Текст книги "Проклятие прабабки. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Анна Чернышева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 4

Утро началось с громкой смски, которая разбудила меня посреди какого-то активного приключенческого сна. Я бегала по странным лабиринтам, искала сокровища, и уже открывала заветный сундук, как кто-то противно пикнул и вытащил меня из сна почти возле клада.

Я разлепила глаза и недовольно покосилась на телефон. Минуту соображала, почему он меня разбудил, а потом вспомнила, что в это время я уже обычно на работе и режим «Не беспокоить» отключён. Ясно.

«Татьяна, здравствуйте. Мне ваш контакт дал Роман. Мне срочно нужен сотрудник, наберите меня после 14 часов».

Глаза мои широко раскрылись, сердце забилось. Вот оно! Мой первый клиент! Да здравствует работа на себя! Этот день не мог начаться ещё лучше. Я довольно потянулась и неспешно полистала ленту. Новости, Светкин малыш, смешные ролики… Залипла почти на полчаса. Но вот наконец желудок недовольно буркнул и позвал меня на кухню. Пришлось встать, одеться и пошлепать за кофе.

Пока в турке закипала порция ароматного эликсира жизни, я кинула туда корицу и решила поискать в Интернете, что почитать на досуге. Я с детства привыкла много читать, и у меня одновременно в процессе чтения было около шести книг. Одна для легкого чтива, когда хочется разгрузить мозг. Парочку для развития – что-то бизнесовое, про маркетинг, про психологию. Еще парочка книг отводилась мышлению, и где-то на дне читалки болтались несколько недочитанных любовных романов. Их я читала, когда было грустно и хотелось какой-то романтической сказки.

Всю недостающую мне информацию я привыкла брать из книг, и поэтому сейчас полезла в онлайн-библиотеку за книгой по Роду. Если уж я взялась составить генеалогическое древо, то мне надо почерпнуть информацию о том, как это делается. Телефон снова пикнул и на экране высветилось сообщение с незнакомого номера.

«С добрым утром, Блондиночка! Это мой новый номер)) Сохрани себе) С тобой Глеб связался?»

Это был Рома. Только он один называл меня Блондиночкой. Как-то раз он признался мне, что обратил на меня внимание из-за моих волос. Они были русые, очень светлого оттенка, и на солнце слегка отдавали рыжинкой. Я всегда носила их распущенными, потому что концы слегка завивались почти у самой поясницы, и я ими безумно гордилась. Рома в порыве нежности прозвал меня Блондиночкой, и я очень гордилась этим. Сказал, что именно мой типаж внешности – в его вкусе. Забавно, потому что его жена была смуглой брюнеткой. Я видела её пару раз мельком, но мне она была неинтересна. Ну а она, соответственно, никогда не должна была узнать обо мне. На этой мысли я скривилась.

И ещё я поняла, что сейчас Рома перешёл на новый уровень конспирации. Обещал снять квартиру, начал шифроваться с помощью второго телефона. Хотелось ли мне этого?

Я сохранила номер и написала в ответ:

«Привет, Рома! Я всё ещё тебя не простила. Но человек с предложением о работе связался. Пока не знаю, как его зовут. Спасибо»

Я удержалась и не поставила ни единого смайлика! Гордясь собой, я перелила закипевший кофе в кружку и полезла в холодильник искать что-то съестное. Мамы дома не было, поэтому никто ничего нового не приготовил. Я достала огурец и помидорки черри, вскрыла банку консервированной кукурузы и открыла пачку хлебцев. Помыла овощи, высыпала на тарелку с ними горку желтой сладкой кукурузы и, подумав, достала маслёнку из холодильника.

Намазав тонкий ржаной хлебец сливочным маслом, откусила от огурца и запила кофе. Пикнул телефон.

«9:47 Роман Сергеевич К. перевел вам 20 000 рублей. Сообщение: «Ну прости, пожалуйста».

Я заулыбалась. Стоило мне уволиться, как на меня посыпались деньги и заказы, и это только за одно утро. Прекрасно. Жизнь, кажется, налаживается. Как там говорила таролог Настя? Жизнь подскажет деньгами, что я иду в верном направлении? Видимо, я и правда делаю что-то правильное.

Я решила никуда не торопиться. Поставила перед собой банку с кукурузой, отломила ещё один хлебец и погрузилась в поиск книг про генеалогию. Так, «Школа практической генеалогии», «Твоё родословное древо», «Голос твоего рода. Исцеление родовых программ». Ух ты, а это интересно! Добавила все три книги в свою библиотеку. У меня подписка, и многие книги я могу читать в рамках неё совершенно бесплатно. Так что поехали.

Я переместилась на диван в зале и погрузилась в чтение последней книги. Что-то подсказывало мне, что здесь я могу найти ответы на мои вопросы.

Итак, что мы имеем? Я, моя мама и моя бабушка росли без отцов. Мужчины в нашем роду уже три поколения не рождались. Мужа ни у моей мамы, ни у бабушки не было. Род каких-то несчастных женщин-одиночек. Почему так случилось?

Ага, оказывается у Рода есть свои Законы. Их шесть, и каждый из них касается наших предков. Первый – это Закон принадлежности. И он гласит, что никто не может быть исключен из Рода. Ни бывшие мужья, ни сбежавшие отцы, ни умершие родственники. Даже нерождённые дети, оказывается, принадлежат нашему Роду! Это в том числе и про аборты.

Я зависла. Получается, у меня сейчас есть информация только о женской линии Рода. Почему мужчины сбегали от наших женщин? Почему дети росли без отцов? Почему мой отец не захотел меня растить?

Если честно, то это было очень больно. Я всю жизнь запихивала внутрь себя мысли об отце. Демонстративно не замечала счастливых девочек на плечах у своих пап, не рисовала открыток на День отца. Я давно и бесповоротно решила, что он меня не хотел и маму мою не любил. Сбежал, трусливо поджав хвост, и даже не интересовался моим существованием. И сейчас мысль о том, что он тоже часть Рода, неприятно меня кольнула. Я не хотела считать себя его частью и не хотела никакой связи между нами, кроме давнего сперматозоида.

За чтением прошло полдня. Я узнала, что родовая система – это фундамент. Если родственные связи будут крепкие, то мне легче будет идти по жизни. А у меня сейчас с этим полная задница.

М-да.

Я не заметила, как задремала. Книжка читалась легко, но в ней было слишком много новой информации. И она была настолько непривычная для моего материального ума, что я не знала, верить ей или нет.

– Танюша, вставай, обедать будешь? – разбудил меня мамин голос. Я открыла глаза и увидела её голову, склонённую надо мной, как в детстве. Сладко потянувшись, я встала с дивана и побрела за ней в кухню. Там ещё стояла банка недоеденной кукурузы и пачка хлебцев на столе. Поморщившись, я быстро убрала за собой беспорядок и уселась у окна. Когда моя жизнь успела превратиться в кошачью? Ем и сплю. Хорошо хоть, лоток сама за собой убираю.

Мама быстро разогрела суп, который я не заметила в холодильнике, и накрыла на стол. Я ещё не совсем проснулась, поэтому просто ждала, как в детстве, чтобы она за мной поухаживала. Нарезав хлеб, раздав ложки и наполнив тарелки, мама уселась напротив меня и мы начали обед.

– Мам, а где сейчас мой отец? – как будто невзначай спросила я.

Мама посмотрела на меня поверх ложки и опустила глаза.

– Откуда я знаю? Я его двадцать пять лет не видела, – угрюмо пробормотал она.

– Ну а почему в свидетельстве о рождении он не вписан? Он вообще знал обо мне? – задала я вопрос в лоб.

– Знал, знал. Почему не вписан – поругались мы в тот день, и я одна ходила в ЗАГС тебя регистрировать. Взяла и назло ему вписала его в документы с моей фамилией.

– Ты же сказала, что не знаешь его фамилию? – спросила я.

– Да знаю, просто забыла, – соврала мама, не моргнув глазом. У меня на такие дела нюх.

– Угу, – задумчиво протянула я и проглотила очередную ложку супа. – Мам, а ты никогда не задумывалась, почему я и ты росли без отцов?

– Почему только я и ты? И мама моя росла без отца. А твоя троюродная сестра Маринка ещё и без матери, потому что её Маринкин отец прибил, – брякнула неожиданно мать.

– Что?! Какая Маринка, мам? У меня есть троюродная сестра?! – вытаращила глаза я.

– Ну да. Мы просто с ними не общаемся. Её отца в тюрьму посадили, и мы с ними больше не виделись. Моя мама их стыдилась. Это её сестру он убил, – как бы между делом выдала мама.

– Мам, а может быть я ещё чего-то важного про свою семью не знаю? – с укором спросила я.

– Ну какая ж это семья, дочь. Это родственники, притом дальние, – пожала плечами мама. – Они тоже с нами не общаются.

– Какой кошмар… – я не знала, что ещё сказать. Мне важно было переварить эту информацию. – А бабушкина мама? С ней всё хорошо было?

– Бабушка твоя никогда о ней не рассказывала, – задумалась мама. – Вроде бы она уехала из России, а вот почему? Мама мне, кажется, не говорила об этом.

– Ну это же её мама, почему она о ней не говорила? А с кем она росла тогда? – уставилась я на маму. Суп уже остыл.

– Ну она с бабушкой вроде росла, с твоей прапрабабкой. Тань, мы тогда никто ни о чём не спрашивали. Не принято было рассказывать, понимаешь? У кого-то родители в лагерях сидели, у кого-то корни не рабоче-крестьянские, кто-то просто сирота. Не расспрашивал никто. Если у кого-то в семьях что-то и рассказывали, то это была редкость. В нашей все молчали. Вокруг вообще все молчали. Я про сталинские лагеря знаешь, когда узнала? В восьмидесятые, во время гласности. А пока росла, вообще ни сном, ни духом, понимаешь?

Маму удалось разозлить. Мои настойчивые расспросы, видимо, загнали её в угол и ей пришлось говорить о вещах, в которых она совсем не разбиралась. Скучала ли она сама по отцу? Чувствовала ли такую же боль, как я сама?

Я поднялась, подошла к раковине и сполоснула тарелку с ложкой.

– Ладно, мам, прости. Я просто хочу знать о своих корнях, и мне больше некого спросить. Я же не могу вернуться в прошлое и узнать, как оно было…

– Слушай, дочь, а ты сериал «Инсомния» смотрела? Там как раз про гипноз, где можно в прошлое вернуться. Я вот очень заинтересовалась. Ты не слышала о таком?

– Нет! Ты меня дуришь, что ли?

– Нет, ты забей в Интернете и посмотри. Интересно!

Ох уж эта мама с её сериалами и мистическими верованиями. Но тема меня заинтересовала. Я решила написать Насте.

«Настя, привет! А ты слышала когда-нибудь про гипноз, через который можно прошлое узнать?»

«Привет, Таня! Ты про регрессивный гипноз? Там можно и в свои прошлые жизни вернуться и в Род сходить))»

«Род? Это реально? Так можно?»

«Да, конечно. Могу дать контакт регрессолога, которая в Род водит»

«Давай»

Настя скинула мне визитку. Я её тут же сохранила, но набирать не спешила. Меня немного пугало происходящее и я была не готова набрать подобного специалиста.

Но зато я вспомнила, что после 14:00 должна позвонить по поводу нового проекта. Я набрала номер потенциального клиента. Он снял трубку на третьем гудке.

– Татьяна, здравствуйте! У меня всего пять минут, поэтому слушайте. У меня есть сеть СПА-салонов, и там всё очень тухло с соцсетями. Мне вас посоветовали как хорошего маркетолога. Мне нужна обоснованная стратегия на ближайший год, с цифрами. Смета, показатели, окупаемость. Если ваше предложение мне подойдёт, готов взять вас куратором этого проекта. Оплату обсудим, но деньгами не обижу. Интересно?

– Здравствуйте, как я могу к вам обращаться? – осторожно спросила я.

– Можно просто Глеб и на ты. Или на вы, как вам удобно, Татьяна.

– Хорошо, Глеб. Мне интересно ваше предложение! Скиньте, пожалуйста, название сети салонов и я представлю вам стратегию в течение недели.

– Хорошо. Ссылки на сайт и соцсети пришлю смской. До встречи, – и он отключился.

Я стояла у окна, смотрела на пыльную улицу и растерянно хлопала глазами. Это очень жирный клиент. Очень. Я примерно понимала, сетью каких салонов он владеет. И если я не ошибаюсь, то это всё пахнет полной финансовой независимостью и баснословными гонорарами. При условии, что я справлюсь, конечно.

Сегодня просто невероятный день! Нужно сделать что-то ещё, чтобы не спугнуть удачу, которая сама летит ко мне в руки. Может, купить лотерейный билетик?

Мои мысли прервал стук входной двери.

– Олечка, я дома! – прогудел непривычный бас, и я вздрогнула.

Мамин Николаша. Чёрт, я совсем про него забыла. Мама прямо из кухни полетела ему навстречу, повисла на нём и они опять стали целоваться. Фу.

Я поймала себя на мысли, что считаю, сколько лет мама жила без мужчины рядом? Все мои 25 лет. А сколько до моего отца – тоже непонятно. Она родила меня в 20 лет, сейчас ей 45. Баба Ягодка, видимо не зря так говорят.

Да уж, не густо. Я устыдилась своих мыслей и постаралась не думать о маме и её новом сожителе. Возможно, скоро я съеду от них и меня это вообще перестанет волновать.

Я еще раз выглянула в окно. Был пасмурный ветреный день. Внизу по тротуару летала пыль и одинокая бумажка. Я решила, что сегодня не выйду из дома, а буду лежать на кровати, закажу вкусняшки и буду читать книжки сколько влезет. Я заслужила. В конце концов, перед новой работой нужно же как следует отдохнуть?

***

К вечеру моя голова гудела. Я набралась разной информации о том, как строить генеалогический поиск, какие родовые сценарии бывают и как род может помогать в делах. Информация, прямо скажем, необычная. С точки зрения родовой системы я – никчемный элемент. Предков своих не знаю, на кладбища не хожу, поминки не устраиваю. Да я даже своего отца не знаю! А между тем отец отвечает за моё финансовое благополучие. Вот почему и мама и я сидим без денег, от зарплаты до зарплаты.

Но было и ещё кое-что, за что я уцепилась. Моё сердце подсказало, что в этом что-то есть. Наше женское одиночество – бабушка, мама, я – не просто так. Это повторяющийся сценарий и он показывает, что в роду что-то не так с любовной сферой. Но, строго говоря, это и без эзотерики понятно. Любой психолог мне скажет, что бабушка, выросшая без отца, передаст своей дочке ту же модель поведения, что и у неё. Дочка, не сумевшая удержать своего мужчину, но умудрившаяся забеременеть, тоже не передаст своей дочке ничего хорошего.

Ну а та самая дочка – это уже я. И мне уже двадцать пять, и я тоже полюбила не того мужчину. По крайней мере, пока он не разведётся со своей мегерой и не будет весь мой. Что же делать?

Единственное, что кажется мне более-менее понятным, это составление родового древа. Пожалуй, займусь им завтра с утра, после того, как посмотрю соцсети Глеба и оценю фронт работ.

Но с чего же начать? Я застряла на данных о моём отце, дедушке и прадедушке, а ещё на прабабке. И это только по материнской линии. Где же искать? Может, у мамы где-то в чемоданах сохранились фото или документы? Дорогие мои предки, дали бы хоть подсказку.

Внезапно я услышала непонятный стук.

Я моргнула, а когда открыла глаза, поняла, что вся дрожу. Я стояла на мокрой от росы траве, а по земле стелилась белая дымка. Я посмотрела на свои ноги и увидела, что стою босиком посреди огромного луга, поросшего травой. Дул холодный ветер, я ёжилась и пыталась согреть себя руками. Когда я увидела, что обнимаю руками голую грудь, то поняла, что стою совершенно обнаженная.

Моя кожа покрылась мурашками, а волосы лезли в глаза. Я огляделась. Вокруг – ни души. Внезапно земля передо мной пришла в движение и начала расти. Прямо посреди поля вздымались бугры, комья земли сыпались по все стороны. Подо мной тоже что-то зашевелилось и я в страхе отпрыгнула. Что-то острое лезло вверх, и таких бугров было много, прямо до горизонта. Одновременно с этим вставало солнце и мне стало намного теплее. Я осторожно переступила с ноги на ногу и пошла между стройными рядами холмиков. Они росли в каком-то геометрически правильном порядке, но я не понимала, в каком. С моей кожи начал каплями стекать пот. Мне стало жарко и всё тело начало чесаться. В какой-то момент я оглянулась и увидела, что из-под земли вылезли кресты и надгробия. Передо мной расстилалось кладбище.

Я закричала и проснулась. Что за чёрт?!

В моей комнате было темно, а я по самые уши была закутана в одеяло, хотя на улице стоял тёплый июнь. Я вся вспотела и мне было нестерпимо жарко. Хотелось пить. Но больше всего радовало, что я дома, в знакомой обстановке. Никаких тебе крестов, комьев земли, кладбища. Я дома. И я больше не хочу никаких снов.

Глава 5

«Что это вообще было?» – в панике соображала я и дрожала от страха. Я нашарила рукой телефон и посмотрела на время. Экран показывал 02:45 утра.

«Рома, ты спишь?»

Ответ пришёл в ту же секунду:

«Нет, думаю о тебе. Ты меня простила?»

Я любила наши ночные переписки. Было полное ощущение, что он рядом.

«Простила. Разве можно тебя не простить?))»

«Давай увидимся. Завтра могу заехать за тобой в обед. Квартиру посмотрим и пообедаем».

«Завтра не могу, есть планы».

Я решила ещё немного повредничать.

«Блондиночка, я очень соскучился. Ты не поверишь, что я хочу с тобой сделать …»

«Не поверю, пока не сделаешь»

«Надень завтра чулки. Я всё равно приеду»

«Рома! Какие чулки? Жара на улице. И я завтра занята»

«Надень, не пожалеешь»

Я почувствовала, как стало жарко внизу живота. Подлец, умеет меня завести!

«Тогда прогуляй завтра работу, потому что в обед я не могу. У меня теперь новый проект и я собираюсь поработать».

Я выключила экран и лежала на кровати, пялясь в потолок. Он знал меня, как облупленную. Знал, что завтра к обеду я буду при параде и в чулках. Потому что я никогда не умела противиться его власти. Он умел сделать так, что я с радостью повиновалась. Сердце сладко заныло. Счастье опять было близко и всего в нескольких часах от меня.

Я устроилась поудобнее и заснула. Во сне мне снились какие-то пляски, отблеск костра, я опять от кого-то убегала. Но никаких могил больше не было, и я спокойно проспала до утра.

***

К обеду я была в длинной шелковой юбке, прикрывающей неуместные в такую жару чулки, и белоснежном топике на тонких бретелях. Сквозь них проступали соски. Я торопливо накрасилась и сидела возле ноутбука, стараясь вникнуть в цифры статистики по соцсетям СПА-салона. Сосредоточиться на работе получалось плохо.

Наконец ожил телефон, и на экране проступило сообщение:

«Выходи»

Я подорвалась, а потом притормозила у зеркала. Медленно подвела губы, подкрасила, поулыбалась себе. Покрутилась несколько раз и решила, что уже достаточно потянула время. Не спеша обулась в босоножки, взяла белую сумочку и поцокала к лифту. Сегодня я была на высоте.

Рома припарковался прямо у подъезда, и я видела его восхищенный взгляд, когда я приблизилась к машине. Он вышел, распахнул дверцу и помог мне сесть. Затем вернулся обратно и мы тронулись. Я игнорировала его и смотрела вперёд. Но он, кажется, понял мою игру и молча рулил по городу. Спустя двадцать минут он припарковался возле нового жилого комплекса, окна которого выходили на стеклянное здание возле моей работы. Однако. Но я оценила жест.

Квартира выглядела просто, но современно. Минимум мебели, серые тона, окна в пол. Он распахнул передо мной дверь и пропустил вперёд. Я не стала разуваться и прошла в единственную комнату. Это была небольшая студия с кухней и балконом. Мне понравилось с первого взгляда.

Рома неслышно подкрался сзади и положил руки мне на грудь. Я инстинктивно выпрямилась и неожиданно прижалась к его бедрам. Он медленно начал собирать в кулак мою длинную юбку, хмыкнув, когда нащупал чулки. Властный придурок.

Я затаила дыхание и прикрыла глаза. Вдохнуть не получалось. Его рука уже оттягивала резинку чулок и касалась моей кожи. Потом он передумал и резко схватил меня поперек талии. Одним рывком повернулся к кровати, бросил на неё спиной и грубо задрал юбку, закрыв моё лицо. Я почувствовала, что сейчас всё кончится. Он бесцеремонно сорвал трусы, приспустил джинсы и взял меня без всяких предисловий.

Я хватала ртом воздух от возбуждения и обиды. Он знал, что мне нравились такие игры, и смог меня завести. Моё лицо пылало, кровь билась в висках. Он довел меня до конца и кончил сам.

Я лежала, по-прежнему укрытая юбкой, и не двигалась. Я чувствовала, что он довольно разглядывает меня, и от этого заводилась снова. Наконец, он натянул юбку на ноги и поцеловал меня впервые с момента нашей встречи:

– Спасибо за чулки, – прошептал он. – Вот мы и обновили твою кровать.

Довольно улыбаясь, Рома улегся рядом и перекатил меня на себя.

– Я не мог дождаться нашей встречи, – прошептал он. Его голубые глаза не отрываясь смотрели на меня, и я видела в них восхищение и желание. Но я промолчала. Мне было просто хорошо и говорить не хотелось, хотя он всё и так видел по моим глазам, полным нежности и любви.

Я потеряла счёт времени. Мы лежали, обнявшись, и он периодически шептал мне, какая я красивая, волшебная и как он меня любит. Неужели он и правда мой? Может быть, для меня ещё не всё потеряно?

Затем он встал, подал мне руку, и я опять попала в его объятия. Он нежно поцеловал меня и прижал к себе.

– Больше никогда не уходи от меня, – прошептал он мне в волосы. – Я этого не переживу.

Я закрыла глаза и обняла его ещё крепче. Внутри был мир, и тело опять хотело продолжения.

– Танюш, держи ключи. Я оплатил квартиру на полгода вперёд, – отстранившись, сказал Рома и вложил мне в руку связку. – Переезжай как можно быстрее, чтобы я знал, что ты всегда рядом.

Он улыбнулся мне своей мальчишеской улыбкой и начал приводить одежду в порядок.

– Ты осваивайся, а мне нужно успеть на совещание. Я тебе напишу! – он быстро собрался, нашёл свой телефон, чмокнул меня в щёчку и быстро вышел из квартиры.

Я села на кровать, ноги меня не держали. Я расстегнула босоножки, залезла с ногами поглубже и оперлась на мягкую спинку.

– Свет, привет! Можешь разговаривать? – набрала я подругу.

– Привет, Тань, могу, – отозвалась подруга.

– Знаешь, где я? – интригующе спросила я её. Не дождалась ответа и продолжила:

– Я в Ладье, мне Рома квартиру снял, – назвала я один из самых дорогих жилых комплексов в городе. Я довольно улыбалась.

– Рома?! Он же тебя бросил? – вскрикнула подруга.

– Свет, не бросил, а просто убрал с глаз жены. Чтоб не мешала нам, – назидательно произнесла я.

– Ты больная, что ли, Тань? Тебя реально ничего не смущает?

– Нет, – довольно произнесла я. – Он доказал, что любит меня. Решит вопрос с женой и мы сможем быть вместе открыто.

– Как решит, Тань? Пристрелит её, что ли? – съязвила Светка. – А потом вы вместе с его детьми будете навещать её на кладбище?

– Сказал, разведётся, когда с имуществом вопрос решит, – отмахнулась я, но мозг пронзила мгновенная догадка. – Кладбище!!! Точно!

– Что кладбище? Ты совсем сбрендила? – кричала в трубку подруга.

– Свет, мне надо на кладбище. Это же был ответ на мой вопрос перед сном! – потерянно бормотала я.

– Тань, ты там нормально? С тобой всё в порядке? – беспокоилась она.

– Да, я тебе перезвоню! Спасибо! – и я отключилась.

А затем потрясённо уставилась в светло-серую стену с огромным жидкокристаллическим телевизором. Кладбище! Это же ответ на мой вопрос, с чего начать. Не зря мне снились те жуткие кресты и могилы посреди травяного луга. Я же знаю, где похоронена бабушка! И она точно лежит рядом с другими родственниками. А на могилах стоят надгробия, и там есть даты как смерти, так и рождения. Точно! И ещё можно попросить информацию о захоронении в администрации кладбища. Вот она, ниточка!

Я уже лихорадочно стаскивала с себя тесные чулки и искала взглядом босоножки. Чёрт, я же без машины. Ладно, вызову такси и домой переодеваться. Не попрусь же я за город на шпильках и в коротком топе. Мне нужно переодеться.

***

Через час, вернувшись домой, я застала там маму и Николашу, в обнимку сидящих на диване. По телевизору шла какая-то мыльная опера. Перед сладкой парочкой стояла миска с чипсами и полуторалитровая бутылка с пивом. Он теперь ещё и маму спаивает!

– Мам, подскажи, пожалуйста, на каком кладбище бабушка похоронена? – с порога зала прокричала я. – В Васильевке?

– Таня, не кричи так! – поморщилась мама. – В Васильевке. А тебе зачем?

– Да хочу наведаться и кое-что выяснить, – нехотя замедлилась я. Перевела дух и пояснила:

– Я родовое древо строю, и хочу на надгробиях даты рождения и смерти посмотреть. Раз уж у тебя нет никаких документов.

– А, ну езжай. Только, Тань, давай не сегодня? Через три-четыре часа уже стемнеет, а туда добираться только два часа. Не пойдёшь же ты ночью на кладбище? – заволновалась мама.

Но мне не терпелось. Моя натура требовала движения. Тем более я уже не зависела от рабочего распорядка, и мысль посреди недели поехать за город была бунтарской, и от того ещё более волнующей.

– Мам, ну я у тёти Томы остановлюсь, переночую. Может, побуду пару дней, – я уже собирала сумку с вещами.

– Татьяна, можно там потише? – возмутился Николаша. – Выйдите да поговорите, ну не слышно же ничего!

– Мам, позвонишь тёте Томе? – я уже стояла возле неё с телефоном в руке, абсолютно игнорируя непрошеного мужика. Что за неприятный тип!

– Ладно, давай, – нехотя согласилась мама. – Как доедешь, позвони!

Я уже складывала в сумку ноутбук, потому что работать мне, кажется, придётся на природе. Предстоящее приключение всё больше вдохновляло и мне не терпелось уехать.

– Таня, купи Томе гостинца хоть, – посоветовала мама. Я чмокнула её в щёку, пообещала заехать в магазин и умчалась из квартиры в своё новое приключение.

Тётю Тому я знала хорошо и виделись мы с ней часто. Мама выбиралась в отпуск к ней в деревню, и летом почти каждые выходные мы ездили туда отдыхать. Когда я купила машину, поездки стали ещё и приятными. Мы жарили шашлык, обрывали Томину малину и помогали консервировать на зиму урожай. Она жила в крепком деревянном доме, который строил еще какой-то то ли дед, то ли прадед. В этой деревне родилась и моя бабушка, и моя мама. Получается, там наше родовое гнездо. Только мама уехала в город учиться, да тут и осталась. А Тома выучилась на ветеринара и осталась жить в деревенском доме. Она была маминой сколько-то-там-юродной сестрой, и до сих пор её опекала.

По пути я заехала в магазин и от души набрала гостинцев. Взяла колбасы, сыра, банку с оливками и сгущенкой. Немного подумав, положила в тележку бутылку вина. Будет чем скоротать вечер. Потом подумала, что нам не помешают фрукты, и закинула ещё виноград, черешню, крупную турецкую клубнику. Потом вспомнив, что благодаря Роме я теперь богата, я взяла баночку икры, сливочное масло, хрустящий багет. Шоколад, трюфели и любимые крабовые палочки. Да, голодная смерть нам точно не грозит, решила я и поспешила на кассу.

Еле дотащив сумки до машины, я достала оттуда коробку с трюфелями, бутылку газировки и бросила на переднее сиденье. Буду мчать по шоссе и лопать конфеты. Не жизнь, а мечта!

Спустя час я мчала по белеющей в сумерках дороге с открытыми окнами. Ветер шевелил мои волосы, из динамиков громко звучала музыка, а я подпевала ей во всё горло. Коробка с трюфелями была наполовину пуста, а мое сердце пело в такт мелодии. Я давно не чувствовала себя такой свободной.

Зазвонил телефон, и я включила громкую связь. Звонил Рома:

– Ты где? – крикнул он в трубку и грязно выругался. – Почему тебя нет в квартире? Я как мудак тут стою с букетом и целую закрытую дверь!

Я оторопела. Представила его с букетом на лестничной площадке и испытала мгновенное чувство стыда. Я и правда не предупредила его о своих планах, и свидание сорвалось по моей вине.

– Рома, я уехала из города, мне пришлось, – начала оправдываться я. – Семейные дела…

– Какие семейные дела? Я тебе что, для этого деньги давал? Квартиру снимал, чтоб она простаивала? – орал в трубку Рома. Он был очень зол.

– Я не могу уже вернуться, я уже час по трассе еду, – залепетала я. Чувство стыда усиливалось, и я уже жалела о своей затее. На кладбище попёрлась, надо же.

– Можешь и не возвращаться! – мрачно бросил он и отключился.

Я протяжно вздохнула. В салон ворвалась музыка, но её жизнерадостный ритм меня уже раздражал. Я выключила трек, и молча уставилась на дорогу. Раз я уже еду, то я доделаю дела и вернусь. А потом помирюсь с Ромой. Я знаю, что он любит, и сумею ему угодить.

Но настроение всё равно было бесповоротно испорчено. Ветер по-прежнему трепал мои волосы, но не было уже в этом ни радости, ни свободы.

***

Деревенский дом встретил меня горящими окнами и звонким лаем Малыша. Это был дворовый пёс, приблудившийся много лет назад к нашему двору. Он охранял участок и сейчас радостно бросался на скрипучую калитку. Я аккуратно припарковала машину на обочине, выгрузила пакеты с едой и толкнула деревянную дверь. Незаперто. Значит, тётя Тома ждёт. Малыш радостно скакал возле меня, но мои руки были заняты.

– Малыш, фу, – попыталась я его успокоить, но бесполезно. Его искренняя радость бальзамом пролилась на моё испорченное настроение.

Я вдохнула тёплый деревенский воздух полной грудью и внезапно воспряла духом. Я была у своих. Родовое гнездо. Я окинула быстрым взглядом облупившуюся краску на фасаде и усмехнулась.

Вошла в сени, поставила пакеты на пол и разулась. Здесь пахло ромашкой и мятой, которые сохли на столе у окна. Деревянный пол скрипнул, я прошла к двери в избу и потянула на себя за массивную ручку. За столом в ярко освещённой кухне сидел какой-то парень и увлечённо уплетал жареную картошку с тёти Томиной тарелки. Больше в комнате никого не было.

– Ты кто? – удивилась я. Я завертела головой, но следов присутствия тёти Томы не увидела.

– Я Дима. А ты Таня? – не удивился он. Ещё один жрущий мужик в нашей кухне. Что за засада?

– Я-то Таня, а ты кто и по какому праву здесь жрёшь? – не сдержалась я и нагрубила.

– Слушай, я жру свою картошку на своей кухне. Тамара Ивановна мне на лето дачу сдала, – не смутился парень. – Она что, тебе не сказала?

– Ей мама моя звонила, не я, – начала оправдываться я.

– Ну меня Тамара Ивановна предупредила, что ты приедешь. Я, конечно, ни на каких гостей не подписывался, но раз уж ты припёрлась на ночь глядя, то проходи, – невозмутимо пригласил он.

Я закатила глаза и почти уже цокнула языком, но удержалась. «Спасибо, мам, что предупредила» – мысленно съязвила я и прошла к эмалированному ведру с водой. Зачерпнула полный ковшик и начала пить быстрыми глотками. Почти сразу же заломило зубы. Значит, набрал воду совсем недавно, ещё не успела согреться. Моя бутылка с водой кончилась еще в дороге, а сладость во рту хотелось запить.

– Где я могу лечь? – вежливо, но холодно поинтересовалась я.

– Ну в зале, на диване. В комнате живу я, – спокойно произнес Дима. – Постельное возьми в шкафу, Тамара Ивановна сказала, что ты знаешь.

– Знаю, – вздохнула я. Перспектива спать в одном доме с незнакомым мужиком совершенно не радовала, тем более на диване в проходной комнате.

Я развернулась и вышла из дома, чтобы дойти до туалета. Он здесь, как и сто лет назад, наверное, был на улице. Мочевой пузырь напомнил о себе в самый неподходящий момент.

После того, как я сделала свои дела, я набрала тётю Тому. Всё-таки не стоило такие вещи доверять матери. Всё надо делать самой.