Текст книги "Город теней"

Автор книги: Алексей Атеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Богато живешь! – удивился Жора, привыкший, что в этом доме отдают предпочтение самой простой пище. – С чего бы вдруг подобная роскошь?

– Я, конечно, не гурман, но иной раз хочется отведать чего-нибудь вкусненького, – отозвался Сергей.

– Ты словно знал, что я вернусь. Еды тут намного больше, чем нужно для одного человека.

– Знать не знал, но предполагал. У тебя ведь колесо спустило?

– Откуда тебе это известно?

Сергей некоторое время не отвечал, только улыбался, потом объяснил:

– Да по одежде определил. На коленях, когда ты вошел в квартиру к Любе, у тебя была грязь, словно ты стоял на них на земле. И руки замасленные и грязные… Несложно догадаться.

– Ты прямо Шерлок Холмс, – с добродушной насмешкой произнес Жора. – Дедуктивный метод применил. А я-то думал…

– Что ты думал?

– Подстроен прокол колеса, а потом с этими ключами… Понимаю, конечно, – чепуха! Но выглядит все довольно странно. Отъехать толком не успел, как пришлось возвращаться. Ладно. Налей-ка пивка…

– С возвращением! – иронически хмыкнул Сергей, чокаясь своим стаканом с Жорой. – Все, что ни делается, делается к лучшему. Ты еще не уехал, а я успел соскучиться.

Пива оказалось в достатке, было оно свежим, холодным и вкусным, а о лучшей закуске не приходилось и мечтать. Поэтому, когда Жора встал из-за стола, ему захотелось немного полежать. Он улегся на тахту, включил торшер… Взгляд упал на лежавший тут же пакет с обгоревшим дневником. Глянуть, что ли? Он достал обугленную с двух верхних углов книжку, развернул… Огонь не особенно повредил ее. Первая страница читалась вполне нормально, хотя начальные строки отсутствовали:

«…второй раз. Прибыли мы сюда с некой Петуховой Валентиной Серг…

…довольно забавной. Эта самая Петухова стала невольной жертвой здеш…

…нов. Приехала она сюда, так сказать, на отдых. Грибы собирать. Ну и забре…

…рое кладбище. И увидела обряд. А утром, на одном из могильных памятников обна…

…и дату собственной смерти. Ей предстояло прожить еще тринадцать дней…

…ле она приняла происходящее за чью-то злую шутку, но потом с ней начали…

…ные странные явления. Причем не только в самой Лиходеевке, но и после то…

…она вернулась домой. Нужно отметить, что она связалась с местными краеведа…..тником музея Забалуевым и энтузиастом-собирателем Воробьевым. Те, хотя...

…танты в данном вопросе, но полны здорового любопытства, а также сострада…

…тве нечистых сил. Они приехали вместе с ней в Лиходеевку, сразу же помчались…

…бище, и попытались рассеять ее страхи, нашли памятник, на котором якобы бы…

…писано ее имя и дата предполагаемой смерти. Фамилия на надгробье действитель…

…ла похожей, а год рождения и смерти и близко не совпадал. Короче говоря, успокоил…

…нщину. Но на обратном пути их мотоцикл попал в аварию. Пострадали лишь мужчины, Петухова осталась целой и невредимой. Однако странности с ней продолжались.

Нужно заметить, со следопытами Забалуевым и Воробьевым я познакомился еще до вышеуказанных событий, когда явился в музей, представился энтомологом, специалистом по бабочкам, и сообщил, что меня особенно интересует редкий подвид «Acherontia atropos» – «мертвой головы», ночной бабочки из семейства бражников. Собственно говоря, так оно и было. Я действительно увлекаюсь энтомологией. Это не для кого не секрет. Так вот, я сообщил следопытам, что редкий вид «мертвой головы» обитает именно в окрестностях Лиходеевки и что я в ближайшее время собираюсь туда отбыть. В качестве источника информации о редком подвиде бабочки я сослался на книгу некоего майора Кокуева «Сонмище демонов черных и белых», издание, можно сказать, уникальное. Кроме всего прочего, на нескольких страницах этой забавной книги описывалось, как автор присутствовал при воскрешении мертвого тела, а именно своей возлюбленной, девицы Суриной. Кроме того, в книге имелся рассказ о некоем таинственном ордене колдунов, существующем будто бы на Руси с незапамятных времен и гнездящемся в Лиходеевке. Я дал почитать книгу одному из энтузиастов, а именно Воробьеву. В свою очередь, этот Воробьев сообщил о ранее мне неизвестной рукописной книге некоего семинариста Воздвиженского, касающейся Лиходеевки. И вот мы с Воробьевым и моим помощником Николаем Беловым отправились в эту деревушку. Конечно, нашей целью были отнюдь не поиски редкой бабочки, а обнаружение реликтовых биообъектов, или, проще говоря, «живых мертвецов». Прибыли мы туда, разбили лагерь неподалеку от деревни и занялись исследованиями. Почти сразу же отыскали кладбище. Приборы зафиксировали несколько мест, где лежали предполагаемые объекты. Решили раскопать один из них. Остановились на могиле упомянутой выше девицы Суриной. К тому времени я посвятил нашего добровольного помощника Воробьева в истинные цели экспедиции. Июльским днем прибыли мы на кладбище и принялись за раскопки. До гроба докопались довольно быстро. Вскрыли его. Я ожидал увидеть нечто подобное, однако, по чести говоря, несколько опешил. В гробу лежало существо, более всего похожее на мумию. Обтянутый серо-коричневой кожей скелет, лицо – скорее маска, но, главное, имелись глаза. В них даже отражался свет. Ассистент мой, да и Воробьев несколько струхнули. Действительно, мертвое тело производило отталкивающее впечатление. Но они взяли себя в руки и принялись исследовать тело, а именно измерять его температуру. В этот момент я осознал, что за нами наблюдают, причем, видимо, с самого прибытия. Вдруг, откуда ни возьмись, появился милиционер. Довольно нелепая в подобной глуши фигура. Строгим тоном он принялся расспрашивать нас: кто мы такие, откуда сюда явились и чем занимаемся. Вначале, каюсь, я принял это существо за подлинного стража порядка, однако очень быстро понял: перед нами отнюдь не представитель органов, а оборотень. Выдали его глаза. Это были глаза древнего старика. С молодым лицом милиционера они никак не вязались. Однако я показал ему документы, разрешающие нашу деятельность, и потребовал предъявить свои. Но мнимый страж порядка ничего предъявлять не стал, а вместо этого осмотрел место раскопок и констатировал: «Дарью раскопали». Тут и вовсе стало ясным, кто перед нами. Лжемилиционер после этого удалился, на прощанье заметив: «Сегодня Дарья сама к вам в гости придет». Мой ассистент попробовал задержать оборотня, но это не удалось. Однако я понял, хозяева здешних мест просто так нас не отпустят. Поэтому по возвращении в лагерь принял соответствующие меры. А именно: окопали лагерь, приготовили горючее и… (в этом месте кусок текста был тщательно замазан чернилами).

Наступил вечер. Мы сидели вокруг костра. Пока что ничего не происходило, однако сам воздух был насыщен неопределенной опасностью. Ровно в полночь они пожаловали. Их было довольно много, сколько точно – не могу сказать, но, несомненно, не меньше двух десятков, а возможно, и значительно больше. Мы подожгли налитое в борозду, окружавшую палатку и костер, топливо. Создания толпились возле огня, не в силах преодолеть его. Время от времени то одному, то другому удавалось проскользнуть сквозь огненный барьер, но мы успешно отбивали атаки. Сражение продолжалось около часа или чуть больше. Потом пришельцы внезапно пропали. Я успел заметить, что, кроме них, на месте битвы присутствовала еще одна группа, на этот раз, несомненно, люди. Участия в атаке они не принимали, но стояли поблизости, поэтому я хорошо их разглядел. В основном это были немолодые женщины, но среди них выделялся древний старец. На следующее утро мы обследовали место столкновения. Никаких следов, кроме тех, что оставили мы, не наблюдалось. Нужно отметить, добровольный помощник Воробьев, натерпевшись страху, нас покинул. Потом мы отправились в деревню, надеясь повстречаться с кем-либо из ее обитателей с целью получения информации. Однако Лиходеевка словно вымерла. Ни в одну избу мы так и не попали.

В итоге попытаюсь сделать краткий вывод: информация о сущностях, которые я бы осторожно назвал биообъектами неясного происхождения, подтвердилась. С теми, кто руководил действиями биообъектов, пообщаться не удалось.

С прецедентом Петуховой я столкнулся в ходе своего второго приезда. Рассказал мне о ней все тот же Воробьев. Факты, связанные с ее делом, я описал выше. Однако, как уже указывалось, экстраординарные события продолжали происходить с ней даже после того, как она вернулась из Лиходеевки…»

На этом рукопись обрывалась. Жора бережно закрыл книгу и положил ее назад, в пакет.

– Прочитал, – сообщил он Сергею.

– Ну и как впечатление?

– Да как сказать… Если это не выдумка…

– Записи принадлежат именно Струмсу.

– Да не сомневаюсь я… Но ведь и он мог все придумать. К тому же мне неизвестно: кто таков этот Струмс и чем он на самом деле занимался. Судя по стилю и чернилам, написано это в конце пятидесятых годов, ну, может быть, чуть позже. Не думаю, что тогда интересовались биороботами, разными там андроидами… Времена были не те.

– Ты уверен?

– Да как сказать… Не знаю.

– Ладно. Дело не в этом. Думаешь, почему я дал прочитать тебе рукопись именно сейчас?

– Вот уж не предполагаю.

– А рассказ Бланки помнишь?

– Ну?

– Про то, как на одного из поисковой группы, Володю, кажется, напали?

– Да. Он утверждает, что напал негр. – Жора засмеялся. – Со страху чего не покажется.

– Так вот, это был вовсе не негр!

– Это понятно.

– Тогда кто же?

– Ты уже спрашивал… Не знаю я!

– А я знаю. На Володю набросился такой вот оживший мертвец.

– Ну, не верю я в подобные вещи! Хоть убей, не верю!

– Но ведь ты сам видел…

– Что я видел?!

– Или не помнишь… Подземелье, склеп, гроб, мертвец…

– Ну, видел, видел!.. А дальше-то?..

– Тело, как ты помнишь, не полностью подверглось разложению. Вернее, вовсе не подверглось.

– Это не доказательство. Подобные мумифицированные останки встречаются довольно часто. Причина их образования – особая почва, сухой воздух, бальзамирование… Да мало ли что еще.

– Но глаза?! Вспомни глаза. Они живые.

– Да, поблескивали. Но живые?.. Не уверен. Возможно, это натеки смолы или вставленные стекляшки.

– Какая смола, какие стекляшки?! Что за бред?! Она живая!

– Вот это как раз бред! Тело пролежало под землей полторы сотни лет, а то и больше, и вдруг – жива!

– А рукопись Струмса?

– Записки сумасшедшего!

Сергей замолчал, налил себе пива и залпом выпил:

– С тобой, прежде чем разговаривать, нужно сначала гороху наесться.

Жора засмеялся:

– Могу заявить то же самое. Ты меня с самой нашей первой встречи убеждаешь в существовании каких-то зомби, будто бы покоящихся в здешней земле. Не пойму только, зачем? Хочешь отпугнуть от поисков клада? Но я и так не больно-то ищу его. Морочишь голову, чтобы набить себе цену? Как будто не похоже. Тогда для чего?

– Желаешь своими глазами увидеть, как оживает мертвец?

– Больше всего на свете, – насмешливо произнес Жора.

– Тогда пошли.

– Куда опять?

– В подземелье.

– Может, хватит приключений на сегодня?

– Нет, не хватит! Не хватит… Я хочу убедить тебя раз и навсегда.

– Не удастся.

– Посмотрим. Давай вставай…

Через пару минут джип подъехал к дому, в котором проживал Каковенко. Старый мореход сидел на лавочке перед подъездом в окружении старушек и, попыхивая неизменной сигарой, что-то снисходительно им рассказывал. Увидев вылезающих из машины Жору и Сергея, он неторопливо встал и пошел им навстречу.

– С чем пожаловали, господа?

– Да все с тем же. Нужна твоя помощь, старик. Вот этот деятель не верит в существование живых мертвецов, – сообщил Сергей.

– Напрасно.

– Только не нужно на меня давить! – воскликнул Жора.

– А никто и не давит, – отозвался Сергей. – Скоро сам убедишься.

– Значит, снова полезем? – спросил Каковенко.

– Верно мыслишь, старик. Полезем. Только не туда, куда в первый раз лазили.

– Интересно, куда же на этот?

– В тот колодец, что у тринадцатого дома.

– Туда ни за какие коврижки! Хоть чего сулите!

– Ладно. Полезем сами, а ты подстрахуешь.

Каковенко в сомнении тер лысину. Видно было: старику и хочется принять участие в новой экспедиции, и в то же время боязно. Жора тоже вдруг смутился. Всегдашняя его самоуверенность куда-то пропала. Он пытался храбриться, но предчувствие неких событий, противостоять которым он был не в силах, леденило голову, сушило слюну.

Жора понимал: в своем отрицании он зашел слишком далеко. Нужно было либо решаться на дальнейшие действия, либо признать свое поражение. Но самолюбие мешало сделать последнее.

– Ладно, – тихо сказал Каковенко. – Идемте.

ГЛАВА 10

Совсем стемнело, когда они подошли к месту спуска. Колодец находился в самом углу злополучного двора. Вон там огороженная тесом площадка, на которой действовала команда Сэма, а вон дом, в котором обитает Люба.

– Вот он, – шепотом заметил Каковенко, освещая фонариком круглую железную крышку. – Раз всего тут был… Сколько ребят в нем сгинуло.

– Каких ребят?.. Чего вы мелете? – за грубоватым тоном скрывая испуг, спросил Жора.

– А таких… Наших же сантехников. Колька Белкин, Семка Кравчук… Еще кто-то. Уж не помню. Спустятся туда, и каюк! Нету! Никто больше и не видел. А вот Степа Базлаев вернулся. Но, того… С катушек съехал. В отделении для буйных пребывает.

– Да что же там такого ужасного? – наигранно веселым тоном спросил Жора.

– А сами увидите. Но я бы не советовал… Очень бы не советовал!

– Запугиваете…

– Ладно, хватит! – одернул компаньонов Сергей. – Давай, Николай Яковлевич, отчиняй притвор.

Каковенко ловко подцепил крышку колодца крючком и в секунды открыл его. Перед исследователями предстало темное жерло шахты. Дух оттуда шел еще гуще и тяжелее, чем в первое посещение городской канализации, отметил Жора.

– Полезли, – скорее приказал, чем предложил Сергей. – Я – первый. Ты следом. Только на голову старайся не наступить.

Он присел на край колодца и, свесив ноги вниз, нащупывал скобу. Фонарь висел у него на груди. Вот голова Сергея исчезла в люке, и тут же послышался глухой, искаженный кирпичными стенами голос:

– Давай следом.

Перед тем как последовать за ним, Жора взглянул на Каковенко и с удивлением увидел, как тот перекрестил его.

Подошва кроссовки коснулась скобы, оперлась на нее, и Жора почувствовал, как ржавый металл зашатался, готовый выскочить из гнезд. Жора инстинктивно ухватился за край колодца. Сердце бухнуло и куда-то провалилось. Он перевел дыхание. Спускаться абсолютно не хотелось.

– Чего застрял?! – услышал он снизу. – Смелее, смелее…

И Жора нехотя начал спуск.

Любой канализационный колодец, по его наблюдениям, глубиной не превышал десяти метров. Но у этого же, казалось, не было дна. Жора с максимальной осторожностью ставил ноги на скобы, словно не спускался в городскую клоаку, а взбирался на Эверест. В жерле шахты царила абсолютная тьма, лишь время от времени разрезаемая отблеском луча от фонаря Сергея. По стенам, которых касался Жора, струилась вонючая влага.

Наконец ноги коснулись дна. Жора стоял по щиколотку в тухлой жиже. Рядом сопел Сергей. Потом он поднял голову:

– Смотри, звезды отсюда какие яркие.

Жора глянул вверх, но звезд не увидел, поскольку ночное небо заслонила какая-то тень.

– Эй, что там такое?! – прокричал Сергей.

– Это я, – отозвались сверху.

– Спускаешься?

– Ну да…

– Не выдержал старик, – сказал Сергей Жоре. – Одному, видать, скучно, а на миру и смерть красна. Ладно, подождем.

Скоро послышалось громкое пыхтение, и свет фонаря вырвал из мрака тумбообразные ноги в болотных сапогах.

«Эх, – с сожалением подумал Жора, – нужно было и мне обуть бахилы. Но поздно, поздно…»

– А вот и я, – сообщил Каковенко. – Тоскливо там, наверху… Сколько вас ждать… Да и дождешься ли…

– Типун тебе на язык, старик! – рявкнул Сергей. – Не к месту шутишь.

– А я вовсе и не шучу, – отозвался мужественный Николай Яковлевич. – Всякое в этой дыре может случиться.

– Ладно, хватит каркать. Лучше показывай дорогу.

– Да ты, начальник, сдается, не хуже меня знаешь, в какую сторону топать. Мабуть, вправо? Или влево?

– Кажись, направо, – подумав, сообщил Сергей.

– Ну так двинули. Ты шагай вперед, а я замыкающим.

Если в прошлый раз они двигались по абсолютно сухому, сложенному из прочного кирпича, просторному ходу, то теперь их путь пролегал по подобию желоба, имевшего в сечении яйцо. Причем узкий конец яйца находился как раз внизу. Идти было крайне неудобно. Приходилось передвигаться скрючившись и широко расставляя ноги, да к тому же по дну желоба тек крохотный зловонный ручеек. Стены хода, хотя и сложенные из кирпича, казались изъеденными проказой. Кирпичи местами обвалились, и из отверстий тянулись какие-то белесые мохнатые растения, похоже, неведомые грибы. Жора заметил, что они реагируют на свет. Стоило лучу скользнуть по бахромчатой поверхности гриба, бахрома начинала колебаться, словно сотни крохотных анемичных пальчиков старались ухватить свою жертву. Жору передернуло от отвращения.

Ход внезапно оборвался провалом. Ручеек падал куда-то в пропасть. Впрочем, судя по плеску воды, не особенно глубокую. Сергей подошел к краю, посветил вглубь фонарем, причем у него из-под ног вниз обрушилось несколько кирпичей.

– Осторожнее, – предостерег Каковенко.

– Знаю. Тут, собственно, метра два всего. Можно просто спрыгнуть. Даже веревка не нужна. Я, пожалуй, попробую…

Он согнул ноги в коленях и легко соскочил вниз.

– Кто следующий? – донеслось до Жоры. Тот подошел к краю. Внизу, на куче кирпича, стоял Сергей.

«Зачем это все? – пронеслось в голове. – Куда он влечет меня? Что я там могу увидеть? Еще пару-другую окаменевших тел?»

– Давай же! – подбодрил Сергей.

Жора в сердцах матюгнулся, но все же сделал шаг вперед. Приземлился он вполне удачно. Кирпичи крошились под кроссовками, словно были сделаны из мела.

– Ну, теперь вы, Николай Яковлевич…

Старый мореход в нерешительности стоял на самом краю провала.

– Смелее.

– Не могу я… Стар для этих трюков. Косточки хрупкие, вес большой… Поломаю еще чего.

– Ну, тогда ждите нас здесь.

– Э, нет! Прошу прощения…

Только Каковенко успел произнести эти слова, как свод под ним заколебался, вниз полетели кирпичи, а следом за ними – старый мореход. Сергей и Жора едва успели подхватить старика, однако он все равно приземлился на пятую точку. Раздался вопль боли, затем стон.

– Живы, Николай Яковлевич? – спросил Сергей.

– Как будто… – Каковенко, кряхтя и постанывая, поднялся.

– Ну, вот и хорошо, – облегченно промолвил Сергей. – А я думал – все!

– Не дождетесь, – отдуваясь, заметил Каковенко.

Жора засмеялся:

– Ты еще крепок, старик Розенбом!

– Какой, к черту, Розенбом?! – рассердился старый мореход. – Каковенко моя фамилия. Попрошу не забывать!

– Шагаем дальше, – прервал занимательные речи Сергей. И, не говоря больше ничего, двинулся вперед.

На этот раз дорога походила на древнюю штольню. Чрезвычайно узкая и низкая, к тому же со всеми атрибутами шахты: деревянные стойки-крепи с поперечными балками.

– Двигайтесь крайне осторожно, – обернувшись, предупредил Сергей. – Все давным-давно прогнило и держится на честном слове. До дерева даже руками не дотрагивайтесь.

Прошло еще минут пятнадцать, но Жоре показалось – не меньше часа. Продвигались где на корточках, а где и вовсе ползком. В одном месте Каковенко застрял, и пришлось его тянуть за руки.

– Еще один рывок, – подбадривал товарищей Сергей, – еще одна попытка…

Наконец ход вывел троицу в довольно просторную пещеру, где они и остановились передохнуть.

– Теперь совсем недалеко, – сообщил Сергей. Он сидел, прислонившись к неровной стенке.

– Докуда недалеко? – спросил Жора. – Куда ты все-таки меня ведешь?

– Сейчас узнаешь. Пойдемте.

Луч фонаря вырвал из тьмы вырубленные в грунте узкие ступеньки, ведущие куда-то вверх. Они осторожно поднялись по ним и очутились на пологой платформе.

– Ложитесь, – скомандовал Сергей и выключил фонарь.

Жора послушно улегся на землю, а рядом, отдуваясь, рухнул Каковенко.

– Теперь смотрите.

– Куда? – Жора завертел головой.

– Да вон туда.

Но в каком направлении указал рукой проводник, Жора во тьме не разобрал, поэтому стал таращиться по сторонам. Внезапно ему показалось, как будто впереди появилось едва различимое сияние. Отблеск? Но откуда? Других источников света, кроме выключенных фонарей, в пещере явно не имелось. Он всмотрелся. Сияние явно присутствовало, более того, оно словно обрисовывало некие неясные контуры. Вот только чьи? При некотором напряжении фантазии, контуры можно было идентифицировать с очертаниями человеческих фигур, однако больше всего они напоминали бесформенные светящиеся пятна бледно-зеленого цвета. Жора решил пересчитать их. Пятен было штук десять-двенадцать. Были они неподвижны, только едва заметно колебались, словно движимые воздушным потоком.

– Что это? – спросил Жора, обращаясь к лежащему рядом Сергею.

– Они, – отозвался тот.

– Кто они?

– Мертвецы.

– Ерунда!

– Хорошо. Сейчас окончательно убедишься. Только не ахай и не дергайся.

Он включил фонарь и направил луч вниз.

Хотя Жора приготовился к чему-нибудь подобному, но не удержался от возгласа изумления. Свет фонаря высветил несколько темных фигур, неподвижно стоявших или лежавших на земле. Люди? Но это были лишь подобия людей. Коричневые, продубленные временем тела, почти совсем голые. Сверкающие стеклянным блеском глаза, жуткие зубы, торчащие из безгубых ртов. Свет словно разбудил их. Мертвецы зашевелились. В движениях их определенно проглядывала механистичность неодушевленных автоматов. Конечности дергались, словно их дергали за веревочки, головы резко, как на шарнирах, вертелись из стороны в сторону. Больше всего эти существа походили на громадных насекомых, внезапно пробужденных от спячки.

Оторопевший Жора разглядывал странные существа, и ему казалось, он видит кошмарный сон. Реальность вдруг сместилась и превратилась в фантасмагорию.

– Убедился? – выключив фонарь, спросил Сергей.

Жора хотел ответить, но в горле у него внезапно пересохло, и он не мог вымолвить ни слова. Зато Каковенко оказался более разговорчив.

– Жуть! – произнес он сдавленным голосом. – Я, конечно, знал про них, но не представлял, что так много.

– Это далеко не все, – сообщил Сергей. – Есть и другие гнезда. Кроме того, довольно много одиночек, лежащих в своих могилах. Но все они готовы к действию.

– К какому?

– Выйти на белый свет и приступить к уничтожению живых, – пояснил Сергей и вновь включил фонарь.

Теперь Жора увидел: мертвецы переместились. Большинство столпилось перед платформой и шарило костлявыми руками по отвесной стене, отделявшей их от пришельцев. Челюсти мертвецов непрерывно двигались, словно что-то пережевывая, пальцы беспрестанно шевелились, будто пытаясь схватить, впиться и рвать, рвать…

– Может, пойдем?.. – сипло прошептал старый мореход. – Ну их к такой-то матери…

– Погодите, сейчас фокус покажу.

Сергей поднял валявшийся рядом камень и бросил его в самый центр адского сборища. Мертвецы заозирались, повернулись на звук. Потом как один бросились искать неведомый предмет. Получилась громадная куча мала. Только теперь Жора разглядел: мертвецы имеют половые признаки, а не полностью бесполы. Вот только возраст их невозможно определить. Все одинаково черны и страшны.

– Ладно, хватит. Можно возвращаться. – Сергей выключил фонарь и поднялся. – Зрелище, нужно признаться, не из приятных. Представляете, если они вылезут наружу?!

– Да уж… – откликнулся Каковенко.

– А эти дураки там роют…

Жора потрясенно молчал. Он только что увидел самое удивительное и ужасное зрелище в своей жизни и до сих пор не мог прийти в себя. Разум отказывался верить. И все же сомнений не оставалось. «Возможно, ряженые?» – мелькала неуверенная мыслишка. Но он и сам понимал – это чепуха! Кому нужно было устраивать подобный спектакль, а главное, для чего? Но Сергей-то, Сергей!.. Кто же он на самом деле?! Директор музея. Хм… Директор-то директор…

Жора вспомнил выезд за город.

Они побывали на месте, где не ступала нога человека. Очень давно не ступала… А это угощение в хибарке… Откуда оно взялось?

«Директор!!! – вдруг осенило его. – Конечно, директор! Только его музей не ограничивается четырьмя стенами! Он вообще не имеет границ! Во всяком случае, видимых. Издревле существовал в этих местах некий сказочный заповедник. Можно назвать его как угодно: капищем Чернобога хотя бы… Но дела тут творились уж больно странные. И вот пришла цивилизация. Деревушку сровняли с землей, кладбище заасфальтировали. А чудеса? Пропали, сгинули?.. Никоим образом. Просто замаскировались, спрятались… Но они тут, рядом. Нужно только уметь нащупать к ним дорожку, знать тайный ход. А Сергей… Похоже, это и есть здешний Хозяин. Однако он тоже маскируется. Носит маску простого парня. А на самом деле…»

– Каковы впечатления? – обернувшись, спросил Сергей. – Уверовал наконец?

– Как будто, – через силу ответил Жора.

– Ну и ладно, – отозвался Сергей.

Жоре показалось: директор музея ждал несколько иной реакции, чем пары ничего не значащих слов. Но какой конкретно? Чтобы он рассыпался в восхищенных возгласах или, напротив, стенал от ужаса?..

Как бы там ни было, это грандиозное приключение. Именно грандиозное, другого слова не подберешь.

Возвращались той же дорогой. На этот раз шли более уверенно. Старый мореход даже вполголоса затянул какую-то смутно знакомую песенку. Луч фонаря идущего впереди Сергея плясал по покрытым не то плесенью, не то селитрой стенам, по гнилым, готовым вот-вот рухнуть крепям и вдруг наткнулся на загораживавшую проход темную фигуру.

– Вот он! – выдохнул сзади Каковенко. – Явился на нашу голову.

Черная фигура не двигалась. Они тоже остановились и замерли. Воцарилась абсолютная тишина. Слышно только, как где-то капает вода. Жора не чувствовал страха, только осознавал: сейчас что-то произойдет.

Сергей сделал несколько шагов вперед и направил луч прямо на фигуру. Теперь Жора видел: перед ними женщина. Ее сморщенное, как печеное яблоко, лицо было вообще лишено какого-либо выражения. Глазные яблоки сверкали, словно фарфоровые с вкрапленными кусочками стекла. Вместо грудей имелись две небольшие ямки, а палкообразные руки и ноги казались просто приделанными к обрубкообразному торсу. Лицо трупа тоже было неподвижно. Казалось, он чего-то ждал.

Сергей переложил фонарь в левую руку, потом подошел почти вплотную к трупу, и указательным пальцем правой руки ткнул ему в лоб. Жоре послышались какие-то неразборчивые слова. Фигура еще с минуту стояла неподвижно, потом механически повернулась, как солдат, через левое плечо и твердой поступью зашагала вперед.

Каковенко громко, с явным облегчением, вздохнул.

– Молодец, Сергей Александрович, – шепотом произнес он. – А то прямо душа захолоднула. Как ты ее ловко…

Сергей ничего не ответил. Он уверенно вел их к выходу.

Когда исследователи вылезли на свет божий, стояла глубокая ночь. Было тихо и тепло. Накрапывал легкий дождик. Откуда-то тянуло сладковатым запахом ночной фиалки. Покой витал над проспектом Химиков. Мирно спящие в уютных постельках граждане никоим образом не подозревали, какие страсти таятся под их домами. А если бы и знали? Ну и что? Все равно бы дрыхли без задних ног. Скрытая угроза если и пугает, то очень недолго. Ко всему привыкаешь. Живут же люди у подножия действующих вулканов. Строят дома, выращивают хлеб и виноград, растят детей… Рано или поздно вулкан взрывается, летят камни, из жерла льется раскаленная лава. Кто не успевает убежать – гибнет. Так уже случалось не раз, но опыт предшествующих поколений ничему не научил нынешнее. Чего уж проще поселиться немного подальше. Ан нет! Беспечные и доверчивые граждане стремятся жить именно здесь, по соседству с адом. Почему? Наивный вопрос. Хочется, вот и живут.

Анализируя в уме ситуацию, Жора медленно шел вместе со своими спутниками к дому старого морехода, где они оставили джип.

– Думаете, они вылезут? – спросил Каковенко, который, похоже, тоже размышлял о последствиях.

– А почему нет? – отозвался Сергей. – Скорее всего…

– Хорошо, а почему тогда они (старый мореход упорно называл мертвецов «они», видимо, из суеверия, не желая их идентифицировать) не появились раньше?

– Когда раньше?

– Во время земляных работ, например. При прокладке сетей…

– Во-первых, траншеи не такие уж глубокие, – пояснил Сергей. – А во-вторых, строители вовсе не стремились отыскать именно старое кладбище и побеспокоить его обитателей.

– Ты хочешь сказать, внизу улавливают мысли тех, кто беспокоит их? – изумился Жора.

– Вполне возможно. Впрочем, улавливают вовсе не мертвецы, а те, кто ими управляет.

– Разве таковые имеются? – с еще большим удивлением спросил наш герой.

– Ты и в существовании живых мертвецов сомневался. Даже и не верил вовсе. Но теперь-то веришь?

– Теперь верю.

– А я точно знаю, – вступил в дискуссию Каковенко, – есть такой… как сказать… Хозяин кладбища, что ли. Он всем и заправляет. Живет здесь с незапамятных времен…

– Бессмертный, вы хотите сказать? – хмыкнул Жора.

– Точно, бессмертный. Ты не смейся. Он может перевоплощаться. Захочет, станет молодым, захочет – вновь старым. У него имеются прислужники. Все те, кто когда-то населял эту самую зловредную деревушку. Они тоже бессмертны или типа того. Сейчас обитают в обычных городских квартирах с газом и горячей водой. В магазин ходят, в баню…

– Зачем им баня, если есть горячая вода? – усмехаясь, спросил Сергей.

– По привычке… Привычка – великая вещь. Но в любой момент они готовы, так сказать, «встать под знамена» и вновь вступить в бой.

– С кем вступить? – удивился Жора.

– Да с обычными людьми. Они не то чтобы грустят по старым временам, нет у них такого. Просто иногда вспоминают о своем предназначении, ну и начинают куролесить. Да так, что этот городишко с лица земли стереть могут.

– Зачем же им его стирать? – серьезно спросил Сергей. – Они к горячей воде привыкли. К телевизору, к холодильнику, к газу… Покуролесить, как ты выражаешься, конечно, немножко можно, но до серьезных разрушений вряд ли дойдет. Цивилизация, знаешь ли, весьма притягательная штука.

– Может, и так. Только они – натуры необузданные. А в запале чего не натворишь.

– Откуда ты обо всем этом знаешь?

– Я на скамейке, возле подъезда, со старушками сидеть люблю. А там чего не услышишь. Опять же профессия моя вспомогательная, водопроводчик, собиранию информации способствует. По квартирам ходишь, чего только не увидишь и не услышишь. Есть, к примеру, у нас в доме одна бабка. Безобразова по фамилии. А зовут Матреной. Живет одна, между прочим, в отдельной трехкомнатной квартирке. Так она, эта самая Матрена, любит воспоминаниям предаваться. Сидит на лавочке и тарахтит. Как к ней императрица Екатерина с Потемкиным приезжала. В дом входила, с батюшкой ейным общалась, погадать просила…

– Сумасшедшая, – спокойно заметил Сергей.