Текст книги "Синхронизация судеб (СИ)"
Автор книги: Анастасия Волжская
Соавторы: Валерия Яблонцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Слабое зеленое облачко едва заметно кружилось среди золотистых частиц стима.
А в рукаве куртки Рамона наполовину исчез до боли знакомый крохотный шип с острыми немного погнутыми иглами. Неужели тот самый, что мы с Кесселем когда-то достали из пасти шисса и принесли на анализ в «Механическое солнце»?..
В комнате повисла напряженная тяжелая тишина.
– Хавьер… – Рамон, побледневший еще сильнее, повернулся к главе «Механического солнца». – Я…
– Ты. – По рукам и спине Анхеля пробежали волны красной чешуи. – Это все ты! Связался со мной, нарушив приказ Хавьера о радиомолчании, соврал о тяжелом состоянии Ракель, чтобы я точно согласился встретиться. И если бы не Никс и Солана, нас ждали бы не вы, а целый взвод литиан.
– С моей группой случилось то же самое, – добавил кто-то. – Мы пытались прорваться из семнадцатого, но наткнулись на заградительный огонь на границе. Операцией дистанционно руководил Рамон.
– А Ракель… Да, я узнал, что она выжила после облавы лишь тогда, когда встретился с ними в пятом…
– Еще Алварес. И Виго.
– И отряд Васкеса. Их бы не поймали, если бы не…
– Васкес? – Гаррет, до этого лишь растерянно наблюдавший за происходящим, тяжело поднялся, в упор глядя на Рамона. – Отец? Мой отец?!
Но глупостей юный шейдер наделать не успел – на плечо опустилась когтистая красная лапа.
– Погоди-ка, малец… – Выпустив руку Ракель, Анхель, огромный и жуткий, встал рядом с младшим Васкесом. – Он мой.
– Хавьер. – Рамон затравленно обернулся. Попятился к дверям, но выход перегородили молчаливые охранники «Хирургов». – Ты что, будешь вот так стоять и слушать все это? Позволишь им обвинять меня? Меня, бессменного безопасника «Механического солнца»? Себастиан Кессель и Андрес Диаз полностью доверяли мне. А ты…
Но острая сталь в светлых глазах старшего Кесселя заставила бессменного безопасника замолчать.
– Доказательств достаточно, Шей Перес. Признайся сам, и я прослежу, чтобы наказание было быстрым. В противном случае…
Кольцо вокруг Рамона начало сжиматься. Боевики «Механического солнца», потерявшие слишком многое по вине предателя, подходили все ближе, и зверские оскалы на лицах не предвещали ничего хорошего.
И Рамон… сдался.
– Да! – запальчиво выкрикнул он, обводя бывших друзей сверкающим взглядом. – Да, да, да, я это сделал! Но я хотел как лучше! Просто… – Он запнулся. – Одно потянуло за собой другое…
– О да, – раздался скептический смешок голографического Рохаса, – знаем-знаем. Тяжелый путь предателя. Раз поступился совестью, согласившись на что-то такое маленькое, незначительное и, как кажется, абсолютно безвредное, но вот уже это маленькое ведет к среднему, большому, огромному – и тут ты понимаешь, что продался целиком. И дальше либо идти до конца, либо…
– А что мне оставалось делать? Сначала шиссов дротик, за которым охотится вся полиция Абисс-сити, потом самоубийственный налет на полицейский участок… Мы раздразнили литиан! Им было нужно только «Механическое солнце». Если бы они получили свое, все вернулось бы в норму. Но эта глазастая сучка, которая и правда путается с литианами, начала подозревать…
Последнего говорить не стоило, особенно при Анхеле, который и так был на взводе. Рычащий монстр в красной броне сбил Рамона, прежде чем тот успел добежать до двери. Сцепившись в клубок, противники покатились по полу, оставляя за собой широкую и густую полосу из крови, плоти и кусков одежды.
А когда несколько ударов сердца спустя Анхель, тяжело припадая на одну ногу, поднялся, все было уже кончено.
Рамон был мертв.
Глава 7
Горевали о предателе недолго.
Не успела кровь, хлеставшая из разорванного горла Рамона, остановиться вместе с его сердцем, как двери медицинского блока отворились, впуская внутрь трех роботов-уборщиков и молчаливую нор-ру. Бесстрастно окинув взглядом бурые пятна и безжизненное тело в углу, фемма засучила рукава и деловито принялась за работу. Загудели механизмы, зашуршали щетки. Комнату наполнил едкий запах химикатов, перебивший запах крови. Явившиеся следом крепкие охранники унесли тело. Шейдеры семнадцатого проводили их угрюмыми взглядами.
Слов не было, мыслей тоже.
Все произошло слишком быстро. Казалось, ситуация начала налаживаться – пятнадцатый оказался не таким негостеприимным, как показалось вначале, раненым оказали помощь, а изможденным от бесконечного бегства бойцам нашлось место, где можно было перевести дух, не беспокоясь о коллекторных тварях и литианских энергетических пистолетах.
И вдруг в один момент все изменилось. Предатель Рамон погиб от когтистой лапы Анхеля, Ракель оказалась на грани жизни и смерти, а вчерашние союзники смотрели друг на друга с недоверием, гадая, кто следующим может переметнуться к врагу. Один лишь голографический Рохас сохранял абсолютную невозмутимость и наблюдал за уборкой и транспортировкой Ракель в хорошо оснащенную медицинскую капсулу с видом всезнающего и всеведущего властелина мира.
Пять минут, и в медотсеке не осталось ничего, что напоминало бы о растерзанном безопаснике Рамоне Пересе.
– А теперь все, кто в состоянии держаться на своих двоих, вон, – не дав никому опомниться, распорядился глава «Хирургов». – Кроме вас, Диаз и Кессель.
Судя по облегчению на мрачных лицах, шейдеры и сами рады были подчиниться. Все, кроме Анхеля. Доковыляв до капсулы Ракель, зеленоволосый шейдер замер, положив ладонь на полупрозрачный корпус купола. И, наверное, так и остался бы стоять, прикидываясь частью декора, если бы не покашливание Хавьера.
– Анхель, – приказал он. – Выйди.
С братом младший Кессель спорить не стал, хоть по его лицу и видно было, что хотелось.
– Хорошо. Проведаю Никс.
Помятый шейдер нехотя поплелся к выходу. В дверях он ненадолго остановился, пожирая тоскливым взглядом закрытую капсулу, в которой лежала Ракель.
– Обещайте, что позаботитесь о ней.
– Разумеется, – ответила я. – Она – мой пациент.
Новый кивок. Дверь с шипением отъехала в сторону и секунду спустя закрылась. Я бросила короткий взгляд на Хавьера и успела поймать в светлых глазах отголосок легкой тревоги, с которой он провожал брата.
– Не переживай, – ободряюще коснулась я его плеча. – Раны не такие серьезные, как кажутся. Шейд Анхеля справится без дополнительной подпитки.
– Не сомневаюсь, – раздалось сбоку.
Повернув голову, я увидела, как из прохода, открывшегося прямо в стене, выходит настоящий Дамиан Рохас. Не обращая на нас внимания, глава «Хирургов» быстрым шагом направился к капсуле Ракель и самым тщательным образом изучил показатели – хотя, казалось бы, минуту назад сам же помогал мне их настраивать.
– Что ж, – закончив проверку, выпрямился он и посмотрел на меня. – Могло быть и хуже. Тебе удалось не уморить Шей Вега. Пусть и с четвертой попытки.
Не в силах сдержать раздражение от насмешливой снисходительности во взгляде непревзойденного и гениального медицинского светила Дамиана Рохаса, я зашипела:
– Сам-то и пальцем не пошевелил, чтобы помочь.
Холеный мизинец издевательски качнулся в мою сторону.
– Мои пальцы, равно как и прочие части тела, включая мозги, требовались для другого. Например, решить сложный вопрос, что же с вами делать и как при этом не заляпать стены… – Рохас покосился на сверкающую чистотой панель, по которой еще недавно стекали потеки крови, выплеснувшиеся из разорванного горла Рамона. – Платить уборщикам сверхурочные как-то не очень хочется.
– Чем платить, электричеством?
– Думаешь, легко протянуть под целым районом силовые кабели, да так, чтобы ни одно производство не обнаружило утечки ресурсов? А тут еще разыскиваемые по всему Абисс-сити нахлебники на мою голову тратят дорогостоящую энергию.
Хавьер прочистил горло.
– Мы заплатим, как только появятся деньги.
– Откуда? – Светлая бровь скептически изогнулась. – Разберете Анхелитто на органы и продадите на черном рынке? Предупреждаю сразу, за такую печень много не выручить, да и мозг, полагаю, тоже не очень сохранился. Или ты, Хавьер, планируешь провернуть еще одну банковскую аферу, пойдя по стопам отца? Разблокировать скрытые счета, вывести средства, которые Кессель и Диаз – старшие предусмотрительно сохранили для потомков? Разочарую – все давно растрачено. Даже на новые шортики твоей медичке не хватит.
Последнее, похоже, проняло даже Хавьера.
– Дамиан, – скрестил руки на груди шейдер, – может, хватит паясничать? Мы знаем, что, если бы ты и правда хотел от нас избавиться, утилизировал бы еще в шиссовой яме, не дав сделать и десяти шагов по своей территории. И пустил ты нас явно не для того, чтобы много раз повторить, насколько мы тут нежеланные гости. А потому что уже что-то подсчитал для себя.
– Подсчитал… – ушел Рохас от прямого ответа. – Убытки. А вот выгоды что-то никак найти не могу. Разве что и правда сдать вас литианам, да и то возни будет больше, чем дохода. Так что, – посмотрел он на Хавьера в упор, – может, просветишь, что за великий план вы сочинили? Про объединение шейдеров я уже слышал от медички без лицензии, решившей подработать политагитатором.
– Во время налета на полицейский участок нам удалось выкачать данные о новом веществе, которое Рамон пытался использовать против Ракель. Том, что воздействует на шейда, убивая его. Никс, наша хакерша, уверена, что поставки ампул идут из секретной лаборатории, расположенной на территории заброшенной шахты по добыче тяжелых металлов за пределами Абисс-сити.
– И?
– У нас есть шанс остановить производство. Тринадцатый согласился снабдить ударную группу оружием, седьмой, восьмой и одиннадцатый выделят скаутов, неплохо знающих нужный сектор пустошей. Хьюго Видаль и его манны из пятого тоже с нами. В десятом, где налажено крупнейшее подпольное производство стима, пока думают, но, если надавить, присоединятся и они. Тут нам нужна твоя помощь.
– Надо же! – Рохас иронично поднял бровь. – Сутенеры, контрабандисты, наемники, хакеры и наркоторговцы спешат позабыть многолетние распри, дабы объединиться ради благородного дела. Да ты, я смотрю, умеешь уговаривать не хуже Себастиана Кесселя.
– Ситуация исключительная, – нахмурился Хавьер. – Еще немного, и литиане начнут нас отстреливать, словно диких тварей. Медлить нельзя.
– Дай угадаю, – оскалился в неприятной улыбке глава «Хирургов». – Вы хотите ударить первыми. Проникнуть в лабораторию, зачистить сервера, уничтожить запасы уже готовых дротиков. А потом взорвать к шиссам производственный цех, стерев с лица Абисс любое упоминание о литианской разработке. Правда, придется заодно убить всех специалистов, которым известна формула вещества. Ученых, химиков, лаборантов, технологов на производстве. А еще секретарей и уборщиков… Мало ли, вдруг и они что-то случайно запомнили.
Хавьер окинул Рохаса тяжелым взглядом.
– С чего вдруг ты стал таким гуманистом?
«Хирург» насмешливо фыркнул.
– Я просто понимаю, что будет дальше. Вас заклеймят террористами, дискредитировав на весь Литианский сектор. Полиция получит легальный повод устроить массовую зачистку в трущобах, уничтожив тех, кто хоть как-то связан с подпольными бандами. Найдут, разумеется, не всех, после чего, прикрываясь необходимостью покончить с организованной преступностью, прежде чем зараза распространится за пределы Абисс-сити, выбьют у правительства санкции, чтобы сравнять все с землей. Успехи в борьбе с терроризмом полиция припишет себе, а неудачи спишет на вас. И общество, состоящее из литиан, цивилизованных шейдеров и нор-ров, которые пострадают во время карательных операций сильнее всего, будет захлебываться от восторга, празднуя ликвидацию трущобной преступности и не замечая последствий собственной слепоты.
Я дернулась, чтобы ответить, но Рохас не дал мне произнести ни слова.
– А потом, – продолжил он безжалостно и остро, – вместо одного разрушенного завода построят другой. Возможно, на этот раз даже не на Абиссе. И все продолжится – тихо, аккуратно и с полного молчаливого одобрения общественности, запуганной террористической угрозой. Правда, это уже будут не наши проблемы. И я, и вы к тому времени останемся лишь папками в полицейских архивах, а наши тела давным-давно переварятся и расщепятся в желудке у шиссов.
Правда резала глубже и больнее скальпеля. Будущее, описанное Дамианом Рохасом, было безрадостным – и оттого еще более правдоподобным. Но все равно! Все равно…
Руки сжались в кулаки.
– Как бы то ни было, это не повод ничего не делать! Пусть альтернативы одна другой хуже, но мы не можем просто ждать, когда нас всех перебьют, прикрываясь попыткой спасти. Саул и Хельми Михели, Андрес Диаз, Себастиан Кессель… Сколько еще достойных шейдеров должно пострадать, прежде чем мы решим открыто выступить против литианской тирании?
– Тем более мы не собираемся молчать, – добавил Хавьер. – И поэтому, как ты понимаешь, мы здесь. Нам нужны твои медиамощности, чтобы рассказать нашу сторону вопроса.
Я повернулась к нему, удивленная. Разве план был не в том, чтобы проникнуть в литианскую лабораторию и остановить производство? Или… не только в том?
В ледяных глазах Рохаса мелькнуло легкое уважение.
– Ну-ну… А я было подумал, что ко мне пришли два безумных революционера, но посмотрите-ка, в ваших словах есть искорка здравого смысла.
– Значит, ты согласен помочь?
Небрежный жест – и часть стены медотсека отъехала в сторону, открывая темный узкий проход. Вдалеке, почти на грани слышимости, я различила жужжание серверов, гудение охладителей и перешептывание голосов.
– Всего искорка. – Рохас хищно и предвкушающе улыбнулся. – Но я знаю, как раздуть из нее настоящий пожар.
Глава 8
– Слушайте «Голос Абисса». Делитесь своими историями. И будьте готовы.
Кивнув боссу, неоновый покинул нашу теплую компанию, переместившись за один из голомониторов. Рохас задерживаться не стал. Им с Хавьером предстояла серьезная подготовка к десанту на заброшенную шахту, где, по сведениям, полученным Никс из полицейских архивов, располагалась секретная литианская лаборатория. На экскурсию по базе «Хирургов» времени не предусматривалось.
Но даже то, что удалось увидеть мельком, поражало.
Огромное помещение, в котором Дамиан Рохас устроил подпольную голостудию «Голос Абисса», чем-то напоминало заброшенное здание серверной, где мы с Никс и Кесселями скрывались до самоубийственного броска из пятого в пятнадцатый: те же провода, змеящиеся по полу, стенам и потолку, гул вентиляторов, перемигивание системных блоков, осветителей и камер. Вот только здесь все было оснащено по последнему слову техники. Круто, модно, безумно дорого.
А главное, эффективно.
Дамиан Рохас не переставал удивлять. Признаться честно, прежде мне казалось, что в районе под управлением «Хирургов» должна процветать торговля органами или вживление нелегальных имплантов, однако в реальности оказалось, что главным товаром Рохаса была информация. Именно ее продавали, покупали, вырезали по частям из официальных, полуофициальных и совершенно неофициальных источников, а после разбирали и рассказывали другим, высвечивая с четкостью хирургического сканера проблемы общества.
И весьма успешно.
Я слышала о «Голосе Абисса» несмотря на то, что в прежней, цивилизованной жизни мало интересовалась политикой родного мегаполиса. Новостные колонки, высказывания лидеров мнений, расследования, петиции – на порталах, полулегальных каналах и соцсетях «Голоса» можно было найти все, что никогда не всплыло бы в официальных источниках. Стоило лишь приподнять завесу литианской пропаганды, как вся неприглядная изнанка выползала наружу, обнажая правду.
«На стройке произошла авария. Сорвался кран. Я вцепился в противовес, пытаясь удержать трос, но сил шейда не хватило из-за недавно поставленного блокиратора. Семеро нор-ров и один шейдер погибли, а мне пришлось уйти с работы из-за травмы обеих рук. Трос сжег ладони до кости. Случай признали не страховым, отказали в компенсации. Я слышал, что шейд может восстановить тело, но без должного навыка трансформации регенерация проходит очень медленно».
«Сократили зарплату. Не хватило на новую дозу блокиратора. Два дня я держался, а потом… произошел срыв. Что было дальше, не помню. Очнулся на заброшенной свалке, в крови, без денег, без работы и в розыске. Пришлось выдрать ид-чип, сбежать в трущобы и податься в «Кулаки», чтобы хоть как-то выжить».
«Третий год живу без блокиратора. Научилась полностью контролировать себя, однако отсутствие отметки об инъекции не позволяет найти достойную работу, которой хватило бы, чтобы накопить кредитов и встать на учет в клинике за тем самым блокиратором».
«Из-за сбоя в системе ид-чипов отметка о получении последней дозы блокиратора не отобразилась в системе. Многократные обращения во все инстанции привели к тому, что мой ид-чип заблокировали за подозрительную активность. Официально заменить его не удалось – по причине отсутствия идентификации в общей базе жителей Абисс-сити. При попытке нелегальной замены меня поймали во время полицейского рейда и держали в камере восемь стандартных дней, потому что до подтверждения личности не могли начислить штраф».
Десятки лиц, сотни похожих историй – покупка блокиратора отнимает больше половины доходов, без него не дают вести цивилизованную жизнь, а с ним чувствуешь себя неполноценным. И выхода всего два – либо выживать на грани нищеты, ежемесячно выгрызая нужную сумму, либо уходить в тень, навсегда получая клеймо бандита и изгоя.
Лицемерное желание сделать всех физически равными не приводило к настоящему равенству в правах, возможностях и доходах.
Но разве можно было объяснить это литианам?
– Через тридцать секунд запускаем блок о беспорядках в пятом, – раздалось из-за ближайшего монитора. – Подгрузите видеосъемку с дронов на сервер для оперативного монтажа.
На отгороженной площадке вспыхнул свет. Двое ведущих – молодая Шей и презентабельно одетый полукровка в возрасте – заняли места за полукруглым столом. Вокруг них крутилась, подправляя картинку, съемочная группа.
– Комментарий эксперта будет?
– Ждем соединения.
– Принято. Передайте Рамиресу, пусть на всякий случай подготовит две версии текста.
– Видео загружено. Пятнадцать секунд до эфира. Ана, Ренсо?
– На низком старте, милый, – обворожительно улыбнулась фемма-ведущая.
– Десять секунд. Восемь. Семь… Эфир!
– А мы продолжаем освещать беспорядки, вызванные так называемыми антитеррористическими операциями, организованными литианской полицией, – в наступившей тишине хорошо поставленным голосом прочитала с голосуфлера ведущая. – Мусорный кризис в пятом районе набирает обороты. Из-за заваренных по приказу властей утилизаторов система сбора и переработки органических и неорганических отходов полностью нарушена. На улицах и в тупиках рядом с прежними точками сброса начинают скапливаться горы мусора. Недовольство жителей неуклонно нарастает. За последние сутки было зафиксировано три попытки разгерметизации утилизаторов, а также семь случаев столкновений с полицией. Задержано тринадцать гражданских и три активиста.
– Литианские правоохранительные силы, – подхватил тему соведущий, – возлагают вину за беспорядки на представителей банды «Яростных кулаков» и требуют от властей города расширенных полномочий и введения комендантского часа. Пресс-секретарь мэра Абисс-сити Ли Обелля пока не дал четкого ответа, однако наш неофициальный источник, приближенный к мэрии, сообщает, что подобное распоряжение будет отдано со дня на день. Как видите, налицо умелая подмена причины и следствия. Искусственно спровоцированный мусорный кризис в пятом, оцепление и регулярные проверки вынуждают недовольных идти на прямое столкновение с полицией, что, в свою очередь, служит поводом для ужесточения режима. «Голос Абисса» выступает с резкой критикой подобной политики.
– Нравится? – раздался над ухом насмешливый голос Дамиана Рохаса. – Что скажешь, медичка без лицензии?
Я посмотрела на Рохаса с невольным уважением. Подпольная студия «Голоса» ничем не уступала официальным литианским каналам, а по части правдивости и значимости новостей даже превосходила их.
Но доставлять главе «Хирургов» удовольствие и расхваливать его гениальное детище после всех наглых ухмылок я не стала бы даже под пытками.
– Для медиамагната без лицензии, – фыркнула я, – неплохо.
Шутку Дамиан Рохас оценил, театрально поклонившись.
– Польщен столь высокой оценкой, Шей Диаз.
Шейдеры за операторским пультом засуетились, по цепочке вскинув большие пальцы вверх, пока это не заметила ведущая. Фемма приосанилась, переключая текст суфлера на мониторе.
– С нами на связи Ли Сайнс, сын известного медиамагната и лейтенант литианской полиции. Он прокомментировал данную ситуацию.
Я удивленно подняла брови. Вот уж не ожидала, что мой бывший ухажер Ли Френнель-Сайнс, помимо зависания в виртчатах, полицейской работы и спасения полузнакомых Шей, раздает интервью подпольным новостным каналам. Но увидеть знакомое лицо было приятно. Раз даже среди чистокровных литиан находились те, кому была небезразлична судьба шейдеров, значит, не все потеряно.
– То, что происходит в семнадцатом, восемнадцатом и пятом районах Абисс-сити, нельзя назвать иначе как полицейским произволом, – четко чеканя слова, проговорил литианин. – Тысячи, если не сказать десятки тысяч жителей испытывают трудности с передвижением, работой и выполнением ежедневных задач. Меры, которые правительство Абисса принимает в отношении шейдеров, избыточны…
– Дослушаете остаток программы в записи. – Голос Рохаса отвлек нас от речи Ли Френнеля-Сайнса. – Я показал вам «Голос Абисса» не затем, чтобы Шей Диаз вдохновлено любовалась представителем прогрессивной литианской молодежи. Это мое условие. Я готов выделить ресурсы, приложить усилия и помочь с уничтожением лаборатории. Но все, от первого до последнего вашего шага, будет транслироваться на моем канале.
– Как ты это представляешь? – Хавьер скептически выгнул бровь. – Хочешь сказать, ты наивно веришь, что среди преданных зрителей «Голоса Абисса» нет служащих литианской полиции, которая, между прочим, мечтает добраться до террористов, недавно совершивших налет на один из центральных участков? Сколько понадобится времени, чтобы выслать группу захвата? Две минуты? Пять?..
– Не переоценивай боевую подготовку нашей полиции, Кессель. По моим подсчетам, никак не меньше тринадцати. Но раз уж ты так настаиваешь, я организую часовую задержку трансляции. Как раз хватит, чтобы все осмотреть, взорвать и убраться оттуда, пока не нагрянет полиция. Но взамен мне нужна идеальная картинка – такая, чтобы проигнорировать ее было абсолютно невозможно. Мой манн Фабио будет контролировать процесс. Говорить, куда повернуться, что снять, где пустить слезу.
– Зачем? – Я посмотрела на Рохаса с непониманием и недоверием. – Хотите подставить нас под удар? Ради чего? Ради хорошего шоу и высоких рейтингов?
– Искра, – напомнил шейдер. Резко подавшись ко мне, он больно щелкнул меня по лбу у самой линии роста волос. Я поморщилась: ногти «Хирурга» царапнули кожу. – Нужна одна по-настоящему яркая искра, чтобы действительно все изменить. И ты, Шей Солана Диаз, станешь этой искрой, хочешь ты того или нет. Такова цена за мою помощь.
– Хорошо, – согласилась я. Да, игра на камеру во время секретной операции казалась верхом глупости, но выбора, похоже, не было. – Только заранее предупредите, если нужно будет плакать.
Губы «Хирурга» растянулись в довольной усмешке.
– Прекрасно. Мне нужны результаты анализов и все, что вы успели накопать по веществу, убивающему шейда.
– Дротик, изъятый с тела Рамона, у тебя уже есть. Остальное возьмешь у Химика.
– Отлично. Пусть также передаст полицейские архивы, которые вы добыли в участке. Хочу взглянуть, из-за чего столько шума.
– Они у нашей хакерши, Никс.
– Восхитительно! – Рохас хлопнул в ладони. – В таком случае не будем терять времени. Выдвигаетесь завтра. Конференция с лидерами районов через пятнадцать минут. Кессель, приглашение распространяется только на тебя. Фабио… – Неоновый манн, точно голограмма, возникающая по щелчку пальцев, пулей вылетел из-за мониторов, занимая место рядом с боссом. – Найди Химика и Никс. Передай им приказ Кесселя, пусть поторопятся. Но сперва проводи Шей Диаз в ее комнату. Ей не помешает отдых.
Отдохнуть не получалось. Несмотря на то, что предстоящая операция находилась в надежных руках Кесселя, а союзников оказалось больше, чем можно было предположить, прячась от полицейских по вонючим трущобным норам, на душе все равно было неспокойно.
Казалось бы, что могло пойти не так – предатель уничтожен, цель обнаружена, и все восемнадцать трущобных районов в кои-то веки договорились забыть взаимные разборки и выступить единым фронтом против опасного врага. Кессель договорился о ресурсах, бойцах, поддержке с воздуха. И даже постоянное наблюдение, обещанное Дамианом Рохасом, могло оказаться полезным, позволив в случае чего оперативно обнаружить литиан.
Но все равно мерзкое глубинное чувство когтистой хваткой сжимало сердце. Я нутром чуяла – ничего хорошего не произойдет, и все тут.
– О-о-ох!
– Да чтоб тебя!..
От тревожных размышлений отвлекла перепалка в соседней комнате, по нелепой случайности опять доставшейся Анхелю. Младший Кессель, как и собирался, отправился к Никс и, видимо, все-таки уговорил хакершу помочь ему снять напряжение, но страстное уединение нарушило появление неонового. Секретарь Рохаса оказался невозмутим, остер на язык и крайне нечувствителен к толстым намекам, что хорошо бы подождать за дверью. Анхель, напротив, компенсировал недостаточно богатый лексикон изрядной порцией агрессии и редкостной прямотой.
Парочка фраз, и манны сцепились, выясняя, чье общество предпочтет хакерша. Выбор был по-настоящему сложным – сеанс жесткого декодирования литианских архивов в компании полукровки или не менее жесткие кувыркания в койке и не только со страстным любовником, еще не растерявшим боевой пыл.
За рыками Анхеля Никс я почти не слышала, но в ответе хакерши не сомневалась. Выглянуть решила любопытства ради, чтобы своими глазами увидеть очевидную развязку. Но…
В коридоре никого не было.
Нет, голоса остались. Но раздавались они из соседнего блока, и разобрать слова, если специально не вслушиваться, было практически невозможно – звукоизоляция базы, одновременно служившей подпольной голостудией, была на уровне.
В памяти всплыла насмешливая улыбка Хавьера.
«Звукоизоляция как раз хорошая… – сказал он когда-то в «Логове» о развлечениях все того же Анхеля, вдоволь насладившись моим возмущенным лицом. – Это ты зачем-то решила подслушивать».
Не я. Шейд.
Или…
Я с раздражением закрыла дверь. Неприятное чувство в теле лишь усилилось, во рту появился гадкий горький привкус.
Быть может, дело было даже не в предстоящей вылазке, а в моей собственной неуверенности, обострившейся после шиссовой ямы. Тогда я едва не потеряла Кесселя из-за того, что в нужный момент не смогла справиться со страхом и шейдом. Что, если подобное произойдет еще раз? Что, если моих способностей снова окажется недостаточно?
Медичка без лицензии, шейдер без полной трансформации…
Опустившись на край койки, я попробовала сосредоточиться. Представила, как тело облачается в тонкую серебристую броню, потянулась к шейду. Вторая сущность откликнулась, кровь потекла быстрее, наполняя тело пружинистой силой. И…
Ничего.
Напряжение, готовность действовать, легкий зуд на коже, где вот-вот должны были проступить гибкие чешуйки. Но на этом трансформация замерла. Шейд наотрез отказался тратить с трудом накопленную энергию на ненужные тренировки. Или же… просто отказывался подчиняться мне… как, впрочем, всегда.
Шиссово семя!
Я начала заново. Представила во всех подробностях шиссову яму и Кесселя, падавшего прямо в зубастую пасть. Вспомнила отчаяние, беспомощность и страх, которые всеми силами стремилась преодолеть.
Ну же, ну!
Ничего.
Еще раз!
– Не-е-ет!
– Мелочь?
Возвращение Хавьера застало меня врасплох. Похоже, на бесплодные попытки достучаться до несговорчивого шейда я потратила порядочно времени, заработав нервное перенапряжение и головную боль, но так ничего не добившись. А стоило появиться дуалу, как шейд моментально встрепенулся, вбрасывая в кровь уже совсем другие гормоны.
Я проигнорировала его намек.
– Кессель. – Не дав шейдеру опомниться, я порывисто поднялась с койки и шагнула к нему. – Я хочу, чтобы ты научил меня трансформации. Полной.
Хави смерил меня удивленным взглядом.
– Это энергоемко, ресурсоемко и не всегда осмысленно. Большинство шейдеров – и я в том числе – прекрасно обходятся частичной. А она у тебя отлично получается.
– А вдруг будет надо? Вдруг что-нибудь случится?
– Не психуй, мелочь, – приобнял меня за плечи манн. – План выверен до последней детали. И на этот раз не только мной, но и другими главарями банд, включая Рохаса. А он, как ты успела убедиться, чрезвычайно продуманный тип. Все пройдет гладко. На случай непредвиденных обстоятельств готовы несколько путей отхода.
– Ну уж нет! – Я возмущенно вырвалась из его хватки. – Не заговаривай мне зубы, Кессель! В любом плане что-нибудь обязательно идет не так. И поэтому я хочу быть готова. Хочу научиться использовать свою силу. Как ты.
Хавьер только фыркнул, но, чувствуя мою упрямую решимость, спорить не стал.
– Хорошо, хорошо. Попробую… – На плечи опустились крепкие ладони. – Прислушайся к себе.
Я честно выполнила указание. Но почувствовала лишь ритмичные удары собственного сердца и жар ладоней Хавьера, сбивавших с тренировочного настроя на более горячие мысли.
Шиссов озабоченный шейд!
Нет. Не сейчас.
– Слушай, – размеренно повторил Кессель. – Просто слушай.
Ничего.
Я попробовала воскресить в памяти Ли Эббота, Михелей, взрыв, унесший жизнь отца, шиссову яму…
Гнев, ярость, агрессия, экстремальные ситуации, требовавшие быстроты реакции и полной отдачи сил, – все это инстинктивно пробуждало шейда, делая меня быстрее и выносливее. Но без реальной опасности вторая сущность упрямо молчала, отказываясь подчиняться моей воле.
Бесит!
Волна раздражения вывела меня из транса. Я зло дернула плечом, сбрасывая руку Кесселя.
– Ничего не слышу. Шейд не говорит, если ты не забыл. Он… вообще не имеет собственного разума. И голоса.
Хавьер терпеливо усмехнулся.
– Звучит так, будто ты пытаешься взять контроль над чуждой тебе сущностью и одновременно боишься, что это она овладеет тобой. А правда в том, что шейд – часть тебя. И голос шейда – твой собственный голос.
– И что я могу сделать? – Менторский тон Кесселя ужасно раздражал. Он что, реально думал, что набор ничего не значащих общих фраз чудесным образом сдвинет что-то у меня в голове, открыв дивный новый мир гармонии с собой? – Я ничего не слышу. Ничего не чувствую, пока шейд не начинает по собственному почину вбрасывать в кровь гормоны. Я не управляю этим. Не могу – и все тут.
