Текст книги "Игры хакеров"

Автор книги: Анатолий Сигов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

ВЕРОНИКА

Она не видела их всего неделю и была поражена, сколько они успели за это время сделать. И еще тем, насколько они сами изменились. Это уже была не группа расслабленных подростков, не знающих, как убить время, а работающая команда, имеющая общую цель. Все их разговоры касались только города и другой жизни. Они что-то доказывали друг другу, ссорились, мирились и опять работали вместе. И даже забывали поесть, так как в квартире не было ничего съестного. Как оказалось, Эммануэль уволила женщину, которая приходила убирать и готовить еду, чтобы та не мешалась.

Вероника не могла понять, почему они так увлеклись этой идеей. Ей казалось, что они слишком молоды, чтобы искать другую жизнь. Они дружат между собой, у них, должно быть, успешные родители. А жизнь по ту сторону экрана – это для таких, как она, одиночек, обстоятельствами выкинутых из привычной жизни и не имеющих своего дома. Или для людей старшего возраста, неудачников, не нашедших себя в реальной жизни.

За неделю до аукциона Оля выставили все проекты Витаса и Эммануэль в информационной сети города. Теперь каждый гражданин имел возможность зайти и воочию увидеть то, что ими предлагалось, но в отличие от Ебэя и других подобных платформ, ставки можно было делать как в старые времена, лишь в час аукциона.

За эту неделю предстояло сделать массу необходимых вещей, и работу возглавила Оля. Веронике пришлось провести у них много времени, помогая с английским языком для их первой презентации в городе. Проблемой был только один имеющийся у них РС, который привезла Оля взамен старого, и множество задач, которые приходилось решать с его помощью. Гимназия закрылась и вместе с ней компьютерный кабинет. Ни у кого из них не было даже простенького ноутбука, хотя она предполагала, что у них были весьма состоятельные родители, если их дети обучались в частной гимназии.

С ее помощью были размещены объявления об их первом аукционе в трех газетах, выходящих в городе, и на него были приглашены редакторы этих газет. Она составила все фразы аукциониста, которые Максимусу удалось найти в Интернете. Оля вполне профессионально подобрала тембр, и они стали звучать как мужественный мужской голос Максимуса. Затем она отредактировала и составила все, что должна говорить Эммануэль о своих моделях. При этом Оле пришлось переделать запись несколько раз, потому что, по всеобщему мнению, голос Эммануэль звучал недостаточно сексуально. Она придала ей низкий по тембру женский голос с придыханием, как в их представлении должен был звучать голос такой женщины, как Эммануэль.

Но подлинное изумление ее поджидало, когда Оля стала работать над мимикой и того и другого. Это была работа профессионала с программой, неизвестно откуда у нее появившейся, но, несомненно, талантливой. И профессионалу было всего шестнадцать лет! Это было непостижимо!

Следующим был Витас. Он сделал три проекта. По ее мнению, два из них были более чем ординарными, но третий удивил всех. Он раскопал сайт, в деталях демонстрирующий внешний вид, а главное, внутренний интерьер замка Альгамбра в Испании, построенного в XII веке маврами. Используя лишь часть этого материала, он сделал проект дворца в мавританском стиле с традиционным внутренним бассейном и мощенным изумительной плиткой двориком. Оля создала аватар восточной женщины с закрытой нижней частью лица, рассказывающей о достоинствах дворца. Этот проект явно отличался от всего того, что Веронике довелось увидеть в городе.

Вообще, она так заразилась их энтузиазмом, что волновалась не меньше, когда наступил торжественный день и час их первой презентации в другой жизни. Вероника специально проверила, чтобы в этот день в субботу не было никаких особенно интересных спортивных матчей по американскому телевидению.

И аукцион начался. Руководила компьютерной презентацией Оля и управлялась с ней вполне профессионально. Аватар Максимуса выглядел на экране очень представительно.

– Дамы и господа! Мы с гордостью объявляем об открытии первого в городе Sun City аукциона, где продаются самые креативные проекты лучших специалистов в своей отрасли.

Далее барабанная дробь и дальнейший текст об условиях.

Это представление проходило перед восемью аватарами, которые зарегистрировались до начала аукциона. На лицах ребят было написано разочарование. Такого они не ожидали. Чтобы хотя бы как-то улучшить картину, Вероника сама зарегистрировалась, и, таким образом, участников стало девять. Все изображения участников высвечивались на экране, и, кликнув на каждое, можно было его увеличить, чтобы видеть, кем является твой конкурент.

Сначала пошли модели Эммануэль, и это было настоящим, классным шоу. Был объявлен стартовый бид, но аватары не проявили интереса. На вторую модель тоже. Вероника подумала, что эти модели, скорее всего, казались слишком революционными для города, где все носили обтягивающие комбинезоны на стройных фигурах. Эммануэль выглядела совсем как ребенок и была готова вот-вот расплакаться. Она вложила в работу столько фантазии и труда! Чтобы спасти положение, Вероника, оттеснив Олю от компьютера, сделала бид на следующую модель. Она ничего не теряла, так как деньги, снятые с ее карточки, позже вернутся на ее другую карточку, выписанную на Элю или Эммануэль. Затем она сделала то же самое со следующей моделью. Однако это не произвело никакого впечатления на других аватаров. Они безмолвствовали. Аукцион ее моделей подошел к концу, и были проданы всего лишь два лота. Оба Веронике. Эммануэль выскочила из комнаты.

Следующим был Витас. Оля привычно повела аукцион, но уже перед четырьмя участниками. Пять других были аватарами-женщинами и исчезли с экрана, как только закончился показ моделей Эммануэль. Первые два проекта ждала та же учесть, что и модели Эммануэль. Никто не проявил никакого интереса. Витас стоял позади Оли и отстраненно глядел поверх экрана.

В конце был представлен мавританский дворец. Максимус назначил первый бид в 100 тысяч солнечных долларов. Это была немыслимая сумма для проектов подобного рода, и до аукциона они спорили до хрипоты, стоит ли это делать. В конце концов пришли к компромиссному варианту и решили, что Максимус объявит, что будет снижать цену, пока не получит бид, который будет считаться финальным и выигрышным. Он раскопал, что подобный вид аукционов существует в Америке.

Оля уже собралась объявить голосом Максимуса о снижении ставки, когда вдруг загорелся сигнал, что бид принят. На мгновение все замерли. Первой очнулась Оля, щелкнула на клавиатуре, и аватар Максимуса, сосчитав до трех, победно возвестил, что лот продан. Все в комнате победно взревели, и из спальни выскочила перепуганная Эммануэль. Оля увеличила изображение аватара, который сделал бид, и им оказался мужчина с мужественным кинематографическим лицом явно арабского происхождения.

Оля пощелкала на клавиатуре, и аукцион завершился традиционной благодарностью за участие. Все начали наперебой поздравлять Витаса, а Вероника заметила, что на экране мигает сигнал вызова. Кто-то хочет выйти с ними на связь, и она села к компьютеру. На экране появился аватар женщины с благородным лицом и нетрадиционного для населения города возраста. Ей, по-видимому, было за пятьдесят.

– Добрый день! – женщина была самой строгостью, без тени улыбки. Графика была безупречной. – Эммануэль?

Вероника уже знала, как выводить на экран аватар Эммануэль.

– Добрый день! – быстро отпечатала она по-английски, и компьютер произнес напечатанное голосом Эммануэль.

За ее спиной замерли ребята.

– Я издаю электронный журнал Sun City Vogue. Поздравляю вас с успешной презентацией. Вы отошли от принятых стандартов, и это было удачной находкой. Ваши парящие модели необычны и производят впечатление. Я сожалею, что было мало участников аукциона, но думаю, что в следующий раз их соберется больше.

Женщина замерла, ожидая реакции.

– Благодарю вас, – отпечатала Вероника, и компьютер послушно перевел ее фразу в человеческий голос.

– У меня есть предложение. Я обычно продаю все те модели, которые появляются у меня в журнале. Поэтому я могу поместить ваши модели у себя и предлагать их для продажи. Если вы согласны, то какими будут ваши условия?

Вероника посмотрела на Эммануэль. Та не знала, что ответить, поэтому Вероника предложила:

– Половина розничной цены?

Эммануэль кивнула головой, и Вероника сделала женщине предложение.

– Договорились, – ответил аватар. – Пришлите мне непроданные модели. – Она дала адрес и исчезла с экрана.

Все растерянно глядели друг на друга.

– По-моему, это здорово для первого раза, – решила подбодрить их Вероника, и все стали наперебой обсуждать детали аукциона.

На экране опять замигал значок письма. Когда его открыли, то это было извещение об оплате 100 тысяч солнечных долларов за мавританский дворец. Все зааплодировали, и Оля тут же направила покупателю электронный проект. Затем она нашла и заглянула в журнал Sun City Vogue, и это оказалось высокопрофессиональной работой, хотя Эммануэль тут же раскритиковала модели как несовременные. Но выбирать не приходилось. Это явно был ведущий журнал, и модели были посланы.

Далее к компьютеру села Вероника, и в три информационные электронные газеты города полетели сообщения о рекордной продаже проекта на первом аукционе Максимуса.

Все еще пребывали в эйфории от аукциона, и Эммануэль вдруг произнесла:

– Максимус!

В ее глазах был вопрос.

– Конечно, – был ответ, и он выскочил в коридор.

Вернулся он с полиэтиленовым пакетиком и вопросительно взглянул на Веронику.

– Мне пора уходить, – сказала она и стала собираться.

Она была противницей теории о том, что следовало бы легализировать марихуану, так как все равно ее повсеместно курят. И в Нью-Йорке, и в Москве. И уже совсем ей не хотелось присутствовать, когда этим будут заниматься ребята. Кроме того, у нее было необъяснимое чувство, что после завершения аукциона она стала лишней, неким инородным телом в их компании. Ребята были любезными, даже слишком любезными, когда ее провожали. Было сказано много слов о том, что без нее у них ничего бы не получилось. Но, несомненно, что когда за ней закрылась дверь, они почувствовали облегчение. Между ними была разница всего в шесть лет, но Вероника была для них пришельцем из другого мира, который был для них чуждым.

ВИТАС

На девятый день, как водится, он поехал на кладбище. Полагалось выпить водки и поставить стаканчик на могилу, но водки не хотелось, да и на нее просто не было денег. Он занял кое-что у Максимуса и отчаянно экономил, хотя и не знал, как и откуда он будет их отдавать.

Кладбище быстро разрасталось за счет новых могил. На некоторых соседних уже были установлены памятники, а могила деда была наполовину затоптана неаккуратными могильщиками, и у него не было денег, чтобы нанять кого-то, чтобы привести ее в порядок. На отца не было никакой надежды. Витас простоял несколько минут и побрел по направлению к выходу. В голове была пустота от усталости и неопределенности. У него было ощущение, что он скатывается по наклонной все глубже в колодец, из которого нет выхода.

Возле входа суетился тот самый солидный мужчина, который подходил к ним с отцом в прошлый раз. На Витаса он не обратил ни малейшего внимания, так как, по его мнению, он не был потенциальным клиентом.

– Мой отец не звонил?

И он напомнил ему, где и когда состоялся разговор.

– Такие не звонят, – ответил мужчина и вновь потерял к нему интерес.

Это было очередной оплеухой, полученной им от судьбы. Даже у солидного мужчины не было надежды на его отца.

Всю длинную дорогу назад он пытался сконцентрироваться и определиться, куда он плывет, но мешала хроническая усталость, и он задремал в углу вагона метро и проехал свою станцию.

Следующим пунктом его путешествия в окружающий мир была квартира деда. Он какое-то время ковырялся с ключом, пока не понял, что дверь открыта. Внутри заправлял парень в строительной спецовке.

– Что надо? – с ходу спросил тот.

– Я здесь живу.

– Тогда заходи. Чего стоишь? – И парень пошел в глубину коридора.

Вся мебель была вынесена, и везде валялись инструменты и материалы. Мозг Витаса автоматически отметил, что все его вещи, учебники и одежда безвозвратно пропали, но это предположение не взволновало его. Из одежды он уже вырос, а гимназия ему больше не светила. В конце концов, он успел вынести из квартиры две самые ценные вещи: единственную сохранившуюся фотографию деда и его пистолет. Его больше волновала насущная проблема – как выжить и не умереть с голода. Он понимал, что не может вечно жить у Эммануэль и занимать деньги у Максимуса.

– Сколько будет продолжаться ремонт? – спросил он у парня.

– Не знаю. Я не прораб. Работы здесь много. Месяца на три, не меньше.

Его вердикт означал для Витаса, что как минимум три месяца ему негде будет жить. Он рассмеялся от подобной перспективы и помотал головой. Парень удивленно взглянул на него, но ничего не сказал.

Всю дорогу к Эммануэль он пытался сконцентрироваться и обдумать свою ситуацию. Жить ему негде, одежды, кроме той, что на нем, у него нет, денег тоже. Из имущества – только пистолет, который он завернул в тряпку и спрятал в пыли наверху, на высоком шкафу в кухне у Эммануэль, куда вряд ли кто-нибудь полезет. Там же он оставил и фотографию. Он потерял оплаченные обеды в гимназии и возможность работать там на компьютере. Эммануэль прогнала приходящую женщину и лишилась холодильника с едой, оплаченного матерью, из которого ему тоже кое-что перепадало.

Далее. Какие у него перспективы? Самое легкое – взять пистолет и кого-то ограбить, но для этого он еще не созрел. Последние дни он как одержимый работал над проектами зданий, сам не понимая зачем. Скорее всего, чтобы занять свое время и забыть о боли, связанной с его нынешней ситуацией. Со смертью деда рухнул его устоявшийся мир, и он не видел выхода. Работа просто забивала чувство потерянности.

В квартире у Эммануэль все было по-прежнему. Компьютер был оккупирован Олей, остальные расположились вокруг и имели совещательный голос. Затем, когда уйдет Оля, за компьютер сядет сама Эммануэль и будет до ночи делать свой проект. И только потом, когда она окончательно устанет, настанет очередь Витаса, и незаметно наступит рассвет и новый день. Делать было нечего, и он пошел в спальню, чтобы поспать. До ночи еще было много времени.

То, что случилось на аукционе, оглушило его. Он стоял и наблюдал, как два его проекта пролетели мимо денег, ну а на третий проект у него вообще не было никакой надежды. Он взялся за него после того, как, завершив очередной облет города, завис над районом, куда они никогда не залетали. Там обосновались немногочисленные арабы со своей специфической архитектурой. Они выстроили там даже мечеть. Было что-то сказочное в кружевных орнаментах и округлых формах их домов. От них веяло спокойствием. В Интернете он набрел на дворец Альгамбра и замер в восхищении. Такого ни у кого не было. То, что мавры построили в Испании в XII веке, не поддавалось воспроизведению в XXI веке. Кроме как в дигитальном мире. Он просто взял элементы дворца и скомпоновал их в своем проекте. И это дало им единственные реальные деньги в результате аукциона. Две модели Эммануэль, которые купила американка, были не в счет.

Когда Вероника наконец ушла и они раскурили пару косячков, повисла неловкая пауза. Каждый ожидал, что разговор начнет другой. Как всегда, первым оказался Максимус:

– Итак, у нас появились первые деньги.

А это было почти две тысячи зеленых долларов. Те, после обмена солнечных на американские, должны прийти на карточку Витаса за минусом процента, который они обещали американке. И все молча глядели на Витаса.

«Тихо! Сейчас говорят деньги», – вспомнил он фразу, сказанную однажды американкой по-английски. И все ожидали, что скажет он. До аукциона они были настолько поглощены его подготовкой и своими проектами, что у них никогда не заходил разговор о том, что они будут делать с заработанными деньгами.

Была еще одна проблема. Витас никогда не был заводилой в их компании. Он всегда следовал за другими, а сейчас получалось, что от него зависело то, как пойдут их совместные дела в дальнейшем, и он не чувствовал себя комфортно в подобной ситуации. Меньше всего ему бы хотелось кого-то обидеть.

– У меня есть долги перед каждым из вас. Первое, что я хочу сделать, – это расплатиться со всеми. Что касается остального, то давайте обсудим.

Опять повисла пауза. Косячки потухли, и они перешли с балкона внутрь. Каждый выигрывал время, чтобы обдумать ситуацию в целом и свою позицию. Обсуждения не получалось, поэтому Витасу пришлось взять инициативу на себя.

– Нам нужен еще один компьютер, и я предлагаю инвестировать оставшиеся деньги на эти цели.

Он почувствовал вздох облегчения, и Максимус, подсчитав что-то в уме, сказал:

– Да я за эти деньги такую машину вам сделаю!

Витас тоже вздохнул спокойно. Хотя в данный момент ему была нужна новая одежда взамен той, из которой он просто вырос, он посчитал, что с этим можно подождать. После продажи мавританского дворца у него в голове открылся какой-то клапан, и мозг захлестнула волна новых проектов, которые требовали воплощения. И без работы на компьютере тогда, когда ему это нужно, этот поток просто уйдет в песок. Он не мог каждый раз дожидаться, когда Оля и Эммануэль освободят ему место где-нибудь после часа ночи. У него должна быть своя машина!

Правильность его предположения подтвердил сигнал с экрана, возвещавший, что на связь с ними вышел покупатель мавританского дворца. Традиционно первой мыслью было: «Что-то не так!» Но все оказалось гораздо приятней:

– Витас! Я приветствую вас, – прозвучал голос возникшего на экране арабского аватара.

Витас последовал примеру Эммануэль и не стал изменять свой облик. Оля лишь слегка пригладила его за пару часов до аукциона и не удосужилась поработать над его мимикой. В отличие от всех он решил оставить и свое имя, которое оказалось незарегистрированным в городе. Ему не хотелось полностью уходить от себя даже в дигитальном мире. В результате он появился на экране для переговоров почти таким, каким он был в этой жизни, и графическое решение было совсем никудышним.

– Благодарю вас за покупку, – отпечатал по-английски Максимус на клавиатуре, и компьютер механическим голосом произнес эту фразу. Оля также не нашла времени поставить ему соответствующий тембр голоса.

– Я хотел бы предложить вам сделать некоторые дополнительные интерьерные работы во дворце, если вам не сложно.

Подобный вопрос вызвал у них замешательство. Все смотрели друг на друга и на Витаса. Первым, как всегда, опомнился Максимус:

– Спецификация? – и он вопросительно взглянул на Витаса. Получив утвердительный кивок головы, Максимус, который выступал от имени Витаса, отпечатал:

– Пожалуйста, пришлите спецификацию. – И аватар повторил фразу.

– Я ее подготовлю и вышлю. Благодарю вас. – Араб исчез с экрана.

За спиной оживленно загалдели, а у него осталось неприятное чувство от состоявшегося разговора. Оля как будто сочла его персоной второго сорта и не посчитала нужным поработать над его имиджем в другой жизни. Он явно проигрывал по сравнению с Эммануэль и Максимусом. Он попытался погасить в себе злость по этому поводу, но это не удавалось. Витас и раньше ловил себя на мысли, что во всем, и в сексе в первую очередь, Оля просто им всем подыгрывала, а на самом деле не испытывала ни к кому из них никаких чувств. Но тогда к подобным ощущениям он относился по принципу: «какая разница», а сейчас, когда ситуация обострились, он чувствовал фальшь. Это было неприятно, но, как всегда, он промолчал. У него не было прав в этом доме, он был гостем, и с этим приходилось мириться.

Вообще, в их отношениях все кардинально изменилось. Прошло то время, когда их сближало совместное проведение досуга и секс. Сейчас не осталось досуга, а с ним и секса. Им на смену пришли лишь воспаленные глаза и желание на пару часиков заснуть. Но после аукциона все пошло по-иному. Работы больше не было, и в ту ночь Эммануэль впервые за много дней всем телом прижалась к нему.

Первым делом с утра Витас направился к компьютеру. У него было прекрасное настроение. Он выспался и был полон сил. Эммануэль все еще была в кровати после бурной ночи.

В его личном почтовом ящике было два письма. В первом была спецификация на интерьер. Он быстро пробежал ее глазами. Никаких сложностей не предполагалось. Витас мог найти и скопировать все из Интернета. В ответ он назначил цену в 50 тысяч солнечных долларов и перешел ко второму письму.

Там был более сложный вопрос. Кто-то, плохо владевший английским языком, запрашивал его о проекте дворца, который бы превосходил по размеру и убранству тот, который был продан на аукционе. Это требовалось обдумать. У него в запасе оставалось еще немало элементов из Альгамбра, но он планировал использовать их в последующих проектах для аукционов, поэтому следовало быть расчетливым. Используя все свои знания английского, он послал запрос, на какую сумму рассчитывал заказчик, и отложил решение вопроса на потом.

А сейчас надо было использовать ситуацию, пока ему никто не мешал. Он заложил всю имеющуюся у него одежду в стиральную машину и, обмотавшись на бедрах полотенцем, сел к компьютеру, чтобы поработать в одиночестве и в тишине. Блаженство продолжалось недолго. Вскоре встала Эммануэль, подошла сзади и, сильно потрепав его за волосы, удалилась в ванную. А потом и вовсе пришлось оторваться от работы, так как Эммануэль позвала его на кухню пить кофе. Они неторопливо болтали, пока не пришел Максимус, и выглядел он странно. Они начали отпаивать его кофе, но все закончилось традиционным косячком. Как оказалось, у него были неприятности с родителями, и Витас понял, что ему вряд ли придется поработать в спокойной обстановке. В дополнение ко всему, успокоившись после травки, Максимус пришел к нему, чтобы решить насущные проблемы.

– Я подсчитал все наши расходы, и оказалось, у нас все еще большие долги, – и он протянул ему бумажку.

Максимус взял на себя проблемы расчетов, и Витас был благодарен ему за это. И еще он пришел к нему за решением, и это означало, что Витас неожиданно оказался у руля их предприятия, к чему он был совершенно не готов. Ему просто хотелось работать и продавать, но никак не распределять.

– Что это?

– Оля потратилась на приобретение программы компьютерной графики.

– Девять тысяч евро?

– Так она сказала.

Витас понял, что реальные деньги уплывали куда-то за горизонт, и могила деда так и останется неухоженной.

– 9 тысяч за то, чтобы у моего аватара оказалась похабная графика?

Максимус понимающе взглянул на него и произнес:

– Она все исправит.

Витасу совершенно не хотелось дальнейших дискуссий, и он промолчал.

– Плюс к тому она много работала… – начал Максимус.

– Подсчитай и оцени в цифрах, насколько много!

Витас решил завершить эту тему.

– А это что?

– Очистители мозгов и стимуляторы к работе.

– Хорошо мы успели погулять!

– Зато были результаты.

– Судя по сумме долгов, нам еще работать и работать.

– И долги нарастают, если будем покупать новый РС.

– Это не так.

И Витас подошел к компьютеру и показал свой ответ покупателю с аукциона. Затем раскрыл поступившее письмо, где новый заказчик сообщал, что он готов потратить вдвое большую сумму, чтобы перещеголять предыдущего покупателя. Единственное, что мог сделать Максимус в ответ, – это только сказать: «Уау!» и послать ответ, что половина суммы оплачивается авансом.

– А теперь мне нужно проверить мой почтовый ящик, – решил Максимус и оказался прав. Там содержалось два десятка запросов от клиентов на продажу их виртуального имущества. Изучив список, Максимус констатировал:

– Кажется, мы сможем расплатиться с долгами раньше, чем я рассчитывал. А затем ты сможешь сделать для своего деда то, что тот заслужил.

Каким-то образом Максимус угадал, что задумал Витас.