Текст книги "Ты передумаешь (СИ)"

Автор книги: Алёна Борисова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 42

– Поздравляю, у вас мальчик. Срок двадцать семь недель, плод развивается хорошо, никаких отклонений не обнаружено. – доктор встает из-за монитора и что-то записывает себе в журнал.

– Спасибо. Я и хотела мальчика. – вытираю со своего заметно округлившегося живота гель и сажусь напротив доктора.

– Так, витаминки перестаем пить и больше отдыхаем, Дина Сергеевна.

– Я, итак, всё время отдыхаю.

– Это прекрасно. Через три недели жду вас на приём.

– Всего доброго. До свидания.

– До свидания.

Выхожу с клиники довольная, счастливая. На улице сегодня солнечно, плюс десять градусов тепла. За что люблю Италию, так это за отсутствие снега.

Сегодня тридцать первое декабря, в России все отмечают новый год. И мы тоже не исключение. Сейчас приеду домой, позвоню родителям, приведу себя в порядок и помогу домработницам накрыть на стол. Будем с моими родителями отмечать новый год по видеосвязи. Я хотела отмечать этот праздник в Росси, но мне мой доктор не разрешил лететь на самолете.

Сажусь в машину на заднее сиденье и пристегиваю ремень.

– Домой, Виктор.

– Как скажете. Простите, что не помог сесть, я вас не заметил. – водитель трогается и мы не торопясь едем в сторону нашей виллы.

– Перестань. Я не больная, чтобы надо мной трястись, как над ребенком.

– Но…

– Никаких, но. Едем домой.

Как только машина останавливается, дверь тут же открывается и Виктор подает мне руку. Закатываю глаза, но от руки не отказываюсь.

Стоило только переступить порог дома, как чую запахи салатов. Прямиком направляюсь на кухню. Две домработницы о чем-то спорят, явно не замечая моего присутствия.

– Что у вас случилось, девочки? – на мой голос они вздрогнули и повернулись ко мне, опустив глаза в пол.

– Простите, Дина Сергеевна. Мы забыли как готовится салат, который вы сказали приготовить. И название тоже забыли, чтоб в интернете посмотреть. – вздыхаю, с улыбкой глядя на этих девушек.

– Девочки, я сама не знаю как он называется. Я его сама приготовлю. Вы идите пока готовьте остальное.

– Спасибо. – так же несмотря на меня, принимаются за другие блюда.

Никак не могу привыкнуть, что здесь никогда не готовят новогодние салаты, как в Росси.

Захожу в свою комнату, ложусь на кровать и прикрываю глаза. Интересно, закончится когда-нибудь моё сонливое состояние? Я мало того, что сплю до обеда, так ещё и к вечеру успеваю поспать и ложусь не позже десяти, потому что глаза начинают закрываться. В общем, из двадцати четырех часов в сутки, я не сплю, часов пять максимум. И как Анфиса Юрьевна меня может любить? Я ведь как невестка вообще никакая. Сплю, ем и ворчу оставшееся время. Она уже неделю как живет с нами. Её супруг улетел на две недели в командировку, а она к нам. Сказала, что отметит новый год и к себе вернется домой.

Будит меня чьё-то дыхание возле уха.

– Уйди, я хочу спать.

– Время уже поздно, пора вставать.

– Вот именно, уже поздно, зачем вставать уже?

– Дина, через два часа новый год. Просыпайся. – глаза механически открылись и я впилась недовольным взглядом в лицо Давида.

– Почему раньше меня не разбудил?

– Ты шутишь, да? – он засмеялся хриплым голосом, вызывая мурашки по моему телу. – Я к тебе уже боюсь подходить. Бужу не нравится, не бужу тоже не нравится.

– То есть я слишком ворчливая и вредная, да? – Давид медленно встает и пятится к выходу, поднимая руки в примирительном жесте.

– Я этого не говорил, ты сама придумала.

– Ах, я еще и сама себе всё придумываю? – сузила глаза и начала медленно слазить с кровати. Понимаю, что не успею догнать его, поэтому хватаюсь за живот и замираю. Давид тут же подбегает ко мне.

– Что, маленькая? Плохо? Рожаешь? Болит?

– Не болит. – хватаю его за руку и толкаю на кровать. Сама сажусь сверху и начинаю целовать глаза, щеки, губы, подбородок, нос и всё куда только могла попасть.

Давид снова смеется, а я начинаю плакать.

– Дина, ты чего? – он смотрит на меня обеспокоенно, уже без тени улыбки.

– Ты… так сексуально смеешься… – всхлипываю и начинаю плакать ещё громче.

– Да бедная ты моя девочка. – Давид смеется и гладит меня по голове. – Что же творится в твоей светлой головке последнее время?

– Не знаю. Доктор говорит это нормально, что гормоны играют. Ты меня бросишь, да? Ну из-за того, что я много психую и плачу.

– Больше никаких детей, иначе я поседею так. – услышав это начинаю реветь так, что в комнату забежала Анфиса Юрьевна.

– Что случилось, Диночка? – она переводит растерянный взгляд с меня на Давида.

– Он не хочет больше от меня детей. – утыкаюсь в грудь Давида и всхлипываю.

– Я так не говорил, маленькая.

– Давид, перестань мне девочку доводить. У неё просто сейчас гормоны играют, это нормально. Так что терпи.

– Всё нормально мам. Ты иди, мы сейчас тоже выйдем. – Давид, как всегда, выгоняет её с нашей комнаты и начинает меня успокаивать своими поцелуями.

Когда я уже пришла в себя, то Давид тут же сбежал. Пришлось принимать душ самой. Через пол часа я была уже готова. На мне золотистое блестящее платье в пол, волосы собраны в высокий хвост и немного туши.

Выхожу с комнаты и сразу сталкиваюсь с Анфисой Юрьевной.

– Дина, я доделала твой салатик с ананасами. – она замерла. – Бог ты мой, что за красавица нам досталась. Девочка моя, ты как будто принцесса из сказки. Повезло же Давиду с такой красоткой, а мне с невесткой.

– Спасибо. Вы тоже шикарно выглядите.

Дальше всё, как и полагается на новый год. Накрываем стол, усаживаемся, но за минуту до курантов, Давид выводит нас всех на задний двор, прихватив компьютер, где на связи мои родители.

Стоило нам только поставить ноутбук, как в нем забили куранты, а в небе начался салют, который образовал предложение: "Дина, стань моей женой?".

Я повернула голову на Давида, который стоял на одном колене и держал открытой коробочку с кольцом. Слезы снова покатились по щекам и вместо слов, я лишь как болванка покачала головой в знак согласия. Давид надел мне кольцо на палец, подал бокал с соком и мы все вместе чокнулись. Я видела, что обе мамы плакали от счастья вместе со мной и от этого эмоции переполняли ещё сильней.

Чуть позже, когда все немного успокоились, нам позвонили Артур с Машей. Поздравили с новым годом, пожелали кучу всего и я растрепала о предложении.

К сожалению, ребята уехали на свой остров ещё неделю назад и вернуться пока не могли. Но это не мешало нам общаться каждый день и делиться новостями.

Давид что-то расспрашивал у Артура, но что именно я не слышала, потому что полностью погрузилась в воспоминания. Начиная от того, как мы познакомились, до того, как Анджело прострелил грудь Давида. Как сказал врач, еще бы три миллиметра и пуля вошла бы прямо в сердце.

Я помню как он лежал в больнице две недели в коме. Никто не давал гарантию на то, что он выйдет с неё. Были даже предположения, что если он придет в себя, то останется инвалидом. По началу так и вышло. Давид не мог разговаривать почти неделю. Но зная его стойкий характер, его напористость и веру в себя, он не сдался. Постепенно речь к нему вернулась и буквально насильно заставил себя говорить.

Я ни о чем не жалею в своей жизни. И стараюсь не вспоминать то, что мы пережили. Но шрамы на теле моего мужчины, не дают вычеркнуть из головы те воспоминания. Я каждую ночь целую тот шрам, что чудом оказался подальше от сердца.

Давид тоже не может всего забыть, я это чувствую. Фотография Анджело висит в его кабинете. Он любил его как брата и даже после всего что произошло, не держит обиду на него. Похороны прошли без него, но Артур позаботился об этом.

Я тряхнула головой, отгоняя плохие воспоминания. Теперь всё хорошо, мы счастливы и ни за что не расстанемся.

Осталось дело за малым, познакомиться с новым членом нашей семьи.

Эпилог

Море ласкает ступни, солнце греет тело, а ветер развивает волосы. По пляжу бегают двое детей с мужчиной. Мальчик восьми лет и девочка трех лет.

Смотрю на них и не могу отвести взгляд. Они атаковали мужчину, звонко смеясь.

Ложусь на лежак и прикрываю глаза. Пусть резвятся с Давидом, пока я отдыхаю.

– Девушка, можно с вами познакомиться? – хриплый мужской голос звучит рядом со мной, спустя пару минут.

– Почему бы и нет? – не открывая глаз, отвечаю мужчине с приятным голосом.

– А можно вас поцеловать?

– Можно.

– А уединиться с вами?

– Со мной можно всё.

– Я запру тебя дома. – на эти слова я открываю глаза и начинаю смеяться. Давид делает вид, что сердится, но в глазах пляшут смешинки.

Он так изменился за эти восемь лет. И дело не только во внешности. Он изменился изнутри.

Если сравнить его тогда и сейчас, то разница ощущается не маленькая. Он стал добрее относится к людям, большую часть времени проводит с детьми и со мной, и конечно же стал нежнее. Вместо постоянных разъездов по работе, он занимается детьми, поручая всю работу своему заместителю.

Когда он сделал мне предложение, я не раздумывая согласилась, и ни разу не пожалела об этом. Через две недели мы поженились, без пышного празднования. Расписались, отметили в ресторане с близкими людьми и этим были очень довольны.

В середине марта, у нас родился сын, Леон. Роды прошли легко, без осложнений и уже на пятый день нас выписали домой. Давид старался не оставлять меня одну надолго, поэтому быстро нашел себе заместителя. Я была ему за это очень благодарна. Мы стали ещё ближе друг к другу.

Он стал помогать мне во всём, абсолютно во всем. Сам подносил мне ночью Леона, чтоб я его покормила. Сам его купал, переодевал, когда я была занята или отсыпалась после очередной бессонной ночи. Он даже не всех подпускал к сыну.

Сразу после родов, прилетели мои родители, чтоб помогать с малышом. Я была им очень благодарна, за помощь. Давид, как и я уставал, поэтому иногда нас сменяла моя мама. Через три месяца, они вернулись в Россию, а я уже могла справляться с ребенком сама. Ну как сама, с Давидом.

Когда Леону исполнилось три года, Давид начал заниматься с ним боксом. Сын был очень доволен этими занятиями и каждый день звал Давида в спортзал. Я первое время часто приходила и наблюдала за ними. Это не описать словами, как отец передает весь свой опыт сыну. Как учит его тому, что знает и умеет сам. Как нежно и в то же время строго, он указывает на ошибки Леона.

Я тогда не знала, с кем поделиться тем счастьем, что меня переполняло. Мне хотелось, чтобы каждый на земле почувствовал то, что чувствовала я, когда любовалась своими мужчинами.

Леон не был капризным, обидчивым или требовательным ребенком. Он был послушным, спокойным и во всём старался нам помогать. Спорт стал неотъемлемой частью его жизни. Он пропадал часами в спортзале и ни разу не пожаловался, что он устал. Мы поняли, что он нашел себя и не препятствовали этому. Конечно, я как мать переживала о его будущем, но старалась отгонять от себя плохие мысли.

Жизнь шла своим чередом, умеренно и спокойно. Я открыла свой магазин одежды, о котором мечтала всю жизнь. Муж поддержал меня и старался помогать во всём, хотя ничего не понимал в этом. Было очень смешно наблюдать за ним, когда я рассказывала про очередное восхитительное платье, он с умным видом слушал, а по глазам я видела, что он не понимает совершенно ничего. Но зато в документах он соображал лучше меня, чему я и научилась у него со временем.

Когда Леону исполнилось четыре года, я узнала, что у нас снова будет пополнение. У меня был срок три недели, поэтому я решила пока не говорить Давиду, а сделать сюрприз. Мне этот сюрприз обошелся в огромную сумму денег, но я не пожалела.

Я знала давно, что муж не пропускает ни одного боя самого лучшего боксера Италии, и поэтому решила попросить его о том, чтобы он объявил Давиду о скором прибавлении в нашей семье.

В тот вечер мы уложили Леона и как всегда сели в гостиной перед телевизором смотреть бой. Ох, надо было видеть лицо моего мужа, когда чемпион по боксу обратился к нему и от всей души поздравил с тем, что он второй раз станет отцом. Давид кричал от радости, целовал меня, и тогда я впервые увидела, как плачет от счастья мой мужчина. Мы плакали оба, от счастья, от любви, от того, что смогли сохранить семью и от того что скоро нас станет на одного человечка больше.

С того момента, со мной снова стали обращаться как с маленькой. Давид следил за моим питанием, не отпускал одну даже в магазин и ходил со мной на все приёмы в больницу. Но, к сожалению, эта беременность далась нам очень тяжело. В тот период Давид доказал в очередной раз, что я сделала правильный выбор, выйдя за него замуж.

Со второго месяца меня одолел жуткий токсикоз. Ко мне каждый день приезжал доктор, ставил капельницы с витаминами, потому что я не ела абсолютно ничего. Токсикоз длился до пятого месяца, я похудела на шесть килограмм. Давид беспокоился обо мне, каждый день привозил нового доктора, чтобы хоть что-то со мной сделали. Но все твердили одно и то же, что нужно подождать, это не лечится.

Когда к пяти месяцам токсикоз оставил меня в покое, началось новое веселье. У меня постоянно был тонус матки, из-за чего я лежала в больнице по две недели каждый месяц. Мне каждый месяц накладывали новые швы, хотя я не нервничала и вообще отдыхала все время.

Давид рвал и метал, ночевал со мной иногда, материл врачей и просил прощения, за то что я так мучаюсь. Я плакала целыми днями, потому что дома я за четыре последних месяца была от силы две недели. Муж привозил ко мне Леона, и мы играли с ним прямо в палате. Каждое расставание давалось нам с сыном нелегко. Леон скучал по мне и не хотел уходить, а я всё время плакала и просилась домой.

Схватки у меня начались в начале девятого месяца и длились двое суток. Мне ставили уколы, чтоб хоть как-то облегчить боли и ускорить процесс родов, но не помогало ничего. Давид настоял на том, чтобы присутствовать на родах. Я и не противилась, было не до того.

От боли я теряла сознание, приходила в себя, от того что муж кричал матом на врачей и угрожал им. Я видела его красное от злости лицо, заплаканные глаза, но не могла его успокоить, от боли всё плыло перед глазами.

Промучавшись двое суток со схватками, рожать сама я уже не могла и меня прооперировали. После родов я сутки лежала в реанимации, но к счастью, малышка родилась абсолютно здоровой. Когда перевели в палату, я не отходила от нее ни на шаг. Это был маленький ангелочек, с голубыми как небо глазами.

Два совершенно разных ребенка. Леон был копией Давида и с каждым днем всё больше походил на него, а Агата копия меня.

Когда Леон был спокойным ребенком, Агата же была полной противоположностью. Эта была очень активная девочка, которая умудрялась распеленаться в считанные секунды. Когда ей исполнилось девять месяцев, она начала ходить. Вот тогда мы все дружно занялись бегом. Её нельзя было оставить одну ни на секунду. Либо она что-то где-то крушила и ломала, либо ударялась об что-то.

Сейчас Леону восемь лет, Агате три и это самые дорогие подарки для нас с мужем. Они не разлучны, и Леон как старший брат, присматривает за Агатой и любит её всем своим сердцем.

Вообще за эти восемь лет, произошло столько всего, что даже не верится в некоторые вещи.

Я до сих не верю, что Стас и Далия поженились. Когда я родила Леона, Далия приехала нас поздравить, так мы и познакомились с ней. Так же поздравить нас приехал Стас, потом мы поехали к нам, где все дарили подарки и поздравляли. Там они и познакомились. В следующий раз они встретились, когда Леону исполнился год. Тогда у них и закрутился роман. Они переехали в Россию и воспитывают сына Платона. Я благодарна Далие, за то что она не держит на меня зла и искренне рада нашему счастью. Чтобы понять, счастлива ли она со Стасом, достаточно просто на них взглянуть. Счастливые, влюбленные и безумно красивые.

Маша с Артуром, стали нашей второй семьей. Правда последнее время мы видимся редко, так как они заняты воспитанием близнецов. Пол года назад Маша родила двух девочек близняшек. Они долго пытались зачать ребенка, но у них никак не получалось и вот спустя столько лет, они стали родителями ещё двух девочек. Давид всегда смеется над Артуром, что он всю жизнь не связывал себя отношениями, а тут сразу четыре дамы и все его. Лана его просто обожает, хотя и не называет папой. Она уже взрослая стала, поступила в университет на преподавателя итальянского языка. Этот язык её так впечатлил, что она за пол года научилась на нем разговаривать так, как я за восемь лет не научилась.

В общем, жизнь сложилась лучше некуда, однако не у всех. Лариса так и осталась одна, она до сих пор ищет богатого, красивого и чтобы закрывал глаза на ее гулянья. Был у нее один мужчина, но она уже через месяц наставила ему рога.

А вот Юлька молодец. Она нашла себе какого-то фотографа и укатила с ним в Испанию.

Ну в общем, мы все счастливы. Конечно, мы с Давидом ругаемся иногда, да так, что летит посуда, но зато примирение происходит горячо и страстно.

– О чем задумалась, маленькая? – голос Давида вывел меня из воспоминаний.

– О том, что я самая счастливая женщина на всей планете.

– Я люблю тебя, моя любимая и самая лучшая жена на свете.

– И я тебя, мой самый лучший муж.

Давид наклонился и поцеловал меня в губы, отчего тут же по телу пробежала дрожь.

Счастье есть, и наша история тому пример.

Конец