Текст книги "Гарри Поттер. Книга первая: Иной философский камень (СИ)"

Автор книги: Александр Иванов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Уже из за закрывающейся двери донеслось: “Меня, кстати, Хитоши зовут…”

– Вот поэтому, – Джун наставительно подняла палец, – прирученные аякаши лучше в плане фамильяров. Можно отозвать в любой момент.

Когда помещение покинула рептилия, Короста вновь вылезла из своего убежища. Воровато оглянувшись, она быстро, что не вязалось с ее габаритами, ухватила шоколадную лягушку, что высунулась из своей коробочки, и как-то даже профессионально откусила голову зачарованной шоколадке. А после принялась с большим удовольствием на мордочке поглощать лакомство.

– Извините, – Рон покраснел. – Это бесполезное животное способно только жрать и спать. О, точно, хотите покажу фокус?

Уизли полез в чемодан и принялся там что-то искать. На свет появилась слегка потрепанная, но добротная палочка. Он усадил Коросту на сиденье, а сам принялся что-то проговаривать про себя. В конце, когда только концентратор был воздет, в купе снова постучались. На пороге стояла девочка с волнистой и пышной шевелюрой.

– Вы тут не видели жабу? Мальчик Невилл ее искал.

– Ее уже ищет мой брат, – Гарри потер зачесавшийся нос. – Скоро беглянка будет поймана.

– Да? – пришелица удивленно захлопала глазами. – И откуда такая уверенность?

– Он уже помогал ему скорее всего на платформе, а Инаба помнит, кого искал.

Девочка хмыкнула:

– Интересный у тебя брат Инаба.

– Брат у меня Хитоши, – Поттер покачал головой, – а Инаба его фамильяр.

И тут девчонка заметила тихо сидевшую от переедания конфетами Джун, а вместе с ней и млевшую от счастья Момо.

– Какая необычная у вас тут компания, – незнакомка села на свободное место. – Если я правильно помню, то Хитоши – японское имя. А ты называешь его братом.

– Ну да. Сводный. А это – сестра, Джун. Я же – Гарри.

– Рон, – представился Уизли.

– Ну а я – Гермиона.

Девочка посмотрела на палочку у рыжего в руках:

– Тренируетесь в магии?

– Рон хотел показать какой-то фокус.

– Точно, – Уизли вновь начал что-то шептать под нос.

Вновь действие повторилось вплоть до занесения палочки. Мальчишка стал надиктовывать какой-то несуразный текст, увлеченно махая концентратором, согласно которому крыса должна стать желтой.

– Ты точно уверен в правильности формулы? – Гермиона затараторила, – А движения? А вербальная составляющая? Я вот уже кое-что проверяла из учебника, но все работало прекрасно.

Рон очередной раз покраснел, а Джун залилась смехом:

– Похоже, тебя кто-то серьезно надул.

– Джордж, – прорычал парнишка, убирая палочку в чемодан.

– Если хочешь, могу помочь отомстить, раз я собралась спихнуть твоих братцев с трона.

Рон не успел ответить, как Гермиона тут же принялась капать на мозги, что мстить – не хорошо, и вообще заниматься морализаторством по полной. В ссору ввязалась Джун, так что во все стороны полетели метафорические пух и перья, в то время как мальчишки решили просто не отсвечивать. В конце это переросло мерянием, кто круче, но победа осталась за японкой.

– Знаешь, Мион-тан, – в кой-то веке Хошино посерьезнела, – бездумное заучивание учебников не поможет тебе в будущем. Тут важно понимание материала. Да и практика куда важнее сухой теории.

Юнай Грейнджер с видом “ой, все” покинула купе, фыркнув напоследок. Джун же с довольным лицом откинулась на спинку. Вот в таком победном состоянии и застал ее Хитоши, когда вернулся с радостным Невиллом, что стискивал в руках Тревора, вечно убегающую жабу.

– Может, пора переодеваться? – заметил он.

Малфой сидел в купе и размышлял, стоит ли сейчас наведываться к Поттеру и близнецам Хитоши. С одной стороны завести более плотное знакомство с ними может положительно сказаться как на репутации, так и на положении семьи в целом. Не смотря на то, что Поттеры во время противостояния Темному Лорду пошли против договоренностей, но сейчас Гарри под крылом японцев, которые известны как профессиональные охотники на демонов и прочую потустороннюю нечисть и приручители. С другой – ребенок оставался ребенком и обида за прошлую встречу никуда не ушла. Он так и просидел, пока по вагонам не прокатилось предупреждение о прибытии в Хогвартс.

Глава пятая

Поезд замедлялся. За окном было уже довольно темно, а брусчатка перрона блестела от недавнего дождя. Уставшие после долгой поездки дети, особенно новички, высыпали на улицу, разминая ноги. На счастье, хоть вытаскивать чемоданы не надо, ибо их уже доставят по комнатам. Но из-за тянущей от земли прохлады первокурсники быстро начали подмерзать. Второй и следующие курсы уже были к такому готовы и поддевали под мантии одежду потеплее.

Плюнув на все, запасливый Хитоши вытащил из-за пазухи слабенький талисман теплового щита, которого хватит дай бог минут на пять, но его можно было активировать сразу по площади. В радиус действия вошли близнецы, Гарри, Рон и подошедшие Невилл с Гермионой. Последняя обиженно зыркнула на Джун. Тревор же пригрелся во внутреннем кармане мантии Лонгботтома и уже не порывался сбежать.

Ждать сопровождающего не пришлось слишком долго, ибо огромная лампа неестественно закачалась, а знакомый голос Хагрида окликнул новичков:

– Так, первокурсники, все ко мне.

В этот раз Рубеус был облачен в привычный слегка замызганный плащ со множеством карманов, его непослушная грива привычно торчала во все стороны. Мужчина дружелюбно улыбался.

– Детишки, построились и за мной. Только осторожней, тут скользко.

Феи притаились под листвой, ожидая удачного момента. Прибытие в школу магии – это волшебный момент для любого ребенка, так что Дамблдор договорился с кланом светлокрылых, дабы те устраивали каждый год небольшое шоу и освещали путь к озеру. У Дженны сегодня это было первый выход.

И вот, сигнал был подан, а дорожка засверкала от магического света, испускаемого телами фей. Дети во все глаза рассматривали маленький народец, а настроение группы поднялось после долгой поездки. Молодая же пикси рассекала между юных волшебников, пока не увидела Его. Это была любовь с первого взгляда: столб светлой магии, бивший ввысь, окруженный кольцом непроглядной тьмы. Девочка чуть даже не врезалась в Хагрида, засмотревшись на мальчика, но вовремя вывернула. “Я должна узнать его получше,” – решила она для себя.

Первогодки же вышли к обширному озеру и расселись по четыре в лодку, как велел Хагрид. На счастье, и здесь Альбус позаботился о безопасности, заключив сделку с жившими тут русалками, так что то тут, то там любопытные представители этого народа выныривали, чтобы глянуть на новоприбывших, стараясь, все же не попадаться на глаза. А в это время опытные воины следили с глубины за транспортом, готовые рвануть на помощь.

Луна вышла из-за туч, мягко серебря воду и освещая мощный замок на холме. Строение, построенное на пересечении лей-линий буквально давило своей мощью, особенно слишком чувствительных к мане. Хогвартс казался огромным спящим чудовищем, что лениво сопит. Даже сейчас от него веяло надежностью и защитой. “Интересно, что будет, если его оборона развернется вовсю?” – подумал Гарри, рассматривая школу.

Лодки одна за другой причалили к пристани. Теперь детям предстоял подъем к воротам Хогвартса. Путь был неблизкий для одиннадцатилеток, но он символизировал получение знаний, где шаг за шагом, ступенька за ступенькой – прокладывалась дорога к вершине.

Остановившись перед огромными дубовыми воротами, Хагрид осмотрел первокурсников по головам и, убедившись, что все на месте и никто ничего не потерял, трижды постучал в двери. Те медленно, но без скрипа открылись. За ними стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Посмотрев на подопечных, ее взгляд остановился на Рубеусе.

– Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, – пробасил полувеликан.

– Спасибо, Хагрид, – кивнула ему волшебница. – Дети, прошу за мной.

Новички оказались в огромном холле, освещенном магическими светильниками. Потолок был настолько высок, что терялся в тенях, а мраморная лестница вела на верхние этажи. Каждый шаг тут сопровождался эхом, так что Джун прямо подмывало крикнуть, но красноречивые взгляды братьев не сулили ничего хорошего.

Пройдя мимо очередных больших дверей, из-за которых слышался шум голосов, Хитоши подумал, что местные архитекторы страдали манией гигантизма, потому как ничем другим он не мог логически объяснить окружение.

Профессор же отвела их в небольшой зальчик, который казался чужеродным относительно остального, так что даже детям тут было тесно. Встав на лестницу, МакГонагалл принялась объявила, что скоро начнется отборочная церемония, а также в общих словах поведала о факультетах: Гриффиндоре, Слизерине, Когтевране и Пуффендуе. Закончив инструктаж, она вышла, а первокурсники зашушукались.

Рон причитал, что их ждет какое-то испытание перед всей школой – чуть ли не битва с троллем. Гермиона тут же принялась перечислять выученные заклинания. Однако вдруг неожиданно потянуло могильным холодом. Тройка детей Хошино тут же подобралась и потянулась к талисманам. Такой признак означал появление аякаши. А в такой тесноте противостоять потусторонним существам было невероятно сложно. Гарри готовился влить весь резерв в призыв Хари, если понадобится, как вдруг…

Толстый Монах и Почти Безголовый Ник летели чуть впереди основной группы, обсуждая поведение Пивза.

– Мой дорогой друг, надо помнить о смирении и все же дать шанс нашему не самому умному брату…

– Уважаемый Монах, при всем почтении, но этот остолоп просто позорит нас в лице учеников! Уж простите, но пора перейти к более жестким мерам…

Ник почувствовал на себе пристальные взгляды, причем его пробрало аж до призрачных костей, ведь следили за ним с подозрением и враждебностью. Задержавшиеся на этом свете души глянули вниз и обнаружили себя в зале ожидания. И трое юных магов, судя по всему, готовилась к бою.

– Ба, да это же навички, – улыбнулся Монах, желая немного снять напряжение. – Добро пожаловать в Хогвартс. Надеюсь, вы попадете в Пуффендуй. А мы, пожалуй, пойдем…

– Первокурсники, церемония отбора сейчас начнется, – голос МакГонагалл вызвал оживление и дети покинули зал.

Ник облегченно вздохнул. Ну, если быть точным, натурально изобразил это.

– Нет, ну ты видел? Эти юнцы собирались попытаться нас изгнать.

– Ох, чую, год будет веселым, – Монах протер призрачным платком лоб.

Большой зал не просто так носил такое название. Казалось, тут прямо отражался пик увиденной ранее гигантомании. С другой стороны, как еще вместить учеников семи курсов разом. Но больше притягивал потолок: кто-то очень постарался, зачаровывая его, дабы там отображалась текущая погода. Красивое звездное небо с редкими облачками завораживали. На их фоне летающие свечи как-то блекли. Причем магия чувствовалась древней и ничуть не поврежденной за многие годы.

Впереди же, недалеко от стола преподавателей их ждал табурет с невзрачной на вид шляпой, видавшей виды. Однако знающие люди в ней опознали бы мощный артефакт, возрастом с сам замок. Та приковала на себе все взгляды в помещении. Неожиданно складка, похожая на рот, в районе тульи шевельнула, и магическое существо запело:

Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждет Гриффиндор,

Славный тем, что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть, Пуффендуй ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш – за стол Когтевран.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надежные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.

Как только песня кончилась, все присутствующие зааплодировали. Шляпа же чинно раскланялась, а после вновь застыла.

– То есть, надо просто ее надеть и все? – Рон буквально кипел от злости. – Слушай, Джун, предложение еще в силе?

В ответ девочка хищно улыбнулась.

Конечно, использовать такой метод куда проще, чем демонстрировать навыки, коих не у всякого может быть. Выходцы из семей немагов просто оказывались бы в худшем положении. Точнее, в еще более невыгодном чем есть, ведь их манаканалы никто не развивал с детства в отличие от потомственных магов. Но насколько искусен был тот заклинатель, создавший такого голема, способного читать потоки маны и анализировать личность человека?

Пока Гарри был погружен в свои мысли, началась церемония. Один за другим вызывали детей по списку и Шляпа отправляла их по факультетам. Из уже знакомых Поттеру, первой в группе отправилась Гермиона в Гриффиндор. Спустя какое-то количество имен за тот же стол потопал Невилл, удивленно моргая. Еще чуть погодя вышел Драко, что был направлен в Слизерин. Мальчик кинул взгляд на оставшихся, и именно в этот момент Джун высунула язык и оттянула нижнее веко. Малфой непонимающе потряс головой. Откуда ему было знать, что в Японии это оскорбительный жест.

– Поттер Гарри!

Юный маг сделал шаг вперед, а по залу вспыхнуло удивление, сопровождаемое шепотками. Мальчик несколько отрешился от окружения, как его учили, чтобы не обращать внимание на всеобщее сосредоточение на его персоне. Когда же Шляпа коснулась головы, то все посторонние звуки отсеклись вместе с окружающим миром. Здесь были только Гарри и артефакт.

– Хм-м-м… Непросто. Очень непросто. Смелость, ум, талант – все присутствует, – тихий голос раздавался прямо в голове. – Однако есть и тьма. Много тьмы. Слишком много для такого юнца. Знаешь, – Шляпа на секунду задумалась, а потом вновь продолжила, – когда-то я встречала похожего ребенка. И тогда я ошиблась в своем решении. Так что… ГРИФФИНДОР!

Со стороны указанного факультета полетели победные выкрики, будто те получили главный приз, но Поттера это не волновало. В очередной раз за последнее время он столкнулся с упоминанием его главного врага. И второй раз ему говорили, что он похож на Реддла. Хотелось призвать Хари, чтобы та вновь успокаивающе принялась приводить в порядок непослушные волосы, но этого делать не стоило. Вдох-выдох. нужно было собраться с мыслями. В этом состоянии мальчишка не обратил, как за ним внимательно следило несколько пар глаз со стороны преподавательского стола.

Спустя какое-то время к ним присоединился Рон, а вот близнецы по какой-то причине оказались в самом конце списка. Первой объявили Джун. Та, усевшись на табурет, вступила в мысленный диалог со Шляпой, посулив сжечь артефакт, если попадет на один факультет с братьями, хотя тот сказал, что девочка добьется больших успехов в Когтевране. Следом пошел Хитоши.

– Знаешь, мальчик, твое место в Слизерине, но…

– Джун пообещала расправу?

– Угадал. Сжечь.

– Ну тогда я могу наслать аякаши, что любят многолетние ткани и кожи.

Распределяющая Шляпа вздохнула.

– Как же с вами, потомками Сеймея, тяжело. ГРИФФИНДОР!

Когда же церемония закончилась, Дамблдор поднялся со своего места. Последний месяц выдался тяжелым ровно с того письма Поттеру. Но сейчас нельзя показывать этого. Дети должны оставаться детьми, так что надев маску веселого старика он произнес:

– Добро пожаловать! Добро пожаловать в Хогвартс! И прежде чем приступим к трапезе, хотелось бы сказать несколько слов. Вот они: Олух! Пузырь! Отброс! Ловкач! Все, всем спасибо!

Альбус вновь опустился в кресло под радостные крики и аплодисменты, погружаясь в тяжелые думы. О чем думал Николас, когда попросил взять камень к себе? Нет, замок считается местами даже понадежней Гринготтса, но это же школа! Да и после прибытия сюда артефакта защита стала вести себя как-то нестабильно: то тут, то там появлялись разрывы в заклинаниях. Даже экранирование собственности Фламеля ни к чему не привело, хотя изначально было ясно, что дело-то не в нем. По заведению был поднят режим повышенной готовности, так что все прорехи оперативно латались.

Снейп, мастер зелий высокого ранга и учитель соответствующей дисциплины, осматривал зал, вяло кивая преподавателю защиты от темных искусств, Квиреллу. Тот похоже этого не замечал. В этом году поступил ребенок Лили, которую когда-то любил Северус. Но та предпочла гриффиндорца. Уже который день с объявления, что Гарри будет тут учиться, у зельевара все сильнее болела голова, а сейчас поднималась волна необъяснимой ненависти. “Да что же это такое?”, – подумал он, извлекая флакон с болеутоляющим, которое не покидало кармана последние две недели, а запасы ингредиентов медленно таяли в личных закромах не рассчитанных на такую частую растрату.

Джун беззаботно болтала с Почти Безголовым Ником, искренне восхищаясь его почти безголовостью. Рон, да и Гермиона с Невиллом проявляли либо любопытство, либо либо дружелюбие к призракам, но вот Гарри и Хитоши были настороже. Их готовили для охоты на разную потустороннюю нечисть, особенно Поттера. Не, конечно их сестра тоже училась вместе с ними, но с ее характером девочка могла заболтать любого. Даже мертвого.

Когда же дети насытились, директор вновь поднялся и напомнил некоторые правила поведения, а также предупредил о запрете посещать правую часть коридора на четвертом этаже в связи с проблемами технического плана.

– … произошел прорыв труб незадолго до начала учебного года, так что там сейчас очень опасно. Домовики следят за территорией и поддерживают магией, но убедительно прошу туда не лезть. Особенно из любопытства, – Дамблдор хлопнул в ладоши, – А теперь, когда мы закончили с этой скучной частью, пора спеть гимн Хогвартса…

Гарри шел вместе с остальными в сторону спален Гриффиндора. После творящейся в зале какафонии, голова болела неимоверно. Как остальные такое выдерживали – непонятно. Перси, брат Рона и староста факультета вел их через потайные проходы, дабы быстрее вывести первокурсников. Однако никто не ожидал, что в одном из коридоров будут в воздухе плавать трости, а стоило парню сделать шаг, те угрожающе развернулись и принялись атаковать.

И тут у Поттера просто сдали нервы. Он выхватил пару талисманов и еще не совсем профессиональным, но уже довольно выверенным движением бросил в затаившийся сгусток эктоплазменного существа. После выхватив левой рукой третий и расположив оный напротив лица, правой начертив в воздухе рубленный символ, произнеся фразу на японском. Пивз, а это был наглый полтергейст, застыл, не в силах вырваться из простого, но в то же время надежного запечатывающего барьера и медленно выплыл этакой уродливой статуей.

– Простите, – устало проговорил мальчишка, ибо в процессе перестарался и влил слишком много маны, – но если тут не умеют держать своих аякаши в узде, то я его просто изгоню.

– Пожалуй, не надо, – Перси опешил от шока, но быстро взял себя в руки. – Призраки – часть истории школы. Кстати, – он подошел ближе к Поттеру и, понизив голос, поинтересовался, – а долго он так будет?

– Где-то с неделю. Я слил на барьер практически весь резерв.

– Дела… Так, ладно, давайте поторопимся.

Как добрались до спальни, парнишка просто не запомнил, потому что истощение дало о себе знать. Лишь благодаря Хитоши и Рону он спокойно добрался до подушки и просто вырубился.

Глава шестая

Проснулись Гарри и Хитоши как обычно рано. Сделав привычную разминку, они не знали, чем себя занять, ибо всегда после этого шла пробежка, отрабатывались каты или стрельба из лука. Но в первый день без знания территории мальчики пока не решили выходить из гостиной, боясь напороться на неприятности. Так что Поттер достал пачку узких длинных листочков и набор письменных принадлежностей и засел у камина тренироваться в создании талисманов, в основном от призраков. Его брат взял один из учебников, рекомендованных для Махоутокоро, но не входящих в план Хогвартса и принялся его штудировать.

Помещение потихоньку наполнялось просыпающимися детьми и подростками, которые с любопытством посматривали на поступившую "знаменитость". Но пока никто не лез с расспросами. И так бы всё продолжалось, пока со стороны спален девочек не выползло сонное чудо в одной пижамной рубашке и белье, держа Момо на манер плюшевой игрушки, потирая глаза рукой, в которой была зажата расчёска.

– Ни-чан, заплети косички, – говорила она на японском, так что окружающие не понимали, о чем речь.

Спустя с полминуты оттуда же как ошпаренная вылетела Гермиона:

– Ты что творишь? Тут же мальчики!

– Мион-тан, не нуди, – отмахнулась Хошино на родном языке.

Братья же понимали, что сейчас с сестрой спорить бесполезно. Гарри привычно усадил родственницу и принялся приводить её "гнездо" в порядок, пока Хироши сбегал в спальню за своими спортивными штанами.

Наблюдая, как Поттер ловко управляется с волосами девочки, некоторые сокурсницы стали с интересом присматривался. Когда же всё было готово, одна третьекурсница, что уже устала воевать с причёской, плюнула на всё и подошла к мальчишке:

– Меня зовут Лили Грин. Слушай, Поттер, можно тебя попросить… – в конце она всё же замялась.

Паренёк вздохнул. Она понимал, к чему могла привести демонстрация умения работать с волосами, ибо дома чуть ли не половина района к нему периодически наведывалась, после того, как Джун на хвасталась подругам, кто ей так хорошо заплетает косы.

– Присаживайтесь, Грин-сан. Сейчас всё будет.

И пока давшая Гермионе себя увести Хошино умывалась и одевалась, через руки Гарри прошло ещё две четверокусницы и одна семикурсница. А там и настало время завтрака.

Переход до Большого зала выдался… напряжным. Всё внимание было сконцентрировано на Поттере и, в меньшей степени, на близнецах Хошино. Разговоры слышались отовсюду: от шепотков и шушукались, до громких обсуждений. Даже розовошерстная кицунэ взывала меньше удивления, чем очкарик со шрамом.

– Слушай, Гарри, а где ты так косы плести научился? – полюбопытствовал Рон, набивая рот едой.

– Вон, глянь на ту сладкоежку, что комит кицунэ, и угадай, кто же может "по секрету" растрепать всем подругам, что "Ри-Ри-тан обалденно заплетает косички", – мальчик вздохнул. – Но там меня хоть донимали девчонки и с конкретной целью. А тут, – он повысил голос так, чтобы его услышали как можно больше людей, – я чувствую себя пандой в зоопарке.

После завтрака подошли старосты факультета и сообщили новичкам, что ближайшие пару недель они будут водить первокурсников по классам, так что никому нельзя было разбредаться. Все-таки замок немаленький, да и иногда любит " пошутить". Посчитав, что это отличная возможность, Гарри уточнил у Перси, где можно будет устраивать пробежки и есть ли возможность где-то проводить тренировки. Тот его попросил, чтобы тот напомнил после занятий проводить к мадам Трюк. Та как раз заведывала занятиями по физическому развитию, включая полёты на метлах, и могла что-то посоветовать.

Если спросить любого ученика Хогвартса, кто тут доставляет больше всего неприятностей и вытворяет шалостей, то единогласно на эту роль встали бы близнецы Уизли. Ровно до этого года. Потому как никто и представить не мог, что кто-то сможет покуситься на кошку Филча. Причём самым наглым образом её утащить!

Миссис Норрис вальяжно прогуливалась по коридору. Книззл, полуразумный представитель семейства кошачьих знала, что стоило произойти нарушению, то одно "мяу" и виновника будут наказывать, а её – хвалить. И никто не посмеет тронуть. Так что как она проморгала момент, когда к кошке подошли сзади – непонятно, ведь та была уверена в своём чутье. И поняла неладное, когда Норрис перехватили поперёк пуза с визгом "Неко-тян!".

Первое время книззл каталась вырваться. Не спасало возмущенное мяуканье, а поцарапать захватчика почему-то не удавалось. Повозмущавшись и поняв бесполезность этого, кошка обвисла на руках. Недовольство выражалось только в бешеном махании хвоста и широко раскрытых глазах.

Фред и Джордж сидели в коридоре недалеко от классной комнаты в ожидании первого занятия. И как раз мимо них проходили первокурсники. Каково было удивление близнецов, когда в руках у Джун была обнаружена миссис Норрис, гроза всех нарушителей.

– Мерлиновы панталоны! Братец, меня зрение не обманывает?

– Тогда мы оба видим галюцинации, – Фред почесал затылок. – Знаешь, но наше место главных приколистов могут правда занять.

– Или мы просто с ней объединимся, – Джордж ухмыльнулся, – ведь когда мы выпустимся, то в Хогвартсе же будет скучно…

Флитвик вёл вводный урок:

– … К чарам относятся условно небоевые заклинания, вроде левитации или…

В дверь постучали.

– Да-да?

В класс сунул нос Филч. Завхоз выглядел печально.

– Профессор, мне сказали, что мою кошку видели где-то здесь…

И тут из-под одной из парт послышалось жалобное едва слышимое "мяу".

– Мисс Хошино, – вздохнул полугоблин, – отпустите, пожалуйста, животное.

Буркнул " Ну вот…", Джун разжала руки. Воссоединение завхоза и книззла могло переплюнуть самые слезливые мелодрамы. Норрис жаловалась хозяину на несправедливость бытия и слишком загребущие руки некоторых двуногих. Когда же, наконец, всё закончилось, Флитвик со вздохом продолжил урок.

Неделя пролетела незаметно. Самым нудным оказались уроки истории, кои вёл призрак. Как выяснилось, преподаватель ушла в декрет, а на её место пока поставили Биннса, некогда бывшего здесь профессором. Напротив, занятия Квирелла оказались увлекательными: мужчина рассказывал случаи из жизни, объясняя, где и как ему пригождались заклинания. Если говорить о травологии, то тут неожиданно отличился Невилл. Этот робкий мальчик показал себя с лучшей стороны.

Вечер четверга для МакГонагалл выдался насыщенным. Нужно было проверять летние работы учеников, коих было немало. Но её мысли возвращались к сегодняшнему дню. Поттер оказался спокойным и собранным мальчиком. Даже слишком. Как и его сводный брат, который вполне был предрасположен к трансфигурации. Но вот из сестра – это что-то с чем-то. Одна выходка с кошкой Филча чего стоила. Мало ей было близнецов Уизли на факультете. "Но ничего, завтра пятница, – подумала женщина. – Что ещё может случиться?"

Утро пятницы, начатое после зарядки, было обычным. Мадам Трюк пообещала помочь со стрельбищем, но через неделю, как раз после начала ее занятий. Тогда же и должны начаться пробежки. Хоть Гарри и Хитоши уже ориентировались в школе, старосты их попросили дождаться окончания этого периода, ибо те были ответственны за первогодок. Нет, конечно, и после ответственность никуда не денется, но дети будут хотя бы знать, как и куда можно пройти.

Стихийно собранная еще тогда, в поезде, группа завтракала. В это время чаще всего прилетали совы с почтой. Как никому не нагадили случайно в еду – непонятно. Да и перо в чае – вещь неприятная. “Странный период для доставки,” – подумал Поттер. Он с близнецами договорились с родными, что будут переписываться раз в неделю по выходным, чтобы приучаться к самостоятельности и не дергать каждый день по пустякам. Но сегодня случилась неожиданность: Букля вылезла из совятни. Несколько спокойных дней, сытная кормежка и полное отсутствие Джун, которой строго-настрого запретили туда заходить после случая с миссис Норрис, сделали свое дело – сова немного растормошилась и успокоилась.

Однако стоило птице заметит объект своих страхов, как та, не долетая до цели, по-мультяшному кувыркнулась в воздухе, едва выровнявшись до падения на стол. А после приземления бочком отползла к Гарри, держа под постоянным и пристальным вниманием девчонку семьи Хошино. Сова прилетела не просто так, а с письмом от Хагрида. Тот приглашал Поттера с близнецами в гости под свою ответственность. Уточнив у Перси, мальчик ответил положительно, написав, что придут с друзьями.

Встреча со Снейпом прошла… несколько странно. Юный волшебник никак не мог понять, невзлюбил ли его учитель или просто слишком строгий и придирчивый. Он напомнил ему наставника по стрельбе: педантичного старика Ямамото, который был очень требовательный, но в то же время учил он потрясающе. Как-то дед в порыве откровения поведал, что раньше имел свое додзё, но чем дальше, тем больше разочаровывался в людях, просто уставая учить стадо баранов, что его просто-напросто не слушают. И если такому учитель показать заинтересованность, то тот хоть и будет тогда загружать сильнее, но и отдачи в виде знаний будет куда больше. но обо всем – по порядку.

По мере приближения занятий у преподавателя все сильнее болела голова. Настроения не добавляли и две утренние пары, где присутствовали близнецы Уизли. Эти обалдуи, при том, что имели талант к алхимии, как потомственные артефакторы, но просаживали его только на шалости. Хотя некоторые вещи Северус оценивал как интересные задумки.

Дело было в Поттере. А точнее – каждый раз, когда сын Лили промелькал в мыслях, то в мозг будто загоняли раскаленный гвоздь-двухсотку. Так обычно ощущалась попытка влезть в мысли, и мастер-окклюмент знал в этом толк. Но кто? Удаленно такое провернуть невозможно, а в школе только Дамблдор мог такое провернуть. Но это уже совсем бредовая идея, что директор зачем-то пытался пробиться через ментальные барьеры.

– На моем уроке не будет глупых махов палочкой, – начал профессор, зайдя в класс без приветствия. – Я научу вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Алхимия – это точная и тонкая наука, но мало кто из вас, неучей, сможет понять красоту медленно кипящего зелья, источающего тончайшие ароматы, или силу жидкости, что проникает по венам, околдовывая разум, порабощая чувства…

И ровно с окончанием этой речи дошел до стола и сел, открывая журнал. Пробежавшись по списку имен, Снейп поднял Гарри вопросом:

– Поттер, что будет, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

На лице мальчика вспыхнуло непонимание, но потом легкое озарение:

– Простите, сенсей, моего знания английского пока не хватает в понимании некоторых специфических названий. Можно я применю языковой талисман?

Северус прищурился, но все же милостиво кивнул:

– Впредь будьте добры либо выучить названия, либо применять заклинание ДО, а не ПОСЛЕ начала урока. И так, я слушаю.

Мальчишка на некоторое время задумался, что-то проговаривая про себя, а затем спросил, чем несколько удивил учителя:

– А мы будем делать двойную или тройную перегонку?

– Если я скажу “двойную”?

– Тогда это заготовка под сильный снотворный эликсир, “Ikeru shi no nomimono”.