Текст книги "Дворянство. Том II (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

Соавторы: Дмитрий Лим
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 13

Я просто не мог скрывать от своей подруги подобное, не после того, что я увидел тогда во время нападения диких.

Её улыбка была тем, что я хотел бы видеть всю жизнь. Да, года три назад я был безоговорочно влюблён в эту миловидную девушку. Сейчас это всё затухло, сугубо с возрастом и пониманием, что у нас очень мало шансов быть вместе, но тепло её улыбки, определённо согревало моё сердце.

– Я догадывалась… – прошептала она, но не так строго, как раньше. – Нам нужно было услышать это от тебя в подтверждение.

– Кому это «нам»? – удивился я, но сказал это чуть громче обычного. Что и не осталось бесследно для преподавателя.

– Волконский, – тут же прозвучало со стороны преподавателя. – Вам есть, что прокомментировать в линейном трафике экономического…

Что он говорил дальше, я попросту не понял. На этом сказывалось, скорее, нечто иное. Аня. Её улыбка и её настроение. Положительное, конечно же. Которым она благоухала прямо сейчас.

Коротко извинился, покорно склонил голову, и, дождавшись, что мужчина вновь затараторит про графики, повернул голову к Ане.

– Нам – это кому? Ты наёмница? – прошептал я.

Аня к этому времени активно записывала лекцию, не отвлекаясь на меня. И мне потребовалось переспросить её ещё раз, чтобы понять, разговор будет только после лекции. А вот его я ждал с трепетом, как наверное ещё никогда в жизни.

Спустя буквально час после окончания лекции, когда толпа моих одногруппников неуправляемой хаотичной волной ринулась в сторону столовой, почти у самого выхода я подцепил за локоть Аню и на сей раз был намерен завязать разговор, и к моей радости девушка не стала отнекиваться.

Она не была наёмницей, как я, нет. И в клане или стае не состояла. Было… так скажем, кое-что интересное.

Насчёт «химеры», кстати, я угадал. Она девиант, класса «химера». Редкость своего вида, как и сами девианты. Аня, как оказалось, может брать на себя образ своего противника или человека, которого видела и трогала. Она… может скопировать его силу, но не в совершенстве, хотя тело доводит до идеала.

Вот только были у меня подозрения, что это далеко не всё, на что она способна – та же смена цвета глаз явно не подходит под смену образа при касании. Так что, скорее всего, применений у этой способности гораздо шире. С другой стороны, и расспрашивать подробнее я не стал, если моя подруга хочет сохранить что-то в тайне от меня, то пусть пока так и будет.

– За счёт того, что мой симбионт экспериментальный, как и твой, видимо… я не до конца знаю свои силы. Хоть и оттачиваю навыки последние года. Моя группа состоит из четырёх девиантов, которые и подобрали меня года три-четыре назад и ввели в курс происходящего в этом мире, – довольно откровенно поделилась она подобной информацией.

– А как ты получила… как ты стала девиантом?

Аня лучезарно улыбнулась и кивнула в сторону коридора, мол, пошли. Обед не ждёт.

Меня весьма удивила её история. Как и история её семьи, которую я знал с начальной школы. Все они, как и Аня, когда-то… были мутантами. Точнее, всё же не так… являются ими, но того самого, низшего класса. Не имея каких-либо примечательных особенностей. Да, среди людей они, возможно, и могли выделиться, но среди себе подобных уже точно нет.

На девушку, три года назад, когда она возвращалась с подготовительных курсов, напало неизвестное ей существо. Дикий, как она уже могла сказать сейчас. Потрепало сильно, но нападение было на территории стаи, поэтому её спасли. Точнее, дали возможность ещё пожить.

Рваные раны, открытое кровотечение и ещё при этом серьёзное сотрясение мозга уже о многом говорили. Точнее, что ей не жить. Была бы она классом повыше, её симбионт бы попросту подлатал само тело, как это было, например, со мной после того, как я получил силу Аляева.

На какую именно ферму её доставили, Аня не помнила. Помнила боль, которую испытывала, лёжа в аквариуме, наполненном физраствором.

Первое помутнение рассудка случилось в шоковом состоянии от боли. Оттуда и первая мутация. Под «ножом хирурга», который ставил над ней опыт, она пролежала ещё три дня. На четвёртый она получила спасение.

Как и откуда? Увы, она не помнит. Но то, что она ушла домой без единого пореза и в совершенно другом состоянии, помнила отчётливо.

– Я просто проснулась, – бормотала Аня, наматывая на вилку лапшу. – Знаешь… как будто меня кто-то позвал… открыла глаза, а вокруг темнота, и лишь небольшие мониторы рядом с моим аквариумом мигали и освещали хоть что-то. Я отцепила от себя провода, липучки… и иглы, а затем просто встала.

– И тебя просто так выпустили? – спросил я, как только сделал глоток чая. – Странно…

– Я и не говорила, что именно меня выпустили… – загадочно ответила она. – Знаешь… мне кажется, словно мне кто-то подсказывал, что делать. Словно у меня, хоть и временно, появился проводник, который и стал моим спасением!

После упоминания «проводника» мне вспомнился мой сон. Когда я, вроде как общался со своим симбионтом, который был удивлён произошедшим не меньше меня… Правда, и доказательств того, что это был именно он, у меня не было.

– Что-то в голове подсказывало мне… коснись охранника, закрой глаза и представь его на своём месте.

– А дальше что⁈ – я допил свой чай, и неожиданно для самого себя громко поставил чашку на стол. Аня дёрнулась, поглощённая своими воспоминаниями. – Как по волшебству кожа начала меняться?

– Не хочу рассказывать, – сухо ответила она, помотав головой. – Это неприятные ощущения… когда меняешься. Больно, я бы даже сказала, но не настолько, чтобы умереть.

Сравнение было не очень… так скажем, красивым. Однако я не обратил внимания на это «умереть». Из разговора также понял, что Аня не помнит и не знает, что это за ферма такая была. Её дорога домой под крыло родителей была словно во сне. Видимо, из-за травмирующих событий мозг заблокировал эти воспоминания, либо сама девушка не хотела об этом говорить.

А вот семья, кстати, её приняла. Точнее, приняла её изменения и родители моей подруги оставили всё это втайне.

Аня долго пыталась найти причины её заточения. И волей судьбы полтора года назад напала на след группы других. Иных мутантов, которые не походили ни на кого ещё. Но, если быть точнее, это они напали на её след.

Память, которая играла с ней в свою игру, иногда выдавала короткие отрезки места её заточения. И Аня, в связи с тем, что хотела разузнать всю правду, помимо собственной любопытности… пошла искать ответы. Наткнулась на стайку диких, получила множество травм и была спасена другим девиантом.

– Мы его называет Высшим, – закончила она свой рассказ. – Он владеет не только особенностями мутанта, но и мага. А также может питаться не только Ихором, но и маной через артефакт.

Магия этого высшего была довольно проста. Он видел следы. Ему стоило коснуться человека или… носителя, и он мог узнать, откуда он пришёл. Способность, как по мне, сомнительная, учитывая, что следы, если верить Анне, очень быстро стирались.

Для сыщика какого-нибудь, пожалуй, пригодилось бы. А вот в бою… Сомнительно, но мало ли как он смог приспособить её для своих нужд.

Высшим его называли только из-за того, что он был лидером этой скромной группы. Они не выполняли никаких заданий как мы, наёмники, а занимались сугубо поиском ответов. Так скажем, группа уфологов, которая всю жизнь проводит в поисках внеземной жизни. Только у них несколько иначе. Они ищут лаборатории.

И они, по словам Ани, добились достаточно многого. Люди её группы работают в нескольких сферах, но вот в каких, она не уточнила. И это даже несмотря на её довольно большую откровенность во всём этом.

Меня же терзало смутное сомнение, что она не до конца честна со мной. Явно уж за столько лет «исследований» они чего-то да добились.

Но Аня склонялась к тому, что её группа ищет ответы на собственные вопросы. И самый главный из них: почему они такие? Как два разных типа симбионтов могут объединиться во что-то целое?

– Скажи мне, – я скрестил руки на груди и облокотился спиной на стул, вытягивая ноги под столом. – А ты владеешь чем-нибудь магическим, будучи девиантом?

– Нет, – вяло улыбнулась моя подруга. – Если бы это было так просто, взять и наколдовать или узнать, то я бы давно это сделала. Маной могу питаться, как и ты, как и мы… но на этом всё.

Я дождался, пока мы молча доедим, чтобы вернуться к весьма щепетильному вопросу. О Вадиме. О диких, которых мы убили и…

Она знала всё.

Изменения в Вадиме заметила очень быстро, почти так же, как и я в институте.

А вот девушку, по телу которой бегал хвост с шипом, она выслеживала, в попытке найти основную дикую стаю, а я своими неосознанными действиями подпортил некоторые планы. Единственное, что я ей не мог рассказать и не рассказал, это то, как я могу питаться чужим симбионтом. Это точно лучше приберечь для будущего.

И насчёт Вадима у нас и состоялся дальнейший разговор.

Я рассказал про контракт. Рассказал, что его аномалия подтверждена, но неофициально и то, что он становится опасным. У него фактически остаётся последний шанс. И для этого нам нужно встретиться с ним.

– Когда ты планируешь встречу? – спросила Аня, когда мы пошли отдавать подносы с пустыми тарелками. – Я, боюсь, не смогу помочь тебе, потому что мне придётся отчитываться, куда я иду и для чего. А у моей группы разговор с дикими короткий. Мы их уничтожаем.

– Но вы же понимаете, что они не такие, какие обычные дикие? Что они некоторая аномалия, разумная аномалия?

– Понимаем, – решительно кивнула девушка, осмотревшись по сторонам. – Но факт остаётся фактом – они дикие. Я уже не раз поднимала этот вопрос, на что мне было сказано, чтобы я следила за ним. Далее я нашла их стайку, в момент, когда я планировала доклад о блондинке и её друге, появился ты и немного облегчил моё задание.

– То есть, ты бы уничтожила их после института, верно? – я поставил поднос на движущуюся ленту и повернулся к Ане. – А если бы они тебя уничтожили? Всё же они были весьма сильны.

Она ничего не ответила на мой вопрос. Последнее, что мы обсудили, было то, что моя подруга переживала, что я не справлюсь. Что моя человечность навредит мне в выполнении своего задания. Но…

– Я надеюсь, что у тебя всё получится. И либо Вадим действительно умрёт, как бы этого не хотелось, либо мне придётся отомстить за тебя.

– Я сильный, – коротко парировал я, выходя из столовой.

* * *

Домой вернулся в четвёртом часу дня. На моё удивление, кот и Лена спелись. Тискались полдня, если можно было доверять откровениям девушки, да и в целом ничем таким толковым не занимались. Но домой я зашёл только из-за одного.

– Кактус, – я обратился к коту, как разулся. – Мне будет нужна твоя помощь.

Кот вопросительно моргнул, вытянулся вперёд, прогибая позвоночник и после откровенно зевнул. Словно показывая, насколько ему неинтересно всё, что я хочу ему сказать.

– В институте Вадима не было, телефон на мои звонки он не берёт. Боюсь, нам придётся съездить в дом его бабушки.

– А если его там не окажется? – кот сощурился, укладываясь на пол, лапами в разные стороны. – Я не думаю, что он настолько идиот, и останется на месте преступления в ожидании кармы. Хоть он и нёс откровенную чепуху по поводу своей одержимости. Он не кажется дураком.

– В том же посёлке есть летняя дача его родителей. Если его не будет в доме бабушки, то пойдём туда, – предложил я ещё один вариант, открывая дверь кладовки.

Не знаю, почему я решил, что мне стоит переодеться, но если мне действительно придётся гнаться за диким по лесам и полям, то лучше делать это в удобной обуви, а также не в джинсах, а в спортивных штанах.

Кактус же, смотря на мою «подготовку», комментировал это всё несколько иначе.

Я не искал удобства в движениях, с его слов я оттягивал сам момент принятия решения и выхода на задание. Возможно, он был прав, а, возможно, и нет. В любом случае я переоделся, выпил три чашки кофе, подтверждая его теорию, и уже после всего этого, сделал последнюю попытку дозвониться.

В динамике зазвучал голос «оператора», который твердил о выключенном телефоне.

– Ну… придётся ехать, – сказал я, чувствуя, как желудок проваливается в ноги.

Приложение такси почти сразу же нашло машину с провозом животных, поэтому спустя пару минут, я стоял у подъезда с котом в руках. Глядя в небо, которое, начало затягиваться тучами.

Глава 14

Время шло слишком быстро, хотя хотелось несколько иного. Вроде бы мы только сели в машину, выслушали от таксиста уже отчасти привычные упрёки, что животных нужно провозить в шлейке или в специальном боксе, а уже, новенькая иномарка шуршала шинами по гравию, выезжая на просёлочную дорогу.

Кот, который всё время пути смирно сидел на моих коленях, раза четыре попытался меня поддеть тем, что я боюсь результата, что диким одна дорога – смерть, и ещё что-то на тему Елены.

Выслушивать слова про девушку очень быстро наскучило, учитывая его плоский юмор. Поэтому уже почти около дома бабушки Вадима я выстроил барьер в голове, чтобы он не слышал моих переживаний.

С таксистом расплатился и тут же открыл пассажирскую дверь. Кот недовольно выпал с коленей на пыльную дорогу, а спустя ещё мгновение, последняя надежда уехать отсюда… уехала.

Пути назад не было.

Долго вымерял шагами длину нужного дома, заглядывая в окна и оглядываясь по сторонам. Сложилось впечатление, что здесь не было и живой души. А вот место, где было совершено убийство, до сих пор было ограждено красно-белой лентой.

Вот там-то кот и завис, принюхиваясь к чему-то на земле. Будто и не кот вовсе, а пёс какой-то.

– Это твой дикий сделал, – сообщил он мне после минуты «вынюхивания». – Его запах я помню и именно он это сделал.

– Уверен? – я отошёл от дома, сделал пару шагов в сторону Кактуса и замер, сомневаясь, следует ли мне перешагивать ленту. – Может, он тоже стоял тут и вынюхивал, что за новый охотник на его территории.

Кот мяукнул с какими-то нотками иронии, покачал головой, поднял хвост трубой и пошёл в сторону дома.

– Глупостей не говори, Ярослав.

Дверь старенького домика не была заперта. Но внутри, на моё облегчение, было пусто. Ни Вадима, ни его родственников или даже отца.

Припоминая его слова, я на всякий случай проверил и погреб, вход в который вела дверца в полу, обычно скрытая ковром. Но никого внутри не было. За четверть часа мы обследовали все три дома, которые не были заперты. И у меня сложилось впечатление, словно их покинули за пять-десять минут до того, как мы приехали.

Нет, здесь никто не готовил обед, не мылся и не занимался своими, обычными, бытовыми делами – нет. Все личные вещи, заготовки к обеду или ужину были брошены. Подтверждением тому было подгнившее мясо на столешнице в кухне первого дома.

– Ты говорил, что у него ещё есть летняя дача? – задумчиво пробормотал кот. – Боюсь, здесь нам ловить больше нечего.

Да что же со мной такое? Почему меня начинает трясти от мысли, что мне придётся его убить⁈ Несмотря на кота, мельтешащего под ногами, перешагнул его и направился в сторону выхода, стараясь как можно скорее успокоиться и вернуть своё хладнокровие обычными уговорами самого себя.

Это нужно сделать. Он убийца. Либо я это сделаю, либо он ещё убьёт невинных.

* * *

До летнего домика на отшибе села прошли без особых проблем. Не останавливались, людей особо и не видели, но и старались не попадаться на глаза любопытствующим. Так что по основной дороге не пошли, а пошли обходами, через рощу и кустарники.

Летний дом семьи Вадима выглядел мёртвым. Не было дыма, такого привычного из небольшой баньки. Кусты с ягодами, нетронутые человеческой рукой. А на скромных автомобильных воротах ржавел большой амбарный замок.

Через двухметровый забор попросту перепрыгнул, держа под мышкой кота. Его же в первую очередь и пустил перед собой вынюхивать обстановку.

Но Кактусу хватило лишь поводить «жалом» по воздуху, чтобы определить дикого.

– Он здесь. Сто процентов. Я чувствую запах крови… – он прошёлся вдоль забора, принюхиваясь к невысокой траве. – Как животное какое-то…

Следом, головой указал на деревянную ограду, на которой отчётливо угадывались бурые пятна.

– Свежак, – прокомментировал кот, ещё и красноречиво посмотрев на меня.

С этим самым следом ко мне вернулось хладнокровие. Больше сомнений о правильности моих действий, не было.

Следы произошедшего встретились почти сразу. Стоило мне перешагнуть порог двухэтажного, неотапливаемого домишки, как в нос ударил трупный запах. Переступая чьё-то тело, лежащее на летней веранде, я убрал в сторону тряпьё, которым обычно отец Вадима занавешивал вход в дом, и чуть было… не выматерился.

За столом небольшой кухоньки сидело два тела. Уже, к сожалению, ушедшие в мир иной. Рваные раны, мухи, белые, глаза и агония боли, застывшая в мимике бабушки Вадима и его отца.

Кактус тут же вынырнул из-под ног, усмехнулся и двинулся в сторону коридора, где была ещё одна комната и лестница, которая вела на второй этаж. Где была только одна комната, но весьма большая. Гостевая.

– Внизу его нет, – доложил он через минуту. – Наверху рычание, словно он… завтракает. Ярослав?

Я слышал, что он говорит, но не реагировал. Замер, боясь сдвинуться с места, возле таких знакомых мне людей, которые участвовали в моей жизни. Моё тело словно одеревенело, как от навыка Лены. Я не то, что рукой дёрнуть, я вздохнуть опасался.

Удар когтистой лапой по ноге привёл меня в чувства.

– Их уже не вернёшь, – тихо пробормотал Кактус. – Соберись. Ведёшь себя как слабак!

– Я же их с детства знал… – прошептал я, стараясь увести взгляд от застывших, серых лиц. – Мы каждое лето проводили на этой даче… бабу…

– Хватит! – рявкнул Кактус, добавляя к словам удар лапой, который был ещё более чувствительным. – Ярослав, ты наёмник или пятиклассница, которая только что похоронила кота?

Он хихикнул от своего каламбура, но боевого настроя не менял.

– Надо это закончить. Надеюсь, теперь, ты понимаешь, что назад пути нет. Убьёшь и станет легче. Понял меня?

Я, словно по приказу, вытянулся, покачал головой, сбрасывая нахлынувшие воспоминания. И ровно в этот момент где-то над нами послышались шаги на скрипучей половице. А затем глухой удар, словно существо наверху что-то уронило.

Поднимался по лестнице резкими движениями, перескакивая две-три ступени, чтобы как можно скорее оказаться наверху.

Дверь, которая располагалась почти сразу после лестницы, отсутствовала от слова совсем. На её месте зиял проход из вырванной дверной рамки. Сама дверь лежала чуть поодаль от входа. Вся изодранная и раздробленная.

Видимо, папа и бабушка Вадима всё же прятались.

«Он тебе врал, – тут же заговорил в голове кот. – Они умерли не так давно. Если судить по ранам, он питался ими несколько дней, точнее, пробовал».

«Убью, гада».

«Правильный настрой. Это уже не твой друг, а дикий зверь. Только сам не подставься и помни, на меня надежды немного, – он замер в дверном проёме, принюхиваясь к воздуху в комнате. – Он здесь».

Я сделал два шага вперёд, и каждый мой шаг сопровождался скрипом досок, которыми был устлан пол. Шуршание где-то в дальнем конце комнаты тут же прекратилось. Следом послышалось какое-то странное жужжание, а ещё спустя мгновение в полумраке комнаты началось движение.

Я машинально хлопнул по стене справа от себя, где был выключатель, и свет тут же вспыхнул. Стало светлее… но ещё омерзительнее. Дикий только-только вышел из огромного, советского шкафа, заваленного тряпьём. Словно там была его ночлежка. Отмахиваясь лапой от чьих-то трусов, которые были на его голове, он оскалился…

Мерзость.

Вадим был на себя совсем непохож. Словно я и не пытался его вылечить несколько дней назад. Всё те же удлинённые руки со странными когтями вместо ногтей. Вытянутая челюсть и совершенно пустые на мыслительную деятельность, оранжевые глаза. На его черепушке не осталось и следа от волос, а на месте, где когда-то росла пышная шевелюра, красовались костяные наросты.

Торчащие в разные стороны жёлтые зубы даровали ему омерзительную улыбку. А что было самым… так скажем, удивительным, он разговаривал. Ещё мог разговаривать.

– Яр… гксхыв… – кряхтел он, делая длинный шаг вперёд. – Ты пришёл… спывав… спасти меня?

Первое правило бойцовского клуба… ой, как там говорил Виктор?

Вместо того чтобы ответить монстру, я сделал рывок вперёд, на ходу преобразовывая ногти. Удар чудовищной силы дикий принял как что-то должное. Почти что выстоял, хоть я и оставил глубокие борозды на его лице.

Окровавленная физиономия хмыкнула и тут же получила второй удар. Я не хотел давать ему и шанса. Ударил снизу, ровно в удлинённую челюсть, натыкаясь на какой-то нарост, скрытый от глаз.

Было больно, но терпимо – отступать было нельзя. Тут же ударил ногой в грудь в каком-то спартанском стиле, отчего дикий рухнул на спину с каким-то ужасающим треском деревянного пола.

– Убей его! – завопил кот, выскакивая где-то со стороны. – Не давай прийти в себя.

Я и без него понимал, что нужно делать. Но ни я, ни кот, не знали ещё кое-чего. Вадим был не один.

Со всей своей дури я обрушил пятку на грудную клетку монстра, чуть нагибаясь вперёд, чтобы начать новую серию ударов, как ситуация в корне изменилась.

Из шкафа в метре передо мной что-то зашевелилось, но среагировать я просто не успел. В момент, когда моя когтистая рука была над лицом дикого в замахе, чтобы снести этот оскал, в меня вылетело другое существо.

Меньше по размерам, чем Вадим, но… убийственно сильное.

Я, к сожалению, ничего не успел сделать, когда в моё плечо впились руки с острыми когтями, а затем и зубы. Боль была невыносимой и ни с чем не сравнимой – такого в жизни я никогда не испытывал и, разумеется, не хотел повторения произошедшего.

Под тяжестью или всё же скоростью нападающего, я завалился назад в той же манере, как и мой бывший друг, и рухнул на пол. Придавленный странного вида существом.

Разглядеть-то толком и не пытался. Ухватил за остаток длинных, чёрных волос, и вырывая их, попытался вырваться из лап и челюстей монстра.

– Что за… – прокричал я, хватаясь за лицо существа. – Свали к чёртовой…

– Мяу! – Кактус, как в какой-то замедленной съёмке прыгнул на спину нападавшего, а дальше…

Послышался визг. Зубы, изогнутые в разные стороны, вышли из моего плеча, попутно выдирая из меня добротный кусок плоти. Из раны тут же хлынула кровь, пропитывая мою футболку и кофту, а кот в это время…

С каким-то остервенением пытался пожрать это существо своей изменённой пастью и не сказать, что у него совсем не было шансов это сделать.

Вадим встал одновременно со мной, но сделать ничего не успел. Я одним ударом ноги в область шеи срубил невысокого дикого, со спины которого тут же спрыгнул Кактус и следующим ударом кулака, вмял нос в череп Вадиму, точнее, тому, что раньше было им.

Хлюпающий звук сломанной перегородки, одновременно с нытьём не вывел меня из режима «убить». Бросил беглый взгляд на дикого под ногами, который больше не двигался, и кинулся с когтями на Вадима. В этот момент я не давал себе возможности о чём-то думать – я просто действовал. Следующим же ударом снёс ему челюсть в сторону, отчего монстр истошно завопил, а затем я закончил наш бой когтями, впившимися в его сердце.

Мой бывший лучший друг рухнул обратно в шкаф, где тряпки, которые были для него подобием гнезда, смягчили падение. Но упал он уже почти мёртвым, так что толку от тканей не было.

Мой организм, а точнее, симбионт во мне питался его симбионтом, паразитирующем в теле человека, восстанавливая по ходу действия рваную рану на плече. Увы, он был несовершенен, поэтому до конца зарастить рану не получилось. Кровь остановилась, жжение и боль остались. Края чуть зарубцевались, оставляя на коже полноценный укус.

Но этого было всё же недостаточно, чтобы удовлетворить меня и симбионта. Я даже чувствовал от этой сущности внутри меня своего рода разочарование, что всё закончилось так быстро. В любом случае лучше чувствовать подобное, чем то, что я должен испытывать в такой ситуации на самом деле.

Горящие, оранжевые глаза начали гаснуть, вместе с тем как я отнял руку от места, где билось его сердце. Последний всхлип дикого, сопровождался его последним словом.

– Прости меня… – удивительно отчётливо произнёс Вадим, выдувая последний кислород из лёгких.

Я долго не мог прийти в себя. Сначала попытался унять внутреннюю утрату. В этом мне помог Кактус своими словами, точнее, он в достаточной степени меня разозлил, чтобы я не погружался в эту мрачную пучину прямо сейчас. Затем попытался понять, что за второй дикий прятался в шкафу, а уже после, пришло осознание положения, в котором я оказался.

От всего этого нужно избавиться. И чем быстрее, тем лучше. Наёмник же не должен оставлять после себя следов, верно?

– Верно-то верно, – прочёл мои мысли кот, сидя на подоконнике у единственного окна на первом этаже. – Только это тебя уже не спасёт. У нас гости.

Я вскочил с пола, сократил дистанцию от окна одним длинным шагом и замер, удивлённо пялясь в наступающие сумерки.

У забора и у калитки, ведущих на территорию дома, стояли люди. Много людей. Выискивали что-то своими фонарями…

– Твою же ж…