355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Яковлев » Руал Амундсен » Текст книги (страница 9)
Руал Амундсен
  • Текст добавлен: 14 октября 2016, 23:39

Текст книги "Руал Амундсен"


Автор книги: Александр Яковлев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

В октябре «Йоа» прибыла в Сан-Франциско. Амундсен подарил свой славный корабль городу, и с тех пор «Йоа» стоит там в парке Золотых Ворот.

За время трёх зимовок экспедиция собрала такой огромный материал по метеорологии, географии, гидрологии, геологии, этнографии, антропологии и земному магнетизму, что научные работники Норвегии обрабатывали его потом в продолжение почти двадцати лет.

Смелые замыслы


После возвращения на родину Амундсен два года подряд ездил по Европе и Америке, делая доклады о своём путешествии через северо-западный проход. Он собрал крупную сумму денег и расплатился со всеми своими кредиторами и с особенным удовольствием отдал долг торговцу консервами, который едва не сорвал экспедицию. Оставшиеся деньги он решил использовать для нового путешествия.

Куда теперь направить свой путь? Конечно, к Северному полюсу. Это была его давнишняя мечта. Если не удалось побывать на полюсе его земляку Нансену, то, может быть, удастся ему? Он решил идти таким же путём, каким шёл Нансен на своём «Фраме», то есть на крепком, специально построенном корабле вмёрзнуть в лёд где-нибудь у северных берегов Восточной Сибири или у Аляски и вместе со льдами продрейфовать через полюс. Если судно пройдет не через самый полюс, а где-то вблизи него, то можно будет достигнуть полюса на санях.

Такой путь ему казался самым правильным. Сам Нансен, выступая в Лондоне в Географическом обществе с докладом о ближайших задачах полярных исследований, в первую очередь предлагал провести детальнейшее обследование Северного Ледовитого океана: для этого, по его мнению, следовало послать новую экспедицию на специальном корабле, но трассу на этот раз он прокладывал гораздо севернее того пути, который проделал «Фрам».

Таким образом, план был уже намечен. Амундсену оставалось только подхватить идею Нансена и осуществить её, тем более, что сам Нансен не собирался сейчас организовывать такую экспедицию. Узнав от Амундсена о его намерениях, Нансен с радостью одобрил инициативу молодого исследователя и вместе с ним в общих чертах обсудил план экспедиции. А затем Амундсен уже один разработал все детали плана и в ноябре 1908 года сделал большой доклад в Норвежском географическом обществе.

Все крупнейшие специалисты-полярники, бывшие на заседании, горячо одобрили замысел Амундсена. А всех горячее ратовал за него Нансен. Газеты единодушно поддержали идею Нансена и Амундсена. Новое полярное путешествие стало общественным делом. «Перед норвежскими полярными исследователями стоит достойная задача продолжать национальную традицию наших предков-исследователей Норвежского моря и Ледовитого океана», – писали газеты. Стортинг 22
  Стортинг – норвежский законодательный орган, состоящий из 150 человек, избираемых на четыре года.


[Закрыть]
решил ассигновать на экспедицию семьдесят пять тысяч крон. Различные общества и частные лица пожертвовали крупные суммы денег и прислали Амундсену более пятисот ценных подарков: предметов снаряжения, продовольствия и прочее.

Никогда в жизни – ни до, ни после этого путешествия – Амундсен не встречал такой поддержки, и ни одна его экспедиция не была так обеспечена, как эта.

Для длительного путешествия, – оно по плану должно было продолжаться семь лет, – Амундсен решил использовать старый нансеновский «Фрам», предварительно внеся некоторые улучшения в оборудование судна. Путь «Фрама» был намечен точно. Из Норвегии он должен был спуститься по Атлантическому океану до берегов Южной Америки, обогнуть мыс Горн, войти в Тихий океан, затем подняться до Берингова пролива и у мыса Барроу войти во льды.

Осенью 1909 года «Фрам» уже был готов к отплытию. Желающих отправиться в опасное и долгое плавание было множество. Но Амундсен отобрал из них только двадцать человек, – крепких, физически выносливых, имеющих опыт работы за Полярным кругом.

И вдруг произошло неожиданное событие, которое сразу опрокинуло расчёты Амундсена. В сентябре 1909 года в Норвегии была получена телеграмма, что адмирал Пири на собаках достиг Северного полюса.

Этот день навсегда остался в памяти Амундсена. Утром он был на «Фраме». Вдруг кто-то громко позвал его с берега. Амундсен подошёл к борту. На берегу стоял матрос и размахивал газетным листом.

– Важные новости! – кричал он.

Через несколько минут матрос с газетой был на борту «Фрама». Амундсен прочёл:

«6 апреля 1909 года адмирал Пири достиг Северного полюса».

У Амундсена потемнело в глазах, он беспомощно опустил руку с газетой.

«Что такое? Адмирал Пири опередил меня?!»

Северный полюс уже открыт! Значит, ему уже нечего делать на полюсе. Амундсен не радовался. Он чувствовал себя так, будто его обокрали.

Он поехал в город. По улицам бежали продавцы газет, выкрикивая одну и ту же новость: «Пири открыл Северный полюс! На полюсе поднят американский флаг».

Это был тяжёлый день для Амундсена. Уже на склоне лет он писал в своей книге «Моя жизнь»:

«Должен сознаться, что для меня это был серьёзный удар... Я решился на отчаянный шаг и официально заявил, что, по моему мнению, научные результаты предстоящего путешествия будут вполне достаточны, чтобы не отказаться от намеченного мною плана».

Так он и заявил официально. И все газеты опубликовали, что норвежец Амундсен не отказывается от похода на Северный полюс. Однако, говоря так, он думал об ином: идти не на север, а в противоположную сторону и попытаться открыть Южный полюс. Этот свой план он на первых порах скрыл от всех.

Однако как быть с экспедицией? Ведь экипаж «Фрама» подготовлен к путешествию на Северный полюс, и вся общественность Норвегии также знает именно об этом плане. Если сказать сейчас, что план изменяется, то поднимется шумиха, начнутся споры. Нет, лучше не говорить ничего!

Да, экспедиция откладывается на некоторое время, – надо её подготовить получше, надо всё проверить. Да, «Фрам» уйдёт весной. Так говорил Амундсен, а сам в полной тайне лихорадочно разрабатывал план путешествия к Южному полюсу.

В это время он жил в своём доме, недалеко от Христиании, в Буннефиорде. Он окружил себя множеством книг, где говорилось об Антарктике, и тщательно принялся за их изучение.

К удивлению всех тех, кто помогал ему готовить снаряжение, Амундсен решил взять с собой около сотни собак и довольно большой деревянный дом, хотя для путешествия к Северному полюсу он был не нужен.

Так прошла осень, зима, весна...

К Южному полюсу


7 июня 1910 года «Фрам» вышел из Христиании.

Официально объявленный маршрут был первоначальный – к Северному полюсу. В свои тайные планы Амундсен посвятил только одного человека – своего брата.

«Фрам» направился вдоль берегов Европы и Африки к югу. По пути корабль зашёл в гавань на острове Мадейра, и здесь Амундсен открыл спутникам свою тайну.

Впоследствии он так описывал это событие:

«Мне кажется, что все бывшие тогда на «Фраме» долго будут помнить этот удушливый жаркий вечер на рейде Фунчала (порт на Мадейре). Все были вызваны наверх. Не знаю, о чём они думали, во всяком случае, вряд ли об Антарктике и Южном полюсе.

Лейтенант Нильсен, мой помощник, держал в руках большую карту южного полушария. Все невольно с удивлением смотрели на эту карту. Мне немного потребовалось слов для того, чтобы каждый понял, откуда дует ветер и каким курсом мы теперь пойдём. Нильсен развернул карту, и я в кратких чертах сообщил о новом плане. Я также рассказал о причинах, заставивших меня молчать об этом до сих пор.

Изредка я поглядывал на лица слушателей. Сначала они обнаруживали самые недвусмысленные признаки величайшего изумления, но не успел я ещё закончить свою речь, как глаза моих слушателей уже сияли и все они улыбались. Теперь я был уверен в ответе, который получу».

Все спутники единодушно одобрили новый план и выразили полное согласие идти к Южному полюсу. На Мадейре уже дожидался прихода «Фрама» брат Амундсена. С ним было послано в Норвегию известие с том, что первоначальный план экспедиции изменён. И ему же поручили сообщить об этом в Англию, для передачи капитану Скотту. Амундсен знал, что Скотт собирался идти к Южному полюсу.

Все члены экспедиции передали с братом Амундсена свои последние письма на родину.

От Мадейры «Фрам» направился к мысу Горн и дальше к Антарктике, к бухте Китовой. Амундсен заранее наметил здесь место для зимовки.

У Южного полюса простирается огромный материк, покрытый вечным ледником. Он образует так называемый ледовый барьер, отвесно спускающийся прямо в океан и порождающий айсберги – огромные плавающие глыбы льда. Но в бухте Китовой ледовый барьер был неподвижен, потому что основание льда покоилось здесь на твёрдом материке.

Амундсен и выбрал это место для безопасной зимовки. «Фрам» дошёл до бухты Китовой и здесь остановился на стоянку. За три недели всё имущество с «Фрама» было переправлено прямо на ледовый барьер и в четырёх с половиной километрах от места высадки построен тот зимовочный дом, который привёз Амундсен из Норвегии в разобранном виде. Было выгружено девятьсот ящиков провианта, более ста собак. В январе зимовочный дом был готов. Вокруг него поставлено четырнадцать палаток, из них восемь для собак, остальные под склады угля, дров, свежего мяса, рыбы и другого провианта.

База стала похожа на городок. Амундсен назвал его «Фрамхейм», что значит: «Жилище «Фрама». Дом снаружи был весь высмолен, крыша покрыта толем, так что на фоне снежного пейзажа он был виден чрезвычайно далеко.

Приготовления к зимовке заняли весь январь и февраль – самый разгар лета в тех местах, когда солнце не заходит и тянется долгий полярный день. В бухте Китовой и на льдах возле бухты появилось множество тюленей. Отважные охотники каждый день ходили бить тюленей, запасая пищу на зиму.

Сам же Амундсен занялся подготовкой дороги к полюсу. Он решил устроить ряд продовольственных складов: первый склад, – на 80° южной широты, а дальше – через каждые сто километров. Это давало возможность не тащить с собой большой груз, а двигаться налегке.


Путь прокладывался от Китовой бухты прямо на юг по одному и тому же 163-му западному меридиану. Дорогу между складами Амундсен решил отмечать вехами – бамбуковыми шестами с чёрными флагами.

8 февраля от Китовой бухты на юг вышли четыре человека с тремя санями, запряженными восемнадцатью собаками. Сани были доверху нагружены продовольствием. Путники прошли узкой тропинкой через глетчеры, поднялись в гору и бесконечными ледяными полями двинулись на юг. Впереди всех шёл на лыжах Хельмер Хансен. Он прокладывал дорогу; сам Амундсен проверял по компасу направление и отмечал пройденный путь.

Маленький караван быстро продвигался по ледяной равнине при ярком солнце – оно светило уже четыре месяца подряд. Кругом не было видно ни одного живого существа. Животный мир ютился только на ледяном барьере вблизи моря. Внутри же антарктического материка жизни почти не было. Люди, собаки и сани казались чёрными точками в сверкающих белизной пространствах.

Пройдя равнину, караван вступил в холмистую местность. Здесь был устроен первый привал. Люди роздали собакам лепёшки из пеммикана (размолотое сушёное мясо с мукой), сварили на спиртовке суп для себя. И пока варился суп, они успели сложить из льда и снега столб высотой в десять футов. Этот столб, или, как его называют полярные путешественники, «гурий», был заметной вехой на их пути.

Шесть суток караван шёл к югу, устраивая через каждые пятнадцать километров привал. На месте привала сооружали гурий или же устанавливали шест с чёрным флагом.

14 февраля путешественники добрались, наконец, до 80° южной широты. Мёртвая ледяная пустыня простиралась кругом. Амундсен наметил место для первого склада, и все четверо принялись разгружать сани. Ящики с пищей и мешки с одеждой сложили в брезент, укутали со всех сторон тюленьими шкурами, сверху накрыли брезентом и обложили льдом. Получился высокий холм. На вершине холма водрузили норвежский флаг.


Амундсен решил проверить, хорошо ли заметен склад издали. Он отошёл на километр и оглянулся: маленький холмик был едва виден. Амундсен вернулся к товарищам и высказал опасение, что на обратном пути с полюса они не найдут склада.

– Придётся сделать вот что, – сказал он. – Через каждый километр мы поставим ледяные столбы с флагами на верхушке. Такие вехи будут стоять на девять километров к востоку и на девять к западу. Этого забора мы уж не минуем.

Они разделились на две группы: два человека пошли на запад, два на восток, устанавливая столбы и флаги. На эту работу они затратили двое суток. Огромный «забор» длиной в восемнадцать километров, встал на пути к Южному полюсу. Это была хорошая предосторожность. Амундсен хотел действовать наверняка.

Отсюда караван с пустыми санями двинулся назад. Сытые собаки бежали дружно. Проехав километров пять, путешественники оглянулись и отчётливо увидели «забор»: длинным рядом стояли в пустыне ледяные столбы, на их макушках развевались чёрные флаги.

Обратный путь караван прошёл в три дня, делая ежедневно от семидесяти до ста километров.

В это время приготовления к зимовке в Китовой бухте были почти закончены, и в новую поездку для устройства складов пошли все члены экспедиции, кроме одного, оставшегося в единственном доме города Фрамхейма.

На этот раз караван растянулся длинной лентой: к югу двигались семь нарт, каждую из них везла шестёрка собак, рядом с упряжкой шёл человек.

Дорога теперь была знакомая – от гурия к гурию, от шеста к шесту.

На пятые сутки караван достиг склада на 80° южной широты. Здесь оставили часть продовольствия – этот склад Амундсен решил сделать самым большим.

Одна группа путешественников пошла отсюда обратно к Китовой бухте, а остальные двинулись дальше к югу. Через сто километров был устроен склад номер два, а ещё через сто – склад номер три.

Всего на склады завезли три тонны продовольствия и снаряжения.

На всех складах развевались норвежские флаги, от каждого склада вправо и влево шли ледовые гурии с чёрными флагами. Для всех гуриев флагов не хватило, – тогда Амундсен разбил несколько ящиков и вместо флагов установил доски. Потом и досок не хватило, – тогда на вершине гуриев укрепляли стоймя сушёную треску; каждая рыбина была величиной в метр. Амундсен учёл, что при возвращении с полюса рыба послужит отличной пищей для собак. Ни зверей, ни птиц в этом мёртвом краю не было, и не приходилось опасаться, что рыба будет съедена.

Так в ледяной пустыне поперёк будущей дороги от Фрамхейма к Южному полюсу выросло три своеобразных забора, каждый в восемнадцать километров длиной.

Во время этих поездок Амундсен заранее ознакомился с характером местности и трудностями предстоящего пути. Попутно он проверял и сани, и качество снаряжения, и запряжку собак. А с собаками было немало хлопот. Отвыкшие за полгода от работы, они в первое время отказывались идти в упряжке, грызлись между собой. Понадобилось немало терпения и усилий, чтобы водворить среди них дисциплину.

Перед мысленным взором Амундсена уже рисовалась радостная картина: будущей весной он пройдёт налегке по знакомой дороге от склада к складу, пополняя в пути запасы пищи и керосина, а затем двинется на штурм полюса.


Между тем жители Фрамхейма деятельно заканчивали подготовку к зиме. Охотники продолжали бить тюленей. Целые штабеля мороженых тюленьих туш возвышались вокруг становища. Тюленьего мяса заготовили шестьдесят тонн!

Чёрные палатки с продовольствием, окружавшие дом экспедиции, были обнесены высокой ледовой и снежной стеной, чтобы собаки не могли в них пробраться.

В один из февральских дней Амундсен шёл из Фрамхейма к берегу, где стоял «Фрам». Вдруг он увидел, как один из его товарищей, шедших впереди, отчаянно замахал руками. Он торопил Амундсена: скорей, скорей! «Что такое? – подумал Амундсен. – Уж не случилось ли чего с кораблём?» Он быстро поднялся на ледовый барьер и увидел, что возле «Фрама» стоит незнакомый барк. Это было судно капитана Скотта «Терра Нова». Английская экспедиция прибыла в Антарктику и спешно вела научные исследования у ледового барьера. Капитана Скотта на корабле не оказалось. Он остался примерно в шестистах пятидесяти километрах к западу от Фрамхейма, где тоже готовился к зимовке и к походу на Южный полюс.

Англичане и норвежцы побывали друг у друга с визитами, и Амундсен с удивлением узнал о том, что капитан Скотт привёз с собой нескольких пони – маленьких лошадок, на которых возлагал большие надежды: пони должны были везти сани с продовольствием и снаряжением. Привез он также моторные сани. Всё это показалось Амундсену малопригодным для полярных путешествий: пони будут мёрзнуть и не смогут одолеть ледяных подъёмов, а моторные сани скоро сломаются.

Он осторожно высказал англичанам свои сомнения, но на них не обратили никакого внимания. Капитан Скотт считался опытным полярным путешественником – он знал, что делал.

Норвежцам и англичанам было ясно одно: и та и другая экспедиция стремится к полюсу, – вопрос только в том, какая из них придёт на полюс раньше. Естественно, у них пробудилось чувство... соревнования. Нет, соперничества!

Но расстались англичане и норвежцы дружески. «Терра Нова» пробыла на стоянке только двенадцать часов и пошла дальше вдоль ледового барьера.


Через несколько недель ушёл в море и «Фрам». Он должен был зимовать в тёплых водах Южной Америки, в Буэнос-Айресе, а будущей весной вернуться в Китовую бухту за экспедицией. На «Фраме» уехали десять человек, в том числе несколько научных сотрудников, которым было поручено провести ряд наблюдений и исследований в Южном Ледовитом океане.

Началась длинная зима. Климатические условия в Антарктике ужасны. Путешественник Маусон называл эту шестую часть света «проклятой страной». И действительно, тут всё было безрадостно и пустынно: голый ледник до самого полюса. Страшные вьюги и метели. Температура ниже 60 градусов. И такие бури, когда скорость ветра доходит до шестидесяти метров в секунду, а отдельные порывы достигают ста метров!

Даже Арктика со всеми её полярными ужасами не так страшна, как Антарктика. В Арктике море и движущиеся льды; во льдах бывают полыньи; у самого полюса есть какая-то органическая жизнь и таких ужасных холодов никогда не бывает.

Однако экспедиция Амундсена перенесла эту зиму хорошо. Главный дом во Фрамхейме был обложен льдом и снегом, в снегу были прорыты ходы вроде тоннелей – к складам, к собачьим палаткам, к метеорологическим и магнитным будкам. Из снега и льда были построены столярная и портняжная мастерские, кузница и даже баня.

Амундсен, как и в прежних экспедициях, строго следил за тем, чтобы все были заняты работой, не было уныния и болезней. Тот, кто хочет сделать в жизни доброе дело, должен работать. Работать всегда!

Сам он вёл регулярно метеорологические наблюдения, строго придерживался точного распорядка дня. Он показывал пример, как надо работать.

И у каждого члена экспедиции были свои определённые обязанности. Преструд и Иогансен занимались научными наблюдениями; Хассель обеспечивал зимовку углём, дровами и керосином; старый спутник Амундсена Линдстрем выполнял обязанности повара, – самая трудная и самая хлопотливая работа была именно у него, но исполнял он её блестяще; Бьолан, Вистинг и Хансен готовили сани и снаряжение к будущему походу на полюс; Вистинг, кроме того, шил одежду, бельё и палатки. Главное внимание было направлено, конечно, на подготовку снаряжения. Продовольствие тщательно укладывалось в ящики, ящики перенумеровывались и составлялась опись каждого из них.

«Победа ожидает того, у кого всё в порядке, и это называется удачей», – писал в своём дневнике Амундсен.

В свободные от работы часы члены экспедиции слушали граммофон, играли в домино, в шахматы и на музыкальных инструментах. Чтобы приучить участников экспедиции обходиться без термометра, Амундсен устроил постоянный конкурс на угадывание температуры. Каждое утро все по очереди выходили на воздух, и кто-нибудь, вернувшись в дом, говорил:

– Сегодня не жарко, градусов пятьдесят пять.

Тот, кто точнее всех угадывал температуру, получал одну или две сигары.

Много хлопот доставляли собаки. Постоянно приходилось следить, чтобы они не искалечили друг друга во время драк. Но всё обошлось благополучно. Собаки провели зиму хорошо, все были здоровы, и к весне у них появилось два десятка щенков.


Самыми тёмными и холодными зимними месяцами были май, июнь и июль. К середине августа вся подготовка к полярному походу была закончена. А 24 августа впервые после многомесячной ночи из-за горизонта выглянуло солнце. Однако морозы стояли такие, что о походе нечего было и думать. Амундсен попытался совершить поездку до склада номер один, но вынужден был вернуться.

Эта попытка, однако, принесла пользу: она показала, что большому количеству людей идти к полюсу рискованно (Амундсен вначале предполагал, что на полюс пойдут восемь участников экспедиции, а один останется во Фрамхейме). Пробная поездка показала, что большая группа не могла быстро двигаться. Много времени тратилось на сборы, нужно было везти лишнее продовольствие и снаряжение, больше было риска, что кто-нибудь заболеет в пути. Поэтому Амундсен решил ограничить число участников похода пятью: он сам, Хассель, Вистинг, Бьолан и Хельмер Хансен. А Преструд, Стубберуд и Иогансен должны были нанести на карту берета Китовой бухты, а затем пройти к Земле короля Эдуарда VII и там провести научные обследования.

Между тем морозы не уменьшались. Температура спускалась временами до 57 градусов. Товарищи Амундсена нервничали. Им казалось, что капитан Скотт давно уже вышел к полюсу. Время от времени во Фрамхейме начинался разговор:

– Хотел бы я знать, до какого места дошёл теперь капитан Скотт, – говорил кто-нибудь, ни к кому, собственно, не обращаясь.

– Его пони на таком морозе замёрзнут, – уверенно говорил Амундсен. – Тревожиться нам нечего. Должно быть, они сидят ещё на месте.

– А может быть, у них теплее? Кто знает, какая погода за шестьсот пятьдесят километров от нас? Ну, а если там теплее, так они напрасно времени не тратят.

– Нет, я полагаю, что они ждут погоды, как и мы, – уверенно говорил Амундсен, а у самого тревожно сжималось сердце: неужели и тут его опередят?

Морозы не сдавали весь сентябрь и первую половину октября. Только в начале второй половины октября потянуло теплом и запахло весной. И Амундсен решил: «Теперь пора!»


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю