Текст книги "Сталин против Троцкого"

Автор книги: Алексей Щербаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Поезд «Льва революции»

Часто его называют бронепоездом. Это неверно. Бронепоезд – это сооружение, предназначенное для непосредственного участия в боевых действиях. И передвигаться в нем не более комфортно, чем в БТРе.

На поезде Льва Давидовича в бой идти не стоило, он был предназначен для других целей. Хотя в его составе и имелось два бронированных пулеметных вагона. Остальные вагоны были блиндированные – то есть укрепленные стальными листами. Но вместо щелей-бойниц там были нормальные окна.

«Поезд Троцкого, в котором он провел около двух с половиной лет, был экстренно сформирован 7 августа 1918 г. из двенадцати четырехосных вагонов. В основном это были пассажирские вагоны 1-го класса и салон-вагоны. Кроме штабного, в поезде Троцкого расположились секретариат, телеграф, электростанция, библиотека, типография и баня. Вначале личный состав насчитывал 250 человек, включая латышских стрелков, личную охрану, шоферов и путевых рабочих. Кроме того, в состав был включен царский вагон-гараж.

(Троцкий имел несколько автомобилей, а временами даже два самолета.) Контингенту поезда (так называемым „поездникам“) по его инициативе выдавались высокие оклады и кожаное обмундирование с крупным металлическим знаком на левом рукаве, специально отчеканенным на Монетном дворе…

Поезд Троцкого был на полном автономном обеспечении всем необходимым, в том числе средствами тяги. В условиях разрухи, когда до 70 % паровозов относились к категории „больных“, часто применялась так называемая „турная езда“, при которой локомотивы с бригадами прикреплялись к отдельным поездам. Машинисты, помощники и кочегары, как и слесари-ремонтники, жили в турных вагонах, включаемых в состав сразу за паровозами. Тягу поезда Троцкого долгое время обеспечивали два паровоза серии Ку»[38]38
  http://tehno-science.ru/history-816.html


[Закрыть].

Подробнее стоит остановиться на входившем в состав поезда салон-вагоне № 432, в котором ездил Троцкий. Существует легенда, что он прихватил этот вагон у кого-то из великих князей. Это не так. Легенда родилась, возможно, потому, что многие красные командиры, посещавшие вагон, до революции ездили по железной дороге только третьим классом, и их обескураживало богатство отделки.

На самом-то деле салон-вагоны в Российской империи были очень распространены. Их имели все большие начальники, которым по роду службы приходилось много ездить. Например, железнодорожники.

Что из себя представлял салон-вагон? Это был пульмановский вагон. (То есть четырехосный, напоминающий современные пассажирские). В нем располагалось большое «генеральское» купе размером в два обычных с персональным туалетом, двухместное и четырехместное купе для сотрудников и кухня. Самой главной особенностью был собственно салон, зал для заседаний, распложенный в конце вагона. «Глухого», заднего тамбура не было, зато в торце вагона имелось большое окно. Согласитесь, очень удобное сооружение – жилье и офис на колесах. Отделаны салон-вагоны были и в самом деле богато – царские власти для своего начальства денег не жалели. Другое дело – Троцкий мог всю эту роскошь убрать. Но не убрал. Впрочем, не он один. Многие большевики, дорвавшись до власти, стали проявлять слабость к «буржуазным излишествам». Кстати, с питанием в поезде Троцкого дело обстояло тоже очень неплохо.

Подумал Троцкий и об имидже сотрудников своего поезда.

«Поезд был не только военно-административным и политическим, но и боевым учреждением. Многими своими чертами он ближе стоял к бронированному поезду, чем к штабу на колесах. Да он и был забронирован, по крайней мере, паровозы и вагоны с пулеметами. Все работники поезда без исключения владели оружием. Все носили кожаное обмундирование, которое придает тяжеловесную внушительность. На левом рукаве у всех, пониже плеча, выделялся крупный металлический знак, тщательно выделанный на монетном дворе и приобретший в армии большую популярность».

(Л. Д. Троцкий)

Да, уж, с художественным вкусом у Троцкого дело обстояло хорошо. Он понимал, что такое имидж, хотя такого слова в России еще не было. Отряд затянутых в кожу людей в самом деле выглядит «круто». Как установили ученые, кожаная одежда вызывает подсознательный рефлекс: этот человек агрессивен. Недаром кожанки так полюбились чекистам. Хотя такие куртки не являлись их униформой. Это была своеобразная корпоративная мода[39]39
  Кстати, в Третьем Рейхе сотрудники гестапо тоже носили кожаные плащи. И это мода.


[Закрыть]. Впоследствии доведенную с точки зрения эстетики до логического конца кожанку, «косуху» полюбили поклонники «тяжелой» музыки и байкеры.

Сам Троцкий в описываемое время ходил в кожаном пальто с красной подкладкой. Если учесть его внешность, схожую с оперным Мефистофелем, выглядело это эффектно…

В поезде издавалась собственная газета «В пути». А как же! Все-таки Троцкий был не самым плохим журналистом.

«Газета „В пути“ распространялась по штабам армий, дивизий, бригад, полков и раздавалась также непосредственно красноармейцам на вокзалах, перепечатывалась в армейской, местной прессе и распространялась… по всей линии следования поезда. Это рассеивало нарочно распускаемые нелепые слухи о наступлении врага и другие небылицы, и укрепляло наш тыл».

(Н. А. Петерсон, начальник поезда Троцкого)

Вообще пропаганде Троцкий уделял серьезное внимание. В телеграмме Ленину он пишет: «Я строю организацию в расчете на длительную войну. Нужно эту войну сделать популярной. Пошлите сюда корреспондентов, Демьяна Бедного и рисовальщика». А что – благо есть и условия для пребывания творческих людей.

В той же телеграмме говорится: «Вчера я отправил в санитарном поезде в Москву контуженого матроса Калитаева, начальника бронированного поезда. Нужно имя его популяризировать, напечатать его фотографии».

Как видим, к делу агитации и пропаганды Троцкий подходил очень ответственно.

Имелась в поезде и еще одна своеобразная структура – так называемый подарочный отдел. Орденов в РСФСР еще не было – первоначально их отмели как пережиток. Но бойцов требовалось двигать в бой не только кнутом, но и пряником. Красноармейцев надо было награждать. И награждали. Чем придется. В том числе – разными цацками, изъятыми у «буржуев». Для этого-то и завели подарочный отдел. Вот любопытный документ.

«Приказ

По поезду Председателя Революционного совета Республики

№ 90

12 августа 1919 г.

§ 4

Принято членом подарочной комиссии тов. Кузнецовым согласно копиям протоколов Председателя военно-полевого трибунала тов. Киселиса для передачи в комиссию „Красный Подарок“:

1) золотые мужские закрытые часы с боем – 1;

2) золотые мужские закрытые часы с золотой цепочкой и брелоком – 1;

3) золотой мужской с камнями перстень – 1;

4) золотое обручальное кольцо тяжеловесное – 1;

5) золотая дамская шейная для муфты цепь – 1.

Записать на приход по приходно-расходной книге красных подарков.

Справка: копия ведомости члена тов. Кузнецова.

Начальник поезда Петерсон».

На этом-то поезде Троцкий прибыл в Свияжск, где стал наводить порядок.

Используя западный опыт

Направляясь в район формирования армии, Троцкий издал приказ, в котором демонстрировал, что шутить он не станет.

«Я предупреждаю: мы не отступим перед врагами народа, агентами иностранного империализма, наемниками буржуазии. В поезде Народного комиссара по военным делам, где пишется этот приказ, постоянно работает военный революционный трибунал…. у которого неограниченные полномочия в зоне этой линии железной дороги. В этой зоне объявлено осадное положение. Товарищ Каменщиков, которому я поручил оборону линии Москва – Казань, приказал создать концентрационные лагеря в Муроме, Арзамасе и Свияжске… Я предупреждаю ответственных советских служащих во всех районах военных действий, чтобы они проявляли двойное усердие. Советская Республика будет наказывать беспечных и преступных служащих столь же сурово, как и ее врагов… Республика в опасности! Горе тем, кто прямо или косвенно усугубляет опасность».

Но о репрессиях я скажу немного дальше. С помощью голого насилия организовать что-то было невозможно по определению. Коммунистов ведь было ничтожно мало. И никто бы не помешал красноармейцам их перебить и разбежаться – или перейти на сторону противника. Что нередко и делали. Так что главным оружием Троцкого было слово. Вот тут-то его ораторский талант развернулся по полной. Троцкий выступал много и часто. Он выработал целый ритуал своих выступлений.

Обычно Троцкий запаздывал к выступлению. Появившись, он стремительно вырывался на сцену. Резким движением он распахивал свое кожаное пальто, так что мелькала красная подкладка, и на мгновение замирал. По свидетельству очевидцев, такое появление Троцкого вызывало эффект, подобный выходу на сцену популярной рок-группы. Зал разражался аплодисментами. Лев Давидович начинал речь. Причем он, в основном, давил на эмоции, идейное содержание сводилось к лозунгам, зато Троцкий завораживал слушателей грандиозными картинами борьбы. Слушатели ощущали себя участниками великих событий. Очень любил Троцкий и такой прием. Внезапно он начинал обращаться к какому-нибудь конкретному солдату.

«Брат! Я такой же, как ты. Нам с тобой нужна свобода – тебе и мне. Ее дали нам большевики (показывает рукой в сторону красных позиций). А оттуда (резкий выброс руки в сторону белых позиций) сегодня могут придти белые офицеры и помещики, чтобы нас с тобой вновь превратить в рабов!»

Троцкий мог вручить этому солдату, например, свой пистолет.

Заводилась толпа очень серьезно. Люди и в самом деле были готовы идти и умирать. Заканчивал Троцкий конкретным лозунгом. В описываемое время это был призыв: «На Казань!»

Что-то знакомое? Ну, да. Адольф Гитлер никогда не видел выступлений Троцкого, но он своим умом дошел до примерно тех же ораторских приемов. Ничего удивительного в этом нет. ХХ век – эпоха массовых движений. Что удивляться, если разные вожди додумывались до одного и того же?

Приказы написаны в характерном для Льва Давидовича трескучем пафосном стиле: «Мы боремся сейчас из-за величайшей задачи, какую когда-либо знало человечество. От взятия Казани зависит дальнейший ход войны, от хода войны зависит судьба рабочего класса России и всего мира».

Вот так. Ни больше, ни меньше.

Эффект от работы Троцкого был сильным.

«В течение тех 25 дней, которые тов. Троцкий провел в Свияжске, была проделана огромная работа, которая превратила расстроенные и разложившиеся части 5-й армии в боеспособные и подготовила их к взятию Казани».

(С. И. Гусев, член РВСР)

Но дисциплину Троцкий наводил не только речами. Вот его приказ от 24 ноября 1918 года:

«1. Всякий негодяй, который будет подговаривать к отступлению, дезертирству, невыполнению боевого приказа, будет расстрелян.

2. Всякий солдат Красной Армии, который самовольно покинет боевой пост, будет расстрелян.

3. Всякий солдат, который бросит винтовку или продаст часть обмундирования, будет расстрелян.

4. Во всякой прифронтовой полосе распределены заградительные отряды для ловли дезертиров. Всякий солдат, который попытается оказать этим отрядам сопротивление, должен быть расстрелян на месте.

5. Все местные Советы и комитеты бедноты обязуются со своей стороны принимать все меры к ловле дезертиров, дважды в сутки устраивая облавы: в 8 часов утра и в 8 часов вечера. Пойманных доставлять в штаб ближайшей части и в ближайший военный комиссариат.

6. За укрывательство дезертиров виновные подлежат расстрелу.

7. Дома, в которых будут открыты дезертиры, будут подвергнуты сожжению.

Смерть шкурникам и предателям!

Смерть дезертирам и красновским агентам!»

Тут мы подошли к популярной теме – «Троцкий – отец заградительных отрядов». Вообще-то это не совсем так. Но давайте разберемся. Термин «заградительный отряд» имеет очень разные значения.

В Гражданскую войну так называли бойцов, дежуривших на железнодорожных станциях и въездах в большие города. В их задачу входило обеспечивать введенную большевиками продовольственную монополию – отлавливать «мешочников», то есть тех, кто пытался протащить в города продовольствие в обход государства. Троцкий к этому вообще отношения не имеет. Такие заградотряды подчинялись наркомату продовольствия, которым руководил Александр Дмитриевич Цурюпа.

Кстати, почитайте роман Эриха Мария Ремарка «Возвращение», рассказывающий о Германии после Первой мировой войны. Там описаны те же самые заградотряды.

Заградительными отрядами называли и формирования, находящиеся в ближайшем тылу и отлавливавшие дезертиров. Их применяли в Первую мировую войну все воюющие армии. Так, в германской армии этим занималась полевая жандармерия, во французской – военная жандармерия, в российской – казачьи части.

Ну, и, наконец, главное – отряды с пулеметами в тылу у наступающих солдат.

«По-видимому, во многих случаях заградительные отряды сводят свою работу к задержанию отдельных дезертиров. Между тем во время наступления роль заградительных отрядов должна быть более активной. Они должны размещаться в ближайшем тылу наших цепей и в случае необходимости подталкивать сзади отстающих и колеблющихся. В распоряжении заградительных отрядов должны быть по возможности грузовик с пулеметом, или легковая машина с пулеметом, или, наконец, несколько кавалеристов с пулеметами. Предреввоенсовета Троцкий».

Но! Тут Троцкий не придумал ничего нового! Эта практика была чрезвычайно распространена во Франции во время Первой мировой войны. К примеру, во время уже упоминавшейся «Мясорубки Нивеля» в тылу у наступавших французских частей располагались сенегальцы с пулеметами. Этого никто особо не скрывал. Так же как и не видели в этом ничего предосудительного. На войне как на войне. Троцкий как военный корреспондент это знал. Так что он попросту позаимствовал передовой западный опыт.

И никого такие дела особо не шокировали. Так, в 1919 году генерал А. Будберг, военный министр Колчака, очень жалел, что белым не хватает решимости ставить позади своих частей пулеметы…

И, наконец, децимации, казнь каждого десятого – наказание, принятое в Древнем Риме по отношению к струсившим частям. Вот тут Троцкий и в самом деле отличился. Так, децимация по приговору трибунала была совершена под Свияжском по отношению к солдатам 2-го Петроградского полка. Тут главную роль сыграли личные мотивы. Дело в том, что из-за того, что бойцы данного полка отступили, белые перерезали железную дорогу, отрезав поезд Троцкого. Лев Давидович, видимо, представил, что бы с ним сделали, попади он в руки к врагу…

Не забыл Троцкий и о командном составе: «Солдаты Красной Армии не трусы и не подлецы. Они хотят сражаться за свободу рабочего класса. Если они отступают или плохо сражаются, то виновны в этом командиры и комиссары. Я издаю предупреждение: если какое-либо подразделение отступает без приказа, первым будет расстрелян комиссар, следующим – командир… Трусы, подлецы и предатели не избегнут пули – я это обещаю перед всей Красной Армией».

В своих воспоминаниях Троцкий объяснял свои действия так: «К загнившей ране было приложено каленое железо». Как видим, должность комиссара была на Гражданской войне весьма опасной.

Недовольных методами Троцкого было много. Однако главной причиной была не жестокость наркомвоенмора, а порывистость его характера. Троцкий приезжал на своем поезде на тот или иной участок – и начинал распоряжаться. Причем нередко делал это через голову непосредственного начальства, не разобравшись толком в обстановке. Что только вносило хаос.

«Не помню, в какой из моих приездов в Москву из Арзамаса и свиданий с Владимиром Ильичем зашел разговор о Троцком и его роли на фронте. Я передавал общее недовольство фронтовых политработников партизанскими наскоками поездов Троцкого на тот или другой боевой участок. Недовольно было и командование, ибо часто при проездах и во время пребывания поездов Троцкого на фронте создавалось двоевластие, путались действия, планы, потому что Троцкий часто о своих распоряжениях и действиях не ставил в известность ни командование, ни Реввоенсовет.

Особенно это было отмечено под Свияжском. Пребывание Троцкого на этом фронтовом участке буквально внесло дезорганизацию в руководство операциями. Иногда приходилось выделять специальные части, чтобы защитить Троцкого или выручить его (как это имело место, когда белогвардейцы прорвались к Казанской железной дороге и заперли поезд Троцкого). При этом Троцкий пытался и непосредственно командовать. Все это вносило путаницу на фронте, нервировало и политработников, и командование».

(К. Х. Данишевский, член РВСР)

Впоследствии эта особенность характера толкала Троцкого на то, что он хотел схватить все и сразу, распыляя силы.

К тому же, Троцкий играл в РККА роль своеобразного «пожарного». Он мчался на своем поезде туда, где возникали проблемы, – и часто даже успевал их решить. То есть в чем-то Лев Давидович напоминал Жукова в первый период Великой Отечественной войны. Возможно, подобные люди в подобных ситуациях и необходимы. Другое дело – Жуков ведь не возглавлял РККА. А Троцкий возглавлял. И это одна из причин, что действия РККА в первый период Гражданской войны выглядели несколько сюрреалистично.

Но, как бы то ни было, Красная Армия перешла в наступление, и 10 сентября 1918 года красные взяли Самару. Золото, правда, вернуть так и не сумели.

«Но кончилось глухое неприятье. И началась открытая вражда»[40]40
  В. Высоцкий.


[Закрыть]

Не существует сведений о том, как складывались отношения Сталина и Троцкого до 1918 года. Но вряд ли царицынский конфликт родился на пустом месте. Ведь в нем столкнулись не только две личности, но и два типа руководства. С большой долей вероятности можно допустить, что Сталина и раньше раздражали некоторые особенности Троцкого. Просто их интересы до поры до времени не сталкивались. Но рано или поздно это неизбежно должно было произойти. Ведь оба являлись «пожарниками».

Проблемы и победы в Царицыне

29 мая 1918 года Сталин был назначен общим руководителем продовольственного дела на юге России с неограниченными правами. Ситуация там была та еще. Украина была под немцами, Дон оказался под сепаратистским правительством генерала Краснова, на Кубани шли разборки с Добровольческой армией. Оставался Царицын (Волгоград). 6 июня Сталин туда прибыл.

Миссия Сталина только на первый взгляд кажется мирной. На самом деле дело обстояло очень серьезно. Как известно, правительство РСФСР ввело хлебную монополию (продразверстку). То есть крестьяне весь хлеб, кроме необходимого для посевной и пропитания, были обязаны продавать государству[41]41
  Именно продавать. Другое дело, что цены были ниже рыночных, да и любые деньги довольно быстро перестали воспринимать как платежное средство.


[Закрыть]. И тут большевики не придумали ничего нового. Продразверстка была введена в Российской империи в августе 1916 года. Потом ее снова ввело Временное правительство. Да и на территориях, занятых белыми, она имелась. Интересно, что ни одна из антибольшевистских сил, выступавших на словах против хлебной монополии, придя в каком-нибудь месте к власти, продразверстку не отменила. Даже анархисты Махно. Потому что не было иного выхода. То, что при «свободной торговле» перекупщики вздергивали цены до небес, – это было полбеды. Хуже то, что хлеб, оказавшись в их руках, вообще не попадал в продажу. Спекулянты понимали, что с нарастанием бардака цены будут только расти. А хлеб при соблюдении нужных условий можно хранить несколько лет. Вот и ждали «настоящей цены». То есть при «свободной торговле» города были обречены на голодную смерть…

Стоит пояснить и еще одну особенность обстановки первой половины 1918 года. Вы думаете, в России тогда была власть партии большевиков? А вот и нет. Большевики руководили в крупных городах. А в остальной бескрайней России (кроме территорий, контролируемых антибольшевистскими правительствами) была Советская власть. То есть – демократически выбранных органов. А выбрались туда разные люди – большевики, меньшевики, эсеры, анархисты и вообще невесть кто. Да и большевики тоже порой плевали на ЦК и делали то, что считали нужным. Полномочий у Советов было ровно столько, сколько они могли взять. Так что на местах власти могли осуществлять совершенно разную политику – от стремления сохранить в неприкосновенности «буржуазные» отношения до попыток установить коммунизм на следующий день[42]42
  Последнее – не преувеличение. Такие попытки и в самом деле были.


[Закрыть].

В Царицыне Сталин обнаружил интересную обстановку. О чем и докладывал в Москву[43]43
  Советское правительство переехало в Москву в марте 1918 года.


[Закрыть]: «В Царицыне, Астрахани, в Саратове монополия и твердые цены отменены Советами, идут вакханалия и спекуляция. Добился введения карточной системы и твердых цен в Царицыне. Того же надо добиться в Астрахани и Саратове, иначе через эти клапаны спекуляции утечет весь хлеб. Пусть ЦИК и Совнарком в свою очередь требуют от этих Советов отказа от спекуляции. Железнодорожный транспорт совершенно разрушен стараниями множества коллегий и ревкомов. Я принужден поставить специальных комиссаров, которые уже вводят порядок, несмотря на протесты коллегий. Комиссары открывают кучу паровозов в местах, о существовании которых коллегии не подозревают… Сейчас занят накоплением поездов в Царицыне. Через неделю объявим „Хлебную неделю“ и пустим сразу около миллиона пудов со специальными сопровождающими из железнодорожников…»

Сталин сделал, что обещал. В Царицыне были взяты на учет все запасы хлеба, введена монополия Совета на хлеб, сахар, соль, спички, табак и прочие товары первой необходимости, на них установили твердые цены. Начали всерьез прижимать спекулянтов.

13 июня 1918 года Сталин докладывал Ленину по телефону: «Дело с железнодорожным транспортом улучшается… Царицынский узел благодаря экстренным мерам теперь уже в состоянии отпустить 150 вагонов, по 30 в поезде, всего 5 поездов ежедневно. Не так хорошо обстоит дело с водным транспортом, ввиду задержки пароходов в связи с выступлением чехословаков… По плановому порядку Компрода за июнь вы требуете от нас около 6,5 млн пудов. Если принять во внимание, что в плане не учтены железнодорожники, некоторые южные губернии и Баку с районами, то надо считать 7 млн, т. е. 230 тыс. пудов ежедневно. С 1 июня по 10-е отпущено Чокпродом водным и сухопутным путем всего 500 тыс. пудов, по 50 тыс. пудов в день. В данный момент водный и сухой транспорт безусловно мог бы выдержать 230 тыс. пудов ежедневной отправки, но дело в том, что заготовка до сих пор отставала от транспорта в четыре раза и будет еще отставать, по крайней мере вдвое. Ввиду недостатка работников, грузовиков, мануфактуры, ввиду вмешательства губпродкомов, ввиду страшного развития мешочничества… Сейчас на станции Алексиково заминка в транспорте ввиду наплыва эшелонов в связи с выступлением казаков на Урюпино. Через день и заминка исчезнет, и мы двинем сразу тысяч 300 пудов маршрутными поездами на Москву».

Но имелись и проблемы. В Царицын стягивались из Украины красные отряды, отступавшие от немцев. В эти формирования входили большевики, левые эсеры и анархисты. Они привыкли действовать по собственному разумению и никому подчиняться не желали.

Между тем на Дону генерал Петр Николаевич Краснов провозгласил независимую Донскую республику. Он ориентировался на немцев и не скрывал, что желает округлить территорию своего государства, прибрав к рукам экономически и стратегически важный Царицын. Так что, как видим, противники большевиков далеко не всегда сражались «за Россию». Порой – за свои местечковые интересы.

А Сталин был вынужден делать то же, что и Троцкий, – создавать из кучи разношерстных отрядов более-менее нормальную армию.

7 июня Коба телеграфировал Ленину: «Дайте кому-либо (или мне) специальные полномочия (военного характера) в районе южной России для принятия срочных мер пока не поздно. Ввиду плохих связей окраин с центром необходимо иметь человека с большими полномочиями на месте для своевременного принятия срочных мер».

Через три дня – следующая телеграмма: «Вопрос продовольственный естественно переплетается с вопросом военным. Для пользы дела мне необходимы военные полномочия. Я уже писал об этом, но ответа не получил. Очень хорошо. В таком случае я буду сам, без формальностей свергать тех командармов и комиссаров, которые губят дело. Так мне подсказывают интересы дела, и, конечно, отсутствие бумажки от Троцкого меня не остановит».

Сталин отличался тем, что раз уж взялся – то он доводил порученное ему дело до конца. Формирование армии проходило весело – полупартизанские красные отряды разоружали, иногда дело доходило до перестрелок. Вместо них создавали что-то, что, если, конечно, внимательно не приглядываться, сойдет за боевые части.

«Во второй половине июня войска Царицынского фронта были сведены в одну группу под общим командованием К. Е. Ворошилова. Ядро фронта составили 15 тысяч обстрелянных и закаленных бойцов, преимущественно луганских металлистов и донецких шахтеров, подошедших сюда с оккупированной немцами территории Украины. Военный руководитель штаба округа А. Е. Снесарев и десятки бывших офицеров, служивших в штабе и частях округа, были арестованы и объявлены „врагами и предателями“ без каких-либо доказательств. Из Москвы приезжали специальные комиссии, чтобы разобраться в конфликте. Снесарева удалось спасти, а остальные военспецы по распоряжению Сталина и Ворошилова были ликвидированы.

22 июля был образован Военный совет Северо-Кавказского округа в составе Сталина, Минина и военспеца Ковалевского, которого вскоре заменил Ворошилов. 1 августа Военный совет СКВО объявил в Царицыне и уезде мобилизацию „всего боеспособного населения“. Она дала Царицынскому фронту почти 24 тысячи бойцов.

Все эти меры были более чем своевременны, так как середина августа для защитников Царицына стала критической. Войска Краснова вышли на окраину города. Решительный прорыв намечался на 18 августа. Дата была согласована с антисоветским подпольем, которое должно было организовать вооруженное восстание в ночь с 17 на 18 августа. Силы заговорщиков достигали 1350 человек. Одним из руководителей заговора был путейский инженер Алексеев, прибывший в Царицын месяцем раньше из Москвы вместе с Махровским для организации закупки топлива. Чекисты обезвредили заговор, взяв их руководителей меньше чем за сутки до выступления, утром 17 августа».

(Владислав Лоскутов, историк)

Вот что пишет о заговоре председатель Царицыснского губчека А. И. Червяков: «Еще в июне на вокзал Юго-Восточной ж. д. из Москвы прибыл специальный поезд Главконефти из 9 классных вагонов. Поезд затем перевели на Кавказский вокзал, откуда он должен был следовать в Баку. В нем размещался и инженер Алексеев, уполномоченный Главконефти с правительственными полномочиями по вопросам развития нефтяной промышленности. При нем был персонал молодых инженеров… Алексеев располагал девятью миллионами рублей, предназначенными якобы для использования в нефтяной промышленности по прибытии на Кавказ… Через Алексеева осуществлялся план установления связи московских помещичье-капиталистических кругов с белогвардейщиной Дона… Контрреволюционеры были уверены, что близок час захвата Царицына».

Существует легенда, что всех арестованных Сталин посадил на баржу и утопил. Однако она известна из рассказов… кое-кого из тех самых «утопленников», которые выплыли в стане белых.

Благодаря усилиям Сталина были сформированы колонна из 14 бронепоездов и Волжско-Каспийская военная флотилия из 12 паровых буксиров. Все это не возникло ниоткуда. Бронепоезда сделали на заводах, суда оборудовали орудиями и пулеметами, все боевые единицы укомплектовали экипажами. Для того, чтобы так вышло, требовалось «всего лишь» организовать процесс. В июле из Донбасса прорвалась в Царицын 5-я армия во главе со старым знакомым Сталина – Климентом Ворошиловым. Это было большим подспорьем – армия состояла из жителей Донбасса, а этот регион был «ярко-красным». Большевиков шахтеры поддерживали чуть ли не поголовно. Тем более что Ворошилов также являлся прекрасным организатором. Впоследствии его заслуга в создании Первой конной армии, уникального «асфальтового катка», уничтожившего белогвардейскую кавалерию, была не меньшей, чем Буденного.

Итог? Первое наступление Краснова на Царицын, состоявшееся в августе 1918 года, с треском провалилось. Для руководства Донской республики это было шоком. Они были на 100 % уверены, что город защищать некому, и казаки возьмут его без проблем.

Однако красновцы не успокоились. Дело тут было не только в городе, но и во внутренних проблемах. Против Краснова активно интриговал командующий Добровольческой армии генерал Антон Иванович Деникин, который ориентировался на Антанту[44]44
  Добровольцы и донские казаки находились в очень сложных отношениях. Деникинцы называли красновцев «немецкими проститутками», но в то же время получали от Донской республики оружие и снаряжение, которое те в свою очередь получали от немцев.


[Закрыть]. Так что победа Краснову была очень нужна для повышения собственного престижа.

11 сентября 1918 года командующий Донской армией генерал Денисов издал директиву: «В настоящее время главнейшей задачей Донской армии является обеспечение области с востока, что может быть достигнуто лишь взятием Царицына».

Началось новое наступление. Самые острые события случились 16 октября, когда казаки вышли непосредственно к городу и пошли на решительный штурм. Главным аргументом красных было то, что они сосредоточили на направлении главного удара практически всю артиллерию – 27 артиллерийских батарей (200 стволов) и 10 бронепоездов[45]45
  Для обеих мировых войн это не слишком много, но для Гражданской войны – очень серьезно.


[Закрыть]. Наступавшие были буквально сметены шквалом огня. В 30-50-е годы авторство этого решения приписывали Сталину. На самом деле точных данных нет. Но… Вряд ли кто-нибудь решился бы на такой риск (оголить остальные участки) без согласия самого главного в городе – то есть Иосифа Виссарионовича.

Казаки снова отступили. Оборона Царицына стала одной из легенд Гражданской войны. Город был назван «красным Верденом»[46]46
  Верден – город во Франции, возле которого с 21 февраля по 18 декабря 1916 года шли упорные бои. Наступавшие немцы, несмотря на отчаянные усилия, так и не смогли его взять. В описываемое время слово имело нарицательное значение, как впоследствии – «Сталинград».


[Закрыть]. Масштаб победы был куда серьезнее, чем достижения Троцкого на Волге, воевавшего с чехословацкими частями, не особо желавшими сражаться. Оказалось, что с человеком, никогда не служившим в армии, командовавшим плохо подготовленными бойцами, ничего не смогли поделать опытные фронтовики во главе с боевыми генералами.