![](/files/books/160/oblozhka-knigi-stark-georgiy-karlovich.-vospominaniya-o-sluzhbe-na-kreysere-avrora-19031912-gg.-384781.jpg)
Текст книги "Старк Георгий Карлович. Воспоминания о службе на крейсере «Аврора» (1903–1912 гг.)."
Автор книги: Андрей Щегольков
Жанр:
Биографии и мемуары
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
А. Г. Щегольков
Старк Георгий Карлович
Воспоминания о службе на крейсере «Аврора»
(1903–1912 гг.)
© Филиал ЦВММ на крейсере «Аврора», 2020
© Центральный военно-морской музей, 2020
© ИПК «Гангут», 2020
![](i_001.jpg)
Старк Георгий Карлович
Введение
В один из холодных дней марта 1950 года в Париже хоронили русского адмирала Георгия Карловича Старка. В часовне церкви «Русского дома» адмирал лежал в белом кителе, в погонах с черными орлами, при полной колодке орденских лент. Гроб был покрыт большим адмиральским флагом, принадлежавшим родственнику покойного, тоже адмиралу Владимиру Александровичу Развозову.
Кем же был контр-адмирал Г. К. Старк, какой след оставил он в истории военно-морского флота России, и крейсера «Аврора» в частности?
Родовые корни Старков глубоко шотландские, хотя в семье считали, что «они из шведов». Многие поколения рода Старков были связаны с морем, поэтому по семейной традиции Георгий (рождения 1878 г.) был определен в 1891 году на воспитание в Морской корпус Петербурга, по окончании которого в 1898 году был произведен в мичманы.
В 1899–1902 годах молодой офицер плавает на крейсерах 1 ранга «Генерал-адмирал», «Герцог Эдинбургский», «Князь Пожарский», а в 1903 году назначается на должность минного офицера крейсера «Аврора», с которым флотская служба связала его без малого на девять лет.
К этому году корабль завершил послепостроечные испытания, вступил в состав боевых кораблей Балтийского флота и начал подготовку для перехода на Дальний Восток, куда ранее убыли однотипные с «Авророй» крейсера «Паллада» и «Диана».
По прибытии на новое место службы Г. Старк стал вести дневниковые записи, представляющие, на наш взгляд, значительный интерес.
Офицер «Авроры» Г. К. Старк
страницы биографии 1903–1912 гг
1. Первое заграничное плавание. 1903–1904 годы
Крейсер новый, неудачной серии русских легких крейсеров. Командир ― капитан 1 ранга Иван Васильевич Сухотин, очень хороший моряк, всю жизнь проведший на Дальнем Востоке, хорошо его знающий, но никогда не плавающий на новых судах и в составе эскадры. Для ценза его надо было назначить на корабль 1 ранга, и поэтому его назначили командиром «Авроры». Старший офицер ― капитан 2 ранга Б…, но о нем лучше ничего не говорить. Мой начальник ― старший минный офицер В…, да ещё старший доктор ― сплошная экзотика.
Через несколько дней после моего вступления на корабль мы ушли в плавание. Командиру было дано предписание с маршрутом, в котором были указаны время переходов, стоянок и порты следования.
![](i_002.jpg)
Крейсер Аврора 1903 год
На словах начальник Главного морского штаба контр-адмирал Рожественский сказал, что положение на Востоке очень серьезное и что он требует точного исполнения маршрута.
В Портланд, несмотря на очень снежную погоду в Немецком море, мы пришли по расписанию, следующий порт Алжир тоже по расписанию, но тут мы получили распоряжение, что мы входим в состав отряда судов, идущих на Дальний Восток.
Начальник отряда контр-адмирал Вирениус приказал нам идти в Специю, где стоял в доке его флагманский корабль. В Гибралтарском проливе его корабль наскочил на банку и теперь должен был в доке делать починку. Если бы мы шли по расписанию и из Алжира пошли в Порт-Саид, то около 1 января мы были бы в Порт-Артуре.
«Цесаревич» и «Баян», которые были впереди нас, ещё не пришли в Артур, когда мы были в Алжире.
Так как «Ослябя» еще не был готов, то Вирениус перенес свой флаг к нам и с нами пошёл в Бизерту, где предполагался сбор всего отряда. Броненосец «Ослябя», крейсера «Аврора», «Дмитрий Донской», «Алмаз», 7 больших и 4 маленьких миноносца.
В Бизерте мы простояли около месяца и только во второй половине декабря тронулись дальше. Нам приказано было зайти по пути в Пирей, чтобы принять электрические лебёдки для задней стрелы, а главное, некоторые части для рефрижератора.
В Пирее мы простояли рождественские праздники. 27 декабря у нас была ёлка, которую посетила королева и бывший с ней великий князь Георгий Михайлович. Он говорил нам, что война, по его мнению, совершенно неизбежна, и притом в ближайшее время.
В Пирее у нас произошла смена старших офицеров: капитан 2 ранга Б. (Барщ???) заболел и был помещён в госпиталь, а к нам был назначен старший офицер канонерской лодки «Кубанец» (стационар в Греции) капитан 2 ранга Александр Порфириевич Курош ― хороший строевой офицер, но недостаточно образованный и очень самонадеянный. Он очень обиделся на то, что назначили его, а он уже закончил ценз.
В Порт-Саиде мы застали всю нашу армаду и ещё два парохода добровольного флота: «Смоленск», новый 20-узловый пароход с боевыми грузами для Порт-Артура, и «Саратов» ― 18-узловый пароход с грузом 6 000 тонн угля.
В Порт-Саиде меня назначили старшим минным офицером. Первое время в должности минного офицера мне было трудно. Школьные тетради не дают ответа на многие практические вопросы. После встречи с броненосцем «Ослябя» стало легче, так как там старший минер был лейтенант Дмитрий Сергеевич Макаров, много старше меня, мой преподаватель в минном классе. Я стал к нему обращаться за разрешением вопросов жизни. Он же дал мне своего старшего минного унтер-офицера Иваночкина, его надо было произвести в кондуктора, а на «Ослябе» не было вакансий. Этот Иваночкин был ближайшим моим помощником все шесть лет моего пребывания в должности минного офицера.
В Порт-Саиде с нами вместе стояли японские крейсера «Нисшин» и «Касуга», строившиеся в Генуе на заводе Ансальдо для аргентинского правительства и купленные японцами. Оба были под японскими военными флагами, команда смешанная. Башенная артиллерия установлена, средняя на «Косуге» установлена, на «Нисшине» нет.
Конечно, мы могли бы их утопить, но время было мирное.
Из Суэца мы пошли в Джибути, каждый корабль отдельно, причем при каждом было по 2 или 3 миноносца.
Через два дня после прихода в Джибути мы получили телеграмму о начале военных действий.
Адмирал на «Ослябе» был в середине Красного моря. По прибытии в Джибути адмирал получил телеграмму их Петербурга, что все корабли должны вернуться в Кронштадт и там вступить в состав 2-й Тихоокеанской эскадры. Нам тогда казалось, что нужно, отказавшись от старого «Дмитрия Донского» и миноносцев, с «Ослябей», «Авророй», «Смоленском» и «Саратовом» идти на Восток и там действовать в зависимости от обстановки, но на это ни наш адмирал, ни командиры не были способны. Я их не виню, виновата была вся система флота, которая убивала во всех нас личную инициативу. В лучшем случае были хорошие моряки, но военных моряков почти не было.
Обратный наш поход представляет мало интересного. После Порт-Саида ― бухта Суда на Крите. Перед Критом потеряли один миноносец (маленький). Потом Бизерта, Кадикс, Ферроль, Шербург и Либава.
Все время перехода старались держать миноносцы при больших кораблях. На этом переходе были случаи, когда мы шли в строю, и тут-то определялось, что наш командир в строю не плавал. Он требовал, чтобы мы держались точно на курсе, несмотря на то, что мы выходили из строя.
По дороге около Ниборга получили датские газеты, из которых узнали о гибели «Петропавловска» с Макаровым.
По приходе в Кронштадт присоединились ко второй эскадре, после чего произошли большие перемены в личном составе: наш командир назначен командиром транспорта «Океан», а к нам назначен командир «Океана» капитан 1 ранга Евгений Романович Егорьев ― энергичный и знающий офицер. Старший офицер Курош получил новый строящийся миноносец, а на его место назначен капитан 2 ранга Аркадий Константинович Небольсин ― молодой блестящий офицер.
Произошли еще перемены в офицерском составе. В частности, ушел мой милый помощник Николай Николаевич Филатов. Ушёл по болезни на берег, и наконец убрали нашего экзотического доктора, кажется, в отставку.
В конце сентября в Ревеле нам был царский смотр. Крейсер «Олег» и «Изумруд» из-за полной негодности пришлось вернуть обратно в Кронштадт. Они нас нагнали на Мадагаскаре.
Наше главное ядро ― броненосцы типа «Суворов» ― были построены в России по чертежам «Цесаревича», который строился в Тулоне, но чертежи были немного изменены.
2. «Аврора». Поход второй эскадры. Цусима
2 октября из Либавы мы тронулись в свой путь. Первый переход был до мыса Скаген. Подгрузились углем и тут же получили от транспорта «Бакан», шедшего из Архангельска, сведения, что он видел в норвежских шхерах неизвестные миноносцы.
Во время возвращения из Джибути мы получили в Шербурге телеграмму из главного морского штаба, точный текст я не помню, но смысл такой: «В немецком море остерегайтесь неприятельских миноносцев. Миноносцы небольшие. Для улучшения мореходных качеств имеют деревянные надстройки в носовой части».
От Скагена шли поэшелонно: 1. Все миноносцы с транспортами. 2. Крейсер «Дмитрий Донской», флаг адмирала Энквиста, «Аврора» и мастерская «Камчатка». 3. «Светлана» и «Жемчуг». 4. 2-й броненосный отряд: «Ослябя», флаг адмирала Фалькерзам, «Сысой Великий», «Наварин» и «Адмирал Нахимов». 5. 1-й броненосный отряд: «Суворов», флаг адмирала Рожественского, «Император Александр III», «Бородино» и «Орел». Между эшелонами около 20 миль, т. е. 2 часа хода. Объявленный ход ― 10 узлов.
В Немецком море мы встретили густой туман и держались за «Донским», как пришитые. («Донской» ― 48 оборотов, у нас 73 оборота). «Камчатка» из-за неумения держаться в строю быстро потеряла нас, вследствие чего адмиралу пришлось уменьшить ход.
![](i_003.jpg)
Крейсер Аврора перед уходом на Дальний Восток
8 октября после 8 часов вечера мы получили телеграмму с «Камчатки», что она атакована миноносцами. Командир сейчас же высказал свое мнение, что это нервное воображение. Я лег спать. Но после полуночи был разбужен звуками боевой тревоги. Быстро одевшись, я вышел наверх. Справа от нас в расстоянии 15 кабельтовых параллельным курсом шел первый отряд. Он был весь освещён прожекторами и вел частую стрельбу. Скоро мы заметили, что стрельба направлена на нас; начались попадания, но, Слава Богу, по сигналу «Суворова» стрельба была прекращена. Всего мы были под огнем около 10 минут. Попало в нас 4 снаряда, 75 и 47 мм, материальные повреждения были ничтожны, но один 75-мм снаряд попал в каюту священника и тяжело его ранил, оторвав руку. У нас на корабле никто не верил в присутствие миноносцев, но нас все время нервировали.
Просили разрешения зайти в Шербург, чтобы сдать раненого в госпиталь, в этом нам было отказано. Перед приходом в Танжер священник скончался, и его похоронили на местном кладбище.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.