Текст книги "100 великих полководцев древности"

Автор книги: Алексей Шишов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Мемнон

Персидский сатрап, грек-наемник, бросивший вызов самому Александру Великому

Колоссы Мемнона

То, что Македония силой подчинила себе города-государства Эллады, создало Александу Македонскому известную оппозицию среди части свободолюбивых греков. Это стало отчасти той причиной, что немало греков стало наемниками в персидской армии: там сформированная из эллинов тяжеловооруженная пехота составила наиболее боеспособные войска царя Дария III.

К началу похода молодого македонского царя на Восток грек Мемнон командовал в армии Дария III соотечественниками-наемниками. Еще до начала военных действий он предлагал царю избегать решительного сражения и отступить в глубь Персии, прибегнув к тактике войны, которая в более позднее время получила название «тактики выжженной земли». Чтобы на персидской территории противник не мог найти ни продовольствия, ни фуража.

Однако на том военном совете сатрапы – правители областей не поддержали предложение предводителя греческих наемников. Они настояли на генеральной битве, уповая на многочисленность персидского, преимущественно конного, войска. Оно действительно имело подавляющий перевес над македонской армией, но заметно уступая ей в боевой выучке, организованности, дисциплинированности и силе духа.

Первое большое сражение состоялось в мае 334 года до н. э. на реке Граник. Тяжеловооруженная пехота греков-наемников под командованием Мемнона была поставлена на левом крыле персидского войска. Атакующим ударом македонская армия разбила неприятеля и обратила его в повальное бегство. На поле брани устояла только фаланга Мемнона, насчитывавшая около двух тысяч воинов. Будучи окруженными, греки-наемники стойко бились до последнего, пока не были безжалостно изрублены конницей Александра Македонского, который приказал эллинов в плен не брать.

Вырваться из вражеского кольца удалось только самому Мемнону и небольшому числу наемников. Им удалось уйти в греческий город Милет, стоявший на азиатскому берегу Эгейского моря. В то время, когда города Малой Азии, Фригии, Лидии и Киликии открывали свои ворота перед завоевателями-македонцами, Милет оказал им ожесточенное сопротивление. Воины Мемнона приняли самое деятельное участие в прошедших боях.

Однако Милет не выстоял, да и не мог выстоять перед военной силой царя Македонии. Мемнон со своими греками смог уйти в столицу Карии город Галикарнас. Там он был назначен царем Дарием III сатрапом (наместником) Нижней Азии и начальником персидского флота. Главной же его задачей стала оборона карийской столицы.

Македонская армия осадила Галикарнас. Город и его защитники решили неприятелю не сдаваться. Когда македонцы подтянули к крепостным стенам осадные машины, греческие наемники совершили несколько удачных вылазок и сумели предать огню неприятельскую осадную технику. Когда стало очевидным, что отстоять Галикарнас не удастся, Мемнон приказал гарнизону, состоявшему из греков, поджечь город и укрыться в крепости.

В те дни сатрапу Мемнону все же удалось убедить персидского царя перейти к активным действиям против Александра Македонского. Он предложил перенести боевые действия на территорию Македонии, используя для этой цели многочисленный флот и десантные отряды греческих наемников. Это, правда, больше всего походило на военную авантюру или диверсию, поскольку задействовать намечалось небольшие силы.

Дарий III одобрил такой рискованный план своего сатрапа, наделенного обязанностями флотоводца. Мемнон со своими греческими наемниками повел «самостоятельную» войну против Македонии в ее новых владениях. Такая война больше всего напоминала партизанские действия на морском театре. В ходе удачной десантной операции Мемнону удалось захватить остров Хиос и большую часть острова Лесбос.

Трудно сказать, как бы дальше и как долго развивались эти военные события на берегах Эгейского моря. Известно, что предприимчивый и решительный в поступках Мемнон рассчитывал получить вооруженную поддержку в материковой Элладе, где имелось немало противников деспотической власти македонцев. Весной 333 года до н. э. он, тяжело заболев, внезапно умер.

Военачальник греческих наемников персидского царя Мемнон почитался немалой частью греков героем по той веской причине, что он первым из «природных» эллинов бросил вызов великому в человеческой истории завоевателю Александру Македонскому. На такие поступки тогда в эллинском мире отваживались немногие. Наемного же военного вождя Мемнона «вес авторитета» и сила соперника не пугали.

Антигон

Диадох по прозвищу «Циклоп», решивший подчинить себе других диадохов

Македонская фаланга

Антигон происходил из знатного аристократического рода Македонии и, по сложившейся тогда традиции, рано освоил военное дело, получив хорошее домашнее образование. Являясь одним из ближайших сподвижников великого завоевателя Александра Македонского, он участвовал в его походах на Восток и победоносной войне против Персии.

За военные заслуги, доблесть в битвах и верность царь Македонии своего приверженца по прозвищу Циклоп, или Одноглазый, назначил наместником Фригии.

Эта богатая и густо населенная область и досталась Антигону при разделе огромной империи после неожиданной смерти Александра Великого в 323 году до н. э. Наследниками его завоеваний стали близкие царю военачальники – диадохи (то есть последователи). К их числу, кроме Антигона, относились Пердикка, Антипатр, Евмен (Эвмен), Птоломей, Лисимах, Селевк, Кратер (зять Антипатра), Полиперхонт, Кассандр (сын Антипатра) и Деметрий (сын Антигона). Последний в армии Александра Македонского командовал кавалерийским отрядом «товарищей».

Будучи не только опытным предводителем войск, но и искусным, коварным дипломатом, Циклоп при разделе завоеванных земель сумел добиться присоединения к своей провинции Фригии еще и Ликии и Памфилии. Теперь его личные владения стали заметно превосходить владения других сподвижников Александра, что вызвало их недовольство. Однако войны за передел империи их господина начались не сразу – для этого требовался серьезный повод. Его и подал в скором времени обладатель Фригии, претендовавший на роль первого диадоха в азиатских провинциях бывшей империи Александра Великого.

Бывшие соратники обвинили Антигона в том, что он не исполнил приказание Пердикки, старшего из них – верховного стратега Азии, оказать помощь Евмену при покорении Каппадокии, которая досталась ему в наследство при разделе александровских завоеваний. Запахло большой войной, а у фригийского правителя просто не было столько войск, чтобы противостоять сразу нескольким диадохам. Тогда он затеял сложную дипломатическую игру, которой предстояло перерасти в войну.

Антигон, прихватив с собой казну и верных людей, бежал от гнева стратега Пердикки в европейскую часть Греции к верховному стратегу Европы Антипатру (он был фактическим правителем Македонии, Фракии и Эллады) и Кратеру в надежде сделать их своими союзниками. Циклоп доверительно сообщил им о стремлении Пердикки к единодержавию в бывшей империи.

Дипломатические усилия беглеца из Фригии увенчались полным успехом. Была образована мощная коалиция греческих монархов против властного Пердикки, к которой вскоре присоединился и Птоломей, наместник Египта. Присоединение последнего было особенно важно: Египет располагал мощным военным флотом и большими людскими ресурсами.

Так Антигон Одноглазый оказался предводителем военных сил созданной им коалиции четырех соратников царя Александра Македонского. Наняв на деньги еще немало греческих воинов и получив от союзников многочисленный флот, фригийский правитель без промедления начал военные действия против ненавистного ему Пердикки.

Армия Антигона, переправившись через Эгейское море, высадилась в Малой Азии и сразу же пошла в наступление. Пердикка, не ожидавший такого скорого начала войны, направил против Антигона наемное греческое войско во главе с опытным полководцем Евменом. Боевые действия в Малой Азии вылились в маневры, многочисленные схватки и тактические усилия противников, но так и не привели к большому, генеральному сражению. Все же более решительный Антигон превзошел Евмена в искусстве ведения войны в горных условиях и заставил вражескую армию отступить в глубь страны.

Смерть Пердикки, сосредоточившего в своих руках значительные территории, не прекратила войну в Малой Азии. Евмен, имея под своим командованием сильную армию, даже и не думал складывать оружия перед союзной армией Антигона. Тем временем союзники разделили бывшие владения Пердикки между собой, и Антигон вновь стал правителем прежних владений, сохранив командование над союзными войсками.

Война продолжалась. Антигону сопутствовала удача – он стал теснить Евмена, войска которого сдавали город за городом. Наконец дело дошло и до большого сражения. Оно состоялось в 320 году до н. э. при Оркинии, где два греческих полководца попытались применить друг против друга излюбленную тактику Александра Македонского. Все же искуснее оказался Антигон, одержавший победу на поле брани. И хотя до полного разгрома вражеской армии и ее капитуляции было еще далеко, Антигон понял, что имеет хорошие шансы стать полновластным правителем всех азиатских владений своего бывшего повелителя.

В следующем, 319 году до н. э. Антигон одерживает над Евменом еще одну победу – в битве при Кретополе. Затем военные действия на какое-то время прекратились: стороны собирались с новыми силами.

Узнав о смерти своего союзника Антипатра, Антигон более решительно повел борьбу за господство в Азии. Война с неуступчивым Евменом возобновилась. К тому времени Евмен получил от наместника македонского престола Полисперхона законное право управлять всей Азией.

Антигон Одноглазый был готов к такому повороту событий. Он не только укрепил сухопутную армию, но и создал сильный флот, который еще в 323 году до н. э. под его личным командованием одержал в сражении при Аморгосе блестящую победу над неприятельским флотом.

Циклоп сам командовал флотом, а эскадрой Евмена начальствовал опытный флотоводец Клит. Его корабли были захвачены врасплох на якорной стоянке, когда большинство экипажей находилось на берегу, в городе. Антигоновский флот, неожиданно появившийся на море, атаковал неприятеля без промедлений. Корабли Клита или были разрушены, или взяты на абордаж. Только одной галере, на которой находился сам флотоводец, удалось спастись бегством.

Теперь Евмену перекрыли все морские пути, которые связывали его со сторонниками в самой Греции. Сократились и возможности пополнения его армии греческими наемниками, которые теперь более охотно нанимались на службу к правителю Фригии, платившему щедро и делившемуся со своим войском захваченной добычей.

В 316 году до н. э. на берегах реки Копрат состоялось одно из самых больших сражений. Циклоп и его непримиримый противник Евмен имели приблизительно равные силы – по 30 тысяч воинов. Евмен первый напал на врага, который переправлялся через реку Копрат, и разгромил его. Однако Антигон, проявив немалое искусство, сумел организованно отступить, сохранив свои основные силы.

Подобная ситуация произошла во время сражения в Паретакенских горах. Противники вновь имели примерно равные армии – по 30 тысяч человек. Евмен со своим азиатским войском решительно атаковал походный лагерь Антигона, но застать его врасплох не сумел. Войско Циклопа, состоявшее в своем большинстве из македонян и греков, не дрогнуло даже в самом начале ожесточенной схватки. Хотя Евмен и одержал победу, Антигону, благодаря искусному маневрированию, удалось отвести свое войско с места битвы без серьезных потерь.

Решающее сражение между Антигоном Одноглазым и Евменом состоялось при Персеполе. Антигон имел тогда под своим командованием 31 тысячу преимущественно македонских воинов с 65 боевыми слонами. Азиатское войско Евмена состояло из 42 тысяч воинов со 114 боевыми слонами.

После первого столкновения пехота Антигона была сломлена. Остановить шествие боевых слонов, со спин которого азиатские воины метали дротики и вели прицельную стрельбу из луков, оказалось для македонских копьеносцев не под силу. Их фаланга стала пятиться назад. Однако Антигон, внимательно следивший за ходом битвы, сумел углядеть слабое место в построении вражеского войска. Его конница быстро зашла в тыл азиатам, захватила их походный лагерь и после этого сильным ударом отбросила и разрушила фалангу пехоты Евмена.

Сам диадох Евмен попал в плен и по приказу Антигона Одноглазого был казнен. Теперь фригийскому правителю казалось, что путь к единодержавному правлению в азиатских провинциях для него открыт.

Вскоре Антигон устранил наместника Мидии Пифона и наместника Персии Певкеста, завладел Вавилонией, правитель которой, Селевк, бежал в Египет к Птоломею, захватил в Киликии государственную казну и практически стал властелином всей Азии, то есть той ее части, которая была завоевана Александром Македонским.

Опасаясь могущества угрожающего Циклопа, четыре могущественнейших наместника: Египта – Птоломей (подстрекаемый беглецом Селевком), Македонии – Кассандр, Фракии – Лисимах и Карии – Асандр, заключили против него военный союз. Так против Антигона образовалась сильная военная коалиция, обладавшая многочисленными сухопутными войсками и сильным флотом.

Так как Антигон на полюбовный раздел империи, созданной Александром Великим, и захваченной им царской казны не соглашался, то союзники в 315 году до н. э. объявили ему войну.

Сначала военный успех сопутствовал Антигону Одноглазому. Он покорил все финикийское побережье, после долгой осады взял город-крепость Тир. Во всех завоеванных им гаванях он приказал строить военные корабли и теперь в союзе с греками острова Родос мог не опасаться многочисленного египетского флота.

Против союза четырех правителей Антигон вел и искусную дипломатическую войну, подкрепленную деньгами из захваченной им царской казны. Он привлек на свою сторону Полисперхона и его сына Александра. Те спровоцировали в самой Элладе междоусобную войну, в ходе которой Македония начала утрачивать свои территории, и ее правителю Кассандру теперь приходилось думать не о войне в Азии, а о защите собственных владений. Но в итоге сторонники Антигона в 313 году до н. э. заняли Карию.

В следующем, 312 году до н. э. Антигона постиг тяжелый удар. Птоломей и Селевк во главе большого войска вторглись из Египта в Сирию и разбили в сражении при Газе войско его сына Деметрия Полиоркета. После этого последовало еще несколько поражений, и в итоге Антигон потерял все Финикийское побережье и Сирию, а его непримиримый противник Селевк вновь завладел Вавилонией.

В 311 году до н. э. диадохи Александра Македонского заключили мир, и каждый остался при своих первоначальных владениях. Греческим государствам в Элладе была предоставлена автономия. Поскольку при разделе Селевк оказался обойденным, то мир получился недолгим. Уже в том же году междоусобная война возобновилась – Птоломей занял Киликию и часть островов Эгейского моря.

Тогда Антигон сделал ответный ход: он послал сына Деметрия в Элладу, и тот привлек на сторону отца города-государства Афины и Мегары, которые провозгласили независимость от Македонии. Более того, Антигон и Деметрий Полиоркет были провозглашены афинянами «богами-спасителями», их позолоченные статуи горожане решили воздвигнуть рядом со статуями тиранов Афин.

После этого успеха Антигон поручает сыну завоевание Кипра и тот разбивает египетское войско Птоломея, осаждает Саламин и одерживает убедительную победу над многочисленным птоломеевским флотом в морском сражении.

В 306 году до н. э. Антигон и Деметрий провозгласили себя царями; их примеру последовали и остальные диадохи. Но попытка Антигона завоевать Египет оказалась тщетной, а остров Родос предпочел нейтралитет в этой войне.

Тогда Антигон опять послал своего сына в Элладу, и Деметрий заключил военный союз с этолийцами и беотийцами. Вскоре он провозгласил полную свободу Греции от Македонии по эту сторону Фермопил. То же самое произошло в 303 году до н. э. в Пелопоннесе.

Теперь правителю Македонии Кассандру грозила смертельная опасность. В борьбе против него на конгрессе в Коринфе объединились все эллинские государства, избравшие себе гегемоном Деметрия Полиоркета, который опирался на военную мощь своего отца.

Опасность, грозившая правителю Македонии, заставила великих диадохов, ставших царями, – Птоломея, Селевка, Лисимаха и Кассандра – создать новую военную коалицию против Циклопа. Между прямыми наследниками Александра Великого вновь разгорелась кровопролитная и непримиримая война.

В 301 году до н. э. при Ипси во Фригии произошло последнее для Антигона Одноглазого сражение. Тогда 30-тысячной армии Антигона противостояла 32-тысячная армия Селевка. На этот раз счастье изменило Антигону: он пал на поле битвы, а его македонцы были разгромлены сирийцами.

Сыну Антигона Деметрию Полиоркету удалось спастись с остатками армии, но дальше продолжать вооруженную борьбу против сирийского правителя Селевка он уже не мог. После проигранного сражения у него осталось из разбитых наемных македонских войск только 8 тысяч воинов. На помощь из Греции рассчитывать больше не приходилось, поскольку наемники стоили дорого, а отцовская казна оказалась пустой.

Антигон Одноглазый был одним из выдающихся полководцев Александра Македонского. Его политика была направлена на то, чтобы сохранить единое государство великого завоевателя и завоевать верховенство над всеми остальными властителями-диадохами. Но эта борьба закончилась для Антигона гибелью на поле брани.

Чандрагупта Маурья

Легендарный воинственный основатель в Индостане государства Маурьев

Индийские воины

О молодости Чандрагупты Маурьи ничего не известно. Согласно буддийским источникам, он происходил из знатного Кшатрийского рода Мория. По другим сведениям, его родовые корни лежали в «варне (касте. – А.Ш.) шудров». Вне всякого сомнения, военную службу он начал с юных лет. Знатность происхождения, личная храбрость и пристрастие к военному делу помогли ему стать военачальником, благо войн в Древней Индии велось не меньше, чем, скажем, в Древней Греции.

Личность Чандрагупты Маурьи в современной Индии считается и легендарной, и героической. Кажется, что само время способствовало его взлету в историю. События складывались так. Около 325 года до н. э. индийское царство Магадха завоевало господство в долине реки Ганг. Этого оно достигло во многом благодаря умелому правлению монархов из династии Нанда, корни которой нисходили к низкой касте.

В то время как великий завоеватель Александр Македонский воевал на границах Индии (в современном Пенджабе), на магадхской политической сцене и появился Чандрагупта (или по-гречески – Сандрокотта). Он быстро выдвинулся на военной службе у царя Магадхи Дхана Нанды, последнего представителя этой династии индийских правителей. При нем Чандрагупта занимал высокую должность «начальника вождей».

Истории неизвестно, чем был вызван царский гнев на сановника. Но, по всей видимости, спасая себя, Чандрагупта по совету ученого брахмана Вишнугупты сделал попытку покушения на жизнь своего монарха. Удачной она не оказалась, и ему вместе с сообщником пришлось бежать из Магадхи, спасая собственные жизни.

Предполагается, что беглец оказался в Пенджабе, где встречался с Александром Македонским, был рядом с ним какое-то время и успел многое перенять из греческой военной организации. Об этом свидетельствует Плутарх. Бывшему царскому «начальнику вождей» было чему научиться у великого завоевателя.

После ухода македонской армии с берегов реки Инд Чандрагупта, отличавшийся деятельным характером, сумел создать союз свободных гималайских вождей. Он объединил их военные силы в единую армию под своим предводительством, организовал ее в эллинском стиле и начал свое восхождение в истории государств нынешнего Индостана.

Во главе войск гималайцев Чандрагупта вторгся в Пенджаб. Царь Пор был убит. После завершения завоевания пенджабских земель Чандрагупта выступил в поход в верховья Ганга и достиг магадхской столицы Паталипутры. Последний царь из династии Нанда не смог противостоять нашествию завоевателей, был свергнут с престола своим бывшим «начальником вождей» и казнен.

Став правителем Пенджаба и Магадхи, Чандрагупта в 323 году до н. э. основал новую династию индийских монархов, которая вошла в историю Древнего мира под названием династии Маурья. Эта династия продержалась у власти до 184 года до н. э. Ее столицей стала бывшая магадхская Паталипутра (современный город Патна в индийском штате Бихар).

Воспользовавшись тем, что после смерти Александра Великого его империя развалилась, а диадохи начали междоусобные войны, Чандрагупта силой изгнал с индийских земель греко-македонские гарнизоны. Государство Маурьев превратилось в истории Древней Индии в действительно мощную державу, обладавшую огромной и хорошо организованной армией. Она была обучена, снаряжена и вооружена из царских арсеналов.

Один из диадохов, Селевк Никатор, решил вернуть Македонии, то есть лично себе, индийские завоевания Александра Великого и, более того, продолжить их. Он предпринял поход на Восток, подробности которого история для нас не сохранила, равно как и сведения о каких-либо битвах с войсками царя Чандрагупты.

В 305 году до н. э. Селевк Никатор достиг берегов Инда и тут, с полной неожиданностью для себя, встретил серьезное сопротивление. Вместо множества враждующих между собой индийских царств он столкнулся с сильным государством династии Маурьев.

Армия Чандрагупты, по свидетельству древнегреческих историков, насчитывала 9 тысяч (!) боевых слонов, которых обслуживало 36 тысяч человек, 30 тысяч конных и 600 тысяч пеших воинов. Количество боевых колесниц превышало 8 тысяч. Скорее всего, это завышенные цифры.

Селевк Никатор благоразумно пошел на переговоры с индийским властелином и увел свою армию назад, довольствовавшись компенсацией за понесенные расходы в 500 обученных слонов. Но диадоху пришлось отдать в жены Чандрагупты свою дочь. Кроме того, они обменялись послами. Послом Селевка в Палипутре стал грек Мегасфен, который долго прожил в Индии и оставил после себя сочинение о ней.

Чандрагупта умело распорядился отказом Селевка Никатора от македонских завоеваний в Индии. Он овладел ее восточными частями на территории современных Афганистана и Белуджистана: Восточной Гедрозией, Арахозией и Паропамизом, горными областями, примыкавшими к долине Инда. Так основатель династии Маурьев обеспечил надежность своих западных границ, поставив там несколько сильных гарнизонов. Особый надзор устанавливался над горными перевалами, которые бдительно охранялись воинскими отрядами «пограничной стражи».

Свою столицу Паталипутру Чандрагупта превратил в мощную для Древней Индии крепость. Город представлял собой большой четырехугольник и был хорошо укреплен. Глубокий ров окружал его со всех сторон, высокий земляной вал и деревянный тын служили защитой от вражеского нападения. В крепости на определенном расстоянии друг от друга были устроены бойницы для лучников. Селевкидский посол Мегасфен сообщает о 570 башнях и 64 воротах Палипутры (!). Столица государства Маурьев, целиком построенная из дерева, процветала как город. В нем постоянно находилась немалая часть царского войска и хранился главный арсенал страны, запасы которого постоянно пополнялись.

О правлении царя Чандрагупты нам известно из сочинений его визиря Вишнугупты (или Каутильи). Тот написал трактат о государстве – «Артхашастра» («Наставление по управлению»). В нем, среди прочего, о государственном чиновничьем аппарате говорится следующее:

«Чиновники – это кошки, стерегущие молоко… Когда они напились дополна, их надо выжимать и переводить на другие должности, чтобы они не пожрали все добро…»

В «Артхашастре» говорится, что царскими воинами могут стать только лично свободные люди, преимущественно из высших каст. Рабы могли быть только слугами и носильщиками воинов и выполнять на войне самую грязную работу по устройству походных лагерей и ведению земляных работ при осаде городов. В бой рабов «не пускали».

«Артхашастра» имеет военные разделы: о составе царской армии в мирное и военное время, функциях частей обслуживания, обязанностях военачальников, тактике сражений, искусстве осад и строительстве крепостей.

В трактате Вишнугупты говорится, что в случае войны царская армия усиливается за счет «рекрутских» наборов того времени. При этом требовалось не смешивать воинов высших и низших каст в одном отряде, поскольку это могло привести к ослаблению власти военачальника и внутренним раздорам.

Армия Чандрагупты была хорошо «технически» оснащена для своей эпохи. Боевые колесницы – большие повозки с высокими бортами, запряженные четверкой лошадей, – несли 4–6 воинов. Боевые слоны несли на своей спине башенку, в которой укрывалось 2–3 воина (метателей легких копий и лучников), не считая погонщика.

В войсках династии Маурьев и в дальнейшем количество боевых слонов было огромно. Даже несмотря на их большую опасность для своих войск: в сражениях раненые слоны часто поворачивали назад, нанося в боевых порядках конных и особенно пеших воинов немалый урон.