Текст книги "Развод. Убью мужа (СИ)"

Автор книги: Анна Королёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 12 – Условия

Жнец медленно садится на верстак, скрестив руки на широкой груди. Его движения ленивы, почти небрежны, но в каждом из них чувствуется скрытая, едва обузданная сила. Это человек, который привык быть хозяином положения, привык управлять ситуацией, держать всё под своим железным контролем. Высокий, с атлетичным телосложением, он напоминает бойца, который знает свои возможности и уверен в том, что способен победить в любой схватке. Чёрные, коротко подстриженные волосы подчёркивают резкие, почти хищные черты лица. Глубокие карие глаза сверкают циничным холодом, будто в них застыло отражение самой тьмы, а в уголках губ играет лёгкая усмешка, как будто он смеётся над каждым, кто осмелился бросить ему вызов.

– Убить твоего мужа – это тот ещё гемор, – говорит он, медленно растягивая слова, словно бы обсуждает что-то обыденное, вроде покупки хлеба или выбора масла для машины. Его голос низкий, слегка хриплый, с металлическими нотками, которые звучат как предупреждение. – Мороз – это не человек. Это система. Это деньги. Это связи. Ошибка в миллиметр – и эта система сожрёт нас обоих. Ты хоть понимаешь, на что идёшь?

– Я понимаю, – отвечаю я, стараясь держать голос ровным, хотя внутри всё дрожит. Каждый нерв в теле натянут, как струна, готовая лопнуть.

Он хмыкает, качает головой, словно слышал эту фразу уже тысячу раз. Словно видел десятки таких, как я, и ни одна из них не смогла его удивить.

– Все так говорят: «Нет выбора». А когда узнают цену, вдруг находят этот самый выбор. Или считают, что их проблемы стоят дешевле.

– Я готова на всё, – твёрдо заявляю я, хотя сама же сомневаюсь, правда ли это. Слова звучат громко, но внутри я чувствую, как нарастают сомнения, как страх наполняет каждую клетку моего тела.

– На всё? – он приподнимает одну бровь, и на его лице появляется кривая усмешка, в которой больше угрозы, чем юмора. – Ну ладно. Посмотрим.

Он встаёт с верстака, его движения плавные, почти кошачьи, и в них чувствуется хищная грация. Он подходит ближе, так, что я могу чувствовать слабый запах табака, смешанный с чем-то металлическим – машинным маслом или оружейной смазкой. Его фигура, его присутствие подавляют, заставляют чувствовать себя маленькой и беспомощной. Он останавливается так близко, что я вынуждена смотреть на него снизу вверх. Его взгляд пронзает меня, словно ледяной нож.

– Семьсот тысяч долларов, – бросает он, как будто это самая обыденная вещь в мире.

Мой мозг будто останавливается. Сердце пропускает удар, а потом начинает колотиться так громко, что я слышу его гул в ушах. Я даже не сразу понимаю смысл сказанного.

– Что? – мой голос звучит сдавленно, почти шёпотом.

– Ты всё правильно услышала, Лада, – говорит он с хищной усмешкой. Его тон холоден, как лёд, а глаза сверкают сталью. – Семьсот тысяч. Это моя цена.

– Это… это невозможно, – шепчу я, чувствуя, как по позвоночнику скользит ледяной холод.

– Возможно, – спокойно отвечает он, пожимая плечами, будто это вообще не обсуждается. – Для тех, кто действительно хочет решить свою проблему.

– У меня нет таких денег! – я не выдерживаю, мой голос срывается, почти превращаясь в крик. Слёзы подступают к глазам, но я изо всех сил стараюсь сдержаться, не показать свою слабость перед этим человеком.

Он усмехается, качая головой, и его голос становится мягче, почти издевательским:

– А ты думала, я работаю по бартеру? Может, пару банок тушёнки предложишь? Или старый пылесос?

– Это не смешно, – говорю я, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства, но голос предательски дрожит.

– Зато честно, – он делает шаг назад и снова садится на верстак, лениво потирая подбородок, словно размышляет над каким-то сложным уравнением. – Ладно, раз денег нет, придётся платить по-другому.

– Чем? – спрашиваю я, чувствуя, как страх сковывает всё тело, как этот вопрос становится началом чего-то ужасного.

– Это уже не твоё дело, – его голос становится жёстче, и в нём исчезает вся насмешка. Теперь он звучит так, будто режет ножом. – Когда придёт время, я скажу.

– Но… – начинаю я, но он поднимает руку, заставляя меня замолчать.

– Если ты не готова рисковать, то можешь забыть об этом разговоре и вернуться к своему мужу. Жить с ним. Терпеть. Или умереть. Это твой выбор, Лада.

Он смотрит на меня так, словно в его глазах уже вынесен приговор. Нет ни сочувствия, ни жалости, только холодная, хищная уверенность.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. У меня нет денег. У меня нет ничего. Только этот человек. И его обещание.

– Хорошо, – говорю я, чувствуя, как голос дрожит, как каждая клетка моего тела кричит мне: «Нет!». – Я согласна.

Он наклоняется ко мне, и его лицо становится серьёзным, почти звериным. Его взгляд пронизывает меня насквозь, как ледяной ветер, оставляя за собой только пустоту.

– Отлично, – тихо говорит он, и его слова звучат, как приговор. – Тогда сделаем это. Но помни: ты уже пересекла черту. Назад дороги нет. Даже если передумаешь, договорённость в силе. Я не остановлюсь.

Он выпрямляется, и его тень, отбрасываемая тусклым светом лампы, кажется огромной и пугающей. В этот момент я понимаю: я действительно только что подписала сделку с дьяволом. И этот дьявол смотрит на меня, словно знает, что я уже проиграла.

Глава 13 – Подозрения

Когда я возвращаюсь домой, часы показывают три утра. Всё это время я думала о словах Жнеца, о цене, которую мне предстоит заплатить, о том, что я только что подписала какую-то сделку с дьяволом. Семьсот тысяч… или то, что он попросит потом. Кажется, я еще не до конца осознала, куда вляпалась, но внутри уже поселился липкий страх, который не отпускал.

Я тихо открываю дверь, стараясь не разбудить Юру. В квартире темно, и только слабый свет уличных фонарей пробивается сквозь закрытые шторы. От этого полумрака мне становится немного спокойнее, и я уже собираюсь прокрасться в спальню, но стоило мне сделать шаг внутрь, как свет в гостиной вдруг резко включается. Я застываю на месте, как загнанный зверь.

Юра сидит на диване, раскинувшись, как гребанный император на троне. Его лицо – холодное, как ледяная статуя, и я чувствую, как этот взгляд буквально пригвождает меня к полу. Темно-русые волосы аккуратно зачесаны назад, подчёркивая тяжелые скулы и мощный подбородок. Серые глаза сверкают, словно сталь, и в них читается что-то такое, отчего по спине стекает ледяной пот. Крупный, с мощными плечами, он всегда казался мне человеком, который способен сломать другого пополам одним движением руки. Он внушает такой страх, что мои ноги будто приросли к полу.

– Где ты была? – его голос звучит тихо, но от этого он кажется ещё более угрожающим. В этой тишине каждое его слово разносится эхом, словно раскаты грома.

Я чувствую, как внутри всё сжимается в тугой комок. Черт, попала! Он же должен был быть на встрече, а приехать только завтра! Я стараюсь быстро придумать оправдание, но мысли путаются, и от этого становится ещё страшнее.

– Просто ходила прогуляться, – отвечаю я, стараясь держаться уверенно, хотя голос предательски дрожит. – Не спалось без тебя.

Юра медленно поднимается, его рост и массивная фигура делают его ещё более пугающим. Даже слегка смятая рубашка не лишает его безупречного, почти хищного вида. Он делает шаг ко мне, и я невольно отступаю назад, словно пытаясь избежать неминуемой угрозы.

– Лада, – произносит он медленно, растягивая каждую букву, словно смакуя момент, – я ненавижу, когда мне врут и считают за идиота.

Я стараюсь встретить его взгляд, но его глаза сверкают чем-то тёмным, почти зловещим. Этот взгляд прожигает меня насквозь, заставляя чувствовать себя совершенно беспомощной.

– Я… я не лгу, – шепчу я, но голос предательски дрожит, выдавая меня с головой.

– Не лжёшь? – его усмешка больше напоминает оскал. Он делает ещё один шаг вперёд, и я ощущаю, как его присутствие буквально давит на меня. – Тогда почему ты выглядишь так, будто только что сбежала с места преступления?

– Это всё в твоей голове, – отвечаю я, стараясь вложить в голос твёрдость, но знаю, что не убеждаю даже себя. Ладони вспотели, и я машинально стираю их о джинсы, стараясь унять панику.

Юра резко хватает меня за руку, его хватка словно стальные клещи. Я вздрагиваю от неожиданности, но не могу вырваться.

– В моей голове? – он наклоняется ближе, так что я чувствую его горячее дыхание на своём лице. – Ты думаешь, я идиот? Думаешь, я не знаю, что ты скрываешь?

– Не неси бред! – пытаюсь вырваться, но его пальцы сжимаются ещё сильнее, и я понимаю, что сопротивляться бесполезно.

– Бред? – он смеётся, но в этом смехе нет ничего весёлого. – Лада, милая, я слишком хорошо знаю таких, как ты. Думаешь, я не вижу, как ты извиваешься, пытаясь сыграть невинность?

Его голос становится громче, на грани срыва, и я чувствую, как стены словно сужаются вокруг нас.

– С кем ты была? – он почти рычит, его глаза сверкают яростью. – Кто он?!

– Никто! – выкрикиваю я, чувствуя, как паника накрывает меня волной.

– Никого не было!

– Не смей врать мне! – он отпускает мою руку, но только для того, чтобы резко ударить кулаком по стене рядом со мной. Звук удара разрывает напряжённую тишину, и я вижу глубокую вмятину на обоях.

Я отшатываюсь, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Его гнев кажется всепоглощающим, и я даже боюсь вздохнуть.

– Ты думаешь, я не узнаю? – его голос становится тише, но от этого ещё страшнее. – Думаешь, я не найду его?

Он медленно наклоняется ко мне, так близко, что я чувствую запах его парфюма, смешанный с чем-то острым, почти металлическим. Его слова словно обжигают меня.

– Если я узнаю, что ты меня предала, – шепчет он, – это будет последняя ошибка в твоей жизни. Учти, Лада. Сначала я трахну тебя у него на глазах. Потом прикончу этого урода, а тебя сдам в самый дешевый бордель, где с тобой будут развлекаться все желающие за сто рублей.

Я не могу ни говорить, ни двигаться. Только стою и смотрю на него, чувствуя, как он буквально раздавливает меня своим присутствием. Каждое его слово эхом звучит у меня в голове, и я понимаю, что он не шутит. Юра никогда не шутит.

– Иди спать, – бросает он наконец, резко отворачиваясь. Его голос снова становится холодным, словно ничего не произошло. – Завтра я решу, что с тобой делать.

Он поворачивается и уходит в другую комнату, оставив меня стоять в пустой гостиной. Моё тело дрожит, а в голове звучат его слова, как эхо. И я понимаю, что дьявол, с которым я заключила сделку, далеко не самое страшное в моей жизни.

В этот момент на телефон приходит сообщение, но у меня нет сил даже на то, чтобы его посмотреть.

Глава 14 – Проверка

На следующее утро я поднимаюсь с кровати раньше него. Если это вообще можно назвать сном – пару часов я просто лежала, уставившись в потолок, чувствуя, как липкий страх сковывает каждую клетку моего тела. Его дыхание за моей спиной было ровным, но даже во сне Юра казался напряжённым, как натянутая струна.

Свет из окна холодный, рассветный, но он не приносит ни малейшего облегчения. Внутри всё ещё ощущается пустота, в которой отдается гулом каждый его вчерашний крик, каждая угроза. Пальцы всё ещё стягивает фантомная боль от его хватки, и я бессознательно тру запястья, будто пытаясь стереть его прикосновение.

Я прокрадываюсь на кухню, стараясь не шуметь. Вода из-под крана кажется ледяной, когда я пытаюсь умыться, но даже она не может смыть этот липкий налёт страха. Я смотрю в своё отражение в зеркале над раковиной: тёмные круги под глазами, бледная кожа, волосы, спутанные в хаос. Кто ты, Лада? Что ты такое сейчас?

Мой взгляд падает на нож, лежащий на столе. Это глупо, я знаю, но мысль о том, чтобы просто схватить его, да хоть для того, чтобы почувствовать хоть какую-то защиту, проносится в голове. Я медленно протягиваю руку...

– Ты что делаешь? – его голос раздаётся за моей спиной, и я вздрагиваю, как пойманный вор. Нож выскальзывает из пальцев, глухо ударяясь об стол.

Юра стоит в дверях, упёршись плечом в косяк. Его волосы слегка растрёпаны, взгляд тяжёлый и внимательный, словно он сразу видит меня насквозь. В одной руке он держит телефон, в другой – сигарету, которую он, видимо, ещё не успел прикурить. Даже в этом расслабленном виде он выглядит угрожающе.

– У меня нет настроения на твою драму, Лада, – его голос звучит спокойно, но за этим спокойствием чувствуется стальная угроза. – Ты уже решила, как собираешься оправдываться? Или продолжаешь играть в молчанку?

– Мне нечего оправдывать, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, но он всё равно дрожит.

Он делает шаг вперёд, и кажется, что воздух в комнате становится тяжелее. Я инстинктивно отступаю, но он уже рядом, его высокая фигура словно заполняет всё пространство. Он берёт нож со стола, поворачивает его в руках, словно оценивая.

– Ты что, думала, что тебе это поможет? – его усмешка хищная, холодная. – Лада, ты даже представить не можешь, насколько ты беззащитна.

– Что ты хочешь?! – выкрикиваю я, больше не в силах сдерживать накопившуюся злость и страх. – Ты хочешь, чтобы я призналась в том, чего не делала? Хочешь, чтобы я ползала перед тобой на коленях? Чего ты хочешь, Юра?!

Он молчит, его взгляд становится ещё более мрачным. Затем он кладёт нож обратно на стол, но его действия кажутся пугающе обдуманными.

– Хочу. И я хочу, чтобы ты помнила, кто здесь главный, – произносит он тихо, но каждое его слово словно молоток, разбивающий меня на части. – И чтобы ты знала: если ты предашь меня, я уничтожу не только тебя, но и всё, что тебе дорого.

– У меня нет ничего дорогого, – отвечаю я, горько усмехнувшись. – Ты уже всё забрал.

На мгновение в его глазах мелькает что-то похожее на сомнение, но оно быстро исчезает, сменяясь той же ледяной маской.

Моё сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот вырвется наружу. Юра стоит слишком близко – его массивная фигура нависает надо мной, словно тень, готовая поглотить. Я не могу пошевелиться. Даже дыхание кажется предательством.

– Ты думаешь, я шучу, Лада? – говорит он медленно, почти шепотом, но в его голосе столько ярости, что это заставляет меня сжаться ещё сильнее. – Ты правда решила, что сможешь играть со мной?

– Я не играю… – шепчу я, но мой голос дрожит, и я знаю, что он чувствует мою слабость. Он всегда чувствует.

Юра наклоняется ближе, так, что его лицо оказывается всего в нескольких сантиметрах от моего. Его глаза сверкают холодным светом, как у хищника перед прыжком. На мгновение мне кажется, что он сейчас сделает что-то ужасное.

Но он выпрямляется, отступая на шаг, и я чувствую, как воздух снова наполняет мои лёгкие. Но это ненадолго. Юра начинает ходить по комнате, словно зверь в клетке, его шаги гулко отдаются в моих ушах.

– Знаешь, что самое смешное? – продолжает он, останавливаясь у окна. Его голос теперь звучит спокойно, но в этом спокойствии скрывается что-то ужасное. – Я ведь мог бы просто сделать вид, что ничего не знаю. Но нет. Зачем? Чтобы дать тебе ещё больше свободы? Чтобы ты продолжала мне изменять? Может это вообще не мой ребенок.

– Я не изменяла тебе, Юра, – говорю я, стараясь вложить в голос хоть каплю уверенности. – Ты гребанный параноик! Что с тобой творится?!

Он поворачивается ко мне, и я понимаю, что сделала ошибку. Его взгляд становится острым, как лезвие ножа.

– Параноик? – повторяет он, подходя ко мне. Его шаги медленные, но с каждым шагом напряжение в комнате растёт. – Ты уверена, что хочешь играть в эту игру, Лада?

– Я не играю, – отвечаю я, но мой голос звучит слишком тихо, почти жалобно.

– Тогда докажи, – говорит он, остановившись прямо передо мной. Его лицо становится почти спокойным, но это спокойствие пугает больше, чем ярость. – Докажи мне, что я ошибаюсь.

– Как? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри всё переворачивается от страха.

– Очень просто, – его голос становится мягким, почти ласковым, но от этого у меня только сильнее дрожат колени. – Дай мне свой телефон.

Моё сердце замирает. Телефон. Чёрт, телефон! На секунду я впадаю в ступор, но быстро беру себя в руки. Нельзя показывать слабость. Нельзя дать ему понять, что он прав.

– Зачем? – спрашиваю я, стараясь выглядеть как можно более уверенно. – Ты мне не доверяешь?

– Доверие нужно заслужить, Лада, – отвечает он, вытягивая руку. – Отдай телефон. Сейчас.

Я знаю, что у меня нет выхода. Если я откажусь, он поймёт, что я что-то скрываю. Но если я отдам ему телефон…там конечно нет никакой переписки, но последний из номеров – номер Риты. И меня это пугает.

Хотя, главное держать лицо. Она может быть просто одной из моей клиенток.

– Вот, пожалуйста, – я протягиваю ему телефон.

Юра ухмыляется и взяв его, почти сразу спрашивает ожидамый вопрос:

– Кто такая Рита?

– Одна из клиенток. Делаю ей маникюр.

– Очень интересно. – Невозмутимо кивает Юра. – А что скажешь о ее сообщении?

Он разворачивает ко мне телефон и я вижу короткие предложения:

“Привет, ну что? Встречалась с ним?”.

Глава 15 – Новый партнёр

Я смотрю на экран, и сердце выскакивает в горло. Это сообщение – короткое, но слишком многозначительное. “Привет, ну что? Встречалась с ним?” – всего пара слов, но в них может быть скрыто всё, что Юра так отчаянно ищет. Он не отрывает от меня взгляда, глаза сузились, губы сжались в тонкую линию. Я чувствую, как по спине стекает холодный пот.

– Ну так что? – повторяет он, не моргая. – С кем ты встречалась, Лада?

Юра не делает ничего. Просто смотрит, не отводя взгляда, и этот взгляд давит сильнее любого удара. Я чувствую, как дрожат колени, но стою, не отступая. Если сейчас сдамся – всё кончено.

Я понимаю, что сейчас любая деталь, любой неверный жест – и он почувствует ложь. И всё рухнет.

– Это про мастера, – выдавливаю я, стараясь не опускать взгляд. – Рита давно хочет себе нового мастера по маникюру, вот и спрашивает, встречалась ли я с ним. В смысле, обсудить, когда ей записаться.

Юра смотрит на меня слишком долго. Я вижу, как он мысленно взвешивает каждое слово. Он привык чувствовать ложь за версту – это часть его мира, часть его бизнеса, где доверие стоит дороже золота.

– А если я сейчас позвоню этой Рите? – его голос спокоен, но за ним чувствуется стальной прут.

Я вынужденно улыбаюсь, хотя внутри всё сжимается в комок.

– Звони, спрашивай. Только она клянётся, что сейчас на работе и не сможет говорить.

Юра не звонит. Просто кладёт телефон на стол, но я знаю – этот вопрос не закрыт. Никогда не будет закрыт.

Он уходит в другую комнату, и я, наконец, позволяю себе выдохнуть. На дрожащих ногах сажусь за кухонный стул и обхватываю голову руками. В голове шумит. Сердце колотится так, что кажется – он услышит его даже через стену.

Я вспоминаю вчерашнюю встречу. И почему-то именно сейчас мне хочется, чтобы этот пугающий Жнец оказался рядом. Наверное, потому что только он и сможет меня защитить хоть как-то.

Есть конечно надежда, что меня может спасти моя ненастоящая беременность в которую верит Юра, но и это далеко не факт.

Я снова смотрю на своё отражение в стекле окна. За окном город только начинает просыпаться, а у меня ощущение, что этот рассвет может стать последним.

Я открываю скрытый чат с Ритой, быстро печатаю: “Пока о цене не совсем договорились. Но вроде он хорош. Хоть и странный”.

Специально пишу про цену, чтоб уж точно отвести от себя подозрения.

Отправляю и намеренно не стираю. Пусть Юра видит это сообщение.

В этот момент он возвращается. Его лицо всё ещё настороженное, но он делает вид, что всё под контролем.

– Поедем сегодня загород. Я снял коттедж, – говорит он отстраненно, будто что-то решив для себя. Он резко выдыхает, отходит к окну и затягивается сигаретой. Дым медленно клубится в холодном утреннем свете, и в этой тишине я слышу собственное сердце.

– Воздухом подышишь. Отдохнёшь. Тебе полезно.

Я киваю, и в этот момент понимаю: на той даче я могу остаться навсегда.

– Там у нас будет как раз встреча с Владом и Артемом – он новый. Не ясно, что из себя представляет, но влияние весомое. Надо договориться. Будешь вести себя нормально, ясно? Никаких истерик. И без фокусов, Лада. Я всё вижу.

Я киваю, хотя он не смотрит. К горлу подступает тошнота. Влад “Палач” – его правая рука, всегда держит ухо востро.

Абсолютный садист. Я его боюсь и ненавижу даже больше, чем Юру.

Тем более, этот урод еще и пристает ко мне всегда, а Юра переводит на шутку.

Очаровательный день меня ждет.

И еще неизвестно, что это за Артем, раз Юра решил и меня тащить. Обычно он так делает, чтобы показать свое полное доверие и желание расположить к себе.

Что-то вроде: “Видишь, я так тебе доверяю, что даже жену привел. Сотрудничество точно будет открытым”.

Собираюсь быстро, на автомате. Юра не любит ждать – его терпение заканчивается так же быстро, как сигареты в пачке. Я бросаю в сумку всё самое необходимое: телефон, документы, упаковку с витаминами для "беременных", которые так трогательно заботливо купил Юра. Смешно. Даже сейчас он думает, что контролирует ситуацию.

Машина уже прогрета. Юра кидает ключи мне – сегодня, видимо, мне позволено быть за рулём. Это либо жест доверия, либо проверка. Или и то, и другое.

В пути он молчит. Я вижу, как его пальцы постукивают по двери, взгляд устремлён в окно. Он явно прокручивает в голове разговоры, встречи, возможные сценарии. Я тоже стараюсь не думать о лишнем, но мысли скачут, как бешеный мячик: что за Артём, как себя вести с Владом, когда появится Жнец и появится ли вообще…

– Тормозни у магазина, – вдруг говорит Юра, не глядя на меня. – Надо взять кое-что к столу.

Я послушно останавливаюсь. Он выходит, захлопнув за собой дверь, и я остаюсь одна в машине.

Дрожащими пальцами открываю телефон – новое сообщение от Риты:

“Не перегибай, Лад. Всё будет нормально”.

Я машинально стираю его, хотя знаю, что это почти бесполезно. Если Юра захочет – найдёт всё.

Вижу себя в зеркале заднего вида – лицо уставшее, глаза пустые. Хищница, жертва, актриса… Пора определяться, кто я на самом деле.

Юра возвращается с пакетом – бутылка дорогого виски, какие-то фрукты, сигары. Классика. Всё для того, чтобы понравиться новому союзнику.

– Всё, поехали, – бросает он коротко.

Дорога занимает час, но кажется, что вечность. Я всё время ощущаю, как взгляд Юры скользит по мне, даже когда он смотрит в окно. Мы сворачиваем с трассы, колёса шуршат по гравию, и вот перед нами – загородный коттедж. Новый, с большими окнами и террасой, вокруг – сосны, тишина, только птицы щебечут.

На крыльце уже стоит Влад. Его не спутаешь ни с кем: высокий, плечистый, с массивной челюстью и короткой стрижкой, будто недавно из армии. Лицо грубое, будто высечено из камня, нос сломан ещё в юности, поэтому чуть кривится набок. Губы толстые, влажные, вечно растянуты в сальной ухмылке. Тяжёлый взгляд – колючий, цепкий, как будто сразу ищет, кого бы укусить. На правой скуле – старая, выбеленная шрамом зарубка, а пальцы рук по-бычьи короткие и широкие.

– Привет, красавица, – ухмыляется Влад, демонстративно облизывая губы. – Как поживаешь?

– Лучше всех, – отвечаю я, стараясь не показать отвращения.

– Расслабься , – лениво бросает Юра, но в его голосе нет ни злости, ни угрозы. Только привычная снисходительность.

Мы заходим внутрь и я едва не падаю, потому что за столом с самым непринужденным и расслабленным видом сидит Жнец.

– Познакомьтесь, это Артем, надеюсь наш будущий партнер и друг, а это Лада, моя жена, – коротко представляет Юра. – Она сегодня с нами.

Жнец поднимает взгляд и невозмутимо улыбается, но улыбка не доходит до глаз. Я кожей ощущаю опасность исходящую от него. – Рад познакомиться, Лада, – спокойно говорит он, глядя на меня и от этого голоса у меня по коже мурашки бегут.