Текст книги "Я - жена! А вы кто? (СИ)"

Автор книги: Алина Ланская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 28

– Как прошла вчера выставка? – спросил Феликс, едва Лера появилась утром в столовую.

Исаев уже допивал свой кофе. Как всегда стильно одетый и гладко выбритый ее муж мог вполне сниматься в рекламе люксовых товаров. Весь такой расслабленный и уверенный в себе. За полгода жизни под одной крышей Лера ни разу не видела его неряшливо одетым или в плохой форме. Или чтобы он был сильно не в духе.

Но ведь так не бывает. Он живой человек. На секунду Лера представила, а как бы Исаев отреагировал, расскажи она про Лекса. Что вчера прекрасно провела время с почти незнакомым симпатичным мужчиной, ее ровесником, кстати.

Наверняка нахмурился бы, стал бы выяснять, что это за критик такой, который тусит с его женой. Не замешан ли в каких скандалах и все такое. Но ревновать бы не стал. Она же не Гурская.

– Лера?!

– Прости, – Исаева растянула губы в улыбке. – Задумалась. Выставка прошла хорошо. Мне понравилось.

Испытывать судьбу и рассказывать про Лекса она не стала. В конце концов имеет она право на личную жизнь в пределах их брачного договора? Изменять мужу Лера не собиралась, а все остальное Исаева не касалось!

Так считала Лера.

– Как я понял, ты довольно быстро оттуда ушла, а домой вернулась поздно.

Это что, допрос?!

– Да, хотела прогуляться, – Лера прямо смотрела в глаза мужу, но в животе уже скручивался холодный ком. – Ты же сам говорил, я много сижу дома.

Не будь того злосчастного поцелуя, Лера бы все рассказала. Но она больше не хотела быть для мужа открытой книгой.

Минуту они молча смотрели друг на друга, наконец Феликс сказал:

– Вечером вчера видел мэра и его советницу. “Серую мышь”, как ты ее называешь. Она в восторге от тебя. Говорит, ты единственная из всего совета директоров, кому не все равно.

Еще бы Лере было все равно!

– Ты – умница. Мне очень с тобой повезло.

Сердце забилось птицей в клетке. И почему она так реагирует на его слова? Знает же, что за ними ничего нет.

– Мне с тобой тоже повезло, Феликс.

Каждое слово Леры разбивалось о грудь, звенело осколками и больно падало вниз. Все-таки говорить одно, а чувствовать другое Лера пока не научилась без внутреннего дискомфорта.

Исаев, кажется, не поверил. Прищурился, Лере даже захотелось отвернуться, словно так она может от него защититься. Но разговора по душам, конечно же, не последовало.

– Я вечером уезжаю. На неделю. – И зачем-то добавил, будто Лера сама не поняла бы. – По делам. Звони, я буду всегда в доступе.

Звонить Лера не стала. Ни на следующий день, ни через день. Она решила, что “детокс” от мужа пойдет ей на пользу. Хотя скучала, но себе не признавалась. Их дом словно осиротел без Феликса. Поэтому она старалась как можно меньше времени проводить в особняке.

Лекс, как и обещал, прислал свою статью. Она и правда оказалась разгромной. Лера даже думала, а не показать ли ее Феликсу. Все-таки критик прошелся и по организаторам, и спонсорам мероприятия. А потом вспомнила про свой “детокс” и передумала.

Когда Алиханов пригласил Леру выпить по чашке кофе и отметить публикацию статьи, она, не раздумывая, согласилась. Было что-то в этом Лексе располагающее. Исаевой даже казалось, что они сто лет знакомы.

Они легко перешли на “ты”. Лекс много рассказывал о своем студенчестве, о том, почему решил стать критиком. Нежно отзывался о своей маме, которая, конечно, же была лучшей женщиной на свете. И ничего не спрашивал о муже Исаевой.

Лере казалось, она нравится Лексу. Чисто по-женски. И это не могло не льстить. И хотя он ни на что не намекал, не пытался с ней даже флиртовать, надо было бы остановиться. Но Лера не остановилась. И когда в пятницу Алиханов предложил ей снова погулять по городу, она согласилась.

Только недолго, ведь сегодня должен вернуться Феликс. Она ему ни разу так и не позвонила. И теперь нервничала, ожидая его возвращения.

– У меня здесь встреча нарисовалась, – Лекс привел Леру в открытое кафе в тихом переулке центра. – Я уже к тебе ехал, когда… в общем, подождешь минут пятнадцать? Я быстро!

Лера и оглянуться не успела, как Алиханов куда-то умчался. Он вообще какой-то дерганый был сегодня. Надо было все-таки отказаться. Но сейчас уходить было как-то неловко. И заказав себе кофе с десертом, Лера стала ждать.

Она не сразу поняла, что не так. Просто в груди защемило, перехватило дыхание, так и сидела, пытаясь поймать воздух.

А в голове тем временем уже пульсировала мысль: что машина Феликса здесь делает?!

Никакой ошибки нет, его “танк” она знает как облупленный. Лера уже собиралась позвонить мужу, как автомобиль резко затормозил и встал на “аварийке”. Из него выскочил Феликс, а из другой двери с трудом вылезла… Галина Гурская.

Телезвезду Лера узнала сразу. В ярко-красном пальто она привлекала к себе дополнительное внимание. Кажется, ей было плохо, видимо, укачало.

Лера заторможенно наблюдала, как ее муж, обнял Галину, прижал к себе, что-то крикнул водителю. Но Гурска уже вроде пришла в себя. Обняла Исаева и… поцеловала.

Перед глазами плыло… Они вместе. Все время, что Лера была замужем за Исаевым, училась кусать их общих врагов, чтобы заслужить его доверие и признание, он преспокойно делил постель со своей многолетней любовницей.

А сейчас Лера беспомощно смотрела, как по-хозяйски обнимают ее мужа и ничего не могла сделать. И плевать, что у них фиктивный брак, и он не обещал хранить верность. Кто угодно, но только не Гурская! Не та, кто с ним была целых десять лет!

У Леры словно вырвали из груди сердце, но заставили жить дальше.

– Все нормально? – обеспокоенный голос Лекса раздался рядом, но на него Исаева даже не взглянула.

– Увези меня отсюда, – глухо попросила она.

Глава 29

– Увезти? – переспросил Лекс. – Что случилось? Тебя кто-то обидел?

Лера молча наблюдала, как ее муж усадил свою любовницу в машину, и та тут же тронулась с места. Это заняло не больше минуты, но для Леры прошла целая вечность.

– Просто не хочу тут быть, – мертвым голосом ответила девушка, заставив себя, наконец, оторвать взгляд от пустой дороги.

Домой можно было не торопиться.

– Конечно, – В глазах Алиханова мелькнуло нечно похожее на сочувствие. – Куда поедем?

– А плевать, – она пожала плечами, внутри все словно умерло. Рухнуло в бездомную темную яму, которая поглотила все без остатка.

Алиханов больше вопросов не задавал, не лез к Лере с разговорами, усадил ее в такси, и они куда-то поехали.

После предательства Султанова Лера была уверена – уже никто не сможет сделать ей так больно. Сейчас она могла бы горько посмеяться над своей наивностью.

– Куда мы приехали? – несмотря на полное внутреннее опустошение, связь с реальностью Исаева не теряла. – Парк?

– Парк атракционов, – кивнул Алиханов. Он как бы случайно дотронулся до руки Леры, но девушка тут же отстранилась. – Извини. Если хочешь, можем покататься.

– Американские горки, – решительно кивнула Лера и первой вышла из машины.

Лексу пришлось ее догонять.

– Серьезно? Может, что полегче?

Алиханов не знал, кого он отговаривает. Он вообще не очень понимал состояние Леры. А она ему ничего не объясняла.

– Можешь оставаться на земле, а я пошла, – пожала Лера плечами.

Вообще-то у нее были сложные отношения с высотой. Панического страха не было, но она старалась не забираться на высокие этажи, даже на колесе обозрения никогда не каталась. А тут пошла без раздумий. А холодный ветер, бивший ей в лицо, только сильнее раззадоривал.

Лексу снова пришлось ее догонять…

Из парка они вышли только через полчаса. Алиханов с укоризной смотрел на Исаеву, покачивал головой и постоянно останавливался, в какой-то момент сдался и практически рухнул на скамейку.

– Может, воды? – участливо спросила Лера. Она не чувствовала никакой вины, Лекс сам вызвался с ней кататься. Мог бы после превого раза отказаться.

– Бедовая ты девка, – выдохнул Лекс. – А так и не скажешь.

Он никак не мог отдышаться, его явно мутило. Только сейчас до Леры дошло, что Алиханов скорее всего боялся высоты, но не признался ей в этом. А она так глубоко ушла в свои страдания, что даже не заметила, что ему плохо.

– Врача?

– Иди ты! – махнул рукой Лекс. – Сам справлюсь.

И все же Лера вытащила свой мобильный, чтобы посмотреть, где находится ближайщая больница.

Три пропущенных от Исаева. И сообщение: “Ты где?”

Она не ответила.

– Больница в паре километрах. Может все-таки…

– Нет! – выдохнул Лекс. – Но на сегодня все!

“Это кому как”, – ухмыльнулась про себя Лера. Адреналин несся по телу, заглушая собой боль, с которой, казалось, было невозможно справиться.

Оказалось, возможно.

Зря Лера думала, что никого не сможет ненавидеть больше, чем Султанова.

Домой она вернулась на такси, предварительно убедившись в том, что Лекс уже более или менее пришел в себя.

В гостиной и кабинете Феликса горел свет. Лера внутренне сжалась, но раздраженно дернув головой, быстрым шагом зашла в дом.

– Где ты была? – голос мужа не предвещал ничего хорошего. Но страха в душе Леры он не вызвал.

– И тебе привет! – не глядя на него, она сняла с себя плащ. – Как командировка?

И только потом обернулась.

Исаев был зол. Губы были плотны сжаты, а в глазах не было ни намека на привычную мягкость. От былой раслабленности тоже не осталось и следа.

Переживал, что ли? Лера тут же отбросила в сторону эту мысль. Скорее напрягся, что может потерять над ней контроль.

– Ко мне в кабинет.

Лера спорить не стала. Ей было что сказать своему мужу.

Не дожидаясь приглашения, Лера уселась в кресло и стала ждать. Раз позвал, пусть начинает первым.

И Феликс не стал тянуть.

– Что происходит, девочка моя? – ласково спросил он, но Лера не повелась. У нее перед глазами стоял совсем другой Феликс. Тот, который обнимался на улице со своей любовницей. – Почему ты игнорируешь мои звонки?

– Я была занята, – не слишком вежливо ответила Исаева. Глаза ее мужа опасно сощурились. – Как и ты.

– И чем же? – и не дождавшись ответа, Феликс нетерпеливо продолжил. – Лера, что случилось?

Дальше играть в кошки-мышки, смысла не было. Да и Лере сильно хотелось посмотреть как изменится непробиваемая физиономия ее мужа.

– Твоя любовница случилась, Феликс! – Голос Леры звенел. – Галина Гурская случилась! Выпадает из машины прямо на дорогу и целует моего мужа средь бела дня. Вот что случилось!

Исаев громко выругался. Впервые при Лере. Вид у него был если не растерянный, то как минимум озабоченный. Ему было неприятно, может, даже стыдно. Но он быстро справился с собой.

Отрицать ничего не стал.

– Гале стало плохо в машине, пришлось остановиться, – пояснил он, но в глаза жене не смотрел. – Никто не должен был видеть нас вместе.

– Но я увидела! Своими глазами! И не только я! – голос Леры грозил сорваться на крик. Она не контролировала себя так, как хотела бы.

– Лера! – тут же одернул ее Феликс. – Я не обещал тебе верности, я не евнух и не импотент.

От его слов она истерично засмеялась.

– Да мне плевать, кто ты! – взорвалась она. – И на твою бабу тоже плевать! Хоть трахай весь город, Исаев! Мне нет до этого дела! Но у нас был и есть договор. Тобой, между прочим написанный. Мы договарились, что никаких открытых измен с твоей стороны! Никаких публичных унижений меня, как твоей жены! А ты сосешься с этой дрянью у всех на глазах! Господи, я думала, что ты хоть человек приличный и тебе можно доверять! А ты… ты такой же как… как все!

– У тебя истерика, – холодом в голосе Исаева можно было заморозить все живое. – Тебе нужно успокоиться, и тогда мы поговорим. Видимо, уже завтра.

А Лера и не обиделась, что ее по сути обозвали истеричкой. Ну и пусть. Зато она не спит с чужими мужьями. И если Исаев хотел ее как-то пристыдить, то у него ничего не получилось. Она больше не смотрела на него с восхищением влюбленной ученицы.

– Нам не о чем больше говорить, Феликс. – она поднялась с кресла. – Просто выполняй свою часть договора, как я свою. Меня, целующуюся с каким-то левым мужиком ты точно никогда не увидишь.

Глава 30

Утром Леру ждал не привычный букет садовых цветов, а огромная корзина бордовых метровых роз. Конечно же, очень дорогих. И записка, написанная рукой ее мужа. “Готов загладить свою оплошность. Давай поужинаем и все обсудим”.

Оплошность… он называет это оплошностью!

Ужинать с ним она не пойдет. Вину он решил загладить. На богатом это называется – держи вот побрякушку или сходи купи сама себе что-то для поднятия настроения, а я пойду дальше шпилить свою любовницу!

Лера пыталась понять, на кого она злится больше – на себя или на Исаева.

Какой же наивной она была, думая, что они расстались, раз Феликс никак не палился с Гурской. Просто Исаев умеет виртуозно скрывать правду, вести себя так, что чувствуешь себя особенной рядом с ним. Хочется научиться прыгать выше головы, лишь бы заслужить его восхищение. А когда он ее еще и поцеловал…

Скотина!

А ведь говорила себе Лера – не влюбляйся, не очаровывайся, не обманывайся. А теперь и винить-то особо некого, разве что опять саму себя!

Хотя, конечно, продюсершу она бы сейчас прибила. Беременная Лида и то не вызывала столько бессильной ревности как Гурская. Возможно, потому что Лера завидовала ей. У нее было все – яркая внешность, успех, шикарная карьера и слава. А еще сердце ее мужа. И его постель.

И Лера ничего не в силах изменить!

Но надо было что-то делать! Оставаться в четырех стенах, да еще и лицезреть корзину с цветами было невозможно. Исаева вызвала водителя и поехала в город. Прошлась по магазинам, но ничего толком не купила. Все-таки шопинг – это не ее лекарство. Потом заехала в университет, в котором не была с момента получения диплома. Набрала кучу буклетов и отправила водителя домой. А сама пошла в ресторан обедать.

Феликс никак себя не проявлял, Лера поначалу довольно часто проверяла свой телефон, а потом вообще отключила на нем звук. Что Исаев может ей сказать кроме того, что она и так знает?

Что он будет более осторожен? Что их договор по-прежнему в силе? Что Гурскую он не бросит?

Идея прогуляться после обеда оказалась несостоятельной. На улице было ветренно и капал мелкий противный дождь. Поэтому Лера отправилась… в кино. И не одна.

Она сама позвонила Алиханову, чтобы узнать как он себя чувствует. Сейчас ей было неловко перед ним за вчерашнее. Честно говоря, она переживала, что его мужское самолюбие не вынесет собственной слабости и теперь Лекс не захочет общаться с Лерой.

Напрасно. Критик примчался к кинотеатру первым. Выглядел он немного бледновато, но видеть Исаеву точно был рад. А она – его. Лекс привлекал девушку, пусть не как мужчина, а как приятель. Как человек, с который ей легко. И который не задает неприятных вопросов.

Они смотрели какой-то совершенно тупой блокбастер, может быть, даже ушли бы на середине, но Лекс так потешно комментировал происходящее на экране, что Лера давилась от смеха.

Было уже довольно поздно, когда они вышли из кинотеатра. На телефоне было два пропущенных вызова от водителя.

Лера перезвонила.

– Валерия Михайловна, вас где забирать? Феликс Леонидович интересовался, когда вы будете дома.

От мужа пропущенных не было.

– Я сама вам наберу.

Лекс, стоявший рядом и слышавший каждое слово, предложил:

– Слушай, а я тебе говорил, что написал твой портерт? Не сказать, что он уже готов, но хочу тебе показать. Он у меня в номере. Пойдем?

– Не сегодня, наверное. – Лера не хотела признаваться, что стесняется идти в номер к мужчине. Неправильно это.

Алиханов стал уговаривать.

– Это на пару минут всего. Мне нужно посмотреть на тебя, и на портрет. Ты же не позировала, я писал по памяти.

– Ты сам говорил, что художник из тебя никакой. Поэтому и на критика пошел.

Вот тут он по-настоящему обиделся.

– Не знал, что моя откровенность боком выйдет. Ты мужа, что ли боишься? Ну так позвони ему, пусть приезжает. Вместе посмотрим!

– Поехали! – вздохнула Лера.

Алиханов расцвел.

Он жил в небольшом, но стильном отеле в центре города. В холле постояльцев не было, девушка с ресепшн проводила их приветливым взглядом.

“Ничего плохого я не делаю”, – убеждала себя Лера. Да и Лекс точно не маньяк.

– Выпьешь? – спросил Алиханов, усаживая свою гостью в маленькое кресло. – Сейчас…

Он открыл бар и вытащил из него закупоренную бутылку. Лера покачала головой. Ей хотелось уйти – слишком маленьким был номер для двух людей.

– Да чуть-чуть, – Алиханов поколдовал с бутылкой и поставил перед Лерой бокал. Себе тоже налил.

– Не буду!

– Может, тогда сок? – не отставал Лекс. И Лера согласилась.

– А где портрет-то? – она сделала пару глотков виноградного сока и оглядела еще раз номер. Огромная постель занимала больше половину пространства. Это напрягало.

– Сейчас! – Алиханов и правда как фокусик вытащил откуда-то ватман, на котором Лера без труда узнала себя.

– Да у тебя талант! – вырвалось у нее. Вся неловкость мигом исчезла. Сбегать отсюда Лера сразу расхотела.

Портрет, а точнее набросок, был выполнен в карандаше, еще много предстояло доделать, но уже было видно, что художник уловил суть. Лера видела на рисунке свои переживания, свое непростое детство, свое недолгое счастье с Сашкой, свою восторженность с Феликсом. Она видела себя такой, какой и была, если отбросить всю внешнюю шелуху. И Лекс сумел это разглядеть.

– Нравится? – в голосе слышалось легкое самодовольство. – Тогда попозируешь?

– Конечно! – не задумываясь пообещала Лера. – Я потом куплю у тебя свой портрет.

– Как хочешь! – Он велел Исаевой сесть на кровать, а сам расположился за столом.

Сколько времени прошло, Лера сказать не могла, ей безумно хотелось спать, глаза слепались, но Лекс все просил ее немного потерпеть.

– Мне домой уже пора, – уже язык едва ворочался. Лера не представляла, как доберется до особняка.

– Думаешь, муж переживает? – вдруг спросил Лекс и сам же отвеил. – Не переживает, не надейся. Оставайся здесь. Со мной.

Лера распахнула глаза от изумления. Сон на мгновение отступил. Она же не ослышалась?

Алиханов тем временем подсел к ней на кровать.

– Да ладно тебе, Лера, – он погладил ее по щеке. В черных глазах блестело мужское превосходство. – Ты же хочешь.

– Я к мужу хочу! – заплетающимся языком ответила она и попыталась выбраться из кровати, но Лекс не позволил.

– У меня на тебя большие планы, детка! – неприятно оскалился он.

Вот теперь Лере стало по-настоящему страшно. Тело плохо слушалось, да и что она может сделать против сильного взрослого мужчины? Даже закричать громко не получится.

И все же ей повезло. Алиханов отвлекся на мобильный, который гудел безостановочно. Долго смотрел на экран, но на вызов не отвечал. Он будто забыл о Лере. И та, собрав все оставшиеся силы, рванула к двери. И даже успела выскочить в коридор. Но Алиханов ее быстро нагнал и прижал к стене.

– А может, в тебе и правда что-то есть, – шепнул он ей прямо в губы. – Раз он на тебе женился!

И коротко, зло поцеловал.

– Отойди от нее, Феликс! – громко раздался знакомый голос. – Отпусти, я сказал!

Лекс обернулся. К ним с Лерой несся разъяренный Исаев.

– А ты рановато, пап! – криво усмехнулся Алиханов. – На свадьбу сына не позвал, вот и приходится мне самому со своей мачехой знакомиться!

Глава 31

Феликс

Эта поездка не задалась с самого начала. Феликс должен был заручиться поддержкой нескольких влиятельных людей, но никаких гарантий ему толком не дали. Намекнули, мол, а давай ты дальше сам, раз заварил такую кашу, а мы понаблюдаем. Это означало следующее – поддержки тебе не будет, но если сам выплывешь, топить не станем и примажемся к твоему успеху.

Исаев давно жил на этом свете и нечто подобное не исключал, хотя и расчитывал на помощь. Но нет так нет. Значит, придется самому доводить дело до конца.

Раздражало другое. Точнее другая. Галя. Феликс, конечно, сам осел, зачем-то согласился взять ее с собой.

“Мы почти перестали видеться, Феликс! С твоей конспирацией я уже забуду, как ты выглядишь! И вообще у меня тоже дела-друзья в Питере. Совместим полезное и приятное”.

И он согласился. На своих условиях, разумеется. Но Галина их без споров приняла. Как и тогда, после свадьбы дочки Титова, когда на следующий день он приехал к ней. И остался на ночь.

Больше никаких публичных выходов, ни намека, что они вместе. И Галя согласилась. Даже никаких встречных требований не выставила, чем очень удивила Исаева. Может, и правда любит, как умеет?

В Питере они жили в одной гостинице, но в разных номерах, вместе никуда в городе не ходили, только ночи проводили вместе. И лететь домой они должны были разными самолетами.

Но Галя умудрилась проспать. При том, что вечером того же дня у нее была назначена съемка. Рейсов в их город было всего два в тот день, так что полетели вместе.

Всю дорогу Исаев молчал, мысли его занимала совсем другая женщина. И Гурская это словно почувствовала. Чуть ли не истерику ему закатила по прилету, вот и не стал ее Феликс отпускать. Посадил в свою машину, решив сначала отвезти домой, а потом уже к себе разбираться с Лерой.

За неделю ни одного звонка, только сухие ответы на его сообщения. Такого никогда не было, ее словно подменили. А может, влюбилась? Или злится на что-то?

Лера ему нравилась. И чем дальше, тем больше. Поначалу это была обычная симпатия, даже больше сочувствие.

Слыша, как она кричала в ресторане на своего бывшего, Феликс вспомнил себя в похожей ситуации. Но тогда он был один и предательство ему никто не помог пережить. А этой девочке Исаев решил помочь. Небезвозмездно, разумеется. Она знала только то, что должна была знать в рамках отведенной ей роли. Ну а дальше… дальше он к ней привязался.

Он уже не ожилал, что такое возможно. Ничего хорошего ни ей, ни ему это не сулило. Девчонке еще семью нормальную создавать, детей рожать. А это точно не к нему. Добавить секс в их отношения – только все усложнить. В том, что Лера ему не откажет, Феликс не сомневался. Он видел, как девушка на него смотрит.

Но Лера это не Галя, с ней не получится как с Гурской. А их договор превыше всего. Свою роль Лера еще не отыграла, а если взбрыкнет, то подставит под удар дело всей жизни. Такого допустить Феликс не мог.

– Останови машину… мне плохо!

Гурская почти теряла сознание, Феликс по-настоящему испугался за любовницу. Потом он даже собирался отвезти ее в больницу, но Галина отказалась. Ей нужно было готовиться к съемке.

Домой Исаев приехал в отвратительном настроении. Не покидало ощущение фальши, что-то не так было с этой поездкой, с Галей, которая за полгода ни разу не устраивала ему истерик, а тут в аэропорту сорвалась.

Пора это прекращать. Он и раньше подумывал, что с Гурской нужно заканчивать отношения, но не хотел тратить на это ресурсы. Прежде всего нервы. Расставание не будет легким, одними деньгами здесь не отделаешься. А Феликс не планировал отвлекаться от главной цели.

Но дома его ждал сюрприз. Слишком неприятный, чтобы его игнорировать. Лера была зла, обижена и совершенно не скрывала своих чувств. Еще и носом ткнула в его же договор.

Это был перебор. Хотя чего он ждал? Феликс и нанаял ее потому что увидел в ней потенциал. Она и не должна молчать, когда нарушены ее права.

Феликс искренне хотел помириться и сделал первый шаг. Но в течение дня навалились дела, начались встречи, которые он отложил из-за поездки и только вечером он добрался до отчета по Лере.

Нет, за женой он не следил, но за ней приглядывали по его просьбе. Очень ненавязчиво, время от времени и исключительно для ее же безопасности. Листая файл, Феликс замер, не веря своим глазам.

С сыном он не общался уже три года. Последняя ссора поставила точку в их и без того очень сложных отношениях. Но Лекс, похоже, и не думал останавливаться. Не успокоится, пока все не разрушит.

Выяснить, где находилась Лера, не заняло много времени, на телефон она не отвечала.

Исаев не ожидал, что может так волноваться о ней. Он слишком хорошо знал своего сына. И понимал, на что тот способен ради мести. Они были слишком похожи. Отец и сын.

Но Феликс и представить не мог, что почувствует, когда увидит свою жену в чужих объятиях.