Текст книги "История, измеренная в пятиклассниках"
Автор книги: Александр Алексеев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
В 44 году Цезарь был убит. У Цицерона не было личных причин его ненавидеть, однако он открыто приветствовал убийство узурпатора, мечтавшего, по общему мнению, о царской власти. Цицерон поддержал Октавиана в его борьбе с Марком Антонием, во-первых, потому, что Октавиан играл роль защитника республиканских порядков, во-вторых, потому, что Марк Антоний был другом Клодия; он даже женился на вдове Клодия – Фульвии, которая ненавидела Цицерона больше, чем оба её мужа, вместе взятые. К тому же мать Антония – Юлия вторым браком была замужем за Лентулом Сурой – участником заговора Катилины, казнённым Цицероном.
Рассчитывая на поддержку Октавиана, Цицерон произнёс против Антония полтора десятка речей, которые он по образцу Демосфена называл филиппиками. Но в октябре 43 года Окта-виан встретился с Антонием и его союзником Лепидом, внуком убитого Рабирием Сатурнина, и договорился с ними о совместных действиях против убийц Цезаря. Рассказывают, что Октави-ан во время этих переговоров двое суток отстаивал Цицерона, чьей головы добивался Антоний. В конечном счёте политическая целесообразность победила: Октавиан Цицерона сдал. Имя знаменитого оратора внесли в проскрипции – списки противников режима, объявленных вне закона и подлежащих уничтожению.
Цицерон узнал об этом в своём поместье близ Тускула, где жил вместе с братом Квинтом. Братья решили поодиночке пробираться в Македонию, где собирал силы Брут. Но Цицерон колебался; он то удалялся от Рима, то поворачивал назад. Погоня настигла его на вилле в приморской Кайете. Выломав дверь, солдаты ворвались в дом, однако Цицерона там не оказалось: рабы унесли его на носилках на морской берег. Преследователи кинулись туда. Увидев их, Цицерон велел рабам поставить портшез на землю, высунулся наружу и, подперев подбородок рукой, смотрел на приближавшихся убийц. Подбежавший первым центурион Геренний увидел перед собой измождённое лицо старого и очень больного человека с лохмами седых волос. Впрочем, разглядывать жертву центуриону было некогда – за ним самим наблюдали десятки глаз, и о любом его промахе узнали бы в Риме. Поэтому он поднял меч…
Отрубленные голову и руки убитого доставили Антонию; рассказывали, будто Фульвия втыкала в язык мёртвого оратора булавки. Затем голову и руки выставили на ораторской трибуне римского Форума – по словам Плутарха, «к ужасу римлян, которым казалось, будто они видят не облик Цицерона, но образ души Антония».
* * *
Через несколько лет Антоний будет лишён всех должностей и объявлен врагом народа, а в 30 году до Р. Х. погибнет близ Александрии Египетской. На этом, собственно, завершится история Римской республики и начнётся история Римской империи.
Часть III. Галопом по европам
Последнее европейское средневековье
Если бы эта книжка была учебником истории, нам пришлось бы теперь долго рассказывать о Римской империи, о её расцвете и упадке. А так мы просто объясним в двух словах, как она рухнула и что произошло в Европе после её падения.
Римляне были умелыми правителями. То есть они умели идти на уступки ровно настолько, сколько требовалось для сохранения империи. Чтобы управлять таким огромным государством и успешнее отражать удары надвигавшихся с востока варварских племён, они разделили империю на две части – Западную и Восточную, в каждой из которых был свой император. Западная Римская империя сумела продержаться до V века, а Восточная – аж до 1453 года. Правда, эта Восточная империя (её ещё называют Византией) Римской была только по названию и к Риму почти никакого отношения не имела.
Полторы тысячи лет назад, то есть спустя примерно четыре века после Рождества Христова (до наших дней оставалось ещё 120–130 пятиклассников), Западную Римскую империю постепенно захватили племена, двигавшиеся главным образом с северо-востока. Города в Европе запустели, торговля пришла в упадок. За пределами центральных областей империи – Северной Италии и Южной Франции – грамотных людей почти не осталось, разве что среди христианских монахов и священников.
Опять наступило Средневековье – на этот раз то самое, о котором рассказывают учебники истории. В это время родилась и окрепла западноевропейская цивилизация.
Что такое страна, вы себе представляете. Народы – это тоже более-менее понятно. А что такое цивилизация?
Если несколько стран и народов долго, столетиями, живут рядом, постоянно общаются друг с другом, перенимают друг у друга порядки и обычаи, переживают одни и те же исторические события, – они становятся похожи друг на друга. Не то что они между собой ладят лучше, чем с остальными. Наоборот: они могут постоянно воевать, но при этом только ещё больше делаются похожими (не во всём, конечно, – иначе они не были бы разными странами и народами).
Эта голова неведомого чудища, вырезанная из дерева, служила украшением носовой части норманнской ладьи. Специалисты относят её создание к 850 году.
Торговый корабль викингов был предназначен и для грабительских походов. XII век.
В таких случаях говорят, что эти страны и народы принадлежат к одной цивилизации.
Вообще-то, народы Западной Европы начали сближаться очень давно – как минимум в I тысячелетии до Р. Х., когда большую её часть заселили индоевропейские племена кельтов (доисторические времена мы здесь трогать не будем). Потом западноевропейские народы долгое время жили под властью родственного кельтам Рима. Римляне передали им многие свои обычаи, установили у них римскую систему управления; образованные люди в римской Европе писали по-латыни[7]7
Римляне принадлежали к народу латинов, населявших область Лациум на западе Италии. Поэтому их язык называют латинским.
[Закрыть] и даже разговаривали на разных диалектах латинского языка.
Но ведь римляне устанавливали свои порядки и во многих странах Восточной Европы, Азии и Северной Африки, однако там они не прижились, потому что народы там жили совсем другие, непохожие на римлян и кельтов.
Норманнский железный шлем. Какой-то воин носил его в XII веке.
Германские племена, погубившие Западную Римскую империю, имели схожие обычаи. При них Западная Европа разбилась на множество самостоятельных королевств, герцогств и графств. Эти небольшие государства приняли одну религию – христианство в его католическом варианте, признавали власть римского папы и вместе отражали атаки мусульман.
Порядок жизни, который установился в средневековой Западной Европе, сейчас называют феодализмом. Сами средневековые европейцы его никак не называли: для них он был естественным.
При феодализме человек подчиняется не государству, а другому человеку, у которого больше сил и возможностей. Феодальный порядок возник из-за того, что исчезла сильная государственная власть. Ослабевшая Римская империя уже не могла защищать своих граждан, особенно в сельской местности, от иноземных отрядов и местных банд. Людям приходилось искать защиты у тех, кто посильнее, кто мог нанять и содержать собственные военные отряды. Слабый приносил сильному (а не государству!) присягу, обязывался ему служить, а за это сильный брал на себя обязательство защищать слабого. Тот, кому присягали, назывался сеньором, а тот, кто ему присягал, – вассалом. Многие думают, что феодализм – это беспредел, где сильные творят, что хотят. На самом деле это совсем не так (хотя сильным и тогда жить было легче, чем слабым). Феодальное общество Западной Европы основывалось на праве – в том виде, как его тогда понимали.
А вот чего действительно не было в тогдашней Европе, так это равенства. Правда, большинство её жителей были христианами, и считалось, что все они наделены бессмертной душой и Христос страдал за них за всех. Но на земную жизнь это мало влияло.
Общество в средневековых королевствах состояло из сословий. Каждый человек принадлежал к какому-нибудь сословию, и каждое сословие имело свои права и свои обязанности.
Старое русское слово государство произошло от слова государь и означало оно власть государя, независимую от народа. А слова европейских языков, которые мы переводим на русский язык как «государство» (английское state, французское é tat, немецкое staat, испанское estado), на самом деле обозначали именно сословия с определёнными правами. Но более подходящего слова в русском языке нет, вот нам и приходится называть эти страны государствами.
На самом верху средневековых европейских «государств» стояли короли. Королевства у них были маленькие; большие – Англия, Франция, Германия, Испания и др. – появились позже. Зато в своём королевстве власть у короля была довольно большая. Считалось, что он имеет право судить всех подданных, от воинов-рыцарей требовать военной службы, а с остальных жителей – крестьян, ремесленников и купцов – собирать кое-какие подати.
Чуть пониже короля располагалась знать. У короля не было чиновников, а в одиночку управлять довольно большой территорией и сотнями тысяч людей он не мог. Поэтому он управлял через герцогов, графов, виконтов, баронов, епископов. Они присягали ему на верность, то есть становились его вассалами, а он за это передавал им часть своих прав, позволяя владеть какими-то землями, требовать службы от тамошних рыцарей и получать доход с живших там крестьян, ремесленников и купцов. Присяга на верность называлась оммаж, а переданные права – держание, фьеф, лен или феод; отсюда и название – феодализм.
В принципе считалось, что король может забрать лен у одного вассала и передать другому. На самом деле сделать это было очень непросто. Во-первых, для таких передач существовал определённый порядок. Если король его нарушал, его могли обвинить в несправедливости, и тогда против него поднялись бы другие его вассалы. Во-вторых, многие королевские вассалы были такими могущественными, что отнять у них что-то король не смог бы при всём желании.
Вассал, получив в держание от сеньора лен, выкраивал из него лены поменьше и раздавал их в держание другим свободным людям. Это было выгодно. Например, граф мог своё графство разделить на рыцарские лены, и поселённые там рыцари обязывались этому графу служить. А рыцарь, которому досталась от графа в лен, например, деревня с лугом, мельницей и трактиром, мог одному передать в лен мельницу, другому – право пользоваться лугом, а третьему – право на доход с трактира.
То есть это было что-то вроде аренды, но без собственника. Считалось, что любой землевладелец держит свою землю от какого-то сеньора (по крайней мере, так было на севере Франции, которая считается страной «образцового феодализма»). Кому в действительности принадлежал лен – сеньору, который его давал, или вассалу, который им пользовался, – такой вопрос у людей той эпохи не возникал. Держатель лена мог передать лен по наследству, но при этом его наследник должен был сам принести присягу сеньору и заплатить передаточную пошлину. А вообще права держателя лена различались в разных странах и в разное время.
Сословий в средневековой Европе было очень много. Часто даже в соседних деревнях крестьяне имели разные права и обязанности. Но самая важная граница проходила между свободными и несвободными людьми.
Быть свободным не означало, что ты можешь делать всё, что захочешь. Наоборот – у свободного человека всяких ограничений было больше, чем у несвободного. Рыцарь, купец, свободный горожанин, свободный крестьянин обязаны были вести себя, одеваться, разговаривать каждый в соответствии со своим положением. А раб мог себя вести как угодно. Что с него возьмёшь, раб – он и есть раб, от него ничего и не ожидают, кроме выполнения приказов; да и тут делается скидка на то, что рабы обычно ленивы и вороваты.
В сословной лестнице на верхней ступеньке стояли те, кто держал свои земли непосредственно от короля. Обычно это была наследственная знать – герцоги, графы и пр., иногда простые рыцари. Но рядом с ними, на тех же уровнях знатности, находились архиепископы, епископы, аббаты. Большинство их также по рождению принадлежали к знатнейшим семьям, но попадались и сыновья рыцарей, горожан и даже полусвободных крестьян-вилланов.
Пониже стояли люди без титулов, но благородные; хотя их не всегда легко отличить от других свободных людей.
Например, у восточных саксов, населявших германское герцогство Саксония, символом принадлежности к высшим сословиям был «военный щит», то есть право иметь лен и нести военную службу. Всего таких «щитов» было семь. Первый принадлежал королю; второй – герцогам, епископам, аббатам и аббатисам; третий – тем же герцогам, если они становились вассалами епископов; четвёртый – графам; пятый – шеффе-нам, то есть тем, кто заседает в графском суде, и вассалам первых четырёх щитов; шестой – вассалам пятого щита. Седьмой щит не имел права владеть ленами.
Все имевшие военный щит считались благородными, а первые четыре щита составляли знать.
У одних народов границы между сословиями были более строгими, у других – более расплывчатыми. У восточных саксов человек оставался навсегда в том сословии, в котором родился. Исключение составляли крестьянин-виллан, отпущенный господином на свободу, монах, сделавшийся епископом, и монахиня, ставшая аббатисой. А у англосаксов, населявших Англию, любой купец, трижды плававший за море, или свободный крестьянин, обладавший определённым имуществом и земельным наделом, мог перейти в сословие рыцарей-тэнов.
Особое сословие составляли слуги знатных особ – минис-териалы. Прислуживать кому-то считалось «рабским» занятием, однако многие слуги из-за близости к могущественному хозяину обладали большой реальной властью, которая возносила их не только выше простых свободных, но иногда и на один уровень с самыми знатными.
Средневековых европейских крестьян по-русски принято называть крепостными. Это не совсем правильно. Русские крестьяне были крепостными, поскольку в XV–XVII веках их прикрепили к хозяину той земли, которую они обрабатывали.
Примерно то же произошло и в средневековой Европе. Но там крестьян прикрепляли не к хозяину земли, а к самой земле. Кроме того, в России крепостные крестьяне были низведены на уровень рабов; их часто и называли рабами. Их, как рабов, покупали и продавали, в том числе отдельно от земли. Часто не считались даже с семейными связями, продавая отдельно мужа и жену, родителей и детей.
В средневековой Европе помещики такой власти не имели: у прикреплённых к земле крестьян-вилланов сохранялась личная свобода.
Главное отличие Западной Европы от других цивилизаций как раз и состояло в том, что за каждым сословием признавались какие-то природные права. Конечно, часто эти права нарушались. Но такие нарушения никогда не считались нормальными. Немецкий рыцарь-законовед Эйке фон Репков, записавший свод законов восточных саксов под названием «Саксонское зерцало», определил это так: «Век господства несправедливого обычая ни на миг не может создать права».
Норманны на Севере, Западе и Востоке
В большинстве стран Западной Европы уже в ранние Средние века установился феодальный строй с королями, знатью, множеством сословий и католической церковью, во главе которой стоял епископ Рима – папа.
Только норманны – «северные люди», населявшие Данию и Скандинавский полуостров, ещё долгое время жили привольно, как в старину, на своей земле, почитая своих древних богов. Все проблемы они решали на общих съездах – тингах; там же устанавливались законы и разбирались тяжбы. Короли у норманнов тоже имелись. Их называли конунгами, и было их довольно много. Конунг пользовался почётом; во время его поездок по стране люди должны были кормить его самого, его дружинников и лошадей. Однако большой власти у конунгов не было.
Но со временем некоторые норманнские конунги сумели подчинить или поубивать остальных конунгов и сколотили большие королевства – Данию, Норвегию, Швецию. Эти конунги превратились в настоящих королей и хотели, чтобы все им подчинялись как королям. Многим свободным людям это не понравилось, и они стали переселяться с семьями на остров Исландия.
От исландских норманнов сохранились повести – саги. Долгое время саги просто пересказывали, кое-что добавляя от себя. Позже их стали записывать. Из саг мы узнаём, как жили последние в Европе по-настоящему свободные люди.
Исландский скальд Эгиль Скаллагримссон. Миниатюра из рукописи «Сага об Эгиле». XVII век.
На гобелене из французского городка Байё изображены норманны, направляющиеся на своих судах в Англию.
В «Саге об Эгиле» рассказывается такой случай. Однажды Скаллагрим, его сын Эгиль и приятель Эгиля Торд играли в мяч. Что это была за игра, какие в ней были правила, мы не знаем, но гоняли мяч, похоже, целый день и с противниками не церемонились. Эгиль с Тордом играли против Скаллагрима. Скаллаг-рим очень устал, но вечером у него появилось второе дыхание, и Торд с Эгилем стали проигрывать. Рассказчик саги намекает, что Скаллагрим был оборотнем, а оборотни ночью становятся сильнее. В конце концов Скаллагрим схватил Торда и так швырнул его об землю, что переломал все кости, и тот сразу умер. После этого Скаллагрим схватил Эгиля. Служанка Торгерд Брак, наблюдавшая за их игрой, закричала:
– Озверел ты, Скаллагрим, на собственного сына бросаешься!
Дальше пусть говорит рассказчик саги.
«Тогда Скаллагрим отпустил Эгиля и бросился за ней. Она увернулась и убежала, а Скаллагрим – за ней. Так они выбежали на мыс Дигранес, и она прыгнула со скалы в пролив. Скал-лагрим бросил ей вслед большой камень и попал ей между лопаток. После этого она больше не выплыла. Этот пролив теперь называют Бракарсунд – “пролив Брак”.
А вечером, когда они вернулись в Борг, Эгиль был вне себя от гнева. Когда Скаллагрим и все люди сели за столы, Эгиль не занял своего места. Он вошёл в дом и подошёл к тому человеку, который был у Скаллагрима надзирателем над работами и казначеем и которого тот очень любил. Эгиль нанёс ему смертельную рану, а затем пошёл и сел на своё место. Скаллагрим не сказал на это ни слова, и всё было спокойно, но отец с сыном больше не разговаривали, ни дружески, ни враждебно».
Вот такие у норманнов были нравы. Понятно, что, даже когда они не воевали, их жизнь трудно было назвать мирной.
Кроме хозяйства, норманны занимались торговлей и военными походами. Они были лучшие воины в Европе, и оружие у них было самое лучшее. С конца VIII века норманнские дружины на длинных ладьях год за годом атаковали прибрежные города и поселения, грабили, жгли и убивали жителей.
Норвежцы и датчане специализировались на грабеже Западной Европы. Разбойничьи походы и сами их участники назывались у них викинг. В 789 году дружина викингов подплыла к английскому городу Дорсету и прикинулась купцами; тамошний правитель вышел к ним и был убит. С этого момента в течение двух веков норманны разоряли Британию и Ирландию. Местные жители по мере сил сопротивлялись. В середине IX века в Ирландии норманнского конунга Торгсиля утопили в озере, а в королевстве Нортумбрия на севере Англии конунга Рагнара Лодброка бросили в яму со змеями. Тем не менее норманны так прижились в этих местах, что обзавелись семьями, хозяйствами и на родину ездили лишь изредка.
Земли нынешних Франции, Голландии, Германии норманны тоже грабили чуть ли не ежегодно. К примеру, в 845 году датский конунг Рёрик (Рюрик) разорил побережье Эльбы и совершил набег на Северную Францию, а другие викинги тогда же сожгли Гамбург.
Париж грабили много раз. В 911 году на него напал конунг Хрольв по прозвищу Пешеход (он был такой длинный, что не мог ездить на лошади – ноги по земле волочились). После нескольких сражений Хрольв согласился креститься. Король Карл Простак выдал за него свою дочь и выделил ему землю по берегам Нижней Сены. Так появилось герцогство Нормандия. Под умелым управлением норманнов оно вскоре стало самой богатой и населённой провинцией Французского королевства. В 1066 году нормандский герцог Вильгельм, прапраправнук Хрольва, завоевал Англию и стал английским королём.
Таким представил летописца Саксона Грамматика художник Луис Мо. Иллюстрация к изданию 1898 года.
Шведы промышляли в основном к востоку от Балтийского моря. Они перебирались сюда целыми семьями; скандинавских предметов здесь найдено множество. Местные финны звали норманнских разбойников руотьси – финское слово со шведским корнем, означавшее «гребцы». Славяне это слово произносили как русь. Позже к руси приклеилось имя варяги (от слова варинг: так назывался норманнский дружинник на службе у какого-нибудь правителя).
Между озёрами Чудским, Ладожским, Ильмень, Онежским и верховьями Волги самая крутая варяжская дружина обложила данью не только местные славянские и финские племена – словен, кривичей, чудь, весь и мерю, – но и остальные разбойничьи шайки. Другой военизированный отряд контролировал среднюю часть пути «из варяг в греки» – торгового маршрута между Балтийским и Чёрным морями. Варяги-русь захватывали славян и финнов и везли их на продажу к хазарам, кочевавшим у Каспийского и Чёрного морей, а также в Восточную Римскую империю – Византию.
За долгие годы бродячей жизни в лесах русы сами стали похожи на хазар. Они делали себе хазарскую причёску – бритая голова с чубом, свисающим на лоб, а их вождь по примеру хазарского царя называл себя каганом. Послы этого шведского кагана побывали в Византии, а оттуда отправились в Германию. Они всюду говорили, что их народ называется рос. «Тщательно расследовав причину их прихода, император узнал, что они из народа свеонов», – записал немецкий монах Пруденций (све-оны – шведы). Пришельцев сочли норманнскими шпионами и отослали назад в Византию.
Около 862 года обитатели Приильменья, сговорившись, отказались платить варягам дань. От «крыши» они вроде бы избавились, но продолжали драться и с варягами, и между собой. Оказалось, вольная жизнь не такая уж весёлая. Устав от постоянной войны, местные славяне, финны и варяги решили пригласить со стороны какого-нибудь авторитетного князя, чтобы он их судил и защищал. Остановились на Рюрике. Тот ли это был Рюрик (Рёрик), который орудовал раньше во Франции, или другой – точно неизвестно. Так или иначе, какой-то Рюрик с варяжской дружиной пришёл в Приильменье и неподалёку от Ладоги построил новый городок. Из этого городка потом вырос Новгород.
«И от тех варягов прозвалась Русская земля, – говорится в летописи. – Новгородцы же – те люди от варяжского рода, а прежде были словене». То есть когда писалась летопись (в XII веке), жители Новгородской земли, занимавшей весь север Европейской России, помнили, что их предки – и местные сло-вене, и пришлые варяги-русь. Сейчас генетики подтвердили, что поморы, обитающие на Белом море, действительно родственны скандинавам.
После смерти Рюрика его родич Олег подчинил и южные славянские племена – полян, вятичей, радимичей, северян, плативших прежде дань хазарам. Так между Балтийским и Чёрным морями появилось Русское государство со столицей в Киеве.
