Текст книги "Мы встретимся на той стороне горизонта"
Автор книги: Алис Лисицких
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
Оглядевшись, стараясь не показывать своего волнения, мне удалось увидеть Арчи. Он сидел в кресле, читая какую-то старую книгу. Увидев меня, он снял очки и какое-то время молча смотрел мне прямо в глаза. Наконец, он заговорил со мной.
– Ничего себе, – произнес он. – Какие люди к нам сегодня пришли!
Я попытался улыбнуться.
– Привет, Арчи.
– Здравствуй, Дима. Давно тебя у нас в гостях не было. Что-то случилось?
– Да. Много срочных дел мне надо было решить…
Арчи посмотрел на меня, и я сразу понял, что он не поверил мне. Скорее всего он теперь считает меня лжецом и плохим человеком. Я опустил голову и посмотрел на пол.
– А, понятно. А я уже было подумал, что ты больше не желаешь приходить в наш клуб. Что, как и все остальные, погряз в виртуальных грезах…
– А можно мне поговорить с Алей? – перебил я.
Арчи тихо вздохнул и ничего не ответил. Он взял книгу в руки, надел очки и продолжил читать на том моменте, на котором остановился.
– Да, конечно, присаживайся, она скоро придет.
Я сел на стул рядом с ним.
– Арчи? – обратился я к старику
– Да-да? – нехотя ответил он, не прерывая чтения.
– Аля спрашивала про меня?
Он ответил не сразу. Некоторое время продолжал читать, и только когда дочитал до конца страницы, и ему нужно было её перелистнуть, посмотрел на меня и сказал:
– Спрашивала, переживала, почему ты не приходишь.
– И что ты ей сказал?
– Успокаивал. Говорил, что ты, наверняка, занят.
Я отвернулся.
Арчи снова отложил книгу, снял очки и посмотрел на меня.
– Послушай, Дима. Я не хочу тебе читать нотации. Ты уже взрослый и сам решаешь, как тебе жить и что делать. Но если ты пришел сюда, чтобы играть с чувствами Али, тебе лучше уйти.
Я поднял голову.
– Я пришел сюда не за этим.
– Хорошо. Но всё равно, не играй с её чувствами.
Он вернулся к чтению и больше не смотрел на меня. Мы сидели тихо. Единственное, что осталось – я и эхо моих собственных мыслей в голове.
Я очень хотел увидеть Алю. Услышать её голос, узнать, как прошли эти две недели. Расспросить, что она делала в клубе и за его пределами. Но сильнее всего мне не хотелось, чтобы она смотрела на меня таким же грустным взглядом, как тогда, в вагоне.
Я хотел вернуть то общение, которое между нами было. Но всё же я понимал, что не смогу вернуть всё как было. Мне нужно было объяснить ей, почему я тогда так жестоко поступил. И я надеялся, что она выслушает меня.
В коридоре послышались шаги, и я поднял голову. Это была Аля. Она появилась в тамбуре подвала с коробкой в руках. На ней была знакомая уличная одежда, мокрая от дождя. Видимо, она снова выполняла поручение Арчи, потому её и не было, когда я только пришел сюда. Сняв куртку и повесив её на крючок возле входа, она вошла в помещение клуба, увидела меня и замерла. Коробка из её рук чуть было не выпала.
Несколько секунд мы смотрели молча друг на друга. Мне было страшно начинать разговор. В своей голове я прогнал поток мыслей, что она не будет рада видеть меня, разозлится, спросит, зачем я сюда снова пришел. Но Аля вдруг улыбнулась. Не так искренне и тепло, как раньше. Было видно, что эта улыбка натянутая. Кончики губ тряслись, словно она сейчас заплачет. Через какое-то время она заговорила первая:
– Д… Дима?
– Привет, Аля.
Она поставила коробку на пол и быстрым шагом подбежала ко мне.
– Ты вернулся!
В её голосе чувствовалась радость. Я растерялся. В моменте мне показалось, что я не заслуживаю такого. Мне было бы проще, если бы Аля меня прогнала. Но она не была зла на меня.
– Я уже подумала, что… – она оборвала себя на полуслове, перестала улыбаться, и её взгляд на секунду стал каким-то виноватым, словно она чуть было не сказала что-то лишнее. – В общем, привет, – добавила она и натянуто улыбнулась.
Я тоже попытался улыбнуться, но не смог этого сделать. Меня не покидало ощущение, что между нами стоит какая-то стена, которую пока так и не удалось преодолеть.
– Аля, я хотел с тобой поговорить.
– Да, – быстро ответила она. – Давай поговорим. Ты как раз вовремя пришел. Я тут такую книгу недавно прочитала. Она была очень интересная. Я тебе хотела про неё рассказать, но… – она замолчала. Её взгляд был направлен на пол, а уши прижались к макушке. – Но тебя не было.
Я почувствовал, как у меня внутри всё сжалось. Мне стало больно от того, что я жалкий. Просто ничтожный человек, который заставил человека, которого люблю, грустить. И после всего этого я имею право на прощение? Но всё же я решился и сказал ей то, что хотел сказать:
– Прости меня.
Аля замерла. Несколько секунд она молчала, смотря куда-то вдаль. Потом она посмотрела на меня и, замотав головой, сказала:
– За что? Если ты про то, что тебя не было долго, то я всё понимаю, ничего страшного, – быстро произнесла она.
– Нет, есть страшное. Я поступил ужасно. Мне нужно было поговорить с тобой, а я, как трус, пропал на две недели.
– Но ты же всё-таки вернулся, – ответила она мне почти шепотом, с нотками тревоги в голосе.
Я посмотрел на Алю. Её хвост замер, а ушки не двигались.
– Да, – ответил я. – Вернулся.
– Ну вот, – она улыбнулась, но мне было заметно, что улыбка даётся ей с большим трудом. Ей словно хотелось заплакать, выразить всю накопившуюся внутри боль. Но она решила просто улыбнуться. – Значит, всё хорошо.
Я хотел возразить, но перед тем, как я смог набрать воздуха и сказать хоть что-то, она начала говорить первой.
– Ты ведь придешь завтра?
– Что? – я удивился.
– Ну… если будет у тебя время. Просто я тут подумала… Мы бы могли почитать что-то вместе. Погулять, если не будет дождя. Хотя, скорее всего, дождь не прекратит идти, но всё же… – она ещё раз улыбнулась и замолчала, смотря в пол.
Я смотрел на неё и не знал, что мне делать. Мне казалось, что она потребует объясниться за моё отсутствие. Но Аля словно старалась сделать всё так, чтобы мы снова стали друзьями и наши взаимоотношения вернулись на круги своя. Ей просто хотелось, чтобы я снова приходил.
Несколько секунд мы молчали. Аля продолжала смотреть в пол, словно перебирала слова, которые хотела мне сказать. Потом она посмотрела на меня. В её красивых глазах были слезы. Она была готова расплакаться.
– Я скучала по тебе, – прошептала она.
– И я скучал, – ответил я.
Мне хотелось взять её за руку. Но я остановился. Было страшно, что я снова сделаю что-то не так.
– Я думала, что ты больше не придешь, – продолжила разговор Аля. – Сначала я считала, что ты просто занят. Потом думала, что ты просто хочешь побыть один. А потом… стало казаться, что я тебе просто надоела.
– ЧТО? – громко возмутился я.
Аля испугалась и сделала шаг назад. Но быстро пришла в себя и продолжила наш разговор.
– Знаешь, Дима… – Она снова попыталась улыбнуться. – Я ведь много и быстро говорю. Иногда глупости. Могу начать рассказывать что-то, что тебе не интересно. Вот я и подумала, что тебе стало со мной скучно.
Я смотрел на неё, не веря собственным ушам.
– Ты это сейчас серьёзно?
– Я не знаю. Мне просто хотелось понять, почему ты не приходил, – она произнесла эти слова виновато, словно боялась, что я буду её осуждать за них, посчитаю глупыми. – Я каждый день думала о том, что ты придешь. А потом наступал вечер, а тебя не было. Я старалась отвлечься. Убеждала себя, что у тебя есть своя жизнь, и ты не обязан приходить сюда, – она начала плакать. – Но мне всё равно хотелось, чтобы ты пришел. Я даже не знала, ждешь ли ты встречи со мной так же, как жду тебя я.
В этот момент я понял, что все мои страхи, сомнения и попытки найти оправдания были лишь жалкой попыткой убежать. Это всё выглядело ничтожно по сравнению с тем, что чувствовала она. Я боялся, что общество не примет моих потенциальных отношений с Алей, пугался взглядов и осуждения, а она боялась, я больше не приду. И пока я две недели убеждал себя в том, что поступил правильно, она искала причину, почему я пропал.
– Я не хочу, чтобы ты навсегда исчез, – прошептала она сквозь слезы. – Мне так было грустно и одиноко тут, среди книг. А потом появился ты. Разговаривал со мной, слушал мои истории, гулял, даже несмотря на то, что тебе было страшно, – она начала плакать еще сильнее. – А когда ты перестал приходить, мне стало больно от того, что всё это закончилось.
Впервые я увидел Алю такой. Она мне казалась всегда такой жизнерадостной, энергичной и открытой. Я привык думать, что она смелее меня. Но сейчас я понял, что она тоже боится. Просто она научилась не показывать, что чувствует, и улыбаться, когда ей больно. Возможно, я был первым человеком, кому она показала себя настоящую, разрешила заглянуть внутрь себя и обнажила то, что чувствовала на самом деле.
Я обнял Алю. Какое-то время мы так и стояли, в обнимку, среди множества книг. Она плакала, а я чувствовал себя виноватым и ненавидел себя за то, что причинил эту боль.
Наконец, она успокоилась, вытерла слезы, посмотрела мне в глаза и спросила:
– Ты же придешь завтра?
– Приду, – ответил я впервые серьёзно и без раздумий.
Она улыбнулась. Искренне, не натянуто. И больше не плакала. Она была счастлива, понимая, что я больше не пропаду.
На улице продолжал идти дождь. Город по-прежнему оставался серым и безразличным. Люди продолжали идти по своим делам. И никто из них даже не знал, что внизу два человека пытались разобраться со своими чувствами. Я боялся своих страхов, а у Али были свои. Но сейчас, посмотрев на мою любимую лисичку, я понял, что больше не хочу позволять своему страху решать за меня. Впервые за две недели я не хотел никуда убегать.
Глава 8
Прошла неделя после того, как я вернулся в подвальчик. Всё стало как прежде. Никто никого не винил, никто не обижался. Мы продолжали жить и радоваться книгам и нашему общению как раньше, словно ничего и не было.
Был ещё один дождливый день. Арчи, сидя в своём любимом кресле, пил горячий чай и читал книги, а Аля и я разбирали коробку с книгами, которую недавно принесли с очередного заброшенного здания. Пока мы занимались работой, Аля мне рассказывала о недавно прочитанном романе, особенно о главном герое, чьи поступки её возмутили настолько сильно, что она не переставала злиться.
– Нет, ну ты только представь! – говорила она, размахивая хвостом из стороны в сторону. – Он не приходил к своей маме почти двадцать лет, думая, что она не примет его после всех экспериментов, которым его повергли ученые. А потом пришел на кладбище, но она его совсем не узнала! И он не стал ничего с этим делать. Не сказал, что её сын жив, что стоит рядом. Просто положил цветы на свою могилу и попрощался с собой, уйдя в закат!
– Может, он просто побоялся?
– Ты его защищаешь?
– Я просто пытаюсь его понять.
– Дима, он ушел из дома, бросил свою родную мать и не появлялся двадцать лет!
– Наверное, он не прав…
– Вот я о том же говорю тебе!
Она удовлетворенно улыбнулась и продолжила разбираться с книгами. Мне нравилось, насколько серьёзно Аля относилась к историям, которые она читала. Для неё вымышленные персонажи были как живые, настоящие люди, чьими поступками можно было восхищаться, осуждать или долго разбирать за чашечкой ароматного чая.
В какой-то момент она встала со стула, подошла ко мне и, посмотрев на меня, спросила:
– Слушай, а ты вечером не занят?
– Не особо. А что такое? – ответил я.
– Хочешь прогуляться после клуба?
– А где?
– Увидишь, это секрет!
Я насторожился, но не подал виду. Если это и секрет, то мне было интересно узнать, что это за место, и куда она меня поведет. Может, снова в зоопарк или в парк. А может куда-то ещё. Мне не терпелось дождаться вечера, чтобы узнать это.
Наступил вечер. Небо уже начало темнеть, хотя до наступления ночи оставалось ещё несколько часов. Над городом висел густой туман, а на фасадах зданий постепенно, медленно, загорались рекламные огни, которые растворялись в этой дымке, словно в океане корабли.
Мы стояли на улице, выйдя из подвала.
– Готов? – спросила она.
– К чему?
– К приключению, блин, – с грустью ответила она.
– Я так пока и не знаю, куда мы идём.
– И не узнаешь, пока не придем.
– Ты сегодня такая прям загадочная…
– Потому что мне так хочется!
Она развернулась и пошла вперед. Вначале мы шли по оживленной улице, где было много людей. Потом мы свернули во дворы. Улицы становились уже. Постепенно современные дома сменились более старыми зданиями, на фасадах которых были следы коррозии от дождя. В некоторых зданиях окна были разбиты, а над входами висели уже давно не работающие вывески компаний, которых давно уже не существует.
Аля уверенно шла вперед, маневрируя между переулками так, словно ходит по этой дороге каждый день.
– Ты часто тут бываешь? – спросил я.
– Иногда.
– И всё же, куда мы идём?
– Да блин, если я тебе сейчас скажу, это перестанет быть секретом!
– А если я не люблю секреты?
– Тогда придется полюбить!
Она обернулась и показала мне язык. Я засмеялся.
Через пару минут мы свернули в узкий проход между зданиями. В конце прохода находилась неприметная ржавая металлическая дверь, которая от ветра ходила ходуном и неприятно скрипела. Аля остановилась перед ней.
– Вот, пришли.
Я посмотрел сначала на дверь, потом на Алю.
– Нам внутрь?
– Нет, блин, просто полюбоваться старой дверью пришли! Конечно, нам внутрь!
– Прости…
– Прощаю.
Она потянула дверь на себя. Та открылась с громким и неприятным скрипом. Войдя внутрь, я увидел узкую железную лестницу, которая уходила далеко вверх. Аля начала подниматься первой. Я следовал за ней. Некоторые ступеньки были достаточно старыми и согнутыми, так что мне было даже в какой-то мере страшно, что они оборвутся от нашего веса и рухнут вниз. Мы поднимались всё выше и выше. Я уставал, останавливался чтобы перевести дух, а потом продолжал подниматься дальше. Вначале я считал этажи, которые мы прошли, но примерно на двенадцатом этаже я устал и перестал заниматься этой ерундой.
Поднявшись на самый верх, мы оказались на маленькой лестничной площадке. Аля остановилась и показала на дверь, которая была недалеко от лестницы.
– Осторожно, – предупредила она. – Тут потолок низкий.
Она толкнула дверь, и та раскрылась. В лицо ударил сильный, холодный ветер. Она пошла вперед. Я пошел за ней следом и остановился.
Мы оказались на крыше старого, заброшенного здания. Она была просторной, почти пустой и местами треснутой. Край ограждали небольшие бетонные блоки, кое-где покрытые мхом. На одной стороне стояла старая железная скамейка, которая определенно была кем-то сюда принесена, а рядом несколько палок и кусок ткани, словно кто-то хотел соорудить себе тут небольшое место для отдыха. Но главное было то, что перед нами открывался весь город. С высоты здания оживленные магистрали казались тонкими светящимися линиями, а люди – лишь маленькими точками, которые бродили по улицам и, как древние амебы, объединялись в одно большое пятно, которое выглядело словно одна живая клетка. Вдалеке возвышались башни сотовой связи, а между ними тянулась линия монорельса, по которой изредка проезжали поезда.
Я подошел ближе к ограждению и осмотрелся.
– Ничего себе, какая красота!
Аля улыбнулась.
– Нравится?
– Очень.
– Я рада!
Она подошла к скамейке, провела лапкой по её поверхности, словно стряхивая пыль, и села. От ветра рыжие волосы двигались в разные стороны, а глаза ярко светились и блестели.
– Я нашла это место случайно, пару месяцев назад. Тогда я просто искала место, где могла бы побыть одна. Вот, увидела лестницу, стало интересно, и я поднялась. А потом увидела город с высоты и влюбилась в этот вид.
– И ты стала возвращаться сюда?
Аля кивнула.
– Когда хотелось побыть одной. Сюда никто не приходит, это место словно маленький островок безопасности. Здесь можно собраться с мыслями, смотря на красивый вид, и никто не помешает.
Я повернулся к ней. Она смотрела куда-то вдаль и выражение её лица внезапно стало серьёзным.
– Тут я могу просто сидеть, – продолжила она. – Не нужно думать о том, что будет дальше, не нужно прятать уши и хвост. Я могу даже разговаривать сама с собой и никто не подумает, что я сошла с ума.
– Ты разговариваешь сама с собой?
– Раньше, бывало, часто. Сейчас почти нет. Это помогает от одиночества.
Аля посмотрела на небо. Её хвост перестал качаться.
– Я сюда никого не приводила, – сказала она спустя некоторое время.
– А почему меня решила привести?
– Потому что захотела тебе показать эту красоту.
Я сел рядом с ней. Некоторое время мы молчали, наблюдая за городом. Внизу всё продолжало двигаться и меняться, но тут, наверху, время словно остановилось. Я вдруг подумал о том, что Аля мне показала не просто красивое место. Она впустила меня в ту часть своей жизни, которую обычно скрывала от других. Тут она могла быть вне клуба и не скрывать своих особенностей, не следить за каждым своим движением, не переживая о том, что видят люди со стороны. Здесь она могла быть собой. И теперь я сидел с ней рядом в этом маленьком «убежище», куда прежде не заходил никто, кроме неё.
– Спасибо, что показала мне эту красоту, – сказал я.
Аля повернулась ко мне.
– Тебе, правда, тут понравилось?
– Очень.
– Тогда давай будем иногда приходить сюда? Только никому не рассказывай!
– Обещаю, что не буду.
Она улыбнулась, опустив свою голову мне на плечо. Я замер, боясь, что сделаю резкое движение и напугаю её.
Некоторое время мы болтали о всяком. Аля рассказала, как она принесла сюда скамейку, уронив её на ногу, а потом некоторое время хромала и жаловалась Арчи на боль. А ещё хотела соорудить тут палатку, чтобы ночевать, но ветер постоянно сдувал её постройку, и она плюнула на это дело и больше не пыталась. Я смеялся над некоторыми её рассказами, а она возмущалась тем, что я недостаточно сочувствую её несчастьям. Потом она вдруг замолчала и полезла в свою сумку. Из неё она достала небольшую книгу в потертом кожаном переплете. Углы потрепались, корешок местами растрескался, а края пожелтевших страниц неровно выступали из-под обложки. На ней я разобрал две буквы, «Мы» – это было название романа, который она мне хотела передать.
Аля покрутила книгу в руках. На секунду мне уже показалось, что она передумала отдавать книгу. Но затем она всё-таки протянула её мне.
– Вот, держи.
Я осторожно взял книгу в руки. Покрутив её в руках, я не увидел имени автора. Скорее всего, это была довольно старая книга, которую очень сложно где-то найти в наше время.
– Это подарок? – спросил я.
Аля покраснела.
– Не совсем. Я хочу, чтобы ты прочитал эту книгу. А потом можешь оставить её себе, – она отвела взгляд и стала поправлять рукава своей куртки. – Я просто думаю, тебе стоит её прочитать, вот.
Я провел пальцем по краю обложки.
– Тебе нравится эта книга?
– Очень…
Я услышал в её голосе что-то непривычное. Она больше не улыбалась, лишь смотрела на книгу в моих руках так серьёзно, словно в ней хранится что-то более важное, чем история, напечатанная на старых страницах.
– Тогда я обязательно прочитаю, – сказал я.
Аля подняла голову и посмотрела мне в глаза.
– Правда?
– Конечно, раз ты просишь.
Она улыбнулась и перестала нервничать.
– Только не торопись и не потеряй!
– Я похож на растяпу?
– Ты раз забыл зонтик, когда ушел домой.
– Это всего раз было.
– А ещё раз уронил свой платежный чип, когда выходил!
– Карман просто был дырявый.
Она рассмеялась и легонько толкнула меня плечом. Я убрал книгу в свою сумку, стараясь положить её так, чтобы не помять. Мне было интересно прочитать этот роман, но я решил отложить это на потом. Мне не хотелось превращать этот вечер в очередной разговор о литературе. Хотя, если честно, именно такие вечера мне и нравились больше всего.
Постепенно вечер сменился ночью. Городские огни стали ярче, а небо потемнело. Между облаками начали появляться первые звезды. Их было немного – свет Гигалополиса мешал разглядеть эти далекие небесные светила. Но с каждым часом их становилось всё больше и больше. Я был в шоке. Там, снизу, мне никогда не удавалось раньше увидеть звезды. А тут они были такими яркими и близкими. Я словно попал в планетарий, только вместо проекции звезд увидел их настоящие, живые, такие отчетливые.
Аля что-то увидела на небе.
– Смотри, – сказала она, показывая пальцем вверх.
Я поднял голову. Далеко, на небе, висела полная луна. Её бледный свет освещал нашу крышу, а облака проплывали мимо, закрывая часть этого прекрасного спутника земли. Некоторое время мы молча смотрели на луну. Аля подвинулась ко мне. Её плечо коснулось моего, а хвост обернулся вокруг моей спины. Мне стало холодно от ветра, но я был рад, что сегодня пошел с Алей сюда, чтобы увидеть такую красоту.
– Луна сегодня красивая, не правда ли? – тихо и медленно сказала Аля.
– Да, хоть в городе её и не видно из-за света и выхлопов машин и заводов. Думаю, за пределами Гигалополиса она гораздо ярче и красивее. Там и звёзд, думаю, больше.
– Наверное. Если будет возможность, давай выберемся, уедем куда-нибудь далеко от этого шумного города и будем смотреть на эти звезды каждый день?
– Если будет возможность. Ты же сама знаешь, что никого не выпускают за пределы города.
Аля тихо заскулила. А потом мы просто молча какое-то время смотрели на луну. Я думал о своём, она, скорее всего, о своем. А потом она снова посмотрела на меня.
– Иногда ты такой невнимательный, – пробормотала она.
– В смысле?
Аля вздохнула и легонько ткнула меня пальцем в бок.
– Просто смотри на луну, хорошо?
– Как скажешь.
Я послушно поднял голову и продолжил смотреть.
Аля тихо усмехнулась. В полумраке, при лунном свете, она нащупала мою руку и переплела свои пальцы с моими. Я посмотрел на руки, потом на неё. Аля улыбалась, глядя вверх. Это был отличный момент, чтобы признаться ей в своих чувствах. Но я не решился. У меня ещё много времени, я в любой момент это могу сделать. Пусть всё идет тихо, не спеша. Если сейчас скажу, высок шанс того, что она мне откажет. А потом, спустя ещё больше времени, возможно, она таки влюбится в меня и будет всё взаимно.
Я так и не понял, что она имела ввиду. Её ладонь была теплой, она сама придвинулась ко мне и никуда не хотела уходить. Потому я решил, что лучше насладиться моментом, а обо всём, что меня тревожит, подумать потом. Тем более, что луна, действительно, была красивая.
Мы просидели на крыше ещё долго, держась за руки. Аля рассказывала мне о созвездиях, которые ей были знакомы, и о том, как бы ей хотелось полететь в космос и посмотреть на эти звезды из космического корабля, сожалея о том, что мы так и не научились перемещаться к далеким звездам. Я слушал её и думал о том, какой же прекрасный сегодня день. Её подарок лежал в моей сумке. Я ещё не знал, почему Аля решила мне подарить именно эту книгу. В тот вечер мне казалось, что это просто ещё один способ поделиться со мной тем, что было ей дорого. Возможно, поэтому я и не стал задавать ей лишние вопросы.
Когда мы собрались уходить, Аля задержалась у двери и ещё раз оглянулась на луну.
– Мы ещё придем сюда? – спросил я.
Она посмотрела на меня и на её лица появилась знакомая улыбка.
– Разумеется, теперь это и твоё место тоже.
Я поправил ремень сумки, в которой лежала подаренная книга, и пошел за Алей. Мне так не хотелось отпускать её руку. Жаль, что наш вечер сегодня подошел к концу.
Глава 9
Следующим утром я летел в наш подвальчик как на крыльях. Мне хотелось побыстрее увидеть Алю, провести с ней время, а вечером пойти вместе на крышу и полюбоваться луной. В сумке у меня лежала книга, которую она мне вчера подарила. Забыл выложить дома. Но она мне не мешалась. Наоборот, подарок от человека, которого я люблю, придавал мне сил и веры в себя. Весь мир мне казался таким ярким и теплым. Я глупо улыбался, не обращая внимания на прохожих.
Но стоило мне подойти к нашему подвальчику, как улыбка мгновенно сошла с моего лица. Возле входа в подвал, перекрывая все пути к отступлению, стояли тяжелые бронированные машины с включенными двухцветными маячками. Из подвала, где ещё вчера было светло и уютно, валил густой, едкий черный дым. Пахло гарью и жжёной бумагой – они сжигали книги прямо внутри, уничтожая наш маленький бумажный рай.
Я замер за углом здания, не в силах пошевелиться. В этот момент массивная дверь подвала распахнулась и двое людей в бронежилетах грубо вытолкнули Арчи на грязный, холодный асфальт. Его лапы за спиной были скованы стальными, массивными наручниками. Старик, чьё лицо было испачкано копотью и сажей, попытался что-то сказать, но в тот же миг получил удар кулака в лицо, после чего окончательно упал и не сопротивлялся. Он лишь тихо, едва заметно, похрипывал, сплевывая кровь из разбитой губы на асфальт.
Панический ужас сковал моё тело. Мои колени затряслись, а в голове появилась лишь одна мысль: «Беги, спасайся». И я побежал, задыхаясь от собственной трусости, беспомощности, плача, не в силах остановиться. Я убегал прочь, вглубь безликих закоулков Гигалополиса, в надежде, что меня никто не увидел и не поймает.
Я бежал, пока легкие не стали болеть от усталости и нехватки воздуха. Обессилев, я упал прямо на землю и дрожащими руками достал из сумки вчерашний подарок Али. Я крепко, до боли в суставах, прижал эту книгу к груди и заплакал, ненавидя себя за то, что снова струсил, не защитил тех, кто мне дорог, не смог помочь. Всё, над чем мы работали и старались сохранить, было уничтожено в огне навсегда, превратилось в пепел. Навсегда. А ведь я надеялся, что когда-нибудь я смогу ей признаться в любви и мы будем вместе. Ну почему я этого не сделал вчера, когда ещё был шанс…
Когда приступ плача прошел, я открыл книгу. Из неё на мои колени бесшумно выпал листок бумаги. Это была самодельная закладка. На ней шариковой ручкой были аккуратно нарисованы две лисы, которые стояли друг напротив друга. Между ними была проведена прямая линия, которая была похожа на зеркало или стекло, но вся эта перегородка была жирно, накрест, перечеркнута чернилами. Чуть ниже, красивым почерком Али, была выведена надпись:
«Пока ты рядом , я забываю о том, что являюсь монстром. Спасибо тебе за то, что дал возможность почувствовать себя человеком».
Меня словно ударило током. Эта зачеркнутая линия, лисы… Это был очевидный, прямой намек на зоопарк, на ту самую лисицу, у клетки которой плакала Аля. Я встал и изо всех последних сил побежал к знакомому месту. Прорываясь сквозь толпу, я ворвался в зоопарк. Тяжело дыша, с трудом переводя дух, я пробежал мимо мерцающих голограмм и аниматроника в самый конец, к стеклянному вольеру лисы. Но в клетке из толстого бронированного стекла никого не было.
– Аля! – в отчаянии закричал я, но эхо моего голоса лишь глухо отражалось от стен. Её здесь не было.
Я бросился к старому парку, где мы поднимались на колесе обозрения и смотрели на город. Кружил вокруг, заглядывал в пустые кабинки, звал Алю по имени и сорвал свой голос до хрипа. Но ответом был лишь шум механических частей аттракциона и шелест деревьев. Её не было и тут.
Теряя всякую надежду, я побежал туда, где мы были ещё вчера, на крышу здания. Вдруг она спаслась, убежала туда и теперь ждет меня, прячась в свою самодельную палатку. Очень быстро я поднялся по бесконечной лестнице и выбежал на то самое место, где ещё вчера мы стояли, держась за руки, и смотрели на луну. Но её тут тоже не было.
Дрожащими пальцами я активировал свой нейроинтерфейс на шее и начал листать новости. Наконец, спустя какое-то время, мне попался свежий заголовок: «Ликвидация нелегального подпольного сообщества мутантов в подвале. Главарь задержан и уже дает признательные показания. Второй участник сообщества успел сбежать и уже за пределами города. Ведутся дальнейшие действия по…»
Она спаслась. Жива, успела уйти за пределы Гигалополиса. Теперь она может видеть звезды и красивую луну, а самое главное, жить как хочет, не боясь того, что другие увидят её уши или хвост.
И в этот миг у меня что-то поменялось в сознании. Весь этот страх взглядов людей, паника, сомнения – всё это мгновенно сгорело, оставив после себя лишь чистую, непоколебимую решимость. Я больше не желал быть частью этого фальшивого общества со стеклянными взглядами.
Я посмотрел на свои ладони, а затем поднял руки к шее и крепко вцепился пальцами в пластиковый ободок «нейроошейника». Собрав все свои силы, я рывком сорвал его с себя. Пластик с треском лопнул и лампочки погасли на нём навсегда. Я швырнул его на бетонную плиту крыши и со злостью разломал его обувью на мелкие, бесполезные части мусора.
– Я найду тебя, Аля, – тихо, но твердо произнес я, глядя на далекую, но едва различимую линию горизонта. – Обязательно найду, даже если мне и придется пожертвовать всем и перевернуть этот проклятый мир.
Я сделал глубокий вдох и поднял голову, посмотрев на небо. Надоевший дождь, который лил на город месяцами, вдруг полностью прекратился. В наступившей тишине на меня, людей, и на грязные, уродливые улицы и крыши Гигалополиса мягко опускался первый, ослепительно чистый, кристально белый снег.
(А. Лисицких, 02.11.2026)




























