Текст книги "После прочтения - съесть! (СИ)"

Автор книги: Алена Половнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 2, в которой пропадает нечто важное

В понедельник Дима Левин пришел раньше всех. Он любил свою работу и все время проводил в телефонных переговорах с разными людьми, ездя на своем автомобиле на встречи с известными и интересными людьми. Дима отвечал за пиар портала на концертах, спектаклях и прочих светских мероприятиях. Так уж вышло, что в офис он приезжал только в понедельник утром, чтобы составить отчет и подготовить бумаги. Всю оставшуюся неделю его никто не видел. Именно поэтому Дима ухитрился не участвовать ни в чем, кроме рабочего процесса. Именно поэтому он первым застал то, что сделал шторм с их офисом.

– Боже мой, – Дима уронил свой дорогой кожаный портфель в лужу и запустил руки в волосы.

В этом состоянии его застала Анфиса. Она являлась на службу сразу после него по понедельникам и самая первая – в остальные дни недели.

– Котопес, ты чего? – она отодвинула Диму в сторону, заглянула в комнату и застыла сама.

Офис являл собой жалкое зрелище. Окна распахнуты, жалюзи помяты, разломаны и испачканы («Ура!» – подумала Анфиса). На подоконнике куски штукатурки. На полу слой воды толщиной в палец и грязевые разводы. Бумаги и канцелярские принадлежности, грязные и размокшие, разбросаны по всему помещению. И, как насмешка, под ноги попался почти уцелевший рекламный материал – листовка с жизнеутверждающей надписью «Живи в гармонии».

Дима и Анфиса уставились на эту издевательскую бумаженцию. Через минуту тупого созерцания к нам присоединилась Зуля. Третьим соляным столбом.

– Ты чего так рано? – на автомате спросила Заваркина.

– Из деревни, – так же на автомате ответила она, – автобус рано пришел.

– У нас в офисе окна закрыыытыыы? – раздался сзади противный голос. Это Вася-юморист, задержавшийся внизу купить колы, не очень удачно пытался изображать пятничную Зулю, – как ляпнешь что-нибудь!

Дима был человеком дела и первым пришел в себя.

– Пора действовать! – он открыл шкаф и достал оттуда рулон желтеньких тканевых салфеток.

– Это будет очаровательно! – буркнула Анфиса, – может, возьмем бумажные платки?

– А у нас есть выбор?

Следующие полчаса они ползали по полу, пытаясь при помощи салфеток собрать лужи в разрезанные пластиковые бутылки. Это было похоже на чистку сортира зубными щетками или что-то вроде того.

– Окна выломало по всему этажу, – радостно возвестил Вася из коридора, – соседи уже мебель вытаскивают.

– Нам бы тоже не помешало, – Анфиса наклонила Каринкин системный блок, из которого хлынул поток воды, – никогда такого не видела.

– Я тоже! – Зуля перевернула Иркин монитор. Из него тоже полилось.

– Телефоны не работают, – Дима по очереди поднимал трубки, – а нет! Один есть! Который от другого провайдера.

– А это значит… – я с надеждой огляделась.

– Да. Интернета тоже нет. Работать мы не можем.

– Да и если он был бы, работающих компьютеров все равно всем не хватило бы. Уцелели только два, которые стояли у стены.

– Тогда я, пожалуй, дома поработаю, – Ира, не успев зайти, развернулась и вышла.

– Ну и чудненько, – сказала Анфиса, – и не надо нам помогать. Сплошное удовольствие – размазывать грязь рукавами по полу.

– Она сделала всё, что могла, не придирайся, – улыбнулась Зуля, выжимая очередную порцию грязной воды.

Как всегда деловая и изображающая рвение, зашла Каринка.

– Интернета нет? И телефоны не работают? – Каринка огляделась, – значит, звоню в отдел кадров, нужно предупредить.

Ответом ей был тяжкий вздох.

– У меня встреча, – сказал Дима, – извините, девчонки, мне нужно вымыть руки.

– И у меня встреча! – обрадовался Вася.

Карина набрала номер единственного работающего телефона.

– Здравствуйте, это город Б. Переключите на отдел кадров.

– А чем мы заниматься-то будем? – спросила Анфиса у Зули.

– Я схожу в пару мест, исключительно по работе, – Зуля хитро улыбнулась, – а тебе придется… о боже! Ничего не делать!

Заваркина улыбнулась.

– Но поймите, у нас был шторм! – сбивчиво говорила Карина в трубку, – у провайдера из-за грозы выгорело оборудование, у нас по всему этажу ветром выломало окна. Да, по всему этажу. Да. Да. Да, конечно. Мы сейчас убираем воду, а потом понесем компьютеры на диагностику в сервис-центр. Нет, я не знаю.

Каринкин голос становился все тише и тише. Зато голос из трубки теперь был слышен даже нам.

– Сходите туда, сделайте что-нибудь!!! – вопила трубка.

– Куда? – спросила Карина и, услышав ответ, изменилась в лице, сказала «хорошо» и повесила трубку.

– Куда нам нужно идти? К провайдеру? Помогать демонтировать сгоревшие серверы?

– Похоже, что да, именно туда. А адрес они мне велели выяснить В ИНТЕРНЕТЕ!!!

– ГДЕ? – завопила Зуля.

Анфиса рассмеялась. Очень в духе Вееликого и Могучего Отдела Кадров: пятнадцать минут пытаться уяснить, что интернета не будет минимум три дня, а потом посоветовать, нет, велеть, разыскать через интернет представителей провайдера.

– А еще сказали, тем сотрудникам, у кого есть дома интернет, отправляться работать туда.

– У меня нет, – соврала Заваркина, – и мне домочадцы запрещают работать дома.

– Твои домочадцы – это Вася.

– Вася – Очень-Злой-Домочадец запрещает мне работать дома, после того, что они устроили в прошлый раз, – поправилась она.

В прошлый раз тоже во всем был виноваты последствия грозы. Последствия, конечно, не такие масштабные, как сегодня, но оборудование у провайдера сгорело точно также. А в Зулю ударила молния. Ну не прямо в Зулю и не молния, просто проскочила искра между ней и железным степлером, лежащем на подоконнике. Однако этой искры оказалось достаточно, чтобы напугать офисных барышень. Наплевав на все, остаток грозы они просидели в коридоре, не решаясь прикоснуться к дверной ручке.

У Заваркиной тогда горел отчет. Был конец жаркого летнего месяца, и многие работники по всему центральному округу уходили в отпуск. Отчет должен был быть немедленно предоставлен, потому что без него невозможно было подсчитать сотрудникам зарплату и отпускные. Но техподдержка провайдера сообщила, что интернета не будет три дня (это, видимо, их стандартная фраза). Анфиса решилась на отчаянный шаг: уйти работать домой.

– Если спросят, скажи, что делаю дома отчет, – попросила она Каринку на случай, если позвонит отдел кадров, – а если не спросят, то ничего не говори. Я все равно приду и напишу начальству.

Дома было уютно, металлические предметы не искрили, и можно было закутаться в теплый халат и заварить вкусный чай. Анфисино непосредственное начальство, Главный Редактор Всея Сети – Мария – посочувствовала уколотой молнией Зуле, уяснила, что интернета нет и не будет и напомнила, что с нетерпением ждет отчет. В ответ подчиненная послала понимающий смайл и навалилась на работу всем интеллектом.

За пятнадцать минут до конца рабочего дня, Анфиса отослала отчет, и вдруг получила в ответ от Маши: «а почему ты есть онлайн, а других – нет?». Первые пятнадцать секунд она удивлялась непонятливости собственного начальства, следующие пятнадцать – прикидывала с какого места мне повторить всю историю, чтобы стало понятней.

Но тут раздался звонок. А в трубке…

– Почему ты дома? Какая гроза? Какой отчет? Кому нужны твои отчеты? Это что за отношение к работе такое, а?

Заваркина сжимала трубку вспотевшей рукой и пыталась вставить слово.

– Я предупредила Карину…

– Карина тебе не начальник!!! Твой начальник не знает, что ты дома!!!

– Своего начальника я тоже предупредила…

– ОНА НЕ ЗНАЕТ!!! – прогромыхал голос и завел пятнадцатиминутную лекцию о вреде импровизационного подхода к трудовой дисциплине.

Вот такую, расстроенную, вспотевшую, бледную, стоящую согнувшись под градом обвинений, ее нашел Вася. Быстро оценив ситуацию, Вася вырвал трубку и попросил прекратить кричать. В трубке, услышав мужской голос, сменили тактику. Теперь главной причиной этой унизительной головомойки стала забота об Анфисином здоровье, потому как она, уйдя с работы, могла попасть под машину, сломать руку, а потом вероломно подать в суд на родную контору.

– Мы все учтем, – отрезал Вася, нажал отбой и повернулся к сестре.

Она многое услышала от брата о своей беспомощности, нелепой уступчивости, мягкотелости и отсутствии характера. Вася, несмотря на свое чувство юмора и многочисленные дурацкие увлечения, был суровым и несгибаемым. Напоследок он сказал:

– Больше дома ты не работаешь. Ни при каких условиях.

На это Анфиса тогда согласно кивнула.

– Брррр, – она передернула плечами, стряхивая пелену былого унижения и возвращаясь в реальность.

– Ты все правильно делаешь, – сказала Зуля, развешивая на батарее салфетки, – очень логично: не даете работникам проявлять инициативу, будьте готовы к тому, что следующую ситуацию будете разруливать сами.

– Знаю, – Заваркина пожала плечами, – Вася мне сказал тогда, что нет никакого смысла в том, чтобы уходить из офиса, разваливающегося не по твоей вине, чтобы тратить домашний трафик, и чтобы потом за это на тебя наорали. Какое мне вообще было дело до кого-то, кто там, в каких-то там городах, уходит в какой-то отпуск.

– Девчонки, Нюша на встрече, мальчики тоже ушли, – Каринка вытащила из под стола системный блок, – придется нам отнести компьютеры втроем, на первый этаж.

На первом этаже находился компьютерный магазин и прилагающийся к нему сервис-центр.

– Ну вот, а я тут тяжести таскай! – непонятно кого упрекнула Зуля и подхватила второй системник.

Анфиса подхватила третий из самых пострадавших и барышни бодро двинулись вниз. Каринка даже умудрилась закрыть дверной замок на два оборота, не выпуская своей поклажи.

Они шагнули в лифт.

В кабине с ними оказался системный администратор всего здания, плюгавый, испитый, но кокетливый мужичонка лет сорока.

– Куда это вы, девицы, компьютеры выносите?

– На первый этаж, в ремонт, нас затопило, – дружелюбно улыбнулась Каринка. Она умела находить общий язык с нужными людьми. И с ненужными тоже.

– Ясно, только учтите, из здания вас не выпустят. Не положено. Вносить можно сколько угодно, а выносить – не смейте!

– Для террористов удобно, – пробурчала Заваркина, чем очень развеселила этого гоблина.

– Пусть только попробуют не выпустить! – воинственно произнесла Зуля, вырываясь вперед, – я им покажу скандальную бабищу.

Ругаться Зуля умела и делала это с некоторым шиком, вплетая в свой монолог угрозы, бранные словечки и названия контролирующих организаций. Анфиса и Карина затихли в предвкушении.

Вахтерша их не заметила. Барышни обогнули здание, нашли сервис-центр, где симпатичный парнишка с оленьими глазами, чрезвычайно обрадовался аж трем девицам, явившимся развеять его скуку.

– Они промокли, – Карина очаровательно улыбнулась и сгрузила системник на стойку. Парнишка достал три листка и стал быстро заполнять.

У Карины раздался звонок. Так как в этой истории всё глупое и раздражающее начиналось с телефонных звонков, то девушки напряглись. Очередные указания. Только что на этот раз? Самим развинтить системники, потому что сервис – это дорого? Или немедленно отправить их почтой в город О?

– Не оформляйте пока, – со вздохом обреченного на смерть сказала Зуля парнишке.

Карина ответила. На ее робкое «да» из динамиков полился крик: без пауз, невнятный крик, который можно было классифицировать, как крик раздраженного отчаяния.

«Еще одна строчка для моего резюме», – подумала Анфиса, – «в разделе «навыки и умения»: умею классифицировать крики и абстрагироваться от оных. Зачет».

Карина включила громкую связь.

– ДА ЧТО ЖЕ ЭТО ТАКОЕ??? ПОЧЕМУ ТАКОЕ ОТНОШЕНИЕ К РАБОТЕ????

Собравшиеся терпеливо ждали, пока закончится этот до зубовного скрежета знакомый припев и, наконец, будет изложена суть звонка. Парнишка тоже навострил уши.

– На наши компьютеры есть гарантия, ремонт должен быть гарантийным! – громыхал динамик.

– Затопление – это негарантийный случай, – смущенно произнес «принц-олень».

– Затопление – это негарантийный случай, – повторила Карина в динамик.

Динамик растерялся и замолк.

– Я поговорю с нашим админом и перезвоню. Несите все назад.

– Мы тут подождем.

– НЕСИТЕ ВСЕ НАЗАД, – заорал динамик и отключился.

Девушки помолчали, глядя друг на друга.

– Суровое у вас начальство, – произнес, наконец, приемщик.

– Угу, – ответила ему Анфиса скептической усмешкой. Какое-то неясное чувство, что-то вроде корпоративной этики, не позволяло им критиковать свой топ-менеджмент в присутствии посторонних. Даже если у них очень красивые карие глаза.

Когда барышни, чертыхаясь и спотыкаясь, вернули свою поклажу наверх, то застали там чрезвычайно взволнованную Нюшу.

– Мне звонила Аня, новая зам регионального и спрашивала про документы. Пришли ли какие-то документы или нет, забрали ли, их встретили ли, все ли в порядке, ну вы же знаете ее тон…

Нюша была мастером невнятного монолога. Она говорила очень быстро, эмоционально, всплескивая руками, не деля предложения на слова. Иногда она могла говорить еще и ужасно долго. От ее словоизвержения коллеги очень быстро уставали и старались отключить слух, чтобы не слышать этого нескончаемого «бубубу», одновременно терзаясь чувством вины из-за наглого пренебрежения коллегой. У кого-то постоянное и неизменное чувство вины постепенно переросло в неприязнь. А кто-то просто привык.

– Нюша, еще раз и помедленнее.

– Документы…

– Твою мать, документы! – вскрикнула Зуля и подскочила с кресла.

Ничего тут не скажешь, дорогой читатель. Если бы это была пьеса, то автор написал бы – «немая сцена». Если бы это был классический детектив, то кто-нибудь обязательно упал бы замертво, отравленный мышьяком из проглоченной зубной пломбы. Но это просто коротенький рассказ о современных офисных бездельниках, поэтому… Поэтому нам стоит выпить по чашечке кофе.