332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Васильев » Место под солнцем » Текст книги (страница 2)
Место под солнцем
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:15

Текст книги "Место под солнцем"


Автор книги: Андрей Васильев






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 2

Шагать было не трудно – лес не буреломный, травка-муравка мягкая. Здесь только девушку выгуливать на свидании. Одно плохо – кончаться зеленый массив и не думал, хотя глушил я по нему ноги уже битый час. Ни просвета, ни прогала.

В какой-то момент я даже подумал: «А не покричать ли мне?» «Ау» там или «Люди!». Даже было рот раскрыл, но после схлопнул челюсти обратно. А ну как на мой крик медведь придет или махайрод какой-нибудь, захотят поглядеть, кто в их лесу шумит, спать им не дает? Кто знает, какую живность сюда заселили для остроты ощущений? Да шут с ними, с медведями! А если дракон припрется? Мир-то фэнтезийный.

Эта идея меня так впечатлила, что я стал посматривать по сторонам с опаской. И еще мне стало очень скверно от того, что опасность может меня застать совсем безоружным. Не уверен, что даже если у меня в руках окажется какой-нибудь Меч тысячи истин, я смогу ловко им орудовать, но все-таки не хочется оказаться перед неизвестной вражиной совершенно без ничего.

И тут я в очередной раз убедился в правоте своего отца. Он мне с детства талдычил: «Стас, главное – верно поставить задачу. Если ты сделал это – считай, что уже начал ее решать». Задача была – найти хоть какое-нибудь оружие. И я его нашел.

Я увидел отличную ветку на одном из деревьев. Длинная, на вид крепкая, и не слишком высоко. Если на ней повиснуть, то она наверняка сломается под моей тяжестью. То, что после этого я упаду вместе с веткой, мне как-то в голову не пришло. А зря.

Грянулся я о землю не то чтобы сильно, но ощутимо, причем этот гордый и короткий полет спровоцировал несколько событий.

Первое было приятное, мне сообщили:

«Ваше телосложение повысилось на единицу!»

Это, бесспорно, было прекрасно, но когда я открыл окно характеристик, то изрядно расстроился. Падение с небольшой, по сути, высоты порядком снизило показатель жизни.

«Характеристики.

Уровень: 0.

Ум: 1.

Сила: 1.

Ловкость: 1.

Телосложение: 2.

Свободные баллы: 0.

Текущий уровень жизни: 32/60.

Текущий уровень энергии: 25/25.

Текущий уровень бодрости: 81/100».

То есть мне не рекомендовано сильно падать, ударяться о разные твердые поверхности и уж точно не стоит лезть в драку. По крайней мере, пока не прокачаюсь до более-менее пристойного уровня.

И бодрость снизилась, но это, скорее всего, от того, что я шагаю и шагаю себе, а подпитки нет. Ученый хмырь тогда говорил, что тут надо своевременно принимать пищу, причем запивая ее жидкостью. А я всего этого не делаю, как это ни печально. Ну так и нечего кушать-то, вон, если только кору погрызть или шишек поискать с орешками. Но тут не сосны, а какие-то другие деревья, так что…

Показатель жизни мигнул и показал значение «Тридцать три». Ага. Восстанавливается жизнь, восстанавливается! Это хорошо, это успокаивает. Вот и посижу здесь, у дерева, пока обратно пятьдесят пять единиц не наберу, как раз палку-копалку рассмотрю.

Против моих ожиданий, перед моими глазами не появилось никакого сообщения вроде:

«Обычная палка. Урон – 2–4 единицы. Прочность – 12».

Это разрывало шаблон. Я держал в руках просто длинную и крепкую ветку, пахнущую свежим деревом на месте слома, с шершавой корой и даже с парой листочков. Мое первое оружие в этом мире было достаточно увесистым. А еще его, наверное, очень удобно крутить над головой – одна его часть была ощутимо тяжелее и толще другой. Это, пожалуй, даже и не палка, это дубинка какая-то. В любом случае, даже такое оружие лучше, чем ничего.

Покопавшись в настройках, благо время было, я обнаружил две шкалы, отражавшие, если так можно выразиться, уровень сытости и… Не знаю, как это правильно звучит… Водоснабжение? Впрочем, их поименовали просто, без затей, голодом и жаждой. Обе шкалы были заполнены меньше чем на одну треть и светились приятным зеленоватым оттенком, как видно, с данными показателями у меня пока все было в порядке. Впрочем, это не повод для большой радости. Я иду, время идет, и показатели не станут стоять на месте. Так что рассиживаться нечего, здоровье поправилось – и в путь.

С палкой стало идти как-то повеселее, поскольку я то опирался на нее, как на трость, то крутил в руках, изображая из себя очень ловкого мастера боя на дубинах. Совершенно точно, что внутри каждого из нас сидит наш далекий предок-кроманьонец, хоть и очень глубоко. Люди открыли тайны мироздания, расщепили атом, стали носить одежду от итальянских кутюрье со звучными именами, создали искусственный мозг, а тот самый плосколобый человек из пещеры так никуда и не делся. И как только мы совсем немного, лишь чуть-чуть, отойдем в сторону от привычного, цивилизованного мира, как он тут же вернется из небытия, ударом ноги откроет дверь в наш разум и скажет: «Аур-р-р. Теперь снова я главный». Почему? Да посмотрите на меня. Еще несколько часов назад я находился в офисе (ну, до того, как пойти на встречу с ребятами), сидел в кресле и работал на компьютере последнего поколения, способном совершать немыслимое количество операций в минуту, а сейчас шагаю голый по лесу и абсолютно счастлив, осознавая тот факт, что у меня в руках дубинка.

И отдельно заметим – при случае я готов пустить ее в ход, раздробив череп тому, кто попробует покуситься на мою жизнь. И хотя я не слишком уверен, что у меня это получится ловко и быстро, я буду стараться. Я не хочу умирать, даже здесь, в этом не слишком реальном мире, и, если кто-то задумает лишить меня драгоценной жизни, я приложу все силы, чтобы прикончить его. Ну и кто я после этого? Хомо сапиенс?

Прав был один писатель, сказавший когда-то: «Поскреби любого из нас – и ты увидишь рожу дикаря». Нам с детства вбивали в голову прописную истину о том, что человеческая жизнь – самая большая ценность из всех, которые есть у цивилизации, и большинство из нас искренне в это верило, включая и меня. Были, конечно, и маргиналы, но это исключение скорее подтверждало правило, чем опровергало его. Но это было в другом мире: с полицией, судом, телефоном, горячей водой, фастфудом и одеждой. Там так легко и просто было рассуждать о ценности человеческой жизни и недопустимости насилия, особенно сидя в удобном кресле под защитой надежных стен.

А вот здесь, когда идешь нагишом и вокруг шумит лес, в котором пес знает кто водится, в непонятном месте, где даже не представляешь, куда тебя ноги заведут, все это видится по-другому. Нет, основная ценность не поменялась, это по-прежнему человеческая жизнь. Значение понятия сузилось – это моя жизнь. Моя, и больше ничья.

Ладно, что-то меня не туда занесло. Никто пока не стремится меня уничтожить и поработить, поскольку никого я так и не встретил. Да и вряд ли оцифрованные граждане, которые, подобно мне, сейчас бродят по лесам, полям и горам в нагом виде, первым делом захотят проявить агрессию. Скорее наоборот, при встрече мы друг другу на шею будем кидаться, потому как коллективом обживать новый мир веселее и проще. А вот потом, когда приоденемся и силенок наберем, непременно начнется дележка тех благ, которые нам предоставит этот новый мир. И вот там уже хлебалом щелкать будет нельзя, поскольку таких непременно будут жрать-с, без соли и луку.

И, учитывая это, было бы здорово встретить Жеку и Марику, только это невозможно. Они, в отличие от меня, отправились в Нормалити, я об этом узнал постфактум, когда выбор мною был уже сделан. Мне бы позвонить кому-то из них перед походом в офис Ковчега, спросить, но не догадался. Обратного же хода у выбора не было, чип программировали таким образом, что поменять мир было невозможно, если уж захотел бегать за драконами – бегай.

Почему Марика решила оцифроваться, я не знал. Ее папаша без особого труда мог купить ей билет первого класса, да и купил наверняка, но она, как всегда, приняла нестандартное решение и жутко расстроилась, узнав, что я отправлюсь в Мэджик Дрим. Помню, губы надула и еще месяца два на звонки не отвечала, ни на мои, ни на Женькины. Он-то хотел ее порадовать, сказать, что она там будет не одна, с ним, но все без толку. А через два месяца с нее все как рукой сняло – она собрала нас в баре, и мы устроили отличную пьянку. Марика такая – ее не поймешь.

Так что сидят они сейчас у бассейна, дуют «дайкири» и креветок едят. Везуха им. Может, и меня вспоминают незлобивым добрым словом, почему нет. Собственно, только это нам и осталось друг от друга – воспоминания, потому как увидеться нам больше в этой жизни не судьба.

А в той мы, наверное, стали одним целым. Уж не знаю, как там история Земли закончилась, но мне почему-то думается, что большой и яркой вспышкой, поскольку очень все внезапно случилось. Что-то бамкнуло, полыхнуло – и мир стал огромным огненным шаром, а поскольку сидели мы рядом, то и пепел наш наверняка смешался в одну общую кучку. Так что дружили мы большую часть жизни и после смерти вместе остались. Судьба.

И еще забавно, что уцелели мы, люди второго сорта. А пассажирам первого класса та же самая судьба приличных размеров кукиш показала! Насколько я знаю, Ковчег этот не достроен еще был, точнее, там чего-то монтировали, до ума доводили, так что пассажиров на нем не было, это точно. И не будет уже, поскольку они гикнулись вместе с планетой, это не вызывало у меня никаких сомнений. Вывод – деньги не гарантируют того, что ты проживешь жизнь так, как планировал.

Хм, а Марика-то, по сути, права оказалась. Будь она с теми, кто собирался остаться жить в физическом теле, – и все. Нет, ей определенно судьба ворожит. Ну и дай бог им там, в Нормалити, счастья и покоя.

Вот с такими благостными мыслями я и шагал себе, шагал, пока не почувствовал, что в окружающем меня пейзаже что-то изменилось. Что-то совсем неуловимое.

Остановившись, я начал очень внимательно глазеть по сторонам. Если взгляд за что-то зацепился, значит, что-то да не так. И точно.

Я давно заметил, что тут все деревья хоть и отличаются друг от друга какими-то мелкими деталями, но схожи размером. Ну или высотой, уж не знаю, как правильно. Если и есть перепады, то мизерные. Так вот, ландшафт, что расстилался прямо передо мной, справа был тем же самым, что я последние несколько часов созерцал. А вот слева – нет. Там деревья растут пожиже да пониже. С чего бы это?

Ноги сами собой начали забирать левее. А что, все правильно. Любое отклонение от нормы говорит о том, что в необычном месте может что-то быть. Или даже кто-то. Ну не существует виртуальных миров, сплошь покрытых лишь лесами. Да, территории огромны, об этом мне тот умник говорил, но не настолько же! Значит, в той стороне могут находиться, например, вырубки, а за ними и деревня с местным населением. Крестьяне какие-нибудь там живут, зерно сеют, хлеб убирают и страдают от злобного великана.

Великана я убивать не собираюсь, но какую-нибудь тряпку прикрыть чресла у них, надеюсь, выпрошу (или украду). Купить не выйдет – денег нет.

Я вошел в редколесье и понял: не вырубки это. Такое ощущение, что верхушки деревьев срезали чем-то очень массивным, причем давно. Деревья раны залечили, но все же заметны отличия от тех, что остались за спиной. Это чем же их так?

Ответ на свой вопрос я получил буквально минут через пять, но сколько новых вопросов возникло в моей голове после того, как я увидел, что именно деревья покурочило, боже ты мой.

На небольшой прогалине, зарывшись носом в землю, стоял огромный армейский грузовик. Почему армейский? Ну, камуфляжную окраску, пусть даже и с ржавыми пятами тут и там, от всех остальных я отличу с легкостью. И видеть такие доводилось, еще в академии.

Да фиг с ним, какой именно это грузовик. Вопрос в другом – какого дьявола он здесь делает? В принципе?

Я обошел приличных размеров машину вокруг. Ну да, штатовский Buffalo, тот, который для обнаружения мин приспособлен, их ни с чем не спутаешь, модель только незнакомая. Но это и неудивительно, я за новинками военной техники не слежу, мне это без надобности. Да и любят они свою технику модернизировать, это и тогда была крепость на колесах, а уж сейчас…

Я прислонился плечом к ближайшей березке и вздохнул. Если честно, этот мир меня за последние часа три удивил больше, чем мой прежний за десять лет. Здесь все работает на то, чтобы человек с каждой минутой все больше и больше убеждался, что сходит с ума. Ну а как еще расценивать вот это чудо технической мысли, которое я созерцаю?

Во-первых, что в принципе может делать грузовик в фэнтезийном мире? Кабы здесь был скелет дракона или пряничный домик со злой ведьмой внутри, а еще лучше – заброшенный дворец с затянутым паутиной хрустальным гробиком, – это было бы понятно. Каноны жанра, все как положено. Но тут-то стоит вполне современный монстр на колесах. И хоть ты меня убей, я не поверю, что его собрали гномы в своих пещерах.

На секунду перед моими глазами появилась просто-таки абсурдная картина: по горной дороге мчится Buffalo, в кузове буйствует ватага гномов, высунувшись в боковые окна, горланит песни, стучит по корпусу машины боевыми топорами и время от времени постреливает из ручных пулеметов. За рулем тоже сидит гном, здоровенный, мордатый, с заплетенной бородой, весь в татуировках, одной рукой он вертит руль, в другой у него кружка пива. Холостые ребята из хирда «Топоры» едут в соседний клан на дискотеку. И все это сопровождается песнями древней группы «Раммштайн». Апокалипсис сегодня!

Во-вторых, как он сюда вообще попал? Кругом лес! Дорог не видать. Хотя погоди-ка…

Я внимательней присмотрелся к поврежденным деревьям. Ну да, похоже, их днищем этого тяжеловеса и стесало. Только это – еще больший бред. По воде он ездит, поскольку вроде как плавающий, но чтобы грузовик летал? Такого не может быть, потому что не может быть никогда. Летающий грузовик называется «вертолет».

Ох, не нравится мне это. Любая вывернутость логики – это всегда не есть хорошо.

Но один позитивный момент все же имеется. Я, похоже, обзаведусь одеждой, причем не какими-то тряпочками, а вполне нормальными штанами и курткой. Прочь брезгливость, все, что не нужно мертвым, нужно живым.

За мутными стеклами кабины я видел две фигуры – надо полагать, водитель и его напарник. Или охранник, какая разница. Надеюсь, их одежда не истлела окончательно и из их двух комплектов формы мне удастся собрать один для себя.

Но у них ведь может быть не только одежда. Это солдаты, а значит, у них должно быть оружие. Видно, давно здесь стоит это чудо техники, но двери кабины-то закрыты. И она более чем герметична, поэтому там запросто может быть работоспособный ствол.

Я подошел к кабине, вскарабкался на приступку со стороны водителя, потер ладонью стекло. Вон, сидит, красавец, носом в руль уткнулся. Давно он тут обосновался, судя по всему, волосики реденькие, черепушка сквозь них просвечивает. Бе-э-э, гадость какая.

Я уцепился за ручку дверцы, дернул ее на себя. Ничего. Дернул сильнее. Опять ничего. Посопев, я уцепился за нее и двумя руками потянул дверь на себя.

Раздался жуткий скрежет, машина дернулась, как от удара током, и я покатился на землю.

На моих глазах грузовик начал распадаться на мелкую ржавую металлическую пыль. Облаком оранжевого цвета взлетела вверх клешня, та, что предназначена для захвата предметов. Грянулись о землю шесть не поддерживаемых более ничем колес, причем после этого они немедленно превратились в черные кучки неприятного вида.

Через минуту вместо мощнейшей машины на прогалине появился участок земли оранжевого цвета. Грузовик превратился в ничто, со всеми моими планами. И главное – что это было вообще? Никаких объяснений я не находил.

Да шут с ними, с объяснениями, в конце концов. Нет у меня теперь порток! И ствола нет!

Проорав что-то матерное, я подхватил дубину, положенную было на травку, и со всей дури саданул ею по соседнему дереву.

Дерево качнулось, сверху на меня спланировало несколько листочков, а перед глазами появилось сообщение:

«Ваш ум повысился на единицу!»

Ум? Почему ум? Это что, такое тонкое глумление над человеком? Какой изувер писал эту программу? За то, что я шарахнул разок по березе дубиной, мне повышают ум, а за то, что я как бульдозер три часа пер по лесу, не дают ничего. Я вне себя…

Подул ветерок, остатки Buffalo закружились вихорьками, ржавую пыль понесло между деревьев. Ветер перемен, понимаешь.

Плюхнувшись на землю, я с печалью и тоской смотрел на круговорот моих несбывшихся надежд и не сразу заметил, что среди равномерного ржавого месива появилось темное пятнышко. Встав, я подошел к нему, причем мои ступни погружались в ржавую пыль значительно выше щиколоток.

Это оказался кусок металла, порядком деформированный. То ли часть оси, то ли еще что – не поймешь. Бугристый, тяжелый – и бесполезный.

Отбросив его в сторону, я рассудил так: если эта железяка не распалась на атомы, то, может, еще что уцелело, более полезное?

Сделав несколько шагов, я брякнулся пальцем ноги о что-то твердое и выругался – это было больно. Разгреб ржавчину. Пень, чтоб ему пусто было. Края острые, хорошо еще не наступил, а то и здоровье бы сняли. А вдруг здесь еще и заражение крови возможно, я уже ничему не удивлюсь. Сдох бы – и все, и никто не узнает, где могилка моя.

Вернувшись к деревьям, я прихватил свою универсальную палку и теперь двигался по поляне с останками Buffalo подобно слепому, тщательно водя дубинкой перед собой. Заодно и пыль разгребалась.

Спустя минут двадцать я весь перемазался ржавчиной и выглядел, наверное, весьма забавно. Но при этом я стал владельцем еще нескольких бесформенных железок, трех зеркал, рукояти армейского ножа (это был суровый облом, сначала я увидел собственно ее, рукоять, а потом уже то, что продолжения у нее нет), нескольких пружин, видимо, из сидений, горстки каких-то никелированных деталей и единственной полезной штуки из всей этой груды хлама. Я нашел узкий и длинный, в полруки, стальной штырь. От чего конкретно он был – не знаю. Может, на него чего крепилось, может, он был частью механизма – не в курсе. Но вещь это была нужная, без дураков. Еще бы веревочку какую, чтобы его к моей чудо-палке привязать, – и совсем хорошо было бы.

Но веревочки не было. Вообще не было никакой материи, видно, она тоже превратилась в пыль. Зато в тот момент, когда я собрался уже вылезать из противно пахнущей кучи ржавой пыли, палка наткнулась еще на что-то.

Я нагнулся и через секунду держал в руках небольшой, но увесистый сверток, затянутый в полиэтилен или плотный пластик. Что было внутри – непонятно, сверток был весь в ржавчине.

Отойдя к деревьям, я присел на травку и повозил по ней же этим пакетом. Ржа стерлась, и меня пробило на икоту. Внутри свертка явно был белый порошок.

– Да ладно, – пробормотал я. В то, что это наркотики, мне как-то совсем уже не верилось. Это игра, откуда здесь героин или кокс? Ну а тогда что это? Сахарная пудра?

На пакете я заметил какой-то синеватый расплывчатый знак, нечто вроде штампа. Я повертел пакет так и сяк, максимально напрягая зрение. Нет, толком не различишь. Вроде как овал, а внутри него три каких-то силуэта. То ли олени, то ли… Косули? Три косули? Ну, меня можно поздравить. Я стал обладателем приличного тючка с очень качественным афганским героином.

Я видел учебный фильм, там достаточно подробно рассказывали о том, что крупнейшие наркокланы еще с конца двадцатого века метят свой товар, чтобы потребитель знал, с кем именно он имеет дело. Кто-то меткой с изображением скорпиона, кто-то – с изображением льва. Ну и с тремя косулями тоже, так что прочь сомнения.

Нет, конечно, для пущей уверенности можно было поступить как в кино – колупнуть пакет, зацепить горстку порошка и втереть его в десну, но что мне это даст?

Если честно, я не знаю вкуса наркотиков, все мои познания в этой сфере почерпнуты из лекций, книг и сериалов. Сам я такое не употреблял, друзья – тоже, в моем кругу это считалось очень нездоровой привычкой. Да и потом, а если это не героин, а, например, таллий? Или еще какая ерунда неудобоваримая? Так вот по собственной дури ноги и протянешь. Ну и, самое главное, мне мама с детства запрещала всякую бяку в рот тащить, а я мальчик послушный.

Подкинув пакет на руке, я покачал головой. Ну да, вот теперь это точно Мэджик Дрим. С таким количеством наркоты можно увидеть абсолютно любые «дрим» – хоть эльфиек, танцующих стриптиз, хоть фей, запускающих фейерверки. Свободно.

«Это что ж за игра мне досталась такая?» – уже в бог весть который раз подумал я. И именно сейчас мне в голову пришла немного крамольная и здорово пугающая идея: а может, у этих яйцеголовых что-то пошло не так? Ну не успели они до взрыва все отладить. Или вообще загнали нас в тестовую версию. Как тогда написали, ну, в самом начале? «Перенос совершен условно успешно». Условно! И потом еще вот эта фигня: «Мир: Слияние 0.6.6.6». Слияние чего с чем?

Ох, есть у меня подозрение, что и грузовик этот, и наркотики занесло сюда неспроста. Не перемешались ли у этих ребят миры, как колода карт? И теперь в радиоактивной пустыне мутантов гоняют рыцари на конях, а в Нормалити гоблины за барными стойками стоят.

Ладно, надо пойти еще пошариться. Вряд ли в таком грузовике только один пакет наркотиков был, с чего бы? Такие вещи партиями возят, помногу.

Но больше наркотиков я не нашел, как ни искал. Зато нашел один патрон. Обычный патрон семь шестьдесят два, армейский, натовский, пуля со стальным сердечником. Классика.

Ну что, сдается мне, меня ждет веселая жизнь. Здесь есть огнестрельное оружие, героин и тяжелая техника, причем все – западного образца. Не исключено, что и Черный Властелин здесь тоже уже есть, причем он черный в прямом смысле слова. Может, он тут даже и не властелин, а, к примеру, президент. Сказал бы я, что это прикольно, но вот не хочется как-то. Но если я прав, мне не просто людей найти надо, мне своих найти требуется, соотечественников. Только вот все это хозяйство припрятать следует. Не железки, конечно, – наркотики.

С собой я их взять не могу – нести не в чем, но и так просто их здесь оставлять не стану. На глаз и на вес в этом свертке килограммов пять дури, что немало по любым меркам. Жизнь – она разная, и как дальше дела пойдут, я не знаю, а такая заначка… Она всегда пригодиться может, поскольку наркота, как и оружие, – это всегда ходовой товар. Пушерить я не собираюсь, боже сохрани, но ведь может выйти так, что за это дело я смогу, например, выкупить свою голову. Или купить что-то весьма полезное?

Тайник я сделал самый простой – по возможности аккуратно около одного из деревьев, самого толстого, руками землю подкопал, а после снял кусок дерна, прямо с травой, вырыл при помощи палки ямку, куда и убрал пакет с наркотиками. После, подумав, положил туда же патрон и зеркала, сверху же, сказав: «Крекс, пекс, фекс», – насыпал никелированную чепуху. Фиг его знает, а ну как и она пригодится? Закончив, накрыл ямку дерном, оставшуюся землю перекидал в ржавую пыль и, немного поразмыслив, раскидал около ближайших к тайнику деревьев черную субстанцию, оставшуюся от шин. Память может подвести, а такую дрянь даже дождь не смоет, она в землю намертво въестся. Хороший ориентир будет.

Железки я оставил там, где они лежали. Чего мудрить? Если кто наткнется и они будут ему нужны, то ради бога, пусть берет. Мне они без надобности.

Ладно, все это здорово, но надо идти дальше. Я вызвал меню с показателями голода и жажды. Ну да, они уже превысили треть, так я и думал, цвет с зеленого начал меняться на противно-желтый. Если в течение ближайших часов пятнадцати – двадцати я не отыщу еды или хотя бы воды, то все будет очень плохо. Начну страдать и, может, даже помру, что мне противопоказано. В свете последних событий просьба неведомого мне работника Ковчега виделась теперь несколько иначе, не исключено, что здесь смерть будет конечна, ведь если у них что-то пошло не так, то мог накрыться механизм возрождения, а это меня крайне не устраивало.

Впрочем, я покинул поляну не сразу. Еще минут десять я пытался впихнуть штырь в палку, но совершенно безуспешно. Он в нее ни под каким видом ввинчиваться не хотел, а других способов, как его в ней закрепить, я не знал. В результате плюнул на это дело и двинулся в лес, неся в правой руке и дубину, и несложившийся апгрейд к ней. Может, потом что-то придумается. И надо, по возможности, фиксировать в памяти дорогу, карты-то нет, а полянку, может, еще искать придется.

Надо заметить, состав леса изменился, да и скорость передвижения по нему – тоже. То тут, то там я начал замечать поваленные деревья, трава стала чуть выше, дубов стало поменьше, все больше березняк. Хорошо это было или нет, я не знаю, просто вот так обстояли дела.

И еще – какая-либо лесная живность по дороге мне так ни разу и не встретилась. Удивительно это. Какой бы ни был лес, пусть даже сто раз городской, типа парк, там все равно кто-то должен водиться. Пусть не зайцы и лисы, но мелочь-то всякая точно должна присутствовать. Ну не знаю… Мыши, ужи, хорьки какие-нибудь, птицы наконец. А здесь – никого! Даже комаров нет, хотя эта зараза водится вообще везде. Это ненормально. Впрочем, отсутствие комаров меня устраивало – в моем пляжно-нудистском виде я бы для них представлял просто пиршество. К тому же не факт, что вместе с укусами у меня не начала бы пропадать жизненная энергия, которой и так мало.

Вскоре лес совсем перестал меня радовать. То и дело приходилось перелезать через деревья, поскольку пути обхода были еще хуже. У меня даже появилась мысль: «А не вернуться ли обратно?», – но она была отметена мною как бесперспективная. Тратить полтора часа на дорогу все в то же «никуда» не улыбалось. Иду уж и иду, какая разница?

Когда я слез с очередного вяза-исполина, привольно раскинувшегося в обе стороны на добрых метров двадцать, а то и больше, к тому же на редкость шершавого, то очутился перед пышным кустом, на котором росли огромные желтые ягоды. Налитые соком, с глянцевой кожей, они просто манили меня, предлагая набрать их в полные горсти и съесть.

Сглотнув, я остановил уже намечающееся хватательное движение. Фиг его знает, что это вообще такое. В живой природе я ягод почти не видел, только замороженными в упаковках или в десертах, но вот помню, что еще в средней школе нас как-то водили в ботанический сад, и там мордатая тетка в круглых очках показывала нам разные растения, в том числе и ягоды. И еще она говорила о том, что они разные бывают, какие-то – очень даже вкусные и полезные, а вот другими можно здорово отравиться, причем это еще хорошо, если просто желудочной слабостью отделаешься. От иных даже помереть можно.

Так то земные ягоды были, а эти… Кто знает, что напридумывали разработчики? Наверняка ребята были с фигой в кармане и понаставили кучу ловушек для особо неразборчивых игроков. Так что нет, не буду я без нужды рисковать. Когда полная уверенность в их безвредности будет, тогда и стану их есть, а до той поры воздержусь. Ну или подожду, когда совсем швах наступит, в смысле голодная смерть протянет к моему горлу свою костлявую руку. Там уже без разницы будет, все одно концы отдавать.

Вот какие все-таки паразиты эти создатели Ковчега, а! Ну не дали исподнего – ладно. Не дали хлебушка – тоже ладно. Но карту и сумку-то игроку как не дать? Изуверство какое-то, садизм в чистом виде. Во всех играх всегда эти два предмета входили в базовый набор. Всегда!

Уходя от куста, я еще раз внимательно его осмотрел, запоминая внешний вид ягод. Полезная информация, пригодится.

Лес кончился вдруг. Вот только что были деревья, уже надоевший пейзаж – и на тебе – передо мной открылось поле. Небольшое, с холмом неподалеку, закрывавшим горизонт и не дающим увидеть, что там дальше.

Практически одновременно с этим послышался вопль:

– Отстаньте от меня, ур-р-роды!

Повертев головой, я увидел невысокого мужика, бегущего в мою сторону.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю