Текст книги "Альтернативы в истории России: миф или реальность"

Автор книги: Андрей Данилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

В конце 60-х – начале 70-х гг. XVII в., когда Посольский приказ возглавлял А. Л. Ордин-Нащокин, с помощью почтовой связи правительство получало из-за границы более 40 газет на немецком, голландском, французском, польском, шведском и итальянском языках. Из этих газет и «вестовых писем» (донесений дипломатов) дьяки Посольского приказа составляли сводные выписки – «Куранты». Это были первые русские рукописные газеты, возникшие еще в 1621 г. при дворе Михаила Федоровича. С их помощью придворное общество оповещалось о международных событиях¹⁶⁷.

С 1672 г. в течение нескольких лет при дворе Алексее Михайловича по инициативе А. С. Матвеева действовал театр под руководством И. Г. Грегори. Он знакомил придворную знать с западноевропейским искусством и воспитывал в высшем московском обществе новые, более утонченные вкусы и потребности, незнакомые русским людям прежних поколений. Среди других спектаклей в 1673 г. силами русских артистов был поставлен первый русский балет «Орфей»¹⁶⁸.

Из других изменений в обществе можно отметить следующие. В конце 70-х – начале 80-х гг. XVII в., при Федоре Алексеевиче, было запрещено требовать от священников выдавать тайну исповеди, а также членовредительство при пытках, отменены закапывание мужеубийц и смертная казнь за возмутительные слова, мягче стали относиться к ратникам, бежавшим с поля сражения, в Москве начали стричь волосы, брить бороды. Примерно в эти годы были смягчены условия холопства за долги¹⁶⁹.

Подобная политика продолжалась и в 1682–1689 гг., когда во главе правительства стоял В. В. Голицын. В. О. Ключевский, который всегда строго подходил к отбору исторических источников, посчитал возможным привести мнение одного из соратников Петра I князя Б. И. Куракина[45]45
  Князь Борис Иванович Куракин (1676–1727) – личность незаурядная, обладавшая многими талантами и почти неизвестная современному читателю. Свояк Петра I (они были женаты на сестрах Лопухиных), боевой офицер, прошедший путь от подпоручика до генерал-майора и гвардии подполковника, в 27 лет командовал гвардейским Семеновским полком, в том числе в Полтавской битве. Талантливый дипломат: выполнял самые сложные поручения императора, работал послом России в различных странах, одновременно (по предписанию Петра) с 1722 г. осуществлял руководство русскими послами в Европе. Был одним из образованнейших людей не только России, но и Европы того времени, обладал государственным умом, имел широкий кругозор. Историк: помимо ставших сегодня ценным историческим источником его дневников, воспоминаний и заметок очевидца великих событий и современника великих людей в России и Европе, он оставил после себя ряд исторических произведений: «Гистория о царе Петре Алексеевиче и близких к нему людях (1683–1694)», «Записки о русско-шведской (Северной – А. Д.) войне (1701–1710)», «История Семеновского полка (1704–1709)» и ряд других. В своих заметках Б. И. Куракин много писал о политическом, экономическом, социальном, культурном развитии России, ряда европейских стран. Данные источники еще слабо введены в научный оборот. Небольшая часть документов из архива Куракиных была опубликована – Архив кн. Ф. А. Куракина / Под ред. М. И. Семевского и В. Н. Смольянинова. Кн. 1-10. Спб., 1890–1902 гг.; XVIII век по бумагам фамильного архива князей Куракиных / Под ред. В. Н. Смольянинова. Т. 1. М., 1904. Большая часть архива рода Куракиных находится в отделе письменных источников Государственного исторического музея в Москве.


[Закрыть]: «Правление царевны Софьи Алексеевны началось со всякою прилежностью и правосудием всем и ко удовольствию народному, так что никогда такого мудрого правления в Российском государстве не было; и все государство пришло во время ее правления через семь лет в цвет великого богатства, также умножилась коммерция и всякие ремесла, и науки почали быть восставлять латинского и греческого языку… И торжествовала тогда довольность народная»¹⁷⁰.

А вот как характеризует годы правления царевны Софьи современный историк: «В эти годы произошел существенный сдвиг в области гражданского миропонимания. Слова «закон» и «порядок» стали главным лозунгом правления Софьи. Вокруг этого политического стержня вращалась вся законодательная практика власти. Были сделаны попытки установить новые порядки в судах, улучшить процесс судопроизводства и ускорить процедуру рассмотрения дел. Именно в эту сторону были направлены указы 1685–1686 гг. Началась борьба с аморальными явлениями и коррупцией. Как отголосок идей В. В. Голицына об отмене крепостного права, возвращении им обрабатываемых земель, замене барщины оброком при Софье в 1685 г. был издан указ, который защищал крестьян, ушедших в города, от преследования и возвращения на старые места в крепостную неволю. Все это вместе взятое, совокупно с отменой смертной казни за некоторые преступления, поощрением В. В. Голицыным свободного предпринимательства, особенно в области мануфактурного дела, стремлением перевести русскую армию на профессиональную основу, показывало, по мнению А. Н. Сахарова, что реформаторский дух в верхах общества набирал силу. Кроме того, историк обращает внимание на то, что в данный период «серьезные прорывы произошли в сфере международных отношений, наметились контуры участия России в большой европейской политике»¹⁷¹.

Как можно обобщить предложения, высказанные реформаторами во второй половине XVII в.?

Нам представляется, что в свое время это хорошо сделал В. О. Ключевский. По его мнению, высказанные в тот период идеи «складываются сами собой в довольно стройную преобразовательную программу, в которой вопросы внешней политики сцеплялись с вопросами военными, финансовыми, экономическими, социальными, образовательными». Вот основные пункты этой программы: 1. Мир и даже союз с Польшей. 2. Борьба со Швецией за выход к Балтийскому морю, с Турцией и Крымом – за выход к Черному морю. 3. Завершение переустройства войска в регулярную армию. 4. Замена старой сложной системы прямых налогов двумя податями – подушной и поземельной. 5. Развитие внешней торговли и внутренней обрабатывающей промышленности. 6. Введение городского самоуправления. 7. Освобождение крепостных крестьян с землей. 8. Открытие школ не только общеобразовательных с церковным характером, но и технических, приспособленных к нуждам государства¹⁷².

Если к этому добавить проекты создания Академии наук, строительства флота, направление русских людей для учебы за границей, приглашение иностранных специалистов для работы в России, создание почты, театра, развитие печатного дела, то картина получается впечатляющей.

Анализируя взгляды и деятельность вышеназванных политиков, В. О. Ключевский еще в начале XX в. [46]46
  III часть «Курса русской истории» впервые была издана в 1908 г.


[Закрыть] сделал 2 важных вывода. Во-первых, «преобразовательная программа Петра была вся готова еще до начала деятельности преобразователя». Во-вторых, «государственные люди XVII в.» «в некоторых отношениях» шли дальше того, что сделал Петр I[47]47
  Отметим, что историк говорит об этом дважды: Ключевский В. О. Курс русской истории. Ч. III. С. 342. Ч. IV. С. 190–191.


[Закрыть].

К сожалению, историк не конкретизирует свою мысль. Выскажем собственное мнение по данному вопросу.

Первое. В отличие от Петра I, его предшественники понимали важность предоставления обществу хотя бы части свобод: а) идеи В. В. Голицына об освобождении крепостных крестьян с землей; б) о введении городского самоуправления; в) по мнению Л. В. Черепнина, при царевне Софье в декабре 1683 – марте 1684 гг. был созван последний в истории Земский собор¹⁷³, то есть власть считала необходимым советоваться с элитой по некоторым вопросам; г) известно, что император был сторонником регламентации различных сфер жизни общества, его любимым занятием было составление регламентов. Напротив, А. Л. Ордин-Нащокин восставал против излишней регламентации, господствовавшей в московском управлении в середине и второй половине XVII в., когда «исполнительные органы были слепыми орудиями данных им сверху наказов». А. Л. Нащокин требовал известного простора для исполнителей: «не во всем дожидаться государева указа», действовать надо по собственному усмотрению, по ситуации¹⁷⁴.

Второе. Известно, что тяготы Северной войны, Прутского и Каспийского походов легли тяжелым бременем (непосильными налогами) на плечи народа. Развитие экономики страны почти четверть века было подчинено интересам армии и достижению внешнеполитических целей. А. Л. Нащокин, напротив, считал, что внешняя политика должна служить развитию производительных сил страны, но не истощать их¹⁷⁵.

Третье. Судя по его делам, Петр не принимал идеи Ф. М. Ртищева о том, что «экономические успехи малоценны, когда нет главных условий благоустроенного общежития»: а) построенных на справедливости общественных отношений между классами; б) просвещенного религиозно-нравственного чувства; в) государственной политики («а не случайных личных порывов») в области благотворительности¹⁷⁶.

У думающего читателя могут возникнуть 2 вопроса: если А. Л. Ордин-Нащокин, В. В. Голицын и другие реформаторы второй половины XVII в. при благосклонном отношении (что немаловажно) властителей (Алексея, Федора, Софьи), не только сформулировали более обширные, чем у Петра, преобразовательные идеи, но и стали претворять их на практике, то: а) почему они сделали меньше Петра? б) что помешало реализации этих замыслов в полном масштабе?

При ответе на первый вопрос можно сформулировать 3 объективные причины (первая – самая важная).

1. Разное положение в обществе, разный объем властных полномочий, разные возможности для претворения своих замыслов в жизнь.

Незнатный дворянин А. Л. Ордин-Нащокин. В отличие от большинства вельмож у него не было высокопоставленных родственников при царском дворе, на чью помощь он мог бы опереться в трудную минуту. Зато у него было немало врагов. Его сила состояла только в поддержке царя Алексея Михайловича до поры-до времени. Однако известно, что царская милость – дело не постоянное.

Можно предположить, что по сравнению с А. Л. Нащокиным у В. В. Голицына было больше возможностей. Во-первых, он опирался на сформированную им команду соратников, единомышленников – Л. Неплюева, В. Змеева, Г. Косогова, Е. Украинцева. Это были незнатные, но, по мнению В. О. Ключевского, «дельные люди», которые оставались преданными В. В. Голицыну, не только когда он был у власти, но и после его падения. 7 сентября 1689 г. вместе с князем они прибыли в Троицу, чтобы услышать приговор Петра¹⁷⁷. Во-вторых, В. В. Голицын и на пути к власти, и на вершине власти, в отличие от А. Л. Нащокина, опирался на многочисленных знатных родственников, даже если они принадлежали к лагерю его противников. Известна, например, попытка заступничества за него в сентябре 1689 г. его двоюродного брата, Бориса Алексеевича Голицына, близкого в тот момент к Петру и его матери царице Наталье. Кстати, это заступничество плачевно завершилось для князя Бориса Алексеевича: он потерял доверие клана Нарышкиных¹⁷⁸. В-третьих (и это более существенно), влияние В. В. Голицына на царевну Софью было сильнее, чем влияние А. Л. Ордина-Нащокина на царя Алексея Михайловича.

Однако ни в какое сравнение с возможностями предшественников-реформаторов не идут властные полномочия царя, а затем императора Петра I, который обладал абсолютной властью над своими подданными.

2. Разные сроки в деятельности. А. Л. Ордин-Нащокин имел возможности что-то предпринять не более 4 лет, когда возглавлял Посольский приказ (1667–1671). В. В. Голицын мог прямо или косвенно влиять на выработку внутренней и внешней политики около 10 лет (1680–1689). Правление Петра длилось более 30 лет.

3. Разные условия деятельности. Всем изменениям в обществе предшествует изменение сознания людей. Первым всегда сложнее. Напротив, Петр действовал в условиях, когда усилиями Ф. М. Ртищева, А. Л. Ордина-Нащокина, В. В. Голицына, Ю. Крижанича, С. Полоцкого, С. Медведева, руководителей Славяно-греко-латинской академии братьев Лихудов и других общество хотя бы частично было подготовлено к восприятию новых идей. И если нередко Петру трудно было приобщать русское общество к нововведениям в первой четверти XVIII в., то каково было его предшественникам в 50-70-е гг. XVII в.?

Дорогие читатели! Как вам такая постановка вопроса? Если бы А. Л. Ордину-Нащокину или В. В. Голицыну вручили абсолютную власть (как у Петра) и дали возможность 30 лет претворять свои замыслы в жизнь, не могли бы они достичь большего, чем император? Сравнивая абсолютно разные по объему властные полномочия этих трех политиков, разные условия и продолжительность их деятельности, сложно однозначно ответить на вопрос, кто из них действовал более эффективно. Можно вспомнить, что ни в первые 4 года, ни даже в первые 10 лет (столько отмерила история соответственно для А. Л. Нащокина и В. В. Голицына) правления Петра серьезных преобразований в России не было.

Что помешало реализации замыслов реформаторов в полном масштабе? Одна из причин – династический кризис 1689 г. Судьба В. В. Голицына была тесно связана с судьбой царевны Софьи. В 1689 г., когда Петру исполнилось 17 лет, ее регентство заканчивалось. Для традиционного русского общества женщина на престоле – явление неприемлемое. Нежелание и неумение искать компромисс между двумя придворными группировками исключили возможность использования опыта и талантов В.В. Голицына в команде Нарышкиных. В сентябре 1689 г. князь был отправлен в ссылку, в которой прожил еще долгие 25 лет до своей смерти в 1714 г.

Нам представляется, что 1689 год стал поворотным в судьбе не только царевны Софьи, В. В. Голицына, их соратников, стрельцов.

По нашему мнению, 1689 год – это своеобразная «развилка» истории. Смена власти имела два важных последствия: а) отказ от реформ; б) создание предпосылок, прежде всего правовых, для реализации в будущем петровской альтернативы, то есть развития России по пути, указанному Петром I.

Движение российского общества по пути хотя бы некоторых преобразований было остановлено приходом к власти в сентябре 1689 г. правительства Нарышкиных. Направление его деятельности было прямо противоположным тому, что делалось в предшествующие годы. В конце 80-х – первой половине 90-х гг. XVII в. усилилась борьба с иноземным влиянием в различных сферах. Выше уже говорилось о роспуске десятков полков иноземного строя. Патриарх Иоаким выступал за удаление из окружения Петра и с русской службы, особенно из армии, всех иностранцев, за ограничение связей России с другими государствами, за отказ от ношения иностранного платья. Эту политику продолжил его преемник патриарх Адриан, избранный в июле 1690 г. по инициативе царицы Натальи Кирилловны вопреки мнению руководства церкви. Адриан издал «сильное послание против брадобрития, еретического безобразия, уподобляющего человека котам и псам». К этому можно добавить казнь в феврале 1691 г. «западника» С. Медведева, репрессии против руководителей Славяно-греко-латинской академии братьев Лихудов. Не только во внутренней политике, но и в международных отношениях правительство Нарышкиных не имело особых успехов. С. М. Соловьев отмечал, что «внешняя деятельность правительства в описанные четыре года по свержении Софьи представляла немного замечательного»¹⁷⁹.

Мы понимаем, что мнение современников (как и потомков) субъективно, но, тем не менее, хотим привести два высказывания. Уже упоминаемый нами князь Б. И. Куракин характеризовал правление Натальи Кирилловны как «весьма непорядочное, и не довольное народу, и обидимое. И в то время началось неправое правление от судей, и мздоимство великое, и кража государственная, которое доныне продолжается с умножением, и выесть сию язву трудно». А вот что писал об управлении клана Нарышкиных французский дипломат де ла Невилль в своих «Записках»: «Те, кто радовались падению великого Голицына, вскоре раскаялись в его погибели, так как Нарышкины, которые управляют ими в настоящее время, будучи необразованны и грубы, начали, вопреки всякому политическому смыслу и благоразумию, уничтожать все, что этот великий человек ввел нового для славы и пользы нации»¹⁸⁰.

Анализируя процессы, происходящие в русском обществе до 1689 г. и после, мы согласны с мнением ряда историков о том, что «приведший Петра к власти переворот 1689 г., вопреки обычным представлениям, был не победой молодого реформатора, а консервативной реакцией на умеренно «западническую» политику царя Федора Алексеевича (1676–1682) и царевны Софьи»¹⁸¹. А вот как характеризует это событие А. Н. Сахаров: в борьбе за власть столкнулись высокообразованная Софья, один из самых ярких и образованных людей своего времени князь В. В. Голицын и замшелая группировка бояр Нарышкиных, стоявших за спиной мальчика Петра I… Переворот 1689 г. и победа группировки Нарышкиных надолго затормозили процесс преобразований в различных сферах, начатый в период правления царевны Софьи… Попытки этого нового альтернативного подхода (реформы В. В. Голицына – А. Д.) были решительно пресечены после петровского переворота 1689 г.¹⁸²

Отказ от преобразований в годы правления Натальи Кирилловны (1689–1694) не является предметом рассмотрения данной работы. Но в плане постановки проблемы можно сформулировать два вопроса. Влияет ли на выбор политики (проведение реформ или отказ от них), и если «да», то как: а) уровень образования руководителей страны; б) уровень компетенции их советников.

Известно, что Федор и Софья благодаря С. Полоцкому получили прекрасное для того времени образование. К тому же отец (Алексей Михайлович) на практике готовил Федора управлять страной. Петра учил Никита Зотов. Как пишет С. М. Соловьев, «ученье кончилось с уходом Зотова; у старших братьев Петра после дьяка, выучившего грамоте, был другой учитель, Симеон Полоцкий: Петру не дали такого учителя»¹⁸³. Петр I как-то пожаловался своим дочерям: «Ах, если бы я в моей молодости был выучен, как должно!»¹⁸⁴ Можно вспомнить и о том, что никто не готовил Петра управлять государством.

Алексею, Федору и Софье в решении дел помогали опытные и мудрые Б. И. Морозов, А. С. Матвеев, Ф. И. Ртищев, А. Л. Ордин-Нащокин, В. В. Голицын, которые прошли многие ступени карьерной лестницы, прежде, чем подняться на самый верх. В правительство Натальи Кирилловны вошли «из убого шляхетства» П. А. Лопухин, И. Б. Троекуров, Т. Н. Стрешнев и другие не знатные, а главное, не имеющие опыта управления деятели. «Главным лицом в управлении», «первым министром» стал 21-летний брат царицы Лев Кириллович Нарышкин. Он возглавил Посольский приказ, не имея, в отличие от своих знаменитых предшественников, ни малейшего опыта внешнеполитической деятельности. Наиболее образованный и опытный Борис Алексеевич Голицын, «который всем заведовал у Троицы, потому что был умнее, энергичнее, смелее всех», вследствие защиты своего двоюродного брата В. В. Голицына попал в немилость к царице Наталье. Когда опасность миновала и двор вернулся из Троицы в Москву, при дележе «портфелей» Б. А. Голицын получил в управление второстепенный приказ Казанского дворца¹⁸⁵.

Вопрос о роли образования в управлении страной еще ждет своих исследователей.

На основе всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы.

Первое. Мы не стремились преувеличить степень социально-экономического, военно-технического, культурного развития государства и общества в середине и второй половине XVII в. Однако, как нам представляется, приведенные многочисленные факты если не опровергают, то хотя бы ставят под сомнение тезис о том, что до Петра I русское общество было отсталым и темным.

Второе. Необходимость модернизации России, потребность в преобразовании различных сторон жизни общества и государства российская элита (наиболее просвещенная ее часть во главе с царями, что немаловажно) осознала еще в середине и во второй половине XVII в., за 20–50 лет до петровских реформ. И не только осознала, но и стала действовать. Петр I не был родоначальником реформ.

Третье. По нашему мнению, 1689-й год был своеобразной «развилкой», «точкой выбора» в отечественной истории: продолжатся ли преобразования во всех сферах жизни общества, начатые в годы правления Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, царевны Софьи (при активном участии В. В. Голицына) или произойдет отказ от них. Победа клана Нарышкиных своим следствием имела разрушение ростков нового, которое с таким трудом пробивало себе дорогу в Московском государстве в 40-80-е годы XVII в.

Четвертое. Сравнение политики правительства В. В. Голицына не с политикой отказа от реформ, которую проводило правительство Натальи Кирилловны в 1689–1694 гг., а с реформами Петра I первой четверти XVIII в., получило в исторической литературе название Петровско-Голицынской альтернативы. Однако суть ее состоит не в борьбе между сторонниками и противниками реформ, как это сформулировано в истории, написанной «победителями», и до сих пор преподносится в части учебной литературы. В действительности противостояние наблюдалось в выборе методов и темпов преобразований. Реформы необходимо было проводить естественным путем, по мере созревания общества (В. В. Голицын и другие) или насильственным, административным путем (Петр I).

Пятое. В плане постановки проблемы. Историкам предстоит еще проанализировать, насколько существенными были различия во взглядах и деятельности, с одной стороны, А. Л. Ордина-Нащокина, В. В. Голицына, Ф. М. Ртищева (сохранение Земских соборов, Боярской думы, выборных губных и земских старост на местах, введение городского самоуправления, освобождение крепостных крестьян с землей, вольнонаемный труд на мануфактурах, хотя бы частичное ослабление государственной регламентации) и, с другой стороны, Петра I (ликвидация всех институтов общества, укрепление крепостного права, ликвидация прав элиты, замена вольнонаемного труда на мануфактурах рабским трудом крепостных крестьян, государственная регламентация всех сторон жизни общества, насилие – основной инструмент политики и т. д.). Перечисленные различия касались только методов преобразований или можно ставить вопрос о различиях в направлении развития России? Могли ли идеи, предлагаемые В. В. Голицыным и его единомышленниками воспрепятствовать формированию того деспотического режима, который был создан Петром I? У нас пока нет ответа на этот вопрос. Не будем забывать, что тенденция усиления единоличной власти царя нарастала весь XVII век. Данный вопрос требует дополнительного и тщательного изучения.

Если судить по последствиям петровских преобразований, то следует признать, что в очередной раз из двух альтернатив (голицынской или петровской) была выбрана худшая.

Источники и литература

1. Андреев И. Алексей Михайлович. Изд. 2, испр. М., 2006. (Жизнь замечательных людей.)

2. Богданов А. П. В тени Петра Великого. М., 1998.

3. Богданов А. П. Василий Васильевич Голицын / «Око всей великой России». М., 1989. С. 179–228.

4. Буганов В. И. «Канцлер» предпетровской поры // Вопросы истории. 1971. № 10. (О В. В. Голицыне.)

5. Буганов В. И. Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин // Вопросы истории. 1976. № 3.

6. Галактионов И., Чистякова Е. А. Л. Ордин-Нащокин – русский дипломат XVII в. М., 1961.

7. Делягин И. В. Высшая власть и управление в царствование Федора Алексеевича: Дис… канд. ист. наук. М., 2004.

8. Ключевский В. О. Курс русской истории. Ч. III / Сочинения. Т. 3. М., 1988.

9. Кузнецова И. С. Софья. Несостоявшаяся союзница Петра Великого. Калининград, 2004.

10. Лавров А. С. Василий Васильевич Голицын // Вопросы истории. 1998. № 5.

11. Лавров А. С. Регентство царевны Софьи Алексеевны: Служилое общество и борьба за власть в верхах Русского государства в 1682–1689 гг. М, 1999.

12. Де ла Невилль. Записки о Московии. М., 1996.

13. Нефедов С. А. Первые шаги на пути модернизации России: реформы середины XVII века // Вопросы истории. 2004. № 4.

14. Соловьев С. М. История России с древнейших времен / Сочинения. Кн. VI. Т. 11–12. М., 1991; Кн. VII. Т. 13–14. М., 1991.

15. Сорокин Ю. А. Алексей Михайлович // Вопросы истории. 1992. № 2.

16. Стариков Н. В. История России IX–XIX вв. Учебно-тематический словарь. Ростов н/Д, 2005.

17. Талина Г. В. Царь Алексей Михайлович: личность, мыслитель, государственный деятель. М., 1996.

17. Ткаченко А. В. Князь Василий Васильевич Голицын – государственный деятель России последней трети XVII века: Дис… канд. ист. наук. М., 2002.

19. Черепнин Л. В. Земские соборы Русского государства в XVI–XVII вв. М., 1978.

20. Чистякова Е. В., Галактионов И. В. Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин / «Око всей великой России». М., 1989. С. 108–146.