Текст книги "Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)"
Автор книги: Андрей Белянин
Соавторы: Галина Черная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 61 (всего у книги 151 страниц) [доступный отрывок для чтения: 61 страниц]
– Отлично, а теперь все отошли в сторону и объяснились. Кто вас послал?
– ПРО-ГРАМ-МА.
– Не надо тут в «Матрицу» играть, говорите прямо! – как можно громче и суровее рявкнула я, предупреждающе взмахнув бластером. Хорошо, не забыла его на корабле, а по примеру Лары Крофт пристегнула на специальном ремешке к бедру. При виде такой крутой девицы отдельные прервавшие «дело» роботы повернулись ко мне. Правда, вместо того чтобы покаяться, только недоуменно переглянулись. Остальные продолжали качать корабль, даже не обратив внимания на мои эскапады…
А вот командор обратил. Он покачал головой и вздохнул:
– Алина, я же просил тебя. Возвращайся на корабль.
– Ну вот еще, я тоже хочу посмотреть.
– Говорю вам, хватит! У меня морская болезнь началась. Я не выношу качки! – жаловался «Хекет» уже чуть не со слезами в голосе. – Достали, блин, братцы-железяки.
– Что за абордаж вы тут устроили? – возмущался Алекс, расталкивая «чайников». – В чем проблема? Да отвалите же от нашего корабля!
В этот момент из-за ближайшего валуна выкатилась необычная машина, открытый джип-внедорожник, но на гусеничном ходу. Из-за шума, поднятого роботами, никто из нас не услышал его приближения, хотя уж обычно чуткий к опасности Профессор был просто обязан навострить ушки. Но самое любопытное было то, что рядом с роботом, который сидел за рулем, автоматически выполняя всю черную работу, находился человек! Доехав до нас, он повелительным жестом заставил водителя остановить машину и с холодной усмешкой произнес:
– Никуда вы не полетите.
– А вы, собственно, кто такой? – после секундной заминки поинтересовалась я.
Человек вытащил стандартный пульт от телевизора, нажал кнопочку, и… «чайники»-сектанты дружно кинулись на нас! Началась свалка…
Скажу гордо: мы сражались с яростью боевых слонов Ганнибала! Бластеры применить было просто невозможно, порезали бы своих же, но не один робот в ту ночь летел к звездам, посланный крепкой рукой моего мужа, или словив пинка от меня лично, либо всласть расцарапанный нашим Стальным Когтем! Хотя славу мы снискали, но итог битвы тоже вряд ли мог у кого-то вызвать сомнение. Нас – трое героев, «чайников» – сотни, и все толкаются, есть еще вопросы?
Разумеется, в конце концов нас всех коварно одолели и обездвижили. Я не поняла даже сразу, как все тело вдруг пронзил удар тока, а в итоге я упала на спину и больше не могла пошевелить и мизинцем на ноге. Когда очнулась, рядом в том же состоянии, стройно вытянувшись и связанные скотчем, лежали в пыли и оба моих агента. Я попробовала взвыть от горя, но тут обнаружился еще более прискорбный факт – дара голоса мы тоже лишились. Как и свободы…
В следующий момент рядом с моим лицом протопали незнакомые антигравитационные сапоги. Ко мне наклонился их хозяин, вблизи он оказался высоким типом с плоским и равнодушным лицом.
– Не бойтесь, это стандартный «паралитик», он действует целенаправленно и поражает жизненно важные органы лишь на несколько секунд. Вот уж не думал, что мне лично придется иметь дело с суперагентами, на счету которых множество побед над самыми сильными монстрами в пределах стратосферы Земли, включая и параллельные миры. Сначала я даже хотел послать голограмму, чтобы не рисковать своим бесценным телом, а в особенности мозгом. И никто бы не понял, что это не сам профессор Заутберг стоит перед вами, а копия, с пяти сантиметров неотличимая от оригинала. Но теперь нисколько не жалею, что прибыл собственной персоной. Справиться с вами даже легче, чем с пьяными студентами философской кафедры Плутона…
Вот болтун. Не дай бог оказаться на его месте и много лет прожить в одиночестве, тоже всех доведу своим трепом! К тому же слушателей явно придется удерживать на месте силой… Кстати, и сам Заутберг слегка походил на робота в своем рельефном, переливающемся мерцающими бликами скафандре. Восходящие солнца так и играли на поролоновых вставках, призванных выгодно обозначать завидную мускулатуру. Прямо греческий Аполлон! Фрейд бы здорово призадумался над комплексами такого типажа…
– Думаю, вам интересно будет узнать правду о «местных жителях». Роботы-монахи прибыли на Аробику как на бесплодную планету, где они могли, никому не мешая, предаваться свой религии. Я не ищу популярности и мог бы годами не покидать свой бункер, но они начали слишком активное исследование недр. К тому же выбрали самый крайний вариант религиозного рвения – аскетическое монашество. То есть все попытки договориться по-хорошему были бы заведомо обречены на провал. Пришлось создать некий вирус, подчиняя себе эти сектантствующие железяки… Мой гений так велик, что я сам не могу предсказать последствий работы моего мозга! Так, часть роботов ударилась в еще более рьяное проповедничество, другая часть в торговлю, третья вообще объявила себя язычниками…
Я подумала, что граммом логики его действия все-таки были отмечены. Но о-о-очень малюсеньким… Ой, а губы пытаются шевелиться!
– Хм. Вижу, вы начинаете приходить в себя? Тогда коротко о главном. Я мог бы отсрочить ужасную правду, но не привык терять попусту время. Мне пришла в голову идея кое-чем вас инфицировать вот из этого шприца. Я назвал созданный мной вирус «фагос-гелос», что означает – Пожиратель Смеха. Принцип действия очень прост, попадая в организм не только через поверхность кожи, но и через органы дыхания, вирус мгновенно распространяется по всему телу, поражает мозг, вызывает сухость во рту и полную апатию к жизни. Вы оценили глубину и тонкость моего замысла?
Сухость во рту я чувствовала, апатию еще нет. Может, просто пыли наглоталась. А этот гад не блефует насчет вируса, кто знает, что стукнет в башку сумасшедшему ученому? В принципе проверить легко – если я все еще люблю Алекса, то… а я его люблю?!
– В общем, как в таких случаях принято говорить злодею моего уровня, вам посчастливилось первыми увидеть и испытать на себе мое новое гениальное изобретение! Это самое смертоносное, безотказное и массовое оружие, которое когда-либо изобреталось во Вселенной. Признаюсь, всю жизнь работая с роботами, я не сразу понял, что оружие не должно быть ядерным или бактериологическим. Все это быстро устаревает, к тому же традиционные пути не доставляют творческого удовлетворения, хочется создать что-то новое, свое. Вы сами распространите мой вирус на десятки, сотни планет самым естественным биологическим способом!
– Н-н… м-мы всем расс-кжем! – с трудом шевеля губами, пообещала я. Кажется, действительно отпускает, и пальцы вроде как чуть-чуть двигаются, но мы все равно связаны. Хотя можно сказать ему что-нибудь жутко обидное – и пусть ему тоже будет плохо! Как нам или даже хуже, у всех ученых крыс больное самолюбие… Вот придумаю и скажу. Только мне почему-то думать неохота…
– К тому времени как прибудете на место назначения, то не захотите ни с кем общаться, вас будут лечить от депрессии, но сами врачи мгновенно подхватят мой вирус. Куда уж там кому-то что-то рассказать, вы будете рыдать не переставая, вы не сможете внятно и двух слов выговорить, задыхаясь от тоски и безысходности бытия. И эта зараза быстро распространится повсюду – что может быть приятнее, чем наблюдать за мирами равнодушно хнычущих существ, результатом твоих трудов! А теперь мой робот перепрограммирует ваш корабль…
– «Хе-кет», не пдда-вайся, я приказываю тбе не поддавать-ся, т… длжен подчиняться тлько нам, – прохрипел Алекс, пытаясь встать на ноги, но его сторожили два робота, не давая подняться.
– Не уверен, что справлюсь, хозяин, – ответил бортовой компьютер через внешние динамики. В общем, как всегда, сдался заранее. Кто бы мог подумать, что межпланетный корабль может быть так неуверен в своих способностях?!
Спутанный Пушок вел себя как подобает умному заложнику – не брыкался, никого не оскорблял и терпеливо ожидал помощи извне. Но сама помощь извне не очень-то ожидалась…
– Я десять лет не видел ни одного человеческого лица, кроме как в телевизоре, – продолжал свою историю Заутберг, выглядел он уже совершенно психованным. – Для меня не проблема сделать антенну, которая ловила бы сигналы телевидения с ближайших планет, но почему-то ловятся самые худшие, непроходимо безынформативные. Впрочем, я искренне восхищался глубиной и поэтичностью ваших «Стекол», «Большой уборки» и любимого сериала всех ученых «Дом-один, два, три, четыре, пять…».
Ой-е… Теперь ясно, почему он окончательно сбрендил и ненавидит мир. Как потом оказалось, еще и жена сбежала с дрессировщиком тюленей из дельфинария, родственники достали, не желая делиться помидорами с общей дачи, потому что он их не сажал и не ездил полоть сорняки, вместо этого занимаясь сборкой роботов из выброшенных на свалку запчастей от старых «запорожцев». Избитая история всех сумасшедших гениев…
Я слушала вполуха, мыльные мелодрамы мне не очень нравятся. Алекс вообще не слушал, он усиленно пытался освободиться. Кот, самый внимательный из нас, подозрительно хмыкнул:
– Болтливые «демоны» на щитах – тоже часть программы?
– Конечно, это новейшие тиранусэритрии-один. А птиц, стальных колибри-пилолесок, если вам по-прежнему интересно, я создал как-то в мое очередное одинокое Рождество себе в подарок, а после разнообразил ими здешнюю фауну. По-моему, тут, кроме гигантского ежа, и нет больше животных.
– Значит, еж не ваша работа?
– Нет, самый что ни на есть живой, откуда взялся и чем питается, даже я не понял, хотя прожил здесь десять лет. Собирался одно время сделать ему электронные мозги, но… с роботами как-то проще. Вы видите сами, что, несмотря на всю их религиозность, я в любой момент могу заставить это железо исполнять только мою волю! – Он властно кивнул на выстроившихся сбоку, как будто в ожидании приказа «чайников».
– Нет, не можешь! – неожиданно подал уверенный голос не кто иной, как брат Эльгар. – Я сам распоряжаюсь своей судьбой и буду протестовать против такого насилия над моими братьями по вере!
– Что за глупости? Кто позволил тебе покидать обжитое место, где вам всем полагается сидеть?! Приказываю тебе сейчас же отправляться в свой монастырь, иначе я пожалуюсь отцу-настоятелю – и все твои программы утилизируют.
– Нет, я не уйду! Стив, ты открыл братьям-холмогорианцам свое сердце и научил меня делать розы из космического лома. Возьми же мое сердце в знак моей вечной благодарности. Я верю, что веление сердца робота важнее того, что заложено в него программой!
С этими словами монашек порывисто открыл заслонку на груди, вытащил оттуда какую-то штуковину и протянул Стиву, который все это время стоял в стороне и его, связанного и унылого, держали под ручки два робота. В тот же момент по знаку Заутберга роботы-чайникопоклонники кинулись на Эльгара.
– Я не забуду тебя, брат Стив! – закричал он.
Маленькому, отважному холмогорянину заломили руки, повалили на землю, он еще долго продолжал грозиться, что покажет угнетателям роботов, но его куда-то уволокли, и он смолк на полуфразе. Наверное, кончилось питание…
– Отнести их на корабль! И не забудьте биоробота, я уже вынул из него то, что мне нужно, – приказал злобный ученый и уже в капитанской рубке, куда нас волоком затащили, отбив все почки об особенности местного ландшафта, продолжил: – А чтобы вы не вздумали отсидеться внутри, законсервировавшись, из глупого благородства, кораблю приказано по прибытии на место сразу же вас катапультировать! Эта жалкая посудина не смогла долго противиться моему гению.
– Вот смотри, смотри, агент 013, как нелицеприятно хвастовство выглядит со стороны, – наставительно заметила я котику, кривясь от боли, слова уже давались легче, но спина ныла во всех местах.
– Ты что, Алиночка, сравниваешь меня с ним?! – оскорбленно воскликнул Пушок, уставившись на меня круглыми, странно заблестевшими глазами. В них было что-то такое, чего я не видела раньше.
– А разве непохоже? «Я ведь гений! Я мозг команды!» – напыщенно изобразила я. Говорить было уже совсем легко, однако по-прежнему я не могла толком пошевелиться. Кот уставился в землю. – По-моему, сходство налицо. Может, вы вместе учились?
Но шутка не удалась, у кота по щекам вдруг покатились слезы, и он зарыдал. Никогда еще я не видела нашего Профессора в таком состоянии! Мои слова были слишком большим ударом при его нынешнем настроении, – видимо, вирус уже начал действовать…
– А противоядие вы не забыли создать? – с состраданием глядя на напарника, рыкнул командор.
– Антивирус, конечно, есть, да не про вашу честь, – злобно хихикнул Заутберг. – Ну что ж, пора прощаться, суперагенты… Теперь можете лететь, но выдержите ли вы долго, вот в чем вопрос! Животное оказалось слишком подвержено «фагос-гелосу», вы лишитесь одного из своих товарищей еще в полете. Но остальным желательно продержаться, дабы успеть перед кончиной инфицировать как можно больше существ на Эраспирусе. А уж оттуда эти создания разнесут заразу по своим планетам, по десяткам, сотням систем! Общее завоевание галактики, по моим расчетам, должно произойти меньше чем за неделю. Вирус распространяется быстро, и против него нет защиты. Что-то настроение испортилось… ох, тяжело, зачем мне эти усилия?! Затем, что в конце концов все умрут! Странно, меня это больше не радует. Неужели протечка в респираторе?
Тот самый робот-водитель, с которым Заутберг прикатил на машине, завис над панелью управления кораблем.
– Эй, не трогай эти рычаги, иначе я за себя не отвечаю! Тебе не поздоровится! Стой, говорю… Ах так! Ну теперь не говори, что я тебя не предупреждал, приятель! – бодрясь, грозился «Хекет», хотя на деле был абсолютно бессилен помешать поменять свою программу.
Бедные машины! Люди создают их, не спрашивая, хотят ли они всю жизнь позволять творить с собой какому-то чужеродному существу все, что тому будет угодно. Робот Заутберга, не слушая или не слыша, продолжал уверенно нажимать на кнопки. Закончив, он повернулся к хозяину:
– Задача выполнена, сэр.
– Он еще заставляет их называть себя сэром?! – дрожащим голосом возмутилась я. – Сколько же унижений приходится выносить бедным роботам… Все, для меня это было последней каплей, уж я до него доберусь! Я ему за все…
– Деточка, очнись, это же машины, у кого нет чувств, того нельзя унизить, – не прерывая скорбных слез, напомнил образованный агент Мурзик. Сумасшедший ученый меж тем развернулся на выход. Он и впрямь намерен сделать это?!
– Эй, вы! А может, все-таки не надо? – униженно взмолилась я, чувствуя, как горло перехватывает от слез. – Зачем губить всех живых существ, может, вам стоит ограничиться продажными политиками?! Ну пожалуйста, прошу вас!
– Глупости, я что, зря создавал такой редкий вирус?! – с сердитым удивлением проворчал Заутберг и спокойненько сошел с корабля. За ним последовал и его робот, на всякий случай прикрывая тыл хозяина, хоть мы и лежали по-прежнему обмотанные скотчем, как младенцы в пеленках. Потом поднялся трап, загудели приборы, разогревая двигатели, и через несколько секунд был объявлен взлет…
– Зачем ему было раскрывать себя? Ну послал бы какого-нибудь робота с пульверизатором, приказав попрыскать в самых людных местах, мы бы тогда и не поняли сразу, что заразились, проблем было бы меньше. О том, что он берет всю вину на себя, объявил бы позже, послав на Эраспирус телеграмму: «Я (зпт) доктор Заутберг (зпт) создал вирус (зпт) который вас убивает (зпт) (откр кав) фагос гелос (закр кав) (тчк) Пожиратель Смеха в переводе (тчк) Если вы уже придумали ему другое название (зпт) я подам на вас в суд (тчк)».
– Алина, как ты выговариваешь такие длинные предложения? – на секунду перестал рыдать кот.
– Случайность, – подумав, решила я. – И все-таки зачем?
– Да просто из банального сволочизма, – устало выдохнул мой муж. – Мы ведь спецагенты, вечные борцы со злом, то есть с такими, как он. Любому злодею приятно сделать именно из нас оружие своей мести всему человечеству.
– Какой мерзавец, – тихо всхлипнула я.
– А куда направляемся? – вдруг невинно поинтересовался Стив. Боже мой, да мы про него уже практически и забыли. Хотя… именно из-за дурацкой ревности одного присутствующего здесь биоробота и началось… начнется, скоро… Всплакнуть, что ль?
– Как это – куда? – уныло простонал Профессор. – На Эраспирус, заражать тамошний народ депрессией. Только слепой не видит моих горьких слез.
– Я знаю, как вам помочь, – неожиданно изрек Стив. – Я призову силы смеха.
Алекс посмотрел на него и тоже разрыдался. Я подкатилась к нему поближе, сунула нос ему под мышку, утешая и плача с ним вместе. Вирус добрался до всех…
Тем временем этот самоотверженный, но «бессердечный» тип приступил к борьбе с нашей депрессией. Сначала – целый час! – рассказывая плоские анекдоты из жизни программистов. Его истории меня и на Базе в здоровом состоянии никогда не вдохновляли, а сейчас заставили плакать вдвойне.
Следующим этапом был показ «забавных» фокусов, при этом биоробот не переставая кривлялся, корчил рожи, строил из себя дурака и разыгрывал перед нами разные сценки в лицах. Например, как будто разговаривая с бортовым компьютером, вдруг споткнулся и ушиб пятку, смешно подпрыгивая на одной ножке.
Потом он все-таки додумался нас развязать и продолжил ломать комедию. Юмор туповатый, но парень старался изо всех сил. И это робот без сердца?! Какой же он все-таки добрый, наш славный Стив…
– Слушай, ты уверен, что у тебя вынули сердце? – отдышавшись от слез, спросил командор, пытаясь выдавить улыбку.
– Да, – уверенно кивнул Стив, – правда, я был без сознания, но у меня возникли подозрения, я поделился ими с агентом 013, и он проверил.
– Не доверяй ему, он в робототехнике ни в зуб ногой! – тихо шепнула я.
– Не думай, что я не слышу, деточка, – грозно отозвался Пушок из-под кресла, которое обнимал за ножку, жалуясь ей же на жизнь.
– Не сомневайся, Алина, сердца у него нет, – подтвердил мой муж, ну ему-то я верю во всем. – Что тут смешного? Эй, да ты же улыбаешься?!
– Минуточку, что значит – я улыбаюсь? Правда?!
Получается, что я каким-то образом не заразилась, а рыдала, исключительно поддавшись общей атмосфере, созданной котом и Алексом.
– Значит, не все люди подвержены этому вирусу?! Ура! Мир спасен! Такие уникумы, как я, не заболевшие, удержат остальных от безумия! – Воодушевленно воскликнув, я вскочила на ноги. Но кот мрачно покачал головой:
– Вынужден разочаровать тебя, деточка. Причина в особенностях твоей крови. У тебя есть антитела, появившиеся в результате укуса Лощеной Спины, твоя кровь модифицирована. Да, ты особенная. Но все остальные твари божьи, к сожалению, по-прежнему в опасности, если их не кусал когда-нибудь этот монстр, что маловероятно.
К сожалению, шутки Стива не принесли ощутимого результата, а у кота даже вызвали новый приступ депрессии. Начитанный Профессор был любителем тонкого интеллектуального юмора, а все шутки нашего друга биоробота сводились к «внезапным» падениям и потираниям «ушибленной» попы. Я уже отчаялась чем-то помочь, как вдруг что-то неуловимо изменилось…
Смену настроения Алекса я почувствовала. Наш Пушок незаметно стал недоволен жизнью в своей обычной дозе, хотя только мы с Алексом знали, что он практически счастлив. Слезы высохли, усы расправились, хвост задрался трубой, а ныть наш умник будет при любом стечении обстоятельств. Он же всегда ворчит, если только не занят бахвальством или перевоспитанием меня.
Но как и когда это произошло? Временное облегчение, пока отравляющее вещество в полную силу не атаковало организм? От этих мыслей меня отвлек странный запах, напоминающий… ой, мама!
– Чем это пахнет? – Я зажала пальцами нос.
– И, кстати, уже некоторое время. Я деликатно не стал акцентировать на этом внимание окружающих, подумав, что это кто-то из вас, – нахально отметил хвостатый эстет.
– Фу! – Озираясь, я обратила внимание на командора, уставившегося в другую сторону. Неужели это он?! – Милый, ты не…
– Смотрите, наше растение расцвело, – обернувшись, улыбнулся Алекс.
И действительно, что-то больше похожее на снежинку, чем на цветок, распустилось на тоненьких стебельках растения без названия, трогательно тянущегося к лампе дневного освещения на стене под потолком.
– Это же запах счастья, делающий людей довольными жизнью, даже если утренний кофе показался им невкусным! По действию вроде веселящего газа. Как я не понял раньше, что цветок на космическом корабле находится не только с целью испытания, годится ли он для разведения в космосе! – возбужденно орал кот, подскакивая на месте от переполнявших его эмоций.
– Это запах счастья?! Не делайте из меня дуру…
– Что сделано не нами, нам не исправить, – тонко поддел агент 013, продолжая свои безумства. – Согласись, нет смысла сажать растения на планете, непригодной для жизни человека, а на близком по составу земном грунте и в кислородной атмосфере они и так вырастут. На самом деле гоблины поместили сюда цветок с определенной и гораздо более умной целью: чтобы он помогал пилотам сохранять хорошее настроение! Вынужденным длительное время находиться в замкнутом пространстве людям недолго затосковать и без депрессивного газа, а этот цветочек разряжает атмосферу, успокаивает нервы – в общем, оберегает от раздражительности и не дает сойти с ума от безделья при полной автоматизации современных космолетов!
– Почему же ты раньше не выделил этот запах? – спросил Алекс у растения.
– Ядолженбылсозретьирасцвесть, – прозвучало у меня в голове, обиженное растение вздернуло листочки и попыталось отвернуться, но помешали корни.
– У нас в туалете есть освежитель воздуха? – брякнула я. Мой муж укоризненно покачал головой, типа надо щадить чувства ребенка, выпустившего первый бутон…
– У меня тоже хорошие новости, – вдруг прокашлялся в динамиках суховатый голос «Хекет». – Я усилием воли стер новую программу, заложенную в меня злодеем. Он не служит на Базе, а я закодирован нейтрализовывать последствия вторжения чужаков. Осторожно, астероиды. Кому я говорю, астерои… ой, блин! Больно-то как, прямо в бок…
Это здорово! Не астероиды, конечно, – мы все опять похватались кто за что успел. Кот, например, как всегда, за мою ногу, по-моему, он к ней привязался, как я к его хвосту. Ремни безопасности вовремя закрепили лишь Стив и командор, вот что значит не первый раз в космосе…
– Пояс астероидов пройден, – вскоре с гордостью возвестил корабль.
– Тогда курс обратно на Аробику! Надо разобраться со злодеем и выручить Эльгара, он вел себя так самоотверженно и благородно, – посовещавшись, приказали мы.
Бортовой компьютер выругался с использованием чисто технических терминов по поводу того, что через пояс астероидов теперь придется пилить вторично. Но это не самое главное. Как только мы развернулись на прежний курс, наши приключения вошли в новую фазу. Едва мы успели поздравить друг друга с чудесным избавлением от противного вируса, как сразу же во что-то влипли… или, правильнее сказать, вписались!
Раздался жуткий грохот, и мы все подпрыгнули, стукнувшись головами, и прилипли к потолку. Никогда тут не была, надо же, сколько свободного места…
– Эй, что с гравитацией? – потребовал объяснений Алекс.
– Произошло столкновение. Сейчас все включу, – после секундной заминки отозвался бортовой компьютер. Действительно, через мгновение давление пришло в норму, и все плюхнулись на пол, только кот приземлился на лапы. Эх, бутерброд с маслом бы ему на спину, посмотреть, как он упадет!
– Это дикие роботы-язычники. Они вскрыли шлюзовой отсек и вломились на корабль, – сообщил бортовой компьютер.
– Я бы назвала их анархистами без политической программы, – проворчала я, осматриваясь в поисках чего-нибудь тяжелого. – Чем будем отбиваться, бластерами внутри корабля не настреляешься…
– Приветики! Не ожидали?! – ехидно вопросила знакомая голова «демона», на щите первого ворвавшегося к нам робота. За ним ввалились еще с десяток, все вооруженные кривыми мечами. Дерутся они, конечно, хуже младенца с погремушкой, но поцарапать в толчее могут запросто…
– Я все устранил, задраил шлюзы аварийной дверью, – по-военному кратко доложил «Хекет». – Имею возможность, а главное – желание обстрелять состыковавшийся с нами корабль лучевой пушкой.
– Ой, если только тебе не очень трудно, – успела вежливо попросить я, как голова вновь начала орать на всю рубку:
– Вот мы и встретились, человеки! Нам приказано было караулить на орбите, вдруг что-то пойдет не по плану. И вдруг ваш корабль меняет курс, это был знак, что пора действовать. Наконец-то мы можем вас просто убить!
Один плюс – на этот раз они принялись за дело без лишних слов. Да и наши тоже были рады разминке. Я же практически и не повоевала, так, поставила пару подножек, а все сражение просидела в кресле, величественная, словно римская императрица.
Стив бился с пугающим равнодушием самого безжалостного робота во Вселенной. Он буквально отрывал головы диким язычникам и пытался вскрыть их тела здесь же на предмет поиска собственного сердца. Я еще подумала, что после этого не смогу находиться с ним на одном корабле, вдруг он захочет посмотреть, как устроено мое сердечко…
Командор размахивал налево-направо вывернутым креслом второго пилота и был прекрасен, как бог войны Марс! Лицо раскраснелось, глаза горят, движения размашистые и героические…
Кот… он орал! Нудно и не переставая. На разные лады, но на одну тему, зажмурив глаза и прикрыв голову лапками. Дело в том, что Профессор не успел вылезти из-под ремней безопасности кресла второго пилота, которым Алекс как раз и крушил врага…
Таким образом, минут за десять – пятнадцать, доставив немалый ущерб нашему кораблю, наши же победили! Практически всех роботов удалось (кого чем) отключить, а двое оставшихся в конце концов взмолились о пощаде. Речь, разумеется, о говорящих физиях на щитах – не очень умное изобретение, как мне кажется… Ну вот потерял робот щит, и что? И он немое, беспомощное существо, а «демон» валяется у кого-то под ногами, визгливо ругаясь, когда ему наступают на ухо…
– Где сердце Стива?! – грозно спросил Алекс, держа меч под носом говорящей головы.
– Не у нас, – хрипло проворчала она. – У Заутберга, он хотел использовать его в каких-то опытах.
– Вы нам противны, уйдите с нашего корабля, – деликатно потребовала я, – здесь от тесноты черт ногу сломит. В спину бить не будем, слишком торопимся по важным делам.
– Тогда вам придется сначала найти нам убежище, на Аробику нам нельзя, шеф нас сразу отключит, – нагло заявил поверженный Главарь шайки.
Как будто нас их проблемы должны волновать?! Хотя если по сути, то ведь бедняги просто рабы этого сумасшедшего ученого. Их тоже можно как-то понять, посочувствовать.
Я уже хотела было поделиться на эту тему с любимым мужем, но Алекс и так угадал все с полувзгляда:
– Можете обратиться в организацию по защите прав роботов. Мы подпишем заявление, что вы сдались добровольно и полны раскаяния. А нам пора назад, на Аробику, мы еще не закончили наш разговор с Заутбергом.
– Ох, неужели нельзя было сразу решить там все дела?! А теперь мне опять идти через астероиды, – сердито заканючил корабль. Роботы-язычники согласились полежать в грузовом отсеке. Собственно, выбора-то у них не было, разве что патриотический выход в открытый космос и вечное болтание межзвездной пыли.
– Ничего, опыт у тебя уже есть, – сухо успокоил кот, недолюбливающий «Хекет». Никому не позволено демонстрировать свои капризы в присутствии Профессора.
– Конечно, не вам корябают бока! А вы, между прочим, знаете, сколько стоит такая краска, как у меня на обшивке? А вы сами с вашими дружками сколько намусорили изнутри, только посмотрите! Вот в следующий раз я катапультирую вас в космос, там и деритесь подальше от приборов моей жизнедеятельности.
– Ах ты бестолковая железная посудина с электронным мозгом-чипом в рыбью чешуйку величиной! – взвыл легковоспламеняющийся Пусик. – Да я сейчас возьму паяльник и сам тебе такого в микросхемах наваяю, что ты у меня до самой Базы не забудешь, как…
Я едва успела поймать его поперек пуза и унести в спальный отсек отпаивать валерьянкой. Нет, его нервы надо серьезно лечить. Поговорить, что ли, с Бэсом по поводу этой египетской кошечки, может, там еще не поздно что-нибудь подправить?
– Приготовиться к посадке, – скомандовал командор. К этому моменту мы уже прошли сквозь атмосферу и летели в установленный квадрат. Мы быстро вернулись в кресла, пристегнувшись чем бог послал.
– Мое сердце нужно было ему для очередного чудовищного эксперимента. И сейчас оно должно быть с ним, – ровным, бесцветным голосом сказал Стив. Его мало кто слушал, но он вполне довольствовался и собственным обществом. Далее произошло нечто непонятное…
Наш самостоятельный космический корабль резко изменил курс буквально над считаными метрами от поверхности планеты!
– Эй, эй, что происходит? Куда тебя несет, кастрюля психованная?! Алина, а ты-то что молчишь? – праведно возопил котик, почему-то тряся за ворот меня. Я, что ли, виновата, меня саму не предупредили…
Алекс тоже недоуменно уставился в иллюминатор, мы стремительно летели над самой землей, хотя до этого «Хекет» приземлялся вертикально.
– Догоняю кое-кого, – хмуро и сосредоточенно отозвался бортовой компьютер, не дожидаясь повторения наших вопросов.
– А вот мы явно не догоняем… Любимый, куда мы скачем?!
Мой муж наконец что-то там разглядел и довольно усмехнулся:
– Отлично, «Хекет»! Хвалю за смелую операцию.
– Да объяснитесь же!!!
– Я взял на себя смелость проявить инициативу и избавить Аробику от скопившегося на ней мусора. Перехват прошел удачно, образно говоря, «кролик не успел нырнуть в норку». Прошу всех на выход…
Корабль встал так резко, что мы едва не упали. Командор спрыгнул с трапа первым и, заглянув под днище «Хекет», позвал нас всех полюбоваться.
– Вашему вниманию представляется профессор Заутберг!
– Вэк… – одновременно ответили мы с котиком.
Злобный ученый действительно лежал под кораблем в куче мусоре, вперемешку с щебнем, галькой, помятым водителем-роботом и одной дверцей от машины. Видимо, несчастного здорово прокатило по камням, он до сих пор не пришел в себя. Вообще-то все честно, словил по заслугам. Конечно, после всего, что он с ним сделал, «Хекет» просто не мог оставить Заутберга безнаказанным. Заметив при посадке, догнал его транспорт на пути в бункер и завалил воздушной волной из дюз…
– Вообще-то я пытался взять их живыми, – несколько сконфуженно пояснил наш бортовой компьютер. Ну машина восстановлению вряд ли подлежит, у водителя тоже срок гарантии вышел, а ученый вроде бы зашевелился…
– В следующий раз используй лассо или бей их по голове подушкой, – пустился поучать агент 013, едва не лопаясь от зависти. Еще бы, медаль за поимку особо опасного преступника теперь приварят на борт корабля.
