Текст книги "Хоккей. Родоначальники и новички"

Автор книги: Анатолий Тарасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Легко сказать: вратарь должен быть «сам себе тренером». И не в расцвете спортивной карьеры – с юных лет. А это ведь непросто – контролировать свои действия, без понуканий заставлять себя выполнять различные упражнения. Знать, какие из них выполнять утром, какие – во время индивидуальных занятий, звеньевых, командных тренировок. Какой должна быть дозировка различных упражнений, последовательность, в каком сочетании эти упражнения дадут наибольший эффект. И все это применительно к своим физическим данным, особенностям характера, всему тому, что подарила вратарю природа. Без всесторонних знаний вратарю просто не обойтись.

Разумеется, посредственному голкиперу жить много спокойней. К нему и отношение другое: чего с него, мол, взять. Ну, а хороший, классный вратарь всегда на виду – и у тренеров, и у публики. Ему не прощают и малейшего промаха. Слабо сыграл в матче форвард, защитник? Это поправимо, вовсе необязательно, что именно по этой причине команда потерпит поражение. Изъяны в действиях игрока «прикроют» партнеры. А вот неудачная игра вратаря – почти всегда верный проигрыш.

Слабо сыграл вратарь – он оказывается в положении человека, не оправдавшего надежд. Вчера ему аплодировали, сегодня – свистят. И никаких скидок на возраст, плохое настроение, самочувствие, травмы. Зритель не приемлет никаких оправданий.

Рассказывают, что однажды перед спектаклем к Константину Сергеевичу Станиславскому пришел актер-комик и сказал, что сегодня он не сможет выйти на сцену, у него несчастье – ушла жена. «При чем здесь жена? – удивился знаменитый режиссер. – Ты – актер. Зритель пришел в театр, чтобы встретиться с тобой. Иди – и играй». И сказал он так не потому, что черств, жестокосердечен. Просто Станиславский считал, что искусство должно быть превыше всего, выше личных трагедий, семейных драм. И в этом он был, безусловно, прав. Так и в спорте, в хоккее, если речь идет о выдающемся вратаре. Всю свою жизнь подчиняет он служению хоккею, команде.

Аргументы защиты

Фигура защитника в современном хоккее, пожалуй, наиболее контрастна. Действует, к примеру, на льду «легкая кавалерия». В прошлом – это такие защитники, как канадец Брэд Парк, наши Виталий Давыдов, Валерий Никитин… Их последователь сегодня – Илья Бякин. В разные годы эти спортсмены входили в элиту мирового хоккея, про каждого из них так и хочется сказать – «мал, да удал». Это и в прошлом, и сейчас прекрасные созидатели атак, они демонстрируют удивительную сыгранность с форвардами, заправски поражают ворота соперников. Вспоминаю, что при первом визите канадских профессионалов в Москву именно Брэд Парк был признан лучшим защитником матчевой серии. И он заслужил это. Парк играл аккуратно и результативно. Ему аплодировал зритель.

Но рядом живут и здравствуют защитники совсем иного склада – гиганты, атлеты. Вспомним таких защитников недавнего прошлого: Александра Рагулина, Валерия Васильева, Геннадия Цыганкова. А сегодня их линию игры продолжают Вячеслав Фетисов, Алексей Касатонов – игроки могучие, способные постоять за себя, за команду, настоящие рыцари хоккея.

Были и есть защитники, кто не столько играет – свирепствует на площадке, отбивая охоту к игре у любого форварда. Таким был монреалец Фергюсон, хотя номинально он и числился форвардом. Поджарый, смуглолицый, с ястребиным носом, он, кажется, наводил страх на хоккеистов всех команд, против которых ему приходилось выступать в те далекие 50–60-е годы. А разве Карл Бревер, владевший всей гаммой приемов технико-тактического арсенала, был добродушным защитником? Против него и в матчах НХЛ, и позже, когда он выступал в составе команды Канады на чемпионате мира, играть было небезопасно. На венском чемпионате мира 1967 года в решающем матче с канадской командой нам пришлось приложить немало усилий для нейтрализации этого защитника с тем, чтобы наши форварды действовали, ничего не опасаясь. В этом матче он не смог выступать двадцать восемь с половиной минут чистого времени, пока ему «латали» бровь, и это помогло нашей сборной победить канадцев с минимальным счетом 2:1.

Во время первого турне нашей сборной по Канаде грозой форвардов предстал наш Николай Сологубов, хотя, по моим тогдашним представлениям, он выступал в роли хавбека.

Какой он, защитник современного хоккея? На кого следует равняться молодым игрокам? И как воспитать такого защитника, рыцаря без страха и упрека? Вот перечень главных вопросов, на которые я и попытаюсь дать ответ.

Начнем разговор вот с чего. Каким должен быть защитник? «Универсалом» или «специалистом»? Расшифрую, что имеется в виду. Универсал – это игрок, который умеет все. И отбирать, и выдавать шайбу, и голы забивать. Такой защитник хорошо смотрится на поле, умело взаимодействует с партнерами в разных фазах игры. Защитник-специалист в совершенстве владеет навыком отбора шайбы. Ее перехватами. Он надежен при защите своих ворот. Ему не страшен любой форвард. Он – бастион обороны.

Что лучше? Как говорится, о вкусах не спорят, однако тренер должен руководствоваться не вкусами и не симпатиями к тому или иному хоккеисту, а тем, какой игрок принесет наибольшую пользу команде. В хоккее и сегодняшнем, и завтрашнем.

Когда мы смотрим матч, следя за действиями своих кумиров, нам больше всего нравится, как они атакуют, как шайба, словно по невидимым нитям, скользит от одного игрока к другому. Мы восхищаемся финтами форвардов, мощными и точными бросками по воротам. Да, нам нравится атака. Но нам никогда не придет в голову простая мысль: для того, чтобы владеть шайбой, атаковать, надо прежде отобрать ее у соперников. Ведь добровольно ее никто не отдаст. Соперника к этому надо вынудить. А то и принудить.

В отборе шайбы участвует, разумеется, в той или иной мере вся пятерка полевых игроков. Но есть в пятерке «главные действующие лица» – те хоккеисты, что овладевают шайбой надежней и чаще других игроков. Это должен делать защитник. Ему по штату положено. Почему? Он ближе всех к своим воротам. К той черте, куда изо всех сил рвется соперник. Он – последний рубеж обороны. Без умения защитника перехватить, отобрать, выбить у соперника шайбу, без его расчетливых действий и мужества в единоборстве вратарю в одиночку не выстоять, не сохранить на замке свои ворота.

Оборонительные построения бывают разные. Как играют канадские профессионалы? Они надежно строят оборону. В ней участвуют не только защитники, активная роль в борьбе за шайбу отводится и форвардам. В обязанность нападающим вменяется помогать своим защитникам не только в средней зоне, но и в глубине обороны, у своего лицевого борта.

Многие специалисты считают это большим достоинством канадской тактики обороны. Ей придается особая прочность. Против одного атакующего бьются за шайбу два хоккеиста. При таком жестком единоборстве расчетливо распорядиться шайбой крайне трудно, подчас невозможно.

Да, такая оборона прочна. Но…

Задаю сам себе вопрос: а можно ли из такой обороны извлечь тактическую выгоду? Развить острую контратаку? Ответ однозначен: нет, нельзя. Канадцы считают, что неприкосновенность собственных ворот – это главное. Все остальное – контратака, развитие атаки в средней зоне – может быть осуществлено потом, когда осада со своих ворот будет окончательно снята.

Иначе мне видится оборона в нашем хоккее. Почему зарубежные соперники, в том числе и заокеанские хоккеисты, стали считаться с нами? Все они, будто сговорившись, начали опасаться наших атак. Конечно, об этом и по сей день не говорится вслух. Но опытные тренеры предпочитают вести атаки против советских команд малыми силами и строить оборону главным образом на своей половине поля. Расчет на то, что атакующие звенья заиграются, ошибутся и тогда быстрая контратака может принести успех.

Здесь, конечно, не место разбирать все аспекты игры. Поговорим лишь об одном – контратаке. Расчет здесь ясный, как божий день. При срыве атаки и потере шайбы не все хоккеисты сумеют вернуться назад, принять активное участие в обороне. Представить страшно, что получилось бы, не будь у нас надежных защитников. Канадские форварды с их высоким индивидуальным мастерством менее искусных игроков обороны, как говорится, разделывали бы под орех. Но не только забота о прочности обороны понуждает нас воспитывать мощных защитников-разрушителей.

Полагаю, что проблемы обороны нам не следует рассматривать лишь с точки зрения безопасности ворот – это будет лишь обеднять наш хоккей, исповедующий атакующий стиль. В обороне должен зреть зародыш атаки. Пусть она будет надежной, но пусть таит и немало выгод, связанных с организацией контратаки, с широким выбором взаимоотношений игроков в этой фазе игры. И если мы этот мотив обороны кладем в основу всей музыки игры, то без могучих разрушителей атак соперников нам никак не обойтись. Нам очень пригодятся защитники, любящие действовать в сложных условиях, в том числе и при игре против превосходящих сил соперника. Защитники, которые ловко умеют отбирать шайбу с помощью клюшки и средствами силового единоборства, которые умеют ловить шайбу на себя, лихо бросаться под шайбы, выручая вратаря. И конечно, такие защитники должны уметь быстро и тонко распоряжаться шайбой. Лишь тогда можно будет держать оборону против сильного противника, извлекая из обстановки тактические дивиденды.

А выгода при такой обороне может быть немалой. Например, возникает возможность успешно контратаковать, оставив за спиной отдельных форвардов соперника. А это значит, при развитии и завершении атаки действовать против соперника ослабленного. Ведь дело не только в том, что нападающие не будут успевать возвращаться в оборону. Они, даже прикатив на помощь защитникам, будут действовать впопыхах, нарушая спокойствие и прочность оборонительных линий.

Пусть никто, однако, не подумает, что я отрицаю необходимость помощи нашим защитникам со стороны нападающих. Вовсе нет. Помощь необходима. Но в рамках разумного. Что здесь имеется в виду? Опека своего визави в средней зоне, где его надо опекать, при случае заблокировать, а если он с шайбой, то вести борьбу за нее, разбивая стройность атакующих рядов, лишая форвардов свободы маневра, облегчая тем самым задачу защитников.

Мы, тренеры, при подготовке защитника должны исходить из того, какими нам видятся его действия в разных фазах игры, какими качествами, двигательными навыками он должен, на наш взгляд, обладать в первую очередь.

В последние годы тренеры усердно обучали хоккеистов силовому единоборству, охладев, мягко говоря, к отбору шайбы у соперника с помощью клюшки. А напрасно. Отбор шайбы клюшкой весьма рационален. При этом защитник не только тратит минимум усилий, но и оставляет за собой право предложить сопернику ближний бой – силовое единоборство.

Отбор клюшкой выгоден еще и потому, что позволяет защитнику быстро распорядиться шайбой. Овладев ею, он может тут же послать шайбу партнеру. Даже не тратя время на то, чтобы оторваться от соперника. Конечно, чистое и надежное выполнение этого маневра требует многогранной тренировки. Истинный мастер должен владеть различными подкатами. Рассчитанным до дюйма маневром, позволяющим появляться перед соперником (или рядом с ним) на расстоянии длины клюшки. И появляться неожиданно, незаметно, словно из тумана, что позволит тотчас же вступить в борьбу за шайбу.

Еще раз хочу повторить, что такой скрытный и очень тонкий маневр никому не дается сразу, им надо овладеть. А овладев, неустанно совершенствовать. Некоторые защитники даже команд мастеров допускают подчас одну и ту же ошибку: овладев маневром, они затем прекращают шлифовать его на тренировках и со временем если и не совсем утрачивают это умение, то в каких-то элементах единоборства действуют нечетко.

А единоборство начинается именно с подката. Его секрет – в умении защитника сравняться с соперником в скорости. И не только находясь сбоку от него, но и катясь перед форвардом спиной вперед. Находиться вплотную к сопернику и катиться на разной с ним скорости, вторя сменам ритма движений форварда, – это немалое достоинство хоккеиста.

Заслуженный мастер спорта, чемпион мира, Европы и Олимпийских игр Иван Трегубов дважды – в 1958 и 1961 годах – признавался лучшим защитником мирового хоккея. Это был великолепный защитник, чье мастерство помогало советскому хоккею добиваться первых своих побед. И этот игрок никогда не вступал в силовое единоборство с соперниками. Почему? Во-первых, потому, что пришел в хоккей поздновато, не овладев с малолетства этим навыком. А во-вторых, по складу характера, взглядам на жизнь – ему претило любое насилие и на площадке, и вне ее. И никто не мог его убедить в том, что в спорте необходимо контактное единоборство, а порой и рукопашная. Но также никто не мог обыграть, обвести его. В том числе и самые знаменитые форварды той поры – скоростные, хитрые, гораздые на финты и обводку.

Секрет у Трегубова был один – очень тонкий маневр. Он умело подстраивался к сопернику, начиная то ударами крюком «обрабатывать» клюшку форварда, то пытаться выбить шайбу, а то подгрести ее к себе. У него была не только светлая голова, что позволяло ему быстро оценивать любую ситуацию, но и «умные ноги», умеющие вторить темпу соперника, подхватывать смену ритма, изменение маневра. При этом он почти не смотрел на шайбу, глядя сопернику прямо в глаза, как бы пытаясь разгадать, что тот замышляет, как намерен поступить через мгновение.

Пусть никто не заподозрит меня в том, что защитника, умеющего лишь отбивать шайбу клюшкой, я считаю игроком современным. Как-то очень уж быстро, буквально на глазах, меняется хоккей, усложняется его внутреннее содержание, более могучими и мощными становятся средства ведения борьбы. В современном контактном хоккее не только защитники, но и нападающие в той или иной мере владеют приемами силового единоборства. Однако такой маневр, как подкат, умение ловко действовать клюшкой остаются в обойме главных хоккейных приемов, в том числе и для того, чтобы подготовить защитника к контакту с соперником.

Кто внимательно следит за событиями мирового хоккея, тот согласится со мной, что силовые единоборства чаще ведутся у бортов, нежели в поле. И это вовсе не случайно. В поле «поймать» соперника на прием, правильно столкнуться с ним куда сложнее, чем у бортов или в углах площадки. Здесь атакующий ограничен в маневре, ему негде развернуться и, стало быть, сполна использовать свою высокую технику и скорость. Невелик и выбор тактических решений.

А вот истинный защитник должен уметь навязывать сопернику силовое единоборство, проявлять сноровку, ловкость, боевой характер на любом участке поля. В том числе и тогда, когда соперник движется по центру прямиком на ворота, становясь ощутимо опасным. Интересно смотрится эта дуэль! Защитник, находясь лицом к форварду, уравнивает с ним свою скорость, вторя маневрам атакующего, далеко выставляя клюшку. Он как бы пытается нащупать ею шайбу и, видя, что соперник из боязни лишиться ее опустил голову, решает: пришло время сближения, нанесения толчка, удара. Для надежности он останавливает форварда грудью. Далее наносит удар плечом. Соперник, теряя устойчивость, начинает валиться на лед. Полдела сделано. Теперь важно найти шайбу и разумно распорядиться ею.

И все же полагаю, что остановка соперника и нанесение ему удара задней частью бедра – прием более рациональный. Здесь туловище и руки защитника свободны – значит, легче переключить свои действия на шайбу. Причем времени на это остается больше. А каждое лишнее мгновение в игре высокого темпа чрезвычайно важно.

Легко об этом рассказать, но очень трудно овладеть всем этим арсеналом силового единоборства в «открытом поле». В национальных хоккейных командах лишь единицы защитников могут проделать, выполнить эти приемы по-настоящему классно. Очень расчетливым должен быть скоростной маневр, затем – сближение с соперником, «настройка» на его «волну». При этом главное – разгадать его намерения, не поверить, не поддаться ложным финтам. Ну, и как финал – умение отделить соперника от шайбы, овладеть ею и тотчас отдать партнеру в направлении, наиболее выгодном для развития контратаки. И нигде, ни в одном из фрагментов игрового эпизода защитнику нельзя ошибиться.

И еще об одной сложности действий защитника. Форвард в ходе единоборства может успеть сделать передачу. Как быть защитнику? Защитник, так сказать, невысокого полета все равно выполнит силовой прием, он для него – самоцель. А настоящий, уважающий себя хоккеист всегда сохранит бдительность и, видя такой поворот событий, переключится на другие, более важные для команды действия.

В нашем хоккее долгие годы лучшим среди защитников в умении сталкиваться с соперником, отобрать у него шайбу и умело ею распорядиться является Алексей Касатонов – заслуженный мастер спорта, неоднократный чемпион мира, двукратный олимпийский чемпион. На чемпионате мира 1983 года он был признан лучшим защитником. Вот что он мне рассказал:

– В хоккей пришел десяти лет. На площадке любил потолкаться. Хотелось силенку да удаль показать. Уступать же никому не хотелось. Когда начал выступать в детских командах – было это в Ленинграде, – тренеры постоянно меня одергивали, часто наказывали за то, что силу свою проявлял. Судьи нередко с поля удаляли. А вот в команде мастеров мое тяготение к силовой игре встретили доброжелательно. Я был этому несказанно рад. Но тренеры не только поощряли меня к силовым приемам, а еще и учили, как правильно вести такие единоборства. Шутили даже: давай, мол, Алексей, старайся, глядишь, против канадских профессионалов возьмут тебя играть. Я тогда не очень-то верил в такую возможность. Однако старался, не было такой тренировки, где я не отрабатывал бы приемы силового единоборства. И пусть на лице у меня немало шрамов, – закончил разговор обаятельный, улыбчивый богатырь, – все равно люблю столкновения, ближний бой.

Думаю, канадские тренеры на меня не обидятся, если скажу, что в их отношении к контактному хоккею присутствует и элемент устрашения соперника. Почему бы не попугать его в рамках дозволенного? А если еще и арбитр мягкотелый, то можно чуть выйти и за рамки правил. А потом уж соперника брать, как говорится, голыми руками. Но эффект «метода устрашения» – в прошлом. Да и тогда в матчах против наших команд он у канадцев не срабатывал. Любая попытка подобного рода получала острастку.

Вспомним, как в 1972 году в Москве Фил Эспозито надоел всем – и нашим хоккеистам, и зрителям – грязной игрой. Он буквально вывел из себя Валерия Васильева, и тот однажды проучил грубияна, перебросив его через борт – туда, где несли вахту блюстители порядка. Канадец, оказавшись в объятиях милиционеров, был поначалу ошарашен, даже возмущен, но, сообразив, что его просто-напросто поддерживают, чтобы не рухнул на пол, и хотят помочь вернуться на лед, скоро успокоился.

У меня несколько иное отношение к силовому единоборству. Все присущие ему приемы – остановка и толчки соперника туловищем, задней частью бедра, различные приемы борьбы у бортов – мне представляются техническими. Они входят в такое понятие, как техника хоккея. И требуют к себе такого же серьезного отношения и внимания, как броски по воротам, обводка, передачи и другие элементы хоккейной игры.

Возможно, мне возразят: обучение силовым приемам многие тренеры ведут и сегодня. Да, этим занимаются серьезные тренеры, вдумчиво работающие с хоккеистами. Однако такое обучение не стало пока системой, а она нужна: повсеместно, со знанием дела, с привлечением средств атлетизма, специальных упражнений, напрямую влияющих на быстрое освоение приемов ближнего боя. Надо готовить защитников-богатырей. И начинать лучше с детского возраста.

Хоккей, уверен, от этого только выиграет. Число силовых столкновений возрастет. Но единоборства будут вестись более квалифицированно. Меньше станет нарушений правил. Вдвое, а может, и втрое снизится количество удалений за грубость. Такой рыцарский хоккей куда интересней будет смотреться. Он станет атлетичней. А на лицах хоккеистов поубавится шрамов.

Но вот согласятся ли со мной канадские коллеги? Не знаю, не уверен. Неужто, как и прежде, они, выбирая средства и методы борьбы, будут исходить из соображений сиюминутной выгоды? А может быть, лучше прийти к приемлемому решению после широкого обсуждения проблемы с участием спортсменов и зрителей? А почему бы в самом деле не обсудить их, не посоветоваться? И если победит в итоге здравый смысл, мы навсегда удалим с хоккейного поля жестокость.

Жестокость, грубость в хоккее пойдут на убыль, зато, уверен, прибавится в игре задумки, творчества. Хоккеистам с фантазией станет легче проявить себя. Хоккей, разумеется, не сделается похожим на балет. Но силовые единоборства будут вестись в рамках правил, решающим станет умение, а не грубая сила. Проявления враждебности, недоброжелательства соперников друг к другу сведутся к минимуму, в каждом матче восторжествует спортивный, рыцарский дух. Что, кстати, полностью отвечает стремлению людей планеты жить в мире и дружбе. Так решение спортивной проблемы поможет, на мой взгляд, разрешить задачи, стоящие перед всем человечеством.

Ну, а спор, каким защитникам отдать предпочтение – «малышам» или «великанам», – пожалуй, вечен. Не утихнет он и через десять лет, и через двадцать лет. Конечно, если исходить из того, что «у страха глаза велики», то обыграть широкоплечего, длиннорукого защитника покажется сложнее. Но мы знаем, что отбирают шайбу не только массой, но и быстротой, ловкостью, тактическим расчетом. Если же в одном игроке счастливо сочетается и то и другое…

Был в канадском хоккее защитник Джек Боунэсс. Он всегда был заметен на площадке. Не только потому, что имел крупные габариты – огромный рост, необъятные плечи – и при том оранжевую шевелюру. Выделялся он и быстротой маневра, высокой техникой, хорошей ориентировкой. Столь же мощным, заметным был в нашем хоккее Александр Рагулин. Был он, правда, не так проворен, да и достаточно высокой стартовой скоростью не обладал, но умел маскировать свои слабости высокой техникой, играя экономно, очень расчетливо, предугадывая ходы соперника.

Немало замечательных защитников было в советском и канадском хоккее. Есть они и сейчас. Но таких, что опережают время, чья игра остается вехой в истории двух школ всего мирового хоккея, пожалуй, наперечет. Бобби Орр, Карл Бревер у канадцев, наши защитники – Николай Сологубов и Валерий Васильев, Алексей Касатонов и Вячеслав Фетисов. Вот, пожалуй, и все. Впрочем, канадские специалисты и любители хоккея, возможно, захотят дополнить этот список столь же достойными игроками – я не возражаю. Они их больше видели в деле, лучше знают настоящую им цену.

Но каков же вывод? Если физически крепкий, крупный защитник и быстр, и ловок, и техничен, то габариты и масса ему не помеха. Но мы, тренеры, знаем, что многие физические качества, особенно такие, как быстрота, ловкость, легко развить в детском возрасте и трудно, почти невозможно – во взрослом. Поэтому «разглядеть» выдающегося защитника тренер должен в 14-15-летнем пареньке. И не просто разглядеть, а в течение долгих лет потрудиться над его развитием, огранкой качеств, подаренных природой, прививкой навыков, присущих действиям защитника современного хоккея. И ничего не следует откладывать «на потом».

Говорю об этом потому, что у иных наших детских тренеров бытует мнение, будто его задача – обучить парня азам хоккея. А вот попадет он в команду мастеров, там-то его и «доведут до кондиции», научат уму-разуму. Нет, не научат. Будет уже поздно. По большому счету, хоккейному мастерству надо учить игрока тогда, когда он молод и восприимчив.

Разумеется, книга эта – не учебник, и здесь не место вести речь обо всех слагаемых мастерства защитника. Но одного из них, главного, коснусь. Техники хоккеиста.

Но сначала маленькое отступление. Я уже упоминал о том, как однажды Карл Бревер провел тренировку в составе нашей команды. Во время двусторонней игры я попросил канадца не задерживать шайбу у себя после того, как он отберет ее у форварда, тут же отдавать ее партнеру. После тренировки он выразил неудовольствие этим моим требованием. Как мне хотелось убедить его в своей правоте! Но, видимо, доводы мои были слабыми. Он твердил примерно следующее: «Как же так? Я с трудом отобрал у нападающего шайбу, а мне не дозволяется показать публике, что я с нею умею делать, должен уступать такую возможность другим. Это несправедливо!» Тогда я не стал продолжать спор, грозивший перейти границы чисто хоккейной темы. Понимал, что не хватит мне аргументов. Теперь же, мне кажется, пришло время изложить свое мнение во всей полноте.

Вот зашла речь о технике. Конечно же, умение, мастерство всецело принадлежат игроку – они обретены трудом и потом на тренировках. Тем более что эта техника, так сказать, фамильная – если выполнение хоккейных приемов спортсменом индивидуально ярко, богато нюансами, штрихами. Если хоккеист владеет «коронными номерами» при обводке, пасе, отборе шайбы, если у него свой, «фирменный», бросок по воротам. Все это украсит и действия спортсмена на льду, и хоккей в целом.

Но вот вопрос: какой цели призван служить этот великолепный набор хоккейных средств? Что чему должно подчиняться? К примеру, защитник владеет шайбой. Он диктует условия партнерам, или они, маневрируя по полю, руководят его действиями и направляют их? Или, возможно, игровые отношения должны строиться на принципах равенства? Все это очень важные, хоть и потаенные, невидимые нити взаимосвязей хоккеистов.

В нашем, советском, хоккее игрок, владеющий шайбой, – «слуга» своих партнеров. Всегда, в любом эпизоде. Почему? Прежде всего потому, что этот принцип наиболее полно соответствует идее коллективной игры, тому жизненному укладу, что сложился у нас в стране. Каждый игрок должен быть не только индивидуально сильным, но и непременно диспетчером, обеспечивать своим маневром, передачами партнеров. И прежде всего это требование относится к защитнику.

Примеров такого рода игровых взаимоотношений можно привести множество. В короткой истории советского хоккея оставили свою веху звенья Альметова, Старшинова, Петрова. Их преемниками стали хоккеисты пятерки Ларионова. Сладить с этим звеном в мировом хоккее не может никто. Причина столь мощной его игры – в высоком личном искусстве каждого хоккеиста. Причем все они сугубо индивидуальны, неповторимы. Но главный источник силы пятерки – в стремлении каждого спортсмена играть на партнера, и не в формальном – в искреннем. Внешне все выглядит предельно просто: хоккеисты передают шайбу друг другу, если надо – обводят соперника, снова пасуют, обводят и добиваются результата.

Позже, когда поведем разговор о командной тактике, мы подробно разберем игру этого звена. Здесь же речь идет о действиях защитников. Владея шайбой, игрок обороны должен хорошо видеть направление маневра всех четверых своих партнеров и пас давать не тому из них, кто ближе, рядом и кому легче направить шайбу, а партнеру на острие атаки. Тому, кто в этот миг более других опасен для ворот соперника.

Уметь укрощать шайбу, не глядя на нее, с поднятой головой – этому учат ребят в детских спортивных школах с первых же шагов на льду. Овладеть таким навыком несложно. А вот когда рядом соперники, если ведется единоборство и хоккеист каждое мгновение рискует шайбу потерять, – играть с поднятой головой вдвое сложней. А тут еще быстрая смена ситуаций, почти не оставляющая защитнику времени на выбор решения. Остается одно – читать на расстоянии мысли партнеров.

Итак, техника хоккеиста принадлежит как бы не ему, а партнерам. Эгоист – тот, кто себе на уме. Есть они, разумеется, и в нашем хоккее. Такой может подумать: а зачем мне в таком случае усердно тренироваться, обновляя и совершенствуя мастерство? Однако такому игроку быть в команде – «лишней спицей в колеснице», а не в боевой ее обойме.

В нашем хоккее давно изобретен и применяется для атлетической подготовки так называемый «точечный метод» тренировки. На каждой «точке» (а их по числу игроков в команде двадцать пять – тридцать) висит трафаретка с перечислением тренировочных упражнений. Игроки находят нужные им трафаретки и, следуя рекомендациям тренера, развивают отдельные качества и хоккейные приемы. Что касается защитника, то ему лучше рекомендовать упражнения на силу, мышечный взрыв. Полезны занятия на плечевых, кистевых эспандерах. Учитывая то, что защитнику приходится часто маневрировать на льду, катаясь способом выжимания, нужны упражнения с тяжестями для укрепления мышц бедер, голени, стопы.

По моим наблюдениям, многие защитники любят упражнения, повышающие подвижность тазобедренного сустава. И все упражнения выполняются не стоя на месте, а в движении, пусть и на ограниченной площадке – вправо-влево, вперед-назад, прыгая с одной ноги на другую, подскакивая то на правой, то на левой ноге, имитируя то бег на коньках, то подкат к сопернику, то столкновение с ним.

Все эти упражнения защитник может выполнять как вместе с командой, так и самостоятельно. Скажем, отводить им ежедневно по сорок-шестьдесят минут перед тренировкой на льду. Такие направленные занятия способны дать сильный эффект. При этом защитник должен помнить вот о чем: после силовых упражнений надо не позабыть слегка побегать, попрыгать, выполнить серию стартов, ускорений. Очень здесь к месту и упражнения, требующие быстроты рук, подвижности туловища, на ловкость. Снимается усталость, а главное, не силой единой будет жив спортсмен, ведь и другие качества необходимы.

На своем тренерском веку повидал немало способных, физически крепких ребят. А вот выдающимися игроками они не стали, хотя в отдельных компонентах хоккейного искусства были сильны. Одному не хватало в игре тактической сметки. Другие не способны были творчески «читать» игру партнеров и соперников. Но в большинстве случаев таким игрокам не хватало умения быстро переходить от атаки к обороне и наоборот. Они на какое-то время выпадали из игры, находились в растерянности, в неведении, что делать, не поспевали за событиями. Запаздывали. При атаке – поддержать партнеров, предложить себя. В обороне – не дать разогнаться сопернику, своевременно его атаковать. Это не просто – быстро принимать решения в калейдоскопе постоянно меняющихся игровых ситуаций.

А что, если, выполняя различные упражнения, в том числе по развитию атлетических качеств, защитник поставит перед собой задачу имитировать переключение с оборонительных действий на атакующие и обратно? Уверен, упорный и осмысленный труд спортсмена принесет свои плоды.