Текст книги "Тсанса (СИ)"

Автор книги: Анастасия Эльберг

Соавторы: Анна Томенчук
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

IV

Винсент

– Слушай, меня уже достал этот подъем. Давай отдохнем немного? И пора бы уже перекусить. Я проголодался.

Я со вздохом опустил заплечный мешок на землю, присел на один из больших камней, и Рафаэль последовал моему примеру. Мы целый день бродили по окрестностям места происшествия, и, наконец, заметили полуразвалившийся замок на горе. Шансов на то, что Незнакомцы поселились тут, было маловато – ведь они могли проделать долгое путешествие и прийти из других земель – но я решил попытать счастье. Мы упорно поднимались в гору уже не один час, и Рафаэль устал. Да и мои силы были на исходе, потому что поспать мне так и не удалось. Я ломал голову над природой странной женщины. И нагло соврал бы, сказав, что нашел разгадку.

– Вот и хорошо, а то идем, идем и идем, – снова заговорил Рафаэль, раскладывая еду. – Торопиться нам некуда… наверное. Ты голоден?

– Можешь доедать.

Он испытующе глянул на меня и принялся жевать остатки вяленого мяса.

– Так как эта… перевоплощенная Незнакомка умудрилась такое сотворить? Еще никогда не видел, чтобы вампиры рассыпались в пыль прямо на глазах!

Многого ты не видел, подумал я. Впрочем, вслух сказал другое:

– Это не ментальное усилие. Она делает это иначе. Может, даже сама не понимает, как именно. Это больше всего похоже на… вспышку ярости. Когда каратели не контролируют себя, они способны смести с лица земли приличных размеров деревню, но со временем нас обучают обращаться с этими способностями. А она не просто не владеет собой – это какая-то дикая мощь, не представляю, что может вызвать такое. Разве что если… боль.

– Боль? – переспросил Рафаэль, перестав жевать. – Ты хочешь сказать, что она чем-то больна?

– Может быть. Но это не физическая болезнь. Скорее, какая-то внутренняя, эмоциональная. И боль просто чудовищная. Нет обращенного существа, которое выдержало бы такое.

– Так почему же она не засыпает?

– Она переключается. На детей. Ониотвлекают ее.

Рафаэль закивал и заглянул в кувшин, проверяя, сколько молока там осталось.

– Но ей ведь все равно больно?

– Да. Не хочу даже думать, кому пришло в голову с ней такое сотворить.

– Эй, эй! Я просто выдаю желаемое за действительное – или ты ее жалеешь? Ты не забыл, что она развоплотила…

Я встал и отряхнул ладони.

– Дальше пойду один. Подожди меня здесь.

– Не-не-не! – Рафаэль отставил кувшин. – Что это ты опять задумал? Я тебя одного не отпущу! И вообще, что я буду тут делать? А если она опять тебя зачарует, как прикажешь поступить?

– Я вернусь до рассвета. А если не вернусь, поднимайся по моим следам.

– Надеюсь, что найду тебя, а не серебряную пыль. – Он заглянул в мешок с пищей, принесенный из деревни, и восхищенно ахнул. – Подумать только! Тут еще и яблоки!

Преодолев последний отрезок сложного пути, я вышел на равнину и, отдышавшись (теперь, когда Рафаэля рядом не было, я мог взять привычно быстрый темп), направился к замку. В лунном свете развалины выглядели особенно жутко. Что за странное место посреди пустынного пейзажа? Кто тут жил? Хотя вопрос «кто тут живет» интересовал меня на порядок больше. Незнакомцами тут не пахло – во всех смыслах этого слова. Да тут вообще ничем не пахло, что пугало еще больше. Я оглядел развалины. Ни лошадей, на которых можно было перемещаться на большие расстояния, ни мест, напоминающих пастбища. Какого черта Незнакомцам – если они тут жили – делать в таком месте?

– Существа ушли. Что тебе нужно?

Знакомый голос раздался из-за спины, и я, вздрогнув от неожиданности, резко обернулся. На Мао было все то же белое платье. Она сделала пару шагов ко мне (до сих пор босиком), и я заметил, что она держит в руках мой амулет.

– Какие еще существа? – не понял я.

– Сестры. Мальчики отпустили существ.

– Какого… – Я замолчал, осмысливая ее слова. – Они… живы? Куда они ушли?

Мао пожала плечами.

– Домой, – сказала она с безразличным видом. – Меня не волнует, куда они ушли. Они не опасны. Что тебе нужно?

– Вот это. – Я указал на амулет. – Это моя вещь.

Она поднесла кулон к глазам, а потом – к носу.

– Что это такое? – спросила она.

– Это подарок моего создателя. Я ношу его с тех самых пор, как он меня отпустил. Эта вещь напоминает мне об отце.

При слове «создатель» глаза Мао – теперь я видел, что они голубые – слегка расширились.

– А что там внутри? – задала она очередной вопрос.

– Не знаю, – честно признался я. – Но я чувствую, что это что-то очень важное для меня.

– Кто ты такой?

Я протянул руку, но Мао не отдала мне амулет. Видимо, мне следовало ответить на все вопросы.

– Меня зовут Винсент. Я каратель.

– Каратель. – Она помолчала. – Служитель культа Равновесия.

– Да. Но я не причиню тебе вреда. Девушки живы – и это главное. Теперь я должен проверить, вернулись ли они в клан. А для этого…

Мао бросила мне кулон, и я поймал его.

– Возьми подарок своего создателя, каратель Винсент. Наверное, ты очень любил его. А он любил тебя. Ты помнишь его?

Я вернул амулет на шею.

– Нет. Мы не помним своих создателей. Они заставляют нас забыть.

– Я тоже не помню своего создателя. Только он не оставил мне никаких подарков.

Сказав это, Мао обхватила себя руками и посмотрела в направлении развалин.

– Послушай, я хотел спросить… – Я запнулся, не уверенный в том, что следует высказывать свои мысли вслух. – Может быть, тебе нужна помощь? Я врач.

Мао изучала меня, склонив голову на бок. Со стороны могло показаться, что она размышляет, но глаза ее были абсолютно пусты. Такой «взгляд» бывает у мертвых людей – стекло, через которое когда-то смотрели на мир и даже видели в нем разные краски и их оттенки. Секунда – и на ее лице отразилось подобие радости: она увидела во мне что-то знакомое. И глаза преобразились – стали живыми. А потом она снова превратилась в существо непостижимой природы.

– Врач, – проговорила Мао, раскладывая слово по буквам. – Ты кого-то лечишь?

– Да. Иногда людей, но, в основном, темных существ.

– Ты не сможешь мне помочь.

– Для начала мне нужно понять, что с тобой произошло. Может быть…

– Не сможешь.

Я вздохнул и опустил голову.

– Это из-за того, что я из Ордена, да? Но ведь я сказал – я не причиню тебе вреда. Я не знаю, кто сделал это с тобой, но клянусь – я бы ни за что не сотворил такое ни с одним существом в двух мирах. И, если честно, мне плевать, кто это был. Я хочу помочь. И я смогу помочь, если ты позволишь.

– Тебе нужно идти, каратель Винсент. Твое существо ждет тебя.

Под «моим существом», конечно же, подразумевался Рафаэль. Должно быть, Мао подумала, что он – мое создание. Я чуть было не сказал традиционное «пусть темное время будет милостиво к тебе и ко всем, кто тебе дорог», но вовремя понял, что она прозвучала бы по-дурацки: вряд ли она ждет от него милости после всего, что оно ей «подарило».

– Мне очень жаль, что все так получилось. Просто знай, что я всегда готов помочь. Это все.

Мао кивнула, и на ее губах промелькнула улыбка.

– Спасибо, – ответила она. – Прощай.

V

Рафаэль

– Ну вот, теперь ссадины точно не будут болеть и быстро заживут. И ты ничем не заболеешь.

Объяснять, что я и так ничем не заражусь, а ссадины заживут и без всяких дурацких примочек, было бесполезно – и пришлось пойти на поводу у лекаря. Лекарь носил длинное темно-синее платье с декольте, которое само по себе могло вылечить кого угодно, и звали его Самора. Вампирша основательно обработала пару царапин, оставшихся после неудачного падения на лугу во время первой встречи с переобращенной Незнакомкой-самим чертом-Великой Тьмой в чьем-то обличье-выберите то, что вам больше нравится. Правда, смотрела она все это время не на меня, а на Винсента, который, в свою очередь, склонился над пергаментом (он писал отчет для Магистра), и был так увлечен этим занятием, что на лекаря даже не взглянул.

– Больше спасибо, – от всей души поблагодарил я вампиршу. – И правда, теперь совсем не болит.

– Вот если бы вы остались еще на денек… – начала она.

– Спасибо, Самора, – подал голос Винсент. – Нам пора. Солнце уже зашло, так что князь сможет принять нас. Мне нужно перекинуться с ним парой слов.

Она печально вздохнула, прижимая к груди маленький мешочек из хлопковой ткани – там хранились лекарские сокровища. Причина ее тоски аккуратно свернула пергамент, завязала его тонким шнурком и скороговоркой произнесла нужное заклинание.

– Великий. – Вампирша повернулась сначала ко мне, а потом – к Винсенту, и легко поклонилась. – Я провожу вас к князю. Мне как раз по пути.

– Нет-нет, – покачал головой Винсент, – мы найдем дорогу сами. Лучше еще раз осмотри девочек – нужно убедиться, что с ними все в порядке.

Мы вышли из комнаты, оставив Самору в одиночестве, и поднялись по мраморной лестнице, покрытой алым ковром. Кабинет Гривальда располагался на втором этаже его… дворца?

– А и правда, теперь совсем не болит, – поделился я.

– Ты меня просто спас, – как всегда, в тему ответил Винсент. – Уже и не знаю, как от нее отделаться. Это перестало быть смешным, а сказать все напрямую будет невежливо.

– А-а-а-а, – протянул я. – Так это та самая вампирша, из-за которой Дана не хотела с тобой ехать. Кажется, я ее помню… ах да, она ведь бросилась тебя целовать тогда, когда мы приезжали на инициацию? А она хорошенькая! Она…

– Хватит. Если бы ты понимал всю глубину проблемы, то шутки бы закончились, не успев начаться.

– А кто думал шутить? Я не шучу. И вообще, по-хорошему мне нужно было оставить вас наедине, а я…

– Великий.

Слуга Гривальда, темный эльф Нофар, вышел из дверей кабинета хозяина и жестом пригласил Винсента войти.

– Великий, – обратился он и ко мне тоже. – Князь свободен. Вы не голодны? Может быть, вы хотите чаю?

– Признаться… – начал я.

– Спасибо за предложение, но мы не голодны, – уверил его Винсент. – И чаю тоже не хотим. Мы торопимся, да и князь, думаю, занят – не вижу смысла отнимать у него время.

Нофар улыбнулся.

– Каждая минута вашего визита для нас – большая честь. Вы не стесняете нас и не отнимаете время. Но настаивать я не могу. Прошу вас. Если вы передумаете, пожалуйста, позовите меня.

Я проводил его взглядом. Нофар отошел от двери и развернул длинный пергамент, полученный от Гривальда – видимо, там содержались разные указания на счет ведения хозяйства. Ума не приложу, как один-единственный темный эльф успевал делать такую кучу вещей одновременно. А ведь ему, в отличие от вампиров, требуется регулярный сон, а не просто отдых с открытыми глазами в светлое время суток. Похоже, кое-кто выпил целый галлон хозяйской крови. Удивительно, что до сих пор не превратился во что-нибудь… типа этой Незнакомки.

– Даже если он и пил кровь Гривальда, то вряд ли много, и вряд ли так хорошо управляется со всем по этой причине. И в Незнакомку уж точно не превратится. По крайней мере, до тех пор, пока его не обратят.

– Ты опять читаешь мои мысли без спросу?!

– Извини. Это привычка Хранителя. – И еще Магистра, например. А еще – Даны. – Он просто очень предан князю. Дело не в крови. Ну, проходи, не стой на пороге. Я не шутил, когда говорил, что мы спешим.

Гривальд сидел за столом и сосредоточенно читал какое-то письмо, время от времени теребя седую прядь: в угольно-черных волосах она смотрелась очень странно. Рядом стояла чашка с горячим чаем, а чуть поодаль – блюдо со свежими фруктами. До недавних пор я и понятия не имел, что вампиры иногда едят обычную еду и пьют человеческие напитки. Да и зачем ему пить чай? Он что, замерз?

– Князь, – поприветствовал его Винсент. – Если мы отвлекаем тебя, то зайдем попозже.

– Нет, нет. Все в порядке. – Хозяин кабинета жестом указал на кресла у стола, отложил письмо, взял чашку с чаем и сделал глоток. – Нофар сказал мне, что вы просили аудиенции. Для вас я всегда свободен.

Аудиенции. Подумать только. Прямо-таки королевский двор.

– Мы не задержим тебя надолго, – уверил его Винсент, занимая одно из кресел. – Я хотел спросить, как ведут себя девочки… как прошло их возвращение. В таком странном качестве.

Гривальд задумчиво повертел на пальце перстень главы клана.

– Все в полном порядке, – ответил он. – Но, думаю, мы вздохнем свободнее, когда они, наконец, перестанут ходить под солнцем. Это вселяет в моих подопечных некоторую панику.

Интересно, он всегда был таким снобом – или это приходит вместе с важным статусом?..

Винсент терпеливо дождался, пока я сяду, а потом пнул меня под столом, выражая свое отношение к моим мыслям. Которые он, несмотря на мою очередную просьбу, прочитал в очередной раз, и в очередной раз без спросу.

– Они рассказали тебе о причине своего отсутствия?

– Нет. И я, подумав, решил не расспрашивать. Главное – они вернулись в целости и сохранности.

– А вот я побеседовал с ними с глазу на глаз. И они мне все рассказали.

Гривальд вяло поднял бровь. Судя по всему, содержание письма интересовало его в разы больше, чем рассказ о девочках.

– Незнакомка увидела одну из сестер с ее приятелем на лугу. А один из созданий Незнакомки увидел на шее у вампирши вещь, которая ему понравилась. Сначала он хотел отобрать эту вещь, а потом принял другое решение. И попросил сестру Андры обучить его индейскому искусству создания зловещих сувениров. Второй мальчик, конечно же, страшно ревновал, избалованный вниманием со стороны создательницы. Так что Андра пришлась ко двору.

– Прошу прощения. – Гривальд сделал еще один глоток чая и вернул чашку на блюдце. – Ты хочешь сказать, что Незнакомка похитила их… для того, чтобы они обучили индейскому искусству ее детей? Просто потому, что один из них об этом попросил?..

– Ты все правильно понял. А взамен сестры получили немного счастья. Кто из вас отказался бы прогуляться под солнцем, если бы вам пообещали, что эта прогулка пройдет безопасно и безболезненно?

Князь снова взял письмо, а потом отложил его.

– Какая… странная Незнакомка, – сказал он, наконец.

– Да, – подтвердил Винсент. – Очень необычное существо. Но ты прав: девочки живы и здоровы, и это самое главное.

– Не знаю, что и сказать, Великий. Я так молод… уверен, впереди меня ждет еще много сюрпризов.

– Будь я на месте этих вампирш, не возвращался бы в клан. Подумать только! Когда-то я понял, что бессмертен, но мне больше не суждено увидеть солнце. И тут кто-то приходит ко мне, дает всего-то глоточек крови – и я могу загорать хоть целую вечность! Мало того – я могу остаться с этим кем-то, а, соответственно, гулять под солнцем до конца своих дней! И вот я делаю свой дурацкий выбор – возвращаюсь во тьму. Ну, не глупость ли?

Ночь выдалась тихая и лунная, и наши лошади брели спокойным шагом. Клан остался далеко позади.

– Все не так просто, как ты думаешь, – ответил Винсент. Он время от времени поглядывал на небо, видимо, определяя по звездам правильное направление. Сколько я ни старался – никак не мог освоить эту хитрую науку. Ну что поделать? Я не бедуин. – Если вампир родился в клане, то его воспитывают с осознанием того, что иной жизни не бывает. Всеми силами убеждают в том, что вне клана – смерть и несчастья, и, если у тебя есть на шее медальон, то ты от этих несчастий спасен. И молодых вампиров, людей с печатью, которых обращают каратели, всегда пристраивают в кланы. Их социальную систему Орден начал строить уже давно, и она, как видишь, исправно функционирует. Обслуживает сама себя. Вампир в клане подчиняется всем темным законам – в частности, и тому закону, который ограничивает их инстинкт создателя. А вампир вне клана свободен от всех законов и может наплодить целую кучу Незнакомцев.

– И правда, – протянул я, удивленный логичностью простого объяснения. – Так, выходит, они даже и не подумали о том, чтобы не возвращаться в клан?

– Так и есть. Должно произойти что-то очень серьезное для того, чтобы вампир оставил своих братьев и сестер.

– А если придет каратель и скажет, что он хочет кого-нибудь забрать?

– А что, ты уже кого-то приглядел? Одно твое слово – и мы вернемся. Думаю, Авиэль нас поймет.

Я сжал поводья, мысленно прокручивая сказанную мной фразу. И почему я был уверен, что он не поймет намека?..

– Я-то? Да нет, в общем-то, никого…

– Вот и славно. – Винсент коротко свистнул, и его лошадь прибавила шагу. На секунду замешкавшись, я пришпорил своего коня и поравнялся с ним. – А теперь давай поторопимся. Темный язык тебя ждет.

VI

Винсент

Темный Храм, Ливан

– Вот ты где. Я обошла все залы.

Я захлопнул книгу и вытянулся в кресле. Авирона села рядом со мной.

– Черт, ты меня напугала.

– Что это ты делаешь? – Она оглядела высившуюся на столе стопку книг и взяла самую верхнюю. – Темный трактат?.. А я-то думала, что он до смерти надоел тебе еще во время обучения. Вместе с комментариями и пояснениями.

– Я ищу кое-что.

– Главный Хранитель сказал мне, что ты безвылазно сидишь тут уже трое суток, и попросил проверить, не нужно ли тебе что-нибудь. К примеру, перекусить. Или напомнить, сколько времени прошло.

Я снова открыл книгу на нужной странице.

– Он тебе такого не говорил.

– Не говорил. Я пришла по собственной инициативе. Так что ты ищешь?

– Кое-что… о Незнакомцах.

Авирона подняла бровь.

– О Незнакомцах? В книгах?..

– Тебя не было в поле зрения, и я решил, что справлюсь самостоятельно.

– Но ты ведь знаешь, где меня найти. Ну ладно, Винсент. Теперь серьезно. Что ты ищешь?

Я заложил страницу тонкой атласной лентой и уставился на рукописные строчки.

– Во время поездки мы с Рафаэлем видели Мао.

– Мао? – переспросила Авирона. – Златовласку Мао?

– Да. Это ведь ты сказала Весте, что ее кто-то переобратил?

Она пожала плечами и улыбнулась.

– Я предположила, что ее переобратили. Но что произошло на самом деле, я не знаю.

– Как такое может быть? Ты должна знать все.

– Так что произошло, Винсент?

И правда, что произошло? Я приперся в Библиотеку и трое суток роюсь в книгах на предмет того-сам-не-знаю-чего. Это нонсенс, но я уверен, что что-то да найду, хотя и не представляю, как это должно выглядеть.

– Ей нужна помощь.

– И как же ты намереваешься ей помочь?

– Я не знаю. Но ведь ей больно! Разве она должна страдать? Может быть, я…

Авирона накрыла ладонью мои пальцы.

– Почему ты решил, что ей больно? – спросила она.

– Я знаю, что ей больно. Душевно. И ей нужно помочь.

– Ты думаешь, у нас с тобой есть душа, Винсент?

Я отдернул руку и взял со стола перо. Авирона следила за тем, как стеклянный кончик выводит на пергаменте абстрактные фигуры и завитки.

– А разве нет?

– Мы – люди, которых убил наш создатель для того, чтобы дать нам другую, темную жизнь. Но с человеческой точки зрения мы мертвы. У мертвых нет души.

– Это неправда. У нас есть душа. Кто сказал, что у обращенного существа ее нет?!

– А у дважды обращенного существа ее точно нет. Ведь оно умерло дважды.

– Так ты знаешь, что она – переобращенное существо?

Авирона вздохнула.

– Нет, Винсент. Я знаю, что тебе не нужно забивать этим голову. Пусть это существо будет хоть трижды обращенным – ты ему не поможешь.

– Хорошо. – Я отложил перо, ожидая, что Авирона что-то скажет, но она молчала. – У тебя есть душа. У меня есть душа. И у Мао тоже есть душа.

– Может, она тебе просто понравилась?

Я вспыхнул.

– С чего ты взяла?!

– Как поживает твой комментарий к Темному трактату? Главный интересовался. На этот раз я серьезно.

– Извини, забыл. Но мне осталось совсем немного. Я закончу через пару дней.

– До того, как приступишь к работе, загляни к Авиэлю. Еще один крик Даны «я поеду только с Винсентом» – и от Темного храма останутся только руины.