355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анн Голон » Путь в Версаль » Текст книги (страница 8)
Путь в Версаль
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 21:13

Текст книги "Путь в Версаль"


Автор книги: Анн Голон


Соавторы: Серж Голон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 15

Занималось утро. Господин Бурже, выпив свою первую пинту вина, был в веселом настроении и напевал любимый мотив одной песенки, которую любила его жена. Выйдя во двор, он неожиданно увидел странный кортеж: пятеро нищих, две женщины и три подростка прошли через калитку в его собственный двор. На маленькой повозке они везли свои пожитки, на которых удобно устроилась обезьянка, строившая всем рожи.

Господин Бурже подпрыгнул от возмущения и заорал не своим голосом:

– Барба, как ты могла обмануть меня! Меня, который всегда считал тебя порядочной женщиной. Ты знаешься с этими нищими оборванцами!

– Любезный хозяин, соизвольте выслушать меня… – подошла к нему Барба.

– Нет, я не желаю ничего слушать. Моя таверна не пристанище для нищих. О господи, я опозорен! Он выбежал со двора, бормоча проклятия.

– Я пойду звать стражу! – орал он.

– Пусть эти малютки пока посидят у тебя, – сказала Анжелика Барбе. – А я пока затоплю камин.

В это время пришел лакей от мадам Суассон. Он принес дрова и одежду.

– Ты завтра скажешь своей госпоже, чтобы она передала нам немного еды.

– Ну и нахалка же ты, красотка! – воскликнул лакей.

Он был неплохо одет, и по сравнению с ним Анжелика выглядела ужасно.

– Заткнись, – резко оборвала она его. Крайне растерянный, лакей спустился во двор и выбежал через калитку.

Немного позже Барба поднялась в свою комнату, неся на руках Кантора и ведя Флоримона. В комнате ярко горел камин, а Дино и Флико весело играли напротив, около стены.

– Барба, ты не сердишься на меня за то, что я пришла к тебе не одна? – спросила Анжелика.

– О, мадам! Это большое счастье для меня. И этих несчастных детей нужно приютить, – она показала на Дино, Флико и Розину.

– Знала бы ты, из какого ада мне удалось вырваться самой и вырвать их.

– Мадам, моя бедная комната в вашем распоряжении.

Но тут со двора донесся душераздирающий крик господина Бурже:

– Барба! Барба!

Вся округа сотрясалась от его воплей.

– Да эти нищие перешли все границы. Они не только пришли в мой дом, но еще и растопили камин так, что вскоре все сгорит.

Пока он орал и причитал там, внизу, Анжелика успела перепеленать своих крошек.

– О! Почему моя жена умерла! – вопил Бурже. – Она бы не допустила такого безобразия. О, какой я несчастный!

– Никогда они не будут голодать, никогда им больше не будет холодно, – повторяла Анжелика.

Кантор сосал куриную косточку и играл своими ножками, а Флоримон спал. Вдруг он проснулся и, весь дрожа, стал кричать. Анжелика не знала, была ли это горячка, или ему приснился дурной сон. Затем Анжелика разделась и вымылась в чане, который употребляла для своего туалета служанка Барба.

– Какая ты красивая, – пробормотала Розина, подойдя к чану. – Ты, наверное, одна из женщин Красавчика?

– Нет, я «маркиза ангелов», – ответила Анжелика, намыливая голову.

– Не может быть! Я так много слышала о тебе! – воскликнула Розина. – Это правда, что Каламбредена повесили?

– Я не знаю, Розина. Не надо говорить об этом.

Она вытерлась. Ее тонкая талия терялась в складках грубого платья. Но и в грубом платье Анжелика была прекрасна.

– Это тебе фараоны обрезали волосы?

– Да, Розина. Но ничего, еще вырастут. – Она поднесла маленькое зеркальце к лицу. – Боже мой, что это, Розина?

– Это прядь седых волос, «маркиза».

– Да, я постарела в эту ужасную ночь. Вчера этой пряди не было. – Анжелика в изнеможении присела на постель Барбы. – Неужели я стала старухой, Розина?

– Конечно, нет. У тебя нет ни одной морщинки, а кожа свежа, как лепесток розы. У тебя двое детей, а твоя грудь – как у молодой девушки, не знавшей мужской руки. Мужчины, должно быть, от тебя без ума, – с завистью сказала она Анжелике.

– А сколько тебе лет, Розина?

– Может, пятнадцать, а может, шестнадцать.

– А я тебя помню, Розина. Год назад ты шла по кладбищу «Святых мучеников» с открытой грудью. Тебе не было холодно?

– Ты же сама сказала, что не будем говорить об этом. Это уже в прошлом.

Барба принесла крема из кухни, Флико и Дино ели за обе щеки. Немного позже Барба поднялась со свечой в руке.

– Сегодня у нас в таверне не было ни одного посетителя, мадам. Господин Бурже в шоке, он говорит, что у него украли часы.

Анжелика подозрительно посмотрела на Флико.

– Если ты не бросишь свои штучки, мой дорогой, я выгоню тебя на улицу, где ты окажешься в руках Тухлого Жана.

Флико отдал часы и, насупившись, пошел спать.

Немного погодя все заснули. Было тихо. Анжелика подошла к Барбе. С улицы доносились едва слышные звуки.

– Сколько времени? – спросила Анжелика.

– Девять часов, мадам, – ответила Барба, крайне удивленная, увидев, что мадам начала одеваться.

Одевшись, Анжелика направилась к двери.

– До завтра, Барба.

– Но, мадам, вы же устали. И такой поздний час…

– Я… я должна заплатить по счету, Барба. После все кончится, и жизнь начнется сначала. – Сказав это, она вышла. Спустившись по лестнице, она услышала дикий храп господина Бурже, который, наверное, во сне ругал ее и детей. Но сейчас Анжелике было все равно. Она шла отдавать последний долг. Ее воровская жизнь кончилась.

«Все будет хорошо», – подумала про себя Анжелика и вышла на улицу.

Глава 16

Таверна «Храбрый петух», в которой расположилась Анжелика со своими детьми, находилась всего в нескольких шагах от тюрьмы Шантль. Нужно было пересечь только одну узенькую улицу, и вот она – эта крепость-тюрьма, с башни которой по всей округе разносился бой часов. С верхнего этажа таверны можно было видеть остроконечные башни этой блюстительницы закона.

Анжелика замедлила шаг возле главного входа, над которым висели большие старинные часы, горели факелы и взад-вперед сновали часовые. Вонь с ближних улиц была ужасной. Это мрачное и старинное здание нагоняло тоску, от него веяло пытками, холодом и заключенными.

«Ну хватит, – сказала себе Анжелика, – надо идти». И она смело направилась к главному входу. Охранник провел ее в большой зал.

– А, вот и ты, – сказал капитан, увидев ее. Он курил, сидя за столом, пил вино и разглагольствовал с подчиненными.

– Я не думал, что она придет, – сказал один из солдат, который присутствовал при их разговоре два дня назад.

– А я был в этом абсолютно уверен! – торжествующе воскликнул капитан. – Я видел много мужчин, которые не держат слова, – сказал он с видом философа, – но шлюха, если пообещала, то обязательно будет в срок. Ну что ж, моя дорогая, – сказал капитан, улыбаясь.

Анжелика опустила голову под его испытующим взглядом.

– Я хочу тебя, – продолжал он, похлопывая ее по бедрам. – Но сначала тебя проведут и осмотрят.

Осмотрев, надзирательница проводила Анжелику до комнаты капитана и закрыла дверь. Она осталась одна в этой мрачной комнате с решетками на окнах. В ней пахло кожей, соленым потом, табаком и вином. Она не знала, что ей делать, то ли сесть на кровать, то ли привести комнату в порядок. Мало-помалу ей становилось все холоднее и холоднее. Но вот Анжелика услышала тяжелую поступь Огра. Капитан вошел, о чем-то злобно ругаясь сквозь зубы:

– Проклятые бездельники, стадо ослов! Если бы я был там!

Он бросил с размаху мушкет и шпагу на стол, который от этого заходил ходуном, потом сел на стул.

– Сними мне сапоги, крошка, – сказал он, улыбаясь.

– Но я вам не служанка, – отрезала Анжелика.

– Да-да, это так, – сказал капитан нараспев, положив свои огромные волосатые руки на колени.

Анжелика подумала, что она сошла с ума, так разговаривая с Огром, который был страшен в гневе. Она полностью была в его власти, к тому же была ему очень обязана. Анжелика быстро спохватилась:

– Нет-нет, я это охотно сделаю, но посмотрите, мои ручки такие нежные и маленькие, а ваши сапоги такие огромные.

– Да, это правда, у тебя руки баронессы, – процедил капитан. – Чего только не увидишь на белом свете.

– Но я все же попробую, – и она подошла к стулу, на котором восседал Огр.

– Не надо, – пробормотал он, отстраняя ее. Он попытался схватить сапог, но ему мешал живот. После некоторых усилий ему все же удалось ухватить сапог, но тут раздался шум в коридоре, и в дверь ввалился офицер.

– Капитан! Капитан!

– В чем дело? – гаркнул Огр, побагровев от гнева.

– Только что принесли труп с Нового моста.

– Так отправьте его в морг. Черт вас побери!

– Но надо, чтобы вы засвидетельствовали. Огр разразился такими проклятиями, что старые стены Шантля затряслись. Он вышел, продолжая браниться на чем свет стоит. Анжелика осталась одна, все больше цепенея от холода. Она думала, что капитан не придет, и кто знает, что случится. Может, он поломает ногу или получит удар ножа в живот. Но вскоре она услышала его громовой голос. Огр вошел в сопровождении солдата.

– Сними мне сапоги, – приказал он солдату, заходя в комнату. – О, какое блаженство! – Он размял затекшие ноги. – А теперь убирайся и скажи этим ублюдкам, чтобы не беспокоили меня понапрасну. А ты что стоишь и дрожишь, как осиновый лист? – обратился он к Анжелике.

Внезапно в дверь сильно постучали.

– Капитан! Капитан!

Свирепея, Огр открыл дверь. Солдат доложил, что на улице Мортир ограбили дом.

– Стадо ослов! – заорал капитан так, что сверху посыпалась штукатурка. – Ты такая красивая, должно быть, у тебя много любовников. Я думал, что ты меня обманешь, но не подавал виду этим ослам. Я такой огромный, а ты ну прямо цыпленочек. Какой я несчастный! С этими грабителями я совсем забросил личную жизнь. Думаю, что они нарочно отвлекали меня. Ну ничего, я им задам. Ладно, давай отдохнем, а после будем квиты. – Он лег и захрапел, как буйвол.

Анжелика успокоилась и тоже заснула крепким сном.

На горизонте забрезжил рассвет, когда она проснулась. Сначала она не поняла, где находится. Ей было так жарко, что она сняла рубашку. Теперь Анжелика не боялась Огра. И все-таки ей было не по себе. Тюрьма давила на нее. Это была какая-то тоска, распиравшая грудь. Она пыталась снова заснуть, но не смогла. Что-то мешало ей. Прислушавшись, Анжелика уловила странные звуки, которые доносились откуда-то снизу. Вдруг она поняла все. Это были заключенные, находившиеся в камерах под полом, они скреблись, как крысы. Эти мрачные звуки разносились по всей комнате. Анжелика дрожала всем телом. Крепость Шантль давила на нее своей вековой тяжестью. Выйдет ли она когда-нибудь отсюда? Отпустит ли ее Огр?

Он спал. Все было в его власти. Он был хозяином этого ада, где человека превращают в животное, борющееся за свое жалкое существование. Анжелику пробрала дрожь, но она приблизилась к Огру и тронула его за плечо.

– А, ты уже проснулась, – процедил капитан сквозь зубы. Он зевнул, почесал грудь, потом встал и приоткрыл шторы. Слабый рассвет осветил эту мрачную комнату, эту берлогу, которая много перевидала на своем веку.

– Как ты рано встала, моя курочка.

– Что это за звуки? – чуть слышно спросила дрожащая от страха Анжелика.

– Это? Это заключенные. Они не забавляются так, как мы, не так ли, красотка? Они страдают. Тебе повезло, ты дешево отделалась.

Наконец он встал и начал одеваться, напевая какой-то военный марш. Одевшись, Огр порылся в камзоле и бросил на стол большой кошелек.

– Это тебе, – сказал он, кривясь. – Теперь мы в расчете.

Анжелика не заставила просить себя дважды. Как только она очутилась вне стен тюрьмы, вздохнула свободнее. Она не рискнула сразу идти домой. Анжелика спустилась к Сене. Вода тихо плескалась у берега. Новый день начинался со своими заботами и хлопотами повседневной жизни. Невдалеке виднелись женские бани. Увидев первую клиентку, банщица обрадовалась, но предупредила, что еще не топлено.

– Ничего, – ответила Анжелика, – я закалена. С этими словами она вошла в воду, которая обожгла ее белую кожу. Она тщательно вымылась и пошла берегом, пригретая утренним солнцем, размышляя вслух.

– Все, – сказала она себе. – Я больше не хочу жить в нищете. Я люблю хорошее белье, вышитые простыни, красивые платья. Я хочу, чтобы мои дети не знали голода и холода, я хочу, чтобы ко мне вернулось имя. Я хочу снова стать знатной дамой.

С этими словами она направилась в сторону таверны «Храбрый петух», где с нетерпением ждали ее «ангелочки» и верная, неподкупная служанка Барба.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ТАВЕРНА «КРАСНАЯ МАСКА»

Глава 17

Стараясь не шуметь, Анжелика тихонько проникла во двор харчевни господина Бурже. Она подошла к дому и осторожно отворила дверь. На пороге стоял хозяин с огромной кочергой в руках.

Анжелика резко отскочила назад под прикрытие навеса над колодцем, находившемся в нескольких метрах от двери. Хозяин таверны «Храбрый петух», как разъяренный бык, гнался за ней, норовя ударить ее кочергой.

– Убирайся отсюда, проклятая нищенка! – вопил он, покраснев, как рак. – Чем я провинил бога, что он ниспослал на мою голову этих грязных воришек? Возвращайся, откуда пришла, или я упеку тебя в Шантль! Я не знаю, что остановило меня вчера вызвать охрану. Да, я добр, но что бы сказала моя добрая жена, если бы увидела все это с небес? О, я опозорен! Моя таверна осквернена! О, я несчастный! – Он опустился на землю и заплакал, все время причитая.

Анжелика подошла и заговорила ласковым голосом в такт хозяину:

– Да-да, господин Бурже, что бы сказала ваша жена, если б увидела, что ее муж напивается чуть свет, как свинья, а потом буянит во дворе?!

Хозяин поднял голову, но, не давая ему опомниться, Анжелика продолжала:

– Что бы сказала ваша бедная жена, смотря из рая на беспорядок, который царит в этом заведении, которое никто уже не посещает. Везде паутина, тараканы. Да, бедная госпожа Бурже! Она смотрит сейчас с небес и очень ругает своего бестолкового супруга. Ей стыдно перед всеми святыми в раю, потому что они все время спрашивают: «Ну как там ваш муж, госпожа Бурже?»

От такого натиска у торговца опустились руки.

– Увы, – пробормотал он, – моя жена умерла. Она была такой веселой и радушной хозяйкой. Я так любил ее, наше дело процветало, но вот ее не стало.

Анжелика нашла единственную струнку, на которой можно было сыграть с хозяином «Храброго петуха».

– Успокойтесь, – наконец твердо сказала Анжелика, видя, что щеки торговца опять начинают вздрагивать. Так душевно с ним давно никто не говорил.

– Надо работать, господин Бурже, – продолжала Анжелика, – а не пугать клиентов своим видом. Посмотрите на себя.

– Да, ты права. – Господин Бурже тоскливо оглядел себя. – Но, думаешь, моя жена была бы довольна, увидев с небес такую вшивую нищенку, как ты?

– Я не вшивая! – гордо воскликнула Анжелика. – Посмотрите, моя одежда хоть и старая, но чистая.

– А ты не знаешь, кто украл мои часы? – ехидно спросил хозяин.

– Вот ваши часы, – Анжелика небрежно протянула завернутые в тряпочку часы. – Я их нашла под лестницей. Наверное, вы их потеряли вчера, потому что были ужасно пьяны. Видите, я не воровка, а могла бы присвоить их себе. Но мне не нужно ворованного.

Анжелика игриво подошла к хозяину. Ночь, проведенная с капитаном, научила ее, как обращаться с мужчинами. Неужели она не сумеет уломать этого толстяка?

– Часы действительно дорогие и красивые, – сказала она тоном знатока.

Лицо лавочника озарилось улыбкой.

– Да, я их купил у одного торговца, который приехал в Париж продавать вино. Он был гасконец, а они имеют дело только с такими коммерсантами, как я. – Он бережно открыл футляр, протер крышку, положил туда часы и сунул себе в карман. Потом вдруг опять уставился на Анжелику.

– Я никак не могу понять, как часы могли выпасть из моего глубокого кармана. Да, я вчера набрался, как свинья. А ты можешь разбираться в вещах, как знатная дама. Но еще вчера ты говорила на таком жаргоне, что у меня выпали последние волосы на голове, – он засмеялся.

– Да, господин Бурже, приятно с вами поговорить, когда вы не сердитесь. Вы так хорошо знаете женщин, – игриво заметила Анжелика.

Торговец, подбоченившись, смотрел на нее.

– Я знаю их, злодеек. Да, но что прикажешь делать с тобой?

Анжелика была выше этого толстяка, и его вид рассмешил ее, но сейчас ее судьба полностью зависела от решения этого человека.

– Почтенный господин Бурже, вы – хозяин, и я сделаю все, что вы прикажете. Если вышвырнете меня с детьми на улицу, то уйду. Но я не знаю, куда идти, а мои малыши умрут с голоду или замерзнут. Думаете, что ваша жена выгнала бы нас? Я останусь в комнате Барбы и не буду вас стеснять, так как у меня будут свои дрова и пища. Мы могли бы помочь вам управлять хозяйством: носить воду, колоть дрова. Я все умею делать, поверьте. Малыши останутся там, наверху.

Она так просила, что он не выдержал.

– Это почему? – возмутился он. – Дети должны находиться на кухне около очага. Спускай их быстро оттуда, или я рассержусь. – Он тяжело повернулся и поднялся в дом.

Как птица взлетела Анжелика в комнату Барбы, где в страхе перед будущим находились ее дети.

Дом господина Бурже был высоким, это строение напоминало башню, а внизу около него была таверна. Эта часть Парижа застраивалась еще в средние века, и старинный стиль архитектуры сохранил свою первозданную прелесть. На каждом этаже башни находилось по две комнаты, а крытые лестницы, казалось могут довести до неба.

На верхнем этаже Анжелика заметила Давида, племянника господина Бурже. Давид учился на повара, а после смерти отца приехал помогать дяде по хозяйству. Ему было 16 лет, и, увидев Анжелику, он почувствовал к ней симпатию. Анжелика не принимала всерьез его ухаживаний. Она шутила с ним, как с мальчиком. От этого Давид краснел и от смущения не мог вымолвить ни слова. И в этот раз Анжелика разыграла поваренка.

– Здравствуй, малыш.

– Я совсем не малыш, мне уже 16 лет, – гордо парировал Давид.

– О, извините меня, господин, я не думала, что могу обидеть вас. – Она потрепала его по щеке, на которой недавно появился юношеский пушок.

Поваренок покраснел до корней волос и забормотал что-то себе под нос. У него были красивые черные глаза, выразительное худое лицо.

Вдруг Анжелика обратила внимание на его акцент. Ей показалось, что звук «р» звучит так же, как его произносят в родной Тулузе.

– Откуда ты родом? – спросила Анжелика, рассматривая его, словно диковинную игрушку.

– Я из Тулузы, – гордо произнес поваренок.

– Из Тулузы! – обрадовалась Анжелика.

Она спросила еще что-то на тулузском наречии. Племянник господина Бурже покраснел от удовольствия.

– А вы из Тулузы? – возбужденно спросил он, от напряжения вытирая пот со лба.

На миг Анжелика почувствовала себя счастливой. Какой контраст – быть одной из знатных дам Тулузы, а сейчас, увидя простого поваренка, так обрадоваться. Поваренок напомнил ей запах цветов, чеснока и обильное солнце этого благодатного края.

– Какой красивый город, – задумчиво сказала Анжелика и, подумав, спросила:

– Почему ты приехал в этот затхлый Париж, где все продается и покупается?

Давид смутился.

– Сначала умер мой отец… – сказал он дрожащим голосом.

«Ох, сейчас расплачется», – подумала Анжелика.

– Отец всегда хотел, чтобы я жил в Париже, около дяди, господина Бурже. Он хотел, чтобы я научился делать лимонад, а потом организовал свое дело. Мой отец всю жизнь проработал бакалейщиком. – Поваренок всхлипнул. – И вот он умер. Погоревав, я приехал в Париж, но и здесь мне не повезло. Моя тетя, жена господина Бурже, скончалась от оспы. Мне никогда не везло.

– Ничего, – успокоила его растроганная Анжелика и ласково погладила по голове мальчика. – Удача придет, надо уметь взять ее.

Давид убежал. В мансарде Анжелика нашла Розину, которая следила за игрой Флоримона и Кантора. Дети весело играли, не обращая внимания на вошедшую Анжелику.

– Я не хочу, чтобы они просили милостыню, как дети парижского «дна», – решительно сказала она.

– А что же ты хочешь, чтобы они делали? – спросила удивленная Розина, привыкшая к жизни на «дне» Парижа.

– Я хочу, чтобы они работали и у них было будущее. Розина, помоги мне спустить детей на кухню. Барба присмотрит за ними.

Кухня, куда они перенесли малышей по приказу господина Бурже, была огромна. Посреди нее пылал камин, у стены стояли большие столы, на одном из которых работала Барба, одетая в белый передник, она готовила для клиентов различные блюда.

«Теперь мои дети будут по крайней мере сыты», – удовлетворенно подумала Анжелика. Она надела Флоримону длинную рубашку, и он бегал по просторной кухне. Что касается Кантора, то он все время дрыгал ножками, как бы освобождаясь от пеленок, в которые его запеленала добросовестная Барба.

– Барба, посмотри, какие у него сильные ножки! – воскликнула Анжелика.

– Это ваш наследник. – Глаза Барбы увлажнились, она украдкой смахнула слезу краем передника. – Как только у меня выдается свободная минутка, я играю с ним, – говорила она. – Кантор меня узнает и строит мне рожицы. Дай бог, чтобы он поправился, – вдруг запричитала она.

– Успокойся, милая Барба. – Анжелика обняла ее и расцеловала в пухлые щеки. – Я скажу Розине, чтобы она помогала тебе.

Устроив всех, Анжелика отправилась к Новому мосту. Цветочница не узнала ее, но когда Анжелика напомнила про букет, торговка воскликнула:

– Как же я тебя могу узнать? – мамаша Маржолен рассмеялась. – В тот раз у тебя были длинные волосы и не было башмаков, а сейчас есть башмаки и волосы острижены под мальчишку. Но я надеюсь, что твои золотые руки остались прежними. Иди, садись со мной, у меня много работы.

Анжелика присела под навес и принялась составлять букеты. Она очень боялась увидеть кого-нибудь из банды Каламбредена, так как Новый мост был их территорией, тут они промышляли. Но, к счастью, в этот день Новый мост был спокоен. Редкие прохожие не обращали внимания на молодую женщину, составляющую букеты. Даже не слышно было фанфар Великого Матье, так как он временно перенес свою эстраду на ярмарку Сен-Жермен. В это время он не жаловался на недостаток клиентов.

Мамаша Маржолен рассказывала своей соседке о драке на ярмарке Сен-Жермен.

– …В этот раз полиция оказалась на высоте. Около ста бандитов и карманников было отправлено в тюрьму. Теперь каждый день на Гревской площади будут вешать. Ничего, так им и надо!

Анжелика, внимательно слушая, продолжала усердно работать. Торговки говорили о скором приеме в Лувре по случаю рождения наследника.

– Скоро у нас будет знатный ужин… – Мамаша Маржолен вытерла пот со лба.

– Каждый год наша корпорация цветочниц собирает всех хозяев цветочных магазинов. В том году мы собирались в одной таверне, но нас надули, вино было кислое, а закуска несвежая. Мы еще не решили, какую харчевню на этот раз выбрать для ужина.

– Я знаю одну харчевню, – воскликнула Анжелика, – там кормят хорошо и недорого. – Она дала адрес харчевни господина Бурже.

– А чем ты можешь это подтвердить? – недоверчиво спросила одна из цветочниц. – Где ты живешь? Мы тебя совсем не знаем.

– Я живу в таверне «Храбрый петух», – гордо сказала Анжелика.

– Недавно мой муж был там, в этой харчевне, и сказал, что там кормят отвратительно, – не унималась цветочница.

– Ваш муж, наверное, в тот вечер напился, как свинья, – парировала Анжелика. – Хозяин таверны недавно выписал из Тулузы знаменитого повара, который готовит блюда не хуже королевского. Поверьте мне, он знает в этом толк.

– Ну что же! – воскликнула мамаша Маржолен. – Раз ты так нахваливаешь харчевню, то я сегодня пойду с тобой и договорюсь насчет ужина.

– О нет, только не сегодня! – замахала руками испуганная Анжелика, зная, что таверну надо привести в порядок. – Сегодня с утра знаток тулузской кухни отправился за покупками. Он закупает продукты. Даже у нашего короля не было никогда за столом таких кушаний. К тому же в таверне есть маленькая обезьянка, она будет развлекать вас. Приходите завтра вечером, и вы попробуете ветчины, какой не ели никогда в жизни, а после договоримся насчет ужина.

– А что ты делаешь в харчевне? – спросила одна дородная цветочница.

– Я – родственница хозяина, – уклончиво ответила Анжелика и для уверенности добавила:

– Мой муж был мелким лавочником, но этой зимой умер от холеры и оставил меня в нищете, потому что мы истратили деньги на лекарства.

– Да, – вздохнула цветочница, – все хорошие люди умирают.

– Я приехала к господину Бурже, – продолжала Анжелика. – Он сжалился надо мной, и теперь я помогаю ему по хозяйству.

Они так разговорились, что забыли познакомиться.

– Меня зовут Анжелика, – весело сказала она, – завтра вечером мы вас ждем.

Придя домой, она даже испугалась, что так разрекламировала харчевню. По правде говоря, харчевня господина Бурже выглядела ужасно: все заросло паутиной, столы были грязные, окна закоптились.

Анжелика не знала, что будет, но каким-то шестым чувством она догадывалась, что на сей раз ей будет сопутствовать удача. Она твердо решила порвать с воровским миром. Теперь ее дети будут честными людьми, получат образование, у них будет будущее. Может, когда-нибудь она будет знатной дамой. Ну а пока надо работать, это будет борьба за существование. Анжелика была уверена, что вырвет из парижского чрева своих детей и они не будут больше никогда знать ни холода, ни голода.

В этот вечер она легла пораньше, чтобы завтра с рассветом взяться за работу – начать уборку и привести в божеский вид таверну, в которую должны прийти договариваться об ужине благородные цветочницы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю