Текст книги "Охота на Ведьм (СИ)"

Автор книги: Александра Малинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Янка протянула мне стакан, наполненный доверху. Прокомментировать это я никак не успела, потому что подруга загадочно заявила:

– С твоим заданием я справилась.

– С каким именно?

– Ковалев Клим Андреевич.

– По глазам вижу, есть что сказать, – Янка и в самом деле сгорала от нетерпения. И как я раньше не заметила?

– Что-то вроде того. Ну для начала скажу, что все, с кем я разговаривала – далеко не агенты спецслужб и даже не знают его лично, так что приходится довольствоваться весьма туманными слухами. Я бы даже сказала, туман вокруг этих слухов весьма густой.

– Не тяни.

– В общем. Сначала я болтала с Катькой Москвиной, она в администрации работает, так что знает всегда и все про людей вроде Ковалева. Я оказалась права, правда и ей приходится довольствоваться лишь слухами, но она ими охотно поделилась. Подозреваю, даже от себя немного наплела, но это скорее от того, что Ковалев ей приглянулся. Она видела его, правда всего один раз. А вообще, Катька…

– Про Катьку я все знаю, – разозлилась я, – Ближе к делу.

– Она сказала, что парень в политику не рвется, но на всяких приемах бывает весьма часто. Поговаривают, что наш губернатор его весьма уважает, они даже на рыбалку вместе катаются, что согласись, неслабо, учитывая их огромную разницу в возрасте.

– А сколько Ковалеву?

– Вроде немного за тридцать.

Я кивнула, потому что предполагала как раз нечто подобное. Янка тем временем продолжила:

– Наверняка известно, что ему принадлежит три завода в нашей области. Хотя Катька уверена, что с десяток. Три досталось от покойного отца, Ковалева Андрея по кличке Ковыль. Не заморачивались люди с прозвищем. Говорят, редкий был мерзавец. Погиб несколько лет назад при весьма загадочных обстоятельствах, потом пришлось все списать на несчастный случай в виду недостатка улик. Некоторые до сих пор уверены, что это дело рук сына. Вроде как едва тому исполнилось восемнадцать, дом он покинул и с отцом разорвал всяческие отношения. Объявился здесь недавно, уже богатым наследником. Его долго подозревали, но доказать ничего не смогли, а потом он подружился с губернатором, и ту давнюю историю уже никто не вспоминает. Или все просто боятся ее вспоминать, Катька утверждает, что Ковалев-старший по сравнению с сыном просто цветочек.

– Нехилая история, – присвистнула я, – Выходит, что я спасла парня, который отправил своего собственного отца на тот свет? А с его матерью что?

– О ней ничего не известно. Вроде как воспитывал его только отец.

– И успеха в этом явно не добился.

– Кирыч, ты опять накручиваешь. В конце концов, это всего лишь слухи, а сказать можно что угодно, это во-первых. А во-вторых, посмотри на ситуацию с другой стороны: ты спасла обладателя заводов, фабрик и лучшего друга нашего губернатора. Говорила я тебе, с ним нужно познакомиться, а ты… Подобное знакомство – верный способ для зарождения романтических чувств.

– Надеюсь, это просто шутка, иначе получается, что ты хочешь, чтобы твоя подруга связалась с убийцей.

– Это всего лишь слухи, Кирыч.

– Они же не берутся из неоткуда.

– Как знать, – пожала плечами подруга.

На самом деле, я жалела, что не свела знакомство с Ковалевым. Но не из-за романтической чепухи, до которой так падка Янка. У нее пунктик по этому поводу. Просто теперь встретиться с господином Ковалевым будет весьма сложно, а так у меня хотя бы был номер его мобильного и повод поговорить. Филипп обещал мне информацию о нем, но вряд ли стоит ждать такой милости. Суля по всему, Ковалева он не жалует, и это еще мягко сказано. И наверняка будет против моего с ним знакомства. Да что там говорить, он в этом даже смысла не видит. В отличие от меня, и после Янкиного рассказа поговорить со спасенным захотелось еще больше. У такого человека должно быть много врагов – кажется, я уже думала об этом раньше. Но теперь ясно: редкий мерзавец, за спасение жизни которого некто вполне мог на меня обозлиться. Обозлиться до такое степени, что начал сжигать похожих на меня девушек. Тут два в одном: с психикой у него явные проблемы и он хочет, чтобы я пострадала как следует за содеянное. Ну это прежде, чем он займется мной. От этой мысли сделалось нехорошо. Нужно найти способ встретиться с Ковалевым как можно быстрее, возможно, он сразу назовет имя неадекватного маньяка, желающего ему смерти.

– Ты что задумалась? – Янка оторвала меня от интересных мыслей.

– Ничего. Просто занятный тип…

– Мерзавец, но жуть какой интересный, правда?

– Ну… да, – с неохотой согласилась я, некстати вспомнив, как Ковалев пришел в себя на дороге, и как я пыталась его спасти.

– Так что Катьку можно понять, я еле отделалась от ее историй. Но самой стало интересно, что да как. Поэтому на Москвиной я не остановилась… – Янка с торжествующим видом уставилась на меня, видя мое нетерпение.

– Что, к губернатору ворвалась и начала допрашивать с пристрастием? – предположила я вполне серьезно.

– Кирыч, у него же охрана, а я слабая девушка, – укоризненно заметила она.

– А что? Я бы не удивилась.

– В общем, не отвлекай меня, а то я сейчас все забуду…

Далее Янка поведала весьма путанную историю о том, как она разыскала своего знакомого с забавным именем Газинур, который с свою очередь отсидел пять лет с бывшим одноклассником Ковалева Серегой по кличке Щебень. От количества ненужной мне информации глаза съехались у переносицы, но когда Янка начала рассказывать о своих сомнительных знакомствах, я на подругу начала взирать с сомнением.

– Это мой сосед, – закатила она глаза.

– Не важно. Ну и что там в конце концов? Ты встретилась со своим… Газинуром?

– Ага.

– Хватит испытывать мое терпение!

– В общем, сначала он ничего рассказывать не хотел. Делал вид, что сплетни – это бабье дело. Как же, ага! Едва открыл рот, остановиться уже не смог, едва ноги унесла от его болтовни. Еще и на свидание звал, ага…

– Ты опять отвлекаешься, – напомнила я.

– Извини, накопилось. Так вот, если слегка сократить его рассказ и выбросить то, что уже рассказала Катька, со слов сокамерника Газинура получается следующее: Ковалев в школе засранцем вовсе не был. Щебень охотно рассказывал о теперь уже популярном Ковалеве. Утверждает, что тот был тихоней, себе на уме. Отличник, даже ботаник, соображал отлично. Ну или это по сравнению со Щебнем, он же по себе судил о Ковалевской сообразительности. Но потом с парнем что-то стряслось, то ли в компанию какую попал, то ли еще что. В общем, дрался, ругался, перечил всем подряд. Как будто взорвался. А что? Парни часто бунтуют в подростковом возрасте.

– И что потом?

– Потом папаша его из школы забрал и определил то ли в интернат, то ли еще куда. Никто не знает. А потом парень и вовсе пропал. Но Щебень утверждает, что отношения у них в семье и правда не ладились, и это еще мягко сказано. А еще он говорил, что Ковалев по сути хороший парень.

– Ну по сравнению с сидящим Щебнем то конечно, – заметила я.

– Зря ты так, может он не виноват?

– Раз сидит, значит виноват.

– Отличная у тебя позиция, Кирыч.

– Нормальная. Твой Щебень больше ничего интересного не рассказал?

– Это все, – пожала плечами подруга.

Не знаю, пригодится ли мне когда-нибудь информация о школьных годах господина Ковалева, но на всякий случай в памяти я ее отложила. Правда, пока не знаю, на кой мне сдались его школьные годы. В конце концов, какая разница, каким он был десятилетия назад, если сейчас все в один голос утверждают, что он редкая сволочь?

– И как мне с ним свети знакомство?

– Я же говорила…

– Знаю, – перебила я, – Надо было раньше, и все такое. Но раньше уже не получится, приходится ломать голову сейчас.

– Ну… например, представиться и сказать, что ты и есть его загадочный спаситель.

– Годится для паршивого романа, на самом деле он обзовет меня аферисткой, охочей до денег и выставит за дверь. Я бы так и поступила на его месте.

– Кирыч, ну ты загнула. Не все же такие вредные как ты.

– Может и так, но сдается мне, что Ковалев как раз из таких, так что про его спасение лучше забыть.

– Я что-нибудь придумаю, – задумчиво кивнула Янка, в чем я ни минуты не усомнилась. Можно было усомниться, что хоть одна ее идея окажется годной, но в их количестве я ничуть не сомневалась.

Мы просидели еще с час, Янка строила фантастические планы знакомства и пила свой коньяк, я заварила себе чаю и думала, как жить дальше. И есть ли это самое дальше вообще. Примерно в полночь я начала сильно сомневаться в этом. А началось все со звонка моего дорогого и горячо любимого друга, с которым мы не разлей вода еще со школьной скамьи. Мне надо бы насторожиться, что он звонит так поздно, но я обрадованно завопила в трубку:

– Какие люди!

– Привет, Кирыч, – голос его звучал несколько устало и отнюдь не радостно. А Кирычем, чтоб вы знали, меня звали все, кто знает Янку, с ее легкой руки данная милая кличка прицепилась ко мне еще в средней школе.

– Привет.

– Извини, что так поздно… на самом деле я по делу.

– По какому? – немного удивилась я, потому что дел у нас не может быть никаких.

– Тут такое дело… в общем, помнишь Костяна Григорьева?

– Конечно.

Костян Григорьев был хорошим другом Артема, так что мы конечно тоже были знакомы и виделись не один раз. Ко всему прочему, Костян два года назад внезапно женился на моей школьной подруге Ритке.

– Ему нужна небольшая помощь… Тут такое дело… Ритка пропала.

– Как пропала?! – ахнула я. Все внутри резко похолодело и сжалось, словно ледяной монстр медленно душил меня изнутри своими лапами. Комната перед глазами сузилась и поплыла.

Голос друга привел меня в себя:

– Сегодня он должен был встретить ее после работы, но она не появилась. Ее коллега сказала, что Ритка с самого обеда отсутствует. Само собой, Костян сразу поднял тревогу, обзвонил всех ее подруг, потом родителей и даже просто знакомых. Ритку никто не видел. В полиции на него сочувственно посмотрели и сказали, что пока ничем помочь не могут, загулявшие жены – это вещь совершенно нормальная. Он решил организовать самостоятельные поиски по городу, вот звоним, спрашиваем, кто может помочь…

– Она пропала сегодня после обеда? – хрипло спросила я.

– Да. Ты чего? Болеешь что ли?

– Нет.

– Ну ты как?

– Мы с Янкой поможем, чем сможем.

– Шальная у тебя?

– Ага, – покосившись на Янку, вяло ответила я.

– Ну план такой…

– Я тебе перезвоню, хорошо?

Не дожидаясь, когда мне ответят, я повесила трубку. Янка молча ждала, что я скажу, разговор она без сомнений слышала и прекрасно понимала, что случилось. Соображать получалось с трудом, но наконец-то я выдавила:

– Мы сегодня ошиблись. Я ошиблась.

– Думаешь, Ритка у него?

– А ты нет? – усмехнулась я, уже заранее представляя, что последует дальше.

– Ты скажешь Артему?

– Оставим это полиции, я просто физически не могу уже никому объяснять, что творится.

– Но почему Ритка? Потому что ты успела вовремя и условия по сути ему не важны?

– Думаю, важны. Он подчиняется своим собственным правилам, психи всегда так делают. Ошиблась я, предположив, что девушка обязательно должна учиться со мной в одном классе.

– Но всю школу проверить нереально, и он это знал…

Я поморщилась.

– Не в этом дело. Он написал «28», а это мой личный номер, спортивный номер. Он конечно имеет отношение к школе, но больше все-таки к спорту. Ритка как раз была в спортивной сборной нашей школы, Аньки там не было. Если бы я не сидела тут и не жалела себя, могла бы догадаться, я…

– Кирыч, хватит винить только себя.

– Больше винить некого, но не суть. Надо сообщить Карпову, пусть займется поисками, хотя бы заявление примут. Артем сказал, мужа даже слушать не стали.

– Давай я тогда с другом твоим потолкую.

На том и порешили. Судя по голосу, майор крепко спал и мне явно не обрадовался. Узнав, в чем дело и вовсе начал рвать и метать, но несомненный плюс в этом был: сон как рукой сняло.

Янка же позвонила Артему, сообщив ужасные новости. Не знаю, как их воспринял муж Ритки, но думаю, что плохо. В результате мы все встретились в два часа ночи в кабинете, соседнем с Карповским, потому что уместиться в его комнатке возможным не представлялось.

Костика я не видела около года, и если бы наверняка не знала, кто передо мной, не узнала бы. Он был совершенно раздавлен горем. При одном взгляде на него становилось больно, чувство собственной вины во всем происходящем не проходило, лишь кололо все больнее. Не знаю, хотел ли ублюдок, похитивший всех этих девушек, чтобы я страдала и винила себя, но он этого добился. Смотря на Костика я думала, что стань я следующей, при условии, что весь этот кошмар закончится – согласилась бы не раздумывая. Более того, я даже желала этого…

Мое присутствие здесь было необязательно, но я чувствовала, что обязана быть здесь, поддержать. Янка, разумеется, кинулась следом, Артем поддерживал друга. Вскоре нашу троицу выставили в коридор и мы послушно ждали, что будет дальше. Думаю, никто этого не знал. То есть, все догадывались об одном: Ритку вряд ли удастся спасти, учитывая, как мало нам известно. Но как это случится и когда – загадка. Видео я получу в течение трех дней, дольше пытать кого-то довольно сложно, а вот убить он может сразу после этого, а может и подождать.

***

Филипп порадовал своим присутствием только на следующее утро, в полицию приезжать я ему запретила и мы договорились встретиться уже дома. К моменту его появления глаза уже слипались и я мало что соображала. Не успела и глазом моргнуть, как Янка отбыла к себе под предлогом сонливости и трудной ночи, но выглядела бодрой как никогда, в отличие от меня. Подозреваю, что она отправилась куда угодно, только не спать, и это вносило в душу дополнительное беспокойство.

Филипп уже был у курсе событий, так что рассказывать все еще раз надобности не возникло. Сначала мне пришлось вытерпеть его взгляд, потом выслушать весьма длинную и нудную лекцию. Не понимаю, зачем вообще ему позвонила. Наверное, это у меня рефлекс такой выработался, о котором в данный момент я весьма сожалела. Пришлось намекнуть, что я ночь не спала и жутко устала, но даже тогда он отказался оставлять меня в одиночестве. Хоть он этого и не озвучил, я знала, что он не хочет оставлять меня одну и быть рядом, когда придет сообщение, а это может произойти в любой момент, даже сегодня во второй половине дня. Он не сказал этого прямо, но я и так поняла. В отличие от него, мне сидеть и ждать этого события сложа руки не хотелось, тем более что несмотря на всю усталость и бессонную ночь, я была уверена, что глаз мне все равно сомкнуть не удастся.

Схватив мобильный, удалилась в ванную. Набрала номер Артема:

– Да?

– Ты знаешь, где работала Ритка? – спросила я шепотом, и все внутри неприятно похолодело, когда я осознала, что говорю о ней в прошедшем времени.

Слава богу, друг на это внимания не обратил, а коротко ответил:

– Ну да.

– Где?

– На управляющую компанию в центре города. Недалеко от центрального банка, кажется. Зачем тебе?

– Пока не знаю, – вздохнула я и быстро с ним попрощалась.

Адрес управляющей компании узнать будет нетрудно, а вот съездить туда уже другое дело. Избавиться от Филиппа в самом некровожадном смысле этого слова уже проблема, а у меня еще охрана на хвосте. Отчего то я уверена, что сегодня из дома выпускать меня не хотят. Да что тут говорить, от меня вообще никаких действий не хотят.

«А вот фиг вам всем!» – решила я.

Быстро набрала Янкин номер:

– Ты где?

– В центре, – весьма туманно ответила она.

– К Ритке на работу подалась?

– Ты слишком хорошо меня знаешь, Кирыч.

– Если намекаешь на то, что ты любопытнее любой макаки – то да, это я знаю.

– И хочу тебе помочь, очень.

– Так совпало, что я тоже хочу себе помочь. Подождешь меня?

– Разве твой цербер выпустит тебя? Когда он заявился с утра, я была уверена, что меня он тоже запрет, за компанию, – усмехнулась она.

– Ему придется.

– Ты что-то задумала? – сразу насторожилась Янка.

– Вроде того.

– Надеюсь, ничего противозаконного, не хотелось бы стать соучастницей. В общем, жду тебя через час в кафе «Ирис». Если не появишься – схожу одна.

С Янкой не поспоришь, так что я согласилась и повесила трубку. У меня всего час, вот только как отправить Филиппа домой? Судя по моему опыту, никак. Он будет молча взирать на меня и не сдвинется с места. Не драться же с ним, в самом деле. В любом случае, даже будь я мастером кунг-фу, победить такого бугая вряд ли смогла бы, а я далеко не мастер и о всяких единоборствах знаю разве что по фильмам. Что ж, тогда придется идти на крайние методы… Придав себе бодрый вид, я покинула ванную комнату.

Филипп ждал меня на кухне, что было немного некстати. Ну ничего, разве это трудности? Легко сдаваться – себя не уважать, мне так мама в детстве говорила. Дочь я послушная, так что включила чайник, приготовила нам чашки, обвела глазами кухню и взгляд мой уперся на коньяк, оставленный Янкой. Отлично.

– Фу, ты не мог бы убрать эту гадость с моих глаз? – сморщив нос и ткнув пальцем в злосчастную бутылку, которую никто даже не потрудился закрыть, попросила я.

Филипп молча пожал плечами.

– Куда-нибудь подальше. Лучше в коридор, – напутствовала я.

Так же молча он поднялся, подхватил коньяк и ушел. У меня есть секунд двадцать. Стараясь не создавать шума, я открыла шкафчик прямо над своей головой, достала оттуда упаковку с таблетками и быстро определила четыре штуки сразу в чашку Филиппа. Так же беззвучно я все вернула на место. Филипп как раз вернулся и я искренне надеялась, что ничем себя не выдала. Придала лицу задумчивое выражение и уставилась в пол, как раз вчера Янка заявила, что в последнее время я так часто делаю. Вот и проверим.

– С кем ты разговаривала? – спросил он.

– Сейчас? С другом, спрашивала, как держится Риткин муж.

– И как?

– Плохо конечно, как же еще…

Закипел чайник, я заварила чай, разлила его. Села за стол. Царящее напряжение можно было увидеть, даже не почувствовать, если это не мои фантазии конечно. Все-таки напичкать человека снотворным я пытаюсь впервые. Сердце предательски стучало, мне даже показалось, что Филипп может его слышать, но я по прежнему усердно изображала задумчивость. Села за стол. Мы все еще молчали, когда мой телефон, который остался в ванной, оповестил о новом сообщении. Я вздрогнула.

Понаблюдав за мной, Филипп заметил:

– Тебе лучше посмотреть, что там.

– Ничего хорошего, полагаю, – голос стал хриплым.

– Лучше проверить это как можно быстрее.

– Конечно, – на негнущихся ногах я прошла в сторону ванной. Не знаю, к чему именно относился мой испуг в данный момент.

Оказалось, сообщения слала нетерпеливая Янка, хотя с момента нашего разговора прошло не больше десяти минут. Она оповестила, что сидеть в кафе ей надоело и она пока потолкается в компании и узнает Риткины привычки.

– Он? – прихлебывая чай, поинтересовался Филипп.

– Нет, Янка.

– Тебе лучше немного расслабиться. Ты похожа на привидение. Возможно, он изменит своим привычкам… Думаю, тебе лучше отдать свой телефон мне, – неожиданно заявил он.

Последнее замечание я проигнорировала, потому что телефон свой отдавать не собиралась ни за какие коврижки, и ответила:

– Каким именно привычкам? Возьмет и вдруг перестанет сжигать ни в чем неповинных девушек?

Филипп промолчал. Мы молча допили чай и я предложила посмотреть телевизор, чтобы не загнуться от скуки и немного отвлечься.

«И чтоб ты со стула не свалился, когда наконец-то уснешь» – ядовито улыбаясь, добавила мысленно. Диван на самом деле намного удобнее.

То ли Филипп оказался слишком крепким, то ли снотворное слишком слабым, и надо было пожертвовать всю пачку сразу, но мне пришлось ждать целых полчаса, пока он задремлет. За это время я едва не лопнула от негодования. И немного, лишь немного, от стыда за содеянное.

Наконец-то он уснул. Я вскочила на ноги. Теперь очередь охраны. Вообще-то я была не против парней, следуй они за мной молча, но меня терзали смутные сомнения, что все будет так, как я того желаю. Подчиняются они Филиппу, а не мне, а он ясно дал понять, что из квартиры меня не выпустит и путаться под ногами у следствия мне не стоит. Подвергать свою жизнь опасности тем более. Но мне надоело прятаться, и в конце концов со мной будет Янка, вот она то уж точно с любым маньяком разберется. В общем, как то так я себя и успокоила, что было не лишним, раз я впервые за все время собиралась покинуть дом без охраны, совершенно одна.

Провести охрану было намного легче, чем их босса, на счет Ивана и его парней я не особо переживала. Если Филипп сидел рядом и сверлил меня взглядом, то парни сверлили всего лишь подъезд. Так что снотворным их пичкать совсем необязательно. Да и странно это было бы, выйди я на улицу и начни почивать парней чаем.

Свой не особо оригинальный план я обдумала заранее. Пришлось добыть из шкафа черный парик (остался с прошлогодней вечеринки по случаю Хэллоуина). Идти на ту жуткую вечеринку было не моей затеей, но отвертеться не удалось, так же как и не удалось отвертеться от ношения ужасного парика, в котором ко всему прочему очень жарко. Но сейчас я была очень рада его наличию. Быстро переоделась. Раз охрана видела меня в куртках, я нацепила меховую жилетку. Носила я ее редко, так что практически никто ее на мне не видел. Немного неудобно, в данный момент я бы предпочла куртку, но деваться некуда. Надвинула парик и подошла к зеркалу и скривилась. Жуть. Парик был искусственным, черные волосы блестели как новогодняя елка. Прямая челка торчала как лопата. Если кто из знакомых увидит меня вблизи, умрет со смеху. Но деваться некуда, красивыми париками я запастись не догадалась.

Усердно делая вид, что разговариваю по телефону, я покинула подъезд и сразу юркнула в противоположную от джипа охранников сторону. Лучше не рисковать и мимо не дефилировать, хоть это и создало дополнительные неудобства. Пришлось обогнуть дом с другой стороны, чтобы выйти к остановке. Ехать мне всего минут пять, можно было и пешком прогуляться, но я рассудила, что гулять недалеко от своего дома лишний раз не стоит. А ну как Филипп проснется? Уж он то меня в любом парике узнает, даже фиолетовом, в это я не сомневалась.

Стараясь не обращать внимания на взгляды пассажиров маршрутки, я уставилась в окно. Не снимать же парик прямо здесь? Смешно людям, пусть порадуются хоть чему то в своей жизни. Доехала я даже быстрее, чем пять минут и вышла на остановке прямо возле «Ириса». Зашла в кафе, и первым делом в туалете сняла парик. Хотела сначала от него избавиться, но потом затолкала в свою сумку. Мало ли, пригодится. Ну вот, теперь можно и Янке позвонить.

– Ты где?

– А ты? – судя по голосу, Янка как минимум участвовала в марафоне и заняла первое место. И это при том, что бегать не могла вовсе.

– В «Ирисе», где ты должна меня ждать.

– Так ты все-таки приехала? Подтягивайся в «Елки Палки», это недалеко. Я как раз туда направляюсь, через десять минут буду.

Вопросов я задавать не стала, решив дождаться подругу, просто вышла из «Ириса», перешла дорогу и быстрым шагом направилась в «Елки Палки». Кафе славилось отличной кухней и не очень дорогим меню. А еще совсем копеечными обедами. Последнее показалось мне заслуживающим особого внимания.

Я заняла столик у окна и стала дожидаться подругу. Прошло полчаса, а Янки я все не наблюдала. Еще минут через десять она объявилась, правда, по телефону:

– Кирыч, планы меняются. Ты осмотрись пока в кафешке, а я зайду в забегаловку напротив, чтобы времени не терять. Поспрашивай там, что да как… Ритка могла быть там вчера во время своего перерыва…

– Я уже поняла, – буркнула я и отключилась.

Уводить девушек во время обеда – это уже можно назвать его почерком. Вот только с Риткой все сложнее: дама она замужняя, вряд ли стала бы знакомиться в кафешках с кем попало, тем более что Костик бывший боксер. Ну и что немаловажно, брак у них был на редкость удачный, так Артем сказал, а я ему верю. И если вспомнить описание, данное парню, с которым ушла погибшая Дашка, то и вовсе непонятно, с какой бы стати Ритке вообще с ним разговаривать.

Ко мне подошла официантка, уже раз в третий за прошедшие полчаса. Девушка была похожа на студентку, милая и улыбчивая. Мне сразу понравилась. Прикинув, как начать разговор и не придя ни к какому определенному выводу, я просто заказала кофе.

Кофе она мне принесла, и тогда я брякнула:

– Извините?

Она сразу остановилась и вернулась к моему столику, дежурно улыбаясь:

– Слушаю вас.

Вычитав на бейдже имя «Мария» и вложив в голос как можно больше печали и мольбы, я сразу перешла к сути:

– Мария, вы можете мне помочь?

– Думаю да. С заказом определиться не можете?

– Нет, мне… Трудно сформулировать. Ну ладно… Вы понимаете, вчера моя подруга вчера пропала и я не знаю, что делать… муж искал ее всю ночь, ни следа, а власти говорят, что искать ее еще рано. Вы должны мне помочь… Мы заходили к ней на работу, и кафе – последнее место, куда она направлялась… Я в долгу не останусь, только помогите!

Получилось путано, но трагично.

Видя некоторое замешательство на ее лице, я было подумала, что здесь уже успела побывать полиция и мое небольшое отклонение от истины раскрыто, но замешательство Марии быстро переросло в сочувствие и я поняла, что мне повезло нарваться на весьма сострадательную и душевную особу. Быстро оглянувшись, она присела напротив меня:

– Вчера говорите?

Боясь спугнуть удачу, я кивнула.

– Моя смена была, так что чем могу… Вижу, тяжело вам, переживаете. А полиция как обычно, ни во что не вмешивается. Мы на соседа не один год жаловались, а пока он свою жену в больницу с травмами, не совместимыми с жизнью не отправил, им и дела никакого не было. А ведь можно было его давно остановить, а так жена через неделю в больнице и скончалась…

Поняв, что девушка увлеклась, я полезла в сумку за телефоном. Желания слушать о чужих трупах не было абсолютно, раз у меня свои перед глазами так и маячат.

– Вот фотография, может быть, узнаете ее?

Она внимательно посмотрела на один из самых свежих снимков Ритки. На нем она сидела за столом и мило улыбалась в камеру. Светлые волосы заплетены в косичку, глаза красиво подведены.

– Я ее часто видела, – наконец изрекла Мария.

– Она работала недалеко, – кивнула я, – А вчера она приходила, не припоминаете?

– Вчера не могу точно сказать, может и была, да я не заметила… Если вы не против, я у Ольки спрошу, другая половина зала ее и она тоже вчера работала. Если ваша подруга была здесь, значит, Олька должна ее помнить.

Разумеется, я была не против и протянула Марии телефон со снимком. Вернулась она через пять минут, страшно довольная собой:

– Олька говорит, была она, сидела прямо у выхода вон там, – девушка ткнула пальцем в свободный сейчас столик на противоположном конце зала, – Около трех часов дня было.

– А ничего странного она не заметила?

– Это у нее спросите, я просто фотку показала, она обещала через пять минут подойти и с вами потолковать.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, – Возможно, я могу вас как-то…

– Эй, это ваша подруга, а я всего лишу пару слов сказала, – перебила меня Мария, отчего понравилась мне еще больше.

Как она и обещала, через пять минут ко мне подошла ее подруга. В отличие от миниатюрной Марии эта отличалась ростом и размером.

– Это вы подругу ищете? – гаркнула она, голос ее был под стать размерам. Я некстати подумала, что ей больше бы подошла карьера вышибалы в клубе, нежели официантки, хотя возможно здесь она совмещала сразу две должности.

– Да.

– Видела ее вчера, аккурат в три дня. Время точно говорю, потому что как раз ваша подруга у меня и спрашивала.

– Вы не заметили, она была одна?

– Как перст. Я ее не в первый раз видела, она всегда либо одна, либо с подругой, тоже светловолосая и по возрасту как ваша подруга.

– Может, она познакомилась с кем или кто-то подсесть к ней пытался?

– Не было такого. В это время народу уже не так чтобы много, основной наплыв как раз часа в три заканчивается, потом затишье, а к шести опять балаган… Это я к тому, что наверняка бы заметила, коли что не так.

– А время она зачем спрашивала? – поинтересовалась я наугад.

– Не отчитывалась, – пожала плечами Ольга, – Наверное, телефон забыла на работе, всякое бывает.

– Возможно, что-то странное было? Необычное? – не отставала я.

Как ни странно, мои вопросы Ольгу не раздражали, она задумалась и пожала плечами:

– Да ничего такого.

Это плохо. В кафе то Ритка была, но одна. Где же он ее подловил, на улице? По пути на работу? Если уж она в кафе знакомиться навряд ли бы стала, то на улице уж точно нет и еще раз нет. И даже если я узнаю, где он ее подловил, что это мне даст? Описание внешности, а если повезет, снимок с какой-нибудь камеры, которых в центре сейчас пруд пруди, вот что.

– А вы не заметили. В какую сторону она пошла, когда покинула кафе?

– Видела, повернула направо, – ответила девушка, опасливо поглядывая через плечо. Там я увидела худенького очкарика, наверное, менеджер или управляющий. Ясно, что Ольге пора, иначе влетит.

– Спасибо за помощь, – вздохнула я, спросить все равно было уже нечего.

– Не за что, – пожала она плечами и удалилась.

Я быстро расплатилась, оставив Марии неплохие чаевые в знак благодарности и удалилась. Вышла на улицу, осмотрелась. По словам официантки, Ритка повернула направо. Если она собиралась на работу, то ей нужно было в другую сторону, значит, она надеялась еще куда-то зайти после обеда. Это место не должно быть слишком далеко, иначе она бы не успела вернуться до окончания обеденного перерыва.

«Направо, так направо» – рассудила я, вознамерившись повторить Риткин путь. По крайней мере, его часть. Я шла по широкой центральной улице, внимательно глазея по сторонам и попутно открывая для себя много нового в родном городе. Например, зеленое здание слева, похожее на старую дворянскую усадьбу, на глаза мне до этого ни разу не попадалось, хотя живу я здесь всю жизнь. Внимательной девушкой меня не назовешь, чего уж там. Я медленно брела по улице, гадая, куда могла держать путь Ритка. Дорогу здесь перейти негде, повороты в переулки тоже отсутствуют. До ближайшего пешеходного перехода справа от кафе идти минут пятнадцать быстрым шагом, и если Ритка не рисковала жизнью, переходя дорогу, то направлялась в один из магазинов, что тянулись вдоль улицы. Только что ей там делать? На одно из платьев, что там продавали ей пришлось бы год копить. Зато несомненный плюс все же был: народу в таких магазинах обычно не бывает вовсе, уж по крайней мере вчерашних клиентов помнить должны отлично. Стоит ли попытаться зайти в каждый бутик, демонстрируя ее фотографию?

Когда я уже практически внедрилась в бутик, что всех ближе к «Елкам», зазвонил телефон. Не без опаски я глянула на дисплей (а ну как Филипп уже пробудился) и вхдохнула с облегчением: Янка.