Текст книги "Нож разведчика. Добро пожаловать в ад!"

Автор книги: Александр Голодный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Передний есть. До заднего добраться оказалось намного тяжелее, но справился и с ним, уронив ключ, но успев подхватить начавшую падать металлическую табличку. Опустив створку и закрыв замок, друзья вернулись в машину.

– Точно, цвет тот.

– Не совсем. У него, вроде, бежевый, а мой светло-кремовый.

– Запыленное – фиг отличишь.

– Разберемся. Поехали, Константин. Умыться, побриться еще надо, да позавтракать.

Веселов мечтательно ответил:

– А я еще и вздремнуть успею.

– Не проспи, Александр.

– Базара нет, Владимирыч.

Когда, доставив домой Саню, ехали к Ратному, на обочине внезапно выросла фигура в синей форме и повелительно махнула жезлом.

– Ксивы!

Подошедший дэпээсник только начал привычно подносить ладонь к шапке, когда открылась водительская дверь, и две руки в свете салона показали раскрытые удостоверения.

– Вот так и чувствовал, что кто-то из своих!

– А зачем останавливал, коллега?

– А вдруг?..

Улыбаясь, Кустов протянул руку к бардачку:

– Проверять будешь?

– Да, ладно… Езжайте, коллеги.

– Тогда – спасибо. Успеха!

– И вам.

Молча проехали два квартала, когда Ратный заметил:

– Вот что значит «служебное удостоверение». А он их даже не посмотрел.

Думая о том же, Константин молча кивнул.

Без пятнадцати десять Кустов встречал Сергея в фойе здания ГУВД.

– Владимирыч, ты точен, как атомные часы!

– Стараюсь. Как наши дела?

Шагая по коридору, Костя расплылся в улыбке:

– Представляешь, он только когда вышел ехать на работу, увидел, что с машиной. Наверное, соседи его тоже «любят» – никто не сказал. Минут двадцать рыдал мне в трубу.

– А Денис?

– Разумеется, у него обнаружилось множество важных и неотложных дел. Короче исполняя просьбу начальника, я за начальника.

– Отлично.

Отсканировав сеть, Сергей определил незадействованные айпишники из «верхних», с максимальным доступом. Сверившись со своими записями, изменил мак-адрес и айпишник ноута, снова вошел в сеть. Нужный компьютер кадров уже включен, на месте. Взлом Ратный решил провести в два приема. На первом в расшаренной папке разместил радминовского клиента, через нуль-сессию отредактировал «boot.ini». Теперь хитрая команда, жертва уходит в перезагрузку. Через пару минут, запустив серверную часть, получил полный допуск. Вход в папку «Program Files»…

Стук по косяку заставил вздрогнуть.

– Сашка пришел!

Открывший дверь Кустов впустил улыбающегося Александра. Впрочем, улыбка быстро увяла, когда он увидел серьезное, бледное после бессонной ночи лицо Сергея.

– Александр, ты готов?

– Да.

– Разрешение на камере максимальное?

– Да, Владимирыч, проверил.

– Давай, действуй. Только осторожно.

– Понял.

Служебная программа для печати бланков удостоверений, действительно, нормально запустилась по локальной сети. Ключ защиты в USB порту хакнутого компьютера не возразил против работы. Быстро разобравшись с меню, Сергей сделал картинки бланков, сохранил в расшаренной папке. Теперь перекинуть к себе, снова изменить «boot.ini»…

День для кадровиков точно начался с волнений – главный компьютер без видимых причин ушел на перезагрузку во второй раз. Но от атаки не осталось и следа. Жаль, что нельзя сразу и распечатать бланки на их «Эпсоне» с СНПЧ.

– Константин, где у вас фотографии в форме? Твоя и Санина?

– На флэхе, сейчас…

Вставив в «Фотошопе» фото, Ратный внимательно изучил полученный результат, расслабленно откинулся на спинку стула.

– Получилось, Владимирыч?

Вместо ответа он развернул ноутбук.

– Да-а. Классически.

– Ты фамилии прочти.

Выполнив, Костя только покрутил головой. Сергей заполнил бланки ФИО реальных офицеров управления уголовного розыска края, изменив, правда, по одной букве в фамилии. Добров стал Бобровым, Смельченко – Умельченко, Разин – Мазиным. Кустов и Веселов остались при своих чинах, себя, с учетом возраста, Сергей назначил майором. Сработав свое изображение в форме, использовав программу «Фото на документы», он добился четкого соблюдения предписанных для служебных удостоверений параметров.

– Остались только голограммы, товарищ майор. А где достанешь?

– Есть мысли, дружище.

Чайник успел вскипеть во второй раз, когда вернулся Веселов. Получив свою чашку с «горячим шоколадом», он немного взволнованно протянул мобильник Сергею.

– Сработал чисто. Там девчатам из-за стойки вообще ничего не видно, точно. Да, Владимирыч, для проезда на личном транспорте надо выписку из приказа. Я пяток для образца тоже снял.

Перекинув через переходник снимки на ноут, удалив их с модуля памяти телефона, Ратный пролистал фотографии, кивнул:

– Отлично.

Отхлебывая из чашки, запивая кусочки печенья, он, сверяясь с образцами, заполнил скачанную из Интернета форму «в помощь кадровику», скинул в печать на служебный лазерник Константина по три копии заполненных бланков командировочных удостоверений, быстро набрал и распечатал выписку.

– Владимирыч, а третье зачем?

– Вдруг, испорчу.

Забрав бланки, достав из сумки черную гелевую ручку, потренировался на черновике и мастерски воспроизвел на командировочных и выписке подпись начальника ГУВД.

– Служить надо в правильных войсках. Где всему нужному учат.

Пораженно наблюдая за процессом, Кустов прокомментировал:

– Вот так, работаешь с человеком хрен знает сколько, а потом понимаешь, что не знаешь о нем ничего. И что будет дальше?

– Костя, ты всегда можешь отказаться.

– Нет, Владимирыч. Мне уже просто очень интересно.

– Ладно, отставить овации. Тебя Гончаренко на сколько припахал?

– До обеда попросил.

– Пойдет. Не возражаешь, если к тебе вместе поедем? Хочу распечатать печати на твоем струйничке.

– Едешь обязательно! И тебя, Саша, это касается. У меня полная кастрюля борща, хинкали, три вида салатов…

– Да неудобно…

– Саня, неудобно на потолок гадить – назад валится. Но если возьмешь нам коньячку, а Владимирычу винца – никто не огорчится.

– Понял, не проблема.

Помолчав, Сергей поблагодарил:

– Спасибо, парни. Я вам очень признателен, честно.

– Ладно, не стоит. Ты лучше скажи: как печати делать будешь? В «Фотошопе»?

– Ну, зачем? Есть специальная и удобная программа.

Сложно сказать, реально какие цели преследовал разработчик небольшой, но очень удачной программки, но результат она давала идеальный. Закрепив на чистых вордовских листах в положенных местах неотличимые от подлинных (даже с «настоящими» дефектами) печати и штампы, Ратный пояснил:

– Прогоним документы на струйнике, останется только вписать подписи и числа от руки.

– Ясно. Ты решил на послезавтра?..

– Да. Не могу время зря терять, Костя.

– Да нет, это я так… Внезапно как-то все…

Кустов совсем замялся, глядя на тоскливо осунувшееся лицо Сергея.

– Да. Внезапно.., – с горечью подтвердил Ратный.

***

После действительно вкусного обеда у Кустова дома настроение немного поднялось. Сверяя в зале готовые командировочные с фотографиями на экране ноута, парни убедились – оно.

– Владимирыч, насчет камуфляжа для тебя я договорился, сегодня вечером у знакомого заберу. А берцев у меня две пары. Ты какие берешь?

– Конечно, которые поновее. Я же все-таки майор.

– Есть товарищ майор! Я их вам еще и начищу, как положено.

– Сделай одолжение. Так, парни, хватит прохлаждаться, пошел я голограммы добывать. Константин, завтра до обеда забегу ксивы сделать?

– Конечно. И обедать останешься.

– А я?

– Саня, ты – само собой. Очень вкусный коньяк покупаешь и выглядишь с ним вообще неотразимо.

Особой сложности для знающего человека найти подходящие наклейки с голограммами не представляет. Махнув с суровым видом служебным удостоверением перед лицом подобравшейся девчушки-продавца специализированного магазина (гарантийные наклейки, изготовление логотипов), Ратный внятно изложил цель прибытия.

Слова «следственный эксперимент», «в рамках оперативно-розыскных мероприятий» и «возможная причастность выявленных фигурантов» произвели на девушку нужное впечатление. Наверное, ощущая себя героиней криминального боевика, она с готовностью выложила на прилавок альбомы с образцами.

Приятная, кстати, даже миленькая. И смотрит так, что не сомневаешься – от знакомства не откажется. Будь это другое время… а сейчас уходящие минуты лишь неумолимо убавляли оставшиеся дни жизни.

Голографическая наклейка с гербом нашлась очень похожая. С прозрачной на подпись начальника оказалось потруднее, но что-то из компьютерных подобрать тоже удалось. Конечно, надписи не соответствовали требуемым, но ведь еще надо, чтобы их прочитали.

Честно расплатившись, Сергей взял по десятку каждой. Спокойно, но твердо напомнил о неразглашении, получив в ответ наполненные чувствами заверения, подкрепленные преданным и заинтересованным взором. Да, можно было познакомиться.

Съездив к вокзалу, зашел в небольшой магазин при типографии. Продемонстрировав в качестве образца опять же служебное удостоверение, попросил подобрать аналогичные по размеру «корочки» в «эксклюзивном исполнении». Привыкнув к барским закидонам новоявленных полицейских, продавец без вопросов выложила с десяток разной степени «крутости».

Вернувшись к себе, снова почувствовал, как наваливаются отчаяние и депрессия. С парнями, при деле оно как-то не ощущалось, а вот одному…

Выключив свет в комнате, встав у окна, Сергей смотрел на панораму большого города. Разноцветье огней, яркие мазки неона вывесок, мигающие светофоры, полноводная река горящих автомобильных фар. Еще совсем немного – и голые скелеты деревьев спрячутся под пышной зеленью листвы, проспекты украсят цветы, придет яркая кубанская весна. За ней – жаркое лето. Кто-то будет лакомиться мороженым под полотняным тентом уличного кафе, обхаживая красивую девушку, ласковые воды Черного моря примут счастливых отдыхающих, раскроет миллионы соблазнов южный город. И невозможно представить, что все это наступит, а его уже не будет. Просто добавится еще одна могила на кладбище.

От мыслей перехватило горло.

Нет, стоп, хватит себя жалеть! Еще ничего не решено, еще есть надежда и путь ее воплощения. Опасный, незаконный – что же, только интереснее просчитывать ходы и делать шаги в игре без правил. Выиграет – потом будет что вспомнить. А проиграет… Ставка всего одна – жизнь. Поэтому о потере пожалеть не успеешь.

Постаравшись встряхнуться, Ратный запустил ноут и приступил к изучению обычной и гугловских спутниковых карт Чечни.

***

Пока сохли чернила, Сергей загрузил в автомобильный навигатор Кустова карты Северной Осетии, Ингушетии, Ставрополья и Чечни. Затем аккуратно вырезал бланки удостоверений, приклеил к корочкам. На положенные места легли голографические наклейки, сверху – тонкая защитная пленка. Взгляд на выложенное для образца удостоверение Константина, снова на три получившихся. Практически идентично.

– Да, ксивы – комар носа не подточит, – прокомментировал Александр.

– Так, парни, давайте я камуфляж примерю, да будем решать: с чем завтра ехать.

Переодевшись в ванной, Сергей вышел в зал.

– На тебя шили, Владимирыч.

Критически оглядев себя в большом зеркале, Ратный согласился с утверждением. Форма сидела, как влитая. Короткая прическа, строгое лицо, не самое доброе выражение глаз – образу соответствует.

Расстелив отпечатанные листы на журнальном столике, друзья приступили к выработке плана.

– Переоденемся за городом. От Ставрополья в форме ехать надежнее. Сменим номера. На въезде в Чечню пересечем блок-посты под Моздоком. На Ищерском проверяют наши, дальше по трассе – чечены. Потом все дороги открыты. Вот здесь, – остро отточенный карандаш указал точку на карте, – уйдем в зеленку к тайнику.

– По лесу форму не порвем?

– Нет, Александр. Там есть, где нормально пройти, мы тогда удара как раз со стороны дороги опасались. На то, чтобы обезвредить мины, забрать оружие… Часа три должно хватить. Ты, Константин, съездишь в Гудермес, машину заправишь, там же в кафешке пообедай не спеша, для нас купи чего-нибудь. Если что не так – созвонимся.

– Телефоны взял?

– Конечно. Симки активированы, пины не запросят. Включим в Чечне. «Мегафон-Кавказ», на балансе по сто пятьдесят рублей.

– Хватит.

– Да. Возвращаешься опять не спеша. Как раз начнет темнеть, поэтому погрузиться должны без проблем. Сумки?

Константин показал две среднего размера камуфлированные сумки.

– Положи в багажник сегодня же.

– Понял.

– Рабочие перчатки, лопатка, фонарик?

– Уже в машине.

– Хорошо. Садимся, едем сюда.

Сергей сделал новую отметку, продолжил:

– Тут недалеко стационарный гаишный пост, рядом с ним организована стоянка дальнобойщиков и разных транзитников. Платим по три сотни охране, кукуем до пяти утра в машине. Переодеться в гражданку лучше не доезжая поста.

– Владимирыч, а откуда ты это знаешь?

– Нарыл в Интернете. Информация точная, есть подтверждения двухдневной давности. В пять утра отчаливаем, переодеваемся в форму уже по дороге, меняем командировочные на отмеченные. Да, сортир на стоянке есть, умыться возьмем пару пятилитровых бутылей воды, мыло, полотенце. Обязательно чем побриться. Я беру аккумуляторный «Панасоник».

Веселов добавил:

– Аналогичный «Браун». Костя?

– Станки у меня.

– Моей побреешься.

Сергей продолжил:

– Хорошо бы еще позавтракать. Бутерброды там, пирожки ты, Костя, в Гудермесе купишь, а вот запить…

– Возьму двухлитровый термос. Нормальный, сутки держит. Чай, кофе?

– Лучше чай. Нервы и так на пределе будут. К восьми подъедем на пограничный блокпост у Буйнакска. Там практически никогда не досматривают. Желательно со временем угадать.

– Пересменка?

– Именно. Ну, а дальше понятно – через Ставрополье домой.

Помолчали, обдумывая.

– Владимирыч, давай ты у меня сегодня ночевать будешь, чтобы Косте по городу с утра не мотаться? Надувной матрас устроит?

– Дельно. Не вопрос. Да, Константин, ты Вартуш-то что сказал?

– Почти правду. Гончаренко остался без машины, в командировку ехать кому-то надо. Только она, по-моему, не очень поверила. Насчет мобил тоже пришлось сказать.

– И что?

– Молчит.

– Идеальная жена. Повезло тебе, брат.-

Кустов вздохнул:

– Ну, что, парни, грузимся и поехали? Мне еще на заправку.

С утра конкретно приморозило. Пока в последний раз проверили и переложили вещи, успели изрядно замерзнуть, но зато холод окончательно согнал сон. Без задержек покинув спящий город, выехали на федеральную автостраду. Буквально пара часов – уже Ставропольский край. Трасса понемногу наполнялась машинами, горизонт посветлел – скоро рассвет.

– Константин, давай на ту площадку.

Кивнув, Кустов взял влево, сворачивая к чернеющей на обочине дорожной технике. Переоделись, разложили по карманам фальшивые документы, сменили номера, по очереди сбегали отлить за громаду бульдозера.

Снова в путь.

Ищерский блок-пост на границе встретил многолюдьем и очередью машин, впрочем, быстро двигающейся.

Заметив, как у Кустова побелели костяшки пальцев, сжимающих руль, Сергей негромко сказал:

– Костя, расслабься. Сними руки с руля, разомни кисти.

– Хорошо.

– Да, и при посторонних общаемся только по именам, указанным в документах. Не забывайте.

– Ясно.

– Подойдет проверяющий – без напоминаний открыть двери, багажник, бардачок.

Наконец проверка дошла и до них. Хотя положено парой, но досмотр провел один рослый старлей. Впрочем, подстраховка была – метрах в пятидесяти от дороги на взгорке Сергей безошибочно определил хорошо замаскированную позицию пулеметчика.

Друзья развернули удостоверения, Ратный протянул командировочные, выписку из приказа, щелкнули замки открываемых дверей, сразу наполнив салон холодом. Глянув в ксивы, на номер автомобиля, мельком заглянув внутрь, старлей вернул бумаги, козырнул:

– Проезжайте, товарищ майор.

– Спасибо.

На втором блок-посту заросший щетиной полицейский ограничился взглядом в командировочные:

– На два дня?

– Да.

Разрешающий взмах жезлом:

– Проезжайте.

Когда отъехали метров за четыреста, сидящий на заднем сиденье Веселов высказался:

– Пипец! И так ведь любой реальный бандит проехать сможет.

– Любой – не сможет. У нас все документы неотличимы от настоящих, сделаны по утвержденным образцам, использованы нужные формулировки. Старлей не халтурил, проверял четко – я это видел. Просто у нас все правильно. И еще, Александр. Ты посмотри на нас. Скажешь, что форму надели в первый раз?

– Наверное, нет.

– Правильно. Вы привыкли ее носить, а я еще не забыл, как это делается. Последнее – лица. Профессия накладывает отпечаток, тот парень сразу почувствовал – мы – свои. Ладно, не расслабляемся.

Но дальнейший путь неожиданностей не принес. Конечно, очень косо поглядывали обгоняющие их машину лихие местные джигиты, но только поглядывали.

По мере приближения к нужному месту, Сергей все чаще всматривался в экран навигатора.

– Константин, давай к обочине и помедленнее.

– Понял.

Еще метров триста. Ратный внимательно изучает поднимающуюся справа гору.

– Здесь.

«Десятка» плавно остановилась. Сергей протянул Кустову простенькую потертую «Нокию».

– Контрольный вызов.

Звонки прошли нормально.

– Сейчас не спеша выходим, открываем багажник. Появляется просвет в движении – уходим в лес. Ты, Константин, действуешь по плану.

Когда за спиной отдалился шум проносящихся машин, Сергей предупреждающе поднял руку:

– Александр, идешь за мной. На тебе левый фланг. Не болтать, ворон не считай, поглядывай под ноги. Ясно, боец?

– Так точно.

Все-таки армейские навыки – вещь полезная и закрепляются надолго. Когда Ратный притормозил, Саша остановился мгновенно, пригнувшись, окинул местность быстрым взором. И лопатку держит в руках, как оружие.

Шепотом:

– Что?

Сергей показал взглядом.

– Млять!

В кустах, среди сгнивших тряпок белеют кости. Человеческие.

– Боевик?

– Сложно сказать. Хрен с ним. Вперед.

Все-таки Ратный немного промахнулся, но, пройдясь по склону, быстро сориентировался и уверенно направился к заросшей кустами лощинке.

– Александр, остаешься здесь. Контролируй местность. Сниму ловушки – свистну.

– Есть. Владимирыч, ты осторожнее…

– Постараюсь. Сам ставил, не переживай.

Осторожно очистить трубку взрывателя лезвием ножа мультитула, просунуть в отверстие для предохранительной чеки проволоку толстой скрепки, согнуть. Теперь парная «растяжке» мина. Первая должна сработать на срыв чеки, вторая – если обрежут толстую зеленоватую полупрозрачную леску. Преодолев сопротивление тугой пружины, приподняв за шток ударник, Сергей обезвредил и второй заряд. Третий «подарок» вон под тем безобидно лежащим на пути камушком. Здесь взрыватель сбоку.

Разошедшееся не на шутку солнце изрядно припекало. От разогретой земли тянуло особым, напоминающим о весне запахом. Вспотевший Ратный снял и оставил на пригорке шапку, прохладный ветерок приятно освежил кожу. Предпоследняя ловушка – на замаскированном люке. Тут только размотать закрепленную в неприметном месте проволочку. Вставляя в щели лезвие лопаты, Сергей, поддевая, в несколько приемов открыл закисшую крышку. Теперь последний, самый мощный фугас – под оторванной второй ступенькой от входа. Здесь он вообще вывинтил взрыватель, отложил в сторону. Да, столько лет прошло, а мины в отличном состоянии, как вчера поставлены. Включил на полную мощность фонарь, огляделся. Схрон не пострадал от воды – с умом обустраивали. Вот и старые ящики с оружием.

Прибежавший на свист Веселов с интересом крутил в руках оригинальную убойную машинку. С ППШ сняли штатный приклад, поставив легкий телескопический, оснастили двумя пистолетными рукоятками по обе стороны от солидного диска магазина.

– Блин, русский «Узи»!

– Скорее уж «Беретта» или «Томпсон».

– Видел их, Владимирыч?

– Даже стрелял. Так себе, для ближнего боя, в упор смолить.

Сергей, успевший оценить весьма пристойное состояние тех самых двух переделанных пистолетов-пулеметов, сейчас придирчиво выбирал патроны из проржавевших цинков. И здесь оказалось все в порядке – пара сотен точно набралась. Но лишними не будут, надо еще стволы отстрелять.

Два запасных магазина, еще один ППШ без приклада (вдруг понадобятся запчасти?), патроны. Взрывателей на гранаты не нашлось, да и черт с ними. Что еще? Глянув на дульный срез, Ратный понял – что. Обрезать кожух и делать резьбу просто так не будут. Ну-ка…

В отдельном ящике, завернутые в промасленную ветошь, лежали два солидных цилиндра. Глушители. Один, к сожалению, не доделан. Да, умный бандит оружием занимался. Сложив сумки, добавив тройку полных армейских масленок, Сергей отправил Веселова назад наблюдать, а сам занялся восстановлением минных ловушек. Перед установкой взрывателя осветил фонариком нишу под второй ступенькой.

Стоп, а это что? За круглым корпусом фугаса в глубоком скальном углублении лежит узкий сверток. Достаем, разворачиваем…

Застыв, Сергей смотрел на боевой нож. Потемневший от времени, чуть тронутый кое-где ржавчиной нож разведчика. «НР». Точно такой же был в руках бойца из видений. Не раздумывая, Ратный выбрал из ящика подходящий ремешок, скинул с левого плеча куртку, расстегнул рукав камуфляжа и закрепил ножны на предплечье. Протертый ветошью клинок мягко скользнул на место. Ощущения раздвоились. С одной стороны – непривычно, а с другой… как будто он был там всегда.

Восстановление минных ловушек прошло по накатанной, без задержек. Тихо спустившись по склону, Сергей подошел к лежке Веселова.

– Как со временем?

– Еще сорок минут, Владимирыч. Закончил?

– Да, все нормально. Давай подождем минут десять и будем выдвигаться.

По мере того, как солнце скрывалось за горами, снизу поднимался зябкий, сырой воздух. Темнело просто на глазах. Стремительно наваливающиеся сумерки позволили подобраться практически к обочине. Пристроившись за кустами, друзья отслеживали проезжающие автомобили. Кстати, движение изрядно поредело.

– Бандитское время.

– Что, Владимирыч?

– После пяти вечера в Чечне наступает бандитское время. Мирные граждане прячутся по дворам, шастают лишь отморозки и те, кто ничего не боится.

– Прикольно. На нас не прыгнут?

– На трех полицейских? Самоубийцы за две войны перевелись.

Костя появился четко в назначенное время и очень удачно – на дороге больше никого не было. Мгновение – и парни уже у машины. Кустов аж вздрогнул:

– Млять! Ну вы напугали. Все нормально?

– По плану. Едем?

– Сейчас, парни, только сбегаю отлить.

– Далеко не уходи – еще на мину напорешься.

Вняв предупреждению, Константин пристроился прямо за машиной.

Наконец с нескрываемым облегчением на лице вернулся за руль, завел «десятку». Поехали.

– Как в Гудермесе?

– Вообще-то спокойно. Кстати, водка, коньяк – нереально дешевые.

– «Паленка».

– Понятно. Но за сорок рублей бутылка коньяка – поражает. Как у вас?

– Стволы, патроны в сумках.

– Пушки классные, Костя. Ты таких и не видел никогда.

– Отлично. Да, парни, может, мяска с лавашом? Еще теплое.

От вопроса рот наполнился слюной, в желудке ощутимо засосало.

– Не помешает.

– Сейчас будет развилка, там тормозну. Владимирыч, пересядешь назад, к Сане, перекусите.

– И руки заодно помоем.

Действительно еще теплая баранина со специями и зеленью, заедаемая ароматным лавашом, шла «на ура». Запивая горячим чаем из термоса, Саня поинтересовался:

– А сам что ел?

– О-о, классно! Суп харчо, шашлычок, тоже с лавашиком. Кстати, цены тут – в половину от наших.

– Народ на форму не косился?

– Да так, посматривали…

Честно разделив последние кусочки, Ратный с Веселовым сложили освободившиеся полиэтиленовые пакеты в один мешок, не спеша допили чай в одноразовых стаканчиках.

– Фу-ух, хорошо!

– Согласен.

После сытной еды и напряженного дня потянуло подремать. Ничего, скоро будет стоянка. Кстати, надо переодеться.

– Константин, прикинь, где встать, пора гражданку надевать.

– Ага, сейчас.

Ратный, сняв форменный бушлат и взяв пакет с одеждой…

…от укрытия к укрытию по улице брошенного села. Все было плохо, даже очень плохо. Никак не удавалось оторваться от загонщиков, его всякий раз засекали воздушные разведчики. Сутки без еды, без отдыха – сил почти не осталось. Улучив момент, кувыркнувшись, Сергей ушел в тень покосившегося забора, прижался к трухлявым доскам. В стороне прозудел винтами дрон. Инфракрасная камера была направлена в другую сторону, поэтому его пока не засекли. Но это пока. Перебежав к лишенному окон и дверей дому, «тер» выглянул из-за угла. На следующей улице забора не осталось вообще – наверное, сожгли в одну из зим. После прохождения волн беженцев здесь еще оставались наиболее упертые местные жители, сумевшие припрятать съестное и надеявшиеся отсидеться. Наводимые со спутников и самолетов зондеркоманды положили конец этим надеждам.

Еще один рывок. Надо постараться выполнить петлю, оказаться в тылу идущих по следу врагов.

Но противниками командовал не дурак. Пробежав до следующего дома, свернув за угол, Сергей в лоб столкнулся с тройкой солдат. Береты с характерной эмблемой, укороченные штурмовые винтовки – егеря! Главные враги партизан.

Стрелять они начали одновременно. Уходя вправо, «тер» высадил остаток патронов в магазине «браунинга». Двоих завалил сразу, на третьем подвела уставшая рука. Раненый солдат сумел ответить. Словно раскаленный палец ткнул в левый бок, прожигая внутренности. Все, это конец. С такой раной не побегаешь. Осталось только достойно умереть, прихватив с собой врага.

Отшатнувшись назад за угол, Сергей чувствовал, как вместе с кровью стремительно уходят остатки сил. Бросив пустой, бесполезный без патронов пистолет, вынул последнее оружие – нож. Между пальцами зажавшей рану левой руки сочилась горячая кровь, что-то орал в рацию оставшийся за спиной егерь, а он готовился к последнему броску, навстречу тем, кто сейчас выскочит из-за угла. Должны выскочить!

Чутье не подвело, на помощь раненому пришла еще одна тройка. Здоровый метис с винтовкой наперевес лишь на втором шаге осознал, что добыча стоит напротив, а взмах руки только что послал ему навстречу стальную смерть. Отточенный клинок, легко пробив стекло тактических очков, вошел в глазницу врага. Ответные очереди двух штурмовых винтовок распороли грудь бойца, неся рвущую, обрывающую жизнь боль…

Сергей бился в судорогах и хрипел на заднем сиденье жигулей, пакет с одеждой выпал на землю. Саня с Костей пытались удержать рвущееся из рук тело, с отчаянием понимая, что не знают – чем помочь другу?

Наконец Ратный затих. Бледный, в холодном поту, он невидяще смотрел в обивку крыши салона. Глаза казались черными от жутковато расширенных зрачков.

– Саня, что делать?!

– Не знаю… Сердце бьется?

Кустов расстегнул пуговицу, просунул под камуфляж руку, случайно дотронувшись до ремешка оперативной кобуры.

– Бьется. И дышит.

– Будем ждать. Тогда у тебя очнулся.

– Может, поедем на парковку?

– Давай. Я сзади сяду, голову Владимирыча подержу.

Подобрав гражданку, Веселов приподнял тело друга.

– Костя!

– Что?!

– У него из уха кровь пошла.

– Черт!.. Сильно?

– Нет, сочится.

Вскрыв аптечку, хрустнув оболочкой перевязочного пакета, Константин подал белый комок:

– Саня, вытирай, но не зажимай, пусть выходит.

– Как ты думаешь – сосуд?

– Наверняка.

Сев за руль, в отчаянии упершись лбом в баранку, Кустов напряженно размышлял несколько секунд.

– Саня, короче, на парковку не едем. Погнал я на Буйнакск. В местную больницу точно нельзя. Пересечем границу, обратимся за помощью.

– Давай!

В свете редких фонарей проезжаемых аулов, Веселов видел все такое же мертвенно-бледное лицо друга. Зрачки то возвращались к нормальному размеру, то снова расплывались во всю радужку. Пару раз Александр замечал, что взгляд Ратного становился осмысленным, Сергей даже пытался что-то сказать.

– Серега, держись, не помирай… Держись, брат…

– Саня, как?..

– Кажется лучше, в себя начинает приходить.

– Как кровь?

– Вроде остановилась. Костя, может, попить ему дать?

– Точно! Вода в багажнике. Сейчас!

Свернув на обочину, Кустов остановил машину, бегом открыл багажник и, расплескивая воду, набрал стаканчик.

– Серега, брат, попей.

Похоже, Ратному действительно становилось лучше. Заботливо придерживаемый Александром, он сделал несколько глотков.

– Как ты?

Обессиленный шепот:

– Плохо, боец. Где я?

Яркий свет фар иномарки осветил замершую на обочине «десятку». Чужая машина встала рядом, продолжая слепить. Коротко гуднула сирена, вспыхнула и лениво крутнулась огнями красно-синяя «люстра». Фары переключились на ближний свет.

– Млять! ДПС местное. Попали!

Константин, раскрыв удостоверение, шагнув навстречу двум бородатым автоматчикам в бундесовском камуфляже.

– Мы из кубанской полиции, коллеги! Капитан Мазин. У нас майору плохо.

– Почему здесь встал, русский?

– Я же говорю – майору Боброву стало плохо.

Переглянувшись, автоматчики разделились. Один продолжил держать на прицеле Кустова, другой направился к открытой двери «десятки». В свете фар хорошо были видны и бледное лицо Ратного, и волнение придерживающего друга Веселова. Взгляды бородача и на секунды пришедшего в себя Сергея встретились.

– Ты?..

Ратный не смог ответить, снова отключившись. Но наверняка тоже узнал чеченского дэпээсника. Еще бы, ведь это был тот самый надзиравший за работой кинутых компьютерщиков «бригадир». Лязгнул передернутый затвор.

– Русский, из машины! Руки подними!

– Я из полиции…

– Заткнись! На обочину, быстро! Шамиль, второго сюда!

Отвратительное ощущение – стоять под дулами акаэмов без оружия, с поднятыми руками, ожидая решения своей участи. Дэпэсник о чем-то напряженно размышлял.

– Послушайте, мы из кубанской полиции…

– Заткни пасть, баран!

Попытка не удалась. Ствол калашникова недвусмысленно приподнялся. Неужели они сейчас станут стрелять?! Почему?!

Крепкие ладони неожиданно легли на затылок и челюсть «бригадира», резко крутнули. Хруст шейных позвонков! Неуловимо переместившись, Сергей левой рукой отвел дуло автомата второго дэпэсника, правой вогнал в грудь клинок «НР». Выдернул, придержав оседающее тело, довернулся вместе с ним и с короткого замаха отправил нож навстречу выскочившему из машины третьему чеченцу. Сверкнув тусклой молнией, клинок с глухим хрустом вошел в левую глазницу врага. Хлестко, до упора, откинув того назад, к распахнутой двери служебной машины. Сергей, отпустив труп, бросил быстрый взгляд по сторонам, повернулся к замершим парням.

– Бойцы, где?..

Ратный внезапно пошатнулся, стал оседать. Метнувшийся вперед Александр еле успел подхватить снова потерявшего сознание друга. Из левого уха Сергея, пятная черными пятнами плечо, опять потекла кровь. Потрясенно обведя взглядом убойную картину, Константин обреченно выдавил:

– Песец!..

Сложно сказать, сколько продолжалась бы немая сцена, но Ратный пришел в себя. Сократились зрачки, он глубоко вдохнул, взгляд снова стал осмысленным.

– Сергей!..

– Да?.. Александр.. я опять вырубился?

Опершись на руку Веселова поднялся, пошатнувшись, укрепился на ногах. Посмотрел вокруг, машинально, испачкав руку кровью, потрогал ухо и пораженно прокомментировал: