Текст книги "Неизвестный Лангемак. Конструктор «катюш»"

Автор книги: Александр Глушко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Он искал способы при минимально необходимом отвлечении ресурсов на производство оборонной продукции в мирное время (поскольку таковое производство может привести к диспропорции в экономическом развитии и к деформированию или и вовсе подрыву экономики), резко нарастить ее выпуск во время военное, опираясь в главную очередь на собственные силы.

М.Н. Тухачевский внес значительный вклад в развитие военного образования и советской военной науки, в популяризацию военных знаний. Военнонаучное общество Западного фронта с привлечением в первую очередь молодых краскомов – участников Гражданской войны стало первым в Красной Армии фронтовым (окружным) ВНО. Активный участник и один из руководителей созданного в 1920 г. ВНО Академии Генштаба. С ноября 1924 г. он – председатель Особой комиссии Правления ВНО Академии по подготовке всесоюзного съезда военнонаучных обществ Красной Армии. В 1924 г. разработал и реализовал проект создания Курсов усовершенствования высшего комсостава при ВА РККА. Вел активную преподавательскую и кураторскую работу. С октября 1924 г. по 1929 г. в качестве главного руководителя по стратегии всех военных ВУЗов РККА осуществлял общее руководство преподаванием дисциплин стратегического цикла в Военной академии РККА и других ВВУЗах, разработку программ и учебных планов. В частности, при нем в цикле стратегии была выделена отдельная кафедра ведения операций, а впоследствии – экономики войны. Одновременно он читал лекции по ведению операций и истории Гражданской войны в Военной академии РККА и в других ВВУЗах. Инициатор создания ряда высших военных учебных заведений, в частности Военной академии Генерального штаба (ВАГШ) в 1936 г. По предложению М.Н. Тухачевского в 1925 г. в составе Штаба РККА было образовано Управление по исследованию и использованию опыта войн, которое объединило вопросы, связанные с военнонаучной работой в РККА. М.Н. Тухачевский принимал участие в работе комиссии (под председательством К.Е. Ворошилова), разрабатывавшей и составлявшей военный отдел Большой советской энциклопедии.

Видный военный теоретик, автор свыше 120 книг, статей и публикаций. В начале 1920х гг. активно разрабатывал вопросы «классовой стратегии» на базе опыта Гражданской войны. Серия статей 1919–1921 гг., посвященных теоретическим вопросам «классовой стратегии», а также конкретнопрактическим аспектам боевой работы Красной Армии на фронтах Гражданской войны издана в 1921 г. в сборнике «Война классов», вызвавшем живейший отклик и бурную полемику на страницах тогдашней военнонаучной печати. Разработчик теорий «таранной стратегии» и «последовательных операций» на базе боевого опыта Восточного и Кавказского фронтов Гражданской войны, а также Польской кампании 1920 г., теоретически обоснованных в «Походе за Вислу» (1923 г.), «Вопросах высшего командования» (1924 г.) и др. Положения этих теорий легли в основу концепции глубокой наступательной операции, предложенной В.К. Триандафилловым («Размах операций современных армий» (1926 г.) и «Характер операций современных армий» (1929 г.). Впоследствии к ее доработке подключились и другие советские военные деятели, в том числе К.Б. Калиновский, Г.С. Иссерсон, Н.Е. Варфоломеев, П.И. Вакулич и др., и, разумеется, сам М.Н. Тухачевский. Председатель комиссии по разработке Временного полевого устава РККА (1924 г.), член уставных комиссий по выработке Полевого устава 1929 г. (ПУ29), Полевого устава 1936 г. (Временный ПУ36), а также других нормативноуставных документов. Как военный деятель и теоретик уделял большое внимание прогнозированию характера будущей войны («Будущая война» 1928 г. совместно с IV управлением Штаба РККА; «Новые вопросы войны», 1я ред. 1932–1933 гг. и др.) и разработке военной доктрины Советского Союза.

В мае 1937 г. снят с должности заместителя наркома обороны и назначен на должность командующего Приволжским военным округом и члена Военного совета ПриВО.

Арестован 22 мая 1937 г., расстрелян 12 июня 1937 г. Реабилитирован 31 января 1957 г.

Основатель Газодинамической лаборатории – Николай Тихомиров

В ряду основоположников современной ракетной техники и реактивной артиллерии видное место занимает известный русский ученый и изобретатель, основатель Газодинамической лаборатории, внесшей крупный вклад в развитие отечественного ракетостроения, – Николай Иванович Тихомиров. Еще в 1894 г. он начал разработку оригинальных по замыслу «водяных и воздушных мин» и по праву является зачинателем создания ракет на бездымном порохе.

Н.И. Тихомиров родился в ноябре 1859 г. в г. Москве, в семье действительного статского советника. В своем заявлении от 23 июня 1920 г., адресованном в ВСНХ Республики, он писал: «…Образование: лицей, слушал курс физико математического факультета химического отделения.

Работал в Технической лаборатории Московского Университета и в Киевском Университете в лаборатории профессора Н.Л. Бунге, читал популярные лекции по производствам питательных и вкусовых веществ…»13.

Основатель ГДЛ Н.И. Тихомиров. Ленинград. Конец 1920х гг.

Избрав профессию химика, он успешно применяет свои знания в различных областях промышленности, сначала в качестве помощника директора на суконной фабрике товарищества братьев Бабкиных, а затем в области сахарного производства, « работая главным химиком над всеми свеклосахарными и рафинадными заводами (из заводов братьев Терещенко)»13.В совершенстве освоив технологию шерстяного производства, молодой инженер приступает к созданию объемного (в трех томах) труда под названием «Технология шерстяного производства» в VI частях с отдельным большим атласом машин и аппаратов». Изданная в 1886 г. в Москве в типографии Л.Ф. Снегирева, она была предназначена для специалистов этой области; двум другим – «Отделка суконного полотна» и «Искусственная шерсть и карбонизация шерсти» – не суждено было появиться. Н.И. Тихомиров оставил службу у фабрикантов Бабкиных и переехал в Киев, где специализировался в области сахарного производства. За короткое время он прошел путь от практиканта до признанного знатока сахарного дела. Итогом работ в этой области служат написанные им и изданные в 1893 г. в Киеве книги «Анализы сахаристых веществ. Практическое руководство к химическому исследованию материалов и продуктов свеклосахарного производства», а также «Справочная книжка и руководство по свеклосахарному производству», являвшиеся ценным пособием для специалистов сахарной промышленности.

Не менее успешно шли у него и изобретательские дела. Им получены привилегии на более совершенные способы производства сахара, на походные и переносимые очаги для войск и промышленности, на способ и прибор, позволяющие использовать теплоту дымовых газов для нагревания и очищения воды с попутным уничтожением (обесцвечиваем) дыма и ряд других работ.

В 1909 г. Н.И. Тихомиров возвратился в Москву с тем, чтобы заняться «разработкой многочисленных изысканий и изобретений, накопившихся за многие годы… научной и практической работы».

«В настоящее время, –писал он, – я организую при своей квартире небольшую лабораторию для разработки весьма важных практических вопросов по производству сахаристых, крахмальных и инулиновых веществ, а также способов замены пищевых веществ, применяемых как исходные материалы для выработки сахаристых, крахмалистых, клеевых и вкусовых фабрикатов – не пищевыми. В этих направлениях я имею уже обильный и многообещающий материал».Широкое применение в стране и за рубежом нашли придуманные Н.И. Тихомировым фильтры с автоматической промывкой фильтрующего материала для сахарных, винокуренных, маслобойных и других заводов.

Как видно, профессия Н.И. Тихомирова имела мало общего с работами по ракетной технике, которые прославили его имя. Однако есть основания утверждать, что главная цель, которой он стремился на протяжении многих лет состояла в поисках решений, относящихся к практическому использованию реактивной энергии. На основании выдержки из его заявления в одну из комиссий ВСНХ: «…от воинской повинности был освобожден навсегда вследствие дефектов правой руки и левой ноги, произошедших от взрыва в лаборатории…»13 – можно предположить, что исследованиями в этой области он занимался еще в студенческие годы.

Из краткой пояснительной записки к смете на разработку «самодвижущихся мин реактивного действия» изобретателя Н.И. Тихомирова следует, что «Начало работ относится к 1894 г . В 1894–1897 гг. Н.И. Тихомировым проводились опыты с небольшими моделями, перемещавшимися в воде помощью реактивной работы пороховыхгазов…»14 В 1912 г., закончив схематическую разработку и необходимые расчеты «самодвижущихся мин», автор представил соответствующий проект морскому министру адмиралу А.А. Бирилёву. Это следует из письма доктора Слётова, выступавшего в те годы в роли поверенного Н.И. Тихомирова. Он писал: «…несмотря на содействие адмирала Беклемишева, инженера Золотти и некоторый интерес со стороны самого Бирилёва дело не пошло дальне многомесячного хождения по инстанциям и лежания в комиссиях… Встретившись с Тихомировым в 1915 г . в Крыму… я предложил ему содействие со стороны Гучкова, бывшего тогда Председателем Военно промышленного Комитета: он согласился и 19 августа 1915 г . я сообщил Гучкову, что в моем распоряжении находится проект самодвижущейся мины, имеющей выдающиеся преимущества перед существующими типами, в смысле дальности полета и разрушительности действия…»15.

В ноябре 1915 г. Н.И. Тихомиров подал прошение в Комитет по техническим делам отдела промышленности Министерства торговли и промышленности, который вскоре выдал ему не подлежащее оглашению охранительное свидетельство № 309 на тип самодвижущихся мин для воды и воздуха. Это означало, что заявка принята к рассмотрению.

11 февраля 1916 г. был получен отзыв экспертной комиссии, подписанный профессором Н.Е. Жуковским, в котором отмечалось: «Изобретение состоит в приведении в движение водяных и воздушных торпед с помощью последовательного воспламенения патронов с медленно горящим порохом, причем пороховые газы захватываю с собой воду или воздух, как в инжекторах… Расчет энергии показывает, что подобное действие таких торпед вполне возможно, так как в патронах имеется огромный запас энергии…»16.

По иронии судьбы, отзыв был направлен на имя доктора Слётова, а потому и не смог оказать в тот период положительного влияния на судьбу изобретения Н.И. Тихомирова. Секретное же заседание 1го отдела Комитета, состоявшееся 23 марта 1916 г., на основании отзыва эксперта Щастного постановило: «…в выдаче привилегии отказать на основании ст. 75 Устава о Промышленности…»

А в это время поверенный в делах Н.И. Тихомирова доктор Слётов развил кипучую деятельность. Обращаясь в различные ведомства, он представлялся автором изобретения, чем многих ввел в заблуждение. Этим объясняется и тот факт, что заключение Н.Е. Жуковского, процитированное выше, было адресовано именно Слётову, а не Н.И. Тихомирову.

Через семь лет, письмом от 9 июня 1923 г., заместителю председателя президиума ОВИ (С.А. Изенбеку) пришлось давать разъяснение по этому поводу: «ОВИнастоящим устанавливает, что вышеизложенный отзыв Бюро отдела изобретений Московского Военно промышленно го комитета о самодвижущихся минах, адресованный на имя Слётова должен рассматриваться, как всецело относящийся к изобретенным Тихомировым водяным и воздушным самодвижущимся минам (торпедам). Каковое изобретение было рассмотрено ОВИ, Главарткомом, Главным Артуправлением признано осуществимым, имеющим большое государственное значение… Упомянутый выше Слётов является только в качестве поверенного Н. Тихомирова…»17

4 июля 1924 г. Научнотехнический комитет Морских сил обратился в адрес Главного управления ОВИ с просьбой прокомментировать письмо Слётова, в котором было, в частности, написано: «…Если же Петров откажется отдать не принадлежащие ему чертежи и переписку, доказывающие мои бесспорные права на мину, то прошу Вас вернуть мне все то, что у Васуцелело…»18 В ответном письме от 15 июля 1924 г. председатель ОВИ Петров также подтверждает, что «права на изобретение, именующееся «самодвижущая воздушная и водяная мины» – принадлежат инженеру Тихомирову, а доктор Слётов одно время был только посредником между автором этой мины и патентным учреждением…»19.

Но вернемся на несколько лет обратно. Потерпев очередную неудачу, едва не лишившись приоритета на свое изобретение, Н.И. Тихомиров, однако, не прекращает работу над миной.

Как видно из документов, Н.И. Тихомирову не удалось реализовать свою идею до 1919 г. 3 мая 1919 г. он обращается к управляющему делами Совнаркома В.Д. БончБруевичу с письмом следующего содержания: « Позволю себе побеспокоить Вас по делу огромной важности для республики… Это изобретенные мною особого типа воздушные и водяные самодвижущиеся мины, причем воздушная мина представляет собой одновременно снаряд и орудие… Я считаю своим долгом просить Вас оказать содействие…»20

Изобретением заинтересовался Главком вооруженными силами Советской республики С.С. Каменев, и вскоре Н.И. Тихомиров получил возможность для осуществления своего изобретения: ему была выдана субсидия, предоставлено помещение для лаборатории, выделен контингент сотрудников. И 1 марта 1921 г. при военном ведомстве начала свою работу первая в нашей стране научноисследовательская и опытноконструкторская организация по разработке снарядов на бездымном порохе – Лаборатория по разработке изобретений Н.И. Тихомирова.

И уже 2 марта 1921 г. начальник Штаба Красной Армии П.П. Лебедев в письме на имя А.И. Рыкова писал: « Главком, рассмотрев проект изобретенной т. Тихомировым мины, уже рассмотренного Комитетом изобретений и Лрткомитетом ГЛУ, и признав огромное значение этого изобретения для армии, просит не отказать в реальной помощи изобретателю путем предоставления в его распоряжение необходимых материалов и инструментов… для изготовления модели мины…»21

Таким образом, Н.И. Тихомирову были созданы все возможные условия для творческой работы. Лаборатория начала функционировать в Москве. Краснопресненский совет отвел небольшой двухэтажный дом № 3 по Тихвинской улице, оборудованный под мастерские и работы с порохами. Лаборатория была укомплектована штатным персоналом, ей отпускались материальные и финансовые средства. Часть работ проводилась непосредственно на квартире Н.И. Тихомирова.

Тогда же Н.И. Тихомировым были разработаны проекты мин с воздуховсасывающим эжектором и чистой ракетной (без эжектора). При одном из посещений ГАУ Н.И. Тихомиров познакомился с инженеромпиротехником В.А. Артемьевым. В письме от 6 мая 1921 г. постоянный член Артиллерийского комитета, военный инженер Н.И. Жуковский отмечал: «Для участия в работах по осуществлению изобретения, по взаимному соглашению между мною и инженером Тихомировым приглашен помощник мой по должности технического руководителя Лртскладов, сотрудник VI отд. Арткомитета, знаток ракетного дела В.А. Артемьев…»22Вскоре он стал помощником Н.И. Тихомирова и руководителем работ по испытаниям.

5 марта 1921 г. проект был тщательно рассмотрен на совещании в ГАУ. Его участники акцентировали внимание на трех направлениях: на быстрейшем завершении работ по изысканию состава и формы бездымного пороха; на получении простейшего и надежного типа изоляции зарядов друг от друга; на разработку чертежей «камеры энергии» и диафрагменного затвора. Было также решено подтвердить практикой правильность положений и расчетов, выполненных Н.И. Тихомировым.

Вначале Лаборатория Н.И. Тихомирова финансировалась Отделом военных изобретений (ОВИ) Комитета по делам изобретений (Комподиз) ВСНХ, но с декабря 1922 г. ОВИ оставил за собой лишь техконтроль, а финансирование решением Начальника артиллерии РККА перешло к Главному артиллерийскому управлению (ГАУ). Время было трудное. Снабжение и финансирование Лаборатории шло с перебоями. В июне 1922 г. Тихомиров ходатайствует о командировании в Германию одного из своих сотрудников с целью приобретения оборудования для Лаборатории, но отсутствие средств не позволяет это осуществить.

Решением Президиума ОВИ от 14 декабря 1923 г. техотчет Н.И. Тихомирова о работе его Лаборатории в 1921–1922 гг. был передан В.П. Ветчинкину «для проверки расчетов».

Вначале в Лаборатории были изготовлены толстосводные пироксилиновые шашки на летучем растворителе, разработанные преподавателем, затем профессором Артиллерийской академии И.П. Граве еще в 1915–1916 гг. Однако их расслаивание вынудило искать рецептуру, основанную на нелетучем растворителе.

Талантливый инженерсамоучка В.А. Артемьев. Москва, серед. 1930х гг. Фото из архива автора

Круг специалистов, занятых разработкой тихомировского проекта, расширялся. В частности, под руководством изобретателя сотрудники отдела порохов и взрывчатых веществ Государственного научнотехнического института опытные инженеры О.Г. Филиппов и Серебряков, а также бывший капитан русской артиллерии и выпускник Артиллерийской академии РККА 1919 г. С.А. Сериков приступили к исследованиям, имеющим целью получение бездымного пороха на разных нелетучих растворителях. В 1924 г. под руководством Н.И. Тихомирова были созданы рецептура пороха ПТП, о чем он докладывал на заседании Комиссии артиллерийских опытов (КОНАРТОП):

«Мне удалось с помощью сотрудников Серебрякова и Филиппова получить… удовлетворительный состав реактивного пороха. Опыты зафиксированы кривыми… Можно уже получать пороха, горящие с различной скоростью…»23

А вот что писал об этой работе Н.И. Тихомирова инженер Д.А. Вентцель: «…B этой области в КОНАРТОП по заданию Лрткома работает Броунс. Объединять его работы с работами Тихомирова не следует, т. к. Тихомиров ушел дальше Броунса и приступил к разработке ракетного снаряда…»24 А в марте 1925 г. на заседании технического совета ОВИ ГУВИ ВСНХ принимается постановление по ускорению работ с форсовым составом для мины Тихомирова, с поручением разработки этого состава отделу порохов ГИПХа.

С 1924 г. основные работы Лаборатории, связанные с разработкой бездымного пороха, стендовыми испытаниями и опытными стрельбами на полигоне проводились в Ленинграде. Поэтому в том же году Лаборатория переехала в Ленинград, где находился Главный артиллерийский полигон.

В 1926–1927 гг. сотрудники Лаборатории Н.И. Тихомирова проводили испытания по внутренней баллистике в подвальном помещении ГИПХа. Опытные камеры и опытные образцы корпусов ракетных снарядов изготавливались в мастерских Главного артиллерийского полигона.

Историческим событием явились состоявшиеся 3 марта 1928 г. успешные стрельбы реактивными снарядами на бездымном порохе. Вот что писал в своих воспоминаниях об этом их участник В.А. Артемьев:

«Первая стрельба активнореактивными снарядами из миномета ВанДерена, с получением положительных результатов, была произведена 3 марта 1928 г. При стрельбе одним активным зарядом дальность получалась около 300 м., а при совмещении с половинным реактивным зарядом дальность была получена 1300 м. Этой стрельбой не только в СССР, но практически во всем мире был осуществлен ракетный снаряд на бездымном порохе… Произведенная стрельба заставила обратить серьезное внимание начальства на дальнейшее развитие ракетной техники и в апреле 1928 г. лаборатории присваивается название ГДЛ ВНИК при РВС СССР. К этому времени колво работающих в лаборатории, считая подсобный персонал достиг 10 человек… »25

В марте 1928 г. приступила к работе Комиссия, назначенная приказом начальника ГАУ по рассмотрению хода работ Лаборатории Н.И. Тихомирова. Комиссию возглавил А.И. Корк.

Комиссия пришла к общему заключению: « Работы Тихомирова по изучению реактивного действия пороховых газов вообще представляют значительный интерес. Продолжение их следует считать необходимым…»26

Учитывая важность проводимых Н.И. Тихомировым работ и в целях оказания помощи в 1928 г. (по просьбе Н.И. Тихомирова) к работам привлекается знакомый изобретателя, выпускник ВТА РККА, «весьма ценный сотрудник по внутренней баллистике» артиллерийский инженер Г.Э. Лангемак.

Заместитель председателя РВС И.С. Уншлихт в письме от 26 января 1929 г. на имя начальника ВМС РККА РА. Муклевича и других пишет: «При обследовании работ инж. Тихомирова выявилось, что в данное время его работы, имеющие исключительно важное значение для Красной Армии, находятся на такой стадии, что в ближайшее время можно будет провести широкие полигонные, а затем широкие войсковые испытания , – и предлагает, – установить самый тесный контакт с инж. Тихомировым… использовав всемерно его достижения… провести широкие полигонные испытания… прикомандировать для постоянной работы в лабораторию Тихомирова Венцель и оканчивающего… Военнотехническую академию т. Петропавловского…»21 Тем более что оба уже были знакомы с Н.И. Тихомировым ранее и, как я думаю, сами выражали желание перейти к нему на работу.

Прошло совсем немного времени, и «воздушная мина» Н.И. Тихомирова, представляющая, по словам ее изобретателя, «одновременно и снаряд и орудие», стала реальным грозным оружием, сыгравшим важную роль в защите нашей Родины. Самостоятельно в совершенстве изучив артиллерийскую науку во всех ее аспектах, он занялся изысканиями, которые привели к созданию принципиально новых систем.

Н.И. Тихомировым лично или под его руководством были выполнены работы, роль которых в развитии ракетной техники трудно переоценить. Это расчеты и чертежи 3дюймого реактивного снаряда, аппаратура для прессования пороховых шашек, изготовление и испытание более 200 опытных сопел в процессе поисков оптимальных размеров, многочисленные опыты над порохами на нелетучем растворителе и многое другое. Ученый является автором целого ряда важных теоретических работ, среди которых: «Полет реактивного снаряда», «Определение наивыгоднейшего времени горения пороха в реактивном снаряде», «Внешняя баллистика реактивных снарядов».

Следует подчеркнуть, что Н.И. Тихомиров был не только крупным ученым химиком, внесшим большой вклад в создание будущих реактивных снарядов для авиации, пехоты и морского флота, но также и крупным организатором. Он понял, что, прежде чем приступить к созданию конструкции ракет, необходимо сначала установить основные закономерности горения пороха ПТП в камерах с соплом и экспериментально отработать основные конструкторские элементы будущих ракет. Именно этим и занимались сотрудники ГДЛ в 1928–1929 гг.

Будучи уже больным и предчувствуя близкую смерть, 11 июня 1929 г. Н.И. Тихомиров подал заявление в Отдел Военных изобретений Комитета по делам изобретений на выдачу патента «Способ изготовления прессованного бездымного пороха на твердых растворителях», а 3 июля 1929 г. между Н.И. Тихомировым и Народным Комиссариатом ВоенноМорских Сил РККА заключается договор о безвозмездной передаче прав на это и другие его изобретения. Постановление IV секции Комитета по делам изобретений от 29 января 1930 г. о выдаче патента на «Способ изготовления прессованного бездымного пороха на твердых растворителях» Народному Комиссариату ВоенноМорских Сил РККА (действительный изобретатель Н.И. Тихомиров) подписано экспертами И.П. Граве и Солониным. Патент был выдан 20 июня 1930 г. за № 384. Порохом ПТП были отработаны все основные виды реактивного вооружения, начиная с 1928 по 1939 г.

Н.И. Тихомиров проявил себя незаурядным организатором. Он сумел выделить то главное, на чем нужно акцентировать внимание на определенном отрезке времени, умел подбирать кадры и работать с ними. Вся жизнь Н.И. Тихомирова была посвящена неутомимому поиску.

Умер он в марте 1930 г., захоронен на Ваганьковском кладбище в Москве, где в 1971 г. к 50летию ГДЛ ему был установлен символический надгробный памятник, т. к. место его захоронения было утеряно.

После смерти изобретателя дело продолжили его талантливые ученики: В.А. Артемьев, Б.С. Петропавловский, Г.Э. Лангемак, И.И. Кулагин и др., которые довели его дело до завершения.

Заслуги Н.И. Тихомирова не были забыты. В 1971 г., по предложению В.П. Глушко, его имя увековечено в названии кратера на обратной стороне Луны. В 1983 г. в издательстве ДОСААФ вышла книга А.М. Киселева под названием «Дело огромной важности», в 1987 г. в Ленинграде на доме № 92 по Невскому проспекту была установлена мемориальная доска, на церемонии открытия которой присутствовал В.П. Глушко. 21 июня 1991 г. Указом Президента СССР ему присвоено звание Героя Социалистического Труда (посмертно) за разработку реактивного оружия.

Забытый конструктор – Борис Петропавловский

Среди имен славной плеяды пионеров ракетнокосмической техники особое место занимает талантливый инженерартиллерист, Герой Социалистического Труда (посмертно), один из авторов реактивного миномета «катюша» Борис Сергеевич Петропавловский. Его имя, как и имена многих его соотечественников, было незаслуженно отодвинуто на задний план, тогда как не без его непосредственного участия в период 1929–1933 гг. в стенах ГДЛ и ЛО PHИ велись разработка и испытание реактивных снарядов.

Б. С. Петропавловский родился 26 (14го по старому стилю) мая 1898 г. в г. Курске. Его отец был православным священником, а мать – домохозяйкой.

Б.С. Петропавловский. Ленинград. 1929 г. Фото из архива автора. Публикуется впервые

Еще в юности, пожелав связать свою жизнь с армией, Борис уходит из гимназии. В возрасте 12 лет он едет в Варшаву и поступает в Суворовский кадетский корпус. Там в 1914 г. его застает Первая мировая война. Через год он заканчивает 7й класс корпуса вицефельдфебелем и получает определение для дальнейшего образования в Константиновское артиллерийское училище, ускоренный курс которого Б.С. Петропавловский закончил 1 ноября 1915 г. Окончив училище, молодой прапорщик артиллерии попадает на Западный фронт и назначается на должность младшего офицера 2й отдельной легкой батареи для стрельбы по воздушному флоту. К февралю 1917 г., т. е. к моменту падения монархии, за успешное участие в войне он становится командиром батареи, поручиком и получает орден Святого Станислава III степени с мечами и бантом.

После Февральской революции сын священника принимает участие в уличных политических демонстрациях, выступает на митингах, собраниях и т. п.

После Октябрьского переворота, видя, как все разваливается на части, в январе 1918 г. он демобилизовался из армии и с 15 февраля 1918 г. по 1 февраля 1919 г. занимал должность секретаря Новоторжского Уездного исполнительного комитета. Как и многие русские офицеры, он хотел отсидеться на какойнибудь должности с единственной целью – не служить Советам. Но ему не удалось избежать офицерских мобилизаций, и представители Красной Армии, ими занимавшиеся, так или иначе обратили внимание на секретаря исполкома с военной выправкой, прекрасно говорящего на немецком и польском языках. В результате этого 2 февраля 1919 г. свой же Новоторжский Уездный военный комиссариат его призывает в армию.

С 11 февраля он служит в должности командира 1й противосамолетной батареи 4й пехотной стрелковой дивизии 9й армии. Когда же ее расформировали, то 20 июля Б.С. Петропавловский назначается на должность командира 3й батареи 2го легкого артиллерийского дивизиона 14й стрелковой дивизии. 13 сентября в бою у хутора Арсеньевского УстьБузулукской станицы он был дважды ранен и выбыл из дивизиона.

Вернувшись из госпиталя по окончании отпуска по ранению, с 15 ноября 1919 г. по 28 мая 1920 г. Борис Сергеевич находился в ведении военного комиссара Новоторожского Военного комиссариата. Затем был отправлен в распоряжение начальника штаба Западного фронта и 7 июня назначен на должность командира 6й батареи 3го легкого артиллерийского дивизиона 18й стрелковой дивизии.

19 октября его назначают командиром 3го легкого артиллерийского дивизиона той же дивизии. 28 декабря Окружная парткомиссия ЛВО принимает его в члены ВКП(б). В феврале 1921 г. Б.С. Петропавловского перемещают на должность командира 2й батареи 54голегкого артиллерийского дивизиона, коей он прокомандует до

8 июня, когда будет отправлен в распоряжение командира учебной батареи 20й дивизии. Но в июле батарея вошла в состав 20го легкого артиллерийского дивизиона и была переименована в 3ю горную батарею 20го легкого артиллерийского дивизиона. А после этого случилась маленькая неприятность: батарея, куда был направлен Б.С. Петропавловский, имела стоянку в настолько отдаленном месте, что ее командир не смог даже прибыть к новому месту службы в указанный срок. В связи с чем вступление в должность несколько затянулось.

После очередного ее переименования, на этот раз во 2ю вьючногорную батарею 5го Кавказского легкого артиллерийского дивизиона, его назначают врид командира того же дивизиона. На этой должности он состоит до 2 декабря 1921 г., когда возвращается к своим непосредственным обязанностям – должности командира батареи.

За этот период времени он участвует в следующих боевых операциях: с 10 апреля по 13 сентября 1919 г. на Южном фронте, в районе станицы Константиновской, и далее в составе своего подразделения; с 7 июня по 5 сентября 1920 г. в боях и наступлении до г. Полоцк и в отступлении до станции Молодечно; с 25 сентября по 12 октября 1920 г. из района г. Слонима участвовал в отступлении от города до местечка Глубокое; с 16 февраля по 10 марта 1921 г. участвовал в походе и войне за освобождение трудящихся Грузии; с 14 марта по 10 апреля 1921 г. участвовал в подавлении дашнакского восстания в Армении в составе войск Эриванского направления; с 28 июня по 10 июля 1921 г. участвовал в ликвидации Зангезурского мятежа на правом боевом участке, в составе того же подразделения.

1 мая 1922 г. он принимает красную присягу, а 1 июля назначается начальником Артиллерийской школы артиллерии 2й Кавказской стрелковой имени Степина дивизии, 1 февраля 1923 г. – помощником командира легкого артиллерийского дивизиона той же дивизии и с 25 февраля приступает к исполнению должности. Потом он несколько раз назначался врид командира 1й батареи и артиллерийского дивизиона и возвращался к исполнению прежних обязанностей.

Имея хорошую боевую подготовку, батарея Б.С. Петропавловского выигрывает тифлисские состязания артиллерийских частей армии (1923 г.) и удостаивается приза за стрельбу на звание «Лучшей легкой батареи ОКА». Летом 1924 г. врид начподив 2й Кавказской стрелковой имени Степина дивизии В.Абрамович подписал рекомендацию о поддержке ходатайства политотдела о командировании Б.С. Петропавловского в Артиллерийскую академию РККА имени Ф.Э. Дзержинского.