Текст книги "Практическое применение бытовой магии (СИ)"

Автор книги: Анна Стриковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

  – Сделает все, что в ее силах, будь уверен. Только бы очнулась живая и здоровая.

  – Тогда хватит болтать, давай спать, раз улеглись. Все вместе под одним одеялом не замерзнем. Красотка уже согрелась, но не стоит давать холоду ни малейшего шанса.

  Ильмарисса арн Дортин пришла в себя, но глаза открывать не спешила. Вспоминала, кто она, и где находится. Первое вспомнила, даже смогла вызвать в памяти события последних дней: Торрена мар Шартелена, историю своего найма на государственную службу, их путь до пещер, блуждания в темноте и наконец стражников. Когда в Тора полетел арбалетный болт, она все силы, те, что еще были, и те, которых уже не было, бросила на создание защиты. Дико закричала, испугавшись, что магия не подействует. Последнее, что она помнит, это сыпавшиеся сверху камни и пораженные лица стражников. Сейчас она лежит... Такое чувство что засыпанная камнями. Но нет, эти камни дышат, и тот, к которому она прижата спиной, и тот, который навалился сверху. Значит, это люди. Может, ее сочли умершей и кинули в кучу к другим трупам? Не похоже. Тогда дышала бы только она одна. Итак, сначала стоит определить, где она и кто рядом. А то, может, выгоднее будет, если окружающие останутся в неведении относительно ее состояния. Одежда на ней, уже хорошо. Не вся, большую часть с нее сняли, но хоть не голая, и то хлеб.

  Чуть пошевелившись, Иль поняла, что лежит в очень пикантном положении. Спиной она всем телом привалилась к мужчине, который обхватил ее поперек талии и дышит в шею. Знакомый запах полыни подсказал: это ее наниматель Торрен мар Шартелен. Какое счастье, он жив и здоров. Даже более того. Не распознать мужского желания могла бы, пожалуй, только невинная дурочка. Или это всего лишь утренняя эрекция?

  А вот с другой стороны к ней прижимается незнакомец. С желанием у него тоже все в порядке, если принять во внимание что утыкается в ее бедро. Одной рукой этот парень держит Иль под попу, а вторая уверенно покоится на ее груди. И пахнет от этого незнакомца изумительно: весенним садом после дождя. Еще немного пещерной грязью, конечно, но от кого тут пахнет чистотой? У чистокровных людей такого запаха не бывает, должна быть примесь эльфийской крови. Кто же это может быть? Кроме его Высочества принца Грендерна просто некому. Не стражник же. Значит, они его нашли...

  Иль тихонько приоткрыла глаза и глянула. Прямо перед ее глазами располагалось лицо. Мужское и очень красивое даже в том слабом освещении, которое тут имелось. К счастью, глаза этого красавца были закрыты, ровное дыхание говорило о том, что он мирно спит, и это давало возможность рассмотреть его поподробнее. Это точно наследный принц, она не могла не узнать героя своих детских грез. Когда-то, когда ей было лет четырнадцать, мать привезла ее в столицу. В этом возрасте способных к магии детей заставляли пройти испытания и давали первого наставника. Вот для этого мать ее и привезла вопреки воле отца, Абигора арн Дортина, который кричал, что в роду Дортинов магов не было, нет и не будет. Но Дильбаррина арн Дортин всегда умела настоять на своем, и после скандала Абигор уложил вещи дочери в сундучок и дал денег на дорогу. Сам он, выражая свое отношение к происходящему, не поехал. Но это, как ни странно, не омрачило радости Ильмариссы и не испортило ей удовольствия. Она отправилась на испытания в надежде стать магом, о чем мечтала с того самого дня, когда притянула со дна колодца упавшее туда ожерелье младшей сестры и узнала, что использовала магию.

   Испытания обычно приурочивались к празднику весеннего равноденствия. Они прошли успешно. Шар Хорна показал девять светлячков, Иль признали очень способной и назначили наставника, нудного, но знающего мага Анзидиса. А потом мать повела ее показывать столицу, буйно отмечавшую праздник карнавалом и шествиями И вот тут-то девочка и увидела принца. Он ехал верхом с тремя другими видными юношами, но выделялся среди них как солнце среди свечек. Высокая стройная фигура в элегантном наряде, темно-золотые волосы, крупными локонами рассыпавшиеся по плечам и тонкие, чуть неправильные, но оттого еще более прелестные черты лица поразили воображение маленькой девочки, какой Иль была тогда. Но понравилось ей другое. Ее пленила его улыбка. Он казался таким добрым, все понимающим, и в то же время царственно-недоступным. Иль стояла в первом ряду и хорошо его рассмотрела. Зелено-золотистые глаза принца глядели ласково, улыбка освещала все вокруг, а необыкновенная мягкость и красота движений заставляли сердце сжиматься в непонятном волнении.

  Позже, учась в Академии, она купила в лавке миниатюрный портрет Грендерна и хранила его в шкатулке вместе со своими немудрящими сокровищами: браслетами, серьгами и ожерельем, которые ей, отпуская из дома навсегда, подарила мать.

  На последнем курсе она познакомилась с Сильдом, и от него узнала, что принц далеко не такой хороший человек, как обещают его внешность и манеры. Да и раньше она слышала, что человека, разбившего больше женских сердец, нет во всей империи. Слухам верить не хотелось, а вот словам любимого она не поверить не могла. Тем более что Сильд был частым гостем при дворе и приятельствовал с младшим принцем Лирусом. В его рассказах Грендерн представал жестоким равнодушным сластолюбцем. Тогда она вынул портрет из заветной шкатулки и сожгла в камине.

  Все слова Сильда оказались ложью, так может и то, что он говорил о Грендерне тоже неправда?

  Сейчас и она, и принц старше на десять лет, но он все так же прекрасен. Золотистые волосы теперь довольно коротко обстрижены, но и стриженые завиваются крупными кольцами. На лбу залегла вертикальная складка, появляющаяся вместе с заботами и нерадостным жизненным опытом. Округлые щеки впали и приобрели скульптурные очертания, а на красиво вырезанных губах играет бессознательная полуулыбка. И такое божественно прекрасное создание прижимает ее к себе, а его царственные руки ее ласкают.

  Только ей почему-то хочется оттолкнуть его и прижаться к ставшему таким родным Тору. Отдаться под его защиту. Мысль о нем вызвала в ней волну тепла, в то время как прекрасный принц вызывал у нее неконтролируемый ужас. За последние несколько дней она убедилась, что от Торрена ей не стоит ждать плохого, а как поведет себя принц не угадаешь.

  Стой, стой, Ильмарисса арн Дортин! Выбрось из головы и принца, и его друга, главу отдела расследований. В сущности и тот, и другой чужие люди, и не стоит делать далеко идущих выводов из того, что они оказались от тебя в такой волнующей близости. Так они еще опаснее. Никаких мужчин в твоей жизни больше не будет. Это плохо заканчивается. Потом бывает слишком больно и страшно.

  Раздавшиеся вдалеке звуки разбудили принца. Ресницы его затрепетали, Иль еле успела закрыть глаза и притвориться спящей. Мужчина легко встал и прикрыл ее одеялом с головой, но прежде успел одной рукой погладить бедро, а другой чуть сжал грудь. Дал понять: милочка, я вижу, что ты не спишь. Шаги приблизились, загрохотало железо, глухо брякнула глиняная посуда. Потом неприятный скрипучий голос заговорил на государственном леританском языке с жутким дейшарским акцентом:

  – Вот завтрак. Вам придется еще потерпеть присутствие этой падали. Мой господин вернется только к вечеру, тогда мы заберем трупы.

  – Вряд ли, – прозвучал низкий бархатный голос принца, – мои друзья живы, и, надеюсь, уже завтра будут здоровы.

  – Демоны! Мне придется доложить начальству.

  Снова заскрежетало железо, послышался звук удаляющихся шагов. Стражник ушел докладывать? Интересно, кому? По мнению Иль в пещере из руководства оставался только десятник, но у него не было особых полномочий. Тут она поняла, вернее, почувствовала, что Тор тоже проснулся. Он, аккуратно придерживая Ильмариссу за плечи, переложил ее на убогую подстилку, служившую им ложем, поправил одеяло, встал и спросил:

  – Грен, это что, твой завтрак приходил?

  – А, привет, Тор, ты прав, это был мой завтрак. Он интересовался, не помешали ли моему отдыху ваши трупы.

  – И?

  – Я как то не подумал, что стоит сохранить в секрете то, что вы еще живы. Этот болван пошел получить указания начальства.

  – Значит, вернутся нескоро. Им придется далеко идти, вчера все начальство удалилось в неизвестном направлении, мы с Иль были невольными свидетелями.

  По тому, как они разговаривают, можно сделать вывод: эти двое старые хорошие приятели. Не зря Торрен хвалился. Хорошо это для нее или плохо? По-одиночке она разберется и договорится с каждым, а вот сразу с двумя? Тор ее не узнал, потому что никогда не видел, зато Грендерн не мог не видеть хотя бы ее портрета. Если он ее узнает, то скажет другу, и тогда... Что тогда, Иль представить себе не могла, но страшилась настолько, что замирало сердце и из головы вылетали все мысли. И тут сквозь этот нерациональный ужас до нее донеслись голоса мужчин. Они говорили о ней.

  – Кстати, твоя прелестная подруга уже не спит, просто притворяется.

  – Отлично. Тогда после завтрака мы сможем провести небольшое совещание.

  Тор наклонился над Ильмариссой так низко, что его дыхание защекотало ее ухо:

  – Иль, просыпайся и вставай. Дело есть. Будем думать как выбираться. Ты жива, а это главное. С тобой у нас появляется шанс.

  Она не ответила, просто зашевелилась и села. Потрогала голову: эти гады сняли ее защиту, платок. Коса свободно лежала вдоль спины, шпильки исчезли. Да и платка рядом она не обнаружила. Зато выяснила, что на ней остались нижняя рубаха и нижние же панталоны. Туника, платье, брюки – все это исчезло. Позорище! Хорошо, что тут довольно темно, свет падает только от фонаря, висящего за решеткой. Она постаралась завернуться в одеяло, и услышала насмешливый голос:

  – Бана магисса стесняется своего вида? Не стоит, уважаемая. Здесь все свои. Разрешите представиться: Грен.

  Ильмарисса из-под опущенных ресниц взглянула на принца, который откровенно пялился на нее, вернее, на грудь, чуть прикрытую тонкой рубашкой.

  – Ваше Высочество, – с трудом выговорили спекшиеся губы.

  – Нет, прекрасная бана. Грен. Высочеством я буду, когда вы с Тором придете во дворец получать заслуженную награду. А пока Грен. И на «ты».

  В его голосе звучало что-то непонятное. То ли он ее узнал, то ли что-то другое, но очень и очень опасное. Она испуганно залепетала:

  – Иль. Зовите меня Иль.

  – На «ты», Иль.

  Тут она наконец уперлась.

  – Можете звать меня как вам будет угодно, я же буду так, как мне удобнее.

  – Упрямая девочка. С характером, мне это нравится. Но Тора ты же называешь на «ты», значит, можешь и меня.

  – К нему я уже привыкла.

  – Значит, вопрос в привычке, тебе нужно время. Хорошо, подождем, торопиться некуда. А пока давай завтракать. Тут маловато на троих, но ты меня простишь. Кстати, твоя одежда валяется вон в том углу. Прости, когда мы тебя раздевали, чтобы согреть, не было ни сил, ни времени, чтобы ее вывернуть и сложить.

  – Согреть?

  Тут заговорил Торрен, голос его звучал глухо, как будто каждое слово он произносил через силу. Он не уверен и боится, почувствовала Иль. Только чего? В его словах нет и намека на причину этих опасений.

  – Иль, ты была как труп. Холодная и синяя. Стражники уверены были, что ты мертва. Я, когда пришел в себя, тоже подумал, что ты умерла. Чуть с ума не сошел. Но Грен заметил, что у тебя сердце еще бьется, но очень медленно. Мы ничем не могли тебе помочь, только согреть нашими телами как тогда, у озера. Но я не был уверен в результате. Стражники сказали, что тебе на голову рухнул огромный камень, после такого не выживают. Хотя твоя голова была цела, ни крови, ни ран, похоже, удар был скользящий. Наверное, твои платок и волосы ослабили его. Ты с нами, и я счастлив, Иль. Сейчас ты говоришь так разумно, а я боялся, что от удара по голове ты можешь потерять память или что-то в этом роде. Ты все помнишь, что с нами произошло?

  – Конечно, Тор, я все прекрасно помню. Мы с тобой спасаем принца Грендерна в гномьих пещерах под Дейшарским хребтом. Или уже не спасаем, а сидим с ним вместе в камере. Наверное удар смягчили не только мои волосы, но и щит, который я успела выставить. Думаю, что успела, раз ты жив. Камень должен был скользнуть по нему.А вот визжать мне не стоило, от этого звука потолок в пещере рухнул.

  – Ты и правда все помнишь. Какое счастье!

  Рука мужчины провела по ее волосам, погладила плечо и слегка хлопнула по спине. Сдержанное выражение радости по поводу того, что она жива и не стала парализованной идиоткой. Стыдно себе признаться, но она разочарована. От Тора ей хотелось бы... ну, … большего чувства. Дура! Теперь надо держать ухо востро, стараться помогать этим двоим, и тогда у нее еще есть шанс выбраться без особых потерь!

  Только увидев, как изящно и ненавязчиво Грен подбивает клинья к магичке, Тор осознал, что сейчас потеряет ее безвозвратно. Она не сможет не влюбиться в принца. Да, страсть Грена долго не продлится, он никогда и не обещает вечной любви своим подружкам. Возможно, такая, как Иль, сумеет удержать его не на несколько дней, а на несколько месяцев, но конец один. А потом... Потом она даже не желая будет сравнивать. Если она и согласится впоследствии стать возлюбленной Торрена, видеть в ее глазах тоску... Обладать ею, понимая: она закрывает глаза, чтобы представлять на его месте прекрасного принца... Нет, на это он никогда не пойдет. Нагляделся на такое счастье. Его приятель, первый заместитель начальника имперской полиции, женился на бывшей возлюбленной Грендерна. Очень любил, а потому и не отказался от брака, после чего в глазах активного, бодрого веселого мужчины навсегда поселилась боль. Тяжело быть с женщиной и знать, что в ее сердце другой. Пусть даже наследный принц империи.

  Тем временем Иль, прикрывшись одеялом, пробралась в тот угол, куда вчера Грен скинул ее одежду. Пошарила по полу и нашла несколько шпилек. Натянула штаны и тунику, когда же попыталась повязать на голову платок, насмешливый голос принца ее остановил:

  – Милая, я понимаю, за годы, проведенные в этой проклятой Богами Дейшаре ты привыкла накручивать на свои прекрасные волосы эту тряпку, но ты же не дикая дейшарка, а столичная девушка. Как и мы – столичные парни. Может, не будем так уж тупо следовать местной моде?

  – Хорошо, – пробормотала Иль, сложила платок и спрятала в карман.

  Грен уже суетился рядом с ящиком, на котором их дожидался кувшин с молоком, краюха хлеба и здоровый кусок козьего сыра.

  – Простите, ребята, тарелок нет. Да, и как делить будем? Ножа тоже нет.

  Торрен нагнулся и вытащил из голенища сапога узкий острый стилет. Конечно, это оружие колющее, резать им неудобно, но если больше нечем? Накромсал хлеб и сыр, разложил на три кучки.

  – Небогато, но с голоду не помрем, особенно если запьем молоком. Они тебя все время так кормят?

  – Ты имеешь в виду, не по-королевски? Нет, поначалу, особенно пока сюда не приехали, к питанию было не придраться. Даже десерт давали. Правда, помню я это плоховато, сонное зелье не способствует аппетиту. Но с тех пор как заперли меня здесь, кормят как в тюрьме.

  – Интересно, – подала голос Иль, – с чем это связано? С их возможностями или с тем, что они разочаровались в похищении?

  – Поясни, дорогая, – отозвался Грен.

  – Для этого я вас кое о чем спрошу. Первое: Вас пытались подчинить?

  – Наложить заклятие повиновения? Пытались. Практически сразу как похитили. Но толку не вышло, королевская кровь защищает от такой магии.

  – Королевская – это кровь древних рас? Например, эльфийская?

  – Правильно, девочка, в точку. Если ты училась в Академии, ты должна была это знать. Среди предков королевского дома были эльфы.

  Иль задумалась.

  – Странно, что похитители об этом не знали. Наверное не учились в Академии. Второй вопрос: каким способом на Вас попытались наложить заклятие?

  – Надели амулет. У меня сложилось впечатление, что, если бы все получилось, дальше меня бы не повезли.

  – Тут я с Вами соглашусь. В этом случае похищение легко можно было выдать, например, за тайную поездку к тайной возлюбленной. Амулет – понятно, мага среди них не было. Он ждал их в другом месте. И третий вопрос: Вы видели своих похитителей? Узнали кого-нибудь?

  – Нет, я видел только лица стражников. Их хозяева, общаясь со мной, завязывали мне глаза, надевали маски или пользовались темнотой. Голоса... Кажется, были знакомые, а кто, не могу сообразить. Если бы я их снова услышал... Но к чему весь этот допрос?

  – Объясню, но сначала Тор расскажет, кого мы видели в подземелье прежде чем нас заметили стражники.

  – Вы там видели кого-то знакомого? Тор, ты мне ничего об этом не говорил.

  Тор со вздохом признался:

  – Не торопился сообщить, хотел сначала обдумать. Но, согласен, вместе мы легче разберемся. Я видел любовника твоей тетки графа Келера...

  – Точно! Я слышал его голос! -радостно воскликнул принц.

  Торрен сухо продолжил:

  – И Керимар-тира, брата дейшарского герцога. Иль узнала двух других: купца Арбибара из Зайдара и градоначальника Кахны.

  – Геримон-тира?

  – Не знаю, как его зовут, – откликнулась Иль, – мне его не представили. А еще с ними шла девица. Дочь Арбибара, Беритера.

  – Беритера? Демоны, похоже, она в списке. Только там она значится как племянница зайдарского господаря Беритера Зерминар.

  Торрен оживился:

  – В списке? Ты хочешь сказать, это одна из твоих невест?

  – Именно. Меня же не могут женить на ком попало, – пояснил он для Иль, – Моя матушка составляет список приемлемых невест. Это началось лет пятнадцать назад, когда она впервые решила связать меня брачными узами. Если девушки нет в списке, будь она красива, как богиня любви, умна, родовита и все такое, жениться на ней мне не позволят.

  – А список велик?

  – На момент моего похищения там состояло двадцать семь девиц. Маман то добавляет имена, то вычеркивает, сообразуясь с какими-то ей одной известными соображениями, так что это число нестабильно. Но об изменениях меня всегда ставят в известность. Предупреждая дальнейший опрос, сообщаю: все имена я знаю наизусть. Вот только видел далеко не всех, поэтому в лицо узнать смогу едва ли треть. А про эту Беритеру... Я не знал, что она дочь купца. Племянница господаря может быть моей невестой, а дочь купца... Сами понимаете.

  Торрен задумался:

  – Возможно, он просто выдает ее за свою дочь здесь, в Дейшаре. Зачем, мы не знаем. А может быть он вовсе не купец, а только выдает себя за купца. Но если она участвует в заговоре...

  Иль подхватила:

  – Или является его пассивной частью... Тор, думаю, она отличная кандидатура на роль девушки, которую хотят связать с принцем. Зеркалом или нитями судьбы... Возможны варианты. Судя по ее поведению, она глупа как пробка. Такой можно управлять даже без заклятия подчинения. В общем, так. Никто не спорит с тем, что мы имеем дело с дейшарско-зайдарским заговором с целью посадить на трон империи покорную марионетку? Все согласны. Хорошо, тогда я продолжаю.

  Торрен и Грен обалдели: Иль вдруг заговорила так, как будто была любимой ученицей канцлера и привыкла проводить совещания кабинета министров. Видимо, удар по голове не имел вредных последствий.

  – Заговорщики сумели вовлечь в свои дела высших сановников империи. Граф Келер, как мне видится, не единственный, кто их поддерживает в столице. Какая-то знатная дама заманила принца туда, где его ждали похитители.

  – Да, дама из самого высшего общества, Лениса, маркиза Рейданская. Она, кажется, в дальнем родстве с Келером. Ходили слухи, что после смерти маркиза у нее был с графом роман.

  – Вот, Тор, и таинственная Л, которая прислала записку. Еще кто– то обеспечивал неудачу поездки Торрена с отрядом. Но организованы заговорщики плохо.

  Торрен и сам так думал, но удивился словам Иль. Спросил:

  – Откуда у тебя такие сведения? Пока все говорило об отличной организации похищения.

  – Тебе не кажется, что все их планы до сих пор благополучно проваливались? Они позволили нам сюда добраться. У них был план с подчинением принца, который не сработал. Это доказывает недостаток информации у заговорщиков. Тогда они воспользовались запасным, включающим эту девицу. Но второй план также не был как следует подготовлен. Поэтому принца заперли здесь, в неприспособленном месте, без достойной его еды и обслуживания. Уверена, желания мучить его Высочество, заставить его испытать лишения, ни у кого не было. Просто запасной вариант был не проработан. Даже охрану нормальную организовать не сумели. Судя потому, что они сидят ничего не предпринимая столько дней, у них не было под рукой мага, да и девушку пришлось доставлять издалека. Но теперь развязка близка. Скоро все должно закончиться. Принца свяжут с избранной для этой цели красавицей и отпустят.

  Оба мужчины пораженно вскрикнули:

  – Отпустят?

  – Конечно, зачем его держать? Своих похитителей он не видел и опознать не сможет. А чары таковы, что он женится на связанной с ним девушке в любом случае. Ее могут привезти в столицу к назначенному дню и представить ко двору, например. Или подстроить случайную встречу. Тогда колдовство и начнет действовать.

  – А подробнее?

  – Все точно как в сказке. Принц видит портрет красавицы и больше ни о ком не может думать. Или ему эту красавицу показывают в зеркале. Или он случайно видит ее на балу, в парке, на охоте, на улице... Нужное подчеркнуть. Это не традиционный приворот, к которому у потомка эльфов есть иммунитет. Это тонкая магия судеб.

  – Потрясающе! – воскликнул Грендерн, – Нет, конечно, все это очень плохо, но анализ гениальный. Бана магисса, целую Ваши ручки.

  Он действительно взял руку Иль в свои и поднес ее к губам. Поцеловал сначала пальцы, затем перевернул и чмокнул в ладошку, стараясь при этом заглянуть девушке в глаза. Ильмарисса все так же смотрела в пол, и даже голову в сторону повернула. Можно было подумать, что внимание принца ей неприятно.

  – Вы правы, Ваше Высочество, говоря, что все плохо. И стало еще хуже с того момента, как мы пришли сдуру Вас спасать.

  – Не понял, – хором сказали мужчины и посмотрели друг на друга с подозрением.

  – Все просто. Теперь заговорщики не могут Вас просто так выпустить. Если бы нас убили раньше, чем мы встретились с Вами, или нас не засекли... В общем, теперь они знают, что Вы знаете. Значит, Вы стали опасны. Хотя... Нас с Тором можно убить, а тела выкинуть куда они их там выкидывают.

  – В бездонный колодец.

  – Точно! А принца опоить и в таком состоянии отвезти поближе к столице и оставить в придорожном трактире. Проснется – ничего не помнит.

  Торрен шагнул вперед и положил магичке руку на плечо в защищающем жесте, а Грен сказал с присущей ему живостью:

  – Тогда нам надо как можно скорее отсюда смыться. Я против того, чтобы вас убивали. Тор мой друг, а ты, Иль, замечательная девушка. Без вас эта жизнь станет скучной. Не вижу другого приемлемого выхода, кроме побега. Только решетка здесь... Крепкая, и запирается на замок, от которого у меня нет ключа.

  – Дайте глянуть... Ну, это не проблема. Такой я на раз отопру. Я тебе, Тор, кажется, говорила, что дейшарцы – нули в магии. И еще раз повторю. Их замки только ленивый не откроет. Я имею в виду мага. Силы на это практически не нужно, только умение. Вопрос в том, куда идти. Да и наши сумки понадобятся. В них еда есть, да и другие полезные предметы.

  Торрен задумался. Все верно, еда нужна. Но главное не выйти прямо в лапы рассвирепевших врагов. Где бы добыть карту? Кажется, у Иль было что-то подобное. Спросил, она ответила огорченно:

  – У меня есть карта дейшарского хребта. Здесь, – она похлопала себя по груди, – в кошеле. Я ее из сумки переложила, потому что он защищен от внешних воздействий, а она нет. Но там только выходы гномьих шахт, карты подземелий нет.

  – А твоим амулетом мы воспользоваться не можем?

  – Нет, он настроен на поиск принца. Теперь, когда принц с нами, амулет бесполезен. А я даже не знаю, где тот зал, в котором на нас обвалился потолок.

  От бессилия она была готова заплакать, но крепилась. Грен почувствовал состояние девушки, поэтому сунул ей в руку последний кусочек сыра. Она автоматически куснула его, увлеклась процессом поедания и немного успокоилась. Достала кошель, вынула карту, разложила на ящике и задумалась. Принц хотел сказать что-то ободряющее, но Тор схватил его за руку и приложил палец к губам. Он уже привык, что размышлениям магиссы мешать не стоит.

  Минут десять прошло в напряженном молчании, затем раздался голос девушки:

  – А если выходить, то куда? Можете показать точку на поверхности, где есть выход из шахт, который вас устраивает? Только не заваленный.

  Некоторое время мужчины смотрели на карту как баран на новые ворота, но вот в зеленых глазах Грендерна блеснула молния. Он ткнул пальцем в рисунок:

  – Сюда. Самый близкий подходящий выход. Это не Дейшара и не Зайдар. Это Аламер. Независимое дружественное государство. Дейшара может сговориться с Зайдаром только для того, чтобы разделить эту процветающую страну, при условии отделения Дейшары от империи, разумеется. В Аламере мы найдем все, что нам потребуется. Я имею в виду помощь полиции и поддержку магов, портал в столицу, и все такое. Можно бы подальше к западу, уже в нашем государстве, вот здесь, но так далеко без точной карты и припасов... Пусть будет Аламер.

  – Отлично Ваше Высочество. Тогда я буду делать амулет, настроенный на этот самый выход. Буду привязывать поисковик к карте. Нам повезло, на карте есть указание сторон света, так что есть шанс не заблудиться. У Вас не найдется какого-нибудь кольца или подвески с крупным прозрачным камнем? На худой конец он может быть и не очень прозрачным.

  – Откуда, дорогая? Маркиза опоила меня в не самый удачный момент: я успел полностью раздеться. Все, что на мне было в момент похищения, это печатка с гербом, знак моего положения. Я ее никогда не снимаю, потому что для этого пришлось бы отрезать палец. Все остальное так и осталось лежать на столике в спальне. Может, у тебя, Тор?

  – Меня ободрали, пока несли сюда. Ни одной безделушки не осталось.

  – Что с Вами поделаешь, – грустно вздохнула Иль.

  Она достала откуда-то из глубин своего одеяния тот самый бесполезный амулет. Вероятно, стражники не увидели в нем ни малейшей ценности. Испорченное блюдце. Иль покрутила его, потерла пальцем...

  – Так, Тор, дай твой стилет и отойдите подальше, я буду перезаклинать. Менять параметры поиска. Вообще-то так не делается, но выбора нет. Надеюсь, что все получится. А Вы уйдите от греха.

  Мужчины нехотя отошли и сели в углу около решетки. Грен тихо спросил:

  – Думаешь, у нее выйдет?

  – Пока все, что она делала, получалось. Если бы все мои сотрудники были бы хоть вполовину так эффективны, как эта девушка, в империи исчезла бы преступность.

  Оба посмотрели на Иль: она старательно царапала застывшую смолу, рисуя новые руны и смазывая их собственной кровью из наколотого стилетом пальца.

  – То есть ты в нее веришь?

  – Пожалуй, больше чем в себя.

  – Сильно сказано. Не ожидал такого услышать, особенно из твоих уст. Скажи, Тор, ты в нее влюблен?

  Эта тема с недавних пор злила Торрена настолько, что он готов был сорваться. Он не влюблен, он любит, а это совсем разные вещи. Сдержав бурю, разрывающую его, он сказал сердито:

  – Да что ты заладил: влюблен, не влюблен. Даже если и так, это ничего не меняет. Она не любовница мне, она мой сотрудник. По крайней мере, это ее точка зрения.

  – Честный ответ. Значит, между вами ничего нет? Тогда я попробую поухаживать, или ты против?

  – Что ты у меня спрашиваешь, – вконец разозлился Торрен, – спроси у нее! Может, я и против, но мое мнение учитываться все равно не будет. Только давай отложим всю эту твою любовную ерунду на потом. Думаешь, где бы мы с ней были, если бы не тебя искали, а выясняли отношения?

  – В постели, я думаю. Ты прав, это я не ко времени. Но уж больно она хороша!

  – Девушка как девушка, – покривил душой Торрен, – Но вот ум, знания, сноровка и смелость у нее выше всяких похвал.

  – Дурак ты, Торрен мар Шартелен. Ты за тряпками не умеешь разглядеть женщину. Посмотри как она водит руками над своим амулетом. Какое изящество движений! Какая посадка головы, линия шеи! Она изумительно сложена! А лицо... Тебе надо все раскрасить, как в борделе. Тогда ты соблаговолишь увидеть и глаза и губы.

  – Ну, глаз она на меня до сих пор не подняла...

  – Как?! Ты ни разу не смотрел ей в глаза? Тогда понятно, почему у вас все так затянулось. Надо было ее вынудить.

  – Отстань, Грен. Я ничего не буду делать против ее желания, и тебе не позволю. Сейчас она работает над нашим освобождением, мог бы проявить хоть какое-то уважение.

  – По-твоему, если я хочу женщину, я ее не уважаю?

  А что, это не так?

  – Не буду объяснять, где ты ошибаешься. Смотри, кажется, она закончила.

  Действительно, магисса, держа амулет в руках, поманила к себе мужчин. Она попыталась было встать, но не смогла. Торрен бросился к ней со словами:

  – Иль, что с тобой?

  – Да ничего особенного. Амулет, похоже, получился, только сил не осталось. Так обидно. Когда нужно бежать, я становлюсь обузой. Давай, я научу тебя пользоваться этой штукой, и бегите. Вдвоем вам будет легче, а меня скорее всего не тронут. Максимум, заберут в какой-нибудь гарем. А оттуда я выберусь.

  Успокаивает, понял Тор. Но вместо того, чтобы успокоиться, разозлился. Неужели она думает, что он может ее предать? А принц, тот от ее слов вообще в шоке. Его благородная королевская натура возмущается самой мыслью о таком низком деянии:

  – Не выдумывай. Мы тебя не бросим. Для начала отдохни. А потом... Я тебя понесу.

  – Мы оба тебя понесем, Иль. По очереди. А ты будешь дорогу указывать. Все равно нам без тебя не выбраться.

  Магисса с сомнением покачала головой. Но, к счастью, не стала упираться и противоречить. Наоборот, решительно сказала:

  – Так, тогда откуда приходят те, кто приносит пищу?

  – Оттуда, – Грен указал на левый коридор. Оттуда и вас притащили. А направо тупик. Я знаю, потому что два дня назад кто-то из солдат ошибся и пошел туда. Ругался последними словами, а потом на него еще десятник орал.

  – Значит, зал с множеством выходов слева. Если повезет, найдем галерею с нужным направлением. То, что до сих пор никто не пришел, чтобы с нами разобраться, говорит о том, что начальство отсутствует.

  – Из того, что я слышал: двое охранников погибли, когда упал потолок. Выходит, их трое, – добавил Тор.

  – Их трое и нас трое. Справимся, – гордо сказал Грен, но Иль его осадила: