Текст книги "Саркофаг"

Автор книги: Александр Варго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 2
Прорыв тьмы

Утро 14 августа 2007 года. 8 часов 15 минут. Отделение внутренних дел в поселке Ульянка Тосненского района Ленинградской области

Заместитель начальника Ульяновского отделения милиции по оперативной работе, несмотря на понедельник, день по определению тяжелый, находился в приподнятом настроении. Впервые за лето он сумел отдохнуть два полноценных дня. Как ни странно, за выходные на подведомственной территории, куда входил и проблемный Красный Бор с его торгующими направо и налево героином цыганами, упивающимися до посинения дачниками, гастарбайтерами и прочей людской пеной, кипящей по периметру огромного города, ничего экстраординарного не произошло. Квартальные показатели обещали быть значительно выше среднего, что вполне могло обернуться приличной премией. Погода для середины августа стояла необычно сухая и теплая. То есть поводов для печали в это утро у капитана не было.

Но стоило ему распахнуть дверь кабинета начальника, как он сразу почувствовал, что его ждут неприятности.

Предпенсионного возраста майор поднял на заместителя красные то ли от недосыпа, то ли с похмелья глаза и неприветливо пробурчал в ответ на приветствие:

– Сколько можно ждать? Почему ни рация, ни мобильный не отвечают?

Заместитель на секунду замялся, но по укоренившейся привычке правду решил не говорить.

– Батарейки сели, – развел он руками и сделал виноватое лицо, – а обе зарядки в кабинете. Сам знаешь, Петрович, с работы-то не вылезаю. Вот смысла дома держать нет. Короче, виноват, не уследил.

Начальник скривился, жестом показал на стул. Он прекрасно понимал, что капитан врет. Заместитель специально отключил связь, потому что кому же охота поганить вызовом столь редкие выходные? Тем более что три трупа, спозаранку обнаруженные непоседливыми грибниками, отодвигали на задний план все мелкие прегрешения подчиненных.

Заместитель опустился на край стула и осторожно поинтересовался:

– И что у нас плохого?

Майор не удивляясь его проницательности, с тяжелым вздохом ответил:

– Все плохо… Тройное убийство.

– Какое? – не веря своим ушам, переспросил капитан, мысленно прощаясь с премией и выходными как минимум до конца года.

– Такое! – вдруг взорвался начальник. – Оглох, что ли?.. Тройное! Три трупа… Три!

– Глухо? – не обращая внимания на крик, без особой надежды, так, на всякий случай, поинтересовался заместитель.

– А я откуда знаю? – уже спокойно ответил майор. – Вот прямо сейчас туда двинешь и на месте разберешься, глухо или очевидно… Ты еще здесь?

Утро 14 августа 2007 года. 9 часов 10 минут.

Окраина поселка Красный Бор Тосненского района Ленинградской области

Роса на изумрудной траве играла миллионами бриллиантов в лучах поднимающегося солнца. Стоя на краю асфальта, капитан с сомнением смотрел на легкие летние туфли, представляя, во что они превратятся после прогулки до места происшествия. Но делать все равно было нечего, и он, осторожно ступая в границах темной полосы, вытоптанной сотрудниками опергруппы, двинулся к людям, копошащимся в густой поросли метрах в семидесяти от дороги.

Следователь прокуратуры и судмедэксперт уже вовсю ваяли протокол осмотра. Капитан поздоровался с ними за руку, кивнул операм, рыскающим между деревьев в поисках следов и вещественных доказательств. В стороне топтались понятые – два помятых, бомжеватого вида незадачливых грибника, благодаря своей бдительности лишившихся возможности подзаработать на продаже даров леса, потому что пока закончатся все обязательные процедуры, конкуренты успеют вычистить и без того небогатый урожай. Прекрасно это понимая, они с тоской наблюдали за происходящим.

Прокурорский следователь, оторвавшись от бумаг, с иронией поинтересовался у милиционера:

– Что-то ты, Колюня, припозднился… Большим начальником становишься?

Приподняв указательный палец, капитан ответил ему в тон:

– А то. Начальство – оно такое. Никогда не опаздывает, а только задерживается, – и пошел к освобожденным от прикрывающих веток телам.

Для определения времени наступления смерти эксперт уже измерил им температуру в заднем проходе. Капитан равнодушно посмотрел на лежавших лицом вниз двух молодых парней со спущенными до середины бедер грязными джинсами и линялыми трусами. А вот у трупа девчонки задержался.

На вид ей было не более шестнадцати-семнадцати лет. Короткая юбка задрана до талии, оголяя во всю длину безупречной формы ноги. Доктор не стал снимать с девушки белые стринги, а лишь сдвинул в сторону узкую полоску ткани. Бесстыдно обнаженная промежность магнитом тянула взгляд, и капитан, почувствовав, как на мгновение внутри шевельнулось желание, гадливо вздрогнул. Порывисто отвернувшись, он со смятением подумал: «Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша. Доработался, уже на жмуров встает».

Шумно отдуваясь, подошел закончивший диктовать свою часть протокола судмедэксперт, пятидесяти лет от роду, низкорослый, толстый, лысый, потный, несмотря на ранний час, уже успевший опохмелиться. Тем не менее он был одним из лучших специалистов в своем деле. Закурив, медик задумчиво уставился на трупы.

Милиционер тоже достал сигарету, щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся, выдохнув, спросил:

– Когда их?

– Не знаю, – пожал плечами эксперт.

– К-как? – Капитан от удивления даже поперхнулся табачным дымом.

– А вот так. Температура тел такая, словно они в холодильнике лежат. Ни трупных пятен, ни окоченения. Странно. Первый раз с таким встречаюсь.

– Повреждения?

– Пока только парные дырки на шее непонятного происхождения. На первый взгляд похоже на укус.

– Может, змея? – с затаенной надеждой поинтересовался оперативник, непроизвольно пошарив глазами по траве под ногами.

– Может, и змея. – Доктор стер ладонью бисеринки пота с лысины. – Вскрытие покажет, – усмехнулся он.

– Сегодня разрежешь?

– Не-е, – протянул эксперт. – Денька через три-четыре, не раньше.

– Не понял? Чего так долго?

– Ремонт у нас, Коля, плановый. Холодильник отключен, в помещении разгром. Еще месяца полтора в Колпино гостить будем… В очередь, сукины дети, в очередь.

– Аркадий Моисеевич, – взмолился милиционер. – Ты же все можешь! Меня же через час плющить начнут, а нет ни времени смерти, ни причины… Мне же позарез понимание нужно – в какую сторону копать?

– Ладно, ладно. – Медик успокаивающе похлопал собеседника по плечу. – Завтра к вечеру постараюсь. Но раньше не обещаю, не обессудь.

– Ну, хотя бы так, – вздохнул капитан, затоптал окурок и подозвал подчиненных – узнать, что те успели нарыть.

Вечер 14 августа. 20 часов 42 минуты.

Колпинский район Санкт-Петербурга.

Улица Труда, дом 8

Бывший старший оперуполномоченный уголовного розыска, добивающий последний год до пенсии в дежурке районного управления внутренних дел, поджав губы, со скептическим видом слушал участкового. Пару месяцев назад в связи с катастрофическим дефицитом кадров и наличием диплома металлургического техникума рядовой милиционер патрульно-постовой службы стал офицером. Сегодня он уже входил в состав оперативно-следственной группы и формально подчинялся дежурному.

Майор прикидывал, действительно ли новоиспеченный младший лейтенант просится на участок или это только повод хотя бы на время увильнуть от несения службы. Но опыт подсказывал ветерану, что на этот раз пацан говорит правду, и он принял решение:

– Мобила есть?

– Конечно, – кивнул паренек.

– Оставь номер помощнику и вали. По первому свистку – на базу.

…Расселенный дом находился на главном проспекте района. Со временем жизнь закипела вокруг построенных на пустырях торговых центров, а здания вдоль бывшей центральной магистрали стали пристанищем пенсионеров, доживающих свой век в многочисленных коммуналках. По генеральному плану ветхие послевоенные постройки постепенно освобождались от жильцов, чтобы после сноса уступить место элитному жилью. А пока они стали прибежищем для бомжей, наркоманов и прочей маргинальной публики.

От районного управления до интересующего участкового дома быстрым шагом было не более десяти минут. Неизбалованный инспектор, само собой, не стал требовать транспорт – все равно никто бы не дал, – а на собственный автомобиль средств пока не хватало.

Не спеша, так как дежурство суточное и в любом случае придется возвращаться на службу, он миновал здание бывшего кинотеатра, возвращенного городскими властями епархии и вновь перестроенного в православную церковь. Прикурил, облокотившись на кованую ограду, и, подняв голову, зацепился взглядом за позолоченный крест. Так и дотянул сигарету, наблюдая, как он будто летит на фоне стремительно несущихся облаков.

Участковый, несмотря на средний рост и отнюдь не атлетическое сложение, обладал от природы отменным здоровьем. Именно это обстоятельство определило место срочной службы после окончания техникума. Только начальник управления знал, почему его личное дело так и осталось в военкомате, а не перекочевало, согласно установленному порядку, в кадровую службу Министерства внутренних дел. Заместитель по личному составу, больше из любопытства, попытался разобраться с вопиющим случаем нарушения приказов и инструкций, но был отправлен восвояси с настоятельной рекомендацией не соваться не в свое дело.

За два года инструкторы специального подразделения Главного разведывательного управления Министерства обороны превратили обычного паренька в профессионального диверсанта, способного автономно выполнять боевые задачи во вражеском тылу. Только тяжелая болезнь матери, нуждающейся в постоянном уходе, помешала ему стать контрактником.

Две недели назад участковому начали регулярно поступать жалобы на непонятную ночную активность в пустующем доме. Замученный разбором колоссального количества бытовых конфликтов и прочих мелких происшествий – участок достался запущенный – инспектор поначалу не проявил интереса к невнятной информации. Но вбитая в подсознание привычка обращать внимание даже на незначительные мелочи все же заставила его найти время для проверки.

Сегодня, одурев от бесконечной писанины, участковый решил ради разнообразия посетить нехорошее строение. Идти туда один он не боялся: едва ли в районе нашелся бы противник, способный противостоять ему в рукопашном бою, а мастерское владение огнестрельным и холодным оружием делало младшего лейтенанта практически неуязвимым, тем более что на дежурство был выдан табельный «макаров».

Запущенный двор пустовал. И без того редких прохожих словно корова языком слизнула. Участковый напрягся. Ситуация развивалась противоестественно, а его очень хорошо научили интуитивно чувствовать опасность.

На младшего лейтенанта угрюмо смотрел насупившийся дом. Скалясь гнилыми зубами разбитых дверей подъездов, подслеповато щурясь темными окнами, он излучал такую волну ненависти, что кожа участкового покрылась ледяными мурашками. Даже его тренированная психика дала сбой. Он непроизвольно зажмурился, не выдержав темного взора, а когда заставил себя разлепить веки, вокруг клубилось стылое марево.

Сначала инспектору показалось, что в подвале здания внезапно прорвало трубы горячего водоснабжения и из трещин в фундаменте вырывается пар. Но по краю сознания скользнула заполошная мысль: «Не было там никогда горячей воды, и отопление давно отключено… Это что-то другое… Очень опасное…»

Омерзительно холодный, ощутимо липкий туман обволакивал застывшего в ступоре милиционера, гасил сознание не хуже усыпляющего газа из арсенала специальных средств диверсанта.

Невероятным усилием воли участковый заставил себя сначала пошевелиться, а когда мышцы наконец отреагировали, сломя голову рванулся прочь из двора на тротуар, идущий вдоль проспекта. Дородная тетка с гигантскими авоськами послужила живым щитом, не позволив ему с ходу вылететь на проезжую часть и угодить под колеса отходящего от остановки автобуса.

Не слыша причитаний тетки и машинально извиняясь, младший лейтенант помог ей подняться, собрал разлетевшиеся продукты. Затем бегом кинулся в сторону управления и пришел в себя только возле церкви. Он обессиленно рухнул на скамейку.

Сердце отчаянно бухало в груди, в ушах плыл комариный писк, обильная испарина выступила на лбу, а струйки холодного пота, скатываясь вдоль позвоночника, неприятно щекотали спину. От чудовищного выброса адреналина тряслись пальцы и стучали зубы. Участковый, изо всей силы давя рвущийся из глубины души первобытный страх, отчетливо понимал, что только чудом избежал смерти. Или чего-то еще гораздо более худшего…

Ночь с 14 на 15 августа. 23 часа 52 минуты.

Павловская улица. Морг Колпинской городской больницы

Пожилой санитар вяло возил сырой тряпкой по тускло отблескивающему кафелю. Тишину голубого полумрака нарушал только глухой стук деревянной поперечины швабры по стыкам плиток. В свои сорок три года санитар выглядел на все шестьдесят. Природа сыграла с беднягой злую шутку, наградив хилым, болезненным телом и уродливым лицом.

Одинокий санитар, владеющий доставшейся по наследству двухкомнатной квартирой, фактически жил в морге, и это всех устраивало, позволяя экономить на ночном стороже. Помимо прямых обязанностей, он уже давным-давно выполнял работу уборщицы, но не только за дополнительные полторы тысячи рублей к основному заработку, как считало начальство.

Сейчас, заперев за припозднившимся судмедэкспертом обитую крашеным железом дверь, он, сосредоточенно размазывая мутную воду по полу, специально тянул время, чтобы как можно сильнее себя распалить.

Накануне, ближе к полудню в морг доставили три тела. Два из них, мужские, оставили санитара равнодушным. Когда же настала очередь выгружать труп девушки, то его затрясло как в лихорадке, а по спине побежали ледяные мурашки.

Санитар трудился в морге более двадцати лет и практически с первого же дня удовлетворял свою похоть, совокупляясь с мертвецами. Но такой случай, как сегодня, выпадал крайне редко и был удачей. Толкая противно дребезжащую на неровном полу каталку, он ощущал, как помимо воли к паху упругими толчками приливает кипящая кровь.

…Слившиеся в линию стрелки круглых электрических часов на стене обозначили полночь. Не имевший больше сил терпеть санитар отшвырнул швабру и со всех ног бросился в темный анатомический зал.

Он давным-давно выучил каждый угол морга и мог легко передвигаться даже в полной темноте. Поэтому в верхнем свете не было нужды, тем более что холодные отблески коридорных ламп создавали своеобразный интим.

Не обращая внимания на таблички, привязанные к восковым ступням, санитар безошибочно нашел нужную каталку. Медленно, сантиметр за сантиметром он стал стягивать ткань, не в силах оторвать взгляд от безупречных форм юной покойницы. Когда же простыня соскользнула на пол, судорожно сглотнул и принялся рвать с себя одежду.

Обнажившись, в горячечном возбуждении не ощущая стылой атмосферы мертвецкой, он провел обеими ладонями по неподвижному телу от шеи до ступней, задерживаясь на груди и в паху. Необыкновенно холодная кожа, странная гибкость, а также поразительное отсутствие уродливых трупных пятен до крайности заводили санитара.

По-обезьяньи ловко вскарабкавшись на каталку, он крепко прижался к мертвой девчонке и впился губами в ледяные безответные губы. Вращая тазом и утробно урча от наслаждения, санитар глубоко вошел в нее, но тут, выбивая его из колеи, внезапно распахнулись глаза покойницы. В первую секунду ему показалось, что это следствие посмертного сокращения мышц. Однако тут же, не давая опомниться, каменной твердости руки с чудовищной силой обхватили некрофила, да так, что у него затрещали ребра и пресеклось дыхание.

Окаменевшее от ужаса сердце санитара оборвалось. Он с хрипом втянул в себя воздух и, заорав не своим голосом, забился, тщетно пытаясь вырваться из смертельных объятий. Заглушая эхо от крика, загрохотала завалившаяся на бок каталка. Извращенец опрокинулся на холодный кафель, больно ударившись спиной и затылком, но, к своему несчастью, сознания не потерял.

Голая красотка, еще минуту назад казавшаяся мертвее мертвой, железной хваткой вцепилась в санитара. Парализованный жутью происходящего, он уже не увидел, как еще два оживших мертвеца покинули жестяные столы.

Три озверевших от голода вампира, яростно шипя и толкаясь, с остервенением начали рвать беззащитное человеческое тело…

Ночь 15 августа 2007 года. 00 часов 15 минут. Колпинский район Санкт-Петербурга.

Проспект Ленина, дом 10

Настоятель церкви, в здании которой еще совсем недавно размещался кинотеатр с незатейливым названием «Пламя», проводил последних прихожан. Лично загасил свечи перед иконами и устало поднялся по неприметной лестнице в маленький кабинет. У него оставалось еще одно важное дело – подготовить срочную депешу в Северо-Западный отдел секретной службы Русской православной церкви.

Священника очень беспокоили происходящие последнее время в районе события. По всем признакам случилось невероятное – пробудилось древнее зло, само существование которого всегда представлялось ему весьма сомнительным.

Скрипнув ножками стула по паркету, он удобнее устроился за рабочим столом, зевнул, перекрестив рот, и мелким почерком написал в верхнем правом углу листа «Сугубо секретно. Тема: Зазеркалье». Глубоко вздохнув, приготовился излагать накопившиеся подозрения, лишь отчасти подкрепленные фактами, когда в комнату ворвался порыв ледяного ветра.

Настоятель, сидевший спиной к двери, непроизвольно вздрогнул и нервно обернулся. На пороге стоял высокий человек, как вначале показалось священнику, в рясе. Но батюшка почти сразу понял, что ошибся. Незваный гость был наглухо закутан в угольно-черный плащ, а тень от низко надвинутого капюшона скрывала лицо.

– Кто ты… вы?.. – севшим от внезапно перехватившего глотку спазма голосом выдавил настоятель.

Незнакомец молча сделал шаг вперед, откинул капюшон и навис над отшатнувшимся в ужасе священником. Тот пытался креститься непослушной рукой, повторяя трясущимися губами:

– Изыди, демон… Изыди… Сгинь… Ты не можешь здесь… Не должен… В святом месте…

Пришелец распрямился и громко расхохотался. Затем издевательски пророкотал низким, на грани инфразвука, басом:

– Ты ошибся, святоша! Целых два раза дал маху! Первый, – он больно ткнул указательным пальцем в грудь съежившегося на стуле человека, – это не святое место. Забыл, сколько лет его оскверняли? Второй – ты не веришь в то, чему служишь. – Он снова причинил священнику боль, протыкая одежду острым когтем. – Не веришь в Бога. – Его губы растянулись в зловещей усмешке, обнажив гигантские белоснежные клыки. – Иначе как бы я смог до тебя дотронуться?

Вампир обошел стул, сгреб со столешницы подготовленный для донесения лист, зачем-то хищно его обнюхал, после чего в гневе скомкал и бросил в лицо святому отцу.

– Донос не поможет! – Он снова склонился над обезумевшим от страха настоятелем. – Совсем скоро ты сменишь хозяина. Не поверишь, – бес довольно хохотнул, – но ты станешь моим рабом.

Тяжелый удар железным кулаком отправил священника в беспамятство, а упырь, припав к нему, с хрустом прокусил горло. Но на этот раз он жестоко просчитался. Хлынувшая горячим потоком кровь обожгла внутренности твари не хуже серной кислоты. Вампир, захлебнувшись, отскочил и забился в приступе выворачивающего внутренности кашля. Содержимое его желудка выплеснулось на пол и расползлось ярко-алой, пенистой лужей.

Разочарованно заревев, вампир выбросил вперед ощетинившуюся кинжалами когтей пятерню и со всего размаху полоснул по лицу настоятеля, до костей разрывая плоть. Упиваясь неистовыми криками пришедшей в себя от нестерпимой боли жертвы, упырь методично, взмах за взмахом стал кромсать такое мягко-податливое человеческое тело…

Глава 3
План сатаны

Ночь 15 августа 2007 года. 03 часа 07 минут.

Колпинский район Санкт-Петербурга.

Проспект Ленина, дом 48

Сергей, голодный и злой, насколько может быть зол лишенный эмоций вампир, сидел на колченогом скрипучем стуле в центре пустой комнаты. Он уже отошел от убийства священника и собирался потратить оставшиеся до рассвета часы на поиски то ли позднего ужина, то ли раннего завтрака.

Перевоплощаться в летучую мышь настроя не было. Поблизости шаталось пока еще немало неприкаянного молодняка и подгулявших компаний. В темное время суток Сергей снимал защиту с дома, и любителей ночного образа жизни как магнитом тянуло во двор. Вот и сейчас в кустах у разрушенной детской площадки стремительно утекала жизнь из трех наркоманов, неудачно выбравших место пустить раствор героина по венам.

Наркоманы вообще были наиболее лакомой добычей, тем более что этот окраинный район мегаполиса все больше разъедала опухоль тяжкой социальной болезни. Их души блуждали в искусственно созданном мраке и без малейшего сопротивления попадали в рабство, когда тело, лишаясь крови, прекращало физическое существование. Стая вампиров на три четверти состояла из бывших наркоманов, предпочитающих питаться исключительно своими собратьями по пагубному пристрастию.

Сергей повел плечами. Обожженная кожа пылала острой болью. В последней вылазке он явно переоценил свои силы. По большому счету, ошибся не настоятель, а вампир. Даже сумев прорваться в оскверненную церковь и убив не крепкого в вере священника, упырь не только не смог поработить его после смерти, но и даже усвоить проглоченную кровь. И сейчас Сергей понимал, что прошелся по лезвию бритвы. Нарвись он волей случая на спеца по борьбе с нечистью, исход рискованного эксперимента был бы непредсказуем.

Подобные размышления не добавляли вампиру уверенности в себе. К тому же его все сильнее терзал голод. Сергей встал, сосредоточился и мысленно приказал отловить и доставить обыкновенного человека. У него уже не было ни сил, ни желания выходить из здания. Хотелось тривиально хлебнуть крови и залечь на дневку.

В этот момент вампира сильно ударило в голову, мотнуло к стене, и только инстинктивно выброшенные когти, оставившие глубокие отметины на штукатурке, помогли удержаться на ногах. Перед глазами поплыл багровый туман, из которого постепенно вылепился текущий подобно раскаленному металлу ужасающий лик. Кости черепа тошнотворно завибрировали в резонанс зазвучавшему внутри тяжелому басу. Вампир с содроганием понял, чей голос слышит.

Сергей нутром почуял непостижимую древность грохочущих в голове слов. Мертвый древний язык воспринимался вспыхивающим калейдоскопом образов, как уже когда-то встречавшихся в странствованиях по генетической памяти, так и абсолютно новых. История бесконечной битвы тьмы и света в мгновение ока пролетела перед ним.

Однако когда до Сергея, наконец, дошло, что требуется сделать, то от изумления даже отпустило ледяное оцепенение, сковавшее его с начала контакта. Ни много ни мало по плану Сатаны он должен был стать палачом человечества и в конце концов завершить процесс, активированный дьяволом двести пятьдесят веков назад. На этот раз, учитывая прошлые просчеты, окончательно и бесповоротно стереть с лица Земли нынешнюю цивилизацию.

В него рекой лилась черная энергия, бурлившая внутри неведомой до этого силой. Сознание Сергея разделилось на несколько параллельных потоков, которые он тем не менее успешно контролировал. Один из них легко взломал последние перегородки, скрывающие за собой истину, и вампир осознал – его путь был предопределен заранее. Он – всего лишь часть замысла, задуманного темным властелином десятки тысячелетий назад.

…Линия рода бывшего милиционера началась трагически, с изнасилования первобытной женщины случайно выжившим после первых ядерных ударов и сошедшим с ума представителем высшей расы. Каким образом осталась в живых дикарка, получившая запредельную дозу облучения, навсегда осталось тайной. Но ее организм не только сумел справиться с лучевой болезнью – она умудрилась забеременеть, чего в принципе не должно было случиться.

Причиной невероятной патологии, скорее всего, стала жесткая радиация, перемешавшая генотип всех без исключения живых существ на планете и породившая неимоверное количество мутаций. Более того, выжил родившийся в глубине бесконечной пещеры ребенок.

По прихоти судьбы, а скорее, в результате хитросплетений битвы света и тьмы, мальчишка, никогда не знавший отца и рано потерявший мать, стал великим вождем мутантов и одним из первых непримиримых борцов с вампирами. От него родили детей множество женщин. А чужой ген, мигрируя из поколения в поколение, все еще ждал своего часа.

У Сергея, далекого потомка того древнего вождя, с самого детства прорывались странные способности, иногда пугавшие его самого. Не особо усердствуя в учебе, он легко угадывал ответы задач, с одного прочтения запоминал тексты, был первым на уроках физкультуры и в уличных драках.

Несмотря на потенциал, паренек из небольшого провинциального городка не строил наполеоновских планов по покорению мира. Армия, школа милиции, работа в уголовном розыске; пик карьеры – должность заместителя начальника горотдела по оперативной работе и специальное звание подполковника перед пенсией.

Только теперь Сергей понял – он с самого рождения находился под пристальным темным взором, и ему была уготована другая судьба. Черный ген чужой расы после двадцати пяти тысяч лет сна доминировал именно в нем. И роковой визит в проклятую деревню, и неуемное любопытство уголовника Кувалдина, так кстати разбудившего вампира, и все произошедшие затем события были звеньями одной цепи.

Ритуал на поляне, прерванный Сергеем, как выяснилось сейчас, предназначался исключительно для него. Лишь поэтому стая, разорвавшая священника, оставила в живых настырного опера. Но дряхлый вампир, увлекшись процессом подготовки, упустил незначительную деталь – влюбленную девчонку. А может, и не упустил. С большой долей вероятности в процесс на тонких уровнях, притупляя чувствительность нечисти, вмешалась светлая сторона, используя девушку в качестве инструмента противодействия.

Как бы там ни было, Сергей почти сумел вырваться из замыкающегося круга. Почти… Но зло оказалось сильнее. Ядовитые клыки все же достали его горло…

Вампир очнулся от воспоминаний, ощущая, как переполняющая тело сила делает его невесомым, запрокинул голову и победно взревел. Теперь он знал, что нужно делать.

Ночь с 15 на 16 августа 2007 года.

02 часа 17 минут. Колпинский район Санкт-Петербурга.

Угол проспекта Ленина и улицы Губина

Гулкие удары в металлическую дверь разбудили охранника, дремавшего в кресле холла отделения банка «Северо-Западная финансовая корпорация». Его напарник, читавший книжку за стойкой с телефоном и тревожной кнопкой, удивленно поднял глаза.

– Кого еще черт принес? Открывать будем или пусть на хрен идут?

Сидящий в кресле широко зевнул, потер кулаками слипающиеся глаза и хотел было в знак согласия кивнуть – мол, лучше послать, – но в дверь уже барабанили, не переставая.

– Ладно, пойду гляну. Может, проверка внеплановая. Слухи ходят, так новый заместитель по безопасности развлекается. Будет потом на всех углах орать, что дрыхнем на службе. А то еще, не дай бог, без премии оставит.

Охранник неторопливо поднялся и, шаркая подошвами по полу, направился к входной двери. В глазок – недавно открывшееся отделение не было оборудовано видеокамерами – он сумел рассмотреть только закутанную в черный бесформенный плащ фигуру с надвинутым на лицо капюшоном.

Словно почувствовав взгляд, стоящий на улице человек перестал молотить в дверь и отступил на шаг. Затем резким движением головы скинул капюшон и обеими руками широко распахнул плащ.

От увиденной картины у недавно вернувшегося из армии молодого человека вылетели из головы все инструкции. Совершенно голая под плащом девчонка демонстрировала ему свои прелести. Загипнотизированный ее горящим взглядом охранник помимо воли сдвинул щеколду засова.

Как только массивная металлическая полоса выскользнула из проушины, девица стремительно ухватилась за ручку и с нечеловеческой силой рванула дверь на себя. Не успевший среагировать парень вылетел наружу. Тут же из кустов, отделяющих тротуар от проезжей части, метнулись две тени, погребая под собой человеческое тело.

Девчонка, не оборачиваясь, ужом проскользнула внутрь. Тем временем более опытный напарник, интуитивно почуяв неладное, правой рукой пытаясь выдрать из кобуры пистолет, левой стал судорожно шарить по столешнице в поисках тревожной кнопки. Существо, прорвавшееся в банк, словно огромная кошка прямо от входа прыгнуло на него. Так и не сумевший выхватить оружие охранник, за секунду до того, как вместе со стулом опрокинуться назад и распроститься с жизнью, все же успел вызвать подмогу.

Прилетевший по сигналу тревоги через положенные три с половиной минуты наряд вневедомственной охраны поначалу даже опешил от дерзости грабителей. Не обращая никакого внимания на завывающий сиреной и брызжущий красно-синими огнями милицейский автомобиль, трое в темной одежде сноровисто таскали из помещения на улицу брезентовые мешки с наличностью.

– Блин, когда же они сейфы успели вскрыть? – вслух поразился старший наряда, передергивая затвор автомата. – Коля, вызывай подкрепление. Смолин, за мной, – скомандовал он подчиненным, выскакивая из машины.

Вскинув автомат к плечу и привычно выбрав свободный ход спускового крючка, прапорщик заорал:

– Милиция! Всем лежать! Руки за голову! При сопротивлении открываю огонь на поражение!

Преступники на секунду замерли, потом, синхронно бросив добычу и по-змеиному зашипев, кинулись на милиционеров.

Между домами гулко метнулось эхо от короткой очереди, сухо треснул пистолетный выстрел. Затем стрельба сменилась шумом борьбы и предсмертными хрипами. Еще через пару минут захлопали дверцы автомашины, взревел двигатель, взвизгнули покрышки. Еще толком не успел растаять синеватый дымок выхлопа, а на улице как ни в чем не бывало уже царил сонный покой.

Прибывшее на место происшествия подкрепление обнаружило лишь выпотрошенные сейфы, россыпь гильз и пятна свежей крови на асфальте. Усиленные поиски милиционеров наряда, охранников банка и патрульного автомобиля, не говоря уже о похищенных деньгах, ни к чему не привели.

Утро 16 августа 2007 года. 08 часов 42 минуты.

Управление внутренних дел по Колпинскому району.

Улица Труда, дом 8

Участковый отогнул край рукава и посмотрел на часы. До традиционного утреннего совещания у начальника милиции общественной безопасности оставалось пятнадцать минут. Еще можно было успеть покурить на свежем воздухе и перекинуться парой слов с сослуживцами.

Знакомые опера, дымящие на крыльце перед входом, с неподдельным интересом посмотрели на него. Тот, что постарше, манерно стряхнул пепел и ехидно поинтересовался:

– Как ночь провел, Леха?

– Нормально провел, – осторожно ответил участковый, вытряхивая сигарету из пачки и пытаясь понять, откуда дует ветер.