Текст книги "Ефим, или Убийство бездомного"

Автор книги: Алёна Андреева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

– Чего ко мне-то пришли?

– А где ваша собака? – спросила Лиза, нелепо оглядываясь по сторонам, будто большая овчарка могла прятаться за холодильником.

– Спит, – коротко ответил Геннадий Викторович.

– Понятно, – Лиза не знала, что говорить. Он вдруг поняла, что пришла к Кожевникову просто так, без видимых на то причин. По крайней мере, в голове не было вопросов, ответы на которые ей мог бы дать Кожевников, – давно тут?

– Думаю, на следующей неделе уеду, – отрапортовал Кожевников.

– Слышали про дело Новикова?

– Да.

– Мне кажется, папа бы обязательно нашел убийцу. Ему просто Козырев помешал, а потом все выяснилось…

– Что выяснилось? – напрягся Кожевников.

– Что это Козырев папу подставил. И бомжа, скорее всего, сам убил.

На мгновение у Кожевникова на лице появилось странное выражение лица: то ли восторженное, то ли испуганное.

– А вы что не знали? – нарушил тишину Костя.

– Нет. Откуда?

– Но ведь вы сюда приехали… – начала Лиза. Она уже поняла, что сболтнула лишнего.

– Я отдыхал. Люблю этот район. Море чище и пенсионеров много, – Кожевников говорил так, будто читал заранее выученный текст.

– Простите, Геннадий Викторович, а вы с Козыревом знакомы?

– Слушай, Лиза, я думал, вы пришли поблагодарить меня за то, что я спас вашу знакомую. Так что повторю совет, который давал вам ранее: валите отсюда подобру-поздорову, пока никто не просек, где вы и чем занимаетесь. У тебя, – обратился он лично к Елизавете, – такой длинный нос, что я бы давно его уже отстриг.

Лиза обиделась. Но полковнику решила ничего не говорить: он ей годится в дедушки, старше по званию, да и вообще старым баранам без толку объяснять что-то про чувства подростков.

Дети встали из-за стола и молча пошли обуваться. Кожевников открыл им дверь. Ребята уже почти ушли, как вдруг Костя повернулся и сказал:

– А у вас дети есть?

– Сын.

– Ясно. Всего хорошего.

Кожевников закрыл за Костей и Лизой дверь.

Глава 12

– Я сразу почувствовал, что с этим полковником что-то не то…

Лиза была чернее тучи и даже не посмотрела на Костю. Он продолжил:

– Ты слишком доверчивая иногда бываешь.

Лиза остановилась посреди дороги и закричала:

– Как вы меня все бесите сегодня! Постоянно указываете, какой мне надо быть и какой не надо…

Костя прекрасно понимал, как трудно жить, когда внутри бушуют гормоны, поэтому вместо того, чтобы продолжать спор, спокойно сказал:

– Остынь. Ты поняла, кто сын Кожевникова?

Лиза попыталась напрячь мозги, но её так волновало отношение окружающих к её личности, что в голову не приходила ни одна подходящая мысль. Костя решил ей помочь:

– У Козырева какое отчество?

– Геннадьевич.

Костя выжидательно посмотрел на Лизу, ожидая аплодисментов и рукоплесканий. Вместо комплиментов Лиза сказала:

– С чего ты взял, что он его сын? Стремная теория.

– Сама ты стремная. Не разрешаешь называть себя доверчивой, а меня критикуешь.

– Даже если это его сын, мы можем проверить по базе. Пойдем к Левченко. А то он там уже с ума, наверное, сошел, прочищая желудок.

Когда дети вошли в квартиру, Левченко сидел на кухне и пил воду из трехлитровый банки.

– И ты, Брут? – сказал он Косте.

– Я ни при чем, – улыбнулся Костя, снимая правый кроссовок, – это все она.

– Юра, хватит себя мучить. Никакое снотворное я тебе не подмешивала. Просто решила отвлечь внимание, чтобы из квартиры уйти.

Юра дышал тяжело и медленно, как бык на корриде. Лиза пыталась разрядить обстановку:

– Знаешь, в йоге есть такая крийя. Кунджала, называется. В переводе «крийя тигра». Это когда тигр лишние остатки еды срыгивает. А йоги так желудок чистят, чтобы энергетику повышать. Я тебе хочу сказать, что ты, Юра, молодец. Почистил свою энергетику.

– Ефимова, помолчи. Ты не знаешь, какие я испытания перенес.

– Сейчас я тебе картошку пожарю, и все пройдет. Пусть лучше тебе гений частного сыска расскажет свою невероятную теорию.

Юра непонимающе заморгал. Лиза уточнила:

– Я про Костю говорю.

Через минуту они втроем сидели у монитора и читали досье на Козырева.

– Не сходится! – восторжествовала Лиза, – Козырева воспитывала мать-одиночка.

– Вообще-то, отец у него был в любом случае, – Костя защищал свою гипотезу, – он мог найти его, раз-два, и рассчитаться с ним за прошлое. А Кожевников, опа, все понял и решил начать жизнь заново, поэтому и приехал сюда.

Юра и Лиза молча смотрела на взволнованного друга.

– Подожди, – начал Юра, – зачем тогда Козыреву подставлять отца Лизы?

– Вот, именно, – поддакнула Лиза, – что-то тут не сходится.

Трое помолчали ещё минуту.

– Ладно, – сказала Лиза, – мальчики, вы чистите картошку, а я позвоню папе. Узнаю, как у него дела.

Глава 13

Вскоре Лиза вернулась на кухню:

– Странно, папа трубку не берет.

– На вызове, наверное, – сказал Левченко, с увлечением выковыривая из картошки глазки.

Лиза плюхнулась на диван и, осмотрев ребят с таким видом, будто они ничего важного не делают, сказала:

– План у нас какой?

– Поедим, а там и подумаем.

– Прекрасно. А преступник на свободе разгуливает…

– Какой преступник? – уточнил Юра.

– Вот именно, что я не знаю, какой.

– Лиза, – начал Костя, – мы уже к Кожевникову сходили: как дураки, посидели и ушли. Ничего толкового не узнали. Я это к тому, что тебе тогда тоже хотелось лишь бы что сделать. Давай спокойно посидим: того гляди все само собой решится.

– Согласен, – Левченко чавкал сырым картофелем.

Ефим и сама в душе понимала, что лучше посидеть и подождать. Мчаться было некуда: папа не брал трубку, поэтому она не знала, как обстоят дела с Козыревым. К Кожевникову тоже бесполезно смотались. А вот посидеть на кухне с друзьями, попить чай – это всегда пожалуйста…

Мысль Лизы оборвал звонок. Ефим не любила, когда мысли обрывались, будто их отрезали тупыми ножницами.

– Кто там? – спрашивать было необязательно, Ефим уже посмотрела в глазок и увидела там Танюху. Женщина стояла испуганная и запыхавшаяся.

– Лизок, открой.

Ефим впустила в квартиру женщину. Лиза ещё месяц назад дала Тане домашний адрес на случай экстренных обстоятельств. Каких – Лиза не уточняла, ей просто хотелось помочь Корнеевой.

У женщины никак не проходила отдышка. Лиза принесла стакан воды.

– Что с тобой?

– Меня сейчас чуть не прикончили…

– Кто?

– Кто-кто? Отец твой.

Из кухни выглянули Костя и Юра.

– Здрасьте, – кивнула им Татьяна.

Лиза забрала у неё стакан:

– Ты от папы убегала?

– Нет, к тебе торопилась, пока меня отец твой в камеру не посадил.

– Слушай, прятаться в его собственной квартире не лучшая идея…

– Лизок, погоди. Пожрать есть что?

Юра крикнул с кухни:

– Почти готово.

– Фух, – выдохнула Таня, – голодная, как волк.

Вчетвером они умяли жареную картошку, приготовленную Юрой. Когда тарелки опустели, Таня заговорила:

– Сижу в «Круизе», никого не трогаю, залетает батя твой…

– Когда это было?

– Да вот только.

– Ты что все это время сидела в «Круизе»? – удивилась Лиза.

– А что мне ещё делать? – с вызовом сказала Таня, – так вот. Залетает батя и начинает допытываться, в какой шапке ходил Новиков. Вот мне делать больше нечего, как только шапки запоминать!

Костя про себя улыбнулся. Таня продолжала:

– Я говорю: «Начальник, не помню». А он мне все: «Корнеева, вспоминай, вопрос жизни и смерти». Я говорю: «вроде в красной». Он тогда, хрясь, кулаком о стол и убежал. А я сразу к вам.

– А за что он тебя посадить должен? – не поняла Лиза.

– Как за что? А если я перепутала, и у него вообще шапки не было? – возмутилась Киреева.

– Странно, – сказал Левченко, – к нам Новикова привезли в шапке, но зелёной. Там ещё сбоку вышит был какой-то «абибас».

– Слушай, – Таня наклонилась чуть вперед, поближе к Левченко, и уперлась большой грудью в стол, – честное слово, я не помню, но, по-моему, красная…

– Гражданка, да вы не бойтесь. Если вы перепутали, вас никто в тюрьму не посадит.

– А за дачу ложных показаний? – чуть не всхлипнула Таня.

Все погрузились в свои мысли. Левченко размышлял о шапках, Таня о тюрьме, Лиза об отце, а Костя… Костя рассматривал солонку.

– Может, позвоним матери Козырева? – предложил он.

Лиза умоляюще посмотрела на Левченко. Юра аж вскочил:

– Не смотрите на меня так! – закричал он, – я не поддамся.

Костя достал из рюкзака ноутбук:

– У нас и у самих Интернет есть, – сказал он, – номер Козыревой найдем.

Лиза погладила Юру по плечу:

– Ты не переживай. Я папе скажу потом, что мы тебя в туалете заперли, и сами узнали, кто отец Козырева.

– Нет уж, – нахохлился Левченко, – разговаривать с матерью буду я. У вас в этом деле опыта нет.

– Ой, какие мы важные, – Лиза закатила глаза, но на деле обрадовалась. Разговаривать со свидетелями, а тем более с матерями подозреваемых, девочка ещё стеснялась.

Таня доедала то, что осталось в сковороде, и думала, всыплет ей Ефимов за то, что она сидит у него дома или нет.

Глава 14

– Алло, – голос Козыревой звучал глухо, будто она говорила из подвала.

– Здравствуйте, кхм, Марина Геннадьевна?

– Да, а кто говорит? – спросила женщина.

– Это капитан Левченко, Юрий Андреевич. Вы можете ответить на пару вопросов?

– Что-то с Никитой? – у Козыревой дрогнул голос.

– Нет-нет, не переживайте. Мы насчет его отца, – затараторил Левченко.

– А что с Серёжей?

– С Серёжей?

– С Серёжей??? – громким шепотом переспросили дети.

– Вы сказали, что звоните насчет отца Никита. Так что с ним? – женщина говорила уже спокойнее.

– Простите, – Юра, как сапер, ищущий мину, подбирал слова, – Серёжа – ваш бывший муж?

– Нет, мы не были женаты. Он меня бросил, когда я забеременела, – на том конце провода послышался громкий выдох.

– Хорошо, то есть совсем не хорошо, то есть… – Юра занервничал.

– Капитан, в чем дело? – спросила женщина.

– Честно говоря, хотел узнать, как зовут отца Никиты Геннадьевича, – Юра понял, что это прозвучало глупо.

– Геннадием звали моего отца. А отца Никиты зовут Серёжа, то есть Сергей. Сергей Новиков.

– Сергей Новиков? – повторил Юра.

– Новиков??? – как попугаи, повторили дети. Юра зашикал на них.

– В чем, собственно, дело? – женщина говорила уже с возмущением.

– Спасибо за информацию, – Юра бросил трубку. Он подумал, что не нужно тревожить женщину раньше времени. Тем более нелепо оправдываться за неумение разговаривать с людьми по телефону. Это, между прочим, в его обязанности не входило.

Он выдохнул и залпом выпил стакан фильтрованной воды.

– Хорошо, что с твоего номера звонил, – подмигнул Левченко Косте.

– То есть Новиков – это отец Козырева? – Лиза решила проверить, все ли все поняли.

– Ефимова, не при свидетелях, – кивнул Юра в сторону Тани.

Таня смущенно обернулась и уже пошла в сторону двери, но Лиза остановила её и сказала Юре:

– Танюхе можно доверять.

– Какой ужас! – прошептал Юра и налил себе ещё воды.

– Слушайте, – сказал Костя, – я, кажется, понял, про какой дом он говорил перед смертью. С Новиковым, наверное, сын связался и предложил переехать к себе.

Все снова уставились на Костю, будто он ляпнул глупость.

– Не надо на меня так смотреть! Это просто рабочая версия, – медленно проговорил парень.

– Надо папе сказать! – Лиза потянулась к телефону.

– Нет, – сказал Левченко, – есть идея получше.

Через четырнадцать минут Левченко, Костя, Лиза и Таня подъехали на машине к отделению полиции. Таню взяли с собой, чтобы она следила за детьми.

Левченко встретил Козырева в кабинете Ефимова:

– Здравствуйте, Никита Геннадьевич, – поздоровался Юра.

– Чем обязан, Левченко?

– Я все знаю про вашего отца, – Юра решил блефовать.

– Рад за вас. Только вот я почему-то ничего и не знаю.

Юра, забыв про все уставы, протоколы и предписания, решил взять быка за рога:

– Ведь убитый – ваш отец?

Козырев замер с бумагой в руках и не глядя на Левченко сказал:

– С чего вы взяли?

– Мне ваша мать сказала, – Левченко вел себя как сама невинность.

– Интересно. А с какого это мавзолея вы, Левченко, с моей матерью разговаривали? Надеюсь, вы ей не ляпнули про смерть Новикова?

– Нет, товарищ капитан. Во-первых, я не ляпаю, – Юра нахохлился, – а во-вторых, про Новикова Марине Геннадьевне ничего не сказал. Просто хотел проверить рабочую теорию.

– Поздравляю вас, – усмехнулся Козырев, – все, проверили?

– Так он ваш отец?

– Да.

В кабинет ворвалась Лиза, из-за её спины выглядывали Костя и виновато улыбающаяся Танюха.

Лиза подбежала к Козыреву:

– То есть вы приехали не для того, чтобы подсидеть моего отца, а чтобы найти убийцу вашего?

– Что за детский сад? Левченко, почему в отделении несовершеннолетние?

– Никита Геннадьевич, – взмолилась Лиза, – не время обращать внимание на такие мелочи. Если сейчас мы не поможем друг другу, произойдет ужасная ошибка.

Козырев вызвал дежурных. Те вытащили брыкающуюся Лизу и вывели из кабинета Левченко, Костю и Таню.

– Эту, – Козырев показал на Таню, – задержать. Она меня с утра чуть не укусила.

– Ах ты жук! – закричала Киреева.

– Вы не там роете, – орала Лиза, – папа не виноват! Он никого не убивал!

– Это мы ещё посмотрим, – сказал Козырев, возвращаясь к бумагам.

– Девочка права, – осмелел Левченко, – Кожевников в городе.

Никита Геннадьевич приказал отпустить Юру. Лейтенант усадил капитана за стол и приказал рассказывать все, что он знает.

Дверь открылась, и в кабинет вошел Ефимов. На нем, как обезьянка, повисла Лиза, а рядом стоял Костя.

– В чем дело, Козырев? Почему вы командуете в моем отделении? И что вы, собственно говоря, делаете в моем кабинете?

Глава 15

– Нельзя просто так прийти к Кожевникову и обвинить его в убийстве, – размышлял Козырев.

В кабинете Ефимова сидели Андрей Валерьевич, его дочь, Костя и Козырев. Левченко убежал, как только пришел начальник, выкатив глаза и размахивая руками. Ефимов подумал, что Юру пора отправить в отпуск.

– А вы когда-нибудь встречались со своим отцом? – спросил Костя у Козырева: решил проверить свою гипотезу.

– Да. Месяц назад мать призналась, что Новиков – мой отец. Узнал, как он живет, решил о нем позаботиться. Даже пообещал, что долги выплачу и он в Краснодар вернется.

– Вот! – довольно сказал Костя, – я же говорил.

Лиза толкнула его локтем: не время для позерства.

– Может, – начала Ефим, проверим покупки Кожевникова в Интернете? Он мог заказать водку на каком-нибудь сайте.

– Как ты себе это представляешь? – Козырева раздражало, что в дело лезли дети.

– Если заполучим компьютер Кожевникова, то что-нибудь раздобыть сможем, думаю.

– Он наверняка подчистил следы, – вредничал Никита Геннадьевич.

– Вы даже не попробовали! – возмутилась Лиза.

Левченко ворвался в кабинет, громко стукнув дверью о стену:

– Нашел!

– Следы? – спросил Костя.

Левченко его не слушал. Он совал Ефимову бумажку.

– Я вспомнил, что Танюха сказала про шапки. Мол, шапка другая была.

– Да-да, она тоже мне это говорила.

– Шапка на Новикове была явно не новая, а раз она не его, то я решил проверить, вдруг там ещё чьи-нибудь волосы остались.

– Юра, ты гений! Кожевников?

– Кожевников, – кивнул Левченко с чувством выполненного долга.

– Так, теперь появились основания для допроса, – Козырев поспешно надевал куртку, – выезжаем?

Ефимов кивнул.

– Дети, вы с Юрой. Юра, проследи, чтобы они поели. – подполковник дал очередные указания.

– Как всегда. На самом интересном месте – дети с Юрой.

Ефимов поцеловал дочь в макушку и вышел из кабинета вместе с Козыревым.

Глава 16

Кожевникова привезли в отделение через двадцать минут. Детей заранее отвели в столовую, чтобы не мешались под ногами.

Геннадий Викторович признался, что убил Новикова, показал, у кого купил водку, и даже вернул шапку убитого.

– Зачем? – спросил Козырев.

– Зачем убил? – неловко улыбаясь, уточнил вопрос задержанный.

– Зачем шапками менялись?

– Мы когда выпивали, Серёже так шапка понравилась. Завел шарманку отдай да отдай. Сказал, что ему зелёный цвет больше к лицу.

– А убил зачем? – спросил Ефимов.

– По-моему и так все понятно. Тебя бы спихнули с должности. Делом бы занялся Козырев. Место хорошее: он бы сюда перешел, а я к себе вернулся.

– Дурак, – сквозь зубы рыкнул Козырев.

– Да, план у тебя, конечно… Ты случайно в маразм не впал? – Ефимов что-то записывал на столе и говорил, не глядя на Кожевникова.

– Ты, начальник, – Кожевников усмехнулся, – за базаром следи. Думаешь, самый умный? Засадить за решетку все равно не получится.

– Почему же? – спросил Козырев.

– Дураки вы, – сказал Геннадий Викторович, – неужели я бы все выложил, не зная, что скоро сдохну?

В этот момент Кожевников с грохотом упал на пол.

– Я не понял, что это такое было, – Ефимов посмотрел на Козырева.

– Гад! Наверное, того же водки хапнул. Скорую вызывай!

Через три минуты примчалась скорая помощь. Лиза напряглась, услышав во дворе сирену.

– Зачем это? – спросила она.

– Выстрелов вроде не было… – сказал Костя.

– Может, дяде старому плохо стало, – Левченко попытался разрядить обстановку.

Дети тут же помчались в кабинет Ефимова. Кожевникова уже увезли в больницу. Козырев и Андрей Валерьевич стояли у раскрытого окна.

– Что случилось? – хором закричали трое.

– Отравился. Вряд ли откачают.

Козырев кинул в окно бычок, помолчал немного и сказал:

– Ладно, поеду я домой. Денек тот еще.

– Никита Геннадьевич, – подошла к нему Лиза, – примите мои соболезнования.

Девочка расплакалась и крепко-крепко обняла Козырева за талию. Она простила Новикова и ничего не стала рассказывать Козыреву о Белке. Лейтенант улыбнулся.

Ефимов пожал руку новому знакомому, Юра и Костя кивнули.

Лейтенант вышел из кабинета и понял, что пора и ему завести семью. Так крепко его ещё никто не обнимал.

Глава 17

На следующий день после школы Ефим с Костей пришли в полицию.

Ефимов сидел в своем кабинете хмурый, проверял какие-то бумаги. Левченко сидел напротив, положив нога на ногу и помешивая ложкой давно остывший чай.

– Есть новости? – спросила Лиза, бросив сумку у двери.

– Кожевников скончался, – сказал Ефимов, – дело закрыто.

Лиза и Костя, не зная, что сказать, переглянулись.

– Но есть и хорошие новости, – улыбнулся Левченко, – Таня теперь будет в полиции работать. Сама проявила инициативу.

– Следователем? Потому что она про шапки сказала? – Лиза, когда волновалась, несла удивительно глупые вещи.

– Нет, уборщицей. Встретили её в коридоре?

Дети мчались к Ефимову с такой скоростью, что времени смотреть по сторонам не было.

– А что теперь? – с надеждой спросила Лиза.

– Что?

– Нам будет награда за отвагу?

– За какую отвагу? – удивился Ефимов.

– Мы первые к Кожевникову пошли, – осмелел Костя, – сразу поняли, кто преступник.

Ефимов засмеялся.

– И что же вы хотите, герои?

– Пап, разреши нам с Костей к Юре иногда приходить. Он нас учить будет. Всякие отпечатки показывать, анализы проводить…

– О господи.

– Ну пап!

– Лиза, я же сказал, что тебе пока рано!

– А может все-таки можно, Андрей Валерьевич? – попробовал удачу Левченко.

– Юра, так, держи путевку в отпуск, – Ефимов дал ему пустой белый лист, – иди в бухгалтерию, там тебе все подпишут и выдадут.

– Какой отпуск? Я никуда не собирался!

– Как какой? Только что все уши мне прожужжал про него, – Ефимов подошел к Левченко и начал выталкивать его из кабинета, – давай-давай, иди! В Москву съездишь, в цирк сходишь, обогатишься культурно…

Дверь за Левченко захлопнулась. Ефимов вернулся за стол, поправил мундир и сказал:

– Пусть сначала своих детей родит, а потом моими занимается.

Лиза улыбнулась Косте, и дети пошли в Юрину лабораторию. На химии непонятно объяснили про растворимость солей.