Текст книги "Развод. Убью мужа (СИ)"
Автор книги: Анна Королёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 5 – Расслабление
Сердце пропускает удар. Он слишком близко. И я сейчас в настолько уязвимом положении, что точно не смогу дать отпор.
– Уверена, что понял, – снова пытаюсь все свести в шутку. – Тем более, что я и не пыталась скрыть своих намерений накормить тебя ужином.
Юра резко разворачивает меня к себе, возвышаясь надо мной пугающей горой с холодным взглядом и безжалостной ухмылкой.
– Не прикидывайся глупышкой, Лада. Тебе это не идёт. Испугалась, что я уйду к другой и решила сыграть идеальную жену, да? Что ж, мне понравилось. Продолжай.
Я на мгновение даже зависаю. С одной стороны становится спокойнее – Юра всё-таки не догадался, но с другой…
Чего, блин? Он действительно настолько самоуверен?!
– Это что? Такая шутка? – Я резко отстраняюсь. – Считаешь, что утреннее шоу с белобрысой козой, которая тебе отсасывает настолько возбуждающе?
Юра лишь хмыкает:
– Может и не настолько. Но ты же умная девочка. Понимаешь, что такой уровень жизни к которому ты привыкла, обеспечить могу тебе только я. А здесь другая красотка нарисовалась. Это нормально, когда приходится бороться за статусного и ресурсного мужчину.
– Да уж, я настолько рвусь бороться за статусного мужчину, что собиралась подать на развод.
Глаза Юры мгновенно темнеют от злости, но он справляется с собой и даже выдает снисходительную улыбку:
– Ну, ты на эмоциях была, я понимаю. Но теперь-то осознала, что никуда от меня не денешься, – он кладет мне ладонь на шею, сжимая её. – И наконец, начала вести себя правильно.
– Рад, что ты оценил, – фыркаю я, пытаясь отступить, но хватка Юриных пальцев на моей шее не дает этого сделать.
– Не только оценил, но и понял насколько же ты у меня горячая штучка. Ладусь, – он притягивает меня к себе и наклонившись целует в плечо. – Я тебе охренеть как хочу.
– А я тебя не хочу. Не сегодня уж точно, – снова пытаюсь вырваться, но снова не получается.
Ладонь Юры плавно перемещается мне на затылок, чуть сжимая волосы. Не больно, но четко давая понять кто здесь главный.
– Ну, прекрати, кошечка. Я-то знаю, что ты просто ломаешься.
Иди сюда.
Он одним движением подхватывает меня на руки, а после опускает на кровать.
Не грубо, а напротив – очень плавно. Но мне от этого не легче.
Я должна отыгрывать идеальную жену, но спать я с ним не хочу! Просто не собираюсь!
– Юра, пожалуйста, – я делаю умоляющее лицо. – Я правда не хочу. Всё ещё не отошла.
– Тебе просто нужно возбудиться.
Юра стягивает с себя рубашку.
– Сейчас, мы тебя разогреем.
Он достает из прикроватной тумбочки смазку и фаллоиметатор, которым мы пару раз развлекались с ним.
– Иди-ка сюда, – он становится на одно колено рядом с моим бедром. – Я люблю тебя, кошечка. И хочу, чтоб тебе было хорошо.
Я не успеваю понять смысл слов, как он наклоняется и целует меня в губы.
У меня перехватывает дыхание от его напора и от того, как он раздвигает мои губы языком и врывается внутрь.
До этого момента мое тело было словно ватное. А энергии не хватало даже на то, чтобы подняться удержать себя в вертикальном положении.
Неожиданно все меняется.
Обжигающий и нетерпеливый властный поцелуй выбивает из меня дух, все мысли исчезают. Все. Абсолютно. Зато тело напрягается и вздрагивает.
В голове проносятся миллионы мыслей.
Я должна что-то придумать! Срочно!
Но придумать правдоподобно.
Или…всё же придется переспать с Юрой для поддержания легенды?
Пока я думаю, Юра уже начинает стягивать с меня трусы и я понимаю, что действовать нужно прямо сейчас.
Первое, что я делаю отвечаю на поцелуй, чтобы всё выглядело максимально естественно, а когда Юра расслабляется и ослабляет хватку, я резко мычу что-то нечленораздельное, после чего вскакиваю и пробормотав:
– Прости.
Я бегу в туалет зажав рот.
Оказавшись в относительной безопасности, я на всякий случай имитирую рвоту, после чего чищу зубы и с виноватым видом выхожу:
– Прости, мне кажется я все же очень сильно перенервничала.
Юра подходит ко мне с мрачным видом, словно нависшая гроза. Его глаза сверкают недовольством, а уголки губ опущены вниз, будто я только что разрушила его идеальный мир.
– М-да уж, умеешь ты испоганить настроение, – бросает он, сверля меня холодным взглядом.
Испоганить настроение? У меня внутри всё кипит. Да была бы моя воля, я бы тебя кастрировала без наркоза, Юра. Моё внутреннее "я" уже накидывает сценарий, но я делаю глубокий вдох, стараясь сохранить спокойствие.
Вместо того чтобы срываться, я мило улыбаюсь, поднимая взгляд на его хмурое лицо.
– Ну, может мне как-то загладить свою вину? – мой голос звучит мягко, но в душе я готова взорваться.
Мой взгляд случайно падает на фен, стоящий в держателе и воткнутый в розетку. Я задерживаюсь на нём дольше, чем нужно, и в голове мгновенно возникает план. Миллион мыслей пробегают за долю секунды. А стоит ли? Нет, пока рано. Слишком рано.
Я снова переключаю внимание на Юру и стараюсь мило улыбнуться, как будто ничего не произошло.
– Как насчёт расслабляющей ванной, любовь моя? – спрашиваю я, вкладывая в голос столько нежности, сколько могу выдавить из себя.
Юра хмурится, видимо, пытаясь понять, искренна ли я или это очередная уловка. Но его лицо постепенно смягчается. Он явно не привык к моим попыткам быть "идеальной".
– Ну, ванна, говоришь? – протягивает он, прищурив глаза. – Это ты, значит, решила меня ублажить? Что ж, звучит заманчиво.
Я киваю, стараясь не выдать напряжения, которое растёт внутри меня, как снежный ком.
– Конечно, ты ведь заслужил немного расслабиться после такого напряжённого дня, – добавляю я, направляясь к ванной комнате.
Юра следует за мной, его шаги звучат уверенно и властно. Я чувствую его присутствие за спиной, как будто он тянет за собой тень, которая давит, не давая дышать. Оказавшись в ванной, я подхожу к крану, включаю воду и добавляю немного пены. Белоснежная пена начинает заполнять поверхность воды, создавая иллюзию уюта и спокойствия.
– Садись, я всё сделаю, – говорю я, оборачиваясь к нему с едва заметной улыбкой.
Юра раздевается, сбрасывая одежду с таким видом, будто делает одолжение. Я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на него, но в голове всё продолжаю прокручивать план. Внутри меня нарастает ощущение, что момент близок. Очень близок.
Когда он погружается в воду, я беру мягкую губку и начинаю медленно проводить по его плечам. Он закрывает глаза, явно наслаждаясь процессом. Его лицо постепенно расслабляется, а напряжение исчезает, словно его смывает тёплая вода.
– Вот видишь, Лада, ты можешь быть хорошей женой, если захочешь, – произносит он, не открывая глаз.
Моё тело напрягается, но я не останавливаюсь. Губка скользит вниз, и я стараюсь не выдать свою злость.
– Конечно, хочу, – отвечаю я мягко, стараясь вложить в голос максимум искренности.
В этот момент я замечаю, что фен всё ещё стоит на своём месте. Моя рука невольно тянется к нему, но я быстро отдёргиваю её. Нет, ещё не время. Нужно дождаться подходящего момента.
– А теперь расслабься полностью, я хочу, чтобы ты почувствовал себя королём, – добавляю я, слегка поднимая брови.
Юра ухмыляется.
– Вот так-то лучше, Лада. Наконец-то ты поняла, как нужно себя вести.
Я киваю, но внутри меня начинает нарастать буря, которая готова смести всё на своём пути. Вода становится зеркалом, в котором я вижу не только его отражение, но и своё – спокойное, но с тенью чего-то гораздо более тёмного.
Я продолжаю свою игру. Но недолго. Очень недолго.
Глава 6 – Тебе нужен отдых
Юра, расслабившись, полностью погружается в воду. Его глаза прикрыты, дыхание замедляется, а лицо приобретает выражение самодовольного удовлетворения. Он явно уверен, что игра идёт по его правилам. Но в этот момент в моей голове звучит тревожный звонок. Это мой шанс. Или всё сейчас, или никогда.
Моя рука снова тянется к фену. На этот раз я не останавливаюсь. Пальцы обхватывают холодный пластик, и я чувствую, как напряжение в моём теле достигает пика. Сердце колотится, а в голове звучит только одна мысль: "Он это заслужил".
Я медленно поднимаю фен, мои движения тихие, почти незаметные. Вода в ванне слегка колышется, но Юра даже не открывает глаза. Его самоуверенность – моя карта. В этот момент всё кажется нереальным, как будто я наблюдаю за собой со стороны.
И вот, когда я собираюсь сделать это – бросить фен в воду, что-то резко идёт не так. Моя дрожащая рука скользит от собственной потной ладони, и фен выпадает. В панике я пытаюсь его схватить, но только теряю равновесие. Мой запястье задевает край раковины, и я резко падаю назад.
Моя голова гулко сталкивается с плиткой пола. От удара перед глазами всё плывёт. Я чувствую, как мир вокруг меня замедляется, а звуки начинают приглушаться. Последнее, что я вижу, – это Юра, который резко поднимается в воде, его лицо искажено смесью злости и паники.
– Лада! Ты в порядке?! – его голос звучит как эхо, пробиваясь сквозь нарастающий туман в моей голове.
Когда я прихожу в себя, вокруг всё белое. Я в больнице. Я слышу приглушённые голоса, но не могу понять, о чём они говорят. Голова гудит, как будто внутри неё кто-то включил сирену. Перед глазами всё ещё плывёт, но постепенно я начинаю различать очертания.
Рядом сидит Юра. Его лицо бледное, глаза покрасневшие, будто он всю ночь не спал. Он сжимает мою руку так крепко, что пальцы чуть ноют, но я чувствую тепло. Настоящее тепло.
– Лада... – его голос дрожит, он сглатывает, словно пытаясь удержать себя в руках. – Ты... Ты чуть себя не убила, блин. Что ты делала? Тебе стало плохо? Голова закружилась?
Я пытаюсь что-то сказать, но горло пересохло, и вместо слов получается только слабый выдох. Юра замечает это, тут же поднимается, наливает воды из стакана и, придерживая меня за плечи, помогает сделать пару глотков. Его руки дрожат.
А я лишь устало прикрываю глаза. Если бы существовал приз за худшее покушение – я бы заняла на нём первое место.
– Да, – с трудом отвечаю я. – Голова закружилась. Не знаю почему.
– Зато я знаю, – Юра поджимает губы. – Нервы, да? Лад, не принимай всё так близко у сердцу. Да, я изменил, но бросать тебя не собираюсь. Обещаю.
– А может лучше бросишь? – Я поджимаю губы. – Так будет лучше для обоих.
Юра разом суровеет.
– У тебя от удара головой память отшибло? Я же сказал – никакого развода.
– Никакого развода, – повторяет Юра, его голос звучит как приказ. Он с силой сжимает мою руку, но я уже не чувствую тепла. Только холод и тяжесть. Его взгляд становится колючим, напряжённым, словно он пытается пробиться сквозь меня, но я отворачиваюсь, избегая его глаз.
– Зачем тогда всё это? – мой голос звучит хрипло, почти шёпотом, но в нём достаточно силы, чтобы задать вопрос, который был у меня на языке с самого начала. – Зачем ты всё усложняешь? Хочешь трахать смазливых тренерш, так вперед. Зачем тебе я? Ты же не любишь меня... Ты просто не можешь отпустить.
Юра резко встаёт, его стул с глухим звуком отъезжает назад. Он проводит рукой по лицу, будто пытается стереть выражение, которое я только что успела увидеть. Гнев? Беспомощность? Я не уверена. Его спина напряжена, плечи дрожат.
– Ты не понимаешь, – говорит он, не оборачиваясь. – Это не так просто, как ты думаешь. Ты... Ты нужна мне, Лада. Просто делай как я говорю. Делай как я говорю и всё будет... нормально.
Я фыркаю, не веря своим ушам. "Нормально"? После всего, что случилось? После его лжи, предательства, попытки удержать меня угрозами и шантажом? Нормально?
– Юра, хватит, – выдавливаю я, чувствуя, как во мне закипает злость. – Хватит притворяться, что заботишься. Если бы тебе было не всё равно, ты бы не... ты бы не сделал этого.
Он оборачивается, и на его лице я вижу что-то странное. Смесь отчаяния и решимости. Он подходит ближе, садится на край кровати и наклоняется так, что наши лица оказываются почти на одном уровне. Его голос становится тише, но от этого только страшнее:
– Я знаю, что накосячил, Лада. Но ты не понимаешь, что говоришь. Ты не понимаешь, как всё это работает. Мы с тобой связаны. Я не могу тебя отпустить. Ты – моя. Ты всегда была моей. И я сделаю всё, чтобы так оставалось.
Его слова звучат как приговор. Я чувствую, как внутри меня что-то ломается. Это не любовь. Это не забота. Это страх потерять контроль. Страх потерять свою "вещь". Меня.
– Ты больной, Юра, – шепчу я, смотря ему в глаза. – Это не любовь. Это... это мания. Ты не любишь меня. Ты просто боишься быть один.
Юра молчит. Его лицо становится каменным. Секунды тянутся, как вечность, пока он не поднимается и не направляется к двери. На мгновение мне кажется, что он уходит, но он останавливается на пороге, оборачивается и говорит:
– Мы ещё поговорим об этом. Не вздумай делать глупости, Лада. Помни – я всегда рядом. А если ты так нервничаешь, то я знаю как это исправить. Тебе просто нужен отдых и хороший специалист. Когда тебе разрешат отсюда выйти, то я отправлю тебя отдыхать на особенный курорт, где как раз приведут твои нервы в порядок и ты поймешь, что у тебя всё отлично.
Он выходит, мягко прикрывая за собой дверь, но в его словах и жестах я чувствую угрозу. В комнате становится холодно, и я понимаю, что это не от температуры. Это от осознания. Осознания того, что я в ловушке. И выбраться из неё будет куда сложнее, чем я думала.
Глава 7 – Перспективы
Время в больнице тянется медленно, словно растягивается специально, чтобы я могла обдумать всё до мельчайших деталей. Юра постоянно рядом, не оставляет меня ни на минуту. Его взгляд, его слова – всё это напоминает мне о том, что он считает себя победителем.
А ещё, он снова и снова рассказывает мне о "курорте", заставляя внутри меня разрастаться ледяной комок страха. Его тон слишком самодовольный, а улыбка – слишком надменная. Каждое его слово будто капает ядом прямо мне в уши, вызывая одновременно злость и отчаяние.
– Курорт, говоришь? – я усмехаюсь, стараясь скрыть нервозность. – А путёвка в один конец или смогут вернуть меня обратно, если не понравится?
Юра бросает на меня взгляд, в котором легко читается предупреждение, но всё же пытается сострить:
– Лада, это элитное место. Оттуда никто не хочет возвращаться.
– Да уж, звучит заманчиво, – отвечаю я, натягивая на лицо улыбку. – Прямо как из рекламы крематория.
Юра смеётся, как будто я рассказала невероятно смешной анекдот, но я-то вижу, как в его глазах мелькает что-то тёмное. Ему не нравится мой тон, но он пока ещё не понимает, что за ним скрывается.
Когда он выходит из палаты, я замечаю его телефон. Он оставил его на прикроватной тумбочке, как будто специально – чтобы испытать меня, чтобы проверить. Или просто расслабился? На секунду я колеблюсь, но потом решительно беру его в руки.
Конечно, его пальца для сканера у меня нет, но я знаю графический пароль. Наблюдала за ним много раз. Руки дрожат, сердце бешено колотится в груди, но я быстро влезаю в сообщения и нахожу переписку с каким-то "доктором В."
Сердце замирает, а потом проваливается куда-то в пятки. Никакого "курорта". Это изолированная клиника, где людей ломают и "перевоспитывают". Читаю и ощущаю, как кровь в жилах леденеет.
Он правда хочет туда меня засунуть и просто перелопатить сознание. Вот тварь!
Что же делать?!
Я делаю скриншоты, отправляю их себе, стираю следы и кладу телефон на место. Когда Юра возвращается, я уже знаю, что делать.
– Ты прав, Юра, – говорю я с самой искренней улыбкой, на какую способна. – Я всё это время была слишком упряма. Нам нужно начать всё сначала.
Его лицо озаряется облегчением. Он садится рядом, берет меня за руку, даже мягко улыбается.
– Вот видишь, Лада. Я всегда хотел для нас только лучшего.
– Ага, лучшее из худшего, – шучу я, но он воспринимает это как комплимент.
Но в голове у меня уже крутится другой план. Я понимаю, что он не остановится, и разговоры ничего не изменят. Единственный способ вернуть себе свободу – это избавиться от него. Раз и навсегда.
–
На следующий день меня выписывают из больницы. Юра продолжает играть в заботливого мужа, а я притворяюсь, что благодарна. Мы возвращаемся домой. Я веду себя идеально: готовлю ужин, смеюсь над его шутками, даже позволяю ему обнимать меня.
Во время ужина он рассматривает меня с явным подозрением.
– Ты такая спокойная, Лада, – говорит он, откусывая кусок стейка. – Прямо как перед бурей.
– Может, я просто приняла твой "курорт" как неизбежное? – отвечаю я, подняв брови. – Знаешь, как в последний раз насладиться нормальной едой, прежде чем дадут баланду.
Он смеётся, но я вижу в его глазах тень сомнения. Как будто он пытается понять: это просто сарказм или я что-то задумала?
Ночью, когда он засыпает, я сажусь за компьютер. Моё первое побуждение – найти кого-то, кто сможет сделать то, на что я сама пока не готова.
Но мысль о том, что Юра может узнать, заставляет меня остановиться. Он слишком умен, слишком расчётлив. А главное – он и сам крепко связан с криминалом, хоть я и не знаю, каким именно.
Ещё в начале нашего брака я замечала странные звонки, подозрительных гостей. Его связи с какими-то "серьёзными людьми" всегда оставались за кулисами, но я точно знаю: он не тот, кто простит предательство.
А если тот, к кому я решу обратиться за помощью, связан с Юрой? Если он узнает? Мне даже страшно представить, чем это может закончиться.
Сомневаюсь, что смогу отделаться просто клиникой.
Я понятия не имею, с чего начать. Искать в интернете? Бред. Даже если бы там был кто-то подходящий, Юра легко мог бы узнать о моих попытках. Он контролирует всё: мой телефон, мои соцсети, даже мои банковские счета. Каждое моё действие оставляет след, который он может обнаружить.
–
Я закрываю браузер, чувствуя отчаяние. В голове пусто. Я не знаю, к кому обратиться, кому довериться. Всё, что у меня есть, – это отчаянье и злость, но и их недостаточно. Злость сжигает меня изнутри, но лишь подчёркивает моё бессилие. Я не могу позволить себе ошибиться. Одно неверное движение – и я окажусь там, в этой чёртовой клинике, где меня сломают, перепрограммируют, превратят в идеальную жену-куклу.
Я ложусь в кровать, притворяясь, что сплю. Юра тихо дышит рядом, его рука, как цепь, лежит на моём боку. Он думает, что я уснула, что я смирилась. Но я слышу его дыхание, чувствую его присутствие, как будто оно висит надо мной, как дамоклов меч.
На следующий день он замечает мою задумчивость.
– Ты чего такая? – спрашивает, наливая себе кофе. Его тон звучит небрежно, но я знаю: он пристально наблюдает за мной, выискивая малейшие намёки на неповиновение.
– Да так, думаю, курортная форма мне подойдёт или стоит заранее похудеть? – едко бросаю я, поднимая на него взгляд.
Юра улыбается, но я вижу, как в его глазах мелькает лёгкая тень подозрения.
– Лада, ты уже идеальна. Лучше не бывает, – отвечает он с тем самым самодовольным тоном, от которого меня каждый раз передёргивает.
Он делает глоток кофе, а потом неожиданно ставит чашку на стол и подходит ко мне. Его взгляд меняется. Он не просто смотрит на меня, он изучает, словно пытается проникнуть в самую глубину моего сознания.
– Ну, и вообще, девочка моя, – говорит он, беря меня за талию. Его голос становится ласковым, но в этой ласке я чувствую сталь, словно он оборачивает угрозу в бархат.
Я пытаюсь отстраниться, но он властно притягивает меня к себе, сжимая чуть сильнее, чем нужно.
– Если ты хорошенечко меня поуговариваешь, то так и быть – никакой клиники, – произносит он с той же фальшивой мягкостью.
Моё сердце сжимается, но я заставляю себя улыбнуться.
– Поуговаривать? – переспрашиваю я, делая вид, что шучу. – Звучит так, будто ты предлагаешь мне взятку за моё смирение.
Он коротко смеётся, но его глаза остаются холодными.
– Это не взятка, Лада, – говорит он, наклоняясь чуть ближе. – Это шанс. Шанс доказать, что ты готова учиться. Что ты готова стать лучше.
– Лучше для кого, Юра? Для тебя? – мой голос дрожит, но я быстро скрываю это за нервным смешком. – Или для общества?
– Для нас, Лада. Для нашего будущего, – его пальцы впиваются в мою талию, и я чувствую, как его власть окутывает меня, словно удавка.
Я отворачиваюсь, чтобы он не заметил, как в моих глазах загорается ненависть.
– Ладно, – говорю я, делая вид, что капитулирую. – Если это для нас, может, и вправду стоит постараться. И что же я должна делать?
– Ну, например начать с того, чтобы поднять мне настроение на весь день.
Он с ухмылкой касается пряжки на своем ремне, а после медленно сминает большим пальцем мою нижнюю губу.
– Давай, Ладусь, сделай мне приятное.
