Текст книги "Академия демиургов"

Автор книги: Александр Абердин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Рядом с верандой находился большой, красивый пруд с крошечными живописными, каменными островками, в которых резвилось и, отважно ныряя в воду, охотилось на ванскую сельдь пять белоснежных, длинношерстных кошек с разноцветными глазами и громадный котяра, папаша множества котят, раздариваемых всем Митяем и Таней. Мурзик чувствовал себя на вилле хозяином и падишахом. Свирепый, словно турецкий янычар, по отношению ко всем соседним котам, к людям этот великан кошачьего племени, вес которого превышал двадцать килограмм, не просто благоволил, людей он очень любил и был с ними до безобразия ласковым. Больше всего он любил сидеть у кого-либо на коленях, но только не во время завтрака. Поутру кота тянул к пруду и особенно к рыбе, которую он любил до невозможности, хотя потом, в течении всего остального дня, трескал всё, что дадут и был не прочь полакомиться ещё и виноградом. Хотя все и наблюдали за кошками, плескающимися в воде, разговор за столом шел вовсе не о них. Митяй так до сих пор и не придумал, с какого бока лучше всего подойти к главной проблеме Матери Таларии, возрождению её животного и растительного мира. Засевать же эту планету земными растениями и везти туда в виде эмбрионов земную фауну, не имело особого смысла. Сигурд, покончивший с завтраком раньше других, лакомясь виноградом дамский пальчик, виноградины которого были размером с хороший нежинский огурец, со вздохом сказал:

– Вам тут хорошо, ребята, а вот у нас на Таларии животных можно увидеть только в музеях, в виде чучел или заспиртованных в огромных банках. От этих слов Митяй чуть не поперхнулся и воскликнул:

– Сигурд, так у вас что, есть музеи? Учёный обиделся и едко огрызнулся:

– Митяй, ты нас что, хочешь ниже плинтуса опустить? К твоему сведению, на Таларии таких музеев понатыкано чуть ли не на каждом шагу, а про заспиртованность я просто так брякнул. На самом деле все животные, которые мешали нашим дебильным предкам в эпоху реконструкции мира, находятся в среде криптона и охлаждены до минус пятидесяти градусов, а потому выглядят, словно живые. Между прочим, у нас и археологических музеев на планете великое множество. Каждая кость, которая лежала в грунте, каждая окаменелость приведены в надлежащий вид и либо хранятся на полках в запасниках, либо выставлены на витринах для всеобщего обозрения. Мы же не дикари. Митяй радостно улыбнулся и сказал, отдуваясь:

– Уф, прямо камень с души упал. Ребята, если у вас есть музеи, а в них экспонаты древних времён, включая окаменелости, то вы сможете легко всё остановить.

– Но как, Митяй? – Возмущённо завопил Сигурд – У нас ведь совсем не осталось нормальных животных и мы не можем воспользоваться даже теми крохами генных материалов, чтобы вернуть им нормальный облик.

Все остальные талары закивали головами и тоже загалдели, соглашаясь с ним и выражая недоумение словами Митяя. Ну, а он усмехнулся и принялся им объяснять:

– Ребята, вы ведлы и для вас нет ничего невозможного. Мне ситуация на Таларии представлялась куда хуже, чем она есть на самом деле. Извините, но я считал таларов вообще кончеными придурками, которые перевели все научные данные об истории своего мира в цифровую форму и сейчас сидят у разбитого корыта, как старик со старухой из сказки Пушкина.

– Не знаю, какую сказку ты имеешь ввиду, Митя, – со вздохом сказал Нил, – но так оно и есть. Митяй отрицательно помотал головой и возразил:

– Нет, всё не так печально, Нилушка. Ты ведь можешь с лёгкостью извлечь полный набор генных материалов даже из окаменелого моллюска и создать на их базе яйцеклетку, тебе будет достаточно просто трансформировать для этого яйцеклетку любой таларины, затем тебе будет достаточно взять вторую точно такую же окаменелость и из неё создать сперматозоид. После этого тебе будет достаточно всего лишь оплодотворить получившуюся икринку и поместить её в инкубатор. Ну, а через положенный природой срок ты получишь крохотного живого моллюска, которому будет нужна для роста одна только питательная среда. То же самое можно проделать и с высшими животными, а также с растениями. Весь этот виноград, между прочим, был выращен из косточек и должен был очень быстро выродиться, но благодаря ведловству княгини Оленьки этого не произошло. Сигурд пристально посмотрел на Надежду и сказал:

– А ведь и правда, ребята. Мы же умеем создавать в биореакторах синтетических таларин, так что нам мешает взять и вырастить двух синтетических, допустим, элвонов, огромного самца и самку, после чего они станут воспитывать десяток малышей, выращенных и рожденных искусственно? О поведении древних элвонов в дикой природе, способах их охоты и даже повадках у нас написаны десятки монографий, так что с написанием программы поведения их родителей не возникнет никакого особого труда и так буквально по каждому виду флоры и фауны Матери Таларии. Митяй кивнул и подтвердил:

– Ты молодец, Сигурд, что сначала упомянул флору, а затем фауну и привязал к ним Мать Таларию. После возвращения домой, вам нужно будет каким-то образом откупить у правительства планеты достаточно большой остров. Он должен быть не меньше нашего Мадагаскара, а желательно даже побольше, отселить с него всех таларов и начать работы по его возрождению. В первую очередь вам нужно будет загнать все покинутые людьми города и дороги в тело острова, после чего вы сразу же приступите к превращению всей той зелёной нечисти, которой покрыт остров, в гумус. Его вам нужно будет сразу же заскирдовать в нескольких больших впадинах острова. Третьим этапом станет формирование ландшафта. Это самая лёгкая часть работы. Вы уже знаете, как при наличии всего пяти больших ведловских, тектонических линз всего семеро ведлов могут поднять из каменной тверди за каких-то три дня вполне приличную гору. Вообще-то вам нужно будет сначала поведловать над островом и узнать, чего хочет Мать Талария, а уже потом делать так, как она велит. Эрик тут же возбуждённо воскликнул:

– Всё правильно! Желание покупателя закон для продавца. Нечего подсовывать Матери Таларии всяческую ерунду под видом первоклассного товара. Тем более, что мы имеем и старинные карты, и древние видеофильмы, а потому можем сделать остров Раньярдир именно таким, каким он был даже не тысячу, а все двадцать пять тысяч лет назад, когда на него перебрались с Калтанара первые талары. Думаю, что Мать Талария будет в восторге от этого. Тем более, что параллельно сотни таларов будут становиться ведлами и включаться в эту работу, а через какое-то время, думаю, что через пару лет максимум, на Реньярдир вернутся все остальные талары и они уже не будут жить в бетонных клетках в жуткой тесноте, изрыгая из себя потоки чёрной брани, отравляющей всё вокруг. Все они тоже станут ведлами. Донат задумчиво проговорил:

– Остаётся только придумать, где взять столько денег и как откупить у правительства огромный остров, на вершинах гор которого лежали величественные ледники, делавшие его климат чуть ли не райским. Сейчас там мучается от жары почти триста миллионов таларов и деваться им некуда.

Ведл Владимир, по прежнему остававшийся его помощником на крейсере «Нуазар», с мягкой улыбкой спросил:

– Дон, а ты не думаешь о том, что если Сигурд вложит в руки президента Орн-Дивета подробный, детально проработанный план возрождения Таларии, то правительство само согласится заплатить за это огромные деньги? Такие планетоустроительные работы стоят бешеных денег, но не они меня сейчас волнуют, деньгами ведь посреди пустыни сыт не будешь, а другое, как нам сделать так, чтобы нас не сочли опасными. Митяй был вынужден с тяжким вздохом согласиться с ним:

– Да, Вовчик, это самая сложная часть работы, но я верю, что как раз именно ты с ней справишься. У тебя есть дар убеждать ведлов в своей правоте, а не то что таларов. Кстати, о ледниках, жаре и воде. Извините, ребята, но мне всё как-то за пьянкой было недосуг хоть краем глаза взглянуть на вашу Таларию. Как обстоят у вас дела с водой? Она, наверное, в большом дефиците? Ему ответил Леонард:

– Митяй, с водой у нас всё в полном порядке, если говорить о количестве. Уровень мирового океана предельно высок. Тут дело обстоит в другом, она стала непригодна даже для жизни морских животных и рыбы. В ней, по-моему, ничего кроме этих вонючих сине-зелёных водорослей и медуз уже и не осталось.

– Ничего, Лео, семь ведлов с очень большими ведловскими хрустальными линзами запросто смогут очистить воду всего мирового океана от всяческих нечистот и химической грязи за какой-то месяц, правда, это вызовет течения колоссальной силы и я так думаю, что начинать вам придётся всё-таки с вод мирового океана, а не с острова Раньярдир и вот тут вам без вашей могучей техники будет не обойтись. Вам понадобятся либо сотни гигантских барж, чтобы собирать в них всю дрянь, либо… Митяя громко перебила Надежда:

– Мы сможем вполне обойтись и без барж, учитель. Нам нужно будет просто расположиться вдоль экватора в больших лагунах, находящихся на вершинах подводных гор, и ведловать там таким образом, чтобы Мать Талария всасывала в себя рассол через эти горы и таким образом превращала его в новые минералы. Всё, что сброшено таларами в её океаны, когда-то было полезными ископаемыми, которым они так и не смогли найти достойное применение, но меня волнует другое, учитель. Каким бы мощным не был поток воды, он не сможет поднять токсичные отходы со дна самых глубоких впадин. Поэтому я полагаю, что начинать всё же нужно не с океанов Матери Таларии, а с обучения тысяч искин ведловству. Мы намного крепче таларов физически, а теперь, когда я стала ведлой, то даже и не знаю, что может быть для меня действительно смертельно опасным. Поэтому мы сможем опускаться в колоколах чуть ли не на дно этих впадин и ведловать непосредственно там, но для этого нам потребуется огромное количество ведловских хрустальных линз для работы с водой и особенно говорящих камней. Боюсь, что талары уже настолько истощили недра своей Матери, что она не сможет им их дать. Ну, разве что какое-то количество говорящих камней мы сможем взять в геологических музеях.

– Не волнуйся, Надюша. – С ласковой улыбкой успокоил искину Митяй – Назад вы полетите не на крохотном крейсерке, а на большом и очень прочном космическом транспортнике. Мать Земля уже родила для своей родной сестры огромное количество ведловских говорящих камней и вы сможете сделать ведлами несколько десятков миллионов таларов. Ну, а потом, когда вы очистите воды своего мирового океана и вернёте всю ядовитую гадость в недра Матери Таларии, где та будет связана и превращена во вполне безопасные минералы, она снова сможет порождать на свет говорящие камни для своих юных ведлов.

Глава 7
Возвращение «Нуазара»

Для строительства нового космического крейсера «Нуазар» в Нефтегорск первым дело пришлось построить новый сборочный цех, но с этим делом не возникло никаких проблем. Ведлы Дмитрограда просто взяли и разобрали пять старых зданий и из них собрали новое длиной в семьсот пятьдесят метров и шириной в шестьсот с арочным потолком высотой в двести метров. Правда, сам новый крейсер было решено построить не таким огромным, всего пятьсот двадцать пять метров в длину, триста в ширину с высотой корпуса в семьдесят пять метров. Как и прежний «Нуазар», уже не просто разобранный на части, а превращённый в слитки металла, он имел точно такую же эллиптическую форму, но существенно отличался от него конструкционно. Группа ведлов-конструкторов под руководством Стаса и Игната, самым основательным образом всё переосмыслила. Когда они показали Донату, его двум помощникам и остальным таларам модель нового крейсера длиной в пятьдесят два с половиной метра и рассказали о том, что будет представлять из себя новый «Нуазар», тот нервно рассмеялся и громко воскликнул:

– И талары после этого ещё смеют говорить, что они самые лучшие космические корабелы? Нет, ребята, это не так. – И тут же задал вопрос – Стас, как тебе удалось обуздать такое зловредное устройство, как генератор антигравитации. Тот рассмеялся и ответил:

– Легко, Донатушка. Я просто малость поведловал и изготовил для него новые говорящие камни, но ты не волнуйся, они не индивидуального пользования. Ими сможет управлять любой мало-мальски грамотный ведл. Это не сложнее, чем ездить на детском велосипеде. Ну, что, Дон, принимаешь наше предложение?

– А то! – Воскликнул Донат – Да, я в жизни не видел ещё космического корабля столь совершенной конструкции. Ведабу! Стас ответил талару широко улыбаясь:

– Обязательно научу, Донат. Мы же будем строить его вместе с вами, но сначала изготовим для «Нуазара» тридцать шесть антигравитационных линз и установим их на опорах. Знаешь, мне до жути понравилось с ними работать. Хотя больших я пока что не изготавливал, даже маленькие здорово облегчают работу. Особенно с расплавленным металлом. Думаю, что на Таларии они вам тоже пригодятся не раз и не два.

Через неделю в большом сборочном корпусе собралось почти пять тысяч ведлов. Все они заняли свои места на эстакадах и процесс начался с того, что с помощью тепловых пушек был расплавлен почти весь металл «Нуазара и из него прямо в воздухе была отформована сложная, выгнутая конструкция похожая на снежинку, которая уже через двенадцать часов опустилась на все тридцать шесть антигравитационных линз и образовала с ними единое целое. Все вместе взятые, антигравитационные линзы обладали просто чудовищной подъёмной силой и могли вывести на орбиту груз массой в пятнадцать миллионов тонн. Такой точно никогда не поместится в трюмы «Нуазара». Ну, а после этого ведлы принялись плавить и отливать прямо в воздухе, по месту, из прочнейшего бериллиево-титано-серебрянного сплава, легированного кобальтом, молибденом и хромом, нижнюю, плавно выгнутую часть корпуса будущего космического корабля, оставляя в нём отверстия для люков и шлюзов. На заключительном этапе несущий корпус должны были покрыть высокопрочной, термостойкой фуллереновой защитой. Ведлование шло быстро, не прерываясь ни на одну минуту. Одни ведлы-мастера сменяли других и потому космический корабль буквально на глазах принимал тот облик, который был предусмотрен его конструкторами. Все семеро таларов принимали в этой работе самое непосредственное участие, ведь это было продолжение их ведловских практических занятий и зачастую именно они выполняли самые сложные операции, поскольку лучше землян знали космическую технику.

Через две с половиной недели главный пилот «Нуазара», искина с русским именем Надежда, села в пилотское кресло и плавно вывела огромный космический корабль построенный в немыслимо короткие сроки невероятно малым числом рабочих рук из сборочного корпуса. Собственно говоря «Нуазар» был даже не построен, а выращен из самых различных материалов и сразу после этого вместе со всеми его родителями стартовал и совершил свой первый космический полёт будучи полностью невидимым даже для Большого Парскана. Полёт этот продлился недолго, всего каких-то шесть часов и «Нуазар» даже не приземлился, а опустился вниз и завис на антигравах неподалёку от Дмитрограда и тут же началась погрузка. Стояночные антигравы работали даже в отсутствии ведла-пилота, а потому талары вернулись на свои виллы. Наступила последняя неделя их пребывания на Земле, после чего им предстояло лететь на Таларию с очень важной и ответственной миссией, спасти свою планету от разрушения и гибели. Все они прекрасно осознавали, что именно это ждёт их мир, если они не одумаются. Произойдёт взрыв или нет, это ещё не факт, но если Мать Талария погибнет, то немедленно начнут извергаться все вулканы и тогда таларам придётся срочно сваливать с планеты, вот только далеко не все смогут её покинуть. Да, именно такой была плата за жестокость по отношению детей по отношению к своей матери. Никто из семерых ведлов-таларов не хотел этого допустить, да, и не мог, поскольку все они были уже не простыми таларами, каким всё может быть по фигу, а ведлами.

Всю последнюю неделю они прощались со своими учителями и друзьями и это прощание давалось им нелегко. В первую очередь потому, что они разлучались с ними надолго, как минимум лет на триста, если не больше. В общем всё зависело от Митяя. Когда он решит, что ведлы состоялись, как нация, и могут на равных, ничего не боясь общаться с другими цивилизациями, тогда они и смогут прилететь на ту планету, которая полностью их переродила, сделав ведлами. Все семеро и раньше были нормальными, здравомыслящими и вполне адекватными таларами, став же ведлами, они так и остались сами собой и не сделались ни лучше, ни хуже. Правда, при этом они стали всё-таки ведлами, а потому принадлежность к древним силам всё же наложила на них свой отпечаток и это в первую очередь выражалось в том, что они не могли причинить кому-то вред, как ведлы. Впрочем, они могли это сделать, как простые талары, взяв в руки лучевик или плазмомёт, но в том-то всё и дело, что никто из них не делал этого раньше, хотя каждому из них пришлось в своей жизни помотаться по огромному району галактики, а потому иной раз сталкивались и с опасностями. Теперь же, когда они получили от Митяя последний дар – дар телепатии, их жизнь сделалась ещё сложнее, ведь они могли читать мысли других таларов и кое-кого это наводило на грустные раздумья о их ближайшем будущем.

Прошла последняя неделя и настал день расставания. Хотя искины и не плачут, Надя была вся в слезах. Так ей не хотелось расставаться со своими новыми друзьями. Обняв на прощание Митяя и, наконец, поцеловав его, она последней поднялась на борт «Нуазара», корабельный пневмотранс доставил её в пилотскую рубку и она села в удобное, мягкое кресло тёмно-красной кожи. Ведловские космические технологии позволяли иметь на борту космического корабля и не такую роскошь. Талары улетали не одни. Ещё тогда, когда они путешествовали по планете, было принято решение, что они возьмут с собой самых выдающихся представителей мегафауны Земли: гигантов-индрикотериев, речных коров, а также гигантских нелетающих птиц и вместе с ними большое количество саженцев земных растений, включая ускорителей их роста – микрогрибы-митяйчики. Однако, и это не всё. На Таларию решило перебраться с Земли четыре сотни молодых пар гигантопитеков. К этому времени их мозг стал куда более развитым, чем прежде и хотя им не было дано ведловать, по своему уму они мало чем отличались от обычных таларов-работяг, правда, они прекрасно знали о том, что рядом с ними нет места никаким болезням и потому хорошо осознавали свою ответственность перед Матерью Землёй и её родной сестрой. Зато было кому присматривать за животными. Ну, а все остальные отсеки трюма, кроме главного, зоологического, были заполнены говорящими камнями размером от апельсина и до глыб весом в триста тонн, а также гигантскими линзами, шарами, пирамидами и различной формы призмами, тяжелым ведловским инструментом, оборудованием и машинами. Надя села в пилотское кресло, взглянула на своего командира, тот кивнул ей головой и, посмотрев на Ликурга, огромного молодого гиганта с красновато-золотой, длинной шерстью, пахнущей цветами, спросила:

– Ну, что, Лики, отважишься нажать на синюю кнопку? Гигантопитек пожал плечами и ответил:

– Да, запросто. На эту, что ли?

Ликург, сидевший в огромном кресле слева, протянул огромную ручищу и нажал на кнопку старта. «Нуазар» стартовал с Земли в автоматическом режиме и уже через сорок секунд был на высокой орбите, а поскольку ничто не мешало ему немедленно стартовать, ведь та была пуста, то бортовой компьютер так и сделал не мешкая ни секунды. Ещё через семь минут космический грузовик вышел в гиперпространство и теперь в ближайшие четверо суток в пилотской рубке делать было просто нечего и все её покинули. Ликург, которого пригласили в рубку специально, отправился к сородичам, он был своего рода их предводителем, на, а шестеро таларов и одна искина, в голове которой уже почти ничего не осталось от прежних поведенческих программ, а точнее не осталось, вошли в большую, роскошную кают-компанию, чтобы поговорить о том, что им теперь делать. Сигурд хотел было выступить с какой-то программной речью, но его опередил Володя, который несколько мрачноватым голосом сказал:

– Ребята, прежде чем мы начнём о чём-либо говорить, выслушайте меня. Я должен вам кое в чём признаться и рассказать о том, как я вижу наше будущее. В общем я не совсем обычный звёздный капитан. Извини, Дон, но чуть ли не со времён своей курсантской молодости я сотрудник планетарной службы безопасности. Между прочим, звёздный командор не смотря на то, что служу всего двадцать семь лет.

Владимир замолчал и все как-то нервно заёрзали в своих креслах. ПСБ и пээсбэшников на Таларии не слишком-то жаловали, а потому им всем действительно было о чём задуматься. По-русски это называлось – пригрел гадюку за пазухой. Первым на это с улыбкой отреагировал Эрик, который спросил:

– Ну, и что ты хочешь нам предложить, рыцарь плаща и кинжала? Да, вот ещё что, Влад, если тебе не трудно, будь добр, объясни нам всем, почему Митяй сказал, что он на тебя очень надеется? Ты что, рассказал ему о том, что ты сексот? Владимир нахмурился и буркнул:

– Не сексот, к твоему сведению, а специальный агент и если тебя это так задевает, торгаш несчастный, то мне, как и моим коллегам, до задницы ваши политические и прочие игрища. ПСБ это прежде всего контрразведка, ну, и ещё внешняя разведка. Лично я, к твоему сведению, разведчик. Иначе чёрта с два «Нуазар» полетел бы к Земле. Да, я честно рассказал о себе всё Митяю, как и рассказал ему о том, чем занимается ПСБ и как моё начальство может заставить президента и ваше драное правительство принять наш ведловской план. Извините, господа, но всё, что вы рассказываете друг другу о ПСБ, это по большей части просто бред. Нас интересует только одно, безопасность Таларии и мы реагируем только на внешнюю угрозу, а ваши политические игрища и злословие в наш адрес, волнует нас меньше всего. Из всех таларов мы самые большие патриоты. В общем если по возвращению домой вы позволите мне обратиться к моему руководству и верховный звёздный командор Беллар Тан-Садр встретится с нами первым, то уже на следующие сутки нас с полным вниманием выслушают президент, глава парламента и его дрессированная обезьянка, ваш премьер-министр. Надежда тут же сказала:

– Ребята, я предлагаю вам прислушаться к Владу. Учитель ведь не зря сказал ему при нас, что он на него очень надеется. Эти слова были адресованы нам, а не этому чёртовому прохвосту, который вечно выдавал себя за пофигиста и смутьяна.

Оба бывших политика переглянулись между собой и согласно закивали головами, Сигурд только развёл руками, а Эрик, усмехнувшись, проворчал:

– Валяй, секретный ведл особого назначения. Лично я про твою контору только то и знаю, что подготовка у вас не чета той, которую лично я получил в разведшколе промышленного шпионажа, куда меня записал мой дед. В общем рули, кормчий.

Протянул Владимиру руку и первым крепко её пожал, признавая тем самым его старшинство в их маленьком отряде. Все остальные пять таларов сделали то же самое и лишь Надя его просто расцеловала и потрепала по мощной шее. Прежний Сэнди, то застенчивый, то ершистый и порой чуть ли не бешеный, явно навсегда остался в прошлом. Влад не стал так уж сразу брать бразды правления в свои руки, а лишь предложил хорошенько поведловать над уже разработанным ими генеральным планом возрождения Матери Таларии и возвращения ей юности. Этим они и занимались все четверо суток. «Нуазар», вышел из гиперпространства на самой окраине звёздной системы Лантара и на огромной скорости помчался к Таларии таким курсом, чтобы миновать все космические корабли. Вскоре он занял такое место на высокой орбите, где ему никто не мешал и Влад вышел на связь по радио, пользуясь специальным оборудованием, которое он имел. Как только он это сделал, то сразу же сказал:

Сирайна, девочка, это Смутьян. Мы вернулись. Будь добра, соедини меня с большим боссом и поскорее. У меня есть для него срочное и очень важное донесение. Поэтому предупреди его, чтобы он сразу же перешел на закрытый канал связи.

В пилотской рубке, где состоялся этот разговор, тотчас послышался встревоженный женский голос:

– Смутьян, ты жив? Парень, а мы уже вас всех похоронили. Большой Парскан, который наблюдал за той планетой, куда тебя отправили, показал нам, что там произошел взрыв сверхновой и теперь на том месте снова образовалась газовая туманность, но уже очень горячая. Это произошло как раз на девятые сутки после вашей посадки. Смутьян, как вам удалось спастись? Вы что, сумели заметить, что та звезда свихнулась. Мы были так опечалены вашей гибелью. Теперь придётся как-то заделывать надпись с твоим именем и званием в зале памяти. Владимир, озадаченно почесав затылок, ответил:

– Сирии, не торопитесь этого делать. Как только я появлюсь в главном штабе, то сам всё сделаю. Хотя знаешь, мне хочется сфотографироваться на память рядом с этой надписью и особенно рядом со своей могильной плитой на мемориальном кладбище. Ну, а сейчас соедини меня с Дедом.

Все остальные члены команды ведлов чуть ли не покатывались со смеху, прекрасно понимая, что кто-то очень великий специально заманил их на Землю. Больше ни у кого ведь не было под рукой Большого Парскана. Через пару минут шеф их нового, пусть и чисто номинального, командира вышел на связь со своим агентом, вернувшимся с того света и тот кратко ввёл его в курс дела, сказав в завершении получасового доклада:

– Дед, таким образом получается, что демиурги, которые пригласили таларов в свою школу, передав нам свои знания, закрыли её неизвестно на какой срок. Поэтому делай что хочешь, устраивай военный переворот, объявляй о страшной угрозе извне, сей панику или же наоборот погружай всех в спячку, но обеспечь нам возможность передать эти знания искинам и парням и девчонкам из нашей конторы. Только этим двум категориям граждан я и моя команда, а мои товарищи по этой экспедиции поручили мне стать их командиром, верим безоговорочно. Тебя, Дед, я лично посвящу в ведлы первым и ты уже через пару месяцев позабудешь о том, что ты старый, больной талар, которому давно уже пора выйти в отставку и тихо помереть. Мать Талария молит нас о помощи. Мы уже доконали её своими безумными экспериментами. Она знает, что мы прилетели и я даже отсюда, с высокой орбиты чувствую, как она зовёт нас к себе.

Начальник планетарной службы безопасности верховный звёздный командор Беллар Тан-Садр ответил вполголоса:

– Смутьян, оставайся на связи. Я всё понял и немедленно отправляюсь прямо к президенту. Думаю, что уже сегодня ты встретишься с ним и двумя его главными мучителями. Передай от меня привет своим друзьям и вот ещё что, постарайтесь их всех чем-нибудь удивить. Может быть тогда они поймут, что некоторые вещи хотя и не подвластны нашему разумению, всё же существуют и к ним нужно относиться очень внимательно. Постарайтесь подготовиться к этой встрече получше.

Уже через четыре с половиной часа Владимир получил указание совершить посадку на острове Виртуан, единственном сохранившимся заповедником пусть и не дикой, но хоть на что-то похожей природы, выглядящим как чахлый и невзрачный парк. С первых же секунд ведлам, спустившимся под прикрытием поля невидимости, удалось поразить высшее руководство своей планеты, а на эту встречу было приглашено около пяти сотен таларов, чтобы не делать её совершенно секретной. Впервые Влад порадовался тому, что их политики такой строптивый народ. Когда все эти высокопоставленные чиновники и политики увидели огромный, полированный космический корабль, бесшумно парящий неподалёку от них, появившийся в воздухе из ниоткуда, они громко ахнули. Впрочем, ещё громче они загалдели тогда, когда вместе с семью таларами, одетыми в белоснежные костюмы причудливого фасона с белыми, широкополыми шляпами, вышли ещё и два гигантских существа с золотой длинной шерстью, одетых в длинные кожаные юбки с задними ногами, обутыми в перчатки, их удивление сделалось ещё больше. Ну, а потом началось уже нечто совсем удивительное, большое демонстрационное ведлование, во время которой на огромной карте, изготовленной из какого-то толстого, светлого пластика, появились детальные рельефные изображения всех континентов Таларии и им было показано, во какой прекрасный юный мир будет превращена их планета силами ведлов. Сказочка о демиургах, пригласивших таларов в свою школу на планете Земля, была проглочена этими продувными бестиями на раз. Они и сами грешили подобными трюками во время предвыборной борьбы.

Влад занял очень хитрую позицию и его друзья её полностью поддержали. Он не стал никому говорить, что все талары уже очень скоро волей неволей станут ведлами, а лишь заявил, что они могут обучить этому искусству искин и некоторых сотрудников планетарной службы безопасности, военных, а также учёных. Может быть именно поэтому вся эта начальственная братия с такой живостью и проглотила крючок. Им очень понравилось, что на Таларии появились специалисты в новой области, которые могли быстро подготовить точно таких же для свершения действительно великих задач. Ещё бы, ведь им показали большой макет Дмитрограда со всеми его роскошными виллами, о которых никто из прибывших на остров не смел и мечтать. А ещё их накормили такими деликатесами и угостили столь изысканными напитками, что они тотчас почувствовали себя настоящими падишахами. Никто из ведлов-таларов даже и не подумал возмущаться этим, хотя их иной раз и подташнивало от мыслей некоторых высокопоставленных господ. Ничего, наверняка найдутся и такие талары, которые будут стократ хуже них, но ведь и они являются детьми Матери Таларии, а потому и с ними им придётся вести общение. Главное в любом случае заключалось не в этом, а в том, что все три ветви власти тут же, не сходя с места, приняли эпохальное решение – немедленно разрешить проведение широкомасштабных планетоустроительных работ, а кое-кто уже стал подумывать и о галактических завоеваниях на этом фоне, ведь таких убитых в хлам планет насчитывался в этом районе галактики не один десяток и их возрождение сулило не только золотые горы, но и безусловное лидерство.

Наивные, они даже и не представляли себе, что уже через какое-то время сами станут ведлами и тогда поймут, насколько ничтожными были все их прежние потуги в сравнении с тем, что в действительности давало разумным существам ведловство. Зато именно об этом думал Влад, Сигурд, Надежда, Донат, Эрик, Нил и Леонард. Они давно уже отрешились от своей прежней жизни, суетной, дёрганной, подчас совершенно нелепой и довольно-таки жалкой, поскольку встали на путь ведловства и теперь мечтали только об одном, вернуть Матери Таларии всю её прежнюю прелесть и очарование, сделать родной мир ещё краше и что самое главное, вернуть из небытия флору и фауну своей планеты, установить на ней гармоничный экологический баланс и жить дальше, плодя всё новых и новых учеников. В общем Митяй, который в это время лежал в шезлонге и гладил мурлыкающего басом Мурзика был счастлив. Пусть и не совсем отчётливо, расстояние ведь было не маленьким, восемнадцать тысяч световых лет, однако, он слышал всё и видел глазами своих друзей. Правда, сами они лишь чувствовали это, но им и от того, что их учитель был радом с ними, было очень приятно и они чувствовали себя уверенно и раскованно рядом с сильными своего мира. Сам же Митяй улыбался, считая, что у него всё получилось так, как он того и хотел, а то, что демиурги снова устроили демонстрацию, его нисколько не волновало. Это, в конце концов, их дела.