355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алеся Троицкая » Хроники Трезура: Возрожденная » Текст книги (страница 5)
Хроники Трезура: Возрожденная
  • Текст добавлен: 4 октября 2021, 15:00

Текст книги "Хроники Трезура: Возрожденная"


Автор книги: Алеся Троицкая



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 7

Прекрасный, звучный, наполненный невероятным теплом и трепетом голос, сквозь утреннюю дрему нежно пощекотал мой слух, пробуждая вместе со мной и мою энергию.

Я непроизвольно улыбнулась и медленно приоткрыла один глаз.

Возле меня на краю кровати сидела сияющая серебром, похожая на видение женщина. Я улыбнулась шире и зарылась лицом в подушку, смущаясь своего заспанного лица, наверняка опухшего после вчерашней истерики. Но тут же почувствовала на своем плече мягкую теплую ладонь.

– Мирослава…

Тут в моем мозгу сложился окончательный пазл, и я резко подняла голову, морщась от пронзительной боли в висках.

– Айвена?! – ошарашенно спросила я, глядя во все глаза на свою биологическую мать, вернее, на ту женщину, которой она стала. Одно слово вертелось на языке, чтобы ее описать: царственная!

Но женщина как будто не заметила моего волнения. Она даже не поменялась в лице, и искренне улыбалась мне поразительно открытой и чистой улыбкой.

– Я вернулась еще вчера ночью. Но не решилась тебя потревожить. Я слышала, ты в последнее время плохо себя чувствуешь?

Айве нежно коснулась моего подбородка и провела пальцами по щеке. Не понимаю, почему, но этот жест заставил меня напрячься еще больше. Возможно, потому, что меня угнетало знание того, что моя собственная мать хочет от меня избавиться.

Я не спешила отвечать. Внимательно смотрела в такие же зеленые, как у меня, глаза и пыталась понять, что скрывается за их теплотой. Неужели только холодная расчетливость?

– Есть немного, – сухо ответила я. – Напала небольшая депрессия… – Я нервно улыбнулась и пожала плечами: – Ничего особенного.

Но Айвену мои слова явно не убедили, и она слегка с иронией спросила:

– И поэтому ты отменила Игры справедливости?

– Ммм… – Я оторопела. Но Айве развивать тему в этом направлении не стала.

– Я знаю, что развеет твое плохое настроение. – Она поднялась и подошла к столу, на котором я заметила небольшую украшенную изумрудами шкатулку. При этом пока Айве шла туда и обратно, я ненароком ею залюбовалась. Ее серебристый струящийся наряд и длинные, завитые в крупные локоны волосы, обрамляющие лицо и удерживающие изысканную витиеватую корону из яркого сверкающего серебра, делали ее величественной, невероятной, а также настолько соблазнительной и красивой, что у меня просто перехватило дыхание. Эта женщина сильно контрастировала с той, которую я видела в последний раз: казалось, что запуганность, сломленность и затравленность никогда не были свойственны этой прекрасной и статной особе, что с рождения ее окружали только роскошь, богатство и неимоверное счастье. Видеть мать так близко и не иметь возможности показать свою радость было неимоверно тяжело.

– Мирослава, открой. – Она протянула мне шкатулку. Мои пальцы ощутили прохладную шероховатую поверхность неограненных камней.

– Что в ней?

– Подарок на твою свадьбу, – улыбнулась Айвена и затаила дыхание вместе со мной. Но если она перестала дышать от предвкушении, то я от ужаса.

– Но…

– Сначала открой. Все протесты потом.

«Прекрасно. Значит, Славдий не врал насчет свадьбы…»

Я протяжно выдохнула и откинула тяжелую крышку.

Мне показалось, что воздуха вокруг стало не хватать, и я тут же захлопнула шкатулку. Айвена озорно мне подмигнула:

– Как я и обещала… очень, очень давно.

Я снова откинула крышку и осторожно взяла медальон, похожий на тот, что когда-то изобрел Астар. За одним небольшим исключением: его форма изменилась, теперь это был не круг, а его половина, но от этого медальон не стал менее мощным. Энергия его ощущалась, практически так же, как и у его собрата, который я заметила на шее матери. И еще одно отличие: медальон не исчерпывал мою силу. Теперь эта вещь несла другой, положительный заряд, что ощущалась на уровне инстинктов. Я даже представить не могла, что медальон можно разделить, не потеряв его силу и изменив его свойства.

От мощи, находящейся в моих руках, я ощутила легкое покалывание и приятную вибрацию, призывающую к немедленным действиям. Но не успела я как следует насладиться до боли желанной вещицей, как медальон, а вместе с ним и шкатулка, исчезли из моих рук.

– Его ты получишь только после свадьбы, когда станешь полностью независимой от меня.

Поборов разочарование и мимолетное раздражение, я закусила губу.

– Знаю, ты не прочь получить свой подарок сейчас, но я не могу нарушить наш уговор, иначе, Мирослава, ты забудешь о своих обязательствах. Как было не единожды.

От прозрачных намеков и новости, что меня собираются выдать замуж без моего согласия, я почувствовала себя паршиво. Неоднозначность ситуации выбивала из колеи. Я даже не знала, что на это ответить. Заявлять о том, что я ни за какие коврижки не собираюсь надевать подвенечное платье, не имело смысла. Брр, меня даже передернуло от омерзения, когда я представила себя в роли покорной жены незнакомого человека. Рассказывать о себе сейчас было бы самоубийством. Поэтому лучшее, что я сейчас могла сделать, это с глуповатым выражением лица смотреть на заветную шкатулку, как на ящик Пандоры.

Наконец, ощутив, что молчание затянулось, я коротко произнесла:

– Да, конечно.

– Хорошо, Мирослава, вижу, твое настроение улучшилось. Надеюсь на твою вежливость и снисходительность в отношении принца Рьяха Ми Дэ Адэнэха.

– Не имя, а фарш из звуков…

Айвена укоризненно на меня посмотрела, величественно приподнялась и направилась к выходу.

– Мирослава, только прошу, не опаздывай на ужин.

***

После ухода Айвены чувство безысходности стало ощущаться острее. Спасибо тебе, Вселенная, за классные подарки судьбы! Только свадьбы мне не хватало… тем более с каким-то там принцем по имени «Ряха-в-Хламиде-из-Меха»!

Итак, что мы имеем на сегодняшний день? Я стала загибать пальцы. Ну, во-первых, Айвена пока не знает, что я уже не та Мира, и выдает меня замуж за какого-то важного хрена с другой планеты.

Во-вторых, мой брат – повернутый на голову извращенец. Что с этим можно сделать? Только смириться.

В-третьих, я сама не лучше: во мне живет часть темной энергии, которая подпитывает мою злость и делает меня неадекватной. Хотя, если подумать, в моей сестре Лидке, скорее всего, тоже жила подобная тварь, которая делала ее тем, кем она была: неадекватной, параноидальной социопаткой, которой сносило крышу от загробной музыки с дико орущим солистом. Может, такая музыка теперь придется по нраву и мне? Надо попробовать.

Я непроизвольно улыбнулась. Хоть моя сестра и была тем еще чертенком, я ее обожала, глубоко в душе, тихо и неприметно, и, в какой-то степени, даже завидовала ее открытой дерзости, которую она проявляла в обществе, идя против системы. Боже, я только сейчас осознала, как по ней соскучилась! И по моим родителям, которых даже в сложившихся обстоятельствах я не могла назвать чужими. Они забрали меня, вырастили, выучили, относились порой даже лучше, чем к родной дочери. И не важно, что все изменилось и перевернулось с ног на голову: Миридовых я всегда буду чтить, уважать и считать моей настоящей семьей.

Я резко вскочила с кровати, зная наверняка две вещи: что должна навестить их, прежде чем появиться на ужине и познакомиться с женихом. И знала, кто мне может помочь в этом. Переполненная радостным предвкушением, я наскоро приняла душ, сменила один черный костюм на другой и пошла разыскивать Асмодея.

За дверями моего верного стража не оказалось.

– Эй, ты?

– Что угодно госпоже? – Охранник, подменяющий Асмодея, почтительно поклонился.

– Где Асмодей?

– Его забрала с собой повелительница миров Эвелин, моя госпожа.

Эта информация меня насторожила.

– А зачем, не знаешь?

– Простите, госпожа, но об этом мне ничего не известно.

Вот незадача… Вернувшись в комнату лишь на миг, чтобы взять с собой оружие, которое Асмодей неосмотрительно оставил у меня под подушкой, я отправилась на поиски. Не знаю, зачем мне понадобилась стрелялка, но с ней я чувствовала себя более уверенно, разгуливая по «Цитадели зла». Прицепив плазмотрон к поясу, я стала обходить коридоры.

Через пять минут я поняла, что эта не самая лучшая идея. Во-первых, здание было огромным и напоминало лабиринт. Во-вторых, я поздно сообразила, что Айве может провести с ним беседу в любом из миллиона помещений и ей вовсе не обязательно для этого тащить его к себе. Так что задача побыстрее отыскать Асмодея потерпела крах.

Поблуждав по бесчисленным коридорам и спустившись на пару этажей вниз, я благоразумно решила вернуться обратно. Возможно, Асмодей уже освободился и ждет меня. Но, по закону подлости, я всё-таки заблудилась. В очередной раз свернув не туда, я уткнулась в толстенную дверь с надписью «Опасность».

Не давая себе ни секунды сомнения и в тысячный раз игнорируя здравый смысл и голос разума, я поднесла свой именной коммуникатор к считывающему окошку и услышала, как замок тихо щелкнул, приглашая меня войти. Я оказалась в стерильном белом блоке, напоминающем тот, в котором Астар проводил свои опыты надо мной. В этом блоке был коридор, а в нем – множество дверей. Не задумываясь, я открыла первую попавшуюся.

– Что за …?!

Прижатый ко рту кулак приглушил мой вопль ужаса. В камере за широченным ударопрочным стеклом находилось чудовище.

Я попятилась, порываясь со всех ног дать деру, но ноги отказались повиноваться, заставляя меня смотреть на самого жуткого монстра, которого только можно было себе представить. Монстра, который изначально был человеком.

Спросите меня, откуда я об этом узнала? Все просто: в соседней с ним камере находился мужчина, вернее, наполовину мутировавший мужчина, который метался в агонии и пытался содрать с себя кожу. Он весь был покрыт мерзкой, гноящейся слизью. Кожа его, где еще была не содрана, местами напоминала панцирь, глаза походили на щелки, не имевшие век, и были полностью черные. На щеках бедняги отсутствовала плоть, открывая взору челюсть с растущими острыми резцами, раздирающими десна до крови и дробящими старые зубы. Форма лысеющего черепа этого создания претерпела изменения, став больше и обзаведясь рядом наростов, как у рептилии. Еще немного – и этот человек превратится в неузнаваемую жуткую хреновину…

Меня вывернуло наизнанку. Упав на колени, я тяжело задышала и на четвереньках поползла к выходу, так как сил сделать это в вертикальном положении у меня не было. Что вообще здесь происходит? Выползя в коридор, я оперлась на противоположную стену и наконец-то прочла надпись на двери: «Камера метаморфоз».

Боже, неужели это все дело рук Айве?! Мой мозг отказывался принимать факты, но все тот же здравый смысл подсказывал, что так и есть. И то, о чем я прочла в дневнике прошлой Миры, было правдой: Айве не забросила свои эксперименты с частями метеорита. Если в прошлом она пыталась его уничтожить и не дать людям то, что имеет сама, силу, которая может их уничтожить, то теперь ее цель была противоположной. Айве возомнила себя богом и решила вывести людей на новый этап развития. Проще говоря, эволюционировать их. И все, что я сейчас увидела, было побочным эффектом, которого она пока была не в состоянии избежать.

Дезориентированная новыми фактами, я пошла в противоположную от выхода сторону и уткнулась в табличку с надписью «Операционная».

Было бы правильнее развернуться и убежать, но я была настроена более чем решительно и толкнула перед собой дверь.

– Мира! Госпожа! Прикажите освободить меня!

На операционном столе лежал Асмодей, дико извиваясь и яростно пытаясь освободиться от пут.

Кажется, на искаженном яростью лице мужчины проступило облегчение. Зато на моем отразился хаос из эмоций.

– Но… как? Что… почему? – Не в силах сформулировать мало-мальски понятную мысль, я перевела взгляд на онемевших врачей, которые приветственно склонились при моем появлении.

Быстро взяв себя в руки и для пущей убедительности вытащив оружие, я приказала:

– Чего уставились? Немедленно его развяжите!

Первым пришёл в себя врач, который держал наготове шприц, наполненный черно-лиловой жидкостью.

– Госпожа, мы не можем ослушаться приказа повелительницы миров Эвелин!

– А мне плевать, что вы можете, а что нет! – для пущей убедительности я перезарядила оружие, как когда-то учил меня Славдий. Люди, находящиеся внутри, испуганно отступили назад при виде опасной игрушки в моих руках. А морально крепкий доктор торопливо кивнул:

– Как будет угодно госпоже. – И, отложив ядовитую дрянь, он неохотно начал отвязывать Асмодея. Я подбежала, чтобы помочь ему подняться, и тут в комнате появился очень старый человечек с мудрыми и проницательными глазами.

– Советник твоей матери, – хрипло шепнул мне на ухо Асмодей и тряхнул головой – видимо, ему всё-таки ввели что-то типа снотворного, который влиял на его речь и движения. Асмодей был на грани того, чтобы вырубиться, поэтому мне нужно было торопиться.

– Держись за меня… Эй, ты! – подозвала я одного из охранников. – Помоги его доставить до моей комнаты.

– Слушаюсь, госпожа.

Осторожно ступая, мы направились к выходу. Возле советника я на секунду задержалась:

– Мое почтение, – проговорила я и, больше не оборачиваясь, как можно быстрее покинула эту страшную комнату.

***

– Асмодей… Асмодей! Что произошло? Как ты там оказался?

– Антидот… – еле выговорил мужчина.

– Что?

– Там. – Его рука указала на шкаф, стоявший за моей спиной.

Не мешкая, я подбежала к нему и начала открывать все ящики подряд. В одном из них я обнаружила небольшой кейс, похожий на мини-холодильник, в котором обычно перевозят медицинские препараты. Еще не понимая, он мне нужен или нет, я открыла кейс и выяснила, что он заполнен ампулами без опознавательных этикеток. Я в панике стала перебирать эти странные колбочки.

– Какая нужна? – Я обернулась к Асмодею и поняла, что он практически без сознания и уже начал заваливаться набок. – Черт! – Я вернулась к нему и попыталась хоть на секунду привести его в чувство, с силой хлопая по щекам, но он уже не реагировал.

– Госпожа… простите мою дерзость… Возможно, я смогу помочь…

Я вздрогнула, обернулась и увидела за своей спиной невысокую, дрожащую от страха молодую девушку. Не знаю, откуда она взялась, но угрозы она не представляла. По крайней мере, на первый взгляд.

– Да, пожалуйста!

Девушка молча кивнула, подбежала к раскрытому кейсу и выбрала одну из ампул. Твердой рукой вкрутила наконечник с иглой и присела возле Асмодея.

– Простите, госпожа, мне нужно немного пространства.

– А? Да… – Я быстро отошла в сторону. Девушка благодарно кивнула и со всей силы воткнула иглу прямо в сердце мужчины.

От увиденного я вздрогнула, но подавила рвавшийся наружу вскрик.

– Мира… – Асмодей тут же открыл глаза и прямо с воткнутой иглой подскочил как ужаленный. – Нам нужно немедленно покинуть дворец… они все о тебе знают. – Он, даже не поморщившись, вытащил из своей груди длинную иглу и отбросил ее в сторону.

– Но откуда?!

– Сейчас это не важно. Марук, – обратился он к девушке, – тебе бы я тоже советовал бежать. Они придут и за тобой.

Девушка, сидевшая возле меня, побледнела и твердо кивнула. Я не знала, кем она была и почему здесь оказалась, но, увидев мое замешательство, Асмодей торопливо пояснил:

– Марук – твоя служанка. Порядок в твоих покоях и все остальное – это ее забота.

Больше не утруждая себя разговорами, мужчина схватил меня за предплечье и подвел к одной из стен, которая, после небольших манипуляций, бесшумно отъехала в сторону.

– Что это?

– Твоя предусмотрительность… и жуткая ненависть к людям.

– Как это?

Асмодей что-то нервно пробурчал, скорее всего, нелицеприятное, но потом, ведя меня и Марук по длинному узкому коридору, пояснил: – Так служанки делают свою работу, незаметно для тебя переходя из комнаты в комнату.

– Ах, вот почему я получала одежду и еду, но никогда не видела того, кто их приносит!

– Простите меня, госпожа, – отчего-то смутившись, промямлила девушка.

– Сейчас не время, Марук! – резко одернул ее Асмодей. И практически побежал, уводя нас за собой в подземелье…

***

– Переоденься, ты слишком приметна. И сделай что-нибудь со своими волосами.

– Например? – недовольно поинтересовалась я у Асмодея, который кинул мне в руки серый балахон.

– Не знаю, – пожал он плечами, – например, отрежь их. – И вышел из небольшой комнатки, которая находилась на окраине города в неприметном высотном здании.

– Я это уже проходила. Второй раз прощаться со своей косой я не намерена… Марук, может, ты, наконец, присядешь? – Я устало провела ладонью по своим растрепанным волосам. Девушка испуганно глянула на меня, не решаясь покинуть угол, в который забилась сразу же, как только мы обосновались в этой комнате. Она стояла там, нервно перебирая пальцами ткань своего синего платья, с видом полной отрешенности.

– Приказываю тебе прилечь и отдохнуть. – Я указала на одну из двух узких кроватей, находившихся в помещении.

От моего тона девушка вздрогнула, поклонилась и забралась на кровать с ногами. Видно, усталость от погони дали о себе знать.

– Госпожа, простите…

– Марук, я, кажется, уже говорила: не нужно меня так называть. Я не та Мирослава, которую ты знаешь, я самозванка из другой ветки реальности.

Девушка охотно кивнула, соглашаясь, но по ее лицу я поняла, что она ни капельки мне не поверила. Ладно, ни спорить, ни переубеждать ее сил и желания у меня не было. Переодевшись в балахон, я сама улеглась, пытаясь внять совету Асмодея и немного отдохнуть. После того, что мы пережили, добираясь до более-менее безопасного места, я была полностью разбита.

Я прикрыла глаза, но тут же открыла их. Воспоминания о бешеной погоне не давали мне покоя…

После того как преодолели туннель, мы сумели выкрасть какую-то жуткого вида машину и на ней добраться до центра города. Мы думали, что смогли оторваться, но патруль, на который мы наткнулись, был осведомлен о нашем побеге и едва нас не схватил. Если бы не Асмодей, мы бы уже были пойманы, и тогда я боюсь представить, что случилось бы, окажись я в руках Айве, которая перестала мне благоволить.

Еще пару дней назад я думала, что все мои беды и проблемы решены, что я, наконец, обрела покой, если так можно выразиться. Но я опять ошиблась, и опять должна от этого страдать.

– Марук…

– Да, госпожа?

– Расскажи, давно ты у меня работаешь?

– Достаточно, госпожа.

– А мою семью ты хорошо знаешь?

– Как и любой другой…

– Хорошо. Тогда расскажи, пожалуйста, какие отношения были между мной и моей матерью.

– Вы про повелительницу миров Эвелин?

– Ну, конечно! Неужели у меня есть другая мать?

– Простите, госпожа, я не хотела вас обидеть… просто… я никогда не слышала, чтобы вы называли повелительницу мира Эвелин матерью.

– Неужели? – Я даже не сумела удивиться.

– Простите, если огорчила вас, госпожа.

– Марук, хватить беспричинно просить прощения, это немного напрягает.

– Простите, госпожа…

– Ммм… – Я застонала и закатила глаза, а девушка робко и виновато улыбнулась:

– Я постараюсь, госпожа.

– Так какие между нами были отношения?

Если Марук и удивил мой вопрос, то виду она не подала.

– Я бы сказала, сложные. Вы часто спорили или ругались практически по любому вопросу, а на людях держались холодно и отстраненно.

– Ясно. Что-нибудь еще?

– Можно я выскажу свое мнение?

– Да, валяй…то есть, можно, конечно.

– Мне кажется, повелительница миров Эвелин вас боится.

«И это даже не секрет»

– Она… как бы это сказать?.. при вашем появлении всегда становилась настороженной и напряженной, как будто ждала, что вы ей навредите.

– А что со Славдием? Марук? – Я повернулась к девушке и поняла, что упоминание о моем брате смутило ее.

– Он тебе небезразличен? – догадалась я. И почему-то эта новость заставила меня пожалеть девушку.

– Нет-нет, госпожа! – поспешно ответила Марук, почему-то испугавшись. – Я просто…

– Да ладно! – Я махнула рукой, улыбаясь. – Знаю, что означает этот томный взгляд, когда по кому-то очень сильно сохнешь.

– Простите, я вас не совсем поняла, госпожа…

– Я говорю, и давно ты его любишь?

Девушка совсем сконфузилась:

– Сколько себя помню.

– Сочувствую, – честно ответила я, понимая, что этот Славдий никогда не заметит серую мышку в толпе хищниц.

– Не стоит, госпожа. Мои чувства – единственное, что греет мне душу… Ой, простите, госпожа! – Марук упала на колени. – Я не хотела вас обидеть! Быть вашей служанкой – это лучшее из того, что могло со мной случиться!

– Марук, хватит. – Я подняла девушку и посадила обратно на кровать, только сейчас заметив, что ее руки покрывают мелкие шрамы от ожогов. Я легонько провела пальцем по одному из них, и Марук вздрогнула, но рук не убрала.

– Это… сделала я?

Девушка опустила голову.

– Ох, Марук, прости меня! – Я обняла ее и держала до тех пор, пока она не расслабилась.

– Я, кажется, велел тебе отдохнуть! – послышался недовольный голос Асмодея.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю