Текст книги "100 великих достопримечательностей Москвы"

Автор книги: Александр Мясников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Государственный музей искусств народов Востока. Особняк Луниных

После наполеоновского разорения в 1812 году Москва возрождалась и преображалась. Возводились особняки и дворцы, отличавшиеся пышностью и величественными формами, которые и придали городу неповторимый облик.

Стиль той эпохи отличает и особняк, называемый по имени первых владельцев домом Луниных. Он стоит на Никитском бульваре.

И всё же в архитектурном убранстве дома есть нечто необычное. Как правило, фасады московских строений после пожара 1812 года украшались лепниной со знаками воинской доблести в память о победе над Наполеоном. А на доме Луниных нет ничего, что напоминало бы о славе русского оружия. Нет ни щитов, ни шлемов, ни скрещенных сабель, а есть тридцать два изображения древнегреческой лиры, символа музыки и поэзии. Они белеют на фасаде, торцах и чернеют на ажурном чугунном балконе. А на фасаде двухэтажного флигеля, за колоннадой, можно разглядеть барельеф, изображающий танцы жителей Древней Эллады.

Государственный музей искусств народов Востока. Особняк Луниных

Великолепный дом с флигелем был построен знаменитым московским зодчим Дементием Ивановичем (Доменико) Жилярди для Петра Михайловича Лунина.

Богатый московский барин, помещик, владевший тысячей крепостных, генерал-лейтенант в отставке Пётр Михайлович Лунин слыл в высшем обществе острословом, склонным к выходкам на грани сумасбродства. Но появление символа музыки на фасаде его дома вполне закономерно. Дело в том, что его дочь Екатерина была в те годы довольной известной певицей. Она обладала дивным голосом, училась в Милане. Там, в центре мирового оперного искусства, познакомилась с поэтом и певцом – графом Миньято Риччи. И вскоре Екатерина Петровна стала графиней Риччи. Граф Риччи, как и его супруга, был прекрасным певцом. Их репертуар был обширен: оперные арии, дуэты, романсы, народные песни. После окончания Филармонической академии она была удостоена звания первоклассной певицы и высшей награды того времени – лаврового венка.

По словам историка Михаила Ивановича Пыляева, в довоенном Париже, «в салоне королевы Гортензии она имела такой успех, что Наполеон просил её петь в дружеском кругу в Тюильри».

Её выступления в салонах Санкт-Петербурга и Москвы всегда заканчивались жаркими аплодисментами. Екатерина Петровна не только прекрасно пела, но играла на арфе и на клавесине и даже сама сочиняла музыку. В салоне Зинаиды Волконской слышал пение Екатерины Петровны Риччи и Александр Сергеевич Пушкин. И пленился её голосом. В старости графиня с гордостью рассказывала внукам, что много раз пела при Пушкине.

Так что древнегреческие лиры – это знак отцовской любви и уважения к таланту. А сегодня они напоминают о музыкальных вечерах, которые устраивали в доме.

Самая красивая усадьба на Никитском бульваре приняла первых гостей в 1822 году. Главный трёхэтажный дом выделялся большой лоджией с восемью стройными коринфскими колоннами и литым чугунным балконом изящного рисунка. Дом Лунина, по замыслу Желярди, включал двухэтажный флигель с портиком. Плоскостная композиция фасада отвечала постановке здания по красной линии улицы. Колоннада в главном портике поставлена в неглубокой лоджии; антаблемент колоннады завершен пологим аттиком.

В Большом зале дома под расписным сводом с образом Фортуны устраивались концерты, о которых говорила вся Москва. Кстати, на втором этаже сохранилась подлинная роспись Жилярди. Мастер изобразил летящую Славу и амуров. Они составляют единое композиционное целое с изображением Фортуны на своде Большого зала.

К сожалению, Пётр Михайлович Лунин недолго наслаждался красотой своего дома и музыкой, звучавшей в его стенах. После его смерти вдова генерала Авдотья Семёновна (урождённая Хвостова) продала усадьбу Государственному коммерческому банку и уехала в имение.

Екатерина Петровна Риччи (Лунина) развелась с мужем и осталась с детьми. По одной из версий, муж уехал в Италию вместе с Зинаидой Волконской. Екатерина Петровна прожила без года сто лет, осталась без крепостных, наследства и умерла в бедности. Михаил Пыляев утверждал, что «страсть к пению стала причиной её разорения».

Сегодня парадная дверь особняка, шедевра Дементия Ивановича Желярди, ведёт в Государственный музей искусства народов Востока.

Музей был создан 30 октября 1918 года как «Арс Азиатика», то есть посвящён искусству Азии. В его основу были положены частные коллекции русских собирателей П.И. Щукина, К.Ф. Некрасова, дипломата и коллекционера В.Г. Тардова и других. С конца 1924 года музей стал считаться отделением Музея изящных искусств. В 1925 году он получил самостоятельность и был переименован в Государственный музей восточных культур. Новое название Государственный музей искусств народов Востока получил в 1962 году. Тогда же музею было передано его нынешнее здание, исторический Дом Луниных на Никитском бульваре.

В музее представлено как традиционное искусство, так и работы мастеров живописи XX–XXI веков. Здесь уникальные образцы древней и средневековой скульптуры, буддийской, классической и современной живописи, в том числе на свитках, работы мастеров художественного лака, текстильные и ювелирные изделия, резьба по дереву и кости, произведения миниатюрной скульптуры, оружие, различные предметы быта.

Крупнейшие коллекции музея представляют традиционное искусство Китая, Японии, Ирана, Индии, стран Юго-Восточной и Центральной Азии. Так, например, в коллекции Китая собраны уникальные памятники – бронза, керамика, погребальные скульптуры, датируемые II тысячелетием до нашей эры, образцы китайской каллиграфии разных веков, резной камень и художественные лаки. Основу японской коллекции составляет деревянная скульптура, керамика, изделия из золотого лака, нэцкэ, живопись, ксилография, бронзовые зеркала и керамика.

Искусство стран Ближнего и Среднего Востока представляют луристанские бронзовые изделия IX–VII веков до нашей эры, керамика «минаи», иллюстрированные рукописи и миниатюры, ткани, ковры.

Среди изделий мастеров Южной Азии – фрагменты древних гандхарских каменных рельефов, бронзовая скульптура Непала и Восточной Индии, каменные стелы Западной Индии и индийские миниатюры, старинные маски Шри-Ланки.

Широко представлено искусство Кавказа и Закавказья (Грузия, Азербайджан, Армения), Казахстана и Средней Азии (Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан).

В коллекции музея произведения живописи, графики, скульптуры, декоративно-прикладного искусства и археологические экспонаты более чем ста стран. Всего в экспозициях и в фондах свыше 160 000 единиц хранения.

Государственный музей искусства народов Востока является одним из крупнейших культурно-просветительских центров России и «особо ценным объектом культурного наследия». Таким же объектом является и само здание, украшенное символом высокого искусства – древнегреческими лирами.

Церковь Архангела Гавриила на Чистых прудах (Меншикова башня)

Только оказавшись рядом с этим храмом, невольно убеждаешься в правоте народной поговорки о том, что лучше один раз увидеть, что сто раз услышать. Ведь взметнувшееся ввысь бело-терракотовое строение церкви – редкий образец так называемого петровского барокко. Церковь Архангела Гавриила – одно из самых оригинальных произведений русского зодчества начала XVIII века.

Церковь Архангела Гавриила на Чистых прудах (Меншикова башня) на первый взгляд имеет мало общего с предшествующим русским зодчеством, а на самом деле – плоть от плоти его. По существу, это традиционный башенный храм «иже под колоколы». Он, правда, в большей степени наделён чертами новой архитектуры. Это прежде всего относится к его светскому, гражданскому облику.

В этом выдающемся произведении, одном из самых замечательных памятников Москвы, западные влияния органично сплетены с чертами русской архитектуры, старинные национальные традиции оживают в новых идеях.

До начала XVIII века на месте нынешней Меншиковой башни стояла небольшая трёхшатровая церковь Архангела Гавриила. Первая церковь впервые упомянута в записях 1551 года. К 1657 году она была перестроена в камне и была увеличена в 1679 году. Через двадцать лет влиятельный государственный деятель, фаворит Петра I Александр Данилович Меншиков приобрёл земельные участки к югу от современных Чистых прудов. Так церковь Архангела Гавриила стала его домовой церковью.

В 1701 году Меншиков отремонтировал старую церковь, а затем вдруг приказал снести. По преданию, это решение было вызвано тем, что из очередного военного похода Александр Данилович привёз купленную им в Полоцке древнюю икону Богоматери, написанную якобы самим евангелистом Лукой, и пожелал для неё выстроить на месте старой церкви новый храм.

Меншиков поручил общее руководство строительством Ивану Петровичу Зарудному. Ещё в 1690 году Зарудного прислал в Москву гетман Мазепа по делам церковного строительства. Архитектор с делами церковного строительства познакомился и остался в Москве. В 1701 году именным указом царя он был принят на службу. Он стал своего рода личным архитектором Петра I и не состоял ни в каком ведомстве.

Первоначально над меншиковским заказом Зарудный работал вместе с Доменико Трезини. Но затем Трезини уехал в Петербург.

Церковь Архангела Гавриила на Чистых прудах (Меншикова башня)

Церковь Архангела Гавриила выстроена в стиле московского, или петровского, барокко. Большое влияние на храм оказало светское дворцовое зодчество. Об этом говорят балконы над входными портиками со свободно стоящими колоннами, многочисленные скульптурные украшения и другие детали.

Храм представляет собой башню с двумя глухими восьмигранными ярусами звонов – вытянутый нижний четырёхугольный и над ним квадратный ярус внутри зрительно сливаются в единое пространство.

Первоначально у башни высотой 84,2 метра было четыре яруса. До пожара 1723 года башня завершалась высоким шпилем, увенчанным флюгером в виде фигуры парящего ангела с крестом в руке.

Три верхних яруса были сквозными, и на них висели пятьдесят колоколов. Тем самым церковь повторяла древний русский тип храма-колокольни. Для облегчения конструкции верхний ярус был сделан деревянным.

На верхнем ярусе храма в 1708 году были установлены часы с курантами. Это новшество для русских храмов было выписано из Англии. Куранты отбивали час, полчаса и четверть часа. Главное действо происходило в полдень, когда в течение получаса звонили все пятьдесят башенных колоколов.

Башня была украшена невиданным дотоле обилием каменной скульптуры. Скульптуры придавали постройке лёгкость при весьма немалых размерах.

Церковь привлекала внимание москвичей и потому, что до того времени существовал запрет на возведение чего-либо выше «Ивана Великого». И вот второе лицо в государстве нарушило этот запрет. По мнению некоторых исследователей, это нарушение свидетельствовало о важности объекта.

Башня Меншикова располагалась между Кремлем и Немецкой слободой на Яузе и должна была послужить передаточным звеном для сигналов из Немецкой слободы. На случай непредвиденных обстоятельств. Кстати, такую же роль в системе государственной сигнализации играла и надстроенная при Петре третьим этажом Сухаревская башня. Москвичи говорили, что, мол, Сухарева башня – невеста «Ивана Великого», а Меншикова – её сестра.

После отъезда из Москвы светлейшего князя Меншикова, уже произведённого в фельдмаршалы, церковь на Чистых прудах оставалась долгое время неотделанной. В 1723 году от удара молнии сгорел верхний деревянный ярус с часами. Рухнувшие колокола проломили своды церкви. Ни при императрице Анне Ивановне, ни при Елизавете Петровне церковь никто не ремонтировал. В таком виде здание простояло более пятидесяти лет. Все уже забыли, что это была церковь, и звали полуразрушенное сооружение просто Меншиковой башней.

И вот в 1787 году, во времена правления Екатерины II, церковь взялся восстановить некто Гавриил Измайлов. При реставрации церкви вместо верхнего яруса с 30–метровым шпилем сделали округлый купол с винтовым шпилем. Убрали статуи ангелов с орудиями Страстей. Вместо них поставили вазы.

Все это сильно изменило вид церкви. Она приобрела округлость форм, «мягкость». Впечатление мягкости усиливалось новым шпилем, похожим на пламя свечи. Но, несмотря на эти изменения, церковь Архангела Гавриила осталась по-прежнему самой высокой церковью Москвы.

После реконструкции церковь стала всеобщей любимицей москвичей. И никто не обращал внимание на странные и удивительные знаки, появившиеся на стенах после восстановления. Дело в том, что Гавриил Измайлов принадлежал к существовавшей тогда в Москве ложе масонов, именовавших себя мартинистами. Недалеко от церкви Архангела Гавриила, в Кривоколенном переулке, в доме профессора Шварца, проживало около пятидесяти студентов организованной масонами Педагогической семинарии. Для них-то Измайлов и восстановил церковь Архангела Гавриила, украсив её масонскими символами и эмблемами с латинскими надписями. Тогда же в руках у фигур над южным входом появились свитки с загадочными текстами.

Тайные знаки снаружи и внутри храма просуществовали несколько десятилетий. Лишь при Николае I, в 1852 году, митрополит Филарет вдруг вспомнил о масонских знаках и латинских надписях и приказал их уничтожить. Но почему-то выполнять требование митрополита не торопились. Надписи и символы были частично заменены или сбиты только при Александре II в 1863 году. Но остался шпиль, похожий на пламя свечи, вазы, заменившие подгоревших белокаменных ангелов. До них добраться не смогли или не захотели. Остались фигуры над южным входом, в руках которых свитки со стёртыми надписями.

Но и лишённая неких загадочных знаков церковь Архангела Гавриила на Чистых прудах нисколько не потеряла своего неповторимого обаяния до сегодняшнего дня. Ведь не зря же многие специалисты считают, что все архитектурные мотивы Меншиковой башни навеяны непреходящей красотой русского резного иконостаса.

Особняк Л.К. Разумовского, Государственный центральный музей современной истории России

С этим домом связано множество историй. Удивительных, увлекательных, драматических и забавных. Ведь как-никак здание стоит здесь уже не один век. И кто только здесь не бывал за эти годы. Но всё же, есть одна история, совершенно из ряда вон выходящая. Пожалуй, ей и аналогов в мире не найти.

Первый деревянный дом на территории усадьбы принадлежал в XVI веке государеву дьяку Мисюрю (Михаилу Григорьевичу) Мунехину, а в XVII веке – князю Никите Ивановичу Одоевскому. В 1777 году усадьбу приобрёл генерал-поручик Александр Матвеевич Херасков и стал возводить каменный дом. Это центральная и наиболее старая часть ныне существующего сооружения.

Дом на Тверской Александр Матвеевич строил совместно с братом, куратором Московского университета, известным поэтом Михаилом Херасковым.

Михаил Матвеевич был основателем университетского театра и Благородного пансиона. Современники называли Хераскова русским Гомером. Первым в отечественной литературе он отважился сочинить две эпические поэмы: «Россияду», о взятии Казани Иваном Грозным, и «Владимир», о принятии христианства на Руси.

После смерти Хераскова хозяином владения стал граф Лев Кириллович Разумовский, перестроивший дом во дворец в стиле классицизма.

С тех пор до сего дня у входа в особняк застыли мраморные львы.

Появление мраморных львов у входа не случайно. Ведь нового хозяина особняка называли в Москве графом Львом, а чаще на французский манер графом Леоном.

Дворец графов Разумовских

Меценат, говорун, масон и организатор всяческих увеселений, Лев Кириллович Разумовский умел весело жить. Он собирал в доме на «четверги» интереснейших людей эпохи, устраивал пышные праздники в своём зимнем саду, тогда ещё большой диковинке для москвичей. Масонство не мешало графу Леону, быть дамским кавалером, умевшим не только красиво ухаживать, но и красиво носить зимой модную меховую муфту «маньку». Но, конечно же, не муфта-«манька» стала причиной удивительного события в жизни Льва Кирилловича.

Граф, генерал-майор, владелец богатейшего состояния влюбился. Причём в замужнюю даму. Лев Кириллович полюбил Марию Григорьевну Голицыну, урождённую княжну Вяземскую – жену князя Александра Николаевича Голицына. Князь Голицын считался самодуром и мотом. Он растратил всё своё состояние.

На одном из балов Мария Григорьевна познакомилась с графом Львом Кирилловичем Разумовским. И они безнадежно влюбились.

Разумовский даже хотел вызвать князя Голицына на дуэль. А затем понял, что вопрос можно решить совершенно иначе. Зная об азартности Александра Николаевича, Лев Кириллович сошёлся с ним за игорным столом. Играли всю ночь. Выигрывая вновь и вновь, граф довел князя до умоисступления. И тогда Лев Кириллович предложил Александру Николаевичу сыграть на его жену, Марию Григорьевну. Сыграть против всего того, что он в ту ночь выиграл у Голицына. Это было беспрецедентно. Не сразу, но Александр Николаевич согласился и поставил на кон княгиню. И снова проиграл.

Лев Кириллович действительно забрал с собой только Марию Григорьевну, оставив весь остальной свой выигрыш Голицыну. Он увёз любимую к себе и с того момента жил с ней, как с женой. Об этой скандальной истории говорили во всех домах обеих столиц. Правда, именно благодаря широкой огласке Мария Григорьевна смогла получить развод и обвенчаться со Львом Кирилловичем.

Но в большом свете графиню Разумовскую не принимали. По неписаным законам, которые, как известно, хуже писаных, так как их сложнее изменить, Мария Григорьевна не могла появляться там, куда могли прийти члены императорской семьи. Считалось, что разведённой и вторично вышедшей замуж женщине не пристало находиться в одном помещении с помазанниками Божьими. Поэтому Разумовские посещали только маленькие семейные праздники.

На один из таких праздников в доме Кочубеев неожиданно прибыл император Александр I. Увидев чету Разумовских, он обратился к Марии Григорьевне как к графине и пригласил её на танец. С того момента свет принял графиню Разумовскую.

Во время войны 1812 года Разумовские уехали в Тамбов. По возвращении они застали дом в полном разорении. В центральной гостиной французские солдаты забивали скот, чем безнадежно испортили наборный паркет и шпалеры. Но граф Лев Кириллович стойко перенёс это бедствие и стал восстанавливать разрушенное. Проект перестройки приписывается Адаму Адамовичу Менеласу, одному из самых загадочных деятелей первой четверти XIX века. После того как были возведены левое и правое крылья, усадьба приобрела строго симметричную композицию со скруглённым парадным двором. Фасад отличала монументальная строгость, характерная для позднего классицизма и ампира. Центр был выделен восьмиколонным дорическим портиком на мощном арочном цоколе. Вынесенные на красную линию улицы боковые флигеля решены в более камерном масштабе. Двор замыкала чугунная ограда с каменными опорами и массивными пилонами ворот, увенчанными стилизованными скульптурами львов.

Дом имел сход в парк в виде широкого пандуса.

В интерьере дома до сих пор сохранились мраморные лестницы с коваными решётками, обрамления дверей в виде порталов, мраморные колонны, плафоны, украшенные живописью и лепниной.

Супруги Разумовские прожили вместе в счастье и согласии шестнадцать лет. Мария Григорьевна пережила супруга почти на полвека. До последних лет жизни она ездила в Париж и на курорты, играла в рулетку, уверяя, что сочетание целебных вод и азарта придаёт ей силы. Она даже успела побывать в первом открывшемся в Монако игорном доме и сыграть в рулетку. Но в карты графиня никогда не играла.

В 1831 году в особняке Разумовских разместился Английский клуб. Английский клуб основан в 1772 году. В конце 1790–х годов закрыт по указу императора Павла I, а в 1802 году, при Александре I, вновь открыт. Первоначально объединял живших в Москве иностранцев, а затем, с конца XVIII века, представителей московской аристократии. Число членов было ограничено (от 300 в начале XIX века – до 500 человек в конце века). Женщины на собрания клуба не допускались, поэтому в нём не давали балов и маскарадов, не устраивали концертов.

Члены корпоративного сообщества проводили в нём время в ресторане, гостиных, читальном зале, куда поступали свежие газеты из Европы. В нём бывали многие выдающиеся деятели культуры, военные и государственные деятели России.

В марте 1917 года, после Февральской революции, было создано Общество музея революции. Оно объединило людей различных политических убеждений: учёных, деятелей культуры и публицистов. После октябрьского переворота 1917 года Английский клуб был закрыт и помещение передали под будущий музей.

В 1922 году в столице Советского государства открылась выставка «Красная Москва». Эту выставку и преобразовали в Историко-революционный музей Москвы. С 1924 года он стал называться Музеем революции СССР.

В сентябре 1998 года Музей революции был переименован в Музей современной истории России и объявлен национальным музеем федерального значения.