Текст книги "Бешеный куш"

Автор книги: Анатолий Ромов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Глава 27

Покончив со взбитыми сливками, Полина отодвинула блюдечко. Сегодня они с Луи договорились встретиться здесь и позавтракать вместе. Однако, что в последнее время случалось с ним все чаще, он неожиданно задержался и попросил начинать завтрак без него.

Если бы не Луи, она бы сразу отсюда ушла, делать ей здесь было абсолютно нечего. Но ей хотелось дождаться Луи. Во-первых, просто увидеть его, во-вторых, она в конце концов решила рассказать ему все про Чику.

Пока еще она не решила, как поступить с Чикой. Она оттягивала решение всеми силами, хотя месячный срок, который дал ей Чика, неуклонно сокращался. Посвящать Луи в свои отношения с Чикой ей не хотелось, но сегодня она подумала: может, стоит рассказать ему все? И попросить совета? Ей необходимо прийти к какому-то решению. Не может быть, чтобы Луи ей не помог.

Наконец в коридоре раздались голоса, среди которых она узнала голос Луи.

Когда он вошел в ресторанный кабинет, сказала как ни в чем не бывало:

– Приветик. Как жизнь?

– О… – Он поцеловал ее в щеку. – Извини, опоздал. – Положил на стол небольшой сверток. – Возьми, штраф от меня, за опоздание.

– Штраф? – Взяв пакетик, достала и открыла маленькую черную коробочку. В коробочке лежал бриллиантовый браслет, но какой. Настоящий «Клиф и Арпельс». [8]8
  «Ван Клиф и Арпельс»– известная международная фирма, изготовляющая ювелирные изделия из бриллиантов.


[Закрыть]И какие бриллианты… Чистой воды, с голубым отливом…

– Нравится? – спросил Луи.

– Луи, я такой красоты никогда не видела. Спасибо.

– Безделушка в самом деле ничего, да?

Встав, поцеловала его.

– Луи, не знаю даже, что тебе сказать. Потрясающий подарок.

– Оставь. Слушай, ты кофе уже пила? Выпьешь со мной еще чашечку? Надо поговорить.

– Конечно. Ты еще спрашиваешь. Попросить, чтобы принесли?

– Я уже заказал.

После того как принесли кофе, сказал, повертев чашку:

– Слушай, Полиночка…

– Луи, не тяни.

– Я не тяну. Ты могла бы оказать мне одну услугу?

– Конечно. – Улыбнулась. – Какую?

– Один человек, зовут его Алексей Федоров, открывает охранное агентство. Так вот, не хотела бы ты занять в этом агентстве должность секретарши?

– Должность секретарши? – Подумала. – Почему нет. Конечно, раз ты этого хочешь.

– Хочу. Но тут дело такое… Этот человек, Алексей Федоров, – он не должен знать, что ты каким-то образом связана со мной. Понимаешь?

– Понимаю. Я должна стать у него чем-то вроде твоей шпионки?

Посмотрел с укоризной:

– Рыбка моя, зачем так грубо. Учти, этот человек будет работать на меня. И я уверен, наше с ним сотрудничество будет полезным.

– Луи, я пошутила. Ты же знаешь, ради тебя я готова быть кем угодно. Шпионкой, диверсанткой, террористкой. Кем ты велишь.

– Даже чужой любовницей?

Покачала головой:

– Ты хочешь, чтобы я стала его любовницей?

– Я этого не сказал. – Отпил кофе. – Я просто не хочу, чтобы этот человек знал, что ты связана со мной. И все.

– Как будто вся Москва не знает, что я связана с тобой.

– Насчет всей Москвы ты преувеличиваешь. Потом, он в Москве недавно. Всего несколько месяцев. И не крутится там, где крутимся мы. Но теперь вся Москва должна будет узнать, что мы разошлись.

– Мы расходимся?

– Ты что, ни в коем случае. – Приподнявшись, поцеловал ее. – Просто несколько месяцев мы с тобой должны говорить всем, что разошлись. И не показываться вместе на людях.

Не показываться вместе на людях… Несколько месяцев… Она отлично знает, что это значит. Они расходятся. Она больше не интересует его как женщина. А поскольку она его больше не интересует, он решил ее использовать.

Улыбнулась:

– Я поняла. Вообще, что он из себя представляет, этот Алексей Федоров? Он молодой, старый?

– Молодой. Кажется, ему тридцать один.

– Симпатичный?

– Ну… Не знаю, в твоем ли он вкусе. Но вообще парень на вид очень мужественный и сильный. Знающий, чего он хочет в жизни.

– Ладно. Раз сильный и мужественный – подойдет.

– Только подожди… Ты хоть умеешь обращаться со всякой там секретарской аппаратурой?

– Что ты имеешь в виду? Умею ли я обращаться с карандашами, бумагой и телефоном?

– Не только. Умеешь ли ты обращаться, например, с компьютером?

– Умею.

– Полина, я серьезно. Компьютер – это не только игра в «блэк джек».

– Луи, я умею обращаться с компьютером. Обращаться профессионально.

Отставив чашку, поднял брови:

– Надо же… Я не предполагал, что ты умеешь обращаться с компьютером.

– Представь, умею.

– Брала уроки?

– Нет.

– Тогда откуда?

– Я учусь на втором курсе института.

– Что-то я никогда не видел, чтобы ты спешила на лекции. Пропускаешь их?

– Я учусь на вечернем, в текстильном, на факультете моделирования одежды. Компьютерный дизайн у нас считается главным предметом.

– Почему я ничего об этом не знаю?

– Разве тебе нужно об этом знать? – Привстав, поцеловала его в щеку. – Я плоха для тебя без этого?

Поднял глаза к потолку:

– О, золото мое… Нет, не плоха.

– Вот и все. Когда мне нужно идти к этому Алексею Федорову?

– Чем скорей, тем лучше. Но учти, ты должна произвести на него очень хорошее впечатление. Я бы сказал, неотразимое.

– А где он вообще располагается, этот Алексей Федоров?

– На Новом Арбате, в доме, где кафе «Валдай». Агентство называется «Московское секьюрити». Держи… – Протянул газету. – Здесь есть объявление о приеме на работу. Возьми газету, там все прочтешь. А у меня сейчас будут дела.

Встал, поцеловал ее в щеку. Она улыбнулась:

– Ладно. Считай, я уже секретарша агентства «Московское секьюрити».

– В таком случае поздравляю. Учти, за эту работу я буду платить тебе отдельно.

– Даже так? – Подойдя к двери, вспомнила: она хотела сказать Луи о Чике. И вдруг поняла: после этого разговора она уже не хочет. Что-то изменилось. Она еще не понимает, в ком произошла эта перемена, в ней или в Луи. Но перемена произошла. – Договорились. Иду производить неотразимое впечатление, хорошо?

– Да, золото мое. Желаю удачи. Когда мне нужно будет встретиться с тобой, я позвоню.

Глава 28

Просмотрев распечатку, только что снятую Хайдаровым с компьютера в его кабинете, Рустамбек кивнул:

– Все в порядке, господин Хайдаров. Деньги поступили на соответствующие счета, как мы и договаривались. Двести пятьдесят миллионов долларов ушли на счет, открытый в банке господина Талаяти, и двести пятьдесят миллионов – на ваш счет в банке «Витязь». Считаю, операция проведена на высшем уровне. В Дели вы действовали блестяще.

– Операцию провели на высшем уровне мы с вами, господин Рустамбек, – сказал Хайдаров.

– Не будем считаться.

– Мы никогда не получили бы этих денег, если бы не ваши связи с арабами.

– Не скромничайте. – Рустамбек встал. – В Дели вы в самом деле не допустили ни одной ошибки. Всего доброго, господин Хайдаров. Мне надо спешить, мой самолет вылетает через час.

Хайдаров поклонился:

– Не смею задерживать вас, господин Рустамбек. Если появится еще что-то интересное, я сообщу.

– Буду надеяться. Что с Феро?

– Все идет по плану. Правда, к Феро сейчас трудно подступиться. После покушения он окружил себя большой охраной.

– Этого и следовало ожидать. Что же тогда идет по плану?

– По плану идет то, что в окружении Феро у меня есть теперь свой человек.

– Даже так?

– Да. Просто я хочу все надежно подготовить. Если же в Москве опять будет осечка, в отношении Феро я начал приводить в исполнение особый резервный план. По-моему, он должен сработать.

– Что же это за план?

– Я веду с ним сейчас деловые переговоры. Сделав вид, что наш с вами конгломерат, «Истерн Интерконтинентал» и банк «Витязь», ищете ним примирения.

Помолчав, Рустамбек спросил:

– И как он к этому относится?

– Мне он сказал, что он не против сближения. Кроме того, господин Рустамбек, я выдал ему одну нашу тайну. Которая, конечно, рано или поздно выплывет на свет. Но пока еще это тайна.

– И что же это за тайна?

– Я сказал Феро, что теперь наша штаб-квартира находится в Атлантик-Сити.

– Сказали – зачем?

– Я предложил ему со временем встретиться в Атлантик-Сити. Чтобы обсудить пути сближения.

– И он согласился?

– Он сказал, что в принципе готов принять приглашение. Я думаю, если в Москве устранить его не удастся, в Атлантик-Сити добиться нашей общей цели будет намного легче.

Рустамбек кивнул:

– Мне этот ваш резервный план нравится.

– Спасибо, господин Рустамбек.

– Думаю, господин Талаяти, которого я увижу через несколько часов, тоже его одобрит.

– Не задерживаю вас больше, господин Рустамбек. Всего доброго, счастливого полета.

– Всего доброго.

* * *

Внизу у лифта Рустамбека ждали Эльдер и Таллаев. Подойдя к серебристому «Мерседесу», Эльдер сел в машину вслед за хозяином, устроившись рядом с сидящим за рулем Медхи. Рустамбек расположился на заднем сиденье, где его дожидался Тофик.

Когда «Мерседес» выехал на Тверскую, Тофик спросил:

– Все в порядке, господин Рустамбек?

– Да, все в порядке.

– Как Хайдаров?

– Хайдаров? – Рустамбек покосился. – Почему ты спрашиваешь?

– Не знаю. Я вдруг начал не доверять памирцам. И готов взять назад свою оценку Хайдарова.

Некоторое время они ехали молча. Наконец Рустамбек поинтересовался:

– Ты много знаешь о памирцах?

– Достаточно, чтобы их опасаться.

– Что ты знаешь?

– Знаю, что они светловолосые и голубоглазые. Знаю, что они хитры и изворотливы. Что у них в горах полно драгоценных камней. И что они правду говорят только друг другу. Больше никому.

– Что еще?

– Мне этого достаточно.

– Понятно. – Некоторое время Рустамбек молчал. – Дорогой Тофик, я долго был на Памире. И хорошо знаю памирцев. Пожалуй, лучше, чем кто-либо другой.

– Простите, господин Рустамбек. Я этого не знал.

– Теперь будешь знать. Да, они хитры. И сплочены. Пожалуй, более сплоченного народа я не знаю. Памирцев даже нельзя назвать народом, они, все вместе, представляют собой как бы одну большую религиозную секту. Это совершенно особая секта, со своим уставом, со своими правилами, со своими, понятными только членам этой секты, знаками и символами. Непроходимые горы не дают возможности ни одному крупному государству установить какой-либо контроль над их территорией. Закрыть границу на Памире не смогли даже Советы. Из-за драгоценных камней, которые памирцы сбывают по всему миру, они постоянно держат во всех крупных городах Европы и Америки свои общины. Люди в этих общинах свободно говорят на всех европейских языках, многие отдают детей в лучшие школы. Некоторые народы в Азии считают непохожих на них памирцев пришельцами из Благословенной Страны Света, Шамбалы. Конечно, это чушь, миф, но миф, который помогает памирцам. Многие памирцы бегло говорят по-английски, по-французски, по-испански, на нескольких индийских диалектах и, конечно, на фарси, потому что язык памирцев – это испорченный фарси. Нет страны, в которой они чувствовали бы себя чужими. Если добавить к этому, что они владеют тайнами черной магии и знают секреты многих ядов, неизвестных европейцам, – тем, кто их не знает, действительно следует их опасаться. Но тем, кто хорошо их знает и знает, как с ними себя вести, памирцы не страшны.

– Понимаю, господин Рустамбек.

– Именно поэтому я доверяю Хайдарову.

– Вы серьезно ему доверяете?

– Да. Доверяю до конца. С одной поправкой: пока. Безусловно, памирцы в любой момент могут предать человека, который не знает их и по неосторожности им доверился. Но если они чувствуют, что ты хорошо их знаешь и, главное, что они могут с твоей помощью добиться выгоды – они будут служить тебе верой и правдой. Лучших помощников, чем они, ты в этом случае не найдешь.

– Будут служить – до момента, пока не почувствуют, что выгоды уже не будет.

– Правильно. Значит, надо понять, когда этот момент наступит. Только и всего.

Минут через двадцать «Мерседес» свернул с Ленинградского шоссе к Шереметьево. Медхи посмотрел на Тофика:

– Куда ехать, Тофик-джан? Прямо на летное поле?

– Медхи, ты что? Какое летное поле? Господин Рустамбек и Эльдер летят в Каир обычным рейсом, им надо зарегистрировать билеты. Останови у главного входа. Потом езжай на стоянку и жди меня там.

– Понял, Тофик-джан.

Остановив машину у главного входа в аэровокзал, Медхи дождался, пока Рустамбек, Тофик и Эльдер, несущий за ними два чемодана, выйдут, – и отъехал.

Трое, войдя в зал, двинулись к стойкам регистрации. Однако вскоре они были остановлены возникшим внезапно рядом молодым человеком в отлично сшитом костюме, сказавшим на фарси:

– Господин Рустамбек…

Рустамбек остановился. Эльдер быстро поставил чемодан и сделал шаг вперед – блокируя незнакомца. Покосившись, Рустамбек поднял руку:

– Подожди… Халид Сайед, ты?

– Да, господин Рустамбек, это я.

Подумав о том, что Сайед несколько раз оказывал ему значительные услуги и может оказаться полезным и в будущем, Рустамбек сказал:

– Слушаю тебя.

– Простите, что остановил вас. Но мне нужно с вами поговорить. Всего два слова.

– Я опаздываю на самолет. Но хорошо. – Рустамбек отошел на два шага. – Говори.

– Господин Рустамбек, мне не к кому обратиться, кроме вас. Моей жизни угрожает опасность. В меня уже дважды стреляли, взорвали машину. Защиты нет. Защитить меня можете только вы.

– Защиты нет – от кого?

– От… – Несколько секунд Халид колебался. – От генерала Гамаля Латифа.

Лицо Рустамбека стало каменным. Он хорошо знал генерала Латифа. Услуги, которые оказывал ему генерал, были гораздо важнее услуг Халида Сайеда. Когда-то именно Латиф предупредил его о нападении на крейсер «Хаджибей», затеянном Балбочем. И именно с помощью Латифа ему совсем недавно удалось договориться о сбыте оружия, которое Индия отказалась покупать у России. Оружие охотно купили Саудовская Аравия и еще несколько арабских стран.

– Дорогой Халид, прости. Но Гамаль Латиф – официальное лицо. Я с официальными лицами в конфликты стараюсь не вступать. Извини, но я в самом деле опаздываю на самолет.

– Господин Рустамбек, все в порядке? – спросил подошедший Тофик.

– Да, все в порядке. Я знаю этого юношу, даже симпатизирую ему. Но ничем не могу помочь. Пошли.

– Идите, я вас догоню. – Тофик повернулся к Сайеду. – Халид, стой, здесь. Мне нужно с тобой поговорить.

– Хорошо, Тофик.

К Сайеду, продолжавшему стоять на том же месте, Тофик подошел примерно через полчаса, когда вылетающий в Каир «Боинг» начал выруливать на взлетную полосу.

– Что случилось, Халид? Зачем ты остановил господина Рустамбека?

– Тофик, я горю. Меня мочат.

– Мочит – кто?

– Гамаль Латиф. Помоги. Я отплачу, клянусь, отплачу.

– Слушай, Халид… – Тофик помолчал. – Ты ведь об этом просил господина Рустамбека?

– Об этом.

– И он тебе отказал?

– Он отказал, но… Может, он отказал потому, что торопился… Помоги, Тофик, прошу…

– Как ты можешь обращаться ко мне за помощью, если тебе отказал господин Рустамбек?

– Тофик, мне больше некого просить. Край. Я ушел из посольства, скрываюсь по всей Москве, ночую каждый раз в новом месте. К кому мне еще обращаться?

– К своему дружку Феро.

– Я обращался. Он не хочет даже говорить об этом. Его самого недавно чуть не подорвали.

– Знаю. – Тофик помолчал. – Халид, извини. Ничем не могу помочь. Единственное – я могу дать тебе сейчас возможность незаметно уехать отсюда. И все. Понял?

Халид покачал головой. Глаза его были пусты.

– И учти, если я еще раз замечу, что ты возникаешь на моей территории, – разговор будет другим. Ты как сюда попал? На своей тачке?

– Да.

– А как узнал, что мы с господином Рустамбеком окажемся здесь?

– Очень просто… Просмотрел списки вылетающих… Ты же знаешь, их можно купить, есть даже такса…

– Ладно. Все, Халид. Я отворачиваюсь – и тебя нет.

– Хорошо, Тофик.

Когда Тофик обернулся через несколько секунд, Халида уже не было.

Глава 29

Шум перетаскиваемого груза, примерно с полчаса раздававшийся за дверью офиса, стих. Бухгалтер Роза Борисовна, сухонькая пятидесятилетняя дама, сидевшая рядом с Седовым, отодвинула кипу бумаг. Покачала головой:

– Хоть перестали наконец шуметь, не мешают считать. Наверное, перевозили что-то.

Седов, успевший за это время отказать по телефону очередному претенденту на место охранника, положил трубку. Им с Розой Борисовной уже второй день пришлось проводить здесь вместе, деля один журнальный столик на двоих. Пока он отвечал на звонки желающих поступить на работу, Роза Борисовна, сидя рядом, вела расчеты.

Снова позвонили, на этот раз в дверь. Требовательный мелодичный звонок, не стихая, без устали наигрывал популярную мелодию.

Открыв бронированную дверь, снабженную пока только одним замком, Седов увидел парня в комбинезоне. В одной руке парень держал какие-то бумаги, палец другой намертво прилип к звонку.

Когда дверь открылась, парень отпустил кнопку.

– «Московское секьюрити»?

– Да.

– Хозяина можно?

– Я хозяин.

– Доставили мебель. Принимайте. Вот она.

Седов в отчаянии оглядел штабеля только что выгруженных ящиков и свертков в коридоре. Он совсем забыл, что вчера, отчаявшись найти дизайнера, купил в киоске внизу два каталога и на свой страх и риск заказал по ним мебель.

– Что смотрите? – сказал парень. – Федоров Алексей Иванович – вы?

– Я.

– Так принимайте груз. Вот он, весь перед вами.

– Послушай… Как тебя зовут?

– Олег.

– Слушай, Олег, может, затащите все это в офис? Расставите? Я заплачу, не обижу. Позови своих ребят, а?

Парень поднял обе руки:

– Не, хозяин… Мы работаем в фирме. Время у нас на вес золота.

– Я хорошо заплачу.

– Да сколько б ни заплатил. У нас еще пять заказов. А с твоей мебелью кантоваться – это полдня. Не, не, хозяин. Давай принимай груз и подписывай накладную. Я своим местом дорожу.

Оглянувшись, увидел стоящую рядом Розу Борисовну.

– Поможете?

– Конечно, – посмотрела на парня. – Давайте накладную.

Бегло просмотрев бумажку, кивнула:

– Понятно. Сорок семь мест. Идемте, Алексей Иванович. Покажите нам, молодой человек, что это за сорок семь мест.

Обход, на взгляд Седова, длился чересчур долго. Во всех свертках Роза Борисовна надрывала бумагу, чтобы посмотреть, что там лежит, несколько ящиков заставила открыть для проверки. Затем стала скучным голосом объяснять парню, что, если найдет хоть на одной вещи царапину, вернет всю партию. Наконец протянула бумаги Седову:

– Можете подписывать, Алексей Иванович. Вроде все сорок семь мест здесь.

Он подписал накладную, и парень исчез. Еще раз оглядев груз, Роза Борисовна тронула Седова за руку:

– Алексей Иванович, вы не волнуйтесь. Я пока постою здесь, чтобы чего не случилось. А вы вызовите по телефону бригаду грузчиков. Там у меня на столе справочник лежит, вызовите по нему.

Найдя по справочнику телефон погрузо-разгрузочной конторы, он около трех минут непрерывно набирал номер. Наконец, так и не пробившись сквозь короткие гудки, решил набрать номер другой конторы, но не успел – из коридора донесся голос Розы Борисовны:

– Алексей Иванович! Алексей Иванович, к вам какой-то молодой человек!

– Что за молодой человек?

– Не знаю!

Выйдя, увидел стоящего в дверях парня в джинсах и поношенной кожаной куртке с меховым воротником. На вид парню было лет двадцать с небольшим, он был высоким, худым, с длинными пепельными волосами и раскосыми карими глазами.

Посмотрев на него, парень настороженно улыбнулся:

– Мне бы Алексея Ивановича…

– Я Алексей Иванович.

– Меня к вам прислал Егор Прохоров. Он сказал, вам нужны компьютерщики.

– Нужны. Идемте в офис, поговорим.

Когда они сели в кресла, парень сказал:

– Меня зовут Николай Шарафутдинов. Я татарин.

– Очень приятно. – Седов улыбнулся. – Простите, Николай, вы что, всем сообщаете, что вы татарин?

– Да нет. Начал сообщать только недавно. Меня в одну фирму не взяли, сказали, что берут только русских. С тех пор я и сообщаю.

– Хорошо, что вы не попали в эту фирму. Вы в компьютерах понимаете?

– Ну, в компьютерах по-настоящему никто не понимает. Но думаю, для того чтобы работать у вас, – понимаю.

– А какая у вас специализация как компьютерщика? Вы программист?

– Вообще-то, я все на свете. Начинал как программист, потом работал системщиком, потом сборщиком. Но в последнее время я специализировался только на антихакерных разработках. Поскольку мне это интересно.

– Специализировались где?

– Последние полгода я работал в Германии, в Дортмунде. В фирме «Симменс».

– У вас есть документы, подтверждающие это?

– Документы… – Николай почесал в затылке. – Где-то что-то было. Подождите, я поищу, хорошо?

– Да, конечно.

Николай стал доставать из кармана бумажки, записные книжки, кошелек, протертый до дыр проездной билет, мелочь. Все это он наспех выкладывал на стол. Порывшись еще, достал два грецких ореха. Наконец, освободив все карманы, сказал:

– Черт… Неужели потерял?.. – Посидел с задумчивым видом. – А, нет, вот она… – Взяв со стола, одну из бумажек, протянул: – Вот. Это отзыв о моей работе в фирме «Симменс». Обзавелся им на всякий случай, когда уезжал в Москву.

– А зачем вы уехали в Москву?

– А-а… – Николай тряхнул головой. – Тоска там у них, в Дортмунде.

– Тоска?

– Ну да. Ребят нет, никого нет. Одна радость – работа. Но нельзя ж все время сидеть на работе.

– Наверное… – Развернув бумажку, в которой на немецком языке сообщалось, что за время работы в отделении фирмы «Симменс» в Дортмунде «герр Николас Шарафутдинов», специалист по антихакерным разработкам, проявил себя с наилучшей стороны, Седов вернул ее Николаю. – Хорошо. Я беру вас на испытательный срок. Посмотрю, как вы работаете.

– Ладно. Только я один к вам не пойду.

– Не пойдете? А с кем вы пойдете?

– Я к вам с другом пришел. Он тоже антихакерщик, работал со мной на «Симменсе».

– И где этот ваш друг?

– Внизу сидит, ждет.

– Так зовите его.

– Сейчас позову. Только… – Николай испытующе посмотрел на Седова. – Мой друг еврей.

– Опять вы… Ну и что, что он еврей?

– Я сказал на всякий случай. Чтобы зря вверх-вниз не ездить. Некоторые ведь не любят евреев.

– Перестаньте, Николай. С виду вы нормальный парень, а несете, простите, чушь. Какое мне дело, кто ваш друг? Главное, чтобы он умел работать.

– Это он умеет. Ладно, сейчас я за ним схожу.

Николай ушел и вскоре вернулся с парнем примерно такого же возраста. Приятель Николая был чуть ниже его ростом и более плотен. Одет он был так же, только куртка с меховым воротником была сшита из джинсовой ткани. Черные волосы парня вились, большие, навыкат, голубые глаза прикрывали очки, нос был приплюснутым – похоже, какое-то время он занимался боксом.

Подтолкнув парня, Николай сказал:

– Сень, это вот Алексей Иванович.

Парень протянул руку:

– Семен Ройтман.

– Очень приятно, – Седов ощутил крепкое рукопожатие. – Я вас беру, ребята, как уже сказал, на испытательный срок. Но вы должны мне помочь.

– Что надо? – сказал Николай. – Мы всегда готовы.

– Видели кучу ящиков в коридоре? Это новая мебель, которую нам привезли. Поможете перетаскать ее в офис?

– О чем разговор… – Сняв куртку, Семен аккуратно положил ее на пол. – Пошли?

Меньше чем через полчаса все ящики и свертки оказались в офисе. Часть мебели была сборной, и им еще час пришлось заниматься сборкой столов, кресел и диванов.

Оглядев наконец мебель, стоящую на полу в основном в одной комнате, Седов спросил:

– Как мебель, ребята?

Николай потер мочку уха.

– А что. Шведский шик. Кайфовая обстава. Сень, как?

– Норма. Классная фурнитура, что говорить. – Посмотрел на Седова: – А где компьютеры будут стоять?

– Как раз об этом я хотел вас спросить. А заодно попросить помочь подобрать компьютеры.

– Это мы можем, – сказал Николай. – А какие вам нужны компьютеры?

– Самые лучшие.

– Самые лучшие – для чего?

– Для всего. Мне нужны компьютеры, для которых не должно быть ничего невозможного.

Семен, встретив взгляд Николая, засвистел.

– Можете достать такие? – спросил Седов.

– Конечно. – Семен резким жестом поправил очки. – Но для этого, Алексей Иванович, нужны деньги.

– Деньгами я вас не ограничиваю.

– Что, серьезно?

– Серьезно.

Николай толкнул Семена локтем. Показал большой палец.

– Что? – спросил Седов. – А, Николай?

– Вы бы сразу так сказали, Алексей Иванович. Если есть деньги, мы вам такие компьютеры достанем – закачаетесь.

– Отлично.

Зажужжал телефон. Седов снял трубку:

– «Московское секьюрити» слушает.

Нежный женский голос сказал:

– Здравствуйте. Вам звонит Полина Ветрова. Могла бы я поговорить с Алексеем Ивановичем Федоровым?

– Я Алексей Иванович Федоров.

– Я прочла в газете, что вам нужна секретарша.

Подумал: ну и голос у этой Полины Ветровой. Завораживает, как пение сирены. Секретаршей она может работать только с одним таким голосом. Кроме того, из звонивших она оказалась первой девушкой, которая, прежде чем заговорить с ним, представилась.

– Да, нужна. У вас есть опыт секретарской работы?

– Ну… У меня вообще есть опыт работы. Но…

– Но?

– Я хотела бы обсудить все это не по телефону.

Только сейчас он подумал: а ведь имя Полина Ветрова что-то ему напоминает. Но только что?..

– Алексей Иванович, вы слышите меня? Вы могли бы меня принять?

– Ну… – Наконец вспомнил: Полиной Ветровой зовут любовницу Феро. Конечно. Он отлично помнит ее фото. Эффектная девушка. Правда, это может быть и однофамилица. Но в любом случае на нее нужно посмотреть. – Хорошо. Когда вы могли бы подойти?

– Когда вы скажете. Я живу недалеко, тоже на Новом Арбате.

– Вы знаете точный адрес?

– Конечно. У меня же газета с объявлением.

– Тогда подходите. Я вас жду.

…Когда она пришла, Седов понял: фото, которое он видел, давало очень слабое представление об оригинале. На фотографии не было видно, какая тонкая и гибкая фигура у настоящей, живой Полины Ветровой. И какая легкая у нее походка.

На ней был очень простой синий кожаный жакет в талию, из-под него выглядывала такого же цвета короткая шерстяная юбка. Были также черные колготки и черные туфли на высоком каблуке.

– Здравствуйте. Я пришла в агентство «Московское секьюрити», оно здесь?

– Здесь, – сказал Седов.

– Я – Полина Ветрова. По-моему, я с вами разговаривала? Вы Алексей Иванович Федоров, так ведь?

– Совершенно верно. Познакомьтесь, это Николай, это Семен, работники агентства.

– Очень приятно. Полина.

– Это Роза Борисовна, наш бухгалтер. Роза Борисовна, это Полина.

– Очень рада… – На мгновение оторвавшись от бумаг, Роза Борисовна кивнула. – Здравствуйте, Полиночка, рада вас видеть. Извините, я сейчас доделаю работу…

– Конечно… – Полина оглянулась. – Можно снять жакет?

Оказавшийся рядом Николай подхватил жакет, от которого она легко освободилась. Она стояла к нему спиной, и Николай, мельком глянув на ее ноги в черных колготках и в черных туфлях, театрально закатил глаза.

– Мы ведь должны поговорить? – сказала Полина.

– Должны. Ребята, займитесь пока чем-нибудь. Тут несколько ящиков осталось нераспакованных. Распакуйте. А я пока поговорю с Полиной.

Взял два новых кресла.

– Пройдемте в любую комнату. В эту хотя бы.

Поставив кресла, подождал, пока сядет Полина, сел сам. Улыбнулся:

– Не люблю ни расспрашивать, ни отвечать на вопросы.

– Честно говоря, я тоже.

– Но придется. Простите за нескромный вопрос, но от него не уйти. Сколько вам лет?

– Двадцать один.

– Вы москвичка?

– Прописана в Москве.

– И родились в Москве?

– Нет. Я родилась в городе Брусенец Вологодской области.

– Какое у вас образование?

– Окончила десятилетку. Сейчас учусь на втором курсе Московского текстильного института, на факультете конструирования одежды. На вечернем отделении.

– Почему решили позвонить в наше агентство?

– Давно хотела найти работу, которая бы меня заинтересовала, читала объявления в газетах. Прочла, что в охранное агентство нужна секретарша. Мне показалось это любопытным. Взяла и позвонила.

– Вы умеете работать на компьютере?

– Один из главных предметов в моем институте – компьютерный дизайн. У меня дома есть свой компьютер, я работаю на нем почти каждый день.

– Очень хорошо. В принципе как секретарь вы мне подходите. Но учтите, работа в охранном агентстве, даже секретарем, – особая работа. Она требует особой подготовки и особой выучки. Пройти эту подготовку вы сможете только у меня, поэтому вам придется стать на какое-то время моей ученицей. Как вы к этому относитесь?

– Прекрасно отношусь. Буду очень рада поучиться у вас.

– Отлично. Компьютерный дизайн… Значит, вы понимаете что-то в дизайне?

– Немного понимаю.

– Нам сегодня привезли новую мебель, а как ее расставить, мы не знаем. Я в этом ни бум-бум, это не моя сфера, ребята тоже, они компьютерщики. Поможете?

– Конечно.

– Было бы здорово. – Встал. – Все, Полина, считайте, вы приняты на испытательный срок. Беритесь за мебель.

– Сейчас возьмусь. – Они вышли в коридор.

Вскоре Полина подошла к нему.

– Алексей Иванович, вы уже решили, в какой комнате что будет?

– Нет… У нас четыре комнаты.

– Нам лично нужна только комната под компьютеры, – сказал Семен.

– Большая, маленькая?

– Неважно. Главное, чтобы была отдельная комната.

Пройдясь по всем комнатам, Полина спросила:

– Вот эта, угловая, подойдет?

– Вполне.

– Очень хорошо. Тогда сразу все устраивается. Здесь, где сейчас сидит Роза Борисовна, я предлагаю устроить кабинет Алексея Ивановича. Как, Алексей Иванович?

– Мне нравится.

– Эта большая комната будет приемной. И последнюю комнату, в дальнем конце, займет бухгалтерия. Где будет сидеть Роза Борисовна. Как?

– Прекрасно, – сказал Седов.

– А охранники? – спросил Семен.

– Охранникам в помещении охранного агентства делать нечего, они должны быть на объектах, – заметил Седов. – Если же они на какое-то время окажутся здесь, будут сидеть где придется. В приемной, в моем кабинете, в вашей комнате. Это не проблема.

Примерно через сорок минут, когда была расставлена вся мебель и выметен и выброшен мусор, он вынужден был признать: помещение преобразилось.

Четыре разрозненные комнаты превратились в солидный, хорошо обставленный офис.

* * *

Вечером, придя домой, плюхнулся в кресло. К квартире на Остоженке, которую ему подобрал Хрулев, он пока не привык. Мебель здесь стояла кое-как, часть одежды как была привезена с прежней квартиры, так и лежала до сих пор на диване. Каждый день он уходил рано утром, торопясь в агентство, а возвращался поздно вечером, поэтому окончательная уборка все откладывалась.

Пошел на кухню, открыл холодильник – и почти тут же раздался звонок. Сняв трубку, узнал густой бас Прохорова:

– Леша, привет. Там вроде мой Егор подобрал тебе компьютерщиков. Они пришли?

– Пришли, спасибо.

– Ну и как они тебе? Показались?

– По-моему, неплохие ребята. Ты их знаешь?

– Частично. – Прохоров прокашлялся. – Правда, не знаю, какие они ребята. Но компьютерщики, по словам Егора, гениальные.

– Вполне возможно. Я еще не видел их в деле.

– Увидишь. Егор говорит, Николай Шарафутдинов – гениальный компьютерщик. Ну а в гениальности другого, Семена Ройтмана, я имел счастье убедиться сам. Уж извини.

– Каким образом?

– Защищал его в суде.

– Даже так, в суде?

– Не волнуйся, никакой криминальной истории за ним нет. Равно как и судимости. Парнишка на спор ухитрился взломать охранную систему швейцарского банка «Креди Сюисс». И начал переводить миллионы на какие попало счета. Мальчишество. Его вычислили. Хорошо, мне удалось доказать, что он не получил от этого никакой выгоды.