Текст книги "Стен и звёздные странники (ЛП)"

Автор книги: Аллан Коул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Еще одна случайность, – проворчал Стэн. Но вес вдруг исчез, и он вернулся в нормальное состояние.

– Он это исправил, – сказала Ида.

– Нет проблем, – сказал Стэн. Его взгляд переместился на карту, отмечая их местоположение. – Мы приближаемся к сектору Малика. Стоит ли ожидать еще каких-нибудь сюрпризов по пути?

– Очень надеюсь, что нет, – с чувством сказала Ида.

Если этот Малик был так умен, как заявляется, то ему следовало бы знать, что лучше злить на редкость жизнерадостную натуру Иды.

Они продолжили путь, их фонари освещали открытые дверные проемы, ведущие черт знает куда. Стэн заметил комнаты, похожие на корабельные каюты, с кроватями длиной около двух с половиной метров, и не мог сказать, насколько широкими они были.

– Эти аззадские парни, скорее всего, такие же большие, как горные медведи, – заметил Алекс.

– Я не знал, что в Шотландии водятся медведи, – сказал Стэн.

Алекс пожал плечами.

– Они вкусные, но их съели наши дедушки.

Они миновали огромное пространство с разорванными резервуарами и расплавленными трубами. Стэн предположил, что это была какая-то система гидропонного земледелия. Другое помещение было полно руин, выглядевших как какая-то старомодная система обратной очистки сточных воду.

Затем коридор вылился в то, что Стэн позже назовет Домом Смерти.

***

Помещение было огромным, с длинными рядами чего-то похожего на высокие прямоугольные коробки из серого металла, уходящими в темноту, в которую не мог проникнуть свет их фонарей. Стэн оставил попытки сосчитать ряды и посмотрел вперед, отметив, что проход, по которому они двигались, растворялся в стигийском мраке. Коробки имели высоту около трех с половиной метров и располагались на широких толстых основаниях.

С этого ракурса он не мог догадаться об предназначении.

Но когда они с Алексом продвинулись глубже в помещение, им предстало зрелище, которое потрясло даже их закаленные чувства. Спереди коробка имела прозрачную пластиковую дверцу, которая частично свисала с крепления. Внутри находилась вертикальная трубка, которая почти заполнила коробку. Именно то, что находилось внутри трубки, заставило похолодеть его позвоночник.

Стэн обнаружил, что смотрит на огромные останки мумифицированного гуманоида, плавающие в безвоздушной трубе. Он был таким же высоким, как Стра'бо – Люди Озера – с которыми они подружились после того, как совершили аварийную посадку на имперском шпионском корабле Сиенфуэгос на примитивной планете в скоплении Люпус. У существа в трубе была длинная голова с закругленными челюстями и маленькими глазами, расположенными над двумя отверстиями, которые, как предположил Стэн, были каким-то органом дыхания. У него были широкие плечи, на которых свисала пара слишком длинных рук с семью – нет, с восемью пальцами. Третья, гораздо меньшая рука, выступала из груди. Стэн отметил, что эта рука была многосуставной, но имела коготь, а не кисть. Бедра были узкими, ноги длинными и тонкими. И все это было мертвенно-серого цвета, как будто сгнило перед мумификацией.

А рот странного существа распахнулся, как будто смерть настигла его посреди крика.

Алекс что-то пробормотал, но Стэн был настолько взволнован, что не смог разобрать слов. Он просто потянул Килгура за руку, и они пошли дальше.

Везде повторялась одна и та же сцена. Мумифицированные трупы разных размеров и, скорее всего, пола. Хотя мягкие ткани в паху сгнили, Стэн предположил, что те, у кого бедра шире, были женского пола. К сожалению, также были и маленькие существа, которые, по его мнению, могли быть детьми.

По обеим сторонам прохода мертвецы парили вертикально, словно часовые, стоящие на страже погибшей цивилизации Аззадии.

В своих наушниках он услышал голос Док:

– Такая ужасная утрата.

На мгновение он подумал, что это хладнокровное маленькое чудовище может проявлять какие-то нежные эмоции. Но это заблуждение было развеяно, когда он услышал, как Док добавил:

– Какие вкусные  жидкости, должно быть, содержались в этих существах. Если бы только...

– Док? – Стэн прервал его, прежде чем смог продолжить.

– У тебя есть вопрос, молодой Стэн?

– Как вы думаете, что здесь произошло?

Он спросил это скорее для того, чтобы занять Дока менее тошнотворной болтовней, чем из собственного любопытства. У Дока, казалось бы, были теории обо всем, и ему нравилось слушать самого себя, когда он обучает простых людей.

Конечно же, Док клюнул.

– Вероятно, это был корабль, который мы когда-то называли Длинным Лайнером. Предназначен для перевозки живых существ на протяжении столетий, если это необходимо, до места назначения. Большинство из них будут находиться в состоянии анабиоза. В то время как другие будут управлять кораблем. Возможно, на всю жизнь; возможно, на более короткие периоды времени, и в этом случае они входили в трубы, чтобы впасть в спячку, в то время как их сменщики просыпались, чтобы занять свою очередь.

– Существа, за которыми вы наблюдаете, – это спящие. Скорее всего, их выводили из состояния сна из-за надвигающейся чрезвычайной ситуации. Но первой случилась катастрофа, и атмосфера корабля – вся – была сметена.

Алекс пробормотал по их личным коммуникациям:

– Продолжай забалтывать маленького монстра, малыш.

– А состояние тел? – Сказал Стэн. – Они выглядят частично сгнившими. Как такое может произойти в космосе?

– У вас, бедных людей, нет даже элементарных знаний в области биологических наук, – сказал Док. – Разве вы не знаете, что когда большинство существ умирают, на первый план выходят бактерии, питающиеся трупами. И они будут разъедать – если можно так выразиться, разлагать плоть – пока вакуум не убьет и их тоже. И тогда у вас останется тело, которое быстро высохнет… мумифицируется для романтиков среди нас.

К тому времени, как он понял, что на самом деле они его не слушают, они уже вышли из комнаты. Он прервал свою речь тем, что, как они предположили, было ругательством на его собственном – непонятном простым людям – языке.

Алекс ответил:

– И твоя мать тоже, – и это подняло настроение.

Стэн подавил смех, вспомнив про свои обязанности главного, когда они двинулись дальше.

***

Они приближались к своей цели, когда проход внезапно оборвался. Их фонари высветили непроницаемую стену из искореженного металла и нагромождение оборванных кабелей и труб. Как будто какой-то огромный зверь зажал проход двумя могучими пальцами.

– Малик удивлен так же, как и мы, Стэн. – раздался голос Иды. – Он не знал об этих повреждениях.

– Как он мог не заметить это? – спросил Стэн. – Все это было раздавлено менее чем в сотне метров от его местонахождения.

Наступило долгое молчание, предположительно Ида совещалась с Маликом. Затем она вернулась со словами:

– Ему приходилось периодически впадать в спячку, чтобы экономить электроэнергию, – сказала она. – Должно быть, это случилось именно тогда.

– Это уж очень хреново, девочка. – сказал Алекс, который внимательно осмотрел повреждения, – Но как мы должны пройти через этот беспорядок? Даже маленькие вши с тела Бобби Бернса не смогут пройти мимо.

Стэну пришлось согласиться. У него был печальный опыт заражения этими мерзкими маленькими засранцами, когда он и Алекс были заключены в одну из не слишком гостеприимных тюрем Волчьих Миров. И нет, какими бы маленькими они ни были… какими бы кровожадными и настойчивыми они ни были... даже вши не смогли бы пробраться через руины, стоящие перед ними сейчас.

Ида вернулась:

– Малик говорит, что можно сделать крюк через оружейную комнату. Неподалеку от вас есть вход. По левому борту. Вот… я вам покажу…

Маленькая карта на экране его шлема замерцала мерцала, и он увидел новый путь, изгибающийся вправо, затем прямо вперед примерно на 500 метров, а затем изгибающийся обратно к позиции Малика.

Стэн сказал: «Оружейная комната? Мне не нравится, как это звучит»

– Черт возьми! – пробормотал Алекс.

– Малик сказал мне, что это самое безопасное место на корабле, – сказала Ида. – Система безопасности в этом секторе была отключена столетия назад.

Стэн собирался спросить ее, почему, когда она добавила:

– По всей видимости, на борту корабля произошли какие-то гражданские беспорядки. Мини-восстание. Прежде чем он успел его подавить, им удалось разрушить оборонительные системы.

– Подавил его?

Долгое молчание, затем:

– Ему пришлось убить их всех.

– О, – сказал Стэн.

– От этого места у меня мурашки по коже, – пробормотал Алекс по частной связи.

Стэн прочистил горло – кхм! – затем развернулся и направился по новому маршруту.

***

Несмотря на заверения Малика, они осторожно подошли ко входу в оружейную комнату. Оружие наготове, фонари настроены на режим точечного луча. Они выглядели не более чем двумя крошечными огоньками, движущимися сквозь темноту. Или, подумал Стэн, один большой свернувшийся зверь с глазами на расстоянии трех метров друг от друга.

У входа Алекс встал на колено и осмотрел территорию слева направо, а Стэн остался стоять, осматривая справа налево. Оружие вытянуто вперед и движутся вместе с лучами фонарей. Это не было любимой работой Стена. Его узкий луч света делал из него для врага прекрасную мишень. По возможности Стэн старался направлять источник света сбоку, подальше от тела. Если бы последовал выстрел, к тому времени, когда бы противник понял, что промахнулся – и промахнулся сильно – Стэна уже провел бы удачный ответный выстрел.

Но это была не одна из таких ситуаций, и у Стэна не было другого выбора, кроме как ввести  себя в свой лучший – или худший – фаталистический подход.

Стэн еще раз потренировался со шпионским мячом. Опасности не было. Алекс послал еще одну Несси, и она вернулась, чтобы сообщить, что все чисто, а затем устроилась в маленьком гнездышке в его рюкзаке.

– О'кей, – сказал Алекс. – Несси говорит, что все хорошо. Значит, все хорошо.

Они набрали в грудь воздуха, собрались с духом, затем включили фонари на полную мощность и вошли в помещение. И да, их оружие было наготове. Алекс уже дал знак, что пойдет направо, а это означало, что Стэн пойдет налево и откроет огонь по цели – если таковая будет – в то время как Алекс пойдет направо и выпустит несколько контактных гранат.

«Это должно быстро очистить комнату», – подумал Стэн. За исключением, как он надеялся, его самого и Килгура.

Примерно на трети пути в большой комнате они почувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы предположить, что период, когда Малик был подвержен несчастным случаям, закончился – или, по крайней мере, выдержат паузу достаточно долго, чтобы они могли завершить миссию, а затем вернуться к Иде и Доку на Шторм.

Хотя оружейная комната совсем не напоминала имперскую оружейную, все предметы, запертые на стеллажах вдоль одной стены, имели универсальный смертоносный дизайн. На другой стене располагались ряды бронекостюмов, одни из которых предназначались для космоса, другие – для высадки на землю.

На протяжении всего пути они сталкивались с тревожными свидетельствами «гражданских беспорядков», о которых упоминал Малик.

Мумифицированные тела плыли, словно движимые медленным течением. Все они были так или иначе изуродованы. Там были зияющие раны от автоматных очередей, конечности, оторванные взрывами, тела, опаленные лазерами. Некоторые из них были наполовину в бронекостюмах, наполовину без них. Стэн решил, что они, должно быть, были застигнуты врасплох в разгар мятежа. Среди тел плавало оружие, вероятно, вырванное из их рук во время боя.

Когда они наконец добрались до выхода, Стэн оглянулся на бойню, через которую они прошли, поблагодарив Богов, присматривающих за солдатами, за то, что он не столкнулся с этим кораблем, когда он был в полной мощи.

***

Они поворачивали за угол, когда Ида сказала: «Ты почти у цели», а над высоким сводчатым дверным проемом вспыхнул свет. Когда они приблизились, дверь начала открываться, и Стэн и Алекс прыгнули в обе стороны, держа наготове оружие.

В его коммуникаторе раздался голос:

– Вы можете войти, – голос был глубоким, резким, слегка механическим и определенно мужским.

– Ты все еще здесь, Ида? Или ты внезапно при мне сменила пол? – спросил Стэн.

– Извини, что сваливаю это на тебя, – сказала Ида. – Я нашла способ установить прямую связь между тобой и Маликом. Поскольку третья сторона не нужна, я подумал, что это могло бы немного ускорить процесс.

У Стэна не возникло с этим никаких проблем, поэтому он переключил внимание и позвал:

– Малик?

– Я здесь, Стэн, – раздался странный голос.

– Я войду первым, – сказал Стэн. – Но предупреждаю вас, если произойдут еще какие-либо несчастные случаи, мой напарник примет ответные меры. И о вашем выживании не будет и речи.

– Слишком верно, приятель, – сказал Алекс.

– Опасности нет, – сказал Малик. – Здесь я полностью контролирую ситуацию.

Несмотря на заверения, Стэн вошел пригнувшись. Держа оружие двумя руками. Он знал, что Алекс держится и готов отреагировать в случае любой угрозы.

Поначалу смотреть было особо не на что. В отличие от других частей корабля, здесь был тусклый свет, который все погружал в тень. Комната была большой, стены от пола до потолка были уставлены электронным оборудованием и мониторами с пустыми экранами.

Затем в центре комнаты возникло мерцание, и возникла высокая фигура, которая поднималась все выше и выше, пока не стала возвышаться над Стэном. Это был аззадиец, и огромные размеры этого существа потрясли его. Он начал отступать, а затем понял, что видит сквозь фигуру, а это означало, что это голограмма, созданная Маликом.

Поэтому он наоборот сделал шаг вперед, опустив оружие. К его удивлению, гигантская фигура медленно уменьшилась, пока не стала лишь немного выше его.

Док прошептал ему на ухо:

– Он пытается сделать так, чтобы ты чувствовал себя более комфортно, как взрослый, стоящий на коленях рядом с ребенком, – затем, после паузы. – Если ты присмотришься, то увидишь панель под его ногами. Если тебе будет нужно, то это смертельный выстрел.

Стэн посмотрел, и, как и сказал Док, увидел большую прозрачную панель, на которой «стояло» голографическое изображение. Он небрежно переместил свое оружие, пока оно не оказалось направлено это место.

Словно угадав его намерения, Малик сказал:

– Это правда, вы можете легко меня устранить. Но я уверен, вы обнаружите, что никаких действий такого рода не требуется.

Стэн почувствовал, что за его спиной в комнату вошел Алекс. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Килгур готов к неприятностям.

– Я должен предупредить вас, – сказал Стэн, – что это закрытый сектор скопления Люпус. Сюда допускаются только корабли, выполняющие имперские задания.

Аззадиец прижал третью руку к груди, коснувшись когтем области, в которой, по мнению Стэна, находилось сердце.

– Приношу свои извинения, лейтенант, – сказал он. – Если бы я оставался в гиперпространстве дольше, мы бы исчерпали последние силы. И это был бы конец всему. Он указал когтем своей третьей руки. – То есть всему аззадскому.

Голос Дока прошептал ему на ухо:

– Спроси его, откуда и когда он родом. И какова его миссия?

Поэтому Стэн сказал:

– Я предполагаю, что вы из этой вселенной. В противном случае ваше топливо из антиматерии было бы инертным.

Маленькие глаза Малика блеснули юмором.

– На самом деле это была бы вовсе не антиматерия, не так ли? – сказал он. – Если бы это пришло из той же вселенной, я имею в виду.

Игнорируя это, Стэн спросил:

– Откуда именно вы? Нам нужны координаты, если вы не возражаете.

Малик вздохнул.

– Координаты? Это бессмысленный термин, когда вы бесчисленное количество раз входили в гиперпространство и выходили из него и путешествовали так долго.

– Можете ли вы сказать мне, как долго вы путешествуете? – спросил Стэн.

Малик, казалось, задумался на мгновение, а затем сказал:

– Я понятия не имею, как ваша культура оценивает время. Так как же я могу ответить?

– Спроси его, с какого количества AM2 он начинал, – вмешалась Ида.

Стэн спросил. Малик, казалось, оживился. Наконец-то появился вопрос, на который он мог ответить.

– Я отправлю цифры той разумной особе, которую вы называете Идой, – сказал он. – И она сможет сделать расчеты.

Ида рассмеялась.

– По-моему, он пытается залезть мне в штаны, – прошептала она.

Стэн вспомнил, как Ида пошутила над экипажем крейсера «Дженнисар», и чуть было не указал на то, что она не носит штаны, но передумал. Вместо этого он подождал несколько минут, пока Ида обработает данные и свяжется с ним.

– Это безумие, – сказала она. – Но ближайшая оценка, которую я могу сделать, это то, что этот корабль блуждает среди звезд уже почти десять тысяч лет. Неудивительно, что у них почти закончилась AM2.

– Спроси его, где и как они раздобыли топливо, – сказал Док.

Стэн знал, что это его главная миссия, но вместо этого ему просто спросил:

– Вы потерялись? В этом проблема? Вы пытаетесь найти дорогу домой?

Аззадиец бросил на Стэна печальный взгляд. И когда он ответил, механический голос, казалось, почти дрожал от волнения.

– Домой? Когда-то у нас был дом. Теперь его… больше нет.

– Да, но он ведь захочет найти себе другого, не так ли? – в ухе Стэна прошептал Алекс.

Представив себе какую-нибудь великую войну или серию войн с участием разрушителей планет и машин судного дня, Стэн спросил:

– Что произошло?

– Я тебе покажу, – ответил Малик.

Затем голографическая фигура Малика начала колебаться, а затем внезапно… из него, как из детской игрушки из мыльных пузырей, потекли сотни и сотни изображений. Они кружились по залу, оставляя миниатюрные цветные кометные дорожки. Потрясающие цвета. Палитра для видеохудожника всех мыслимых цветов. Вращающиеся цветные пятна распространяются по всей длине волны, которую может увидеть человеческий глаз. И, возможно, даже за ее пределами.

Поначалу Стэн был настолько ошеломлен, что не мог сосредоточиться ни на одном конкретном изображении. Затем он понял, что смотрит на нечто похожее на визуальную историю – историю Аззадии. Только не в каком-то порядке, а все вперемешку.

Он увидел планету – прекрасную планету – медленно вращающуюся вокруг своей оси. У нее было две бледные луны и желтое солнце. В поле зрения появились другие изображения, и теперь он мог видеть горы матово-розового цвета и потоки поразительно фиолетового цвета, текущие с вершин, каскадом ниспадающие через сказочные туманные водопады, образуя великолепные реки, впадающие в океаны и озера. Он увидел облака расплавленного серебра, которые сгущались под лазурным небом, выпуская потоки сверкающего дождя и розового снега. Огромные вспышки огненно-красных молний раскалывали эти небеса. Он увидел волнистые леса и бескрайние равнины с высокой травой – все в различных оттенках синего.

Он видел, как жизнь зарождалась и принимала различные формы, но затем ее уничтожали катастрофы – как космические, так и геологические. Другие существа рождались и уничтожались, пока, наконец, не возникла разумная жизнь. Первые аззадийцы. Затем появились землекопы, затем охотники, затем фермеры, затем городские жители, а затем – как изначально предполагал Стэн – начались великие войны.

Цивилизации поднимались и падали, только чтобы снова подняться. Вместе с цивилизацией появились воздушные путешествия, а затем примитивные космические путешествия, не дальше луны. В то же время загрязнение подняло свою ядовитую голову. И вскоре некогда прекрасная планета превратилась в Ад, наполненный грязью, бушующими штормами и такой сильной жарой, что аззадийцы гибли миллионами. Десятки миллионов. Потом сотни миллионов.

Пока не стало казаться, что аззадийцы вскоре пойдут по пути существ, которых они заменили на эволюционной шкале, – с той разницей, что они умрут от своих собственных рук.

А затем высоко над черной и умирающей планетой взлетели серебряные корабли, доставляя материал на верхние орбиты. Они вернулись, а затем снова взлетели, чтобы повторить процесс. Они были подобны птицам, строящим гнездо на высоте многих миль над загрязненными небесами.

Гигантский черный космический корабль медленно формировался, пока не стал напоминать тот самый лайнер, на котором стояли Стэн и Алекс. Он даже мог видеть символы, которые, как он теперь знал, образовывали название корабля – Наруум – украшено сбоку.

Аззадские семьи поднялись на борт вместе с бесчисленными припасами. А затем, как раз когда Стэн думал, что лайнер покинет родной мир Аззадии, поднялись военные корабли, чтобы остановить его продвижение. Последовал ожесточенный бой, лайнер получил множество попаданий, но аззадийцы, спроектировавшие лайнер, должно быть, знали, что произойдет что-то подобное, потому что огневая мощь на борту Наруум было настолько велика, что вскоре все нападавшие превратились в атомную пыль, которая дрейфовала на умирающую планету.

А затем с яркой вспышкой света Наруум ушел.

Это было последнее изображение.

И теперь комната была пуста, за исключением Стэна, Алекса и печального голографического изображения Малика.

Стэн вздохнул. Он все это уже видел. Или, по крайней мере, читал об этом в исторических справках. Это была история всех великих цивилизаций Империи, и многие имперские ученые считали, что если бы не появился Вечный Император, они были бы так же обречены, как аззадийцы. Несмотря на свой юный возраст, Стэн был достаточно циничен, чтобы понять, что это корыстный вывод. В конце концов, ученые зависели от имперского финансирования. Но у него было смутное предчувствие, что это, по крайней мере отчасти, правда.

Стэн был прямолинеен.

– Если вашей целью было найти новый дом, то сейчас это вроде как бессмысленно, не так ли? – Он махнул рукой, осматривая комнату, оружейную, Зал Смерти… разрушенный корабль… всю катастрофу, – Все мертвы.

– Аззадийцы… были… удивительный народ, – словно не слыша его, сказал Малик. – Я гарантирую, что культура, не имеющая аналогов нигде во Вселенной. Язык настолько прекрасен, настолько утончен, что даже обычные выражения кажутся поэзией. И музыка… ах, музыка… и искусство – такие ослепительные творения… И… И…

Его голос затих, когда он погрузился в воспоминания о давно минувших событиях.

– Да, приятель, – сказал Алекс. – Но теперь это ушло. Ушло. И ничто никогда не сможет вернуть это обратно.

Раздался настойчивый голос Дока.

– Не обращайте внимания на их скучное существование. А как насчет AM2?

Стэн холодно посмотрел на Малика.

– Вы пропустили важный шаг на этом маленьком уроке истории, – сказал он. – В одну минуту аззадийцы были застрявшими в своей собственной Солнечной системе. В следующую они прыгают к звездам на двигателях AM2.

Маленькая рука в груди Малика поднялась, выставив коготь, что, по мнению Стэна, было беспомощным жестом.

– В моих банках данных, – сказал он. – нет ответа на этот вопрос. Я появился на свет гораздо позже, когда все на борту корабля начало погружаться в хаос.

– К тому времени вы уже заблудились, да? – Стэн догадался. – Какая бы навигационная система у вас ни была, она либо была недостаточно совершенна для выполнения этой работы, либо была уничтожена.

– Оба предположения верны, – ответил Малик. – Похоже, мы были обречены совершать слепые прыжки из одной звездной системы в другую. И наше несчастье заключалось в том, что единственные обитаемые планеты, которые мы нашли, были населены существами, враждебными нашему присутствию.

– И я полагаю, у них были большие клейморы, чтобы размахивать, верно, приятель? – сказал Алекс. – Так что вы не могли настаивать.

Стэн видел, что переводчик Малика был озадачен всей этой ерундой Килгура, поэтому он сказал:

– У них были пушки побольше, вот что предполагает мой друг.

– Нам нечего было им предложить, кроме AM2, – сказал Малик. – И ее было недостаточно, чтобы поделиться.

– А теперь даже этого больше нет, – сказал Стэн.

– Больше всего жаль, – сказал Алекс. – что такой грандиозный и великолепный план закончиться такой печальной судьбой.

Стэн не удосужился перевести.

– Вы просили нас о помощи. И, как и в прошлом, единственное, что вы можете предложить, – это AM2. А у вас этого не так уж много.

– Я надеялся воззвать к вашей элементарной порядочности, – сказал Малик.

Стэн услышал, как Док фыркнул по линии связи.

Он проигнорировал это и сказал:

– Чего именно ты хочешь? Все твои люди мертвы. Миссия окончена. Закончена.

– Не совсем, – сказал Малик, отступая.

Когда он это сделал, панель, на которой он стоял, скользнула в сторону, и что-то начало проявляться. Стэн и Алекс навели на это свое оружие, готовые стрелять при любой угрозе, которая может возникнуть.

Малик сказал только: «Подожди!»

Они подождали. Через мгновение появилась серебряная коробка. Она была прямоугольной формы, около четырех метров в высоту, двух в ширину и примерно в рост невысокого человека. Присмотревшись, Стэн увидел, что она полупрозрачна. Сквозь серебристую дымку его поверхности он мог видеть бесчисленное множество маленьких искорок света, плавающих вокруг. Они заняли большую часть центра контейнера. По обе стороны располагались стеллажи, заполненные небольшими ящиками и полками.

– А, теперь я понимаю, – пробормотал Док. – Призраки Иды.

Стэн не понял, о чем говорил Док. Призраки? Он не видел никаких призраков.

– В этой коробке, – сказал Малик. – находятся семена новой аззадской цивилизации. Ближе к концу был задуман великий проект. Было выбрано пять миллионов человек. Очень особенные личности. Ученые. Художники. Философы. Инженеры. Изобретатели. И так далее…

Теперь Стэн понял.

– Это их ДНК?

Малик колебался, пока его переводчик обдумывал этот термин. Затем он кивнул, сказав:

– ДНК… Да… Что-то очень похожее. – Он указал на панели по обе стороны от массы мерцающих огоньков. – Все наши знания, история, искусство, язык… все… содержатся в этой библиотеке.

Стэн задался вопросом, есть ли у «библиотеки» ответ на вопрос об AM2.

Он сказал:

– Вы хотите, чтобы мы использовали это, чтобы вернуть ваш народ к жизни, не так ли?

– Да, – сказал Малик.

Стэн делал вид, что раздумывает. Затем сказал:

– Если я это сделаю, нам понадобится то, что осталось от вашего AM2.

Малик на мгновение замолчал. Когда слова наконец прозвучали, запинался:

– Но это будет означать… что я… я…

– Вы пойдете своей дорогой, как ваши братья и сестры, – прямо сказал Алекс.

– Да, – сказал Малик. – Я перестану существовать.

– Сколько у тебя сейчас осталось времени? – спросил Стэн.

– Два года, – ответил Малик. – Возможно, три.

Стэн ждал, позволяя тишине сгуститься. Наконец:

– Ну что?

– Согласен, – сказал Малик.

– Вы понимаете, что я не даю никаких обещаний, – сказал Стэн. – Решение придется принять моему начальству. В конце концов, я всего лишь лейтенант имперских войск Его Величества.

– Почему-то … я думаю, что ты нечто большее, – ответил Малик.

Стэн решил оставить это без внимания.

– Очень хорошо, – сказал он. – Мы начнем прием АМ2 в течение часа.

Малик кивнул.

– Тогда час – это все время, которое у меня осталось, – сказал он.

– Примерно так, – сказал Стэн.

***

Странное зрелище предстало Махони, когда он вошел на кухню Вечного Императора. Его босс сидел на полу, зажав между колен короткое выдолбленное бревно, и растирал какую-то отвратительную массу чего-то пестиком, который, как думал Махони, мог быть вырезан из камня.

Кому-то могло показаться, что застать хозяина Империи в таком положении – недостойно, но Махони доводилось видеть и похуже. Гораздо хуже.

Когда Махони приблизился, его босс поднял глаза, и широкая улыбка озарила его лицо.

– Кажется, я наконец-то понял, Ян.

– Что понял, босс? – спросил Махони.

– Пои, – ответил Император. – Точно так же, как делал мой папа.

– Пои, сир?

– Да, пои, черт возьми, – сказал Вечный Император. – Приготовлено из корня таро. – Он фыркнул. – Это само по себе было достижением. Мне потребовались годы и небольшое состояние, потраченное на этих садоводческих мошенников Прайм-Уорлд, чтобы воссоздать это растение.

Он покачал головой.

– Можете ли вы поверить, что они действительно спорили со мной о том, что такое ядовитое растение ни в коем случае нельзя использовать в пищу?

– Действительно, сир, – сказал Махони, как будто знал, о чем говорит его босс.

– Это просто, – сказал Император. – Сначала его нужно приготовить. Ну… в любом случае, запекайте его в яме в земле часами.

– Понятно, сир, – сказал Махони. Он вспомнил, как, прибыв во дворец, задавался вопросом о людях, раскапывающих уголок императорского сада. – Как умно с вашей стороны.

– Из него делают своего рода пудинг, – сказал Император. Затем, как будто произошло недоразумение, он добавил. – Не сладкий пудинг, заметь

– Нет, сир, – сказал Махони.

– Ешь его пальцами, – сказал Император, подняв три пальца, образовавшие своего рода черпак. – Вот так.

– Да, сир.

– Это традиционное гавайское блюдо, – сказал Император. – Знаешь, в создании пои заложен большой смысл.

– Я не знал, сир, – сказал Махони. Он не имел ни малейшего представления о том, кто такие гавайцы, но посчитал, что лучше оставить это при себе.

Увлекшись темой, Император продолжил:

– Во время спора – семейного спора или племенного разногласия – когда выносят чашу пои, все замолкают. Вы едите пои из общей миски, размышляя о том, стоит ли эти разногласия развода с супругом или забить до смерти вождя-соперника. А когда чаша пуста, ты решишь.

– Очень хорошо, сир, – сказал Махони.

Император замолчал, словно размышляя о каком-то далеком воспоминании о семье, сидящей вокруг миски с пои. Затем он поднял пестик, как будто собираясь возобновить работу по измельчению таро. Остановился. Посмотрел на Махони и рассмотрел видеоблок в его руке.

– Это отчет по делу Аззадиана? – он спросил.

– Да, Ваше Величество, – сказал Махони. – Как вы знаете, уже больше месяца команда экспертов изучает содержимое библиотеки, – он помахал рукой видеоблоку. – С сожалением вынужден констатировать, сир, что ни в одном из файлов нет упоминания о происхождении AM2. Откуда она взялась… Как они ее получили…

– …Остается загадкой, – закончил за него Император.

– Да, сир.

– Жаль, – сказал Император. – Но не прекращайте искать, – добавил он. – Привлеките к работе меньшую команду и дайте им достаточно средств, чтобы они продолжать работу столько времени, сколько потребуется.

– Да, Ваше Величество, – сказал Махони.

Император возобновил работу пестиком. Ян наблюдал за ним несколько минут.

– Ваше Высочество? – сказал он. – По этому другому вопросу?

Его босс вздохнул. Встал на ноги, отряхнул руки и подошел к кухонному столу, где на подносе ждали бутылка скотча и несколько бокалов. Он налил два. Передал один Махони.

– Тебе интересно, что я собираюсь делать теперь, когда судьба пяти миллионов существ – черт возьми, целой цивилизации – в моих руках, верно, Ян?

Махони потягивал скотча. Выжидал. Знание ответа придет достаточно скоро. Император, запрокинул голову, допил бокал и поставил его обратно на стойку.