Текст книги "Интим предлагать! (СИ)"
Автор книги: Ана Сакру
Соавторы: Анна Белинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)
Глава 16
Спустя три дня
Руслан
Когда в три часа дня я сваливаю с работы и еду по знакомому адресу, я полагаюсь только на удачу. Не скажу, что по жизни с удачей я на короткой ноге, всё больше сам выгребал, но и не жалуюсь. Тем не менее я был бы не против, чтобы мне повезло. Более того, я был бы просто счастлив, ведь вчера, в понедельник, у интим-салона с идиотским названием «Штучки-дрючки» был выходной. Сегодня рабочий день, но не факт, что у Ани, а не ее, скажем, сменщицы.
Лучи невысокого апрельского солнца лупят по лобовому. Опускаю солнцезащитный козырек и сбавляю скорость, сворачивая с набережной на узкую улочку.
Через десять минут я паркуюсь напротив старой шестиэтажки, весь первый этаж которой занят коммерцией. Понятия не имею, каким образом, торопясь на посиделки с мужиками, зацепился взглядом за едва привлекающую внимание вывеску магазина для взрослых. Совершенно ничем не примечательную. Таким же непонятным образом в голову мне пришла идея подшутить над другом, чей грандиозный развод мы собирались отмечать.
Я не частый посетитель таких вот специализированных магазинов, более того, не считая пубертата, когда пару раз заглянули с пацанами поржать, я ни разу не был в секс-шопе. В конце концов, для таких специфических покупок сейчас существуют интернет-магазины. Удобно, абсолютно анонимно и не надо рассказывать совершенно постороннему человеку, то есть продавцу, на что именно у тебя стоит.
Наверное, в субботу был какой-то особенный день. Определенно он был особенным. Иначе я никак не могу объяснить тот факт, что меня занесло в этот неприметный подвальный магазинчик. Помню, какое приятное удивление, граничащее с легким шоком испытал, когда за прилавком обнаружил свою капучиновую фиалку. Ту самую милую девочку, которая умудряется краснеть, даже произнося слово «сахар». Она мне давно нравится. В их кофейню я и заглядываю не потому, что кофе у них какой-то неповторимый, а просто лишний раз полюбоваться скромняшкой-обаяшкой с глазами цвета ядреного эспрессо. Несколько раз меня толкало в кофейню желание подкатить к ней, но что-то каждый раз останавливало. И вот новая неожиданная встреча в царстве членов и резиновых вагин… Контраст настолько разительный, что на секунду выбил почву у меня из-под ног. Вот это я понимаю – девушка с сюрпризом. Невольно на секунду представил, как она, краснея и покусывая губы бантиком, рассказывает клиентам о видах смазок, и у меня даже слегка привстал. Правда, реальность оказалась не столь радужной. Это была не Настя, и я действительно не представляю мою кофейную скромницу, работающей в таком месте. Это была ее сестра-близняшка.
Поначалу я испытал легкое разочарование от этого факта. Но потом обнаружил, что Аня краснеет ничуть не меньше, и ее карие глаза горят смущением и одновременно кокетливым призывом абсолютно так же.
Удивительное сходство между сестрами. Практически нереальное. Вот только Аня явно была гораздо более искушенной, раз работала в подобном магазине. И эта смесь показной невинности и одновременно интереса к сексу, это…
Блин, я не помню, когда в последний раз девушка так заводила меня.
Она сама была словно изысканная эротическая фантазия. Которая очень быстро воплотилась в отличный секс прямо на полу на видавшем виды матрасе.
И теперь я хочу еще. Кажется, меня заклинило, но я даже рад этому состоянию. Я так давно ничего подобного не испытывал. Да, Аня отказала мне в продолжении знакомства, но считывать интерес и симпатию к себе я умею, так что без понятия, какими соображениями она руководствовалась, но так просто сдаваться не собираюсь. Я слишком впечатлен.
Весь вечер в клубе потом думать не мог ни о чем, кроме нашего жаркого приключения в закрытом магазине. Решил, отпустит на следующий день, но нет. Словно наваждение. Так и вижу ее хмельной, полный желания и тепла взгляд, стоит закрыть глаза. И я сдался.
Заглушив движок, забираю пухлый букет пионов с пассажирского сидения и выхожу из машины. Легкая оторопь берет. Нервничаю как зеленый пацан.
Что, если будет не рада мне? А хочется, чтобы была рада. Чтобы смущенно улыбнулась и покраснела как маков цвет. А затем спрятала нежное лицо в розовые цветы. Вижу эту картину так четко, будто уже наблюдал ее в реальности. Хочу, чтобы было именно так.
Моя скромная развратница.
Делаю глубокий вдох и толкаю тяжелую дверь, ставшей для нас с Аней обстоятельством. Над головой звенят яйца-бубенцы, и я испытываю легкое ощущение дежавю.
Даже этот приглушенный свет в небольшом коридоре знаком, как и витающие здесь запахи, звуки… голос… Нет. Голос другой, и я замедляю шаг, прислушиваясь:
– … издеваешься? Нет, конечно! Еще чего! Да я сколько угодно этой стерве буду улыбаться, если потребуется, но отделаться от меня у нее не выйдет. Она, конечно, мной недовольна и, наверное, мечтает видеть рядом с Олежей какую-нибудь скучную скрипачку, но кто ее спрашивает? Ой, все, ко мне клиент пришел! – девушка говорит в трубку и тотчас переключается на меня, когда вхожу в салон. – Здрасьте! – улыбается дежурно
Пока приближаюсь к кассе, за которой стоит… Аня, я не свожу с нее глаз. Эта девушка… действительно Аня, но глядя на знакомую худенькую фигуру, цвет волос и глаз, я не испытываю привычного трепета.
– Добрый день… Аня, – быстро бросаю взгляд на бейдж, прикрепленный к футболке. Всё так. Абсолютно все так, только смотрит она на меня будто видит впервые.
– Чем могу помочь? У нас огромный выбор. Сегодня утром новый завоз был. Вам подсказать? Смотрю, вы с цветами… Вам в подарок? Знаете, у нас есть отличные парные наборы – для него и неё… ой… её… – задумывается, – …неё, да! Для него и неё! – хохочет. – Показать? – она что-то говорит, говорит, спрашивает, а я смотрю на нее и не узнаю. И эта девушка не выглядит так, словно делает вид, что мы не знакомы. Мы и правда не знакомы. Я не знаю этот голос, эту манерность, с которой она, предлагая товар, успевает бросать на меня заинтересованные, недвусмысленные взгляды.
– … по глазам вижу, что вы тот еще доминант, – продолжает девушка, – в таком случае у нас имеется шикарный…
– Можно вашу ладонь? – перебиваю ее словесный поток, успевший меня изрядно утомить.
Девушка с именем «Аня» на бейдже округляет глаза.
– Зачем? – изумленно спрашивает она.
– Пожалуйста, покажите ваши ладони… – настаиваю я.
Нахмурившись, девушка с опаской вытягивает руки и поворачивает их вверх ладонями, ни на одной из которых ни следа от ожога.
Понятия не имею, почему внезапно вспомнил об этом незначительном факте. И как я в субботу не провел параллель, когда держала Аню… точнее не Аню, за руку.
– Спасибо, – благодарю опешившую девчонку и, больше не сказав ни слова, ухожу.
Глава 17
Настя
– Насть, распишись в накладной, – Максим кивает на бумажный лист, лежащий на прилавке, – я всё проверил. В туалет хочу, – пританцовывая на месте, сообщает одними губами так тихо, что слышно только мне одной, после чего срывается в подсобку.
Да он издевается?
Я и так едва держу себя в руках, и хоть мой напарник об этом не в курсе, это не освобождает его от ответственности за мое психическое состояние, а оно, на минуточку, не в лучшей форме. Я двое с половиной суток – жижа. Бесформенная, бледная, безжизненная жижа.
Сегодня с утра перед сменой Макс сказал, что я паршиво выгляжу. Если бы он знал, что я еще и чувствую себя так же, то доделал бы свою работу до конца!
Кошусь на накладную как на гранату с выдернутой чекой, а потом перевожу взгляд на две коробки со свежими десертами от ИП Караваев Р.Ф.
Хочется заскулить! Два раза в неделю нам в кофейню привозят кондитерку только этого производителя, и я всерьез задумываюсь уволиться. Я не смогу! Вот так работать и знать, что, к примеру, Руслан собственноручно замешивал тесто вот для этого маффина, а для того бисквита он готовил крем…
Мне кажется, мы больше никогда не увидимся. Эта кофейня больше никогда не наполнится ароматом спелых мандаринов, и я никогда не увижу его очаровательные ямочки на щеках. Он не скажет: «Привет!», а я не почувствую, как расправляются крылья у меня за спиной, стоит ему улыбнуться. Вот такая цена одной близости…
Быстро чиркаю закорючку внизу накладной, стараясь не цепляться взглядом за фамилию.
Интересно, он думал обо мне? Хотя бы на секунду задумывался? Или, выйдя за ту злополучную дверь, реальность закрутила и девчонка из интим-магазина осталась мимолетным случайным приключением, приправленным возбудителем?
А я помню все: его крепкие, очень умелые руки, поцелуи и жаркий шепот. Помню разрывные ощущения нашей близости и опустошающую горечь расставания после нее.
Прошу официантку Таню передать накладную водителю, ожидающему снаружи у входа.
Вчера я заступила на смену и весь день вздрагивала, когда дверной колокольчик оповещал о новом посетителе. Я не надеялась увидеть Руслана, но мечтала, чтобы это был он. Зачем? В чем логика? Ведь я сама отказалась от продолжения. Ее нет, этой логики! Я же, в конце концов, девочка и могу противоречить себе сколько угодно. Женская логика вообще весьма странная штука. Она вроде есть, и ее как бы нет.
В воскресенье я умирала. Анька, конечно, пыталась выпытать причину моей смерти, но я была непреклонна. Во-первых, я хотела умирать в одиночестве, страдая и жалея себя. Во-вторых, я была на нее адски зла! И хоть косвенно, но все же сестра имела отношение к тому, что в субботу я прикоснулась к мечте, я все равно была зла на нее просто потому, что мне нужно было на кого-то злиться, и Анька для этого отлично подходила.
Максим возвращается из туалета спустя десять минут мерзко довольным. Он тоже бесит! Бесят сейчас все, кто мало-мальски счастлив!
Отворачиваюсь и хватаю тряпку, собираясь протереть капучинатор, который почему-то после Максима всегда загажен, словно он купает его не в молоке, а в жидком цементе.
За спиной звенят дверные колокольчики.
Меня прошивает короткой судорогой. Спина напрягается, но я остаюсь неподвижной, давая себе мысленный подзатыльник – он не придет.
– Пс-с… Зуева, там твой пришел… – полушепотом кличет меня Макс.
Меня подбрасывает вместе с тряпкой.
Обдает коктейлем из паники, неверия, отрицания и щемящей радости.
Я даже дышать боюсь, не то что повернуться. Может, Максиму кажется? Вдруг у него галлюцинации на почве расстройства кишечника…
– Насть… – снова зовет напарник, – он подходит. Мне его обслужить?
Аромат спелых мандаринов взрывной волной бьет по обонятельным рецепторам.
Он здесь. Мой идеальный Руслан.
Ссутулив спину, быстро-быстро киваю и, стараясь слиться с воздухом, бочком двигаюсь в направлении выхода из-за прилавка.
– Стоять! – громкое требование вынуждает замереть и не двигаться.
Прижав руки вдоль корпуса, неподвижно стою вытянутой в струнку.
Ноги слабеют, ладони леденеют, дыхание частое, но все это пустяки по сравнению с тем, как дрожит мое сердце, готовое выпрыгнуть из груди и бежать к чертовой матери.
Медленно поворачиваюсь.
Уперевшись ладонями в край прилавка, Руслан смотрит на меня, и его взгляд… Он никогда так не смотрел. Сощуренный, пытливый, разбирающий меня на органы, и по-моему, первой достанется моей голове, которую Караваев собирается откусить. Он выглядит раздраженным и злым! Настолько, что даже огромный букет нежных персиковых пионов, лежащий на прилавке между его рук, не смягчает эту картину. Кошусь на цветы и горько сглатываю… Это он кому купил? Ну явно не мне. С таким лицом букеты не дарят, а разве что стегают ими как веником.
Значит, не мне. Значит… Он что, нашел какую-то более сговорчивую девушку тем вечером в клубе?
Мое сердце при этой мысли медленно умирает…
– Д-добрый вечер… – лепечу я, растянув улыбку, которую едва удерживаю на лице, потому что Руслан сжимает крепко челюсти. Линия его подбородка угрожающе напряжена. – К-капучино? – выжимаю из себя.
Караваев медленно качает головой.
Не переставая удерживать мои глаза под прицелом, неожиданно чеканит:
– Нет. Жалобную книгу!
Максим охает, я подпрыгиваю на месте как будто получила разряд тока.
Жалобную книгу?
Меня начинает трясти. Господи, может, в субботу вечером после того, как Руслан выбрался наружу, он поехал в наркологию и сдал анализ, который показал в крови наличие возбуждающих веществ?
Все же интересно, сможет ли сестра вернуть деньги за оплаченный абонемент в спортзал, когда Караваев РФ меня убьет? Ей они пригодятся… хотя бы на мои похороны.
Бросив на Руслан жалостливый, извиняющийся и прощальный взгляд, пищу:
– Да, конечно.
На мягких ногах иду к входной двери, там у нас уголок потребителя.
Нахожу жалобную книгу. Сейчас Караваев донесет на меня начальству, а потом… посадит!
Дрожащей рукой протягиваю моему идеальному мужчине книгу.
– А ручку? – твердо спрашивает он.
Вздохнув, даю и ручку.
Чувствую на себе взгляд Максима, но не смотрю на него, потому что не отвожу глаз от Руслана, который, склонившись над девственно-чистым первым листом в журнале, ставит крест на моей жизни.
Отворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в пол. Стою так до тех пор, пока Руслан с громким звуком не захлопывает кожаный переплет.
– Что ж, буду надеяться на положительный ответ на мою претензию, – заявляет Караваев арктическим тоном. – Анастасия, Максим, – коротко кивает нам, разворачивается и уходит.
– Извините! Подождите, букет! – растерянно окликает его мой напарник.
Но Руслан лишь делает неопределенный взмах рукой в воздухе и исчезает за дверью. Провожает его жалобный перелив колокольчиков.
Я так и стою – ни жива ни мертва, пока из оцепенения меня не выводит вкрадчивый голос Максима:
– Зуева, ты же не против, если твою порцию кофе и пирожного я заберу?
В конце каждого месяца начальство позволяет всем сотрудникам кофейни за счет заведения брать любой кофе и десерт.
Непонимающе вскидываю брови и смотрю на Максима.
– Ну… этот месяц ты практически отработала, так что тебе полагается, но тебя ведь скоро уволят… – пожимает плечами он.
Говнюк!
– Да трещу я! – хохочет идиот. – Давай-ка глянем, что тут твой идеальный накатал…
Тихо всхлипнув, отворачиваюсь. Не хочу ничего слышать и знать!
– Та-а-ак… Настя! Вы… самая удивительная, загадочная, невероятная девушка из тех, кого я встречал! Приглашаю вас на свидание сегодня в семь вечера. Если вы не придете, обещаю, я съем суточную норму выпекаемых маффинов и умру от передозировки! P.S. Эти пионы такие же нежно-розовые, как ваше лицо, когда вы смущаетесь или… – Максим запинается.
– Что «или»? – шокировано бормочу я.
– Тут многоточие. Я без понятия как прочитать, – отзывается напарник. – А дальше тут еще адрес прилагается… Насть, кажется, сегодня тебе нужно уйти пораньше… – подмигнув, он расплывается в понимающей улыбке, – я прикрою! Срази этого красавчика наповал!
Глава 18
Без пятнадцати семь я стою у какой-то заводской проходной в промзоне на окраине города. Телефона Руслана у меня нет. Ничего нет, кроме адреса, который по количеству дополнительных букв и цифр в номере помещения больше напоминает шпионский код.
Смеркается…
Я зябко ежусь в своей коротенькой курточке, переминаясь с ноги на ногу на высоченных шпильках, одолженных у сестры. Я одета не по погоде, но моя цель – выглядеть красиво, а не комфортно чувствовать себя. Но сейчас, стоя на заводской проходной, когда кусачий ветер залетает под подол романтичного платья в цветочек и неприятно холодит бедра повыше резинки телесных чулок, я начинаю жалеть, что красота победила комфорт.
Я знала, что еду не в ресторан, но ведь Руслан позвал меня на свидание… было бы неуважительно прийти на него в тулупе и валенках.
Время близится к семи, и через турникеты тонкой струйкой просачиваются работяги. И буквально каждый второй из них считает своим долгом облизать меня заинтригованным взглядом, а каждый третий – присвистнуть и что-то сказать. Причем, чем больше седины в их волосах, тем свист активнее. Возможно, это связано с тем, что с возрастом люди глохнут, мне сложно сказать. Но считаю необходимым отойти подальше, чтобы так не провоцировать.
В носу неприятно жжет от подступающих слез. Во рту солоно. Вот он – вкус моего разочарования. Я так тщательно собиралась, летела сюда словно на крыльях. А Караваев просто подшутил? Эта такая месть за то, что обманула его и представилась сестрой?
О, как жестоко!
Но закономерно. Ведь не может быть настолько идеальных мужчин, насколько я идеализировала Караваева всея РФ.
Обнимаю себя за плечи, понурившись. Уныло гляжу под ноги, рассматривая носки туфелек. Еще минуту постою тут и пойду…
– Настя?
Сердце взволнованно подскакивает к горлу раньше, чем я поднимаю голову. Встречаемся с Русланом взглядами.
Нервная улыбка вздрагивает на моих губах, и, кажется, я не дышу.
Он стоит у поста охраны, широко расставив ноги и засунув руки в карманы брюк. На нем тонкая голубая рубашка, рукава закатаны до локтя, пара верхних пуговиц расстегнута. На полных губах такая знакомая мне лукавая улыбка. А теплый, с хитринкой взгляд прямо направлен на меня, заставляя внутренности сладко переворачиваться.
– П-привет, – шепчу, сгорая от счастья и взволнованности.
– Привет, – оглядывает меня с ног до головы, когда подхожу к нему. – Замерзла? – хмурится. – Извини, что заставил ждать…
– Нет! Не переживай, это я раньше приехала, – признаюсь чуть смущенно.
Руслан вскидывает руку и смотрит на часы, украшающие его крепкое запястье.
Кивнув, спрашивает:
– Паспорт есть?
“А зачем? В ЗАГС?” – с надеждой толкается мое глупенькое сердце.
– Н-нет, – бормочу.
– Мой косяк, надо было тебе сказать, – линия подбородка Руслана напрягается. Шумно выдохнув, он подходит к окошку охраны: – Андрюх, по дружбе, пропусти так, а? Мы на пару-тройку часов. Лично выведу.
– Да без вопросов, Руслан Фёдорович. Пусть девушка хотя бы имя и фамилию скажет, – просит охранник.
Я торопливо называюсь, и нас с Русланом пропускают через турникет. Но на улицу мы не выходим, а сразу сворачиваем к металлической двери слева. За ней оказывается темная крашеная лестница. Пахнет складом и чем-то нежилым.
– Нам на второй, – сообщает Руслан, беря меня за руку.
Его ладонь сухая и горячая. Он крепко сжимает мою кисть, запуская токи по руке до самого плеча.
У меня ноги ватные, с трудом преодолеваю лестницу. Не верится, что все наяву. Молчим. Я – потому, что не представляю что сказать. А Руслан выглядит так, будто ему никаких разговоров и не требуется.
Он поднимается первым по лестнице уверенным шагом и то и дело оборачивается и лукаво поглядывает на меня.
– Значит, Настя… – бросает он небрежно через плечо, когда преодолеваем первый пролет. – А зачем именем сестры представилась? Или у вас какой-то договорной междусобойчик?
– Что? Нет! Анюта впервые попросила меня подменить ее. А тут вы… ты, – оправдываюсь. – До субботы я даже никогда не была у нее на работе.
– А почему сразу мне не сказала?
– Ну-у… мне было неудобно, – пожимаю плечами.
– Ясно, – кивает Руслан, принимая ответ.
Его пальцы на миг сильнее сжимают мою руку, чем запускают новую жаркую волну мурашек по телу.
– А телефон почему не дала? – вопросительно выгибает бровь.
– Потому что соврала, – признаюсь, заливаясь краской. – Стыдно было, что вот… обманула… – мямлю. – Да и после… всего происходящего там, в магазине, – краснею, – неловко потом стало.
Руслан загадочно улыбается, а его взгляд такой горячий, что мое сердце трепещет.
– Руслан, а мы куда? – интересуюсь у него, оказавшись на втором этаже перед массивной дверью с кодовым замком.
Местом свидания окружающую обстановку не назовешь, но мне плевать, ведь мой идеальный мужчина потому и идеален, что непредсказуем.
Он набирает какую-то комбинацию цифр, после чего следует щелчок и дверь открывается.
– Прошу! – Руслан предоставляет возможность мне первой войти в помещение. И когда я делаю это, из меня вырывается восхищенное:
– Вау! Вот это да-а-а-а…
Сделав внутрь еще несколько шагов, я себя не сдерживаю, когда открываю рот и верчу головой по сторонам! Я словно в сказочную карамельную страну-мечту маленькой девочки попала! Ведь это… это самый настоящий кондитерский цех!
Я представляла наше свидание каким угодно, но почему-то не была готова к тому, что господин Караваев приведет меня в свое хлебобулочное царство. Никогда в подобных местах не была. В нос бьют ароматы сдобы, свежей выпечки, ванили, корицы и всего такого вкусного и сладкого, что я невольно облизываюсь! Бесконечные стальные стеллажи по углам забиты идеально одинаковыми тортами и пирожными. Все пронумеровано и подписано. Посредине огромного гулкого помещения расположилась сама кондитерская линия с блестящими металлическими цистернами, промышленными миксерами и различными станками, угадать назначение которых мне не хватает ни знаний, ни воображения.
Я почему-то представляла, что пекарня Руслана выглядит по-другому. Как большая уютная кухня, рассчитанная на пару-тройку поваров. Так что увиденные промышленные масштабы поражают.
– Знаешь, я думала, что ты сам тесто месишь, – краснея, признаюсь, на что Руслан смеется так задорно, что у него слезы выступают на глазах.
– Насть, у меня даже яичница пригорает, какое тесто?! – признается, отсмеявшись он. – По образованию я инженер-технолог, а по роду деятельности предприниматель. Моя задача организовать рабочий процесс так, чтобы другим было легко и приятно тесто мешать. А я бы смог с этого заработать. Пойдем, нам сюда.
И он, положив ладонь на мою поясницу, подталкивает меня к двери с табличкой «комната отдыха».
– Я уже успел побывать у тебя на двух работах, – произносит Руслан с коротким хохотком у меня за спиной. – Теперь моя очередь познакомить тебя с моей, – он распахивает передо мной дверь.
Несмело делаю шаг вперед и тонко охаю, приложив ладони к губам и озираясь по сторонам.
Бо-о-оже!
У меня сейчас слезы брызнут из глаз от умиления – большой овальный стол завален всеми возможными видами пирожных!
– Приглашаю на дегустацию! – торжественно сообщает Руслан, подходя к столу и беря из ведерка со льдом бутылку шампанского. – Надеюсь, ты любишь сладкое? – хмурится, откручивая пробку. – Извини, я не спросил. Но, если что, у нас есть капустный пирог и кулебяка…
– Не надо кулебяку. Очень… Очень люблю сладкое! – бормочу растроганно, подхожу к Руслану и встречаюсь с его лукавым прищуром.
Смотрим друг другу в глаза, когда выстреливает пробка шампанского. Вздрагиваем одновременно от резкого звука и смеемся. Кажется, я уже пьяна…!
Мой идеалити… И он смотрит так, будто я тоже идеальна для него…
Руслан разливает шампанское по тонким бокалам, а затем достает крафтовый пакет, стоящий на одном из стульев.
– Предлагаю продолжить, – подмигнув, он вдруг вытаскивает злополучную Дженгу из секс-шопа, – кажется, твой ход.
