355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Литаврина » Виват, Романовы! Часть II » Текст книги (страница 2)
Виват, Романовы! Часть II
  • Текст добавлен: 15 марта 2022, 20:23

Текст книги "Виват, Романовы! Часть II"


Автор книги: Анна Литаврина



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

Сцена 5

Раннее утро. Зимний дворец. По коридору тихо крадётся граф Пален. Всюду валяются наспех собранные чемоданы, прислуга, охрана и т. д. Зимний дворец спит после тяжёлой ночи и спешного переезда.

Граф Пален приближается к бывшему кабинету покойного императора.

Граф Пален (про себя). Надо покопаться в документах и изъять всё, что может меня скомпрометировать.

Переступая через спящего гусара, идёт к кабинету, дёргает за ручку, входит внутрь.

За большим письменным столом спит, положив голову на сложенные руки, Александр.

Граф Пален (удивлённо). Ваше Величество! А вы что тут делаете в такой час?

Александр вздрагивает и просыпается.

Александр (сонно). А, это вы… а я вот… уже встал. Почти.

Граф Пален. Я думал, вы не ложились. Сейчас ещё и семи утра нет!

Александр (отчаянно зевая). Ну, я не был уверен, сколько мне следует теперь спать. Батюшка вставал в четыре утра… (С надеждой) Можно, я так не буду?

Граф Пален. Вы теперь император. Можете вставать, когда хотите. (Немного подумав.) Ну не позже девяти только, а то все сочтут, что вы лентяй и неженка.

Александр. Хорошо, что вы пришли. Пален, нам ведь надо обсудить всё произошедшее. Каковы результаты допроса и расследования убийства моего отца?

Граф Пален (сухо). Увы, Ваше Величество, увы. Не удалось восстановить картины событий. Так бывает, когда все участники оказываются пьяными. (Недовольно) Значит, вы всё же полагаете, что императора убили?

Александр. Ах, да перестаньте! Вы опять про это… «Умер от старости»? Это даже неприлично! Никто не поверит.

Граф Пален. Да, но вы уже это объявили гвардейцам ночью. И потом… сколько лет было императору?

Александр (задумавшись). Он на пять лет старше матушки. А матушка ни за что не скажет, сколько ей лет. Но вообще… (Недовольно смотрит на Палена.) Не заговаривайте мне зубы. Необходимо наказать убийц, или все будут думать, что я плохой, не любил отца и тому подобное. Моей репутации будет нанесён урон.

Граф Пален подходит и приобнимает его дружески за плечи.

Граф Пален. Никак нельзя наказать, Ваше Величество. Никак нельзя. Во-первых, уже объявлено что император умер от естественных причин. Во-вторых, если наказывать участников, то и нам с вами не миновать наказания… (вздыхает, достаёт из кармана блокнот) Вот, видите: ваша фамилия и напротив – галочка. Вы в списке заговорщиков.

Александр. Это абсурд! Я вообще спал!

Граф Пален. Вы не спали. Вы играли в карты со своей женой.

Александр (возмущённо). Но я тут ни при чём! Это вы меня втянули! И кстати, где то завещание отца, в котором он хотел сделать собаку императором, а? Не было его! Вы меня обманули, а я вам поверил!

Граф Пален. Даже если этого завещания не было сейчас, он бы составил его потом… (В сторону.) Ещё неизвестно, кто был бы лучшим правителем. С собакой было бы явно мне проще сейчас.

Александр (хлопая глазами). То есть вы ничего не будете делать?

Граф Пален. И вы ничего не будете. Помянем его душу.

Достаёт из кармана флягу с водкой, отпивает, морщится, протягивает Александру.

Александр. Фу, я такое не пью.

Граф Пален. А придётся! Вам теперь пример подавать войскам!

Александр. Пьянством?

Граф Пален. Мужественностью.

Александр. Лучше пьянством. (Берёт флягу, отпивает, морщится.)

Граф Пален. Крепитесь! Крепитесь изо всех сил! А я буду рядом. Я помогу… слушайтесь меня, и всё будет хорошо…

Александр (снова отпивая из фляги). Кхм, вы сказали, слушайтесь? Я вас должен слушаться?

Граф Пален. Я сказал «слушайте», Ваше Величество! То есть внимайте добрым советам.

Провожает его из кабинета в соседнюю комнату, укладывает на диван.

Граф Пален. Вот так, поспите. До девяти часов ещё есть время.

Александр (сонно). Да, вы только меня разбудите, чтобы я не проспал, хорошо?

Граф Пален (укрывая его шинелью). Да-да, я буду в соседней комнате… в кабинете. Пока там порядок наведу.

Александр засыпает. Граф Пален идёт обратно в кабинет, закрывает за собой дверь.

Граф Пален. Ну теперь всё по-моему будет!

Сцена 6

11 часов утра. Комната рядом с кабинетом императора. Александр спит на диванчике. Входит Елизавета Алексеевна.

Елизавета Алексеевна (тормошит его за плечо). Саша, вставайте! Вы знаете, который час?

Александр (недовольно переворачиваясь на другой бок). Ах, отстаньте, меня граф Пален разбудит, когда надо будет…

Елизавета Алексеевна. Когда надо будет!? Кому надо? Вставайте!

С силой дёргает его за плечо. Тот падает с диванчика.

Александр (с возмущением потирая ушибленный бок). Да вы что, совсем? Больно же!

Елизавета Алексеевна. Как вам не стыдно! Уже одиннадцать утра! Весь двор встал, только вы спите – и в такой момент!

Александр (поднимаясь с пола). Неправда! Я встал в пять утра, раньше всех и уже был в кабинете, как батюшка… а потом пришёл граф Пален и сказал, что ещё очень рано и можно немного поспать…

Елизавета Алексеевна (всплеснув руками). Граф Пален? Боже, и вы ему доверяете? После того, что случилось? Вы знаете, где он сейчас?

Поднимает его за руку с диванчика. Выходят в коридор, идут к рабочему кабинету императора. Заходят в кабинет. Граф Пален сидит за столом. Вокруг разложены бумаги, стоит чашка кофе, дымится пепельница с окурками.

Александр (возмущённо). Пален! Почему вы меня не разбудили?

Граф Пален (с улыбкой). Я хотел, чтобы вы выспались. У вас был трудный день!

Александр. Хорошо, принимается. Но почему вы сидите в моём кабинете, на моём стуле? Это место государя!

Граф Пален. Я решил, что у вас был трудный день, и я немного поработаю за вас, пока вы почиваете. Я вас прикрывал. Сами понимаете, пока вы спите, должны же всё равно делаться дела!

Александр. Ну, в общем, да, но…

Елизавета Алексеевна (строго). Граф, потрудитесь теперь встать и уступить место императору. Вы свободны.

Граф Пален встаёт, кланяется, уступает место, сгребает бумаги со стола и идёт к двери.

Елизавета Алексеевна. Эй, эй! А это куда понесли? Положите-ка на место.

Граф Пален с оскорблённым видом кладёт бумаги на стол и уходит.

Александр садится за стол, оглядывается и в отчаяньи закрывает лицо руками.

Александр. Господи, это ужасно! И что мне теперь делать?

Елизавета Алексеевна. Ну, для начала наказать преступников.

Александр. Граф Пален сказал, что это невозможно, ибо я тоже преступник… (Плачет.) Я преступник! В голове не укладывается!

Елизавета Алексеевна с жалостью гладит его по голове. Задумчиво смотрит в окно.

Елизавета Алексеевна. Раз граф Пален так говорит, значит, надо наказать графа Палена. Но не сейчас. Не сразу. Пусть думает, что вы его слушаетесь…

Александр (подняв глаза). А я?

Елизавета Алексеевна. А вы будете слушаться… (Смотрит на него.) Голоса совести и чести!

Александр (вздыхая). Мне кажется, я стал их плохо слышать.

Елизавета Алексеевна (теряя терпение). Тогда меня слушайте! Кто, в конце концов, скоро родит вам ребёнка? Граф Пален?

Александр. Да-да, только вы меня и жалеете!

Александр плачет, обнимая её и утыкаясь лицом в живот.

Елизавета Алексеевна (растроганно). Ну-ну. Ну хотите, я вам дам поносить свои платья?.. Или туфли… Могу даже пеньюар подарить… ну только не плачьте!

Александр (всхлипывая). Как будто бы вы не знаете, что они на меня всё равно не налезут!

Встаёт, подходит к окну. Смотрит на город.

Александр (горестно). Вот и всё. Прощай, прежняя жизнь. Я теперь ничего не смогу себе позволить из того, о чём мечтал. Какие пеньюары, Елизавета Алексеевна? Это вы теперь можете забрать себе все мои парики и корсеты… и бусы, и ленты…

Елизавета Алексеевна. Вы прекрасно знаете, что я не ношу ни парики, ни корсеты. Они мне ни к чему. Да и вам не советую. От париков волосы выпадают.

Александр (вздыхает). Теперь мне все эти вещи под запретом. Прощай, прежняя… так и не случившаяся жизнь!

Опускает штору.

Сцена 7

Елизавета Алексеевна выходит из кабинета. Идёт по коридору. Из-за угла выходит граф Пален и преграждает ей путь.

Елизавета Алексеевна (возмущённо). Граф Пален! Дайте мне пройти немедленно!

Граф Пален (любезно). Елизавета Алексеевна! Прошу меня извинить! У меня к вам есть важный разговор!

Отводит её к окну.

Граф Пален. Дорогая Елизавета Алексеевна! Ситуация складывается крайне непростая!

Елизавета Алексеевна. Да уж!

Граф Пален (вкрадчиво). Как вы знаете, Александр Павлович отнёсся к своему новому положению без энтузиазма…

Елизавета Алексеевна. Ещё бы! Вы втянули его в преступление!

Граф Пален. Ах, да что вы… ну вы-то благоразумная леди! Вы должны понимать, в отличие от него… ну как можно соглашаться на участие в чём-то, об чём не имеешь ни малейшего понятия! Ну это же так по-детски, так наивно! Я был уверен, что Александр Павлович отдаёт себе отчёт в последствиях, но увы… Теперь он взял позицию во всём обвинять меня! Я признаться, огорчён и опечален…

Елизавета Алексеевна. Но к чему вы клоните? Я не пойму!

Граф Пален (оглядываясь). Елизавета Алексеевна, вы же понимаете, что Александр Павлович совершенно не годится для роли государя! Он слаб, он изнежен, он наивен и вообще полон странностей! Что я рассказываю вам, вы знаете всё это лучше меня!

Елизавета Алексеевна. И что дальше?

Граф Пален. У меня есть один проект… дабы спасти страну от правления слабого и неопытного человека, я предлагаю вам – вам, Елизавета Алексеевна, взять эту роль на себя!

Елизавета Алексеевна. Вы хотите сказать, чтобы я советовала мужу и помогала?

Граф Пален. Нет! Я предлагаю вам стать императрицей и править Россией самостоятельно! Вы умны, вы добродетельны, вы красивы и молоды! Вас все обожают! В конце концов, вы даже русским языком владеете лучше Александра Павловича.

Елизавета Алексеевна (медленно). То есть вы предлагаете мне…

Граф Пален (радостно). Да! Свергнуть Александра! О, не волнуйтесь! Всё продумано и подготовлено… Во-первых, он ещё не коронован, так что это даже переворотом будет назвать нельзя. Во-вторых, мы обвиним его в заговоре против Павла Петровича, в узурпаторском захвате власти. У меня есть доказательства! (Показывает на блокнот.) Куча свидетелей его участия в либеральном кружке. Его конфликтные отношения с отцом также всем известны! Гвардейцы и армия с радостью вам присягнут! Они его не любят. Ибо он труслив и никогда за них не заступался… А главное! Главное, всё будет по закону, ибо вы… вы ожидаете ребёнка! Законного наследника престола! Согласно закону о престолонаследии, вы станете регентшей до его совершеннолетия… ну или до совершеннолетия Николая Павловича, если будет девочка. Неважно. Константин Павлович помехой не будет. Он сумасшедший, и его даже близко нельзя подпускать к власти. Ну, что думаете?

Елизавета Алексеевна молча смотрит на него.

Граф Пален. Понимаю, вам жалко Александра Павловича, но я ручаюсь… (шёпотом) Ни один волос не упадёт с его головы…

Елизавета Алексеевна. и вы считаете возможным мне такое предлагать?

Граф Пален (с жаром). Это ради России! Поймите же… вы совершите благое дело! Вспомните Екатерину Алексеевну! Ей однажды так же пришлось пойти на переворот ради спасения России…

Елизавета Алексеевна (тихо). И к чему это привело?

Граф Пален. К чему?

Елизавета Алексеевна. Перевороты в России стали обычным делом! Отец на сына, сын на отца, жена на мужа? (Решительно.) Я не Екатерина Алексеевна. Не надо нас сравнивать. У нас совершенно нет ничего общего! А что касается ребёнка, то дело в том…

Граф Пален. Что он не от Александра Павловича? Ерунда! (Улыбается и подмигивает.) вспомните Павла Петровича… Я и говорю, у вас с покойной государыней много общего…

Елизавета Алексеевна (перебивая). Павел Петрович был законным сыном императрицы от Петра Фёдоровича. Я знаю, она сама мне призналась.

Граф Пален (озадаченно). Разве? Надо же… ну что же. Тогда это ещё больше обьясняет. В том числе извращённые склонности Александра Павловича.

Елизавета Алексеевна. А вы вообще когда-либо задумывались о том, что было бы, если б Пётр Фёдорович не умер и правил Россией?

Граф Пален. Да вместо России здесь давно бы уже была немецкая слобода!

Елизавета Алексеевна (ехидно). Граф Пален, а разве вы не немец, а?

Граф Пален. Я – патриот той страны, в которой живу! И, в конце концов, Россией испокон веков правят немцы… ха-ха!

Елизавета Алексеевна (гневно). Граф Пален! Вы бесчестный и подлый человек! Я не желаю иметь с вами ничего общего! Даже не смейте впредь подходить ко мне с такими гнусными предложениями! Что вы за люди? Не успели похоронить одного свергнутого императора, уже взялись за второго! Кошмар, а не страна!

Отталкивает его и уходит.

Граф Пален (ей вслед разочарованно). Ну и дура!

Сцена 8

Тайная комната Михайловского замка. Сумерки. Александр и Павел готовятся к похоронам. Павел лежит на большой удобной кровати, пьёт чай с пирогом и выбирает ткань похоронного мундира из нескольких образцов.

Александр (в недоумении). Отец, но как вы планируете всё это организовать? Я должен знать о ваших планах!

Павел. Всё продумано. Хоронить будут куклу. Специально и давно подготовленные для этого люди уже всё организовали. Никто ничего не заметит.

Александр. Кто эти люди, позвольте узнать?

Павел. Мои друзья-масоны, естественно.

Александр (насупившись). А эти люди не могут организовать ваше воскрешение? Я понятия не имею, что делать дальше, когда вас похоронят!

Павел. Прежде всего ты должен навести порядок. Посадить всех заговорщиков, поставить мне памятник…

Александр. Я о том, как нам с вами быть дальше! Должен ли я буду вести политику по своему разумению или выполнять ваши указы, раз уж вы живы?

Павел. Я думаю, тебе стоит попробовать сделать что-то самому хотя бы раз в жизни. А вот когда ты, как обычно, всё завалишь, можешь обратиться ко мне за советом.

Александр (обиженно). Хорошенькое дело! Я должен управлять империей, а вы чем тут заниматься будете?

Павел (сладко потягиваясь). Пока я намереваюсь перечитать всю свою библиотеку… спать, сколько хочу, возможно, начать писать книгу…

Александр. Книгу?

Павел. Да. Автобиографию. С рекомендациями для потомков. У меня есть отдельная глава о моём знакомстве с монахом-прорицателем Авелем… откровенно говоря, вас всех ожидает такой ужас, что я рад, что уже умер…

Александр. И всё?! Так и будете сидеть здесь в тайной комнате в изоляции от мира? С вашей деятельной натурой вы умрёте от скуки.

Павел (задумчиво). Возможно, я стану бродить по замку в качестве призрака и пугать людей, доводя их до истерических припадков и слёз ужаса.

Александр. То есть, в сущности, род вашей деятельности не изменится после смерти?

Павел замахивается на него куском пирога, потом, подумав немного, отправляет в рот.

Павел. А ты будешь в качестве наказания и искуплении вины прислуживать мне. Носить сухарики, пироги, свежую прессу и прочее, что мне заблагорассудится.

Александр (задумчиво). Но как быть с политикой России? Ведь это не сухарики вам носить…

Павел (кивает). Наконец-то ты мыслишь практически. У тебя есть план? О чём вы дискутировали в вашем либеральном кружке, который маскировали под оргии?

Александр (поражённо). Как вы узнали?

Павел. Я всё знаю. На оргии вы не тянете. Ты своей жене ребёнка сделать не в состоянии. Всё чулки примеряешь…

Александр. Вы и об этом знали?!

Павел. Я не так наивен и недальновиден, как думала твоя бабушка. Я с детства знал, что ты особенный. (Задумчиво.) Однажды я поведаю тебе историю тайны твоего рождения…

Александр. Так что с политикой России?

Павел. Твои намерения мне известны. Сразу скажу: всё это полная чушь, но если хочешь попробовать – вперёд. Хоть будет над чем посмеяться.

Александр. А что вы сделали, когда стали императором? Ведь вы так долго готовились!

Павел (с досадой). Да, и всё равно ничего не успел из запланированного! Говоря откровенно, первое время я был несколько растерян и не хотел сразу же потрясти народ своими реформаторскими идеями… я не был уверен, что они не устарели с того момента, как я их придумал. Поэтому я пошёл логическим путём. Я просто стал отменять всё, что делала твоя бабушка, и что казалось мне глупым. Поясню. Я не считаю императрицу глупой ни в коем случае. Просто она женщина. Вот и всё.

Александр (оскорблённо). Вы принижаете женщин?

Павел. Не всех. Только тех женщин, которые принижают меня… Дай мне ещё вон тех сухариков.

Александр даёт ему мешок сухарей.

Александр (задумчиво). Думаю, это я смогу. Отменить то, что вы наделали за эти четыре года. (Встаёт.) Спасибо, отец. Я и сам намеревался это сделать, но рад, что вы одобрили этот проект. Пусть земля вам будет пухом!

Павел. Я что-то не понял…

Александр. Насчёт ваших похорон… Какие бы музыкальные произведения вы бы желали услышать?

Убегает, уворачиваясь от летящего в него мешка сухарей.

Александр (на бегу). Понял-понял! На своё усмотрение!

Сцена 9

Похороны Павла. Торжественная процессия после отпевания направляется к усыпальнице Петропавловского собора. Играет похоронный марш. Впереди идёт Александр под руку с Марьфёдорной. Сзади Константин несёт на руках Фру-Фру. Следом – Елизавета Алексеевна и остальные члены семьи, включая Нелидову, ближайшая прислуга и т. д. Никто не плачет, но у всех трагичные и мрачные лица.

Заходят в собор, направляются к подготовленной могильной яме.

Александр (шёпотом матери). Матушка, вы, главное, в обморок не падайте.

Марьфёдорна (трагически глядя на него). Поучать меня ещё будешь? (Смотрит на могильную яму.) Вот как щас тебя туда столкну… будешь знать!

Александр. Благодарю вас, я всегда знал, что вы предпочли бы, чтоб умер я!

Марьфёдорна. У меня четверо сыновей… А муж – один!

Все встают возле усыпальницы перед гробом. Вздыхают. Идут минуты.

Александр (снова шёпотом матери). А чего ждём? Разве не пора начинать прощание и захоронение?

Марьфёдорна. Так князя Куракина ждём. Он как всегда опаздывает…

Раскрываются двери, играет неизвестная мрачная мелодия. На пороге появляется князь Куракин в белоснежном парике, чёрном парчовом, расшитом бриллиантами, камзоле, с чёрным жабо и длинном чёрном шёлковом плаще. В руках у него чёрная свеча. За его спиной движется процессия из людей в чёрных плащах, со свечами. Торжественно идут по собору в сторону алтаря.

Марьфёдорна (закатывая глаза). И здесь Александр Борисович решил выделиться!

Куракин подходит, встаёт рядом с ними. Целует ручку Марьфёдорне, обнимает Александра.

Начинается церемония прощания. Время торжественных речей.

Выходит Марьфёдорна. Говорит по-немецки. Читает стихи, что-то рассказывает.

Марьфёдорна (заканчивает по-русски). …и он был необыкновенным человеком!

Александр (матери). Матушка, что ж вы по-немецки… не все тут всё поняли.

Марьфёдорна (с вызовом, всё так же по-немецки). Твой отец бы понял! Он прекрасно знал немецкий! А я должна была хорошо сказать!

Выходит Куракин. Встаёт рядом с гробом, кладёт на него руки. Обводит всех взглядом. Откашливается.

Куракин. Мне есть что сказать, господа! Я знал его более и долее вас!

Начинает произносить речь.

(час спустя)

Все засыпают.

Куракин (ударяя кулаком по крышке гроба). Да! Вот таким он был человеком!

Константин (шёпотом брату). Этак батюшка разлагаться начнёт, ежели князя не остановить…

Куракин (хлопая Александра по плечу). Иди! Теперь твоя очередь!

Александр выходит вперёд, встаёт, смотрит на всех.

Александр (глубоко вздыхая). Мне трудно говорить. Я не знаю, есть ли какие-либо подходящие слова, которые может сказать сын своему отцу, провожая его в последний путь. (Смотрит на лежащего в гробу покойника.) Правда в том, что никогда в жизни я не чувствовал себя таким одиноким… Таким беззащитным. Я часто мечтал о независимой и свободной жизни, но даже не предполагал, какую цену мне придётся за это заплатить… Теперь я знаю: мы начинаем жить по-настоящему, лишь когда умирают наши родители!

Тишина.

Александр. Я хочу сказать, что начинаешь осознавать конечность жизни и бытия лишь когда теряешь своих родителей! Тех, кто дал тебе жизнь…

Все (кивая). А-а-а…

Александр (трагическим голосом). Отец, возможно, остался непонятым при жизни… но, как это происходит со всеми великими людьми, его имя будет оценено потомками после его смерти.

Внезапно Фру-Фру срывается с рук Константина, бежит, тявкая к гробу.

Фру-Фру (подпрыгивая возле гроба и пытаясь запрыгнуть). Тяв-тяв!

Александр смотрит на покойника. Из уголка его глаза стекает слеза.

Все. Ах! Какая речь!

Священник. Ну всё, пора. С Богом!

Начинают опускать гроб в выложенную кирпичами яму.

Александр срывается с места и бросается к могиле.

Александр (в ужасе). Не-е-ет!!! Нет! Он живой! Живой! Давайте назад!!!

Марьфёдорна падает в обморок. Константин бросается ловить Фру-Фру. Елизавета Алексеевна бежит к Александру и хватает его за руки. Все ахают.

Елизавета Алексеевна (пытаясь оттащить его). Саша, остановитесь! Перестаньте! Он мёртв!

Александр (истерически). Нет! Он жив! Жив! Убийцы!!!

Священник ознаменует всё вокруг крестом и поливает святой водой. Куракин бросается на помощь Елизавете Алексеевне. Константин гоняет Фру-Фру. Великие княжны рыдают. Нелидова присаживается в уголок и закуривает.

Александр (рыдая и бросаясь к гробу). Это ужа-а-а-асно!!! Он жив! Жив!!!

Два мужика заходят в церковь. Смотрят.

Первый мужик. Эвона как… гляди, как наследник-то всё ещё убивается!

Второй мужик (почёсывая затылок). Всё, попёрло проклятье… вот щас как всю Россию накроет… пошли-ка отсюдова.

Уходят.

Александра оттаскивают в сторону. Гроб опускают в могилу и задвигают могильную плиту.

Император Павел похоронен.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю