пульсацией мне в ладонь, мое же вторило в ответ.
"Дежавю". Такая глупая мысль посетила меня в эту минуту. Не покидало стойкое ощущение, что это все уже было. Нет, дело не в разговоре и точно уж не в причине, но его руки, сжимающие талию в крепкие тиски, мои ладони на его горячей груди и отчаянная близость между нами. Наверное, не я одна вспомнила это, Даррен почти сразу отодвинулся, сел на стул, откашлялся и взъерошил волосы. Так он пытался успокоиться. Всегда. Рука начала зудеть от непроизвольного желания повторить этот жест, пропустить непослушные пряди сквозь пальцы. Глупости! Все дело в горячей кружке, которую я схватила в руки, лишь бы занять себя чем-то.
– Так что ты хочешь? – спросила таким тоном, будто речь идет о чем-то незначительном.
– Чтобы солнце встало на западе. Думаю, этого вполне будет достаточно, – Эмерсон словно издевался над моими чувствами своей глупой выходкой.
– Не смешно, – я села напротив, давая понять, что без какого-то решения и компромисса я отсюда не уйду.
– Я и не смеялся.
Он взял кружку из моих рук, не отрывая от меня глаз, кинул в чай еще несколько кубиков сахара и размешал. Отпил глоток и скривился. Немудрено, я и сама туда ложек шесть сахара высыпала на нервах.
– Наша свадьба должна пройти в храме Соши у алтаря истины. Мне нужно избавиться от клятвы, – я пыталась вразумить мужчину напротив. – Мы были молоды и совершили ошибку. На нас многое навалилось, мы были в состоянии аффекта…
Даррен хмыкнул и невесело ухмыльнулся.
– Ничего у тебя не выйдет, Мина.
Самовлюбленный дурак. Почувствовал власть надо мной и теперь наслаждается! Как мерзкий паук, заполучивший муху в свои сети. Вместе со злостью на Даррена меня затопило отчаяние. Я резко сорвалась с места, подхватив свою сумку и пальто. Одевалась я уже на ходу.
– Куда ты?! – Эмерсон показался на пороге в одной рубашке и тут же вернулся в дом за курткой.
– Подальше от тебя! – крикнула в его спину и поспешно отвернулась, чувствуя, как слезы начинают застилать глаза.