![](/files/books/160/oblozhka-knigi-holodaniya.-legenda-o-motivacii-354216.jpg)
Текст книги "Холодания. Легенда о мотивации"
Автор книги: Алексей Едренкин
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Алексей Едренкин
Холодания. Легенда о мотивации
О книге
Я взял мир игры Skyrim с драконами, королями и отважными войнами. И наделил самых незаметных его персонажей навыками, описываемых в знаменитых книгах по саморазвитию. Перед этими второстепенными героями встанут вопросы собственной позиции в мире, мотивации к действию и поддержанию себя в проактивном состоянии. Тони Роббинс, Радислав Гандапас и компания Toyota будут помогать им в борьбе против высших эльфов и собственной никчемности.
Повествование идет в юмористическом ключе, который, вместе с захватывающим сюжетом, должен заинтересовать читателей любой подготовленности.
Считаю, что эта книга отлично подойдет как первая в столь популярном ныне жанре развивающей литературы или просто веселое чтиво о применении всем известных методик бизнес-книг в фэнтези-мире.
Алексей Едрёнкин
Не будьте NPC[1]1
Примечание. NPC – Non-player character (англ.) – Неигровой персонаж в видеоиграх.
[Закрыть]
Мороз бросился к вышедшему из шахты невысокому человеку, покрыл его лицо и шею; стал хватать за худые, словно женские, руки. Но человек этот – хотя над его верхней губой только стали пробиваться черные неловкие усы – не спрятался и с непокрытой головой пошел вперед, заново проторивая в снегу привычную тропу.
Мороз признал в человеке норда, коренного жителя Холодании, и оставил в покое. Молодой норд, по имени Клим Ершов, в этот поздний час шел из малахитовой шахты в таверну. Отец мог бы, как и раньше, идти впереди, что-то весело рассказывая и оставляя своими большими сапогами спасительные кратеры. Но сейчас он с головой ушел в какие-то скучные бумаги.
Взявшись за ручку входной двери, Клим ощутил и появившиеся недавно на руках мозоли, и трещины самой ручки, которые все детство беспокоили его. «Неужели я тоже скоро перестану их замечать?» – подумал он и открыл дверь.
Зайдя внутрь, Ершов осмотрел столы. Отца не было – наверно, тот уже поужинал и опять сидел за отчетом. Мать была за стойкой: его семья управляла делами и таверны, и малахитовой шахты.
Клим махнул ей рукой, бросил сумку на стул, сходил умылся и устало сел на привычное место возле окна. Мать уже несла ему ужин, но ее скорые шаги не предвещали теплого приема:
– Ходишь, не знаю где – ешь холодное, – сказала она и шумно поставила тарелку на стол.
– Мам, вторую неделю руду не забирают, – не обращая внимания на её упрек, ответил сын.
– И что ты, по этому поводу закапывал ее обратно? – зло усмехнулась мать.
– Мам, ну странно же. Я недавно работаю в шахте, но Реджина и Поления тоже такого не помнят. Я переживаю – хочу с папой поговорить.
Мать уперла руки в бока, на ее лице выразилось недовольство:
– Ой, отца не трогай пока! Пусть он с отчетом по таверне разберется.
– Ну что-то же надо делать! – вскинул руки сын.
– Да? И что же ты делал?
– Я?.. да что я могу? Пытался разобраться, – в голосе сына промелькнуло отчаяние.
– Отец твой копает, сестры Гарму копают, Егор-бедолага копает, Поления и то не чурается. А ты решил, что “что-то же надо делать!”.
– Мам, ну а золото-то нам кто заплатит?
– Высший эльф этот, как его зовут… забыла. Который всегда приезжает!
– Ну и где он? Он пропал, я же говорю.
– Появится значит, или другой кто приедет! Это не наша забота.
Сын понял, что мать не переубедить и решил не злить ее понапрасну:
– Ладно, мам, я понял, – он примирительно поднял руки вверх, – мы просто копаем, а все само по себе разрешится.
– Нет! Ничего подобного! – возмутилась мать. – Так могут думать только безответственные дети. Копать нужно не «просто», а осторожно! Чтобы киркой себя не повредить. Одеваться тепло и не заходить далеко в шахту: вдруг случится обвал, – она успокоилась и добавила примирительно: – Вот так!
На этом разговор был окончен. Клим поел и пошел в свою комнату, больше ни с кем не заговаривая. Зайдя, он разделся, плюхнулся на кровать, но долго не мог уснуть.
Утром Ершов встал на час раньше обычного, собрал рюкзак и незаметно вышел из таверны. Сначала он пошел к палатке своего старшего товарища по работе по имени Егор Узлов и, разбудив его, сообщил, что в шахту сегодня не пойдет. “Вдвоем с Поленией вы завалите выход только к вечеру, а если я еще буду помогать, то даже пообедать шансов сходить не будет. Разве, что малахитом начнем питаться”, – объяснил свою увольнительную молодой норд.
Но отдыхать он не собирался. Спустившись на дорогу, что шла мимо Белой реки, Ершов направился в Вингород – главный город нордов – надо было разобраться, что случилось, и куда делся этот купец-эльф.
Дорога была каменной, такой же суровой и крепкой, как и все мимо чего она проходила. Да и как сами норды, между прочим. Все, что уживалось в этих краях было сильным и неприхотливым: если животные, то волк, саблезубый тигр или вообще мамонт; если рыба, то с такими зубами, что любая пила позавидует; если человек, то самый сильный и морозостойкий воин во всем Лэйрмате, т. е. норд.
Пройдя час с небольшим и только немного размявшись от такой прогулки, юный норд представился страже и прошел в город.
План его состоял в том, чтобы найти знакомого отца, местного кузнеца. Тот мог помочь, хотя чем, сам Клим и не сказал бы сходу. Кузнец тот, вроде, знал эльфа, не то даже раз с ним приходил к ним в шахту. Ниточка ненадежная, но с чего-то надо было начинать.
Сам Вингород, расположившийся у подножия скал и обнесенный мощными вечно заснеженными стенами, не интересовал норда в этот день, и он просто плутал по улицам, пытаясь вспомнить местонахождение кузницы. В итоге оказалось, что она была совсем недалеко от ворот, и ему стало несколько неловко от своей нерасторопности. Но эта неловкость быстро сменилась другой – теперь ему предстояло завести разговор с малознакомым здоровенным кузнецом – Олегом Наковальней.
Олег был занят изготовлением какого-то сложного меча и внимания на посетителя не обращал. Помявшись немного, Клим все-таки подошел ближе, прокашлялся и заговорил:
– Здравствуйте, мистер Наковальня.
– Да? – тот, не вставая, поднял голову.
– Меня зовут Клим Ершов, я сын Алексея из Рощи Ник. Помните меня?
Кузнец отложил меч, выпрямился и осмотрел его.
– Привет, Клим, – улыбнулся он. – Помню, конечно, – таверна и шахта в Роще Ник. Как отец, мать – все нормально?
– Да, спасибо, все здоровы, – быстро сказал Клим.
– Нужно какое-то оружие или инструмент? Я всегда к вашим услугам.
– Нет, тут такое дело… – пытался сформулировать Ершов. – Вы помните же нашу малахитовую шахту?
– Да-да, как я и сказал, – кивнул Олег.
– Вот… малахит у нас всегда забирал один тот же высший эльф. Какой-то купец. Вроде как вы даже приходили с ним…к нам. – юный норд жестами и словно всем телом помогал себе говорить.
Кузнец посмотрел куда-то вверх, вспоминая. Затем видимо вспомнил и кивнул:
– Да, был такой двухметровый и желтый, помню. Я его в первый раз и привел, но после может пару раз видел, не более. А что случилось?
– Он обычно через день, максимум два, приезжал. А тут… а тут его нет уже 10 дней, даже больше…Мы заваливаемся малахитом, и никто толком ничего ни про купца этого, ни про малахит не знает! Мать говорит “приедет”, но сколько еще можно сидеть и ждать? Вы не знаете где этого эльфа искать?
– Нет, – подумав, ответил Олег и отрицательно покачал головой, – единственное, что я еще вспомнил – это для чего он покупал малахит.
– Да? – от удивления замер Ершов, – и для чего? – ему самому такой вопрос в голову почему-то не приходил.
Кузнец выдержал небольшую паузу, не то вспоминая все хорошенько, не то готовя к ответу собеседника.
– Он спрашивал про малахит для стеклянной брони, – сказал он, глядя прямо в глаза юному норду.
От этого взгляда и неожиданности Клим почувствовал легкое головокружение. “Как можно было столько работать в шахте и не знать, что из твоей руды делают какие-то стеклянные доспехи? Или может Олег все выдумал? Но почему вообще об этом никто не говорит? ” – такие мысли крутились у него в голове. Хорошо, что крутились они в обратном направлении и вернули молодого норда в чувства.
– А что это за стеклянная броня? – изменившимся голосом спросил он.
– Это какая-то эльфийская легкая броня. Вроде и оружие стеклянное делают. Но я ее в глаза не видел, больше ничего сказать не могу.
– Интересно, – задумчиво произнес Ершов, – спасибо. Он так же машинально попрощался и ушел. Мысли его были уже очень далеко.
Опыт не помешает
Стук сапогов о камень, шум речки под городскими стенами, глубокое молчание холода. Могли бы хоть птицы какие-то кричать… и где-то они ведь кричат, но только не в Холодании. Здесь такое короткое лето, что некоторые боятся в это время ложиться спать – можешь проснуться, а оно уже прошло.
И еще люди видели дракона, вот кто не мерзнет, оказывается. Дракона… с ума сойти.
Добрыня Камнев шел по мощной городской стене Вингорода и осматривал окрестности. Только что он воспитывал стражу, призывал их не терять присутствие духа, быть собранными, а теперь сам погрузился в воспоминания и разные мысли.
Сколько всего он уже видел и знает об этих краях. Сколько пережито. Сколько славных походов, сколько братьев он обрел в Холодании.
А ведь есть еще удушливые пустыни Мавров и растущие из грибов здания темных эльфов. Удивительный мир… только не потерял ли этот мир гармонию, как-то существовавшую тысячелетия? Будем надеяться, что нет.
Добрыня был военачальником Братьев Шторма и бородатой правой рукой Левчика Буревестника. Когда Клим Ершов открывал ворота и, бормоча что-то про стеклянную броню, выходил из Вингорода, Камнев как раз и воспитывал молодых солдат.
В ту ночь в городе, прямо за кузницей, произошло третье убийство. Стража и так последний месяц была напугана известием об этом дурацком драконе. Имперцы могут напасть в любой момент. А вдобавок еще и маньяк в Вингороде завелся!
Добрыня видел, что ребята нуждаются в нем, поэтому сделал голос поувереннее и хорошенько взбодрил их. А вот когда юношеские глаза заблестели и руки крепко сжали мечи, Камнев и вспомнил, что и сам недавно был таким же.
Тогда норды с имперцами вместе воевали против высших эльфов. Камнев был еще мальчишкой, когда их в составе Второй Армии отправили в прорыв для возвращения Имперского города, захваченного эльфами. И хоть победа была за ними, а город возвращен. Скоро война так истощила людей, что император Деметрий II заключил мир с эльфами на унизительных условиях – люди теряли часть южных земель, принадлежавших маврам, и соглашались на запрет почитания ими одного из своих высших богов – Солата.
Мавры в итоге объявили независимость и отказались отдавать свои земли высшим эльфам. А из-за Солата разгорелась гражданская война с нордами – Левчик Буревестник пытался, захватив город Маркару, восстановить право поклонения, особенно почитаемому нордами, божеству. В итоге получил его, но позже потерял вновь, когда эльфы заставили Империю соблюдать подписанные договоренности.
Император Деметрий II, давший, а потом отобравший это право, оправдывался тем, что разрешение поклонения было единственным вариантом остановить бесчинства, творившиеся людьми Левчика в Маркаре. Если бы он ранее так запросто не предал Мавров, то может быть это звучало убедительнее.
С тех пор Камнев понял, что не важно с кем ты воюешь, нужно всегда быть начеку, знать все про всех, иметь везде надежных людей. Руководствуясь такими правилами, он и продвинулся по службе, стал вторым человеком округа, надеждой всех нордов. Добрыня только сожалел, что Деметрий II, будучи императором, судя по всему, руководствовался кем-то оброненной книгой с женскими романами.
Ищите и найдете
Есть дети активные, очень активные и Варвара Орская. В ее родных краях это имя вывели из обращения, и на всякий случай еще всех ее родных и близких.
Так в отрочестве она оказалась в учениках у Олега Наковальни. Остававшейся у нее после простой работы энергии хватило бы на небольшое перемещение материков, но она ударилась в национальную нордскую идею и стала ярым сторонником Братьев Шторма. Каждую ночь ей снились сны про победы нордов над имперцами, а просыпаясь, она уже начинала думать о скором поражении сторонников Деметрия II. Поэтому наяву Варвара просто бредила идеей помощи Левчику и его команде.
В тот день, когда Клим Ершов приходил к ним, Варвара подслушала их разговор с учителем и заинтересовалась идеей стеклянного оружия. Когда ты мотивирован и сфокусирован на какой-то цели, то начинаешь замечать каждую новую тропу, к ней ведущую. Стеклянное оружие явно как-то вело к гибели Империи, оставалось только найти как.
– Учитель, про какое стеклянное оружие Вы говорили? – спросила она этим же вечером.
Олег подкидывал дрова в печь – стоял на одном колене и смотрел, как пламя охватывает нового посетителя.
– Да разве это оружие? – удивился Олег, – Слышу я шаги какие-то ночью, рванул туда, а там какой-то ворюга роется. Я его в угол загнал, но понял, что меч позабыл. Ну нашарил рукой бутылку, взял за горлышко и разбил. Так разве это оружие? Хотя теперь он где ни сядет, везде розочки – красиво.
– Фу, мистер Наковальня. – скривилась Варвара, – Я же девушка, зачем мне такие истории? Я про стеклянное оружие, шахтер сегодня приходил и спрашивал про него.
– А, этот, – стукнул себя по колену кузнец. – Клим Ершов из Рощи Ник… ну он говорил про эльфийскую броню. Она не из стекла вообще должна быть, а из малахита. Просто так называется.
Варвара чуть ли не в ладоши от такой информации захлопала: так ей все нравилось.
– Вы научите меня её ковать? – спросила она и глаза ее заблестели. – Давайте начнем прямо сегодня, я готова. Хотя если поздно, тогда завтра. С утра можно начать, завтра вас устроит?
– Золотце Варвара, ты кое-что пропустила, – меланхолично ответил учитель.
– Что же?
– Вопрос: “умею ли я ее ковать сам”.
– И что, Вы не умеете? – в глазах Варвара мелькнуло отчаяние.
– А что, я – эльф? – спокойно отвечал Олег.
– Черт! – выругалась Орская. – Как тогда я помогу нордам отстоять свое исконное право на служение Солату?!
Лицо Олега приняло озадаченное выражение.
– Как мы сможем победить этих предателей имперцев?!?! – продолжала Варвара.
– А, вот оно, – опять расслабился Олег, – иногда смотрю на тебя и не понимаю, почему у тебя выражение лица такое озлобленное. Работой не перегружаю, жалованье плачу вроде. А теперь вспомнил – ты же “Холодания для нордов”. Отлегло прям.
– Вы меня не понимаете, учитель, – её буквально разрывало от энергии. – Мне нужно научиться ковать стеклянное оружие и броню!
– Варвара, а я же с тобой за прошлый месяц не рассчитался. – вспомнил Олег и изобразил притворный ужас на лице, – Но я норд, такой же, как и ты! Мы с тобой одной крови!
– Ой, да ну Вас с вашими шутками! – в сердцах бросила Варвара и выскочила из кузницы.
Варвара направилась в единственное место в Вингороде, где могла быть такая информация.
Библиотека спряталась среди других зданий и не манила вингородцев, как рынок, где можно купить свежайшего ароматного мяса мамонта; или магазин колдуна, где каждый школьник может с помощью свитка пустить шаровую молнию в свою зазевавшегося друга. Поэтому Варвара не сильно удивилась, что свет в окнах дома знаний уже не горел, и дверь оказалась закрытой.
“Неудобно, конечно, шуметь, но я должна попасть внутрь”, – подумала Орская и начала на весь двор орать “Впустите!”, а затем и “Холодания для нордов!” со “Смерть имперцам!”.
В итоге – о, чудо! – кто-то выглянул из окна и подсказал ей дорогу. Варвара правда туда идти не собиралась и осталась кричать у библиотеки. Далее, сделав небольшую паузу и подкрепившись тем, что добрые люди уже набросали ей из еды, она хотела было продолжать, но дверь библиотеки внезапно отворилась.
Седая голова библиотекарши выглянула в проем:
– Услышала, что кто-то решил посетить нашу библиотеку. Извините, что долго открывала – была в другом городе, пришлось брать повозку, чтобы приехать, – объяснила она, приглашая посетителя войти.
– Шо пасио, – пропавшим голосом попыталась ответить Варвара. Трезво оценив результат, она решила бросить дальнейшие попытки и четко обрисовала круг своих интересов жестами, показав на пальцах “стекло”, “оружие”, “эльф” и “смерть имперцам”.
– Все понятно, – подтвердила четкость библиотекарша, – только, пожалуйста, машите руками потише, мы уже в библиотеке.
Варвара мизинчиком показала, как она благодарна, и они зашли в основной зал.
– Раздел эльфийской литературы вон там. Переводы рядом, – продолжала библиотекарша, указывая нужное направление и зажигая свечи.
Уже не обращая на нее внимания, Варвара быстро пошла к нужным стеллажам. Старинные книги впечатлили ее уже издали – массивные и загадочные стояли они словно сами древние предки. Но брать их в руки или даже провести по корешкам книг рукой не хотелось – сам эльфийский язык был ей неприятен.
Переводы рядом были проще и видимо подобраны по какому-то другому принципу – их было в пять раз меньше и ни по оформлению, ни по темам нельзя было установить какую-то логику их расстановки на полках.
Варвара взяла три первые попавшиеся книги переводов и села за ближайший стол.
100 нет, но одно ДА
Прошло две недели с момента возвращения Клима Ершова в Рощу Ник. Эльф всё не появлялся, но производство малахита не прекращалось: никто ничего другого делать не хотел, а может и не умел. Кроме одного юного норда, конечно. Клим за прошедшее время опросил всех, кого мог, но выяснил немного: из малахита действительно делается стеклянная броня и оружие, и оно, вроде как, пользуется спросом у высших эльфов. Кто его делал, как они получали малахит и почему перестали брать – оставалось тайной, покрытой мраком.
Сейчас Клим в основном помогал родителям в таверне. В шахту он не ходил: боялся пропустить торговый караван котэнов. Эти человекоподобные прямоходящие кошки кочевали между городами и иногда проходили мимо Рощи Ник. “Может получится продать им малахит или хоть узнать кто его покупает”, – говорил он отцу, объясняя свое отсутствие на работе.
Вообще Лэйрмат был населен очень разнообразно и плотно, да и климатические зоны менялись здесь так, словно этот мир был создан кем-то для максимальной визуальной уникальности его разных частей. Грубо говоря, существовал мир людей – имперцы, норды, мавры; эльфов – высшие эльфы, лесные и темные; зверолюдей – котэны и рептилоиды; оркоорков – орки. У всех всегда были какие-то стычки с соседями.
Эльфы (высшие) захватывали и порабощали всех, кто на них косо посмотрел, и тех, кто вообще не смотрел тоже. Имперцы старались объединить людей и как-то этому мешать. Ну и все считали себя уникальными, что не сложно, если ты, например, прямоходящий кот ростом 170 см.
И вот такие коты, точнее караван котэнов, показались на дороге, а Клим прямо перед ним с распростертыми объятиями:
– Приветствую вас, котэны. Как я рад вас видеть!
Караван выглядел как две самки и два воина в броне. Один особенно большой, словно какой-то рысен, леопардэн или пумэн. Но не такой большой как левэн или тигрэн.
– Котэны тоже рады видеть тебя, юный норд, – заговорила более богато одетая самка. – Меня зовут Икара, я возглавляю этот караван. Ты что-то хотел купить?
– Да, но только продать. Малахит в любом количестве и виде, – норд чувствовал себя увереннее, чем недавно в Вингороде: с тех пор он получил уже все отказы, которые мог и стал спокойнее к ним относиться.
– Малахит? – удивленные кошачьи глаза смотрели на него.
Он повернулся вправо и указал пальцем куда-то в сторону горы:
– Мы здесь добываем лучший малахит в Холодании. А наш покупатель умер от эльфийской чумы, – начал выкладывать свою версию произошедшего Ершов. – Возможно приедет его сын, но он родился одноногим, как и его мать, плюс он карлик. А нам нужно что-то есть и пить, – норд сделал паузу, широко улыбнулся и зашел с козырей: – И только сегодня у вас есть шанс перехватить эти поставки!.. До конца акции тридцать минут.
– Звучит чрезвычайно выгодно, – ровным голосом сказала Икара, – котэны могут найдут покупателя на… мала…
– Малахит, – подсказал Клим.
– Точно, малахит. Но за это мы хотим 10 процентов с оборота.
– Да, без проблем, мы согласны! – обрадовался юный норд и уже отправился жать им лапы, – когда вас ждать с покупателем?
– Это займет время, – спокойно отвечала самка, – нужно навести справки, завести знакомства, провести переговоры, навестить вас, довести пробную партию товара, перевести деньги.
Клим спрятал уже протянутую руку обратно.
– В этом не будет необходимости, – грустно ответил он, – к тому времени мы сдохнем с голода, т. к. малахит совсем не вкусный. И вы сами будете в шахте работать, т. е. “скрести стены” по-вашему.
Икара не проявляла никаких эмоций, как и другие котэны, разве что огромный охранник слишком явно изучал норда.
– Что же тогда ты предлагаешь? – прервала молчание Икара.
Ответ уже был готов у Клима Ершова, и он живо описал им свой “План Б”:
– Вы берете образец малахитового слитка, прайс-лист, а также образец шахтера, в лице меня. Мы находим кузнеца, который кует из малахита стеклянное оружие и броню, поставляем ему сырье. Забираем готовое вооружение, вы его продаете.
Котэны слушали внимательно и удивленно, а, когда норд закончил, обменялись между собой значительными взглядами. Затем Икара улыбнулась краем пушистого рта и сказала:
– Малахит может и не вкусен, но видимо полезен для мозга, – ты очень шустр, юный норд. Только котэны не могут взять тебя в караван – у нас свои правила. Извини.
Клим стал ходить взад и вперед.
– Но как же так? Только я начал интересоваться тем, что происходит вокруг. Стал копать чуть глубже не в шахте, а в жизни. И все рушится! – в отчаянии выпалил Клим Ершов. – Если малахит не будут покупать, то мы должны будем бросить наши шахту и идти скитаться!
Икара спокойно смотрела на Клима Младшего, чуть шевеля усами и ничего не отвечая. Сзади к ней подошел тот самый рысен из ее свиты, они что-то помяукали, и он вышел вперед:
– Шар А’морд. – представился здоровяк и поклонился. Он был в броне и с кольцами в ушах, – Воин и учитель красноречия. Норд понравился Шару А’морду. Шар поможет и обучит всему, что знает. Броню будем продавать вместе, прибыль пополам.
Клим не мог поверить своим маленьким человеческим ушам. Он замер ненадолго, затем, словно оттаяв, начал прыгать на месте.
– Да, конечно! Спасибо! – он пожал лапу и даже боязливо обнял котэна, – Беру вещи и я готов! Вон наша шахта, кстати, – махнул в сторону норд и убежал наверх.
Икара с А’мордом еще немного помяукали, и она с остатком каравана двинулась в Вингород. Шар пошел к шахте, коротая время в ожидании юного норда. Там он внимательно осмотрел темно-зеленую руду и чуть более светлые слитки, лежащие возле шахты. Сунулся было внутрь, но остановился, подумав, что в пещере могут и усы подпалить – котэны сами отлично видели в темноте и человеческих факелов побаивались.
Норда все еще не было, и А’морд медленным шагом направился к таверне. Из нее доносился разговор на повышенных тонах, но слов было не разобрать. “Кажется придется догонять Икару”, – подумал Шар, но вскоре дверь открылась, и появился человек с сумкой на плече.
– Я готов, – сказал он.
– Котэн мог зайти и сказать, что ты в надежных руках, – сказал котэн.
– В надежных лапах огромного кота в железной броне? – сделал удивленное лицо Клим, – И так долго пришлось все объяснять.
– Как скажешь, – повиновался Шар А’морд. – У норда есть план?
– Норд перестал делать то, что не приносит результата. Теперь надо начать пробовать делать то, что может его принести, – ответил норд. – Я был в Вингороде, но там мне только сказали, что из малахита делается стеклянная броня.
– А в Рифтенске был?
– Нет, давай с него и начнем. Один я побоялся туда идти. А с такой машиной для убийств, – сказал Ершов, осматривая бронированного котэна, – совсем и не страшно. Тем более мышей в лесу полно – голодными не останемся.
– Тогда решено, – холодно ответил Шар А’морд.
Они спустились вниз к дороге, но пошли в этот раз налево – через пастбище мамонтов, мимо мистического Мзулфта и темных пещер – прямиком в Рифтенск.
– Я представился или нет? Не помню. В общем, меня зовут Клим Ершов, – радостно протянул руку норд.
– Шар А’морд, – подал свою лапищу котэн.
Немного помолчав, Клим спросил:
– Шар А’морд, ты сказал, что обучаешь красноречию?
– Да, это так.
– А ты мог бы не говорить о себе в третьем лице? Типа “котэн то, котэн сё”. Немного раздражает.
– Хорошо, – блеклоречиво ответил Шар, и они продолжили свой путь молча.