355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алексей Калинин » Пароль (СИ) » Текст книги (страница 8)
Пароль (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2020, 15:30

Текст книги "Пароль (СИ)"


Автор книги: Алексей Калинин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

12

«Чтобы у нас болеть, надо иметь лошадиное здоровье»Лион Измайлов

– Киря, где ты?

– Киря?

– Кирюша?

Женский голос был таким знакомым, родным, близким…

– Киря? Мы тебя ищем…

Кругом белизна. Словно Кирилла погребло под волной лавины, и он находился под снегом. Странным светящимся снегом.

Тело не шевелилось. Кирилла заковали в рыцарские доспехи и зафиксировали в музее, в качестве экспоната? Вот только ни в каком музее не будет такого яркого белого света…

– Киря…

– Я з-з-здесь, – с трудом двигая языком проговорил Кирилл.

– Киря, мы тебя любим. Мы ждем тебя, – снова произнес голос.

– Л-л-люда… М-м-макс…

– Мы ждем тебя. Возвращайся быстрее, – серебряным звоном рассыпался голос Людмилы.

– Я… Я вернусь… Я обязательно вернусь, – получилось произнести более-менее внятно.

– Мы ждем…

И тут вклинился ещё один голос. Ехидный, но не менее знакомый:

– Ты чего развалился, ядрен батон? А ну шевели булками, тебе ещё мою Маринку спасать.

– А-а-андрюха?

– Андрюха-Андрюха. А будешь валяться дальше, я тебе звездюлей навешаю! А ну вставай, лошарик виртуальный! Вот когда увидимся, то я с тебя семь шкур спущу за лень!!!

Кирилл засмеялся-закашлялся – слишком уж реальной была напускная суровость мертвого друга.

– Киря, мы ждем тебя, – снова послышался голос Людмилы.

– Да, я скоро буду…

– Будешь-будешь. Обязательно будешь, – прогудел чей-то незнакомый бас. – От Иринки редко кто на тот свет смывался.

Словно по волшебству белый свет сузился, скукожился до размеров канализационного люка, баскетбольного мяча, теннисного мячика. Кругом была темнота, сквозь которую проступали смутные силуэты. Потом яркий «мячик» отодвинулся в сторону и на Кирилла уставились глаза пожилой женщины.

Морщины, кудряшки химической завивки, очки в тонкой оправе. На плечи накинут халат, из-под которого виднелась клетчатая рубашка. И этот взгляд… Такой мог быть у любящей бабушки, которая будит внука на завтрак.

– Кто…

На большее у Кирилла не хватило сил.

– Лежи, родной, отдыхай. Тебе ещё рано шевелиться, – лба Кирилла коснулась мягкая ладошка.

И женский голос был таким же нежным, как и прикосновение. Чуть позже рядом с женским лицом появилось мужское. Ого, судя по размерам, мужчина мог запросто победить недавнего медведя, причем в рукопашной. Лохматая голова переходила в туловище без помощи шеи, заросшие шерстью ручищи гораздо толще ног Кирилла, а на груди запросто мог улечься годовалый теленок.

– Где я? – спросил Кирилл.

– Там, куда со своим самоваром не ездят, – улыбнулся мужчина. – В Туле, дружище.

– Он очнулся? – раздался голос Марины. – Как он?

– Каком вверх. Всё нормально, дочка. Не беспокойся о своем парне – жить будет, – прогудел бас.

В поле зрения попало поцарапанное лицо Марины. На её коже отпечатались желтые следы йода в тех местах, где бурела запекшаяся корочка крови.

– Да не парень он мне, так, знакомый.

– Ага, знакомых не тащили бы. Бросила бы где-нибудь в поле, да и пошла искать помощь, а ты ведь на горбине его перла, прямо как Дед Мороз подарки, – гудел мужчина, разглядывая лежащего Экзекутора.

Кирилл заметил, что мужчина старательно отводил глаза от его левой руки. Да, как будто натыкался на преграду и спешил перевести взгляд на что-либо другое.

Неужели всё так плохо?

Кирилл скосил глаза. Вроде на месте. Да, перевязанная, со следами крови на бинте, но целая, не культя. Медведю не удалось лишить своего противника конечности.

– Ладно, мы пойдем, а вы тут поворкуйте. Думаю, что вам есть что сказать друг другу, – женщина потянула мужчину за руку.

Тот в ответ подмигнул Кириллу, мол, держись, и пошел к выходу. Кирилл проводил их взглядом, заодно оценив комнату, в которой находился. Обычная комната деревянного дома, коричневато-серые обои с вытесненными цветами, шкаф с книгами, стол в углу, на полу вязанные дорожки.

– Ты как? – спросила Марина, подсев к Кириллу.

– Бывало и хуже, но реже, – ответил тот. – Что было-то?

– Да что… Когда ты грохнул этого утырка, то из позапрошлой комнаты начали вылезать крысы. Они накинулись на мертвяка, но посматривали на нас. Пришлось в срочном порядке делать ноги, а то бы и тебя сожрали. Когда я тебя вытащила, то оказалось, что мы были в каком-то бункере, по типу бомбоубежища. Пришлось волочить тебя по коридору, а он такой длиннющий, а ты такой тяжеленный. И всё Людмилу звал…

– А потом? – перебил её Кирилл.

Упоминание о жене почему-то было неприятно для Кирилла.

– А потом я вытащила тебя наружу и поволокла в сторону дороги. Не дотащила… Я вообще из сил выбилась. Навернулась в поле и лежу молодая, красивая. Рядом ты, старый и страшный. Думала, что крякну рядом с тобой, даже обидно стало. Вроде и красота кругом, и поле чистое, и птички летают, а обидно… Там нас и подобрали Михаил Иванович с Ириной Владимировной. Непонятно как нас нашли, с дороги не видно, с воздуха тоже…

– Ну ты и болтушка, – хмыкнул Кирилл. – И как же у тебя язык-то не болит.

– А что с ним будет? Он же без костей. Ты как?

Кирилл прислушался к своим ощущениям. Тело ныло, отзывалось тупой болью в руке, но, в целом, состояние было гораздо лучше того случая, когда он уходил от горящей «Газели».

– Терпимо. Что с рукой?

– Мишка её пополам хренакнул. Как только до конца не оторвал? Ну да, дерни он разок башкой и ходил бы ты по свету – культяпкой помахивал. А так… тетя Ира твою руку по кусочкам собрала, говорит, что скоро заживет.

Кирилл опустил голову. Попробовал пошевелить пальцами раненной руки, даже чуточку удивился, когда увидел, что они шевелятся. Надо же, не всё так плохо. Могло быть и хуже. Могло…

Этот хоррорщик оказался серьезнее Потрошителя. Продуманнее. Да, загадки старенькие, но вот как всё было подстроено. И муравьи, и крысы, и медведь… Прямо в самом деле, как из игры взято. И ведь есть же любители пощекотать себе нервы, глядя на кровищу и гнилую плоть.

И если говорить о гнилой плоти, то…

– Мы… мы в самом деле всех тех… Ну, которые были в комнате? – спросил Кирилл.

– А что вы с ними? – прогудел бас.

Михаил Иванович стоял на пороге, опершись о косяк. Как только косяк не выскакивал из пазов под таким весом?

– Вы видели? – вопросом на вопрос ответил Кирилл.

– Да, видели. Ты же пару суток проспал, а мы успели и в полицию позвонить… Анонимно… И по новостям успели сюжетец посмотреть. Какой-то урод украл десяток трупов из городского морга и сложил их в бывшем бомбоубежище. Этот урод ещё и каждому в лобешник выстрелил... Да там ещё медведя нашли, крыс тучу и немеряно муравьев. Правда, потом по новостям сказали, что это снимали фильм и оставили декорации, но… Мы-то с вами знаем, какой это был фильм. Расскажете сюжет?

– Я же рассказывала, – вздохнула Марина.

– Ага, ты рассказывала, а вот я хочу мужика послушать, – пробасил Михаил Иванович.

Он подошел к кровати, ловко подцепил ногой табуретку и сел. Кирилл невольно отметил про себя, как грациозно для своего веса и размера двигался этот мужчина. Человек-глыба мог запросто выступать на балетной сцене и даже станцевать партию умирающего лебедя.

– Миша-а-а, – позвала из другой комнаты Ирина Владимировна.

– Ир, всё нормально. Я передумал их наедине оставлять. Пусть мужик расскажет, откуда он там появился и какого хрена «Макарыча» из рук не выпускал? И медведя как завалил…

– Ладно, дочка, – сказала Ирина Владимировна, – пойдем, поможешь стол накрыть. Мишу всё равно не свернешь. Он упрямый.

Михаил Иванович сверкнул глазами из-под кустистых бровей и хмыкнул в ответ. Марина посмотрела на Кирилла, тот кивнул в ответ, мол, иди.

Девушка вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

– Ну что, дружище, теперь рассказывай – в какие-такие игры вы играете? Только не вздумай звездеть, я ложь за версту чую. И прежде, чем ты что-либо скажешь, я могу пояснить и за смерть ребят в Воронеже, и за двух мужиков на дорогих машинах, которые нечаянно умерли от тех же свинцовых подарков. Ну, и ещё двое тоже таких пчелок проглотили явно не по своей воле. Твой «Макар» уже входит в страшилку, как черный пистолет, который приходит за плохими ребятами.

Кирилл вздохнул. Он посмотрел на Михаила Ивановича, а тот не отвел взгляда. Всё-таки он не сдал, хотя мог. Возможно, даже премию какую-нибудь получил, а не сдал, спрятал под своей крышей. Значит, тоже не в ладах с законом, раз не хочет лишнего внимания.

Кирилл подумал, мысленно махнул рукой, а будь что будет, и рассказал Михаилу Ивановичу всё-всё-всё. Начиная с того самого момента, как по дурости сожрал «таблетку аскорбиновой кислоты» и заканчивая выстрелом в голову хоррорщика.

Как оказалось, рассказ занял добрых полчаса. Михаил Иванович слушал, не перебивая, только иногда покачивал головой. И непонятно было – осуждает он своим покачиванием, или наоборот одобряет?

Недаром же говорят, что исповедь облегчает душу – Кириллу стало так легко, как будто с плеч рухнул камень. Не рассказал про жену с ребенком, лишь упомянул, что они в надежном месте. И всё же стало гораздо легче. Нет, проблемы никуда не ушли, но он сумел выговориться и теперь всё кажется на таким уж плохим. Возможно, даже выйдут победителями из схватки со Вселенной.

Да почему возможно? Должны выйти победителями, ведь его ждут обратно! Людмила с Максом, наверное, все извелись, пока он им не звонит. А если попросить у Михаила Ивановича позвонить? Или нет...

Вдруг этот номер прослушивается? Незнакомые люди, незнакомые намерения... Нет, лучше подождать. Кирилл не простит себе, если подставит под удар близких.

– Хм, так вот какие игры у Вселенной... – пробормотал Михаил Иванович. – А на первый взгляд и не скажешь... Хотя, когда они начали делить группы игроков по лигам, то сразу было понятно, что это добром не кончится.

– Каким лигам? – переспросил Кирилл.

Вместо ответа Михаил Иванович достал из ящика стола газету и, раскрыв на нужной странице, подсунул её Кириллу под нос.

«Организаторы и учредители Вселенной „L.i.L“ с радостью сообщают, что в целях повышения заинтересованности и вовлечения в игровой процесс для всех игроков созданы три лиги: медная, серебряная и золотая. Новичок при вступлении в игру автоматически попадает в „медную лигу“. По мере возрастания прокачки и развития навыков он может перейти в „серебряную“, а самые активные и удачливые будут зачислены в „золотую“. Серебряная лига отличается от медной возможностью брать более сильное вооружение и доспехи, а также увеличенным инвентарем, выносливостью и силой. Соответственно повышены характеристики и для золотой лиги. Планируется создание „бриллиантовой“, но туда войдут только те герои, которым станут малы границы „золотой“. И это ещё не всё – Вселенная начинает раздавать деньги! За выполненные квесты и крафт игроки будут получать приятное вознаграждение на банковский счет. Следите за новостями Вселенной! Играйте и получайте самые светлые эмоции от игры!»

– Вот как-то так, – прогудел Михаил Иванович.

– Да вроде всегда так было, – сказал Кирилл. – Когда прокачиваешься, то автоматом улучшаешь все характеристики и песочница становится мала – хочется попасть во внешний мир.

– Так-то оно так, – кивнул Михаил Иванович. – Вот только попасть в золотую лигу и получить все плюшки можно минуя долгий кач. Всего лишь заплатить нужную сумму и получить билет в высшие сферы. Догадайся, кто туда отправился в первую очередь?

– Нубы с золотыми кредитками, – ответил Кирилл.

– Ага, а те, у кого карманы пусты, жопу рвут на британский флаг, лишь бы попасть повыше. Даже в игровой реальности пошло разделение на богатых и бедных. Снова внедряется американская мечта... И ведь не понимают игроки, что эта самая мечта о доме с бассейном, красивой лужайкой и тремя автомобилями – это мечта не для всех и каждого, а только для избранных. Остальным отведена роль удобрения, на котором произрастут красивые дома и дорогие автомобили меньшинства.

– Не, подожди, раньше же прокачивали аккаунты, продавали их. Устраивали соревнования между киберспортсменами, платили огромные деньги. Так что же сейчас не так?

– А ты не понял? – хмыкнул Михаил Иванович. – Деньги в игре – это только верхушка айсберга. Что было раньше – только постепенное подсаживание на новую работу. Сейчас же я вижу повальный переход на новый уровень. А вместе с тем, что ты рассказал… Это рабство. Это лучшее добровольное рабство, которое знало человечество! И люди с радостным визгом ныряют в него…

– Может, не всё так плохо?

– Ты знаешь, я тоже думал, что это неплохо. Читал литрпг, где герой преодолевал компьютерные ловушки, зарабатывал огромные бабки, трахал всех подряд и потом тихо отчаливал в пустоту. И это вчерашний пацан, руки которого не просыхают от дрочки на порнуху… А теперь вижу, что это ещё один кусочек пазла… Значит, всем вживляются ваши чипы?

Кирилл кивнул.

– Сейчас по телевизору который день идет реклама обсосов, которые только вчера дули пиво за гаражами, а сегодня за рулем «Мазератти» летят с красотками. И ведь преподносится всё это так, как будто они только вошли в игру, пару недель поработали… как это называется-то? – Михаил Иванович защелкал пальцами, пытаясь вспомнить слово.

– Покрафтили? – подсказал Кирилл.

– Во-во, покрафтили, нашли золотую жилу, забили участок и теперь левой ногой загребают, а правой разбазаривают. Мечта… И ведь ведутся миллионы, как в своё время велись на «Золотую лихорадку» в Америке. Не понимают, что это самое крупное нахлебалово с поры «МММ». Причем нахлебалово в мировом масштабе.

– Да что в этом такого? Поработали в виртреальности, заработали на хлеб насущный. Подработка как-никак.

– Ты подработал? Грохнул ни в чем не повинную девчонку? Чего рот открыл? Вот и другие «подработки» могут быть такими же. Или нет – ты будешь копать картошку на Марсе! Во! Кругом красота неописуемая, звезды, звездолеты, бластеры и прочая фуета, а ты копаешь картошку. Потому что «подработка» такая. И устаешь ты от этой подработки, как от обычного копания, вот только не понимаешь, что ты на самом деле копаешь картоху. И вовсе не на Марсе, а где-нибудь на общественном поле. А чип тебе усиленно передает картинку будущего, и ты рад! Ты рад, что настолько крут и бесстрашен. Но по факту – тебя беззастенчиво используют.

– Мрачновато как-то, – сказал Кирилл.

– Ага, мрачновато. А прибавь ещё преступность – эти молодчики вряд ли откажутся заиметь у себя пару хакеров, которые будут «настраивать» остальных людей на работу ОПГ… Вот и будет молодежь не у баронов исторических и королей всяческих кошельки из карманов воровать, а у обычных людей тащить. Но чип им скажет, что они прокачали навык «Воровство» и теперь получат чуть больше монет. И молодежь будет радоваться… Пока не поймают.

– Мда…

– Подпольные бои под соусом «файтинга». Домохозяйка пойдет на садовника… Гонки по обычным улицам. За сбитого пешехода отдельный бонус… А если вдруг какая-нибудь страна решит пойти войной на другую страну и проплатит «Вселенной» за сдвиг по фазе… Вряд ли кто из «золотой лиги» окажется на поле боя. Скорее там будет перестреливаться лазерами «медная лига». И это всё не за горами…

Михаил Иванович вскочил и зашагал по комнате. Его гулкие шаги заставляли дребезжать блюдца в серванте. Кирилл наблюдал за ним и чувствовал, как его кулаки сжимаются.

В самом деле, ему даже не приходили в голову последствия такого глобального развития Вселенной и чипирования населения. Все люди становятся куклами в руках умелого кукловода и тогда верхушка Вселенной может творить всё, что только душе угодно – люди будут думать, что это всё ненастоящее. Что это всё игра…

И разделение на лиги…

Всё как в древней стратегии – разделяй и властвуй. Любое желание можно будет продавить через тех участников «золотой лиги», которые не пожелают покидать нагретого местечка и будут готовы всеми правдами и неправдами удержаться за иллюзию избранности.

Программный код в таком случае предстает волшебной палочкой, способной уничтожить Землю. Да, как и сказал Михаил Иванович – достаточно одной стране проплатить захват другой. А если в воздух взлетят ракеты с ядерной начинкой, то недалеко и до атомной войны.

Хотя, вряд ли до неё дойдет – тогда верхушке игровой Вселенной будет некем руководить. Но сколько бед и несчастий могут принести людям маленькие черные горошины, которые просто закрепятся на затылке и начнут подменять реальность на компьютерную виртуальность…

– Да, бед и несчастий может быть немало, – сказал наконец Михаил Иванович, опускаясь обратно на табуретку. – Пожалуй, мне стоит вас проводить до Москвы. Возможно, даже поболтать с этим самым «профессором».

– Нам стоит, – поправила его Ирина Владимировна, неслышно возникая на пороге.

– Услышала? – мягко улыбнулся Михаил Иванович. – Ир, может, ты не поедешь?

– Ага, щас. Значит, ты помчишься развлекаться, а меня оставишь дома? Ну уж нет. Я с тобой. Заодно и проверим, как ты меня обучил, – упрямо сжала губы Ирина Владимировна.

Кирилл смотрел на этих пожилых людей и не понимал – чем они могут помочь. И ещё его волновал другой вопрос:

– Уважаемые, а не подскажите, где мы вообще сейчас находимся?

– Недалеко от Тулы, на Осиновой горе, – отозвался Михаил Иванович. – Друг мой, тебе выпала редчайшая возможность развалить свои ляхи в доме берендеев. Будет потом что внукам рассказать… если доживешь.

13

«Если ты никогда не дрался, то боишься всего на свете:боишься боли, боишься того,что не сможешь справиться с противником».

Чак Паланик

В этот день выехать не удалось. Машина требовала небольшого ремонта, которым Михаил Иванович тут же и занялся. Решили выехать утром.

Ирина сменила повязку, обложила травмированную руку пахучими травами и корешками. Плотно притянула, чем вызвала гримасу на лице Кирилла. Но в ответ только подмигнула, мол, терпи, казак – атаманом станешь.

Вечером Марина помогала Ирине накрыть на стол, а Михаил Иванович позвал Кирилла на крыльцо.

– Пойдем, Кирюха, подышим, чтобы не путаться под ногами.

Уходящее солнце окрасило верхушки деревьев в золотисто-красный цвет, как будто на прощание стремилось подарить им последние крохи тепла. Кирилл огляделся – кругом площадки с домом волновался разномастный лес. На самой площадке всё было прибрано, каждой вещи отведено своё место. Лопаты и топоры наточены, вилы прислонены к сену под навесом, бочка с водой набирала стекающую с водостока влагу.

Дощатый забор годился разве что зайцев в огород не пускать, против волков и тем более медведей он был бессилен. Странная веревочка с красными мешочками шла по верху забора. Концы веревок были развязаны на калитке.

– Явно не для сушки белья, – кивнул Кирилл на калитку.

– Да, это наша сдерживалка, – сказал Михаил Иванович с горечью в голосе.

– От чего сдерживаешься?

Михаил Иванович вздохнул, как перед длинным, но неприятным рассказом и начал:

– Мы нашли вас по запаху… Вы настолько пропахли смертью, что можете свободно одеваться в балахон безносой и брать в руки косу. И эта особенность, чуять смерть за километр, пришла к нам с Ирой, когда мы начали играть в «Войну Кланов». Не смотри так, у нас это была не компьютерная игрушка, а настольная. Мы стали берендеями…

– Кем-кем? Что-то из славянской истории?

– Ага, из славянской истории… Оборотни мы, превращаемся в медведей.

Кирилл чуть отодвинулся. Вроде Михаил Иванович на сумасшедшего не похож, так чего он несет какую-то пургу?

– Да не дергайся ты. Мы нормальные, тоже любим, творим, малюем… Вот только раз в месяц для нас наступает ночь Предела, когда мы сходим с ума и превращаемся в животных. Вижу вопрос в твоих глазах – нет, тот медведь в хоромах хоррорщика был обычным медведем. Чего хмыкаешь? Всё ещё не веришь, тогда смотри.

Михаил Иванович закатал рубашку по плечо и показал Кириллу мускулистую руку. Черные волосы начали густеть и побурели, сама рука раздалась вширь и удлинилась. Пальцы же наоборот, втянулись, но вот ногти… Да какие ногти, там уже были когти, черные, блестящие, словно покрытые лаком.

За секунду человеческая рука превратилась в медвежью лапу. Кирилл от удивления икнул. Перед ним стоял и ухмылялся всё тот же мужчина, но вот теперь вместо руки у него была медвежья лапа. Как будто он натянул деталь лохматого костюма царя российской тундры.

– Ого-о-о, – протянул Кирилл.

– Вот тебе и «ого-о-о», – передразнил его Михаил Иванович. – Так что нам раз в месяц нужна «сдерживалка», чтобы мы не вырвались на свободу и не покрошили народ почем зря.

Кирилл ещё раз посмотрел на руку-лапищу нового знакомца.

– Скажи, Михаил Иванович, а зачем ты рвешься нам помочь? Сам же сказал, что мы провоняли смертью. На дороге вряд ли будут розы, скорее всего мы даже не пробьемся к Мастеру Паролей…

– Мы с Ириной свой интерес имеем. Мне тоже к нему нужно, – ответил Михаил Иванович. – Да чего ты так смотришь-то? В общем, ладно. Поясню вкратце. У нас своя игра, которую начали боги, но продолжают люди. В нашей игре идут три расы: люди-охотники, перевертни – люди-волки и мы, береднеи. Охотники стремятся сохранить равновесие во всем мире, перевертни рвутся к власти, а мы живем постольку-поскольку. И в наш уклад ворвалась твоя Вселенная…

– Она не моя, – тут же перебил Кирилл, наблюдая, как из медвежьей лапы сформировалась человеческая рука.

– Хорошо, не твоя, не твоя, – кивнул Михаил Иванович. – Не суть. Главное в том, что эти твои чипы внедрились в охотников. В оборотней они залезть не смогли – мы же оборачиваемся в зверей и чипы вылетают, так как заточены на людей, но вот охотники… Нам пришлось убить Серегу Топорова, охотника, которого я давно знаю и который закрывал нас на ночь Предела. Представляешь, он влетел в наш дом с мечом и пытался нас пошинковать. Орал, что мы должны сдохнуть во имя короля Артура. Нес какую-то хрень про артефакты и уговоры не помогли, справиться с ним не получилось – он и так силен, а с помощью чипа вообще хрен заборешь. В итоге он и меня поранил, и Иринку пару раз полоснул. Пришлось навалиться на него вдвоем и…

– Может быть… – начал было Кирилл.

– Не может! – жестко отрезал Михаил Иванович. – Не может, Кирюха. Такое случилось не только у нас. Все те охотники, которые пробовали заходить во Вселенную, начинали убивать оборотней. Как будто у них крышу срывало, и они шли только к нам… Так что Мастер Паролей нужен не только тебе…

Кирилл пожевал губами. Мда, дела-а-а… Похоже, что его клан усилился. Вот только интересно – какие воины из берендеев? Кирилл пошевелил пальцами раненой руки, вроде не болит. Ноет, как будто отдаленная зубная боль, но не стреляет резкими толчками.

– Слушай, Михаил Иванович, а ты хорошо биться-то умеешь?

– Тебя заборю, даже когда руку вылечишь, – хмыкнул берендей.

– Ой ли?

– Вот тебе и «ой ли». Не веришь?

– Сомневаюсь, – ответил Кирилл.

Михаил Иванович посмотрел на садящееся солнце и кивнул на дом:

– Пойдем, поужинаем, а как солнце сядет, так прогуляемся. Ты же видишь ночью?

Кирилл снова вспомнил прокачанное «ночное видение», которое немного пригодилось у хоррорщика и кивнул.

– Вот и отлично. Побегаем на перегонки и сыграем в прятки...

– Да? А рука?

– А её зафиксируем, чтобы по дороге не отвалилась.

– Договорились, – кивнул Кирилл.

– Мальчишки! – позвала Ирина. – Идите обедать!

Мужчины без разговоров отправились на зов. Ужин прошел в теплой обстановке, еда была по-деревенски вкусна и обильна. Кирилл даже отвалился от стола, когда резинка треников впилась в живот.

– Спасибо огромное, – произнес он. – Давно так вкусно не ел.

– Да Ирина у меня молодец, – прогудел Михаил Иванович. – Прямо-таки кулинар!

– Да ладно, захвалили прям, – судя по покрасневшим щекам, комментарии мужчин Ирине очень понравились.

– Я тоже кайфовала, – подала голос Марина. – Научите так готовить?

– Научу. Правда, этому быстро не учатся, но по мелочи могу показать, – улыбнулась Ирина.

– Вот и ладно, показывай, что и как колдовать на кухне, а мы пока прогуляемся, – сказал Михаил Иванович и показал Кириллу глазами на дверь.

– Только не долго, Миша, – сказала Ирина.

Михаил Иванович подмигнул в ответ.

Кирилл вышел следом и вдохнул полной грудью свежесть весеннего вечера. Солнце уже закатилось за горизонт и в лесу стремительно темнело. Между деревьями показались плывущие клочья тумана, как потерявшиеся призраки, что ищут своё пристанище.

– Бежим туда, – показал Михаил Иванович. – Если сможешь, конечно.

Кирилл только хмыкнул в ответ. Неизвестно, какие лекарственные травы эта семейная пара прикладывала к его ногам, но укусы муравьев уже не горели. Ещё ныла рука, но боль можно запихнуть в дальний уголок сознания и временно не замечать её. Временно, достаточно для того, чтобы обогнать этого здоровяка.

– Сейчас, подожди пару секунд, – сказал Кирилл и проделал упражнения для обострения ночного зрения.

– Пара секунд прошла. Кстати, напомни-ка свой пароль, а то вдруг перейдешь в виртуал, и я запарюсь потом тебя по щам нахлестывать, – сплюнул Михаил Иванович.

Кирилл повторил. Глаза за это время привыкли к темноте. К тому же на небосклон выпрыгнула луна и осветила мертвенным светом земное царство. Луна наблюдала, как Михаил Иванович разделся, аккуратно сложив одежду горкой на крыльце.

– Лады, бежим! – коротко бросил Михаил.

В следующий миг он поклонился Кириллу в ноги, а выпрямился уже огромным оборотнем. Экзекутор почувствовал, что ему надо было сходить в туалет, перед тем как выходить под темное небо. Любой бы на его месте испугался, когда вдруг вместо человека появилась заросшая темным мехом гора с оскаленной пастью и длинными когтями.

– Догоняй! – прорычала гора и с легкостью балерины прыгнула в сторону калитки.

Кирилл проследил взглядом за бегущим оборотнем и подумал, что неплохо бы развернуться и пойти домой. Что вовсе это не Михаил Иванович сейчас галопом несется к лесу, а опять фокусы Вселенной. И хрен с ней, с этой Вселенной, ведь можно лечь и уснуть, так хочется отдохнуть, расслабиться…

Ноги сами двинулись следом за летящим над полем чудовищем. Рука сперва отзывалась болезненными уколами, но Кирилл заставил себя загнать боль в угол. Заставил тело снова почувствовать себя живым и гибким. И этому обучал Андрей Глазов, пока они тренировались в беге сквозь заросшие джунгли. Тогда Кирилл попался на укус змеи и послушный костюм услужливо передал болевые ощущения, а также возникающее онемение от двух точек.

«Боль можно легко преодолеть, достаточно принять её и отодвинуть в сторону. Ты можешь вколоть себе обезболивающее и тогда нервные окончания будут обмануты, они перестанут посылать сигналы мозгу. Но ты можешь обойтись и без обезболивающего – просто прими боль и загони её в дальний угол сознания. Не позволяй ей мешать движению к цели!»

К чему Андрей снова вспомнился? К чему был тот сон, когда раздавались голоса Людмилы и Андрея? И что за слова о скорой встрече? Извращение разума?

Кирилл тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли, отстраняясь от ноющей руки, переходя на бег. Только бег. Только тренировка. Только движение к цели.

Уколы в руку при каждом шаге становились слабее. Кирилл сцепил зубы и старался не упасть, когда нога попадала в скрытую под землей кротовину. Меховая туша мчалась вперед, из-под лапищ вылетала земля. Кириллу приходилось порой уворачиваться, чтобы не получить добрую пригоршню в лицо.

Лес пытался пихнуть в лицо то еловой лапой, то веткой орешника. Надо было напрягать зрение, чтобы не столкнуться с очередным сюрпризом – на развившейся скорости это чревато потерей пары зубов.

– Не отставай, Экзекутор! – прорычал берендей, когда они поравнялись.

– Это я ещё в полсилы бегу, – пропыхтел в ответ Кирилл.

– А ты давай в полную! – рявкнул человеко-медведь и бросился вперед с удвоенной энергией.

Кириллу пришлось тоже поднажать. Темнота не скрыла того факта, что на белой повязке выступила кровь.

Плевать!

Сейчас в жилах зажегся огонь задора. Надо догнать, обогнать! Снова появилось ощущение игры, которое будоражит кровь и заставляет сердце биться сильнее.

Луна следила за бегом двух существ, которые мчались по ночному лесу и шугали охотящихся сов. То один, то другой вырывались вперед, изящно огибая стволы деревьев и уклоняясь от внезапно вырастающих кустов.

Кириллу это снова напомнило Вселенную и тренировку в ней, когда все силы были направлены на то, чтобы выжить. Где в каждую секунду на пути могла появиться ловушка, а деревья падали настолько неуправляемо, что как бы ты не старался, но мог получить по хребтине веткой даже того дерева, которое и не думало падать.

В конце бега они резко выскочили на берег реки. Кирилл едва успел затормозить на обрыве, но ноги заскользили по траве, влажной от вечерней росы.

Мысли за долю секунды пролетели в голове: перевернуться? Зацепиться? Отпрыгнуть?

– К-куда ты! – стальная лапища дернула за воротник и ночной полет Экзекутора в маняще поблескивающую воду оказался несостоявшимся.

– Спасибо, – проговорил Кирилл, когда оказался развернут к оскаленной морде.

Как всё-таки быстро он привык к необычному состоянию Михаила Ивановича, как будто видел его в таком состоянии не первый раз.

– Потом отблагодаришь, – отмахнулся оборотень. – А подраться-то ты сможешь?

Кирилл взглянул на повязку, на которой красные пятна расплылись ещё больше и кивнул.

– Конечно смогу, если только…

– Не боись, я бить в ответ не буду. Посмотрю только, как ты двигаешься, – прорычал Михаил Иванович. – Тут-то нас никто не увидит. На Уле сегодня клева нет…

– Зачем тебе это?

– Да чтобы понимать – можно ли тебе доверить спину при случае, – огрызнулся берендей. – Или ты на словах мастак, а на деле кое-как?

На деле кое-как? Эта фраза обозлила Кирилла. Снова вызов и… Снова купиться на вызов?

Как это напоминает ту ситуацию в машине, когда профессор, похожий на доктора из кинофильма «Приключения желтого чемоданчика», поймал на спор наивного Кирилла. Чуть больше полугода прошло с той поры, а сколько человек успел убить за этот срок «наивный» Кирилл?

Снова мысли, снова размышления.

Прочь!

Всё прочь!

Сейчас надо сосредоточиться на показательном выступлении, всё-таки эта махина, состоящая из мускулов, когтей и клыков будет сражаться на стороне Кирилла. А это на минуточку не хухры-мухры. Это действительно выносливый боец – вон даже не задыхается, хотя пробежали не меньше десяти километров в быстром темпе.

Первый удар Кирилл сделал с обманкой: сначала обозначил удар подъемом стопы по икре, а потом, когда оборотень дернулся вниз, этой же ногой влепил по челюсти. Удар пришелся в подставленную лапу. У Кирилла возникло ощущение, что шарахнул по стволу дерева.

Тут же перестроиться и с разворота в то место, где под мехом скрывается пресс!

От легкого толчка нога ушла в сторону, а Кирилла по инерции бросило к берендею. Оборотень поймал Экзекутора свободной лапищей и помог удержать равновесие.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю