Текст книги "Измена. Я от тебя ухожу (СИ)"

Автор книги: Алена Московская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

Ольга

Послышался топот. Громкий. Бег.

Дверь распахнулась, и в проеме показалась Ксюша.

Розовый флисовый халат, тряпочные завязки на голове вместо массивных бигудей. Она постоянно их делает, говорит, с ними спать удобнее. Моя смешная.

Ксюша расплылась в радостной улыбке, и я тоже непроизвольно приподняла уголки губ.

– Как я рада, что ты пришла, – он втащила меня за руку в квартиру и принялась снимать с меня куртку, – я там уже открыла бутылку, купила сегодня нового вина на пробу. ты не поверишь, просто сумасшедшее, – все не умолкала он.

Я спустила легкий смешок и принялась раздеваться сама. Упарилась, если честно.

– Ты что, не переодевалась, – подруга дернула меня за голубой бант рубашки.

– Не успела, – я принялась расстегивать сапоги.

Заедает тут молнию. Иногда приходится долго мучатся.

Но, на мое удивление, замок едет как по маслу.

– Что ты там копошишься? Я тебя сейчас сама раздевать буду! – рявкнула на меня подруга, отправляясь в сторону кухни, – Бегом, Оля, бегом, вино не ждет.

– Ксюш, я последний раз пила на твой день рождения осенью и то, пару стаканов шампанского.

– Я ничего не знаю, сегодня мы пьем за спасение, – ее задорный голосок разнесся по квартире эхом.

Я повесила на крючок куртку и отправилась к своей неугомонной подруге.

Она не отстанет. Точно не отстанет.

Я присела на деревянный стул прямо у горячей трубы.

Чуть не обожглась.

Ксюша суетилась, доставала нарезки из холодильника, расставляла на стол.

Она – нет-нет потирала ладони и сверкала глазами, словно хранит самую важную тайну на свете.

– Будешь? Пока я буду трындеть, ты поешь, наверняка, еще не успела, – Ксюша открыла крышку у кастрюли, которая стояла на плите.

– Нет, ком в горло не лезет, – я сжала руки в замок и оперлась локтями о стол.

– Ты что-то хмурая какая-то, устала? – подруга подала мне стакан с красной жидкостью.

Я сначала принюхалась. Острый такой вишневый запах. Тут же забился в ноздри.

Я поморщилась и поставила стакан на стол. Нужно сообщить...

– Мне Вася изменил, – быстро сказала я, чтобы было легче.

Подруга замерла с бокалом в руках. Застыла так, будто время замерло.

Она медленно прошла и села на стул. Смотрела на меня так, словно я рассказала ей что-то нереальное.

– Кто-то клюнул на твоего придурка? – она высоко подняла брови, а я пожала плечами.

– Как видишь, – с грустью сказала я, поднялся стакан ко рту.

Ком поперек горла встал. Но я сдюжила. Отпила немного. Сладкое.

– Хорошее вино, спасибо, – поблагодарила я подругу, облокачиваясь о стену.

– Стой, Оль, подожди! Давай рассказывай, когда, где с кем и что ты будешь делать? Хочешь, мы пойдем его метлой отдубасим?! Я бы ему по хребту! Да, по хребту! Вот козел! – подруга резко встала и схватила со столешницы половник, – да ему, прямо вот это в задницу его засунуть! Да чтобы прям подавился аж!!!

Я истерично засмеялась, а потом поняла, что не до смеха.

– Ты только глянь! Вот какой козлина! Ты давай не вешай нос, нельзя!

Подпруга эмоционально жестикулировала, а я ... а я прям снова взгрустнула, смотря, как она всадила бы ему половник...

Он же все таки мой муж... Пока что. на мне теперь будет клеймо. Разведенка. Хоть без прицепа. Еще. С ребенком сейчас я бы его убила. Наверное, убила бы. А так... А так обидно только за себя.

Я хоть и не собираюсь падать духом, но моментами накрывает.

– Так куда ты? Что ты? Рассказывай, – Ксюша вернулась на стул и взяла меня за руку.

– Ну завтра платеж по кредиту, надо придумать, где взять денег, заложу, наверное, обручальное кольцо, – я провернула пальцами золотой "символ брака." – Оно мне все равно больше не нужно.

– Я могу занять тебе до зарплаты, если не будет хватать, ты не молчи только. Говори мне, – она поглаживала нежными пальцами мою ладонь.

Нежно, медленно, проводила пальцами и смотрела в пол.

– Мужики, козлы! Лишь бы куда свой стручок присунуть, будь их воля...

Я тяжело вздохнула.

– Ну, есть ведь где-то хорошие, наверняка, – я пыталась не терять надежды и не подписывать всех под одну гребенку.

– ой, только в кино показывают, все козлы, кто не изменяет, тот пьет, а кто не пьет, тот вон, что-нибудь еще, – она показала рукой на фотографию, приклеенную к холодильнику, – детей наклепает и уваливает. Пропадает и все. Пиши пропало.

Ксюшку тоже было жалко.

И вот мы сидим, две преданные женщины, и думаем. Думаем о том, как все тянуть на своих плечах?

Почему нам внушают, что если тебя изменили, виновата ты? Почему нам внушают, что быть разведенной – плохо? Ну мне мама так точно говорила.

Да и вчера сказала: ну, стерпи. Он же мужик. А я ... а я смотреть на него не могу.

Не могу и не хочу. Как вижу его, вспоминаю голого, стоящего у нашей кровати... Голого и удовлетворяющего рыжую девушку, стоящую спиной.

Она так громко кричала. Мне аж тогда не по себе стало. Даже не от измены, я тогда еще не осознала, а оттого, что она так кричит. У него ж там... Ну... не настолько. Чего кричать-то?

А, это, наверное, то, что ему так нравится... Точно.

Хотелось бы поплакать, конечно, но глаза сухие.

Уже все выревела, выплакала, три раза тогда глаза тушью красила и три раза все текло.

Ну за что? Ну почему? Не понимаю.

– Оль, ну не кисни, умоляю тебя, – Ксюша ткнула меня в плечо.

Я натянула лживую улыбку, и она толкнула еще раз.

– Давай лучше выпьем. Теперь точно есть повод, – Ксюша подняла стакан, – за новую жизнь.

– За новую, – я ответила и выпила стакан залпом.

Ох, что-то как-то неожиданно, но захотелось. Может он тянущее чувство внутри уберет?

Я прижала ладонью нос и закрыла глаза. Вот это было, конечно... Очень пьяная, видимо, скоро буду. Мне много не надо.

– Это к лучшему, Олька, к лучшему! Сейчас нам зарплату поднимут, босс у нас новый такой красавчик, я его видела сегодня, ну такой мужчина, вообще! Все девочки в отделе на него глаз положили, – прошептала она, снова поглаживая меня за ладонь.

– Ну хорошенький и хорошенький, зарплата хорошо, – безразлично ответила я.

Мне то какое дело? Главное, чтобы сильно не ругал и перерабатывать сильно не заставлял. А так, а так сработаемся. Мое дело маленькое. Сиди, выполняй обязанности.

Ксюша нажала указательным пальцем мне прямо в центр руки.

– Ай! – вскрикнула я от боли, – ты что творишь?!

– Не орать, Оля! Сейчас гадать будем!

Глава 6

Ольга

Ксюша раскладывала на кровати карты, что-то там перемешивала, и я внимательно наблюдала за каждым ее движение.

– Ты правда в это веришь? – уточнила я, пытаясь сдержать смех.

– Не сбивай меня, сейчас мы с картами тебе все расскажем, – Ксюша пыхтела, задумчиво крутила по одеялу картонки.

Я прилегла на подушку и принялась рассматривать подругу.

Красивая тоже такая, почему одна? Тоже счастья, как и я недостойна?

Интересно, по каким критериям судьба выбирает, кто будет счастлив, а кто страдать?

Подруга принялась раскладывать карты, туда-сюда, сюда-туда. У меня глаза не успевали за ее руками.

– Вижу! – резко вскрикнула Ксюша и почесала голову.

Я аж вздрогнула и приподнялась. Правда, что ли?

Ксюша покосилась на меня.

– Белая полоса ждет тебя, все у тебя будто, только не сейчас, какие-то черные тучи сгущаются, будто все только началось, но появиться кто-то, – Ксюша моментально перемешала карты, – что-то я фигню какую-то несу.

– Стой, – теперь мне стало интересно, что там за черные тучи такие?

Ксюша погрустнела и закачала головой. Она поправила свой халат, опустила глаза.

– Ты меня пугаешь, подруга, – я была в недоумении.

Ну, правда? Еще что-то. Да уж.

Непроизвольно я начала в это верить.

Как там говорят: в плохое всегда лучше вериться, чем в хорошее?

Да, так оно и есть.

– Все будет хорошо, но не сразу, ты не переживай только, – Ксюша подбадривающе, половина руку мне на колено.

– То есть ты меня напугала, а теперь говоришь, все будет хорошо, – я присела, подминая под себя подушку, – это не дело, Ксюш.

– Да не умею я гадать, брехня это все, не бери в голову, все в порядке будет, сейчас разведешься с этим дураком и заживешь, будем работать, нового босса тебе покажу завтра, ммм, – Ксюша резко перевела тему и, только упомянув нового руководителя, засияла.

– Думаю, я засиделась. Пойду домой, спасибо, дорогая, увидимся завтра на работе,-

– Ну ты чего? Посиди со мной еще, – начала молить подруга.

Да настроение еще хуже стало. Ничего не хочу.

Завтра с утра рано на работу, надо собраться, доехать, морозы передают, вдруг, что с автобусом будет?

– Пойду, пойду, давай провожай.

Ксюша совсем погрустнела. Насупилась, но все таки поднялась.

– Я думала,ты еще посидишь, еще что-нибудь расскажешь.

– Да что говорить, подруга. Грустно все, завтра на работу. Надо расходиться, – я направилась в сторону выхода.

– Не вешай нос, Оль, справимся, все будет хорошо,

– Ага, – кивнула я в ответ и обняла на прощание подругу.

Спускаясь по лестнице, вызвала такси. До мамы еще ехать надо, нужно постирать одежду и развесить на трубу, чтобы высохла к утру.

Да. Я пыталась отвлечься на рутинную бытовуху, нежели вспоминать о Васе.

Опять.

Снова он в моих мыслях.

Не могу сказать, что ненавижу его, но такой холод. Такое безразличие. Это вообще нормально? Думаю, да.

Я доехала до мамы быстро, но она не рада была меня видеть.

– Ты чего пришла-то доченька, тем более так поздно, без предупреждения, – не успела я зайти, выдала мама.

– Да я Васе дала время до завтра, чтобы он съехал. Не хочу с ним быть в одной квартире.

– Ты с ума сошла? Шуруй давай домой к себе, и к своему мужу, ишь чего удумала, – мама начала застегивать куртку, которую я только что расстегнула, – мужики, они все такие. Давай домой.

– Мам поздно уже. Я не хочу деньги еще на такси тратить, мне с утра на работу, можно, я, пожалуйста, останусь у тебя? – настойчиво сказала я, даже слово, пожалуйста.

Зачем она так?

Мама цыкнула и, укутавшись в пуховый платок, скрылась за углом.

Мама... Мама.

Я думала, она меня подержать, будет, рада видеть, а она...

Я еле-еле сняла сапоги и прошла в зал, села на диван.

Ноги гудят уже.

– Надо тебе возвращаться к мужу, не дури. Походил налево, да перестанет, – мама пришла ко мне.

– Мам, он меня обзывал так, как никогда еще не обзывал, мам, я к нему не вернусь.

– Надо, девочка моя, надо. Дело женщины – терпеть. А они, мужики, такие.Ничего не делаешь. Не ты первая и не ты последняя. Надо было поговорить с ним, задобрить, словом добрым да поцелуем нежным, а ты наверняка на него накричала, характерная дура, вся в отца, – выругалась мама.

Я характерная? Ну тут под сомнением, далеко не всегда.

– Хорошие у тебя советы, мама, – я облокотилась о твердую спинку дивана и взяла сбоку плед. Замерзла вся.

Да и на душе холодно. Везде.

– Ну это жизнь, Оля. Так все живут, так что не думай. Завтра я тебя в квартиру не пущу. Возвращайся. Вася у тебя молодец. Нет-нет да работает, а не как твой отец, беспросветно пил, так то, держись за него, доченька. Мужика нынче найти проблема.

У меня на душе кошки скребли. Не пустит меня, если я к мужу не вернусь?

Спасибо, мама. Очень приятно.

Боль от ее слов разрывала. Еще сильнее, дополнительно к тому, что и так уже было. Спасибо... мама.

– Хорошо, я к тебе не приду, буду ночевать дома, – сказала я с безразличием.

А так хотелось кричать и рвать все. Кричать так, чтобы эхом разносилось между домов.

Больно мне, мама... неужели ты не понимаешь?

– Скажи мне мам, а ты разве как мать своей дочери счастья не хочешь? Не хочешь, чтобы я как нормальная жена жила, а не как униженная. Он меня бесплодной, мама назвал. А мы, чтобы ты понимала, не спим. Я ребенка хочу, мама. Я тоже ребенка хочу, внука тебе, но не от него, как думаю о нем, сразу эта картина с рыжей бестией перед глазами, – я помахала перед глазами, – Ты вот мам, скажи мне, почему ты дочь свою не научила с мужчинами общаться? Выбирать? Почему сразу была согласна меня замуж за первого встречного выдать. Не сказала мне: мол выбирай, доченька, я тебе такой судьбы, как у себя, не хочу. Почему, мама?

Она молча опустила голову, и слеза покатилась по ее щеке.

– Ты не понимаешь, я как женщина счастлива быть хочу. Не хочу постоянно слышать, Оля трусы найти, Оля есть чистые носки, Оля я опять бухаю с мужиками, Оля, я-то, Оля, я сплю с новой бабой, теперь еще. Мне больно, мам. В меня словно кислотой плеснули. Больно мне! – я повысила тон, – а ты мне говоришь иди к нему и живите счастливо? Да он мне предложил свою любовницу к нам в пастель притащить. Втроем ему захотелось, извращенец. Терпи, доча, ты мне говоришь, все терпят, и ты терпи. А я, мам... А я устала.

Глава 7

Ольга

Следующий день не задался с самого начала.

Я вскочила с кровати и побежала одеваться, нужно еще умыться успеть. Опаздываю!

– Мама, почему не сработал будильник?! – крикнула я, пока впопыхах натягивала колготки.

– Не знаю! А что, опаздываешь?

– Мама, да! – я побежала в ванную, чтобы хоть почистить зубы.

Время. Время. Время.

Сейчас вызову такси, если пробок не будет, может, и успею.

С тревогой и бешеными глазами я умывалась и расчесывалась.

Взглянула на себя, потерла еще сонные глаза.

Ой, и так пойдет.

Сегодня все равно ни с кем встреч не назначено.

Так, так. Все, выезжаем. Время.

– Ой! Здрасьте, – я забежала в лифт, налетев прямо на огромного светловолосого мужчину.

Я не рассчитала свой разбег в закрывающиеся двери и прижалась к его груди.А потом тут же отскочила,

Ой. Вот это я ударилась.

– Простите,опаздываю ужасно.

Выдохнула и отошла в угол. Как неудобно-то, чуть не снесла мужчину.

Точнее, такого не снесешь, скорее просто врезалась.

Он даже не посмотрел на меня. Лишь продолжил стоять также прямо, просто поправив галстук.

Ладно. Надеюсь, зла на меня не держит. Я взглянула на экран. Все возможно, еще не так плохо...

Мы едем на один этаж. Фуф. Хорошо. А то я забыла о кнопке лифта.

– Новый босс меня убьет! – выругалась я впопыхах, на треморе и

– Соболезную, – холодно ответил рядом стоящий мужчина.

Я тут же поняла, что выругалась вслух и вообще. О боже. Какой позор, зачем вот ему эта информация?

Снова обернулась на мужчину. Большой какой. Бугай прям.

Темно-синий выглаженный костюм. Дорогой. Уложенные светло-русые волосы. Аккуратная борода.

Я опустила взгляд вниз. Массивные часы, перстень на указательном пальце.

Сюда по этажу, возможно, один из акционеров или заказчик. Рядовые сотрудники так точно не выглядят.

Чувствую, наш новый начальник, будет поднимать нас. Возможно, уже привел клиентов, хотя еще со всеми не познакомился. Ему наверняка нужна прибыль. Да и нам зарплата не помешает.

Когда мы доехали до нужного этажа, он подошел к двери и вышел первым.

Я застыла на его широкой спине. Такие размеры костюмов вообще есть? На заказ что ли? Здоровый какой, жуть.

Так, Оля, ты опаздываешь! Хватит пялиться на незнакомцев!

Ну а что? Мне неудобно теперь...

Я тут же побежала в сторону нашего офиса. Планерка началась 10 минут назад.

Нужно было в конференц-зал.

Туда я и побежала, болтая своей сумкой.

Как только вошла, выдохнула и уже медленно пошла в сторону Ксюши, которая сидела на одном из стульев и сложила сумку на втором.

Видимо, заняла мне место.

Она приобняла меня и чмокнула в щеку.

Остальные сотрудники тоже кучковались. Кто с кем дружит.

– Еще не начали? – спросила я на всякий случай. Вдруг уже закончилось.

– Он еще не приехал, сами ждем, ну что там, начальство не опаздывает, а задерживается, – хихикнула подруга, – так что не ссы, Олька, все хорошо.

Я села на стул и после, обернувшись на дверь, обомлела.

Уверенной походкой в комнату зашел он. Тот самый мужчина, с которым я столкнулась в лифте.

Нет. Неужели это он. Как неловко-то.

Я тут же прижалась к спинке стула и застыла.

Вот это совпадение.

– Здравствуйте, прошу всех сесть, – спокойно сказал он, проходя в середину комнаты.

Вся толпа сотрудников расселась по стульям, а этот мужчина, положив одну руку в карман, а другую вдоль тела, терпеливо ждал.

У меня по коже мурашки прошлись... Он же мне никакой выговор не сделает? Я ж все-таки опоздала... На свое законное рабочее место.

В зале повисла тишина. Мы все не смели даже дернуться.

Он словно смотрел на всех и в тоже время на каждого отдельно. Его серьезное лицо без единой эмоции. Абсолютный покерфейс.

– Меня зовут Лев Николаевич, и теперь я глава уже моей компании, – заявил он, начав ходить из стороны в сторону, – я требователен, настойчив, мне нужен ваш результат. С вашими проблемами ко мне приходить не надо. Решайте их сами. Они ваши. Сплетни, склоки, интриги, все прекращается. Вы здесь будете только работать. И работать будете на высшем уровне. А хотите и дальше заниматься херней, дверь там, – он указал рукой в сторону выхода.

Я сглотнула слюну. У него такой грубый голос и то, что он говорит... Я запереживала.

А вдруг его не устроит наша работа, мы все полетим? Мне теперь еще и бояться увольнения?

Хотя я ведь всегда все делаю вовремя и максимально хорошо,как могу. Мне наверное не за что переживать...

Наверное.

– Любить меня не надо, подкатывать ко мне не надо, глазки строить тоже, общение со мной, строится четко и по делу, будете заниматься херней, еще раз, – он снова указал рукой на дверь, – выход туда, – а сейчас прошу за работу. Ко мне обращаться только по самым важным вопросам. С мелочевкой приходить не надо. Все. Работайте, – он еще раз оглядел каждого и вышел из зала.

У меня прям остолбенение.

Вот это да. Суровый дядя начальник.

Хотя зато без воды. Сразу видно, человек серьезный и не будет заниматься всякой ерундой, и еще, не дай бог шантажировать увольнение, чтобы уложить к себе в кровать. Я слышала о таком. Бывает часто.

Ксюша тут же развернула меня к себе.

– Классный, да? – она прям засияла.

– Классный? Скорее слишком суровый, что-то мне страшно теперь, – я взяла в руки сумку.

Как-то странно теперь себя чувствую. Словно меня утюгом ошпарили.

– Ой, ничего ты в мужиках не понимаешь, – она махнула на меня рукой.

– А ты очень много чего, – подшутила над ней, я.

Глава 8

Ольга

– Ну скажи, все-таки, как он тебе? – толкнула меня локтем подруга.

– Ксюша, никак, я вообще налетела на него в лифте,неудобно ужас, – я съёжилась и засмущалась.

– Я тут кое-что о нем узнала, расскажу тебе после работы, – шепнула она еле слышно.

– Тебе лишь бы посплетничать, – мы направились в сторону выхода.

– Ой, это ты у нас, святая женщина, а мне надо поболтать, и твои уши мне в помощь, – смеясь, сказала подруга, – какие у тебя планы на вечер?

– Ой, Ксю, дожить бы еще до вечера. Мне надо в ломбард, потом домой.

– Да займу я тебе денег, Оля, скажи сколько? – настаивала она.

Мне неудобно. Я должна сама справиться.

– Немало, Ксюш, не надо, – я отмахнулась.

Правда стыдно как-то. Аж не по себе.

Что за утро вообще такое получилось? День не задался. Еще этот новый, как он там сказал, "глава", ага. Глава, точно, голова, блин. Голова, чувствую будет от него болеть. Злобный какой-то.

– Ты неугомонная, надо не по ломбардам ходить, а с Василька твоего денег трясти, это все-таки не только твой кредит, но и его. Он тоже жил в этой квартире и нихрена ни за что не платил, а, ну перестала быть терпилой и быстро собралась, может тебе пощечину дать, взбодришься, – внезапно заявила Ксюша.

– Ксюш, он не мой. Больше не мой. Поняла?

– Прости, шучу я, точнее, не шучу. Взбодрись и не думай. Скажешь сколько мне командировочные отдали, я тебе дам. Отдашь с зарплаты, поняла? И сними это гребаное кольцо, – она взяла меня за руку и стянула с пальца.

Я не ожидала такого напора, но не сопротивлялась.

– Ну я же еще замужем.

– Тебе матом в рифму хочешь, отвечу? – бойко спросила подруга.

– Не надо, – я рассмеялась, – мы на работе.

– Тут тоже могу рифму придумать, все, – она впихнула мне в руку кольцо и чмокнула в щеку, – увижу кислую мину, завалю тебя работой так, что ты не будешь спать неделями, поняла? – с улыбкой угрожала она.

– Все я поняла, поняла, – я погладила ее по плечу.

Как хорошо, что она у меня есть. Без нее я бы и правда скисла, и мое существование превратилось бы в сплошное нытье.

Когда дорабатывала, последние часы в голову начали лезть мысли. А может, мама права? Да ну, Оль. Не неси ерунды. Это не брак, это развал.

Интересно, он уже уехал? Надеюсь, да...

Очень надеюсь.

День выдался в целом очень тяжелым. Эти мысли все голову мне компенсировали. Надо выписать его из квартиры. Развестись. Мама еще. Ой, мама...

Я так надеялась на ее тепло и поддержку, а получила. А получила, как всегда. Что еще было от нее ожидать? Вот именно. Ничего.

Фраза " я не пущу тебя на порог, разведенную" запомниться мне надолго. Я же всё-таки ее дочь...

Я задумалась, когда мимо прошел Лев Николаевич. Уверенная походка. Каменное лицо.

Что-то он правда какой-то пугающий. Либо я просто боюсь очень потерять место работы. Да. Так оно и есть.

Когда ехала в автобусе, почти молилась, чтобы Васи не было дома. В ломбард не поехала. Ксюша одолжила мне денег до аванса. Если что съезжу потом. Но кольцо я сняла. Сняла и положила в сумку.

А куда он пошел? Куда вот он пойдет?

Оля, это не твои проблемы. Он сам все решил.

И может права все-таки Ксюша и надо было денег у него брать. Продать что-то из его вещей?

Ну это же всё-таки его вещи, так нельзя...

Я сомневалась. Меня раскачивало, словно на лодке посреди океана во время шторма.

Я очень боялась утонуть. Утонуть в своих мыслях и проблемах. Но ведь и мириться с таким отношениям я не буду. Пусть это просто все закончиться.

Ага. Надежды, надежды.

Поднималась я домой медленно.

Во-первых, голова болела. Во-вторых, тревожно.

У меня ком в горле встал, и я действительно боялась зайти в квартиру.

И вот не понимала, чего больше боюсь: увидеть там его или не увидеть.

Оля, у тебя расстройство какое-то. Мысли путаются.

Я набрала в легкие воздуха и выдохнула полной грудью, перед тем как открыть эту проклятую дверь.

А вот когда открыла, действительно выпала в осадок.

Худая девушка в белой рубашке стояла прямо в коридоре и смотрелась в зеркало. Поправляла свои рыжие волосы и подтирала пухлые розовые губы от помады.

Что это все значит? Какого... Так...

Дыши, Оля. Только дыши.

Ярость и обида перемешались в единый коктейль.

Я не знала мне орать на нее или расплакаться. Он, мало того что не ушел, так еще и привел ее в мою квартиру? Что за нахальство? Что за бред вообще?

– Приветики, Я Лида, – девушка обернулась на меня и помахала рукой.

Вася тут же появился в коридоре в одних трусах.

– О, Ляля, здорова, – сказал он, полувнятно, ковыряясь в зубах зубочисткой.

– Что это вообще значит, мать его!? – выругалась я, захлопывая за собой входную дверь.