332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Данилова » Виртуальный муж » Текст книги (страница 4)
Виртуальный муж
  • Текст добавлен: 26 октября 2016, 22:57

Текст книги "Виртуальный муж"


Автор книги: Анна Данилова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 6

Эту ночь Женя Жукова провела с Шубиным. После долгого разговора с Земцовой, который немного успокоил ее и вернул уверенность в том, что между Игорем и Юлей ничего нет, она уже с более легким сердцем воспринимала участие Земцовой в расследовании убийства Британа.

После ужина, состоящего из спагетти с сыром, Женя с Игорем, устроившись в постели, мирно разговаривали о событиях прошедшего дня. Для Жени это были самые счастливые минуты, когда она чувствовала себя равной с Шубиным и имела возможность высказать свое мнение относительно хода расследования, выложить свои козыри и поделиться своими планами на следующий день. Понятное дело, что в такие минуты ждать от Шубина любви не приходилось. Но она лежала рядом с ним, касалась его, видела его, слышала его голос и верила в то, что в эти минуты они очень близки, ближе даже, чем если бы занимались сексом. Это был один из вариантов спасительного самообмана, без которого она уже не представляла себе свое будущее с Шубиным.

В квартире было тихо, на столе горела лампа, свет от которой окрашивал все предметы в спальне в теплые, оранжевые тона. По черному стеклу окна струился бесшумный дождь, и очень хотелось спать.

– Я тоже сразу подумала о том, что его уже нет в живых, – говорила Женя. Она сидела, облокотясь на подушку. – Вчера, когда Земцова была у меня, она тоже призналась мне в том, что почувствовала это… Почувствовала смерть…

– Думаю, это чувствовали все, кроме Наташи, – отозвался Игорь, чертя в блокноте каких-то бородатых гномов. – Казалось бы, обнаружили два трупа – мужчины и женщины, застреленных из одного пистолета (час назад им позвонил Чайкин и сказал, что пули, извлеченные из тел, идентичны и что получены доказательства того, что орудовал один и тот же убийца), значит, эти убийства каким-то образом связаны, как связаны были между собой и Британ с Зориной. С одной стороны, это вроде бы зацепка – надо искать, что именно их связывало. Но с другой – проще было бы все-таки расследовать одно убийство, а не два сразу…

– Может, они были любовниками?

– Это исключено. Во всяком случае, все те, кто знал Британа, напрочь отметают эту версию.

– Да кто распространяется о таких вещах? Британ на работе – один, дома – другой, а уж как он проводит свободное время и тем более о чем он думает и что чувствует, об этом не знал никто, согласись… Просто тебе, как мужчине, самому хочется поверить в то, что есть еще идеальные мужчины, что не перевелись порядочные и верные мужья…

– А может, это как раз тебе, женщине, хочется так думать?

– Нет, я никогда не обольщалась на этот счет. Я не верю никому, мужчинам – в особенности. И Британу не поверила бы.

– Просто ты не была у них дома, не видела его малышей…

– Игорь, честное слово, никогда прежде не замечала за тобой сентиментальности. Что это с тобой?

– Да я и сам не знаю, почему так близко воспринял смерть этого парня. Наверное, из-за его жены. Она еще такая молодая, красивая, а у нее на руках уже двое детей, которых надо кормить, воспитывать, поднимать…

– Выйдет замуж за того же Мустафина, к примеру, который сначала автоматически займет место Британа в бизнесе, а уж потом и в его постели… Неужели ты думаешь, что она останется одна? И вообще, мы отвлеклись. Нам надо прежде всего выяснить, где и при каких обстоятельствах могли познакомиться Британ с Зориной, опросить друзей, знакомых, родственников…

– Лида Погодина утверждает, что Инна Зорина – совершенно посторонний человек для семьи Британ, и что это имя она прежде никогда не слышала. То же самое подтвердила и сама Наташа.

– Зорина развелась с мужем и вернулась домой. А вдруг это убийство каким-то образом связано с ее бывшим мужем?

– Я уже связался с матерью Зориной и узнал адрес и телефон этого немца, он живет в Берлине. Фамилия его – Гупель. Макс Гупель.

– Ты позвонил ему?

– Нет, я дал этот телефон Корнилову, он должен вызвать его официально, через консульство. Думаю, его приезд прольет свет хотя бы на личность этой самой Зориной. Что это за женщина, как они познакомились, чем она занималась до своего отъезда в Германию, когда они поженились, почему разошлись, в каких отношениях остались после развода…

– А разве это так важно? Думаешь, ее смерть может быть как-то связана с разводом?

– Если и не с разводом, то, во всяком случае, с ее жизнью в Германии. Может, она оставила там человека, которому задолжала деньги или с которым находилась в связи. Он приехал за ней в Россию, разыскал ее и убил… Возможно, что Британ погиб лишь как свидетель, которого пристрелили только за то, что он оказался поблизости. Или же наоборот – собирались убить Британа, а рядом очутилась Зорина. Кто знает, как все было на самом деле, но сбрасывать со счетов ее жизнь в Берлине тоже нельзя, тем более что она вернулась домой с солидным капиталом.

– Подожди, капитал… А что, если она собиралась открыть здесь свой бизнес и обратилась, скажем, к Британу, чтобы он помог ей, или наоборот – Британ хотел, предположим, занять какую-то нишу в местном бизнесе и узнал, что на его место метит Зорина? Они встретились где-нибудь за городом, в компании общих знакомых, да в той же бане, откуда он и звонил жене, сказав, что не приедет ночевать, и разговор не получился… Возможно, она была не одна, а с каким-нибудь влиятельным другом, приятелем Британа… Они выложили друг другу свои претензии или, наоборот, договорились о сотрудничестве, решили это дело отметить, выпили, а потом их застукали где-нибудь в бане… Ее подвыпивший друг достал пистолет и пристрелил обоих, а под утро, протрезвев, решил отвезти их в разные стороны… Ведь то, что они оказались в разных концах, свидетельствует о том, что убийца не хотел, чтобы эти два убийства как-то связали между собой…

– Наверно, он и не хотел, но он не мог не понимать, что трупы рано или поздно все равно отыщут и выяснят, что люди были убиты из одного оружия.

– Но оружия нет, ничего нет… Постой, Корнилов же говорил, что Зорина была изнасилована…

– Может, конечно, и изнасилована, но Чайкин склонен думать, что она просто имела контакт с мужчиной, вот и все. Потому что следов борьбы, ушибов или ссадин на теле Зориной не обнаружено. Чайкин пьет, и мне это не нравится… Думаю, что результаты экспертизы будут готовы лишь завтра вечером…

– Ему надо помочь. Убедить его полечиться. Я понимаю, он твой друг и все такое, но, помимо этого, он еще и судмедэксперт. Ты представляешь, как осложнится наша работа, если его уволят?

– Представляю. Но вот сколько знаю Лешу, он постоянно пьяный, и ничего, работает, причем работает нормально, я бы даже сказал – хорошо и очень много. Не всякий трезвый человек в состоянии выдержать нагрузку и физическую, и психологическую.

– А то, что он постоянно смеется? Это у него характер такой или…

– Думаю, это его защита. Хочешь чаю?

– Нет. Я хочу, чтобы ты выключил свет и укрыл меня одеялом. Спать хочется…

Погас свет, Женя, свернувшись под одеялом, попыталась уснуть. Игорь ушел на кухню пить чай и курить, а она снова стала думать о Земцовой. Пыталась представить себе ее жизнь там, в далеком Париже с красавцем Крымовым. Что он в ней нашел, этот Крымов? Обыкновенная девушка, не очень красивая, худенькая, простая в общении – но разве этого достаточно, чтобы привязать к себе такого парня, как Крымов? О Крымове Женя знала мало, но собирала информацию о нем по крупицам. В городе его помнили, время от времени она слышала, как эхо, отзывы людей о тех делах, в распутывании которых он принимал участие. И чувствовалось, что Крымов оставался для тех, кто был с ним знаком, человеком неординарным, ярким, талантливым, интересным; и его здесь, в Саратове, многие помнили и любили просто как человека. Слышала она и о его любовных похождениях, о тех многочисленных связях с женщинами, без которых образ Крымова был бы лишен особого очарования и флера сексуальности. Шубин показывал ей снимки, где Крымов был чаще всего снят в обществе Юли Земцовой, Нади Щукиной и самого Шубина. Жене он показался настоящим знойным красавцем, этаким романтическим героем, обаятельным и неотразимым Казановой, веселым парнем с обезоруживающей улыбкой… Конечно, ей жаль, что в то благословенное время, когда агентство еще только набирало обороты, ее не было с ними, что самое интересное из истории этого агентства так и останется связано с именами Крымова и Земцовой, но особо не унывала, потому как чувствовала в себе силы удержать возле себя Шубина. Она считала, что только крепкая связь с Игорем может помочь ей преодолеть первые трудности и обрести опыт в работе. Она хотела работать, причем работать много, а потому постоянно проявляла инициативу, рвалась, что называется, в бой, даже и не предполагая, как благотворно она действует этим на склонного в последнее время к меланхолии Шубина. Вот и сейчас она попросила его выключить свет и укрыть ее одеялом, хотя на самом деле сна не было, он уже успел улетучиться, пока она анализировала все то, о чем ей рассказал Игорь. Значит, завтра или послезавтра в Саратов прилетит бывший муж Зориной – Макс Гупель. Приедет, чтобы увидеть свою бывшую жену мертвой и, возможно, принять участие в похоронах. Надо бы встретиться с ним, поговорить, расспросить об Инне…

Вернулся Игорь, забрался к ней под одеяло, обнял ее и прижал к себе.

– Не представляю, что я бы делал без тебя, – вдруг услышала она, чувствуя, как он прижался к ее спине лицом, обдавая своим горячим дыханием. – Давай спать… Завтра приедет Гупель, вот с ним и поговорим… Думается мне все-таки, что Британ здесь ни при чем… Стечение обстоятельств…

Женя зажмурила от удовольствия глаза. Никогда еще она не чувствовала себя такой нужной и желанной. Тень Земцовой отступила и растворилась в ночных красках комнаты, на смену ей пришла неспокойная полосатая тень струящегося по стеклам дождя.

…Она уже засыпала, когда острая как игла мысль пронзила ее: они все-таки были любовниками… были…

Глава 7

Рано утром в дверь позвонили: пришла няня, имя которой Лида не запомнила.

В квартире Британов, где Лида провела всю ночь, было неубрано, повсюду валялись игрушки, в кухне высились горы грязной посуды, пахло лекарством. Наташа не просыпалась – Земцова, видимо, вколола ей слишком большую дозу снотворного. Огромная квартира после смерти хозяина казалась выстуженной, пустой, неуютной. Лида вошла в гостиную – в распахнутое окно рвался холодный ветер с дождем. Букет белых астр на подоконнике выглядел тоже осиротевшим. И только Митя в детской показался ей довольным жизнью: он был выспавшимся, с чуть заметными следами сна на розовых нежных щеках…

– Извините, я забыла ваше имя, – Лида помогла няне заправить Митину кровать.

– Ирина, – ответила тоненькая девушка с черной косой. Глаза ее были полны слез, быть может, поэтому она постоянно отворачивалась.

– А меня зовут Лида.

– Я знаю. Наташа часто говорит о вас… Как она там? – Ирина все-таки повернулась к Лиде и заглянула ей в глаза. – Какое несчастье, Лида! За что его могли убить? Он – добрейшая душа! Уж мне-то известно, каким человеком он был, ведь я практически жила в этом доме. Это был идеальный муж, о котором можно только мечтать. Он почти всегда улыбался и был готов всем помочь. Я никогда прежде не встречала таких светлых людей. Когда он вечером возвращался домой, дети так радовались… Даже Наташа, несмотря на суету и усталость, казалось, оживала, когда слышала звон ключей в передней… Да что там говорить, я, посторонний человек, и то радовалась всегда его приходу. И вот теперь его нет. Какой-нибудь отморозок, наркоман застрелил его. Просто так, я думаю. Ну не существует причины, чтобы вот так взять и убить его. Думаю, если бы у него случился напряг на работе, то он уладил бы это мирным способом, не допустил бы до криминала, тем более что у него маленькие дети… Вы посмотрите за Митей? Катя еще спит, а мне надо срочно на кухню – убраться и сварить кашу. Уж вы потом сами приготовьте завтрак Наташе, ей же надо хорошо питаться, она ведь еще кормит грудью… А я покормлю детей и пойду с ними погуляю.

– Я слышала, Ира, что было две няни…

– Да, но Валя уволилась. У нее жених богатый, он запретил ей работать. К тому же они перебираются в Москву… Знаете, как она была привязана к Катюше? Как плакала, когда уходила…

– И когда же она ушла?

– С неделю как…

– И что же теперь будет?

– Мы с Наташей договорились, что не станем принимать больше никого, что сами справимся. Но это было до того, как она узнала, что Леву убили… А что будет с этой семьей вообще, разве кто знает? Не представляю, как она все это переживет… Вчера я разговаривала с Мустафиным, пока вы ездили в морг. Он обещал помочь, сказал, что сделает все, чтобы Наташа заняла место Левы, обещал ей разобраться в делах мужа, сказал, что не допустит, чтобы кто-то посторонний появился в «Калине»…

– Я не знакома с Мустафиным, но от Наташи слышала, что он – порядочный человек, они с Левой были друзьями, и Лева ему во всем доверял.

– Я тоже слышала. Ведь в бизнесе доверие играет большую роль. Вон у меня сестра… Родной брат ее так подставил, что она теперь скрывается, живет в другом городе, в постоянном страхе, что ее найдут и убьют за долги… Можете себе представить…

В дверях детской показалась Наташа. Лицо ее было серым. Кутаясь в теплый халат, она взяла на руки Митю и прижала к себе. Она проснулась, все вспомнила и теперь должна была привыкать к мысли, что осталась без мужа. На нее было больно смотреть…

– Ренат не звонил? – спросила она чуть слышно, и непонятно было, к кому она обращается.

– Он приезжал вчера, сказал, что сегодня в девять приедет, – ответила Ирина. – Как ты себя чувствуешь?

Лида отметила про себя, что няня обращается к хозяйке на «ты», но пока еще не определила для себя, хорошо это или плохо.

– Мне кажется, что это страшный сон… Что так на самом деле не может быть… – отозвалась Наташа. – Я не знаю, что мне делать, совершенно не знаю… Я же должна позаботиться о Леве. Кому сказать, чтобы привели в порядок его лицо? Надо найти гримера, чтобы глаз выглядел прикрытым, если это, конечно, возможно… Еще необходимо купить красивый гроб. Где же Ренат, почему не едет? – вот теперь в ее голосе послышались истеричные нотки. – Лида, ну что ты стоишь. Позвони Ренату, скажи, что я его жду… Вот был бы здесь Лева, он сам бы распорядился, он все знал и все умел. Я без него – ничто… Я не смогу поднять детей, их надо отдать в детский дом… Я ничего, ничего не умею…

Она положила Митю в кроватку и вдруг опустилась на ковер, закрыла лицо руками и затряслась в плаче.

В это время раздался звонок в передней. Это пришел Андрей. Увидеть в этот ранний час Андрея Лида никак не ожидала.

– Вы как? – спросил он, подходя сначала к Лиде, потом помогая Наташе подняться. – Тебе нужно держать себя в руках, Наташа. Левы нет, но у тебя есть дети. Лида, я тут принес продукты, надо бы что-нибудь приготовить. Нельзя постоянно плакать, надо собраться и что-то делать…

Лида смотрела на мужа и не могла понять, что с ней происходит. Сейчас, когда она знала о том, что он изменяет ей с другой женщиной, с длинноволосой блондинкой, она хотела вернуть его себе, вернуть любой ценой. Но разве можно что-то изменить, когда его отношения с любовницей дошли уже до того, что он, не стесняясь, начал встречаться с ней прямо у них дома, спать в их супружеской кровати?! Хотя она тоже хороша – запирается с Юдановым в своем кабинете и позволяет ему все то, чего не позволяла мужу, причем прямо на работе и в любое, удобное для обоих время… Все понеслось вскачь, навстречу неизвестности или разрыву… Что ожидает их? Как долго они еще пробудут вместе? Юданов рано или поздно все равно бросит ее, да она и не хочет, чтобы их отношения заходили слишком далеко, она не собирается связывать свою жизнь с кем бы то ни было серьезно. Она хочет быть одна, так, во всяком случае, она думала еще несколько дней тому назад. Так она думает и сейчас… Или что-то изменилось со смертью Левы?

Она моментально приняла из рук Андрея пакеты с продуктами и принялась готовить щи. Слишком тягостная была атмосфера в доме, чтобы о чем-либо разговаривать. Андрей какое-то время оставался в комнате с Наташей, играл с маленьким Митей, потом вызвался пойти с Наташей и детьми во двор – погулять. И Лида, которая слышала все эти звуки и понимала, что Андрей в первую очередь старается ради нее, Лиды, пыталась хотя бы сейчас, шинкуя капусту и быстрыми, нервными движениями строгая корень петрушки, думать о своем муже как о хорошем, в сущности, человеке, с которым ей будет трудно расстаться. И лишь после того, как Андрей с Наташей и детьми ушли гулять, а следом за ними отправилась в магазин за какими-то необходимыми покупками няня, Лида, оставшись одна в квартире, вдруг бросила готовить, села возле распахнутого окна в гостиной и закурила. Золотые женские часики не давали ей покоя. И эти длинные светлые волосы. И этот большой пакет, набитый чужой одеждой, вымазанной кровью. Что это? Сон? Но как это может быть сном, когда она испачкала руку кровью, когда полезла в пакет и потом отмывала ее под краном? Кому принадлежит это клетчатое пальто? Как может быть связана эта парочка любовников с ее мужем? Но в любом случае мужчина, который страстно целовался под окнами ее дома, – не Андрей. Хотя бы это было неоспоримо – ведь в то время, как она наблюдала за этой завораживающей любовной сценой, Андрей был дома. Как же она жалела сейчас, что не вытряхнула из пакета вообще все, что там было. Пальто… При каких обстоятельствах женщина может снять с себя пальто? Наверно, это просто совпадение, что пальто, в котором была женщина, целующаяся с мужчиной во дворе ее дома, и пальто, обнаруженное ею в пакете у себя под ванной, – одинаковые, но принадлежат двум разным женщинам. Да, такое может быть. Тогда можно предположить, что пальто, которое она нашла в ванной, принадлежит любовнице Андрея, длинноволосой блондинке. На улице сейчас прохладно, женщина пришла на свидание в клетчатом пальто, сняла его в передней, разулась, прошла в спальню, там скинула с себя остальную одежду и легла на кровать… Что могло ее заставить сбежать без верхней одежды? Пусть она оставалась в платье, но почему не надела пальто? Кто ей помешал? Какие обстоятельства послужили тому причиной? И почему на пальто кровь? Кровотечение? У нее могло открыться кровотечение, когда она уже собралась уходить и надела пальто… Можно допустить, что Андрей вызвал «Скорую», и при врачебном осмотре пальто вновь пришлось снять, а потом его любовницу увезли. А пальто осталось на вешалке.

Ей с трудом удавалось представить себе и любовницу, и пальто, и врача «Скорой», и самого Андрея в этой разыгранной в ее сознании ситуации.

Итак, пальто висит на вешалке. Его может заметить жена. Значит, пальто надо спрятать, а что еще остается делать? Вот он и прячет его. Сначала складывает в пакет, после чего заталкивает под ванну, с тем чтобы при удобном случае получше перепрятать его или же позже отвезти своей любовнице домой. Что он, собственно, и делает, объясняя жене, что ему надо срочно пойти на встречу с компьютерщиком: « Знаешь, Лидочка, мне надо будет сейчас уйти, это очень важно… Один человек должен был привезти мне из Москвы диски с новыми программами. Может, придется ему поставить коньяк, посидеть…»Но почему он не избавился от пальто раньше?

Лида вернулась на кухню и принялась с каким-то остервенением чистить картошку. Образ длинноногой блондинки, имеющей нахальство являться к ней домой на свидание к ее же мужу, вызвал в ней волну ревности, ненависти к Андрею и жалость к себе. И на какое-то время она даже забыла, где находится и что делает. И только звон ключей, сообщивший ей о том, что в квартиру кто-то вошел, вернул ее в реальность и заставил вспомнить, какая беда обрушилась на этот дом.

Пришла Наташа с Ренатом Мустафиным. Молодой красивый татарин с бледным лицом, на котором выделялись тонкие черные усы и немигающие темные узкие глаза, вежливо поздоровался с Лидой, проходя в гостиную и располагаясь в кресле. Наташа поставила перед ним бутылку виски и стакан.

– Нет, Ната, я не буду, – Ренат отодвинул от себя стакан. – Значит, говоришь, что никогда прежде не видела эту бабу?

– Нет, я уже говорила… – едва слышным голосом ответила Наташа и плеснула себе виски. Выпила и вытерла рот ладонью. – Какой-то идиот, обкуренный или обколотый, палил из пушки направо и налево, а теперь ищут связь между убитыми… Я уверена, что убийство этой Зориной связано с убийством Левы лишь оружием, которым были совершены убийства… Лида? Господи, как же ты меня напугала, я уже и забыла, что ты здесь… Голова ничего не соображает и сильно кружится.

– Я варю щи. А где Андрей?

– Гуляет с детьми. Знаете, – Наташа повернулась к Лиде и к Ренату, – меня не покидает чувство, что мне все это снится… Кажется, сейчас раздастся звонок, и я услышу Левин голос. И не надо было мне показывать его труп, не надо… Так бы я надеялась, что он еще жив…

Она не знала, что говорила, Лида от жалости к подруге разрыдалась.

Они с Андреем вышли из квартиры Британов поздно вечером, после того, как Наташа распрощалась со знакомыми и друзьями, посчитавшими своим долгом навестить молодую вдову и выразить ей свои соболезнования. Лида внимательно рассматривала всех блондинок, с которыми здоровался ее муж, чтобы попытаться определить, какая же из них – любовница Андрея, но ни одна из них ей не понравилась настолько, чтобы она смогла его приревновать. На одной она увидела золотые часики, похожие на те, что Лида нашла на полочке в ванной комнате, но сама женщина оказалась жгучей усатой брюнеткой, к тому же маленького роста. «Андрей никогда бы не променял меня на такую образину, проще застрелиться…»

– Знаешь, мне до сих пор не верится, что Левы нет, – сказала она уже в машине по дороге домой. – Не представляю, что теперь станет с Наташей… И дело даже не в том, что у нее на руках такие крошки, я о другом. Ведь они любили друг друга, и это было известно всем. В наше время такие пары – большая редкость.

Она хотела услышать от мужа слова любви, пусть даже касающиеся чужой семьи. Но Андрей промолчал.

– А ты? Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Лида сидела на заднем сиденье, забившись в угол, и знала, что Андрей, даже если и захочет, не увидит ее лица. Ей было почему-то стыдно за то, что она решила заговорить на волнующую ее тему, она, которая явно изменяет мужу, в отличие от Андрея, которого она только подозревает. Волосы… Сколько раз случалось такое, что в их квартире оказывались волосы посторонних женщин. Один раз их принесла на своем собственном шерстяном носке сама Лида – она вернулась из гостей, где у мамы и дочери были длинные, ниже пояса черные волосы. Но первая-то реакция была именно такая, как и в тот день, когда она на своей подушке обнаружила светлые волосы, – она и тогда обвинила во всем Андрея, решив, что он изменяет ей с брюнеткой. Другой раз на пальто мужа она увидела ярко-рыжий короткий волос. После упорных размышлений Лида выяснила, что этот волос – с парика соседки, которая заходила к ней за луковицей. Потом было что-то еще похожее, по мелочам, и Лида всякий раз подозревала мужа в измене. Быть может, и сейчас существует причина, способная объяснить присутствие на подушке этих длинных светлых волос, и Андрей ни в чем не виноват, но кому тогда принадлежали золотые часы? А клетчатое пальто, испачканное кровью?

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – повторила она совсем тихо свой вопрос, уже потеряв всякую надежду получить ответ.

– Про Леву? Ты хочешь узнать у меня, что я думаю по поводу его смерти? – Андрей нахмурил брови. Машина вырулила со двора и покатилась в сторону центрального парка, возле которого они жили. – Понятия не имею. Я постоянно думаю об этом, но причины, по которой его могли бы убить, – не вижу. Знаешь, я тоже склонен думать, что его убил какой-нибудь идиот, которому в руки попало оружие. И его, и эту женщину. Ты же сама видела ее – она не нашего круга, я имею в виду, я никогда не встречал ее в доме Британов, хотя Лева был довольно общительным человеком и на праздники всегда приглашал много народу… Такую женщину я бы запомнил…

– А что, она тебе понравилась? – вырвалось у Лиды, и она сразу же почувствовала, что сказала лишнее, унизилась.

– Да, мне очень нравятся такие женщины, особенно в мертвом виде, – усмехнулся Андрей и достал сигарету. – У вас, женщин, одно на уме…

– А у вас?

– Ты даже сейчас пытаешься приревновать меня, и к кому? К трупу! Тебе бы только придраться…

– Значит, у меня есть на то причины…

– Причины… – Видно было, что ее слова пролетели мимо него, он так же меланхолично курил, крутя руль и устремив взгляд вперед, словно находился в машине абсолютно один.

– Я как-то на днях нашла в ванной на полке женские часы… – сказала она, подавшись вперед, чтобы увидеть в зеркале лицо Андрея. – Ты слышишь меня?

– Часы? – Лицо его вытянулось, словно он услышал какую-то несусветную чушь. – Какие еще часы? Лида, ты что, бредишь?

– А пальто? – еще тише произнесла она. – Такое клетчатое, яркое, в пакете под ванной? Оно было в крови…

Машина резко затормозила. Андрей повернулся к ней и посмотрел ей в глаза с видом человека, опасавшегося за психическое здоровье своего близкого.

– Ну что такое ты говоришь… Ты сама-то понимаешь, о чем спрашиваешь? Какие часы? Какое пальто? Где ты все это видела?

– Говорю же тебе – у нас дома, под ванной, – прошептала, уже не веря собственным словам, Лида. – Я видела это своими глазами…

– Интересно… У тебя бурная фантазия… Пальто… Ты что, начиталась детективов? Окровавленное пальто, часы… Даже если предположить, что ты действительно все это видела – хотя это, конечно же, бред! – то почему не позвала меня и не расспросила обо всем?

Она не знала, что ему ответить. Как ему объяснить, что она сама в тот вечер была на взводе, страшно нервничала по поводу того, что от нее может пахнуть другим мужчиной и что ей не хотелось лишний раз обращать на себя внимание мужа. Кроме того, и часы, и пакет с пальто так быстро исчезли, что она подумала, будто бы эти вещи – нереальны.

– Ладно… – она промокнула платком вспотевший от волнения лоб. – Будем считать, что все это мне приснилось…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю