355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алена Винтер » Чарующая улыбка валькирии » Текст книги (страница 4)
Чарующая улыбка валькирии
  • Текст добавлен: 17 октября 2016, 00:30

Текст книги "Чарующая улыбка валькирии"


Автор книги: Алена Винтер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

ГЛАВА 7

Мало кто догадывается о том, что понятия «агент Интерпола» не существует. Это такое же клише, как и приставка два ноля у агентов МИ-6. И Джеймсов Бондов в своем штате интернациональная полиция не держит. Никакими особыми преимуществами сотрудники Интерпола не пользуются, не обладают неограниченными полномочиями, подобный маскарад существует лишь в воображении людей, чувствительных к шпионским историям. Ни один сотрудник не бегает с пистолетом по миру в погонях за международными преступниками, не носит бляхи и жетоны с гербом Интерпола, демонстрируя свое величие над другими службами. Скорее это скромный работник, прерогативой которого является информация. Вот в этом вопросе власть сотрудника Интерпола поистине безгранична, потому что ни одна организация, за исключением разведывательных управлений некоторых стран, не обладает такой информационной базой, подкрепленной высокими техническими возможностями. Сотрудник Интерпола – это полицейский информации, специалист-аналитик без положенных обычному полицейскому функций. Он не заламывает руки преступникам, не сидит в засаде, не устраивает допросы, лишь обрабатывает оперативные данные, заносит их в картотеку и имеет офицерское звание, как подтверждение значимости той работы, которую проделывает. К канцелярским делам, а это именно то, чем занимается офицерский корпус, в некоторых кругах относятся с легким пренебрежением, однако это не мешает тем же самым кругам пользоваться результатами деятельности «компьютерных» крыс и архивных молей.

Когда Роман получил приглашение от организации вступить в ее ряды, он был несколько озадачен, потому что видел свою карьеру в ином свете, и его мечты не ограничивались сбором информации по вопросам борьбы с организованной преступностью. Однако по рекомендации генерала Риммина согласился получить звание сотрудника. Прекрасный лингвист и опытный аналитик, он был на хорошем счету в генеральном штабе организации и в данный момент являлся личным помощником одного из советников. Подчинялся Роман руководителю Национального центрального бюро, однако в Москве бывал редко и его официальным местом работы считался Лион. Впрочем, и там его видели не часто. Так как основной задачей Романа в качестве сотрудника являлось пополнение картотеки, то ему нередко приходилось совершать поездки в разные уголки мира в поисках информации о международных преступниках. Возможность путешествовать, к тому же за чужой счет, была прекрасным бонусом к той спокойной и несколько скучной деятельности, которую приходилось выполнять.

Роман Сафонов был обычным, ничем не выделяющимся среди других специалистов в своей области. Единственное, что его отличало, – это высокий уровень коммуникабельности, способность к четкой организации рабочего процесса и умение быть необходимым своему начальству именно тогда, когда требовалась помощь. Уравновешенный, лояльный и исполнительный. Без явных лидерских качеств, дисциплинированный и надежный – такова была характеристика офицера Сафонова. Каждый раз, когда Роман просматривал свое личное дело, он хвалил себя за прекрасные актерские способности. И все же врожденный перфекционизм неприятно покалывал внутри. В такие минуты Роману было стыдно за то, что он не отдается своей работе полностью, отведя ей наименьшую часть своей профессиональной жизни. Однако ровность карьеры в Интерполе и умение быть неприметным являлись важными условиями и необходимыми прикрытиями его настоящей деятельности. Как говорил генерал Риммин, толпа не умеет хранить секреты, поэтому служба Романа в ГРУ, равно как и других внештатных агентов, была абсолютно засекреченной. Личные контакты с Римминым и человеком, который курировал деятельность подполковника Сафонова, были сведены к минимуму и проходили в условиях повышенной маскировки. Конечно, с генералом Роман имел возможность встречаться чаще, чем этого требовали обстоятельства, но происходило это исключительно по причине дружбы семейств Сафоновых и Римминых.

Единственное, что иногда удручало Романа, – это невозможность рассказать отцу о том, кем он является на самом деле. Кирилл Сафонов уже давно поставил крест на своем единственном сыне, как на продолжателе дела, которому посвятили жизнь он сам, его отец и дед. Прадед Романа – Федор Сафонов был одним из основателей ГРУ. Его дед и отец занимали и ныне занимают высокие военные должности. Им тяжело пришлось, зарабатывая собственные репутации, и часто к ним относились более чем предвзято. Дед находился в тени прадеда, а отец Романа в тени своего отца. Лишь сила характера, кропотливый труд и безоговорочная преданность своему делу позволили обоим выделиться и занять собственную нишу в разведывательном управлении. Риммин также не избежал предубеждений, связанных с принадлежностью к «генеральским» сынкам. Это была больная мозоль Валентина Павловича, так как он приходился сыном известному в узких кругах разведчику и постоянно сталкивался с тем, что на него смотрели сквозь призму достижений отца. И он, несомненно, превзошел бы его, если бы не навязчивое желание доказать всем, что является лучшим. Недаром в разведке горячность считается самым плохим качеством. Это помешало Риммину в карьере агента, но помогло заслужить должность начальника управления.

Порой Роман замечал, что отец глядит на него с плохо скрываемым пренебрежением из-за работы в Интерполе, но ничего не мог сделать, чтобы изменить мнение о себе. Он уже свыкся с тем, что останется для генерал-полковника Сафонова генетической ошибкой рода Сафоновых, который кроме кабинетной работы в штаб-квартире ни на что не способен. «Зато у меня нет необходимости стоять в очередях в аэропортах, – высказывался про себя Роман. – Пропускают без всякого досмотра, стоит показать ксиву. И у меня есть судебно-процессуальный иммунитет». Он часто вел внутренние диалоги с отцом, который был для него и авторитетом, и неизменным советчиком. Тот отец, живущий в его мыслях, который напутствовал, хвалил и радовался успехам, существенно отличался от настоящего. Придуманный Кирилл Сафонов был мягким, добрым и снисходительным. Реальный – суровым, мрачным и разочарованным.

Единственный, кто поддерживал Романа, был Валентин Павлович Риммин – наставник и друг. По сути, он и являлся тем отцом, с которым Роман разговаривал внутри себя. Осознав это, Роман наконец освободился от влияния Кирилла Сафонова. Больше он не нуждался в одобрении отца, и его лишенное уважения и внимания отношение уже не имело никакого значения.

* * *

Находясь в Лондоне по делам, Роман всегда останавливался в «Le Meridien». Любовь к комфорту не позволяла ему выбирать отель невысокого качества. «Le Meridien» отвечал всем его требованиям, да и стоимость проживания в нем, говорила о достойном уровне обслуживания. Кроме того, отель находился в центре Вест-Энда, из него пешком можно было добраться до площади Пикадилли, квартала Сохо. Да и Бонд-стрит, Ковент-Гарден, а также другие не менее известные места района располагались практически рядом. Роману не очень нравился Лондон, однако Вест-Энд он любил. В этом месте, в котором традиционный английский стиль гармонично сочетался с современной роскошью, он чувствовал себя, как дома. А дом его находился там, где было хорошо, где душа полнилась покоем и удовлетворением.

В ресторане отеля, наслаждаясь послеобеденным чаем и пирожными, Роман долго не мог оторвать взгляд от вида на город. Однако теплая погода, приятная атмосфера и спокойная трапеза не мешали ему обдумывать план того, ради чего он собственно и прилетел в Лондон. На утро у него была назначена встреча с Натальей Дагомировой, также он намеревался посетить компанию, которая обслуживала самолет ее бывшего мужа. Романа интересовал спутниковый телефон, установленный в «Гольфстрим» накануне. Разговаривая с вдовой Дагомирова и специалистами, отвечающими за техническое обслуживание самолета, Роман представлялся сотрудником Интерпола. Здесь он решил не лукавить, потому что название организации, на которую он работал, производило на людей магический эффект, вне зависимости от того, в какой стране они проживали. Ни Наталья Дагомирова, ни ребята из «Air-group London» не посмели отказать в сотрудничестве. Конечно, действовать в столь секретном задании от имени Интерпола было достаточно рискованно, однако Роман посчитал это необходимым. Он уже приготовил бумаги, подтверждающие легитимность его действий, на случай если начальству придет в голову устроить ему проверку.

Сейчас, сидя в ресторане, Роман обдумывал предстоящие беседы. Он всегда выстраивал в голове ход разговора, рисовал общую картину своего поведения, выражения лица и тона голоса. Эта подготовка не раз помогала ему: проигрывая то, что должно произойти, Роман расставлял акценты и мысленно вживался в роль человека, которого намеривался представить публике.

– Доброе утро, господин Сафонов.

Роман усмехнулся и повернулся к женщине, остановившейся у его столика. Эта дама всегда говорила «доброе утро» при встрече. Ей нравилась подобная форма приветствия, и она использовала ее, не обращая внимания на время суток.

– Уже почти вечер, – сказал Роман.

– Неважно! Главное, чтобы он был добрым.

Не спрашивая разрешения, женщина присела напротив и протянула руку. Роман поцеловал теплые пальцы, незаметно для дамы потянув ноздрями легкий аромат духов.

– Доброе утро, мадам Матуа, – улыбнулся он. – Потрясающе выглядишь, Полина.

– Merci, – улыбнулась в ответ Полина, но тут же язвительно скривилась, мгновенно превратившись из веселой красавицы в злобную особу. – Не зря говорят: мужчину легче получить, чем удержать. Бегаешь от меня?

Они познакомились четыре года назад в Париже. В то время Полина была замужем, но этот факт не помешал ей ответить на ухаживания Романа. Год спустя она развелась и обвинила Сафонова в том, что это он разрушил ее счастливый брак. И хотя эта фраза была сказана в свойственной Полине манере несерьезности, Роман отчетливо понял, что она говорит правду. Полина ушла от мужа, потому что разлюбила его. И в этом был виновен Роман. После этого признания он старался редко видеться с мадам Матуа, так как Полина ожидала от него нечто большего, чем просто секса. Она хотела постоянно присутствовать в его жизни, пусть и не говорила вслух. Но это чувствовалось во взгляде, движениях, в той ауре надежды, которая ее окружала. Роман не хотел давать Полине ложных обещаний. И тем не менее он наслаждался общением с этой интересной во всех отношениях женщиной. Когда Полина успокаивалась и переставала думать о будущем, она становилась уверенной в себе, веселой и потрясающе привлекательной особой, время в компании с которой летит незаметно и легко. Такая Полина влекла Романа. Ему нравилось ее подвижное ухоженное лицо с светящимися глазами и широкой улыбкой. Ее рыжие волосы ярко блестели и мягкими волнами рассыпались по плечам. Вся она казалась аппетитной и очень вкусной. Да, Полина Матуа была похожа на пирожное с шоколадным кремом, которое всегда хочется попробовать, однако потребности в том, чтобы есть его каждый день, испытываешь лишь время от времени.

– Роман, я не прошу тебя стать моим мужем, поэтому прятаться от меня не стоит, – Полина снова улыбнулась, но улыбка эта была уже растерянной и смущенной. – Пардон, я не хотела поставить тебя в неловкое положение и вовсе не желала, чтобы ты отчитывался передо мной в том, как проводишь свое время.

– Полина, я от тебя не прячусь. Как ты здесь оказалась?

– Работа, – Полина неопределенно пожала плечами.

– В «Le Meridien»? – рассмеялся Роман и поднялся.

Он подал Полине руку, и та поднялась следом.

– Раскусил, – Полина лукаво улыбнулась. – Я узнала, что сегодня ты заселился, и решила тебя навестить.

– Оперативная работа. Я прилетел в Лондон шесть часов назад, а ты уже знаешь, где я остановился. Мадам Матуа, у вас в каждом отеле города есть шпион?

– Прогуляемся? – Полину нисколько не смутил этот допрос. – Погода сегодня восхитительная.

Роман притянул Полину к груди. Она счастливо обхватила руками его за шею и подставила губы для поцелуя. Он слегка коснулся мягких губ и отодвинулся. Целоваться на публике ему не хотелось, он и так с досадой наблюдал, как за ними уже подсматривают из-за соседних столиков. Впрочем, на Полину сложно было не обратить внимание. Высокая, стройная, элегантно одетая, она казалась дамой, сошедшей с картинки журнала. Кроме того, в ней ощущалась хищность и дерзость, что заставляло трепетать от интереса и возбуждения.

– А что мы будем делать после прогулки?

– Шампанское и ночь любви, – Роман обнял ее за плечи и повел к выходу. – Устраивает?

– Никакой оригинальности! – рассмеялась Полина, и Роман почувствовал, как она загорелась в ожидании обещанного.

* * *

В «Air-group London» Роман не узнал ничего, что представляло бы для его расследования интерес. Мистер Стругс, главный инженер компании, сказал, что возможность диверсии абсолютно исключена.

– К самолетам не допускаются посторонние, – заверил он. – А свои вряд ли бы пошли на то, чтобы повредить машину или установить в ней взрывное устройство.

– Тогда все дело в технической неисправности?

– Исключено, – Стругс почесал рукой шею. – «Гольфстриму» был всего год и детали не могли износиться за столь короткий срок. Техническое обслуживание проводилось регулярно. В общем, он был в превосходном состоянии.

Роман покрутил в руке ручку и задумчиво посмотрел перед собой.

– Скажите, «Гольфстрим» принадлежал лично господину Дагомирову или он фрахтовал его у вашей компании?

– Самолет являлся собственностью Дагомирова. Мы лишь его обслуживали.

Стругс казался обеспокоенным. Роман списал его нервное поведение на неприятную ситуацию, сложившуюся вокруг компании. Газеты нападали на «Air-group London» за недобросовестную работу, повлекшую гибель одного из самых богатых людей планеты. Вместе с ним погибла блистательная Рита Бардем – ярчайшая звезда современного кинематографа. Спецслужбы России хорошо поработали, подумал Роман, уводя внимание общественности от убийства Дагомирова и привлекая его к Рите. Это стало прекрасной уловкой, с целью обуздать страсти относительно персоны русского миллиардера. Газеты умалчивали о нем, расписывая трагедию с участием великолепной сеньориты Бардем. Мир кино лил слезы и стенал, поминая Риту. Но скоро и о ней перестанут писать, на сцену взойдет новая звезда, кто-нибудь из знаменитостей устроит скандал, а еще того лучше попадет под пулю или умрет от передозировки на белоснежной яхте. Роман не сомневался в безразличии людей к происходящему вокруг. И если в данный момент все увлечены громкими убийствами известных европейских бизнесменов, то завтра большинство переключат внимание на освещение в прессе дня рождения пуделя одного из celebrity.

Роман пристально вгляделся в бесцветные глаза Стругса.

– А теперь расскажите мне все, что касается установки стационарного телефона.

Стругс подергал шеей, словно разминая ее, потянулся к папкам, лежащим на столе и достал одну из них.

– Установка санкционирована Дагомировым. Он сам того пожелал, потому что пользоваться обычными спутниковыми телефонами в самолете запрещено: они мешают работе приборов. Телефон установили перед вылетом в Нью-Йорк. Работали наши связисты. Можете с ними встретиться, если хотите.

Спустя час Роман позвонил Алексею Махову, талантливому программисту, к услугам которого часто прибегал, чтобы тот достал ему список лиц, с которыми Дагомиров общался с борта самолета. Роман чувствовал, что именно телефон являлся причиной гибели Дагомирова. Конечно, не сам телефон, а устройство, установленное одновременно с ним. Ребята-связисты клялись, что ничего, кроме инструментов и деталей для установки в руках не держали. Испугавшись обвинения в случившемся, они были весьма искренними в эмоциях. Роман, как никто другой умеющий считывать истинный смысл слов и поведения людей, был уверен, что они говорят правду.

В полдень он встретился с бывшей женой Дагомирова недалеко от дома, где она проживала с десятилетним сыном. Они как раз прогуливались по парку, ожидая Романа. Мальчик обрадовался, когда мама попросила его оставить их и заняться велосипедом, на который он обреченно поглядывал, волоча рядом с собой. Он весело понесся вперед.

– Дмитрий так и не понял до конца, что отца больше нет, – сказала Наталья Дагомирова. – Счастливое детство: ни проблем, ни тревог. Сын все так легко и быстро забывает, что я порой ему завидую.

– Примите мои соболезнования, госпожа Дагомирова, – тихо произнес Роман и дотронулся до ее руки.

Она едва заметно улыбнулась этому красивому мужчине. Он впечатлил ее своей внешностью. Пожалуй, их встреча была единственным приятным моментом после смерти мужа. Высокий, великолепно сложенный, с мягкими серыми глазами, которые приятно лучились, когда он улыбался, с тонким прямым носом и темными волосами. Наталье захотелось убрать с его лба шелковистую прядь, дотронуться пальцами до кожи. Она прикрыла глаза и постаралась избавиться от волнующих ее мыслей.

– Зовите меня Натальей.

– Как скажете, – Роман легко сжал ее пальцы.

Наталья Дагомирова мало походила на типичную жену миллиардера, какой представлял ее Роман. Она была милой женщиной, лишенной того снобизма и высокомерия, которыми славятся супруги русских владельцев финансово-промышленных капиталов.

– Андрей должен был встретиться в Нью-Йорке с Марком, – начала рассказывать Наталья и, отвернувшись от Романа, поискала глазами сына. – О господи, где же он?!

– Не волнуйтесь, – Роман пробежал взглядом по парку. – Я его вижу, – он указал рукой в сторону, где катался мальчик. – Кто такой Марк?

– Марк Хьюз – партнер по бизнесу, – уточнила Наталья.

Она продолжала настороженно наблюдать за сыном и расслабилась только тогда, когда мальчик направился к ним.

– Вы, наверное, думаете о том, откуда мне известно, что собирался делать мой бывший муж? – усмехнулась она. – Андрей сам рассказал, что у него запланирована встреча с Марком. Он приезжал ко мне за день до своей смерти. Хм, – протянула она, – он ведь просил прощения за то, что оставил нас с сыном. И я уже согласилась его простить. Жаль только, что не успела сказать об этом.

Наталья поправила часы на руке. Роман заметил, что она волнуется, но ничего не сказал по этому поводу.

– Надеюсь, вы не думаете, что я причастна к его смерти? – спросила она.

– Нет, – ответил Роман, поняв причину ее нервозности.

– Не лгите. Вы допускаете эту возможность, – Наталья вздохнула. – Естественно, женщину, которая получила в наследство миллиарды, будут подозревать в первую очередь.

Зазвонил телефон, и Роман, извинившись, ответил.

– Это Махов, – сказали в трубку. – Значит, так, Рома. За тридцать секунд до взрыва на «Гольфстрим» поступил звонок от некоего Тотти. Этот сеньор проживает в Риме, его адрес, а также сведения о месте работы я тебе уже отправил на ящик. Не благодари, лучше озолоти меня.

– Непременно, – ответил Роман и отключился.

Если бы рядом не было госпожи Дагомировой, прощание было бы немного жестче, а также красочнее в словесном оформлении.

– Наталья, вам знаком мистер Тотти?

– Нет, – ответила она, немного подумав. – Впервые слышу это имя. Муж не представлял меня своим партнерам. Зато всех его любовниц я прекрасно знала.

– Простите?

Она неопределенно махнула рукой.

– Мысли вслух. Не обращайте внимания. Если я еще могу вам чем-либо помочь, спрашивайте.

– Все, что нужно, я уже узнал, – Роман блеснул улыбкой и, взяв Наталью за руку, галантно поцеловал. – Благодарю вас, госпожа Дагомирова.

– И вам спасибо, мистер Сафонов, – она вежливо наклонила голову вперед, а пальцами дотронулась до того места, куда поцеловал Роман.

Приехав в отель, Роман собрал вещи, выписался и отправился в «Хитроу». Уже в аэропорту он вспомнил, что не предупредил Полину о своем скором отъезде. На душе стало скверно оттого, что она снова подумает, будто он убегает от нее. Роман набрал номер ее телефона, но Полина не подняла трубку. Жаль, но ничего не поделаешь. Он улетал от нее в Рим, и хотя сожалел о том, что та прекрасная ночь, которую они провели вместе, повторится еще не скоро, огорчения исчезли, едва самолет взмыл в небо.

В Риме Роман поселился в отеле «Raphael», принял душ и отправился навестить Гаэтано Тотти, адрес которого оставил Махов. К сожалению, с хозяином квартиры ему не довелось увидеться. Тотти, как выяснилось, уже несколько дней не появлялся дома.

– Пропал Тано. Я уже два дня его не видела, – сказала Роману соседка и начала сокрушаться по несчастному питомцу, который остался запертым в доме хозяина: – Малыш Рикки кричит от голода. Бедняга. И как Тано не подумал о своем коте? Он же погибнет, если этот оболтус не появится в ближайшее время.

Роман сочувственно кивал в ответ на причитания старухи и думал о том, каким образом Тотти связан с Дагомировым, и почему исчез после его смерти. По дороге в отель он решил, что ему необходимо развлечься, позвонил своей давней знакомой Лучиане Томазо и договорился о встрече. Страстная и пышногрудая Лучиана поможет ему отвлечься от постоянно атакующих мыслей, а завтра он вновь примется за работу. В предвкушении предстоящего свидания Роман не заметил, как добрался до «Raphael». Он быстро прошел через холл и, подойдя к лестнице, остановился. Медленно обернувшись, он с удивлением посмотрел на женщину, разговаривающую с управляющим. Секунду назад он списал бы увиденное на игру воображения, потому что реальность картины казалась фантастически неправдоподобной. Роман с досадой усмехнулся: в том, что в пяти шагах от него стоит Полина, сомневаться не приходилось. Он уже отсюда чувствовал запах ее парфюма, а ее мягкий смех легкими волнами расходился по величественному холлу отеля.

– Полина?! – вырвалось у него, пожалуй, громче, чем того требовали приличия.

Рыжие волосы плавно взлетели в сторону, женщина повернулась и очаровательно улыбнулась.

– Доброе утро, сеньор Сафонов.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю