Текст книги "Живая Зона (СИ)"

Автор книги: Александр Щербачев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

– Профессор, я к вам пришел совсем по другому вопросу: хотел узнать про принесенные мной арты.

– Есть первые результаты, и они удивительны. Над ними работают и здесь, и в институте.

– И каковы эти результаты?

Изумрудный Грави повышает выносливость, дает небольшую защиту от термических ожогов, не радиоактивен. Из отрицательных свойств: значительно снижает свертываемость крови.

Знак Мебиуса – значительно интересней к применению сталкерами: увеличивает защищенность от механических воздействий и радиации, так же дает плюс защиты от поражения электроэнергии. Из отрицательных: ожог и снижает защиту от пси-излучения. Сам арт инертен к воздействию извне.

– Очень интересно, а не пробовали Знак погрузить в воду?

– Вы думаете что это что-то даст?

– Не знаю. С остальным вы вроде уже поработали.

– Попробуем.

– А сейчас я вас оставлю, нужно отдохнуть. А завтра выполнить данное слово, и ещё сходить за ПДА.

– И подумайте над моим предложением.

– Обязательно, слишком оно сладкое.

Выйдя от Шилова, только сейчас заметил, что народу прибавилось, как персонала, так и охраны из Долга. Изменилась и сама система защиты лагеря. Впрочем, и сам лагерь стал больше. Пока искал новое расположение столовой, нашел, где могу спокойно выспаться. На месте столовой была небольшая гостиница, столовой не было, зато появилось кафе мест на двадцать. В самом деле, кто-то вложил сюда не маленькие деньги. Но сейчас меня волновало только хорошо поесть и выспаться.

Ночью прошел большой выброс. Перед пробуждением приснился только один эпизод из показанных кровососом, тот, где Лотта принесла мне крысу, когда мы выбрались из пещеры. Утро отодвинуло всё на задний план. С трудом нашел, где отлёживался Торн, а чтоб поднять его, пришлось приложить немало усилий. Он ночь провел в кафе, употребляя спиртное и рассказывая о Кривом Яре. Так что планы полетели как стая напильников; вышли только после обеда. Только к вечеру добрались до блокпоста под мостом. Заплатил за проход водкой, а больше не чем. Наличных нет, артов то же нет. Пришлось выкатить водку, которую взял на Янтаре в кафе, пользуясь привилегией под запись. Лагерь новичков встретил нас выстрелами – молодёжь гоняла слепышей, пришлось ждать, пока выгонят мутантов из деревни. Оба наставника сидели у костра. Дед встал поздороваться, а Пегас только кивнул головой.

– Дед, принимай пополнение.

– А ты никак переквалифицировался в проводники?

– Не угадал, стал нянькой с сопливчиком. Приходится подбирать новичков и возвращать вам.

– Где ты его взял? И почему ты думаешь, что это мы его потеряли?

– В Кривом Яру его подобрал. А это пускай Пегас расскажет, как потерял подопечного.

– Клён, говорят, ты опять почудил.

– Ну, ничего нельзя сделать, как все об этом узнают.

– Расскажи, как бандитов положил на Затоне. И где это – Кривой Яр?

– Дед, ты чего -то путаешь. Есть у меня точки соприкосновения с бандитами, но на Затоне я никого не успокаивал. А Кривой Яр южнее Юпитера. Только там делать больше нечего, разве собрать остатки травки, которую растили бандиты.

– Как это ты ни кого не убил? Пришел Чибис и рассказал, что ты положил больше полсотни бандитов.

– Нашёл кого слушать! Он ещё рассказал, что и хабар весь оставил при трупах. Только я здесь не причем, а ему по шее дам за клевету. Я ведь белый и пушистый и даже муху не обижу.

– Клён, а ты стал скрытный. Не хочешь поделиться наваром?

– Рад бы, но я гол как сокол, только вот и осталось что оружие и комбез.

– Пузырек хоть выкати.

– Дед, тебе поставлю две беленьких, но в другой раз. Сейчас даже ПДА нет.

Но вспомнил, что в рюкзаке у меня есть кое-что на продажу.

– Проставлюсь, совсем забыл про подарки Сидору.

Вот у меня появилась наличность, так что проставлялся по полной. Шикарную поляну накрыл. Отрывались все, особенно молодёжь на халяву. А я ушел спать. Утром по темноте ушел в пещеру за Затон.

Глава 9. Поворот.

Я сдержал слово, Торн теперь будет обучаться у Деда. Вчера, выкатив поляну, уговорил Деда взять его к себе, так что я был свободен. Единственное, что оставалось на душе, скорбь по Лотте, но я уже начал свыкаться с этой болью. Выйдя на свалку, решил зайти в бар, тем более у меня есть наличка, и кое-какой хабар для бармена. Как хорошо одному, иду, как хочу. Ребятам на блокпосту поставил две бутылки. Вся дорога заняла у меня полтора часа. В баре было мало народу. Это и понятно: кто же с утра пьёт? Сейчас только лечатся, после ночного лечения. Большая часть ушла добывать хабар, часть ещё отсыпается, так что в баре было тихо, пока я там не появился. Здесь уже знали о моих похождениях в Кривом Яру, даже был живой свидетель тех событий. Правда, ночное лечение далось ему нелегко, он уже не видел никого вокруг и откровенно спал. Скинул барахло бармену, как раз хватило бы на комнату и еду на неделю. Но я не собирался здесь торчать неделю, мне надо было пообщаться с Петренко и переждать выброс. Жалко нет моего ПДА, хотелось бы покопаться в ПДА бандитов, наверняка в них есть информация, которая заинтересует не только сталкеров. Сразу из бара уйти не дали, пришлось проставиться, и, конечно же, выпить. Пропустив две по пятьдесят, слинял в комнату. Попробовал просмотреть ПДА, большая часть была запаролена, но два ПДА мне удалось открыть. Один наладонник был Гризли, ничего интересного для себя в нём не нашёл, а вот Долг за эту информацию должен хорошо заплатить – им будет интересно узнать почему и как пропадали квады. Я думаю, что для Долга будет новостью, что у них под боком работает ещё две группы бандитов. Хорошо, не с пустыми руками потревожу Петренко.

– Полковник, получилось в прошлый раз увести братков?

– Отменно получилось. Утром все они ушли. После себя оставили такой бардак, что потом два дня убирали.

– А вы и дворниками подрабатываете? Я думал что вы санитары Зоны… .

– Наша группировка разноплановая. С тобой надо расплатиться, ведь операцию мы провели. Правда не так, как планировали, но это уже наша проблема.

– Я могу вам помочь за скромное вознаграждение.

– Когда это сталкеры брали скромно?

– Тогда покажу. Зови Генерала и готовь погоны подполковника.

– Шустрый какой, генерала ему подавай!

– Я не гордый. Могу и с рядовым инфой поделиться, только у него денег не хватит со мной расплатиться.

– Чего ещё накопал?

– Дай мне цену себе набить.

На ловца и зверь бежит – сам Воронин пожаловал. Теперь Петренко уже молчал; диалог был с генералом.

– А, юный помощник к нам пожаловал. Спасибо за помощь; за то, что увел бандитов за собой, и за информацию по Гризли, только он успел унести ноги.

– Теперь это уже неважно, но оценить заслугу требую.

– Какая заслуга?

– Стал стукачом ВРУ при Генштабе.

Воронин был не просто военный – из спецслужб, он не оценил моей шутки.

– А у нас здесь не врут.

– Ладно, шутки в сторону. Гризли уже не опасен, коготки я ему обрезал, и намордник одел.

– Это как? Неужели убил?

– Именно. Не только его, но и его последышей.

– Это хорошая новость, только пока повышать в звании не за что. Вот если бы ты его живого привел.

– Уж извините, был немного занят, решал свои проблемы. Но одну проблему я для вас решил, за вами закончить – взять тепленькими кое-кого. Надеюсь, оцените, что я поработал как КГБ СССР.

– Кого прикажешь нам брать, новоявленный кэгэбист?

– В гостинице бара сейчас отдыхает одна компания добродушных друзей.

– Какой нам в них интерес?

– Не знаю. Только уверен, вам будет не скучно с ними, судя по информации из ПДА Гризли.

– Это уже интересно. Вечер перестаёт быть томным.

– Никак нет, товарищ генерал. Сейчас только день, до вечера ещё далеко, я к этому времени должен укушаться беленькой.

– Укушаться ещё успеешь.

– Что там ещё интересного есть? – спросил Воронин, показывая на ПДА Гризли.

– Остальное только за скромное вознаграждение.

– Сколько хочешь денег?

– Мы мзду не берем, информация мне нужна.

– Что за информация?

– Да так, пустяки: один НИИ предложил поработать, а я про них даже не слыхивал.

– Будет тебе информация.

– Нет, генерал, информацию меняю на информацию, причем только сейчас. После – это будет кидалово.

– А, белый и пушистый показал зубки. Хорошо.

По закрытой линии военных Воронин сделал запрос, так как информация транслировалась по громкой, то я её слышал. Сделка состоялась. Я отдал ПДА Гризли и кое-что пояснил.

– Генерал, выскажу свои мысли. Если не против.

– Своей хваткой уже всех запугал. Теперь попробуй тебе откажи.

– Брать надо сразу две группы вечером. Одна сегодня только пришла, так что дня два будет здесь. Вторая должна сегодня придти. И потрясите их, возможно, еще чего интересного узнаете.

– Слушай, а ты случаем не куратор из Генштаба?

– Нет, генерал, я дикая животина. Гуляю сам по себе, помогаю кому хочу, если это не противоречит моей морали.

– А может, вступишь в Долг?

– Если только в звании генерала.

– Меня уже подсидели, а я и не заметил.

– И опять вы не правы. Хочу быть вашим замом, чтобы не перетруждаться.

– Я подумаю над твоим желанием, неужели надоело быть «свободным».

– Видно старею. Иногда хочется тупо посидеть в теплом и защищенном кабинете и ничего не делать, а жалование получать. Ведь у генерала оно не слабенькое.

– И это всё?

– Нет, а так же все привилегии. Полетать на совещания и в санатории и за казенный счет на мир посмотреть.

– А учиться не желаешь?

– Нет. Учиться посылай лейки и кэпов, а генерал сам учит. Спасибо за чай с водкой, и за информацию. Итак много информации дал, боюсь не сможете переварить. Так что честь имею откланяться.

– А мы тебя попросим продублировать.

Это были последние слова генерала, которые я расслышал уходя. Мне надо было подумать в тишине: если НИИ военный, значит совковый. Здесь есть и свои плюсы, и свои минусы. Только тишины не получилось. По дороге встретил сталкера – Пашку Струну, которому помог выйти с Кривого Яра. Он из первой группы.

– Клён, пошли пить. За тебя, и за то, что ты сделал.

– Паша, нет желания пить. Да вроде ничего сверхъестественного я не сделал.

Но отнекаться не получилось, пришлось идти с ним в бар. Пить отказался на отрез, но посидеть со сталкерами пришлось. На халяву поел нормальной пищи и узнал новости: Палый со своей группой снова куш сорвали, Федька Синий пропал на Генераторах, на Радаре появилась какая-то тварь. И только после узнал, что бармен ищет помощника. Всё отошло на второй план. На наводящие вопросы кто просто пожимал плечами, а кто говорил, что не знает. Значит, надо потолковать с барменом.

– Бармен, дошли слухи, что ты увольняешь Фиалку.

– А тебе какое дело? Я хозяин, что хочу, то и делаю.

– Ну-ну, хозяин. Смотри, клиентов всех потеряешь.

– Она сама уходит.

– Вот как! Просто взяла и ушла. Наверно надо созывать костяк, и проверить твою деятельность.

– Чего ты ко мне прицепился? Я же сказал, сама уходит.

– Смотри, я могу обидеться. Тогда пойдешь с ножичком против сосыча.

– Ты меня не пугай. Ещё посмотрим, кто из бара вылетит.

– Вот и потолкуем на общем вече. Единственный приятный момент в баре был, и того лишаемся.

– Клён, ты одного из лучших клиентов отсюда выпроводил, соответственно я лишился прибыли.

– Бармен, я никого не выгонял, только братку я сказал, что о его наколках я расскажу долговцам, а так как он вымазан в дерьме по самое не хочу, то ему ничего не оставалось, как отсюда слинять. А теперь могу обрадовать: он стал пищей для собачек.

– Я здесь причем?

– Мне всё равно, только Воронин ищет козла отпущения. А так как ты ходатайствовал ему пропуск, то гнев Долга может упасть на тебя.

– Я же не знал, что он бандит.

– А это ты Долгу будешь объяснять.

– Тебе не поверят.

– Всё, хватит базарить.

Пошел к Фиалке. Постучал, в ответ тишина. Ещё раз постучал, и снова тишина. Тогда обратился через дверь.

– Фиалка, открой, нужно поговорить. Я знаю, что ты здесь, и гостей не ждёшь. Я Клён.

– Подожди минутку.

Не прошло и тридцати секунд, щелкнул замок. Дверь приоткрылась, но дальше пришлось мне дверь открыть самому.

– Заходи. Только не пугайся, у меня беспорядок.

– Фиалка, расскажи что случилось.

– Ты один?

– Да, и хочу с тобой поговорить.

– Когда ты вернулся? Слухи были, что ты погиб.

– Это просто слухи, но некоторым очень бы хотелось, чтоб это было правдой.

– А где пропадал?

– Извини, я хочу это побыстрей забыть. Обо мне поговорим позже, сейчас скажи, что произошло у тебя с барменом.

– Ничего не произошло. Просто я хочу стать сталкером.

– Это очень тяжело. И этому нужно долго учиться.

– А ты возьми к себе, и научи, собака меня примет.

– Вот что красавица, если хочешь чтобы тебя взял с собой, придется всё рассказать.

– Нечего рассказывать.

– Значит, не доверяешь, не веришь мне. Тогда помоги наказать бармена.

При упоминании о бармене, у неё на глазах блеснули слёзы. Прижав к себе, дал выплакаться. Гладя по её волосам, как мог, успокаивал:

– Поплачь девонька, может и полегчает. Знаю, как тебе тяжело здесь. Не всякий мужик выдерживает, но нужно дальше жить. Так что борись за жизнь, а я постараюсь тебе помочь.

– Тогда возьми к себе, научи ходить по Зоне. – всё ещё всхлипывая, и не поднимая головы, ответила она.

Быстро же она меня поймала. Раз сказал, значит, придется выполнять.

– Как я тебя могу взять с собой, если я не знаю, кто ты?

Всхлипы прекратились, и она посмотрела мне в глаза. Вот так ягнёнок превращается в львицу. Похоже хватка у неё жесткая.

– Что тебя интересует? С кем спала, или кому дала?

– Вот что Фиалка, это твоё дело. Вроде пришла в себя, это хорошо. Приведи себя в порядок. Придешь в бар, меня и найдешь, там и поговорим.

– Не хочу я туда идти.

– А вот это я не признаю. У меня всегда сильные вторые номера, тебе ещё доказать это надо, чтобы я поверил, и взялся тебя учить. Я пошел в бар.

– А Лотта где?

Ничего не ответил, только сумрачно на неё глянул и вышел. В баре заказал выпить и закусить на двоих. Занял столик посреди зала. Специально, чтобы все видели. Я понимал, что здесь вряд ли удастся поговорить, но я не собирался там долго находиться. Это была первая её проверка, даже жестокая по отношению к ней. Но я хотел прижать бармена, а заодно показать всем, что она под моей защитой. Что об этом подумают другие, меня не интересовало. Пока ждал, ко мне за столик пытались подсесть, но получили отповедь. Так и продолжал сидеть и ждать. Хотя это ожидание меня раздражало, но собрав волю в кулак, ждал. Когда она появилась в зале, мне даже не надо было оборачиваться, видя реакцию посетителей. Если бы не работающий магнитофон, то в баре можно было бы услышать ползущее насекомое – в баре даже шептаться перестали. Все смотрели на вход. Если решится присесть за мой столик, то я сделаю из неё матерого сталкера. Это были решавшие её положение секунды. И выбор она сделала. Присела за мой столик, лицом к бармену.

– Так что ты хотел узнать обо мне, Клён? Ни с кем из присутствующих в баре я не спала.

– Это меня не интересует. У меня другой вопрос: что произошло между тобой и барменом?

– Зачем это здесь обсуждать?

Хоть мы и говорили тихо, но нас слышали многие, так как тишина воцарилась такая, что наверно были слышны мысли.

– Первое правило – делай, что говорит наставник.

– Он обвинил меня в растрате и обмане сталкеров.

– Это слова, а мне нужны факты.

– По его словам, две недели назад он провел ревизию, и не досчитался трех тысяч, а так же нашёл неучтённый арт хорошей стоимости.

– Дальше.

Фиалка, повысила голос, а лицо залила краска.

– И чтобы замять это дело, предложил отработать телом.

– Теперь разберёмся по арту – где он лежал, и что за арт?

– Лежал в сейфе. Симбион.

– Кто кроме тебя имеет доступ к сейфу?

Название арта странно совпадало с тем, который я дал ей за проставу, а остатки – ей на подарок в первую встречу. Три штуки у меня есть собой, хотел потратить на патроны.

– К этому сейфу доступ имею я, бармен, и ещё один помощник.

– Значит арт положить туда мог любой из вас.

– Да.

– Как часто им пользуетесь?

– Редко. Эта секция для пожертвований.

– То есть – общак клана одиночек.

– Да.

– Где нибудь фиксируется взносы?

– Вроде есть журнал.

– Сиди здесь.

Встал из-за стола и подошел к бармену.

– Бармен, дай-ка журнал взносов в общак.

– Ты кто такой чтобы проверять?

– Я, для вашего сведения, сталкер из группировки Одиночки. И я тоже вношу свою лепту в общак, теперь я спрашиваю отчёт за пользование общаком.

– Там нет новых записей, так как давно никто не делал взносов .

– Я сказал, давай журнал, а читать я и сам умею.

Бармен с безразличием подал журнал. Последняя запись была сделана почти год назад. И я взорвался, схватил через столешницу бармена за грудки и подтянул к себе.

– А теперь слушай, барыга, недостачу покроешь из своего кармана, плюс – возместишь моральный ущерб. А сейчас ты при всех, на коленях, вымаливаешь у неё прощение.

И уже на ушко, так, чтобы никто не слышал:

– Этот арт я ей дал четыре месяца назад. И по поводу прощения – если простит, будешь жить, а если нет – вот этими руками я тебя придавлю, и скажу, что так и было. Ты меня понял? Потом будет ещё разговор.

Кто-то из зала высказался, а в тишине получилось громко, так что это высказывание услышали все.

– Ты самый борзый? Кто тебе позволил бить бармена?

Я этого терпеть не стал. Ответил:

– Что за тряпка там шлепает? Или хотите помочь барыге возмещать издержки?

– Какие издержки, она истратила деньги из общака.

– Хоть кто-нибудь из вас в этот журнал заглядывал? А по закону клана, вы имеете на это право. Или забыли, что бармен отвечает за наполнение, а вы должны вносить взносы, плюс к этому – небольшой процент отчисляет хозяин бара от полученных доходов.

– Причем здесь общак? Против неё выдвинуто обвинение, что она украла арт у сталкера.

– Про арт – кого она украла? У тебя, или ты поймал на месте преступления? Только вот она допустила оплошность: не внесла этот арт в журнал. А общак – это страховка для каждого из вас.

– А где она его взяла? В ходки не ходит, значит украла.

– Я ей его дал четыре месяца назад, именно его, когда был здесь в последний раз перед продолжительной ходкой. Или ты уже готов кинуть и мне предъяву в обмане?

– А откуда мы знаем, что это ты ей дал арт.

– Похоже, здесь одни тряпки с яйцами. Мужиков не видно.

– Клён, ты потише на поворотах.

– Я и так медленно двигаюсь. Бармен вам сказки наплел, а под шумок хотел грязные руки пустить. А ведь она одна из нас, тоже в Зоне. Чем дальше от создания клана, тем меньше Мужиков остаётся, которые ещё помнят значение слова «Мужик». Зато сколько тряпок, и все здесь собрались! Я всё больше подумываю, чтобы взять её к себе. Вы не заслуживаете, чтобы она здесь вам улыбалась.

Больше никто не вякнул. В принципе и возразить стало нечего.

– Бармен, а ты чего уши развесил, решил спустить всё на тормозах? Я своих слов на ветер не бросаю.

– Я уже извинился.

– Не видел, чтобы ты извинялся.

– Она меня уже простила.

– Зато я нет.

– Клён, извини, я ошибся, устраню свой недочет.

– А мне по барабану твои извинения, компенсацию запрошу солидную.

– Не наглей, Клён.

– А что будет? Сейчас подберешь ей костюмчик хороший, а так же снарядишь для долгой ходки, не забудь оружие со снаряжёнными обоймами на её выбор.

– Но это дорого получится.

– А унижать и домогаться это дорогое удовольствие.

– Ещё какие к ней претензии есть? У всех спрашиваю.

Но бар уже на половину опустел. У оставшихся вопросов и претензий не было. Меня это устраивало, в дальнейшем даже смотреть и слушать не буду. Пока шла разборка, освободился столик в углу. Вот туда и перебрались вместе с Фиалкой. Разговаривать здесь не стал и ей не дал. Кушать надо молча, так лучше пища усваивается, и не подавишься, хотя после разборок есть не хотелось, так что больше выпил, чем съел.

– Клён, а зачем ты меня так выставил?

– Ты о чём? Раз уже поела, пойдём, погуляем.

– Не хочу я гулять.

– А что ты хочешь, золотая рыбка?

– Поговорить, без лишних ушей и вообще уйти отсюда.

– Так я предложил пойти погулять.

– Ты дурак? Или прикидываешься?

– И то и другое, хищница.

– А ты изменился.

– Скороспелый вывод. Я всегда такой.

– Не замечала раньше этого за тобой.

– Не смешно и глупо. Мы знакомы дай бог дня три, а ты уже сделала выводы. Может, ты мне расскажешь какой я?

– Раньше, ты был….

Но договорить я ей не дал.

– Когда раньше? В первый раз увидели друг друга чуть больше трёх месяцев назад, а это наша вторая встреча. И что ты смогла обо мне узнать такого, чего не знаю я сам?

– Ты не был таким жестоким, сейчас как игла под ногтем.

– Тогда не было повода себя показать с «лучшей» стороны.

– А сейчас хочешь сказать, ты себя показал?

– Нет, я только намекнул, хватит впустую тереть. Раз погулять не хочешь, тогда разбежались по комнатам, завтра утром выходим. Я пошел спать, а то меня вырубит.

Я ушел к себе в комнату. Пытался уснуть, не получилось. Пожалуй, только Лотта меня понимала и хоть что-то обо мне знала. И зачем я во всё это влез! Сделал бы вид, что ничего не знаю. И остался бы хорошим для всех, кроме неё. А так получается как в детском мультике – правильно сказала старуха Шипокляк: « Кто людям помогает, тот время тратит зря. Хорошими делами прославиться нельзя». Только в Зоне слава сильно мешает. Независимо от того, какая она, хорошая или плохая. Лучше быть как ежик в тумане, или серостью, на которую не обращают внимания. Стук в дверь не дал расслабиться, но я не спешил открывать дверь. Если это Фиалка, то скажет утром, если кто-то другой, может, уйдет. Но в дверь стучались и стучались, пришлось вставать и открыть. Это была Фиалка.

– Чего случилось?

–Заметил, что она в новом комбезе.

– Клён.

– Слухаю внимательно.

– Можно войти?

Глава 10. Фиалка, или снова наставник.

– Входи.

Отодвинулся в сторону, давая ей войти.

– Присаживайся где понравится.

– Скажи, только честно, зачем нужен был этот спектакль?

– Тебе не понравилось моё представление?

– Зачем ты вытащил меня в бар? Ведь эту разборку можно было провести тихо, без привлечения посторонних зрителей.

– А ты знаешь, что такое само пиар, или ты думаешь, что я буду обсуждать серьёзную тему здесь?

– Но ведь здесь нет прослушки.

– Запомни, у стен есть уши, а я не собираюсь посвящать кого-либо в свои дела.

Но договорить мне не дали. Стук в двери прервал наш диалог, впрочем, я не собирался здесь разговаривать. Вестовой от генерала сказал, чтобы немедленно явился в штаб, так что придется идти к Воронину. Прежде чем уйти, обратился к Фиалке:

– Красавица, если хочешь чтобы я тебя взял с собой, надо решить очень важные вопросы. Но решать будем не здесь, выходить на люди всё равно придется. Я прятаться не буду. Сейчас закроешь дверь, ключ оставь у себя. Освобожусь, заберу.

– Я тебя здесь подожду.

– Хорошо.

Генерал встретил не очень приветливо.

– Присаживайся.

– Я не устал. Давай ближе к делу.

– Хорошо, Забудь ту информацию.

– Какую? Генерал, говори конкретней, у меня много информации. И причем здесь я?

– Ту, что дали тебе по НИИ.

– Генерал, они сами предложили на них поработать.

– И ты согласился?

– Пока ещё нет. Слишком много вопросов и непоняток.

– Тогда подпиши бумагу о неразглашении секретной информации.

– Генерал, подписывать ничего не буду. Крестик вас не устроит? Позывной, я так понимаю, тоже. Прошлым именем подписываться не буду, это даст слишком много информации обо мне, а это для меня опаснее, чем разглашение тайны НИИ.

– Что за тобой такого водится, что ты боишься поставить подпись?

– А это уже не ваше дело. Информацию о НИИ разглашать не буду ради тех, с кем хожу. Это могу обещать, правда, только на словах.

– Ты не понял. Тебе запрещается общаться с кем либо.

– Теперь понял: мне надо застрелиться. Только не дождётесь, слишком много тайн хранит Зона.

– Ты идешь против государства.

– Смешно, я уже давно иду против государства, как только пересёк периметр. И даже больше, против всего человечества. Но я сюда пришел потому, что здесь я могу сам себя защитить и нахожусь подальше от политики. Но и здесь государство хочет навести монополию, только вот у него не получается. И не получится. Слишком много интересов здесь пересекается.

– Мы прикроем эти интересы.

– Генерал, ничего вы не сделаете. Вы – фактор присутствия определенных кругов, и не больше. А знаете почему?

– И почему же? Хочу послушать информированного эксперта.

– А здесь не надо быть экспертом. Просто вам не дадут сделать больше. Долг – это оружие для борьбы с последствиями, а не с причинами, а к причинам вас близко не подпустят. Поэтому я никогда не вступлю в Долг. Свобода, кстати, тоже оружие для борьбы с последствиями. Реальная сила здесь только Зона. Не расстраивайтесь, генерал, вы со Свободой не одни такие; есть ещё Монолит, Наемники и даже бандиты. Однако есть маленький фактор, который не вписывается в эту картину – одиночки, и только малая толика из них. А подготовленных сил, чтобы взять это под контроль, нет, и не предвидится.

– И откуда такая информация?

– Зря смеётесь генерал. Если вы умный, то большую часть разговора вы опустите, а если всё отправите, вас уберут. Не знаю только как, вывезут и где-нибудь закроют, или здесь похоронят.

– Ещё что можешь сказать?

– А зачем, вы не глупый человек, и так прекрасно всё понимаете. Одиночек устраивает такой баланс сил. Насчет НИИ – я пока собираю информацию: не играю в чужие игры втемную. Конечно им выгоднее и проще так, но я не хочу быть презервативом, которым попользуются и выбросят. Если нет другой темы, я ухожу.

– Не хочешь поучаствовать в охоте на бандитов?

– Нет.

– Испугался что засветишься?

– Генерал, не ловите на слабо, я не мальчик и понимаю чего вы хотите добиться. Я и так уже засвечен – бандиты назначили награду за меня, так что до свидания.

Выйдя от Воронина, присел у первого костерка. Этот НИИ – не то, за что себя выдает, слишком много секретности вокруг него. Хотя оно военное, но явно кроме военных, там замешан еще кто-то, и этот кто-то с большим кошельком. Я им нужен для какой-то большой игры. Только для какой? Это большой вопрос, и вряд ли мне на него ответят. Допускаю, что они обо мне что-то знают. Но до конца не уверены, поэтому им нужна подпись, чтобы ещё раз проверить мою личность. В пустую гадать, что и зачем, слишком мало информации. Но воспользоваться предложением стоит – пока только потаскать арты, и кроме денег, получать ещё информацию. Это тоже стоит денег, и немалых денег. Пока соглашаться на работу не буду, нужно собрать информацию и хорошо заработать. Отложив принятие решения по НИИ, я вернулся в бар. Народу в баре было много, все места за столиками заняты. Пришлось заказывать на двоих и ждать заказ, так как бармен был обижен на меня, и не понесет заказ в комнату. На плечо кто-то положил руку. Не оборачиваясь, сказал:

– Руку убери.

– А если не уберу? Клён, любишь пользованным товаром заниматься.

– Руку убери, а то ненароком сломаю.

Руку так и не убрали, а раз по – хорошему не понимают, значит надо объяснить по – плохому. Схватив большой палец владельца руки, стал поворачиваться сам и автоматом выворачивать руку неизвестному. Уронив его на спину, спросил:

–Чего хотел?

– Я хотел с тобой выпить.

– А я не хочу сейчас пить. И вообще, кто ты такой, непонятливый?

– Клён, ты же меня вывел из Кривого Яра.

– Я многих оттуда вывел. Так что там за пользованный товар?

– Здесь все говорят, что Фиалка сначала с барменом переспала, а потом он её уступил Гризли.

– Давай рассказывай, что ещё говорят?

– А после Гризли к ней подкатывал Барон, теперь ты. Хотел попросить тебя оставить её мне, когда в ходку пойдешь. Обещаю, я её буду кормить.

Отпустив его руку, я выпрямился и сказал так, чтобы все услышали:

– Ещё раз услышу в отношении Фиалки клевету, так и знайте, канделябры, жить вам осталось не долго. Усвойте, она мой второй номер, кто будет распускать о ней слухи, того самого сделаю «цветочком» общего пользования. И впредь, это не ваше собачье дело, кто с кем спит.

– А почему канделябры?

– Тогда подсвечники. Вы что, всё видели? Или свечку держали?

– Бармен уже знает, как к ней лезть, похоже, желания у него больше нет. Или я ошибаюсь бармен? Надеюсь, все поняли.

Желающих поговорить на эту тему больше не нашлось. Забрав свой заказ, пошел в комнату. Стучаться не стал, бесполезно, поэтому сказал:

– Фиалка, это Клён, открывай.

Дверь открыла Фиалка.

– Сильно доставали? – спросил я.

– Нет, никто не стучал.

– Ладно, давай поедим. А дальше придумаем, чем заняться перед сном.

– А чего думать? Выбора у меня нет. Пойдём гулять, только подальше.

– Подальше не получится, не забывай, уже вечер.

Поели молча. Так же молча, ушли за северную заставу Долга.

– Что-то случилось? После посещения Долга ты напряжен.

– В это не лезь, сам разберусь. А вот про бар расскажу.

Почти всё ей рассказал, что произошло в баре. Опустил только подробности, высказанные озабоченным претендентом.

– Теперь твоя очередь рассказывать.

– А чего рассказывать?

– Если нечего, оставайся в баре.

– Но я не знаю, с чего начать.

– Начни с причин, что тебя в Зону привели.

– Полгода назад здесь пропал мой жених, ещё раньше так же пропал мой дядя.

– Быстрее всего погибли.

– То же самое мне говорили дома.

– Зачем ты сюда полезла, думала, что здесь гарем, восточная сказка?

– Я не знала, что здесь всё так плохо.

– Для кого плохо?

– Для нормальных людей.

– Так здесь нет нормальных обывателей, здесь нормальные мужики.

– Их не так много здесь.

– Ошибаешься. В большинстве своем нормальные мужики, по разным причинам здесь оказавшиеся.

– А чего они так себя ведут?

– Как? Если ты считаешь ненормальным поведение по отношению к себе, тогда ты жизни не знаешь. Желание залезть к тебе под юбку, ты сама спровоцировала, а их поведение нормально. Мужики ещё не совсем больные, раз так реагируют на женщин. Учти, многие из них несколько лет были здесь без женщин, и это откладывает свой отпечаток. Да почти все могут тебе пообещать жениться, но никогда не женятся, потому что у большинства есть жены или подруги.

– Мне только надо найти жениха.

– Слушай внимательно. Даже если он жив, ты не сможешь уйти отсюда, Зона тебя не отпустит, если вообще оставит тебе жизнь.

– Мне только найти жениха.

– Зачем он тебе нужен. Нашла бы там себе другого, или просто тихо ждала бы его до старости.

– Так я пришла сюда, чтобы отдать ему обручальное кольцо.

– Мне много раз говорили, что я дурак, но я пытаюсь думать, ты даже не думала.

– Помоги мне его найти, я верну ему кольцо.

– Кто он такой, и какой у него позывной?

– Позывной его я не знаю, зовут его Павел. Я его сразу узнаю.

– Вроде здесь не первый день, но говоришь полную ерунду. Под твоё описание подходит половина сталкеров. У тебя хоть фотография его есть?

– Нет.

– Тогда это бесполезно.

– Но его кто-то должен знать.

– Возможно, его знают только по позывному, а позывного ты не знаешь. С кем он ходил, ты тоже не знаешь. Ты в баре четыре месяца работала, там постоянно народ есть, они наверное, тоже самое говорили. И мой тебе совет – уходи из Зоны.