Текст книги "Гнилое лето"

Автор книги: Алексей Бенедиктов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

За короткое время пребывания в Германии чекист разыскал объект – молодого человека по имени Эрнст Брандт. Работал господин Брандт в биологическом научно-исследовательском институте, жил один в своем доме в пригороде Гамбурга. Без большого труда (где и как искать Александр Геннадьевич знал) нашел посредника, бывшего солдата удачи, который, не задавая лишних вопросов, естественно, за определенную сумму должен был вывести Александра Геннадьевича на непосредственного исполнителя убийства.

Киллеров оказалось двое: брат и сестра. Такой тандем особого удивления у Александра Геннадьевича Плюща не вызвал. Сегодня здесь, в тихом ресторане в восемь часов вечера была запланирована первая встреча бывшего чекиста с этой парочкой. В назначенное время они должны сидеть в зале, положив на столик нераспечатанную пачку сигарет «Кент».

Александр Геннадьевич приехал на двадцать минут раньше и занял место в углу недалеко от танцевальной площадки, откуда хорошо просматривалось все увеселительное заведение. Он заказал рюмку клубничного ликера и стал ждать. Минут через пять в ресторан зашла пара – мужчина и женщина. Обоим на вид было лет по тридцать. Они расположились почти в центре. Слева от себя мужчина сразу же положил пачку сигарет марки «Кент».

«Похоже, они… Не юнцы… Выглядят, пожалуй, обычно… Пришли без опозданий… Что ж, уже неплохо», – думал бывший чекист, потягивая ликер.

Официант принес мужчине и женщине два больших бокала с коктейлем белого цвета. Александр Геннадьевич продолжал сидеть, флегматично наблюдая за интересующей его парой. А они беседовали между собой, иногда мило улыбаясь друг другу.

На часах было уже пятнадцать минут девятого, когда мужчина и женщина встали, но направились не к выходу, а к танцевальной площадке. Пачка сигарет осталась на столе. Оркестр играл медленный танец.

«Посредник сказал: брат и сестра… Вряд ли… Для брата и сестры слишком уж плотно они прижимаются друг к другу…» – мысленно отметил бывший чекист, глядя на танцующую пару.

Мужчина и женщина вернулись за свой столик. Тогда Александр Геннадьевич Плющ не спеша подошел к ним и произнес условную фразу:

– Извините, мы проводим социологическое исследование. Вы разрешите задать вам несколько вопросов?

– Конечно, если их будет не слишком много, – условной фразой ответил мужчина.

Женщина назвалась Астрид, мужчина – Краус. Бывший чекист не торопился приступать к деловой части. Для начала – комплимент фройлен… После – парочка, как бы пустых вопросов… Несколько общих фраз… А как они отреагируют на не слишком утонченную шутку?…

«Держатся спокойно… Броских примет не видно… Неплохо отвечают… Есть легкий акцент… Слишком темные волосы у обоих… И кожа, пожалуй, слишком смуглая, не загар, а именно оттенок… Не местные, но это даже к лучшему… У женщины очень короткая стрижка – дань моде или для более простой работы в парике?… Оба не курят и из напитков у них только молочный коктейль… Спортивная молодежь подросла…» – Александр Геннадьевич еще раз посмотрел на мужчину, на женщину и произнес:

– Ну, что, Астрид и Краус, поговорим о деле…

За два дня до убийства Нины Фроловой

В пятницу – 28 июля, Эрнст Брандт, как обычно, задержался на работе и покинул главный корпус научно-исследовательского института только в половине девятого. Он сел в свой сине-голубой «опель» и выехал с территории институтского городка. Почти сразу с соседней улицы за ним проследовал мотоцикл «Судзуки» с двумя седоками в черных кожаных куртках и черных шлемах.

На одном из шумных перекрестков Брандт остановился на красный свет светофора. Слева от его автомобиля притормозил и мотоцикл. Человек, сидящий сзади – шлем и короткая стрижка не позволяли определить, что это была женщина – достал револьвер Смит – Вессон модель «Хэви дьюти» тридцать восьмого калибра и почти в упор произвел четыре выстрела в Эрнста Брандта.

Парой секунд позже мотоцикл уже набрал скорость, обогнал микроавтобус «фольксваген» и скрылся в потоке машин за поворотом шоссе.

В день убийства Нины Фроловой

Ранним воскресным утром 30 июля в Екатеринбурге Юрия Юрьевича Зубцова разбудил телефон. Из Германии ему звонил Александр Геннадьевич Плющ и сообщал, что на следующий день он вылетает в Будапешт. Эта фраза означала: Эрнст Брандт мертв.

Генеральный директор ЗАО «Омега» положил трубку, встал с кровати и, слегка покачиваясь, дошел до ванной. Включил душ. До этого звонка Юрий Юрьевич находился в состоянии тревожного ожидания: работал на автопилоте, спал только со снотворными, практически каждый день принимал препараты, снижающие артериальное давление. И где-то в глубине души он надеялся, что в Германии у его друга ничего не выйдет, запланированное сорвется…Теперь обратной дороги не было, и теперь здесь, в Екатеринбурге предстоит действовать.

«Нельзя терять время… Пока женщина не знает о случившемся в Гамбурге, надо успеть… А если, узнав о смерти своего жениха, она от меня отстанет?… Уезжать-то ей некуда… Придется оставаться в России?… Зарабатывает она неплохо, я готов добавить ей еще… Нет… Стерва зашла слишком далеко… Пока она жива, информация всегда при ней, как кожа… Надо исходить из того, что она и дальше будет меня шантажировать… Если не сейчас, то позже… К тому же, заполучив мои полмиллиона долларов, такая ушлая вполне способна и одна смотаться за рубеж… Да, после смерти суженого в монастырь она не уйдет… Убийство жениха может её насторожить… Время терять нельзя… Сейчас самое главное – место встречи… Место встречи…» – Юрий Юрьевич включил душ, плотно закрыл глаза и запрокинул голову назад.

Финансовый директор ЗАО «Омега» Нина Сергеевна Фролова ничуть не удивилась телефонному звонку своего шефа к ней домой в воскресенье утром. Он согласен? Она никогда и не сомневалась, что Юрий Юрьевич Зубцов крепко сидит у неё на крючке и, будучи человеком совсем неглупым, он рано или поздно примет её условия.

Юрий Юрьевич предложил сегодня же обсудить, как он должен произвести выплату оной суммы и какие у него будут гарантии спокойной жизни в дальнейшем. Серьезные дела лучше не откладывать, и Нина Сергеевна назначила встречу на двенадцать часов дня у себя дома.

* * *

Старшая сестра Нины Сергеевны Фроловой – Марина Сергеевна Заславская заехала к своей родственнице, как они и договаривались, после шести часов вечера. Женщины планировали обсудить предстоящую свадьбу: количество и размещение гостей, место проведения банкета, к тому же было решено, что распорядителем на свадьбе будет муж Марины Сергеевны.

Не получив ответ на звонок в домофон, Марина Сергеевна предположила, что сестра где-то задерживается. Последний раз, улетая к жениху в Германию, Нина оставила дубликат ключей своей сестре с просьбой присмотреть за цветами. Воспользовавшись оказавшимися при ней ключами, Марина Сергеевна вошла в подъезд, а дверь квартиры, где проживала Нина Сергеевна Фролова, оказалась не заперта, только плотно прикрыта.

Глава 5

В составе оперативно-следственной бригады на месте преступления работали старший оперуполномоченный Дмитрий Владимирович Степанов и оперуполномоченный Сергей Смирнов.

Труп Нины Сергеевны Фроловой лежал в гостиной на ковре рядом с перевернутым журнальным столиком. Судебно-медицинский эксперт заканчивал осмотр тела. Когда в комнату вернулись Степанов и Смирнов, он произнес:

– Смерть наступила сегодня между одиннадцатью и тринадцатью часами. Множественные удары, по-видимому, ножом. Имеется глубокий порез на левой кисти.

– Следы на запястьях? – спросил старший опер.

– В области лучезапястных суставов ни ссадин, ни подкожных гематом нет.

– Судя по тому, что жертва осталась одетой, изнасилования не было? – задал вопрос Сергей Смирнов.

– Это если судить только по одежде на убитой… – холодно заметил медик.

– Не успел? – Сергей перевел взгляд на своего шефа. – Не захотел или не смог?

Степанов пожал плечами:

– Надо дождаться окончательного заключения экспертизы.

– Третий этаж, домофон, железная дверь с глазком и без следов взлома… Здесь находился человек, которого хозяйка квартиры должна была хорошо знать, – сказал молодой сыщик.

– Или кто-то, кого она просто ждала, например, мастер по ремонту какой-нибудь техники… – кивнул Степанов, закуривая очередную сигарету. – Кстати, и произошло все не в прихожей, а в гостиной.

– Со слов сестры убитой, они должны были встретиться сегодня вечером после шести часов.

– С сестрой поговорим, когда она придет в себя.

– Да, увидеть такое… – Сергей Смирнов подошел к мебельной стенке. – Дмитрий Владимирович, на книжной полке-то одни детективы…

– И что из этого следует? – несколько удивленно спросил Степанов.

– Ну, как-то это должно характеризовать покупателя такой литературы.

– Не знаю, Сергей, я детективы не читаю, – пробурчал старший оперуполномоченный и хмуро добавил. – Времени не хватает.

Степанов недолго постоял у подоконника, стряхнул пепел в открытое окно, после чего ещё раз заглянул в соседнюю комнату – спальню, где работал эксперт-криминалист. Эксперт снимал отпечатки пальцев с бокала, взятого с тумбочки у кровати. В отличие от гостиной, здесь все было аккуратно прибрано, постель заправлена. В вазе на подоконнике стоял большой букет жёлтых роз.

Старший оперуполномоченный вернулся в гостиную и оттуда вышел в коридор. Второй эксперт-криминалист сидел на корточках у двери в ванную. К нему и обратился сыщик:

– Значит, кого-то здесь прополоскало?

– Рвотные массы есть не только в коридоре, но и в раковине ванной комнаты, – с этими словами мужчина поднялся. В руках, одетых в резиновые перчатки, он держал небольшой полиэтиленовый пакет и пинцет.

Степанов прошел на кухню. Снова взгляд его остановился на настенном шкафу с раскрытыми дверцами. Внутри, на двух полках валялись опрокинутый баллончик с аэрозолем от комаров, пузырек с йодом, флакон с облепиховым маслом, пара бинтов, упаковка растворимого аспирина, бактерицидный пластырь и бумажные салфетки в картонной коробке.

«Что-то искали и искали именно тут… Все остальные шкафы и пеналы кухонного гарнитура были закрыты… И искал, по-видимому, убийца… Что?… Жертва сопротивлялась и вполне могла его поранить… Тогда ему самому мог понадобиться тот же бинт… Возможный вариант… Но более вероятно: искали что-то совсем другое – очень ценную вещь или документы… Хотя место для тайника тоже не лучшее… Кто и что здесь искал?…» – Степанов глубоко затянулся сигаретой, но это совершенно не помогло сыщику найти ответ на поставленный вопрос.

* * *

На следующий день Сергей Смирнов сидел в кабинете своего шефа и смотрел, как Дмитрий Владимирович Степанов заваривает чай «Липтон». Делал это Степанов не спеша и не выпуская зажженную сигарету из рук.

– Сейчас пропустим по стаканчику для тонуса… Завариваю не как-нибудь, а по старому китайскому рецепту. В народе ведь не зря говорят: повар должен быть китаец, а жена – японка.

– Меткая русская народная поговорка, – кивнул Сергей.

– Не иронизируй и не сиди просто так. Лучше дай анализ результатов вскрытия последней жертвы и предыдущих двух убийств.

– Совпадает с предыдущими двумя преступлениями то, что жертва тоже молодая симпатичная женщина, убийца нанёс ей множественные ножевые ранения и рот заклеил скотчем.

– Совпадения закончились? – спросил Степанов.

– Можно ещё добавить, что все три преступления совершены в дневное время суток и ни в одном случае не были обнаружены отпечатки пальцев убийцы и орудие преступления.

– Положим, это уже непосредственно к результатам вскрытия не относится. Теперь отличия.

– Не было двойного удара ножом в сердце. Нет признаков изнасилования. Нет следов от «браслетов» на запястьях убитой.

– Какой можно сделать вывод из всего вышесказанного?

– Кто-то пытается имитировать свое преступление под убийства, ранее совершенные маньяком.

– Похоже, хотя утверждать это категорично лично я бы пока не стал.

– Если предположить, что убийца хочет направить нас по ложному следу, то информацию он получал только из сообщений журналистов.

– Скорее всего, а они ничего не знали о двойном ударе в сердце. Да и о таких деталях, как ссадины и подкожные гематомы в области лучезапястных суставов у жертв.

– Дмитрий Владимирович, я, конечно, раздел криминальной хроники в газетах не читаю и в новостях теле репортажи с мест преступления не смотрю, но в них, наверняка, упоминалось про изнасилование.

– Наверняка, – согласился Степанов.

– Важного фактора не хватает для сходства.

– Не торопись. Во-первых, преступник мог посчитать, и не без основания, что для имитации вполне будет достаточно убийства молодой, симпатичной женщины с множественными ножевыми ранениями. Во-вторых, у нас нет веских доказательств, что и в этом случае мы не имеем дело с тем же самым маньяком.

– А откуда взялись… как бы выразится поделикатнее…

– Рвотные массы в коридоре… – подсказал старший оперуполномоченный.

– Они самые.

– И не только в коридоре, но и в ванной, – Степанов затушил сигарету в пепельнице. – По заключению экспертизы они не соответствуют содержимому желудка убитой женщины.

– Дмитрий Владимирович, я пас.

– Есть у меня одно соображение на этот счёт. Понимаешь, Сергей, если предположить, что убийца дилетант, пытающийся сработать под маньяка, то ему могло стать очень плохо после совершения такого жестокого преступления.

– И его вывернуло наизнанку? – удивился молодой сыщик.

– А ты считаешь: легко убить человека, да ещё таким образом?

– Нет, Дмитрий Владимирович, я как раз так не считаю. Просто ваша версия мне кажется маловероятной.

– Теоретически возможен и такой вариант – был кто-то третий.

– Третий?

– Почему нет? Третий человек, пришедший вместе с преступником.

– Этому третьему и заплохело от увиденного? И зачем бы такого легко ранимого убийца потащил с собой на дело?

– Согласен, Сергей, но в жизни бывает и не такое… – старший оперуполномоченный слегка постучал пальцами по столу.

– И с чего начнем?

– Полностью не исключая, что и это убийство дело рук всё того же маньяка, начнем мы с отработки версии убийца – дилетант.

– Ничего себе, дилетант. Всю женщину исполосовал ножом.

– Тем не менее. Дилетант из её близкого окружения или просто знакомый. Впустила убийцу она сама: домофон в тот день работал, железная дверь с глазком, замки целые. К тому же преступник что-то искал.

– Ограбление отпадает. Очень приличную сумму долларов и ювелирные изделия он не взял.

– Да, его интересовала вещь или документы.

– Или дискета с важной информацией, – добавил Сергей Смирнов.

– И наверное, нашел. Только один навесной шкаф на кухне с перевернутым содержимым. Возможно, преступник силой заставил женщину рассказать ему, где находится объект его поиска.

– Может быть, есть связь преступления с профессиональной деятельностью Нины Фроловой?

– Вполне. Финансовый директор на солидной фирме. Где большие деньги там и большие беды, – глубокомысленно изрек старший оперуполномоченный Степанов.

– Еще, Дмитрий Владимирович, где большие деньги там и хорошее жильё, хорошая одежда, питание и хороший отдых…

– Не знаю, Сергей, не знаю, – подчеркнуто серьезным тоном произнёс Степанов. – Но вот хорошим чаем я тебя сейчас совершенно бесплатно напою.

– Спасибо, Дмитрий Владимирович, я отработаю, – пообещал молодой сыщик и взглянул на часы. – Скоро подъедет сестра убитой.

– Я помню, – кивнул старший оперуполномоченный. – Думаю, по чашке настоящего чая мы успеем пропустить.

Минут сорок сыщики беседовали с родной сестрой убитой – Мариной Сергеевной Заславской. После разговора с ней они узнали о планах Нины Сергеевны выйти замуж за гражданина Германии, уже поданных документах на регистрацию брака и дальнейшем намерении Нины Сергеевны перебраться на постоянное место жительства в Германию.

Надо звонить жениху в Гамбург – сообщать ему о случившемся, но Марина Сергеевна не может заставить себя сделать это…

Врагов у Нины Сергеевны не было… Никто никогда ей не угрожал… Человек она была отзывчивый, незлопамятный, даже немного застенчивый… Наверное, излишне доверчивая… Настроение в последние дни?… Как обычно – хорошее… Проблемы на работе?… Нет, не упоминала…

Когда Марина Сергеевна покинула кабинет, Степанов с жадностью закурил сигарету и обратился к своему помощнику:

– Что скажешь о сестре убитой?

– Ключи от подъезда и от квартиры у неё были, и она первая оказалась на месте преступления. Не помешало бы проверить, где Марина Сергеевна сама находилась вчера в первую половину дня.

– Молодец, Сергей. Проверить не помешает.

– Хотя, Дмитрий Владимирович, слушая её, у меня сложилось впечатление, что она действительно очень хорошо относилась к своей родственнице.

– Дала превосходную характеристику сестре. Пожалуй, даже слишком…

– В каком смысле – слишком? – спросил Сергей Смирнов.

– А ты вспомни возраст и место работы убитой.

– И что из этого следует?

– Немного застенчивая и излишне доверчивая молодая женщина в двадцать шесть лет вряд ли сумеет стать финансовым директором в крупной фирме.

– Дмитрий Владимирович, да по блату или за деньги у нас…

– …И дебила на теплое место пристроят. Знаю, знаю… – старший оперуполномоченный махнул рукой. – Ладно, ты давай сейчас займись опросом соседей по дому, которых вчера не застал, потом проверишь алиби у сестры. А я поеду пообщаюсь с коллегами Нины Сергеевны Фроловой.

* * *

«Мебель полностью соответствует размерам кабинета…» – мысленно отметил Степанов, опускаясь в огромное кожаное кресло напротив генерального директора Юрия Юрьевича Зубцова.

Директор ЗАО «Омега» выглядел крайне озабоченным и уставшим.

– Чай, кофе? – предложил Зубцов гостю.

– Чай, – ответил Степанов, поискал взглядом пепельницу, но не нашел.

Хозяин кабинета по селектору отдал распоряжение секретарше и заговорил уже обращаясь к сыщику:

– Кто бы мог подумать? Сегодня утром я приехал на работу в приподнятом настроении – мы должны были обсудить с Ниной Сергеевной один очень интересный и перспективный заказ… И вдруг звонок. Такая трагедия. Я понимаю, что наши деловые планы звучат сейчас просто нелепо и цинично…

– Юрий Юрьевич, я хотел бы поговорить с вами о Нине Сергеевне.

– Конечно, Дмитрий Владимирович, – с готовностью согласился генеральный директор. – Постараюсь ответить на все ваши вопросы.

– Как давно она у вас работала?

Юрий Юрьевич Зубцов откинулся на спинку кресла и, подчеркнуто тяжело вздохнув, ответил:

– Полтора года.

– А до этого?

– В коммерческом банке.

– Значит, непосредственно в вашу фирму она пришла относительно недавно.

– Полтора года не такой уж маленький срок. К тому же, есть люди, с которыми как-то сразу легко и впечатление такое, будто бы ты давно их знаешь. Что-то подобное я с первых же дней испытывал к Нине Сергеевне…А ведь у нас была большая разница в возрасте.

Секретарша принесла на подносе сахарницу, два чайника – с заваркой и кипятком, пару чашек, нарезанный лимон, розетку с печеньем и конфеты.

– Прошу – предложил Зубцов сыщику.

Степанов поблагодарил хозяина кабинета, налил себе чай и, сразу же отметив его прекрасный вкус, с удовольствием сделал несколько глотков. Генеральный директор едва плеснул в свою чашку заварки, отчего напиток у него получился почти бесцветным.

– Нине Сергеевне не было и тридцати, а она уже занимала такую должность. Скажите, Юрий Юрьевич, это что какие-то феноменальные способности, или она попала к вам по протекции?

– Секрета нет. Я взял её по рекомендации одного моего хорошего знакомого и никогда об этом не жалел. Несмотря на возраст, Нина была настоящий профессионал.

– Как складывались у неё отношения с коллегами?

– Я бы сказал, ровно.

– Без конфликтов?

– Конечно, случались и конфликтные ситуации, но все решалось по-деловому, без лишних эмоций и затяжных обид…

– Понятно… – кивнул Степанов.

Беседа продолжалась ещё минут тридцать. Юрий Юрьевич Зубцов обстоятельно отвечал на вопросы, но ничего существенного старший оперуполномоченный так и не услышал.

После обеда Сергей Смирнов снова встретился со своим шефом у него в кабинете.

– Выкладывай, Сергей, что раскопал, – Степанов отложил в сторону копию свидетельства о постановке на налоговый учет ЗАО «Омега» с перечнем учредителей предприятия и их паспортными данными.

– Во-первых, Дмитрий Владимирович, у сестры убитой на всю вчерашнюю первую половину дня до четырнадцати часов железное алиби.

– Я искренне рад за неё.

– Опрос соседей, отсутствовавших накануне, тоже ничего не дал.

– Что они говорят об убитой?

– Фролова купила эту квартиру года два назад. Как я понял, она особенно ни с кем из подъезда и не общалась, даже с теми, кто жил на одной лестничной площадке.

– Наверное, не общалась, раз уезжая, для того чтобы полить цветы, оставляла ключи сестре, проживающей на другом конце города.

– Ну, Дмитрий Владимирович, сейчас, по-моему, ключи от квартиры посторонним вообще никто не оставляет.

– Неужели? – Степанов изобразил удивление. – Я помню в детстве, у нас у половины подъезда ключи от квартир прямо в коридоре под ковриками лежали.

– Это потому, что тогда красть было нечего.

– Согласен, теперь ассортимент стал значительно больше и разнообразнее, – Степанов грустно улыбнулся. – У людей глаза разбегаются и слюна рекой от обилия недоступных, но очень желаемых предметов и услуг.

– Убийство Фроловой без явных признаков ограбления.

– Как и предыдущие два убийства молодых женщин… Фирма, где работала последняя жертва, связана и с ближним и с дальним зарубежьем. Если преступление имеет отношение к профессиональной деятельности Фроловой, цепочки могут быть такие длинные – нам и за год не разобраться.

– Коллеги ситуацию не прояснили?

– Я пообщался только с генеральным директором. Естественно, в разговоре финансовых вопросов мы не касались. Окажись такие проблемы у фирмы, то нас о них вряд ли захотят проинформировать.

– А что сказал директор о Фроловой? – спросил молодой сыщик.

– Характеризует убитую с самых положительных сторон. Ни одного серьезного недостатка. И про жениха из Германии поведал. Оказывается, Нина Сергеевна приводила его на работу, знакомила с коллегами. На этой неделе директор уже собирался поручить какой-то Генриэтте Павловне подобрать и приобрести ценный подарок для молодоженов… – Степанов пододвинул поближе пепельницу и прикурил сигарету. – Долго беседовали, а существенной информации ноль. Единственный приятный момент от встречи – отличным чаем напоили.

– Получается, не только вы, но кто-то еще в городе умеет классически заваривать благородный напиток?

– Кстати… – старший оперуполномоченный задумчиво посмотрел на молодого коллегу. – Сам-то генеральный директор пьет очень уж слабенький чаёк.

– Сколько лет директору?

– На вид лет шестьдесят пять.

– Он боится испортить цвет лица.

– Цвет лица?… Выглядел директор действительно бледным, и ещё мешки под глазами.

– В таком возрасте крепкий чай вообще противопоказан.

– В таком возрасте…противопоказан… – Степанов легонько забарабанил пальцами по столу и после короткой паузы произнёс. – Молодец, Сергей…

– Приятно слышать, хотя я и не уловил, в чем состоит моя заслуга.

– Господин генеральный директор, пожалуй, слишком был напряжён… А ты подал мне одну интересную идею.

– Какую? – спросил Смирнов.

– Насчёт здоровья, – ответил старший оперуполномоченный – Многое можно объяснить, если предположить, что преступник искал в настенном шкафу не ценную вещь или документы, а то, что никто и не собирался прятать.

– Туповат – не понял, – честно признался молодой сыщик.

– Вспомни, что там лежало: флакончик с облепиховым маслом, йод, бинты, пластырь, аспирин… Убийца мог искать в домашней аптечке лекарство для себя.

– Зачем?

– Дилетант, а им, возможно, был достаточно пожилой человек, совершает тяжелое преступление. После этого ему становится очень плохо – даже выворачивает наизнанку в коридоре… А дальше со здоровьем случается что-то гораздо хуже тошноты и рвоты.

– Инсульт, инфаркт…

– Инсульт отпадает, а сердце могло и прихватить. Вот он и ломанулся искать какой-нибудь валидол или нитроглицерин.

– Вряд ли он нашел их в аптечке у молодой женщины.

– Это уже другой вопрос.

– Не убийца, а просто легко ранимое существо. Наверное, поэт непризнанный или визажист какой-нибудь из дамского салона.

– В нашей жизни, Сергей, всё бывает.

– И как отрабатывать эту версию?

– Сделаем так: ты сейчас позвонишь на службу скорой медицинской помощи и затребуешь список всех лиц, кто обращался к ним начиная со вчерашнего дня, часов с двенадцати и, скажем, часов до восьми сегодня утром. ФИО больного, время вызова и поставленный диагноз тоже.

– Будем действовать методом «бредня»? – спросил молодой сыщик.

– Почему нет? Потом поищем в предоставленном списке фамилии сотрудников фирмы, знакомых и родственников убитой, – ответил Степанов.

* * *

Старший оперуполномоченный Дмитрий Владимирович Степанов оторвал взгляд от не до конца прочитанного списка с фамилиями и многозначительно посмотрел на своего младшего коллегу.

– Неужели сработало? – удивился Сергей Смирнов.

– В сыскном деле метод «бредня» – старый, но надежный метод. Слушай: вчера в 18.35 был вызов специализированной кардиологической бригады на дом к Зубцову Юрию Юрьевичу 1940 года рождения, проживающему по адресу… Диагноз: затянувшийся приступ стенокардии. Приступ купирован.

– Кто такой этот Зубцов?

– Генеральный директор ЗАО «Омега», где трудилась убитая Нина Сергеевна Фролова.

– Интересный расклад.

– Слушай дальше, Сергей. Сегодня ночью в 3.40 к нему же был повторный вызов кардиологической бригады. Диагноз – затянувшийся приступ стенокардии, гипертонический криз. От предложенной госпитализации в стационар больной отказался. Снова проведено лечение на дому.

– Так это он и попивал очень жиденький чаек?

– Он, – кивнул Степанов. – Видно, опасался, как бы от крепкого чая у него снова сердчишко не прихватило.

– Горячо, но не факт, что именно он на месте преступления для себя лекарство искал. Все его стенокардии и кризы могли просто совпасть с интересующим нас промежутком времени.

– Но теперь ещё и ложь вылезла.

– Какая ложь?

– При встрече Зубцов сказал мне, что приехал сегодня утром на работу в таком приподнятом настроении, естественно, ничего не зная об убийстве Нины Сергеевны, и планировал обсудить с ней важные дела…

– После таких проблем со здоровьем вчера вечером и сегодня ночью утром находиться в приподнятом настроении? И ещё собираться обсуждать важные дела.

– То-то и оно, Сергей.

– Исправный домофон, железная дверь с глазком – все укладывается. Фролова открывала хорошо знакомому человеку. Наверное у них была договоренность о встрече… А мотив преступления – секс или деньги.

– Сергей, ты меня иногда изумляешь своим знанием жизни и людей.

– Просто я в детстве читал много, – подчеркнуто скромно объяснил молодой сыщик.

– А я думал это у тебя от того, что ты с умными людьми работаешь, – задумчиво произнес старший оперуполномоченный.

– Этот фактор, конечно же, на первом месте… Легко вы убийцу вычислили.

– Положим, пока ещё Зубцову никто обвинение не предъявил и виновным не признал.

– Только один раз увидели, один раз поговорили и в тот же день раскопали, кто есть кто. Получается – пришел, увидел, посадил. Дмитрий Владимирович, вы прямо как шериф из Техаса.

– Почему из Техаса? – Степанов удивленно вскинул брови. – Я живу и работаю в Екатеринбурге… А если серьёзно, то не так уж сложно найти преступника-дилетанта. Ну, и от стечения обстоятельств многое зависит.

– Нет, Дмитрий Владимирович, говорю без подхалимажа, это не стечение обстоятельств, это опыт.

– Скажи ещё мощный интеллект, – старший оперуполномоченный махнул рукой. – Думаю, убийцу Фроловой мы действительно нашли, а вот настоящий маньяк где-то разгуливает на свободе.