Текст книги "Змееныш"

Автор книги: Андрей Левицкий

Соавторы: Лев Жаков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

2

Развалившись в кресле, Слон раздавал приказания.

– После завтрака полковник Рябой приедет, встретишь, как обычно. Передай Деляге, чтоб его группа готовилась выйти, если Рябой чего расскажет. – Большой Хозяин задумчиво постучал толстыми пальцами по столу и добавил ни к селу ни к городу: – А лето теплое.

Стоящий перед ним Заточка удивленно поднял глаза. Слон крутил в руках глиняную статуэтку.

– Что-то у тебя уставший вид, – не глядя на помощника, сказал он.

Заточка и впрямь выглядел невыспавшимся: круги под глазами, веки набрякли, уголки рта опустились.

– Да все нормально, хозяин, – пробормотал порученец.

Сквозь жатюзи пробивался тусклый утренний свет. Слон тяжело поднялся, обошел стол, тумбу которого после взрыва шрапнели заменили – пришлось вызывать мастера из-за Периметра, – встал рядом с Заточкой. Порученец переступил с ноги на ногу, не понимая, что на босса нашло.

– Сколько мы вместе, Заточка? – спросил Слон. – А? – Тот моргнул. – Да уж… э… восемнадцать лет. А чего? Случилось чего? Чёт я не понимаю, о чем ты…

– Думаешь, хозяин дочку верному товарищу пожалел?

– Чё?! – поразился Заточка. – Да я… Да ты что!

– Она большего достойна, – медленно проговорил Слон. – Ну, скажи, так ведь?

– Достойна. – Заточка опустил глаза.

Слон постоял, глядя на помощника, тяжело ступая, вернулся на место, сел – кресло заскрипело под его весом.

– А так, смотри вот, успокоилась. – Он опять постучал по столу. – Спит хорошо, кушает – Варвара не нахвалится, в Зону больше не рвется…

– Это-то и странно, – пробормотал Заточка почти про себя.

– Что? – нахмурился Слон.

– Не, это я так… Так о чем ты?

Слон откинулся на спинку кресла, положил руки на подлокотники.

– Я так просто… радуюсь. Выросла девка.

Заточка пожал плечами. За последние дни он осунулся, черты лица заострились, порученец стал похож на хорька – изголодавшегося, опечаленного и злого хорька. Несильно похлопав себя по груди, с которой лишь недавно убрали бинты, он сказал:

– Так я пойду?

– Эх, не понимаешь ты ничего. – Слон махнул рукой.

– Чего тут понимать? – Заточка криво улыбнулся. – Оксане Ивановне хорошо, уезжать она не торопится…

– На что это ты намекаешь? Думаешь, у нее тут кто-то есть? Присмотрела кого? Когда успела? Говори! – Слон наклонился вперед, в глазах отразилась тревога.

Заточка молча покачал головой.

– Тогда иди уже. – Хозяин облокотился о стол, задумчиво глядя на помощника. – И это… присматривай за ней. У девок в таком возрасте черт знает что на уме, так чтоб не наделала глупостей. Только это, – он щелкнул пальцами, остановив Заточку, который уже направился к двери. – Осторожно, чтоб Оксана не заметила. Они в этом возрасте обидчивые…

* * *

Оксана проснулась к обеду. Быстро одевшись, пошла в ванную ополоснуть лицо; на площадке перед дверью телохранитель разговаривал с Заточкой. Девушка кивнула им, нырнула в ванную, почти сразу выскочила и поспешила на кухню к Варваре. Колобок потопай за ней, а Заточка остался стоять с каменным лицом, глядя под ноги.

Девушку тянуло к Варваре потому, что кухарка могла подолгу говорить про Змееныша. Оксане нравились всякие истории – о том, например, как Змееныш в пять лет вытащил у Мазая из контейнера «мамины бусы», поиграться, а потом не мог понять, за что его отшлепали.

– Голыми руками? – спрашивала Оксана и улыбалась. Она уже знала, как правильно брать артефакты.

Кухарка считала Змееныша своим приемным сыном, что бы ни думали про это Слон и остальные, и очень переживала, когда мальчик исчез. Теперь она раз за разом просила Оксану пересказать, что было во время короткой встречи в лесном лагере.

– Взрослый, а? – подперев щеку пухлой рукой, опять спросила Варвара.

– Ага, – кивнула Оксана, хлебая горячий суп.

– А я его совсем мальцом помню. – Кухарка пригорюнилась. – Дети быстро растут, что в Зоне, что за Периметром… Ты вот, Оксаночка, как замуж выскочишь да свово родишь – так сюда его привози. Чего он там увидит интересного в городах этих? А у нас лес, речка, мутанты… Я его нянчить буду…

Оксана чуть не подавилась.

– Да я не скоро замуж собираюсь! – воскликнула она, отодвигая тарелку. – Спасибо, все было очень вкусно.

– А картошку? – всполошилась Варвара.

– Да я уже сыта… а можно пирожки с собой? – Оксана погладила себя по животу. – Для них всегда место найдется.

– Да-а, говоришь так, а потом этот оболтус мои пирожки жует, – кивнув на стоящего у дверей Колобка, заворчала кухарка, однако поднялась и вытащила из плиты блюдо с теплой еще выпечкой. Обычно Варвара не баловала сталкеров пирогами, но ради Оксаны, которая их очень любила, пекла чуть не каждый день.

На стол упала тень, они оглянулись – вошел Заточка.

– Варвара, Деляга со своими после обеда уходит, собери их.

Он осторожно посмотрел на девушку. Та со скучающим видом взяла пирожок, разломила и стала медленно жевать, следя за хлопочущей кухаркой.

– Деляга? – Варвара всплеснула руками. – А чего ты так поздно говоришь? У них группа аж шесть человек, когда я успею все уложить?

– Да Слон только что приказ отдал. – Заточка топтался у дверей, не уходил. – Может, эта… помочь тебе как-то?

Кухарка, как раз достававшая из шкафа пакет перловки, замерла с поднятыми руками.

– Да неужели поможешь? – удивилась она. – Вот сделал бы милость! Или если занят, так мог бы кого из свободных мужиков прислать. И чего бы раньше не сообразил никто, что Варваре тоже помощь нужна? Только н умеете приказывать: давай жрать, этих собери, тех обстирай… будто у меня рук столько, сколько у кровососа щупалец! – закончила она гневную тираду, выложив на стол несколько банок консервов. – На сколько они идут?

Оксана поднялась.

– Так я пойду, тетя Варя. Игнат обещал сегодня научить автомат разбирать.

– Иди, солнце, иди, – закивала кухарка, – мы тут и без тебя справимся, а ты отдыхай, каникулы у тебя все-таки…

Девушка выпорхнула из кухни, Заточка проводил ее тоскливым взглядом и оттолкнул протянутый Варварой пакет с крупой.

– Сейчас Филина пришлю, – процедил он, шагнув наружу.

День Оксана провела на стрельбище за кирпичным бараком – Игнат учил обращаться с оружием. Потом до ужина болтала с Варварой, ела со сталкерами и засиделась с ними до ночи, слушая рассказы про Зону. Перед сном заглянула в кабинет под крышей водокачки.

– А, Оксанка. – Слон ладонью накрыл бумаги, с которыми работал. – Как день прошел?

Оксана подошла к отцу, чмокнула в щеку.

– Ты опять колючий! – Она потерла губы. – Столько работаешь, что и побриться не можешь?

Слон пожал плечами, провел пальцем по подбородку.

– Некогда мне. Гость был сегодня, пока ты спала, военный. А ты чем занималась?

Девушка ходила по кабинету, заложив руки за спину и разглядывая картинки на стене, корешки книг на полках – их было немного и все какие-то странные – «Полевой устав», «Уголовный кодекс»…

– Меня Игнат научил «калаш» разбирать, только собрать не получилось, там пружина такая тугая в этой… в затворной раме… как она называется?

– Возвратная, – сказал Заточка со своего табурета у окна.

Оксана глянула через плечо.

– О, привет, Заточка! Ты так тихо сидел, что я тебя и не заметила.

– Колобок тебя хорошо охраняет? – Слон побарабанил пальцами по столу.

– За дверью. – Девушка мотнула головой. – Ни на шаг не отходит. Папа, здесь же мне ничего не угрожает, зачем он мне в Лесном Доме?

Слон пожал плечами.

– На всякий случай. Ты уже спать?

– Ага, зашла спокойной ночи сказать. – Девушка подскочила к столу, присела на подлокотник кресла, обхватив Слона за шею, прижалась щекой к его виску. – Спокойной ночи.

Слон неловко погладил дочь большой мозолистой ладонью по волосам.

– Ты много спишь, – сказал он.

– Ну так что? – Девушка вскочила на ноги, расправила смявшуюся юбку. – Целый год в восемь вставать, потом целое лето не отоспишься. К тому же я читаю перед сном, не сразу ложусь. Но вы ко мне все равно не стучитесь, – быстро добавила она, поправляя волосы. – Я не люблю, когда меня от книжки отвлекают.

– Тебе хорошо здесь? – спросил Слон, поймав ее за руку, когда Оксана уже шагнула к двери. – Не надо чего? Может, из-за Периметра что-то привезти? Ты говори, если надо, я организую…

– Не надо мне ничего, – поспешно отозвалась девушка. – Я спать. Спокойной ночи, папа!

Послав отцу воздушный поцелуй и не посмотрев на Заточку, Оксана выскочила из кабинета. Слон с помощником переглянулись.

– Всем довольна, – проговорил хозяин с вопросительной интонацией. Заточка только кивнул – но сжал пальцы в кулак так, что ногти впились в кожу. Оксана упорно не замечала его – не из вредности, не из неприязни, просто из равнодушия. И это было больнее всего. Заточка был для нее пустым местом, предметом обстановки, просто исполнителем – бездушной приставкой к ее отцу.

Слон убрал ладонь с бумаг.

– Ладно, давай за дело.

Оксана, скинув одежду, надела длинную ночную сорочку, которая доставала ей до пяток – ночами здесь было довольно прохладно, – повесив на шею полотенце, прошествовала через площадку в ванную. Когда девушка шла к отцу, Колобок стоял, прислонившись плечом к стене возле кабинета, и в той же позе он пребывал сейчас, только взгляд переместился на дверь Оксаниной комнаты. Когда Оксана появилась оттуда, взгляд сосредоточился на ней.

– И не стыдно тебе? – привычно укорила Оксана. – Я тут, можно сказать, в неглиже хожу… Хоть бы отвернулся!

Телохранитель пожал плечами, не переставая жевать и не отводя взгляда.

– Чё? – промямлил он. – Неглиже – это где? Девушка скрылась в ванной. Там она включила душ на полную, почистила зубы над раковиной, подождала немного – и, замотав волосы полотенцем, вернулась в комнату.

Забыв запереть дверь на защелку, Оксана сорвала полотенце, швырнула на столик, чуть не уронив вазу со свежими цветами, которые каждый день приносил Заточка, вылезла из ночнушки, надела джинсы и толстовку, брезентовую куртку, проверила, лежат ли в карманах фонарик и нож.

А потом отставила стул и сдвинула фанеру, маскирующую отверстие под окном.

Ночь была очень темная, низкие плотные тучи скрыли луну, Оксана с двух шагов не могла различить деревьев. Она даже вытянула руку, чтобы не наткнуться на ствол.

И уперлась в грудь Змееныша.

– Ай! – Девушка отпрянула. – Напугал! Давно ждешь?

– Не жду, вышел встретить тебя.

– Но я раньше появилась, как ты узнал, что я иду? В этой темноте ничего не видно! Вдруг кто-то из отцовских сталкеров сюда припрется? Вот весело получилось бы! То есть наоборот… – Оксана поежилась: ветер дул прохладный.

– Я узнал твои шаги, – серьезно ответил Змееныш и взял ее за руку. – Я всегда буду знать, когда ты идешь.

Оксана рассмеялась было, но сразу смущенно замолчала. Ветер постепенно разгонял тучи – сквозь черную завесу проступила луна, и стало немного светлее.

– Хочу увидеть ночную Зону. Покажи мне! – Девушка потянула Змееныша в лес.

– Не беги так, – он мягко остановил ее. – По Зоне днем нельзя бегать, а ночью еще опаснее.

Но Оксана, высвободив руку из его пальцев, припустила по тропинке.

– Не догонишь! – крикнула она.

Девушка пробежала между деревьями, и тут ей на ум пришла Забавная идея напугать Змееныша. Она тихо нырнула в ближайшие кусты, притаилась, вслушавшись в тишину. Затем, разводя руками ветви, пошла в глубь леса, ступая осторожно, чтобы не хрустнул под кроссовкой сучок. Страшно не было – Лесной Дом недалеко, да и Змееныш где-то рядом… Оксана до сих пор не понимала, насколько опасно в Зоне, не придавала значения словам Слона и других сталкеров, когда они остерегали ее: она привыкла, что с ней-то ничего плохого случиться не может.

Подальше отойдя от кустов, девушка огляделась. Теперь надо вернуться к тропе, отыскать Змееныша и выпрыгнуть к нему, крикнув что-то вроде «Бу!».

Так, а где тропа?

Девушка покрутила головой, пытаясь сориентироваться, и поняла, что не помнит, откуда пришла. Пока пробиралась по чаще, несколько раз поворачивала, обходя раскидистые елки, перешагивая полусгнившие стволы поваленных деревьев… Затея не удалась! Придется позвать Змееныша.

Оксана только успела открыть рот. Змееныш появился совершенно неожиданно, вырос будто из-под земли – прямо перед ней. Девушка не слышала ни его шагов, ни его дыхания… Ее пробрала дрожь, Оксана даже подняла руку и провела ладонью по его лицу – чтобы убедиться, что он живой человек, не фантом, не тень, не привидение.

– Не надо убегать, – серьезно сказал Змееныш, беря ее за руку и осторожно привлекая к себе. Оксана секунду сопротивлялась, потом прислонилась к нему, заглядывая в невозмутимое лицо. Змееныш запустил пальцы в ее распущенные волосы, погладил по голове.

– Где ты живешь? – тихо спросила Оксана.

– В Зоне.

– Это понятно, но где… – Девушка сама оборвала вопрос, сообразив, что Змееныш имеет в виду. – То есть ты хочешь сказать… ты вроде Маугли?

– Не знаю, кто это, хотя иногда меня так называют.

– Только Маугли говорить не умел, кажется, – припомнила Оксана. – Или умел, но только на зверином языке? А кто твои родители?

– Мой отец – сталкер Мазай. Но… не настоящий.

– Как это?

– Он принес меня из леса, младенцем.

– Но откуда ты взялся в лесу?

Змееныш слегка пожал плечами. Они по-прежнему стояли рядом, его ладонь лежала на затылке Оксаны, другой рукой Змееныш держал ее за руку.

– Говорят, ты дружишь с мутантами? – Она немного отстранилась. – Ведь мутанты убивают людей, как ты можешь дружить с ними?

– Ты не понимаешь, – ответил он. – Мутанты – дикие звери, зла они никому не желают, просто у них такая природа. Ведь люди их тоже убивают, правильно? Тогда почему ты не осуждаешь людей?

Оксана поразмыслила над этим и наконец нашла верный довод:

– Потому что я сама – человек! Значит, я на стороне людей, а не каких-то чудовищ.

Глядя ей в глаза, Змееныш сказал:

– Люди могут быть чудовищнее чудовищ, а чудовища человечнее людей.

– Но… – начала она и смолкла, не зная, что ответить на это.

– Это мне однажды сказал Мазай, – добавил Змееныш. – А потом люди убили его.

Оксана молчала, прикусив губу, и Зона вокруг тоже молчала, лишь над головой тихо шелестели листья да еле слышно ухал вдали филин.

– А я живу в водокачке, – невпопад произнесла девушка. – Моя комната напротив кабинета отца. Знаешь ее? Варвара мне рассказала, как ты сбежал когда-то – прямо по стене спустился. Это правда?

– Там легко можно слезть, если знать, за что держаться.

– А у меня не получилось, – огорченно сообщила девушка и потянула Змееныша к холму. – Зато я нашла секретный лаз. Я тебе покажу, идем! Ну, чего стоишь? Тогда ты тоже сможешь ко мне приходить. Никто не увидит. Прямо в комнату!

Он секунду колебался, потом зашагал рядом с Оксаной, держа ее за руку.

3

Заточке и так не спалось, а тут еще полная луна выглянула из-за туч, и свет ее проник сквозь тусклое окошко. Порученец мрачно сел, скрипя раскладушкой.

Пол холодил босые ноги. Пошевелив пальцами, Заточка натянул штаны, носки и сапоги, накинул куртку поверх майки. Надо, что ли, посты проверить, раз все равно ни в одном глазу.

Колобок дрых на раскладушке под дверями Окса-ниной комнаты. Заточка остановился, прислушался – из комнаты не доносилось ни звука, – вздохнул и, спустившись по винтовой лестнице, вышел наружу.

Ноги сами понесли его к кухне. Порученец знал, что в холодильнике у Варвары всегда стоит бутылка водки – первичная анестезия, успокаивающее или снотворное, да мато ли что еще, на всякий случай. Он своим ключом отпер дверь, проскользнул внутрь, шагнул к холодильнику. Варвару завтра усмирит, а то ворчливая баба шум поднимет, но это будет завтра, а пока ему надо принять сто грамм, чтобы согреться перед обходом постов, – собственно, это и была настоящая причина, почему он поднялся. Ветер холодный дует, будто и не лето на дворе, а глубокая осень. Правда, что осенью, что зимой Заточка обходил посты без всякой водки, но ведь го было перед сном, а не посреди ночи, со сна же, с бессонницы то есть, как-то зябко…

Мысли его были бессвязные, Заточка забивал голову этими глупостями, чтобы не думать о девчонке. Ведь на самом деле посты ни при чем, ему просто не спится, и виною тут, конечно…

– Хы-ы… – Заточка, выдохнув, опрокинул в глотку целый стакан. Занюхал рукавом, посидел, бездумно глядя перед собой, закрутил пробку и поставил бутылку обратно в холодильник.

На улице, ежась под порывами ветра, подняв воротник, он побрел вдоль окружающей Лесной Дом стены, иногда окликая часовых.

Последний пост находился на крыше водокачки. Водка подействовала, глаза слипались, и Заточка хотел было лечь обратно на свою раскладушку, но чувство долга пересилило, и он все-таки выбрался наверх.

Закутанный в тулуп Филин сидел, нахохлившись, на табурете возле бордюра, клевал носом. Услышав за спиной скрежет открываемого люка, он резко повернулся, выставив пистолет.

– Это ты? – Сталкер с облегчением опустил ствол. – Блин! А я думал, кого среди ночи несет… Чего не спишь?

Не отвечая, Заточка прошелся по крыше, посматривая по сторонам. Бледной лентой вилась по склону грунтовая дорога, песок отблескивал в свете луны. Потом туча закрыла ее, холм погрузился в тень, только на севере у подножия вспыхивали отблески жарки. После последнего выброса аномалии высыпали, как грибы после дождя, к Лесному Дому подбираются, хотя обычно в этом месте их мало, а если и появится что – быстро исчезает. Надо будет сказать сталкерам…

Заточка протер глаза, уставился на жарку. В неровном свете он заметил силуэт. Рука сама потянулась к пистолету – но остановилась на полпути. Порученец напрягся, громко сглотнул. Силуэт казался знакомым. Да это же… Не может быть! Как она могла туда попасть? И какого кровососа девчонка делает ночью в Зоне?!

Ответ появился быстро. В отблесках аномалии порученец заметил второй силуэт, появившийся из леса. Не сразу узнал его – а когда узнал, Заточку как кипятком обдало. Вышедший из леса Змееныш взял Оксану за руку, и порученец скрипнул зубами. Мозаика сложилась! И Оксанино спокойствие, и покладистость, и почему она спит почти до обеда, и ее равнодушие…

Заточка с разворота ударил Филина по уху.

– Ты чё?! – Часовой едва не навернулся с табурета.

– Куда смотришь, урод?! – Заточка схватил его за воротник и указал вниз, в сторону жарки, от которой два силуэта поднимались по холму.

– Так чего? – удивился Филин. – Дело молодое, они тут каждую ночь…

– И ты ничего не сказал?!! – Заточка схватился за сердце.

– Ну, я думал, Слон знает, раз отпускает дочку… – Филин с изумлением и испугом глядел на порученца. – Ты чё, Заточка? Что с тобой, ты весь с лица спал. Может, дока позвать?

Весь мир перевернулся в глазах Заточки, дыхание прервалось. Потом перед глазами возникло взволнованное лицо часового. Заточка оттолкнул это лицо пятерней и шагнул к люку, шатаясь. Сердце выбивало барабанную дробь, воздух застревал в горле. Едва не свалившись с лестницы, он пересек коридор и ворвался в комнату хозяина, забыв постучать.

Слон полулежал, откинувшись на подушки, в майке и подштанниках, с карандашом в руках – проверял расходные книги. Когда встрепанный помощник навис над ним, Большой Хозяин в первый миг подумал, что тот спятил. Лицо белое, губы трясутся, красные глаза слезятся…

– Там, на холме… внизу… Оксана со Змеенышем! Он ее за руку держит! Скорей, хозяин, они там!

– Ты что мелешь? – Слон приподнялся.

– Они гуляют по лесу, за ручки держатся! – выкрикнул Заточка в широкое красное лицо. Он был на грани истерики, поджарое тело колотила дрожь. – Там, внизу!

– Да ты напился, – сообразил Слон. – А ну дыхни! Во, я же чувствую…

Заточка вырвал из рук хозяина толстую книгу.

– Говорю тебе: я только что видел их обоих! Твоя дочь и этот мутант!

– Оксанка? – повторил Слон растерянно. Он очень редко терялся, но сейчас был именно этот случай. – Гуляет по Зоне, ночью, да еще с этим… – Он тяжело заворочался на кровати, сбросив ногами одеяло, сел, натянул сапоги, накинул куртку. – Ладно, счас проверим, и если зазря кипеж поднял…

Слон сунул помощнику под нос кулак и пошел к дверям.

Они спустились этажом ниже. Колобок спал, тихо посапывая. Слон ударом сапога опрокинул раскладушку, когда телохранитель вскочил, ошалело сжимая кулаки, – въехал ему по уху.

– Прозевал! – громыхнул он. – Где Оксанка?! А ну открывай!

Колобок, ничего не понимая, толкнул дверь в Ок-санину комнату. Мужчины уставились на пустую, неразобранную кровать. В комнате никого не было.

– Не могла она мимо меня пройти. – Колобок растерянно почесал в затылке. – Я чутко сплю, ты ж знаешь, хозяин…

– А вот прошла! – взвизгнул Заточка. Слон уже раздавал приказания:

– Заточка, буди Коновала с Дикобразом, идите туда и приведите Змееныша. Колобок, ты с ними, возьмешь Оксану и доставишь в комнату целой и невредимой. Чтоб ничего с ней не случилось, ясно? Отвечаешь головой! А ты, Заточка, внимательно слушай. Чтоб Змееныша пока никто не трогал, ясно это? Не бить его, вообще не прикасаться, только если удрать попробует, но и тогда… Ко мне в кабинет – я сам разбираться буду. Бегом!

Заточка сорвался с места, Колобок побежал за ним. Слон постоял на площадке, заглянул в пустую темную комнату, в ярости пнул раскладушку – и пошел к себе ждать возвращения сталкеров.