Текст книги "Между небом и водой (СИ)"

Автор книги: Анна Любарская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11. Новичок.

Найрон явно выигрывал. Оставалось набрать двух серебристых роклов, когда в гостиную вошел незнакомый мальчик с густой ярко синей шевелюрой в сопровождении демарго. Неохотно отложив карточки и переглянувшись со вторым игроком в краммс, Итцом, Найрон вместе с остальными ребятами уставился на вошедших. Дэмайло, положив руку на плечо мальчика, объяснил двум десяткам учеников, теснящимся в гостиной и вышедшим из спальни:

– Приветствую всех. Это новый ученик нашей школы. Его семья издалека перелетела жить в Ругирит, и ему пришлось сейчас перейти к нам. Прошу принять в вашу компанию и оказать помощь во всем. Знакомьтесь – Тэо Митчелл. Четвероклассник, – улыбнувшись, демарго вышел.

Мальчик выглядел старше своих лет. Он пригладил ярко синие волосы, оправил черную замшевую рубашку и, волоча за собой тяжелый мешок и что-то круглое, накрытое темной тканью, прошел в спальню. Там еще оставалось две свободных кровати и он выбрал ту, что соседствовала с кроватью Найрона. Большинство вернулось к своим делам. Перестав выглядывать из-за стола, Найрон решил продолжить игру. Кивнул Итцу. Тот шепнул:

– Синячок такой, я знаю одного караванщика с такой же шевелюрой, может его отец?

Найрон растянул губы в подобие вежливой улыбки. На самом деле его волновало сейчас другое. Где наблюдатель, которого собирались направить сюда проверяющие? Со дня их отлета прошло семь дней, а никто так и не появился.

Тео вышел из спальни, держа в руках клетку с уже знакомым пушистым клубком. Только он был светло серый в черную крапинку. Варанг! У Найрона от зависти горло судорогой свело. Он выронил карточку, продемонстрировав Итцу красного шворха. Но Итц все равно ее не увидел, потому что, вывернув голову назад, смотрел на зверька.

– Я извиняюсь. Ничего, если я его выпущу? Он никому не помешает?

Не отвечая на вопрос, все обступили клетку, послышались возгласы:

– А как его зовут?

– Это твой собственный, да?

– Какая лапочка, это мальчик или девочка?

Лишь какой-то четвероклассник крикнул через головы обступивших Тео ребят, что, конечно, он может выпустить зверька. Найрон хмыкнул: "он никому не помешает?". Да бедный варанг скоро не будет знать, куда деться от желающих погладить и потискать. Новенький, еле успевая отвечать на вопросы: зовут Стич, мальчик, собственный, – открыл клетку и попытался отследить, в каком направлении метнулся зверек. Все принялись звать его и искать в гостиной и спальне. Найрон взглянул на выложившего четыре карточки Итца, победно сверкающего глазами:

– Три красных шворха и синий фурок!

Покровительственно глядя на него, Найрон молча выложил свои: три серебристых рокла и один красный шворх. Из Итца будто выпустили воздух, он весь сгорбился и съежился. Подвинул в сторону Найрона лежащую на столе горстку тянучек, которую тот с усмешкой ссыпал в карман. Внезапно что-то цапнуло за пятку, пробежало по ноге и вот уже варанг свернулся калачиком у Найрона на коленях. Он ошарашено похлопал глазами.

– Ты чего, куда смотришь? – заинтересовался Итц, приподнимаясь над столом и пытаясь проследить за взглядом Найрона.

Ну почему они к нему лезут? Он что, похож на их маму? Найрон аккуратно взял варанга на руки, клубок что-то проурчал и вытянулся в его ладонях в полный рост, отрастив лапки и обхватив крошечными пальчиками его большой палец. Найрон задохнулся от противоречивых чувств. Ему ужасно хотелось приласкать зверька, а также сбросить на пол, чтобы не наглел. Найрон встал, желая отнести Стича хозяину, распаковывающему в спальне вещи. Девчонки тут же радостно завопили, бросившись к нему, чтобы погладить варанга. Прижав перепуганного зверька к груди, Найрон отстранил визжащих девочек свободной рукой, и подошел к Тео.

– Держи.

– Ой. Спасибо. Ты где его нашел? – новенький весело глянул на Найрона такими же, как и волосы, синими глазами.

– Я не искал, он сам ко мне прыгнул.

Взгляд Тео стал удивленным. Он встал, посадив варанга на плечо, где тот мигом свернулся клубком, оставив лишь хвост, безжизненно болтающийся за спиной мальчика. Ростом Тео был на две головы выше Найрона, и тому пришлось отойти, чтобы было удобнее разговаривать.

– Я Тео. А тебя как зовут? Ты первоклассник? Где спишь?

– Первоклассник. Зовут Найрон. А сплю вот, здесь, – он ткнул за спину Тео. Тот обернулся.

– А, соседи, значит. А где тут расписание? Ага, вижу, – он глянул на список уроков, приветливо махнул Найрону рукой и пошел в гостиную к своим одноклассникам. Из спальни Найрон наблюдал, как тот знакомится, о чем-то спрашивает, что-то рассказывает и уже почти все четвероклассники окружили его, улыбаясь. Найрон вздохнул. Да, компанейский такой паренек. Через пару дней будет знать всех учителей и учеников, все школьные закоулки и закутки, наверняка окажется лучшим учеником, и станет всеобщим любимцем.

Что-то его беспокоило, царапалось откуда-то из глубины сознания, но никак не могло вылезти на поверхность. Найрон нахмурился. Может, он что-то забыл сделать или выучить? Вроде нет. Все, что задано, прочитал. Все, что смог, сделал, а что не смог… Извините, он ведь худший ученик. Мальчик пожал плечами. Принялся вспоминать главу о порядке влияния на деревья, прочитанную по заданию Томс, как вдруг в гостиную шумно влетела вся Микелова компания, неразборчиво что-то вопя и размахивая руками. Старшеклассники, прикрикнув на них, заставили угомониться и начать говорить так, чтобы можно было понять. Заинтересовавшись, Найрон подошел к дверям спальни, встав в тени книжного шкафа.

– Вы не представляете, что мы услышали! – страшным шепотом заговорил Микел, выпучивая глаза на слушателей и не замечая синюю шевелюру новичка, – это просто жуть!

– Да говори уже, что там?! – возмутился третьеклассник, тряхнув зелеными косичками.

– Мы проходили мимо того самого сарая, – перебила его Лиса, которая просто не в состоянии была молчать, – и услышали голоса демарго и учителя Токвина…

– И решили подслушать, – насмешливо произнес худой высокий четвероклассник.

– Ну что ты, просто… Просто они стали кричать друг на друга, а мы шли мимо…

– Ладно, дальше! – повелительно воскликнул тот, нетерпеливо катая пальцами водяной шарик.

– Не знаем, о чем они говорили сначала, но когда стали орать, Дэмайло крикнул Токвину, – Лиса, подняв глаза к потолку, медленно процитировала, – "…на каком основании ты не веришь комиссии?! Считаешь себя умнее?! Если они не разобрались, никто этого не сделает!"

– А что, комиссия не узнала, что убило шворхов? – обиженно пролепетал Шонк. Но все на него зашикали и вновь повернулись к Лисе.

– А Токвин тогда, как давай орать на демарго: "Ты идиот! Они не сказали нам о своих выводах, потому что не доверяют! А не доверяют, потому что подозревают! Я удивляюсь, как ты продержался столько лет в демарго школы, при своих-то умственных способностях!", – после этой цитаты по гостиной пошел испуганный шепоток.

– Ничего себе…– пропел худой четвероклассник, – ай да Токвин! А никто не знает, почему он позволяет себе ТАК разговаривать с нашим демарго? А главное – почему демарго позволяет Токвину ТАК с собой разговаривать? – оглянувшись на согласно кивающих ребят, он ободряюще махнул рукой Лисе.

– Ну вот, а демарго тогда стукнул кулаком по стене и орет: "Ты меня не запугаешь! Я, таких как ты… Я тебя…", – Лиса, тараща и без того большие глаза, зашептала, – не успел демарго закончить, слышим шорох, шаги и голос Токвина. Он так говорил, что мороз по коже… Мы чуть со страху не умерли, когда под дверью стояли, вздохнуть боялись. Не убежали только потому, что ноги отказались слушаться.

– Так что он сказал? – почти шепотом спросил худой.

– Говорит, тихо так, ласково: "Что – ты меня? Что? Ты же знаешь, почему я здесь. Как только сделаю свое дело, забудешь меня как страшный сон. А пока, будь добр, терпи и подчиняйся. А пугать мне тебя не нужно. Шворхи – это такая мелочь, по сравнению с тем, что я могу".

В воцарившемся молчании, Найрон пытался успокоить собственные мечущиеся мысли. Среди хаоса догадок и предположений выделялась одна: Токвин – убийца шворхов. Он угрожает демарго. Он имеет над ним власть. И находится здесь, чтобы сделать какое-то дело.

Сердце неровно колотилось где-то в горле. Попятившись, Найрон споткнулся и чуть не упал. Крики, раздававшиеся в гостиной, стояли ровным гулом в ушах. Присев на кровать, мальчик потер виски. Голова начала разламываться. Пытаясь собрать мысли воедино, он начал думать краткими предложениями.

Что надо Токвину? Он появился здесь не просто так? Он может убить ученика? Он сильнее демарго? И где наблюдатель?!

В спальню тихо вошел Тео, с задумчивым видом сел на свою кровать, похоже, не замечая Найрона. Когда тот шевельнулся, он вздрогнул и напряженно рассмеялся:

– Вот так. Не успел начать здесь учиться, а уже такую историю услышал.

– А откуда ты? – равнодушно спросил Найрон просто затем, чтобы поддержать разговор.

– Из Хайрита, далековато отсюда.

– Да… Там мои дедушка с бабушкой живут. А кто твои родители?

– Средние. Портные.

– А-а-а…– Найрон поморщился, вспомнив рассуждения Вира о лучшем ремесле для среднего мыследея.

– А откуда у тебя варанг?

– Подарили, – радостно улыбнулся Тео, – мой дядя довольно богатый человек, вот и…

– Понятно, – перебил Найрон, – извини, мне надо выйти в умывальную.

Понимающе кивнув, Тео тихонько позвал Стича, клубящегося на кровати, и взял его на руки.

Вместо умывальной, Найрон прошел на еле освещенную платформу и схватился за перила. Ему не хватало воздуха. Потянув ворот свитера, он огляделся. Никого. В жилых сферах неровно мигают окна. Сумеречное небо. Светящиеся в отдалении огоньки деревьев плантаций, на которых сейчас дежурят воины Ругирита. Что-то прошелестело за спиной. Испуганно обернувшись, Найрон успел лишь заметить крохотную тень, мелькнувшую на полу и исчезнувшую за перилами платформы. Пожав плечами, решил, что это какое-то мелкое ночное животное случайно запорхнуло сюда. Обычно они летают вокруг плантаций.

Вновь шорох. Неохотно снова развернувшись на звук, Найрон взрогнул, сердце подскочило к горлу, он задохнулся: Токвин стоит над ним в полутьме, рука сжата в кулак. В висках резко закололо, и, попятившись, он споткнулся. Резко сел на пол, морщась от боли в копчике. Токвин запахнулся в накинутый на плечи плащ и раздраженно спросил:

– Нотис, почему вы начали проявлять интерес к ночным прогулкам по платформе именно тогда, когда их запретил демарго школы?

– Я… Мне стало душно.

Учитель протянул мальчику руку и он, опасливо приняв помощь, встал.

– Пойдемте, – Токвин, не выпуская руки Найрона из своей, повел его к жилой сфере.

По пути в свою гостиную, идя рядом с Дагом, ощущая холод его ладони, Найрон напряженно думал, может ли учитель напасть на него сейчас? Но его неотступно преследовала мысль о том, что, если тот хотел причинить Найрону вред, у него была великолепная возможность сделать это на пустой и темной платформе, которая вряд ли хорошо просматривается с плантаций. Токвин довел его до гостиной, не обращая внимания на притихших, уставившихся на него нескольких учеников, из последних сил зубривших числономические формулы. Как только Даг вышел, те набросились на Найрона с вопросами о том, почему Токвин привел его, и что он ему сказал или сделал.

Найрон, слабо отмахиваясь, отвечал, что ничего тот ему не сказал и не сделал, а привел, потому что он вышел на платформу, забыв о запрете. Забираясь под одеяло, Найрон наткнулся на внимательный взгляд новичка. Тот, улыбнувшись, пожелал ему добрых снов. В ответ мальчик поинтересовался, где спит варанг.

– Да где-нибудь свил себе гнездо…– Тео зевнул, – он по-разному спит, бывает, со мной, а бывает в гнезде или закуток себе находит поукромнее.

Положив голову на подушку, Найрон не мог избавиться от мыслей о Токвине. Ему было совершенно непонятно, почему тот был так резок с демарго, почти прямо признался ему в убийстве шворхов, угрожал, ненавидел Зарика, в общем-то безобидного чудака, но при всем этом неплохо относится к нему, хоть он и худший ученик в школе. Отчего такие противоречия? Уже засыпая, Найрон пришел к выводу, что, если Даг все-таки и есть тот самый губитель шворхов, то у него, видимо, были для этого серьезные причины.

Проснулся Найрон оттого, что маленькие лапки бегали по его животу и груди, а потом переместились на шею и что-то начало щекотать ему нос. Протестующе подняв руку и открыв глаза, он встретился взглядом с широко раскрытыми блестящими глазками Стича, который обнюхивал его лицо, щекоча усами. Взяв его под мышки большим и указательным пальцами, перекинул на кровать еще спящего Тео. Тот мгновенно сел в постели, оглядываясь.

– Опять твоя зверюга ко мне полезла, – ворчливо пожаловался Найрон и бухнулся обратно на подушку. Сегодня свободный от уроков день и можно поваляться.

– Хм. Да, что-то он к тебе неравнодушен, – с робкой улыбкой ответил Тео, взяв Стича поперек живота и заглядывая тому в глаза. Стич фыркнул и зевнул, болтая хвостиком.

Не сговариваясь, мальчики расхохотались, показывая друг другу пальцами на недоуменно моргающего зверька, который продолжал болтать хвостиком. Его лапки безвольно висели, он лишь крутил мордочкой то в сторону одного, то в сторону другого. Не в силах остановиться и веселясь уже не от вида Стича, которого Тео, наконец, отпустил, а по инерции, с самих себя, они перебудили всю мальчишескую спальню. Микел, сонно моргая, яростно уставился на смеющегося Найрона, и внезапно бросил в него подушку.

– Заткнись, златовласка! Спать не даешь!

– Эй! – Тео сразу посуровел, – как там тебя, может, и в меня чем-нибудь запустишь, я тоже не молчал! – он развернулся к Микелу.

Тот ошарашено пялился на Тео. Найрону показалось, что он слышит, как натужно скрипят его извилины.

– А ты кто?

– А я новенький. В четвертом классе учиться буду. Зовут Тео Митчелл. И Найрон – мой друг.

При этих словах теперь уже Найрон ошарашено уставился на Тео. Хотя, быстро сориентировавшись, успел принять безмятежный вид до того, как Микел перевел взгляд с Тео на него.

– Да… Да ты просто еще не знаешь, какой он гад, трус и предатель, – насмешливо проговорил Микел, глядя на Митчелла все же с опаской.

– Ну, узнавать я это буду без твоей помощи, – Тео, улыбнувшись Найрону, встал, потянулся. Найрон уставился на его мускулистую спину, руки. Снова что-то заскреблось в душе, так и не став оформленной мыслью.

Поспешно одеваясь, Найрон понял, что мысли о целом дне, свободном от уроков, когда можно заниматься чем угодно, его не радуют, как обычно. Поняв – почему, он застыл со свитером в руках, не обращая внимания на толкающихся ребят, выходящих из спальни. Он должен рассказать Токвину о разговоре четверки в библиотеке. И о подслушанном компанией Микела его разговоре с демарго. Должен предупредить его. Испуганно одергивая самого себя, напоминая, что Токвин под подозрением, после его-то собственных слов, Найрон понял, что не хочет, просто совершенно не желает верить в его вину.

Натянув свитер на голову и продевая руки в рукава, он вышел в гостиную, прошел мимо весело болтающего с одноклассниками Тео, мимо шепчущихся в сторонке Лисы и Микела и, не позавтракав, поспешил к кабинету Дага. Он понятия не имел о том, с чего начать разговор. Но чем ближе был кабинет, тем быстрее он шел, боясь передумать, не разрешая себе сомневаться в непричастности учителя к последним происшествиям.

Глава 12. Не друг. Не враг.

Даг оказался на месте. Он стоял, сложив руки на груди, лицом к окну, выходящему на платформу. Когда Найрон вошел, резко обернулся, открыв было рот, но застыл, удивленно глядя на мальчика. Глаза слегка сузились, он вежливо улыбнулся и показал рукой на кресло. Робко сев, Найрон сглотнул и начал:

– Учитель Токвин, я бы хотел кое-что рассказать вам.

– О причине твоего выхода на платформу вчера вечером? Не стоит объясняться.

– Нет, я не о том! Хотя, это тоже имеет отношение…

Токвин нахмурился. Быстро взял в руки костяной стакан, отпил из него, поставил на стол. Подошел к камину и шевельнул пальцами. Из еле тлеющей золы взметнулось ярко оранжевое пламя. В протянутую руку прыгнул с полки чайник. Налив из кувшина синеватой жидкости, Даг подвесил чайник над огнем, закрепив его в таком положении велением.

– Хорошо. Я тебя слушаю, – он сел в кресло напротив, расслабленно глядя мимо мальчика.

– Я подслушал разговор той комиссии, что выясняла причины гибели дерева и шворхов, – Найрон сгорбился в кресле, с силой сплел пальцы.

Токвин резко глянул на него. В глазах появился холодный блеск. Но в лице он не изменился, оставаясь совершенно спокойным.

– Они считают, что кто-то из учителей сошел с ума и сделал это. И…и…– Найрон вдруг с ужасом осознал, что не может сказать Токвину о наблюдателе, которого те хотели прислать. Вдруг он все же замешан? Вдруг Найрон ошибается в нем? Может, наблюдатель еще появится? – и они считают, что это кто-то из средних учителей, который не смог стать высшим в школе. Что этот сумасшедший учитель решил так развивать свои способности.

Расслабленно откинувшись на спинку кресла, Токвин тихо рассмеялся.

– Ну конечно… – он оборвал себя, – И что? Что еще они говорили?

– Ну… Я не все слышал. Об этом разговоре больше ничего не знаю.

– Был еще какой-то разговор?

– Э-э-э… понимаете…

– Найрон, – Токвин подался вперед, голос его стал необычно мягким, – О твоем рассказе не узнает никто, не беспокойся на этот счет. Говори до конца, раз вообще решился.

– Кое-кто из учеников слышал, как вы ругаетесь с демарго… Они решили, что вы – тот, кто убил шворхов…

Лицо Токвина стало странным. Казалось, что оно начало поглощать свет, потемнело.

– С какого места они слышали наш разговор?

– Когда демарго спросил вас, почему вы не верите комиссии.

Токвин встал, постоял, покачиваясь с пяток на носки.

– И об этом уже знают все ученики, я полагаю, – он вновь был спокоен.

– Ну, они рассказали об этом в нашей гостиной…

– М-м, – Токвин холодно улыбнулся, – хорошо, что ты сказал мне об этом. По крайней мере, буду теперь знать, каковы причины шепота за спиной и переглядываний.

– Что вы сделаете? – Найрон перестал дышать в ожидании ответа.

– Да ничего. Я не убивал ни дерево, ни шворхов, поэтому доказать никто ничего не сможет. А тем временем, думаю, нам удастся обнаружить истинного виновника. Только не могу понять, неужели комиссия вот так просто взяла и улетела ни с чем…– Токвин налил в чашки синеватую жидкость из чайника.

– Это сок демизы. Пей, она придает сил, – отхлебнув из своей чашки, Токвин посоветовал:

– Тебе стоит дружить с этим новеньким, Митчеллом. Я так понял, что он неплохой парень. Сможет защитить тебя от компании Микела. Я же не могу дежурить у вас в комнате, – он усмехнулся, – и постарайся научиться большему на уроках боевых искусств, когда они начнутся. Это даст тебе возможность защищаться, и не будучи сильным мыследеем. Хотя, у низшего, умеющего драться кулаками, нет никаких шансов против высшего, не способного даже дать пощечину.

По пути в библиотеку Найрон спрашивал себя, не придется ли ему жалеть о сделанном. Ведь, если Токвин все-таки окажется виновным в смерти шворхов, если он сделает еще что-нибудь подобное, Найрону наверняка придется отвечать перед Собранием вместе с ним. Он так задумался над этим, что не заметил, войдя в библиотеку и садясь за ближайший к двери стол, что соседний уже занят тремя учениками. А когда увидел, решил, что не стоит уходить, этим он лишь даст понять, что боится. Сцепив зубы, он смотрел на Микела, Лису и темноволосую девочку-первоклассницу из соседней, розовой сферы, кажется ее зовут Кри.

Взяв для виду книгу по истории и забыв, зачем пришел сюда на самом деле, он прислушался. Микел говорил громким шепотом, не замечая ничего вокруг:

– Так вот, а потом Токвин со зловещей ухмылкой сказал демарго, что это он убил шворхов, а теперь обязательно убьет кого-нибудь из учеников, если тот будет ему мешать…

– НЕПРАВДА! – заорал Найрон вне себя от ярости.

Он вскочил, стол сдвинулся от его рывка, книга упала на пол.

Испуганно дернувшись, они повернулись к нему. Микел побелел.

– Ты, гадкая, навязчивая златовласка! Обвиняешь меня во лжи?! – он тоже встал, не обращая внимания на выбежавшую из своего закутка библиотекаршу, которая, всплеснув руками, запричитала, чтобы они прекратили безобразничать. Девочки одновременно прижали руки к губам и съежились.

– Еще раз назовешь меня так… – казалось, изо рта Найрона сейчас полыхнет огонь, – я тебя…

Микел не стал ждать окончания фразы. Он рванул к Найрону, сжав кулаки. Девочки завизжали. Старушка метнулась к двери.

Найрон встретил Микела стулом в вытянутых руках. Тот с разбега врезался в него, развалив на части. Застонав, схватил ножку и ткнул острыми обломками древесины Найрона в плечо изо всей силы. Упав на колено, на секунду перестав видеть от боли, но не издав ни звука, он поднялся и вцепился здоровой рукой Микелу в горло, что было силы сжав пальцы. Тот захрипел, ударил Найрона ногой в живот. Не в силах вдохнуть, мальчик вновь упал на колени, опираясь на руку. Другую прижал к желудку, который оглушал пронзительной, обрывающей все мысли болью.

Сквозь гул в ушах раздались крики, какой-то шум. Зрение начало восстанавливаться и, с трудом подняв голову, Найрон увидел, что задыхающегося Микела оттаскивают от него чьи-то руки. Потом он увидел ноги в кожаных высоких сапогах и, наконец, человека, присевшего рядом на корточки. Это был запыхавшийся Токвин. Позади Микела удерживал за руку Аруго Вест. Микел кашлял и хрипел, что Найрон напал первый, но тот его не слушал. Лишь держал за руку и в упор смотрел на Найрона.

– Так, – Даг тронул его за плечо, – я возьму тебя на руки, просто разогнись немного.

Сжавшийся в комок мальчик помотал головой. Ему казалось что, если он выпрямится, то умрет от этой жуткой боли в желудке, не дающей дышать. Токвин прикусил губу, подумал немного, потом обхватил его за плечи одной рукой, подхватил под колени другой и поднял. Найрон охнул, но хуже ему не стало. Он даже смог, наконец, вздохнуть. Правда, это было очень больно, но воздух все же слабой струйкой проник в его легкие. Почувствовав во рту соленый привкус, он кашлянул. На подбородок выплеснулось что-то мокрое. С трудом подняв руку, Найрон вытер его и понял, что это – кровь.

Аруго отпустил Микела, продолжающего тихо ныть, хрипеть и кашлять.

– Помоги, – глухо проговорил Даг, направляясь к двери. Вест быстро открыл перед ним дверь. Потом он шел впереди, освобождая дорогу от мечущихся учеников. Те, забывая о веселье, глядели им вслед.

– Шворха к Пилану, – бросил Токвин, когда они дошли до учительской гостиной. Коротко кивнув, Аруго вышел. Сидевшие в ней Немиза и Блум, перепугано уставились на Найрона. Токвин уложил его на диван и резко махнул им рукой. Они, пятясь, вышли из гостиной.

Глядя в глаза Найрону, который подобрал колени к животу и тихонько застонал, Токвин склонился над ним, и раздельно произнес:

– Зачем – ты – дрался – с Микелом?

– Он говорил о вас неправду, – прошептал мальчик.

– Никогда – не лезь – в драку – из-за меня. Никогда – не лезь – в драку – с более – сильным – противником, пока – не научишься – себя – защищать, – Токвин словно впечатывал эти слова в сознание Найрона. Они загорались перед его внутренним взором, постепенно сменяя друг друга. Найрон закрыл глаза. Хлопок по щеке. Открыл.

– Не спать, – Даг взял его за руку, сжал. Найрон снова кашлянул. На этот раз изо рта потекла струйка крови, не желающая останавливаться. Он начал захлебываться. Токвин слегка приподнял его голову, мальчик вновь задышал.

Дверь распахнулась. Вслед за Аруго Вестом в комнату стремительно вошел светловолосый мужчина средних лет в бежевом плаще. Сел рядом с Найроном на место Токвина, который быстро отошел в сторону. Оглядел оранжевыми глазами его с ног до головы. Приложил ладонь к желудку, по которому мгновенно разлился тягучий холод. Это было не очень приятное ощущение, но после той боли, которую испытал Найрон – это было почти блаженством. Приложив вторую ладонь к ране на плече, мужчина невнятно промычал, повернув лицо к Токвину:

– М-м-м. Вовремя. Минут десять бы еще… Везунчик! – последнее он сказал уже разборчивее, обращаясь к Найрону. Потом, вновь обратившись к Токвину, добавил:

– Поинтересуйтесь у второго драчуна, кто его обучил этому удару? Дети так не дерутся, это один из бойцовских приёмов низших, – в ответ на это Токвин с легкой иронией в голосе ответил:

– Я знаю.

– В том числе и низших, участвующих…, – Найрону не было видно почему, но Пилан внезапно сбился и замолк.

Найрон даже не старался вникнуть в суть их разговора. Для него сейчас имели значение только две вещи. Первая, это то, что боль прекратилась. Вторая – Токвин не допустит, чтобы Микел смог повторить что-либо подобное. Он не сказал вслух, но Найрон прочел это в его глазах. Через полчаса молчания, когда лекарь, наконец, закончил, Токвин произнес:

– Спасибо Пилан. Ты спас его.

В ответ тот замахал руками.

– Ну что ты, Даг! – он улыбнулся, – какие пустяки. Мне приходилось гораздо более страшные ранения лечить, – он медленно встал, не отрывая взгляда от учителя. Тот слегка повел бровями.

– Конечно.

Пилан перестал, наконец, буравить взглядом Токвина и обратился к Аруго:

– Ну, а где же второй? – Вест сделал пригласительный жест и открыл дверь.

– Как себя чувствуешь? – Токвин устало опустился на диван напротив.

– Нормально. Только в глазах немного… двоится…– прошептал Найрон, садясь на диване и обнимая руками колени.

– Так бывает. Было бы странно, если бы не двоилось, – Токвин усмехнулся, – я не знал, что Микел способен на такое. Если бы знал, не допустил бы.

– А на что такое он способен? Он же просто ударил меня…

– Нет. Это боевой прием низших мыследеев. Вокруг колена в момент удара формируется толстая воздушная прослойка. Твердая. Она делает такой удар раза в три сильнее, чем просто удар коленом в живот. И первоклассники обычно не способны применять такой прием.

Найрон мог только озадаченно моргать, никакие умные мысли в голове не появлялись.

– Знаешь, думаю, на самом деле мы бы не узнали об этом умении Микела до конца его обучения в школе, – Токвин криво усмехнулся, – если бы он не решил, что ты придушишь его. Он защищал свою жизнь.

– Я не первый начал… Вы думаете, я виноват…

– Вы оба виноваты, – жестко отрезал Токвин, – Найрон ты хочешь помочь мне? Оказать услугу? Разумеется, я возьму тебя под свою защиту, ты ведь этого добивался, подбрасывая тряпки в кабинет демарго? – взгляд Токвина обжигал. Найрон почувствовал, что не в силах пошевелиться, придавленный этим тяжелым взглядом. С трудом кивнул.

– Тогда, если услышишь что-либо обо мне, о школе, о чьих-то подозрительных делах – не лезь в драку. Дослушай до конца, а потом сообщи мне.

Найрон открыл рот, задохнувшись.

– Вы предлагаете мне шпионить?

– Хм. Я предлагаю тебе сообщать мне информацию, которую ты случайно можешь узнать. Шпионаж, Найрон, искусство тонкое, требующее опыта и понимания очень многих вещей. Никто не поручает шпионить маленьким мальчикам, – он улыбнулся, но глаза оставались холодными.

– А что будет с Микелом? – Найрон изо всех сил старался скрыть неприязненное любопытство в голосе.

– Во-первых, я выясню источник его боевого таланта, – насмешка явственно прозвучала в словах учителя, – Во-вторых, его не выгонят, потому что ты виноват не меньше его, а выгнать тебя я не позволю. В-третьих, демарго пригласит ваших родителей сюда для беседы. Так что готовься, – в голосе Дага не было даже намека на сочувствие.

Найрон, не моргая, смотрел на него.

– Я не хочу, чтобы отцу сообщали.

– Думаешь, кого-то это интересует? – Токвин встал и занялся чайником.

Найрон искал слова для того, чтобы как-то убедить учителя в том, что не нужно вызывать отца, но его прервали. Вернулся Аруго. Странно посмотрев на Найрона, повернулся к Токвину:

– Чуть не придушил. Пришлось приводить в порядок гортань и связки. Что там между вами произошло? Девочки ничего толком объяснить не могут, – это он спросил уже у Найрона, но за него ответил Токвин.

– Произошло то, Аруго, в чем разбираться я буду сам.

Тот, потупившись, словно нашкодивший ученик, пожал плечами и подал Токвину кувшин с соком. Покорный гигант особенно забавно смотрелся рядом с невысоким, худощавым Токвином в бесформенно висевшей на нем просторной рубашке. Найрон со все возрастающим восхищением смотрел на него. Да Токвин здесь всех в кулаке держит! Кто он такой? Появился полгода назад, и почти все учителя вкупе с демарго ходят перед ним по струнке! Он задумался, может ли прямо спросить его об этом. И тут же насмешливо себе ответил, что спросить он, конечно, может. Только ответа не получит. Уверенность в этом росла в нем с каждой минутой. Наблюдая раньше за быстрыми движениями Токвина, его четкими указаниями на уроках, командными интонациями в разговорах с другими учителями, даже за откровенной грубостью с демарго, он всерьез не задумывался о причинах такого поведения. А сейчас этот вопрос начал мучить его сильнее боли, полчаса назад разрывающей на части желудок.

Кто такой Даг Токвин? Не враг. Не друг. Бывший учитель школы средней ступени. Вроде бы, обычный высший мыследей. Но ведь другие его явно боятся. И чем так насолил ему Зарик? Он, конечно, действительно довольно неопрятен, но Даг относится к нему с какой-то…ну…чуть ли не ненавистью.

Вест, прихватив с собой чашку с дымящимся соком, вышел.

– О чем задумался? Если о том, как уговорить меня не посылать письмо твоему отцу, то можешь не напрягаться, – Токвин насмешливо смотрел на него.

Не успев себя остановить, Найрон выпалил, пожалев об этом в тот же момент:

– Почему вы ушли из школы средней ступени?! – закончив фразу, он приготовился к тому, что сейчас на него, наконец, обрушится гнев на удивление долго хранящего спокойствие учителя.

Но тот, лишь задумчиво покачав головой, махнул рукой в сторону камина. Переведя взгляд, Найрон заворожено следил, как языки пламени замедлили свои трепыхания, потемнели, став густого лилового цвета, и застыли совсем. А потом, после вторичного взмаха, ожили и вновь стали обычным огнем. Найрон посмотрел на Токвина. Тот, поправив ворот просторной рубашки, сказал:

– Все, что тебе нужно обо мне знать, Найрон, заключается в четырех вещах. Первое: я учитель. Второе: ты должен доверять мне. Третье: я не дам тебя в обиду. И четвертое: поблажек от меня не дождешься, – холодно улыбнувшись напоследок, Даг предложил проводить Найрона до гостиной, но тот, угрюмо покачав головой, отказался. Было уже время обеда и он пошел туда сам, засунув руки в карманы и, пытаясь представить себе реакцию отца.