Текст книги "Б.А.Г. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Андрей Ефремов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 6
Дуэль

Проснулся я на удивление отдохнувшим. Четырёх часов сна вполне достаточно, чтобы печать произвела необходимые модификации с тканями организма. Изменения в себе я заметил сразу, аж дышать легче стало. Простенький комплекс упражнений быстро подтвердил очевидное. Скорость движений значительно возросла, зрение улучшилось, я без особого напряжения сил смог выполнить несколько простых приёмов и удовлетворённо кивнул. Вот теперь можно спокойно выходить на бой.

Быстренько ополоснувшись в навороченной душевой кабине, натянул чистый, ввиду его неиспользования, тренировочный костюм, засунул в карман смартфон, взял ключи и отправился на стадион. Как раз успею дойти неспешным шагом. А уже после боя можно будет и пообедать, всё равно завтрак уже давно закончился.

– Привет, Андрей, – улыбнулась Мила, которая дожидалась меня у выхода из дома. – Не против, если я составлю тебе компанию?

– Привет, – ответил ей такой же тёплой улыбкой я. – Кто же откажется провести время в компании настолько очаровательной девушки? Как спалось?

Мы пошли по чистой дорожке, вымощенной серыми кирпичиками, которая тянулась от дома к главному студенческому проспекту, где в разгар учебного дня было полно народу. Студенты перемещались по городку на электросамокатах, моноколёсах или же пешком. Автомобильным транспортом пользоваться на территории было запрещено. Краем глаза заметил немного в стороне Валю, на лице которой читалось неодобрение выбора компании своей хозяйки. Расстройство пищеварения на неё, что ли, наслать, чтобы не мешала? Ладно, повременю пока, всё же она просто делает свою работу.

– Плохо, – призналась Милана. – Всё думала о сегодняшнем дне.

– Неужели тебя так страшит свидание со мной? – наигранно удивился я.

– Дурак, – хихикнула девушка. – Я за тебя переживаю. Убить на дуэли нельзя, я знаю, но без серьёзной травмы редко когда обходится. Не люблю необоснованное насилие.

– Ладно, так уж и быть, не буду долго мучить Вольского и закончу всё быстро, – сделав расстроенную физиономию, проговорил я. – Но только ради тебя. Я намеревался сегодня преподать ему урок хороших манер.

– А ведь ты не шутишь, – поняла Мила. – Ты ведь действительно уверен в своих силах. Не понимаю, как человек может так кардинально измениться всего за один день.

– Ну, мне вчера действительно сильно прилетело по голове, – улыбнулся я. – Возможно, там, – я постучал по черепушке, – всё же что-то да сломалось.

– И разговариваешь ты странно, – не отреагировав на мою шутку, продолжила задумчивым тоном Мила. – Не как аристократ.

– А всё потому, что я пришелец из другого мира, – тоже очень серьёзным голосом проговорил я. – Меня отправили на Землю, чтобы спасти людей от страшной участи.

– Да ну тебя, – всё же рассмеялась Мила. – Ты хоть минуту можешь вести себя серьёзно?

– А зачем? – хитро посмотрел на девушку я. – Так жить становится скучно. Я и так слишком долго сдерживал своё дикое обаяние и притворялся тихоней, вот теперь навёрстываю упущенное.

– Я смотрю, ты надел перстень главы рода, – нахмурилась Мила. – Ты, несомненно, в курсе, что каждый перстень главы рода аристократа, начиная с графов и выше, является мощным артефактом. Это дар от императора главе рода, в знак признания его заслуг перед троном. Теперь император знает, что ты взял на себя все обязательства, и если вчера ещё оставался призрачный шанс, что Успенские оставят тебя в покое, то сейчас обратной дороги у тебя уже нет.

– Чужого мне не надо, но своего не отдам ни одному упырю, – спокойно ответил я девушке. – Пока мне не стукнет восемнадцать, согласно закону никто не имеет права отобрать принадлежащее мне по праву рождения, даже император. Успенский может разорить мои земли, но присвоить их себе – нет. У меня ещё куча времени, чтобы заработать денег на очередной платёж имперскому банку.

– Куча? – всплеснула руками Мила. – Да тебе исполнится восемнадцать меньше чем через год. Андрей, это нереально, я примерно представляю, о какой сумме может идти речь.

– Повторюсь, это мои проблемы, с которыми я разберусь сам, – безапелляционно заявил я. – Можно мне полюбопытствовать? А почему, собственно, тебя так волнует моё будущее? За предыдущие пять лет мы общались не слишком активно. Так с чего вдруг такая забота? Захотелось защитить сирого и убогого? Взять под своё крыло? Хочу тебя заверить, в этом нет необходимости, я могу постоять за себя и за честь рода. Сегодня ты убедишься в этом, – ну да, грубовато получилось, но я привык говорить прямо, без заискиваний и завуалированных вопросов.

– Дурак ты, Белов, – явно обиделась Мила, затем резко ускорилась, и я остался в одиночестве.

Может, и дурак, мысленно пожал плечами я. Но для тебя же будет лучше держаться от меня подальше, а то вон я уже столько подозрительных взглядов прохожих приметил, что скоро могут поползти ненужные слухи. Одному на данном этапе моего становления в этом мире будет легче. Никто не сможет надавить на меня через угрозу дорогим сердцу людям и заставить сделать что-то против воли. На данном этапе не факт, что я смогу защитить и себя, а уж о других и говорить нечего, так что лучше не сближаться ни с кем слишком сильно.

На стадион я прибыл за десять минут до начала дуэли. Уже на подходе вчерашнее предположение Миланы об аншлаге подтвердилось. Народу было столько, что казалось, сюда припёрлись абсолютно все студенты, причём вместе с преподавателями, и это в разгар учебного дня. Мда, может, не надо было привлекать к себе столько внимания? Ладно, что уж теперь об этом думать. Да и вряд ли бы я поступил иначе, репутация в этом мире очень многое значит, и мне следует вплотную заняться воскрешением из мёртвых моей собственной, а потом и родовую честь подниму.

Чтобы не дай боги дуэлянты случайно не прирезали друг друга, перед началом боя на каждого накладывается специально разработанное заклинание из школы магии воздуха. Это заклинание не только защищает дуэлянтов от проникающих ранений, но и подсвечивает для судей участки, в которые был нанесён удар. Причём у заклинания есть цветовая индикация повреждений в зависимости от степени тяжести для здоровья. Зелёный – царапина, жёлтый – глубокая рана, красный – летальное повреждение, которое автоматически завершает дуэль.

Барон Вольский уже был на месте. В поле зрения злобно сверкал глазами Старский, окружённый своей шайкой. Царапин на лицах парней и девушки уже не было, видать, их подлечили, ну да ещё не вечер, если продолжат ко мне лезть, летучие мышки покажутся детской забавой.

– Приветствую вас, граф Белов, – проговорил магистр воздуха и по совместительству декан факультета воздушников виконт Добросельский Валерий Юрьевич. – Сохраняйте неподвижность, я наложу на вас дуэльное заклинание.

– И вам доброго дня, уважаемый Валерий Юрьевич, – вежливо ответил я.

– Я тебя уничтожу… – начал было Вольский, но преподаватель остановил его властным жестом.

– Бахвальство оставьте при себе, барон, – жёстко осадил его магистр. – Вот как завершится дуэль, так и будете красоваться перед публикой, ну либо краснеть, – еле заметно улыбнулся преподаватель.

Вольский скривил лицо в презрительной усмешке, но возразить не посмел. Он отошёл в сторонку, поближе к своей компании, и начал тихо перешёптываться со Старским, в то время как Добросельский приступил к работе. Из чистого любопытства переключился на магическое зрение и наблюдал за филигранным построением магической формулы в исполнении магистра. Какая-то минута – и сложнейший пространственный узор был готов, затем Валерий Юрьевич напитал его своей энергией, и в сантиметре над моей кожей и одеждой появился тоненький слой уплотнённого воздуха, который в точности повторял все изгибы тела и нисколько не стеснял движения.

– Дуэлянты, выбирайте оружие, – скомандовал Добросельский.

Схватив первый попавшийся меч, краешком сознания отметив, что лезвие не заточено, я направился в центр стадиона. По трибунам прокатился гул, кто-то начал издевательски свистеть, но мне было плевать. Подобное отношение могло бы вывести из равновесия какого-нибудь желторотого юнца, но я баг, что прожил тысячи жизней, так что эти насмешки для меня не больше чем обычный фон.

Зато немного поиграть с чувством собственного величия Вольского можно, поэтому, сделав неловкое движение, как бы случайно выронил меч из руки, а потом максимально неуклюже его поднял и под раздающиеся с трибун смешки возобновил движение к центру стадиона, где три младших преподавателя, среди которых была и Вероника Павловна, заняли позиции, чтобы в случае возникновения проблем сразу прийти на помощь. Как же, не дай бог высокородная деточка поранит пальчик и нажалуется папочке. Ну ничего, вы пришли посмотреть шоу, я вам его устрою.

Вольский выбирал оружие тщательно. Несколько предоставленных на выбор мечей он забраковал, удовлетворившись только пятым по счёту. Самодовольно улыбаясь, вразвалочку, парень направился к центру стадиона. Зрителям мой противник импонирует гораздо больше, по крайней мере одобрительные возгласы раздаются довольно часто. Вольский поднимает руку с мечом вверх, на манер гладиатора приветствуя толпу. Ну прям как ребёнок, ё-моё.

Я же осторожно тянусь к источнику и начинаю ускорять ток собственной крови. За считанные мгновенья каждая мышца, каждая ткань моего организма насыщается кислородом и ядрёным боевым коктейлем гормонов моего собственного изобретения. Я буквально ощущаю, как обостряются все чувства, голова проясняется, а тело переполняет энергия. Читерство? Вольский будет биться честно, а я воспользуюсь магией для собственного усиления? Ну да, я же баг. Играл бы я по правилам, давно бы отловили и стёрли.

Моё тело буквально гудело и требовало начать действовать, а этот павлин всё никак не мог занять позицию напротив. Но вот он встал в боевую стойку, и Добровольский, наконец, спросил:

– Дуэлянты готовы?

Два синхронных кивка, затем звук гонга, понеслось. Вольский срывается с места, на его губах улыбка от уха до уха. Он рассчитывает немного поиграть на публику, покуражиться, я чувствую это в его крови. Ну что же, сегодня я опущу тебя с небес на землю.

Отвожу довольно приличный выпад противника мечом, подныриваю под его рукой, резко ускоряюсь и со всей дури отвешиваю пендюль по подставленному заду. Можно было сразу закончить дуэль ударом меча в шею, но так слишком скучно.

От полученного удара Вольский пробежал несколько метров вперёд и невольно схватился за пострадавшее место свободной рукой. Это движение вызвало смех зрителей, а на лице противника появился звериный оскал. Ему больше не было смешно.

Вольский бездумно ринулся в бой, в его крови сжигался адреналин, но это гормон страха, он лишает контроля, я для своего коктейля использую норадреналин, он сохраняет ясность ума. Удары посыпались на меня с приличной скоростью. Надо отдать должное наставникам парня – для своих лет он дерётся вполне себе неплохо, но до умений великого мастера, коим являюсь я, ему ой как далеко.

Чтобы отразить его бесхитростные удары, мне даже не надо было двигаться. Я стоял на одном месте и откровенно скучал. Разве что рука с мечом выписывала в воздухе сложнейшие пируэты. Я мог бы достать его уже десяток раз, но надо показать моим врагам раз и навсегда – с Андреем Беловым лучше не связываться, себе дороже.

Когда Вольский привык, что я остаюсь недвижим, после очередного парирования срываюсь с места и наношу мощный удар левым кулаком в челюсть противника. Силёнок сломать кости у меня пока маловато, да и защитное заклинание действует, но удар получился весьма болезненным. Вольский ощутимо дёрнулся и отошёл от меня на пару шагов. Можно было бы закончить дуэль, он явно поплыл, но пока рано. Вместо этого я улыбнулся и поманил его пальцем, мол давай, нападай, ты же этого хотел.

Барон тряхнул головой и начал действовать более осторожно, а в его глазах появилась неуверенность. Через пять минут, когда Вольский уже весь покрылся потом, а я так и не сошел с места, пару раз демонстративно зевнув, с трибун послышался свист и улюлюканье в адрес моего противника, что выбило его из равновесия. Он раскрылся и получил сокрушительный пинок в грудную клетку, отчего отлетел на целый метр и потом повалился на колени, хватая ртом воздух. Защита защитой, но, когда пробиваешь солнечное сплетение, мало не покажется. Резко ускорившись, я зашёл обескураженному противнику за спину, приставил к его шее меч и сделал резкое движение.

Если бы не защита, горло врага было бы перерезано, а кровь заливала бы траву стадиона, но мы находимся не в жестоком реальном мире, а в уютном и безопасном мирке императорской академии, так что в районе раны лишь появилась алая полоса, ознаменовавшая мою победу.

– Дуэль завершена победой графа Белова, – прогрохотал голос Добровольского в полной тишине.

Усилием воли нейтрализовал действие боевого коктейля и спокойно направился в сторону стойки с оружием, чтобы сдать свой меч. Раздался одинокий хлопок в ладоши, затем ещё один, и вот через несколько секунд мне рукоплескал весь стадион. Ну прям как дети, ей-богу. Хотя они и есть дети. Не понимаю, почему это заведение называется академией, а не школой. Что для меня их жалкие шестнадцать или семнадцать лет жизни, всего лишь мгновение. Ладно, лирика всё это да брюзжание старого бага, надо бы пойти поесть, а то после такого гормонального взрыва есть хочется очень сильно. Да и в туалет забежать не помешает, нейтрализация активных агентов в крови резко ускоряет обменные процессы и выводит их из организма естественным путём.

– Хороший бой, Белов, – шепнул мне мастер клинка, барон Вяземский, что преподаёт искусство боя у младших курсов. – И почему я не видел тебя на своих занятиях?

– А зачем, – пожал плечами я. – Без обид, Всеволод Борисович, но в академии для меня нет достойных противников.

Ну да, прозвучало нагловато, причём я специально использовал двоякую для толкования формулировку. Вяземский, скорее всего, подумал, что я имел в виду студентов, но ему и в голову не пришло, что на самом деле я говорил о любом человеке, что находится в академии, включая преподавателей. Нет, я не гарантирую, что на данный момент смогу побить того же Вяземского, всё же от физической формы в этом деле очень многое зависит, но уже через годик, я думаю, в этом мире никто не сможет победить меня на дуэли, а с учётом наличия в этом мире системных монстров, скорее всего, я наберу нужную форму гораздо быстрее.

Всеволод Борисович многозначительно хмыкнул, но не стал комментировать мои слова. На столе звякнул мой старенький смартфон. Глянув на сообщение, я довольно улыбнулся. Пришёл перевод от Сергея. Ого, похоже, я ошибся с коэффициентом. Парень перевёл шесть тысяч триста сорок два золотых рубля. Приличная сумма. Не сходя с места перевёл Сергею триста двадцать рублей и предложил встретиться в столовой. На что мгновенно получил согласие. Т – технология! Удобно, чёрт побери.

На выходе со стадиона на меня накинулась восторженная толпа. Каждый норовил хлопнуть по плечу или выразить свою поддержку словом. Девчонки кокетливо хлопали глазками и улыбались. Парни предлагали обменяться контактами, чтобы легче было договориться о вечерних посиделках. Как же мало им надо, чтобы признать кого-то своим. Достаточно всего лишь прилюдно побить сильного бойца, и всё. Странный и нелюдимый изгой Андрей Белов тут же канул в Лету. Не для всех, конечно, но для многих. Первый шаг сделан.

Сергей уже занял столик и дожидался моего появления. Поздоровавшись с приятелем, подозвал официанта и сделал большой заказ. Есть хотелось просто зверски.

– Ты мог закончить дуэль уже на первых секундах, – хмыкнул парень. – Ты ведь просто играл с ним, так ведь?

– Да, – признал я. – Изначально хотел отделать его как следует, чтобы другим неповадно было, но обещал одной девушке сильно не затягивать.

– Как насчёт дружеского спарринга? – предложил Сергей.

– Это такой тонкий намёк, чтобы я преподал тебе несколько уроков? – ухмыльнулся я.

– Да, – без тени иронии ответил новый приятель. – Я видел, насколько ты сильнее Вольского, а он боец весьма умелый, так что не питаю иллюзий, что смогу даже поцарапать тебя. Как ты получил ранг магистра клинка в столь юном возрасте? Причём, я так подозреваю, это случилось ещё до твоего поступления в академию, потому как ты не был замечен на тренировках.

– Упорство и труд всё перетрут, – расплывчато ответил я народной мудростью, которую узнал в одной из прошлых жизней. – У меня были причины скрывать свой уровень мастерства.

Я почесал нос, и глаза Сергея изумлённо расширились. Он заметил перстень главы рода на моём пальце.

– Простите, что лезу с вопросами, ваше сиятельство, – вскочив со стула, склонил голову Сергей, нормы этикета ему в голову вбили очень хорошо.

– Ой, да сядь ты уже, – поморщился я. – Говорил же уже, не надо никаких сиятельств. Просто Андрей.

– Ты очень странный аристократ, Андрей, – немного помедлив, ответил парень, усаживаясь обратно.

– Ты можешь сесть с нами, – послышался голос Милы из-за спины. – Я заняла столик в вип-зале.

– А что, компания простолюдина тебе неприятна? – холодно поинтересовался я, даже не обернувшись.

– Да нет, что ты, – заметно смутилась Милана, – просто я подумала, может, ты захочешь провести время вместе со мной.

– Я не делю людей на аристократов и простолюдинов, Милана, – всё же повернулся к девушке и проговорил я. – И круг своего общения выбираю по-иному, возможно, не совсем понятному для тебя принципу. Для меня важно другое. Я смотрю людям в душу и, если не чувствую там гнили, даю им шанс. Ну а дальше всё зависит от их поступков. Смотреть надо на дела, а чесать языком может любой.

– И что же ты видишь в моей душе? – с вызовом спросила девушка.

– В здесь присутствующих я уверен, – без промедления ответил я. – В них, – кивок в сторону небольшой компании девушек, среди которых даже были эльфийки, что замерли в ожидании Милы, – нет. Я не имею ничего против твоих подруг, Мила, ты мне глубоко симпатична, и если хочешь, то можешь присоединиться к нам, но круг своего общения я буду выбирать сам.

– Значит, вместо того чтобы выбрать меня, ты останешься с этим…

– Хорошим человеком, – прервал фразу девушки я, пока с её губ не сорвалось грубое слово «смерд». – Знаешь что, баронесса Снегирёва, я отменяю наше пари. Ты мне ничего не должна.

– А вот тут фигушки, Белов, – совсем не по-аристократически ответила Мила. – Так просто ты от меня не отделаешься. Пари было честным, так что жду от тебя дату и время, и только попробуй сообщить мне об этом за пару часов до начала. Для подготовки нужны минимум сутки. Усёк, граф?

– Усёк, – обескураженно проговорил я, после чего Мила гордо удалилась к своей компании. – Вот правильно говорят, что мужчины и женщины с разных планет, – уже тише обратился я к откровенно охреневающему от этой сцены Сергею. – Что это вообще было? По всем канонам она должна была меня послать далеко и надолго.

– А что за пари? – с любопытством поинтересовался приятель.

– Она проспорила мне свидание, – небрежно ответил я, но по расширенным глазам Сергея понял, что с этим вопросом явно всё не так просто.

– Ты пойдёшь на свидание с ледяной королевой? – восторженно прошипел он.

– С кем? – вот тут уже я удивлённо поднял брови.

– Ты с какой Луны вообще свалился? – по-простецки высказался Сергей. – Да по всей академии ходят слухи, что баронессу Снегирёву сосватали за наследника князя Успенского. Он уже окончил академию пару лет назад и сейчас околачивается в столице, при дворе императора. Да к этой девушке, к слову, обладающей сильнейшим даром с уклоном в мороз, на пушечный выстрел не подходит ни один парень.

– Так вот почему она так интересуется моей судьбой, – стукнул себя ладошкой по лбу я. – А я всё гадал, на кой чёрт ей предлагать свою помощь, а она просто чувствует косвенную вину за уничтожение моего рода.

– Не надо так, – помрачнел Сергей. – Милана – хорошая девчонка, все это знают. Также ходят слухи, что отец заключил соглашение с Успенскими без её ведома, а в ваших кругах с решением старших рода не спорят, особенно девушки. О помолвке должны объявить в день её совершеннолетия.

– И когда сие событие? – непроизвольно сжав кулаки, спросил я.

– Через одиннадцать месяцев, третьего мая следующего, 2025 года.

– Телец, значит, – машинально проговорил я. – Хорошо, что не козерог.

– Ты чего это, уже вашу астральную совместимость зондируешь? Тебе совсем жизнь не дорога? – обеспокоился приятель.

– Да у меня и так был огромный счёт к роду Успенских, а сейчас он увеличился ещё больше, – всё так же задумчиво ответил я.

– Пожалуйста, не говори, что ты решил насолить своим врагам через Милану, – заметно напрягся Сергей.

– Сдурел, что ли? – мгновенно взорвался я. – И в мыслях не было. Ты за кого меня держишь? Наоборот, теперь я знаю, что мои враги её не тронут ни при каких обстоятельствах.

– Прости, но у тебя был такой взгляд, аж мурашки по телу пробежали. На секунду мне показалось, что на меня смотрит не такой же, как и я, пацан, а тысячелетний дед, способный просчитывать в голове сложнейшие комбинации на десятки ходов вперёд.

Упс, чуть не спалился. Надо лучше держать себя в руках. Я ведь действительно обдумывал, как можно разобраться с проблемой Успенских всего за десять с небольшим месяцев. Варианты, конечно, есть, но в этом случае без риска для собственной шкуры точно не обойтись. Остаётся лишь вопрос: а оно мне надо – вписываться за малознакомую девчонку, которая к тому же меня даже об этом не просила? И внутренний голос мгновенно шепнул: да, надо.

И дело тут вовсе не в родовой чести Беловых, просто в памяти Андрея хранится действительно много данных. Он даже сам не осознавал, что помнил некоторые разговоры родителей за обеденным столом. И в одном из этих разговоров зашла речь о наследнике князя Успенского. Отец отзывался о нём крайне нелицеприятно. Он охарактеризовал парня как изверга с манией величия, которому нравится причинять другим боль. И вот как я могу допустить, чтобы Мила попала в лапы к такому моральному уроду?

– Скажи-ка мне, Сергей, а когда у нас намечается следующий рейд в зону? – приняв решение, спросил я.