Текст книги "К-9: За чертой мести (СИ)"

Автор книги: Александр Ichimaru

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Городские и «внешние» – люди разных миров, пересекающихся лишь по самому краю.

Скарп шел вперед, почти не глядя перед собой. Этот Джей сказал, что первые сутки пути безопасны и, судя по оживленной беседе с Бабаем, не лгал. На самого же высотника нахлынула острая меланхолия, угрожающая перейти не то в тоску, не то в злое сожаление.

Первые шаги по Пустоши дались ему тяжело. Подслушанные в забегаловках байки «внешних» успели построить в воображении парня такие картинки, что порой даже от мимолетной мысли о том, что творится за куполом, бросало в дрожь. А ведь Скарп не из трусливых. Но люди шли вперед притихшей толпой – и ничего не происходило. Не накинулись из-под ржавого песка орды разномастных голодных тварей, не свалились с неба стаи страшных летающих хищников, а тело не страдало от вроде как ядовитого воздуха и множества жутких болезней.

Они просто шли вперед.

А вечно нервничать невозможно. И от того чувства, что электрическим разрядом пробило тело, когда нога переступила четкую голубовато-белую границу, не осталось и следа. Дрожь унялась. Остатки беспокойства заставляли просто внимательнее вглядываться в горизонт. И в общем – жить было вполне можно, а все угрозы Джея, что тот убежденно болтал перед выходом, казались преувеличением и фарсом. Да, все образуется. Их приютит Империя, наскребут денег на новое ядро, восстановят город…

За спинами прогремел мощнейшей силы взрыв, все еще горячим ветром ударившись в спины. По каравану пронесся испуганный ропот, в наушнике прозвучало спокойно-стальное:

– Сохранять спокойствие. Опасности нет.

И все.

Это все, что сказал, мать его, «внешний», когда вместо едва различимой в пустынном мареве точки покинутого ими города остался угольно-черный столб дыма.

И именно в тот момент душой Скарпа вместо привычной ярости и вспыльчивости завладело нечто, опасно близкое к пофигизму. Острый взгляд, прикованный к горизонту, сменился задумчиво-пустым под ноги. Нет, парень не сдавался. Но его планы на будущее, прогнозы, упрямые попытки хоть что-то для себя решить уже дважды осыпались горящим карточным домиком. И вместо того чтобы смотреть в будущее, Скарп теперь обратился к прошлому, с тоской вспоминая последние часы в городе.

Высотник вспоминал, как, не отдавая себе отчета, старался держаться поближе к тому, в ком заключался их единственный шанс на спасение. Тогда уверенность «внешнего» необъяснимо успокаивала, давала веру в будущее. Веру в то, что их шанс спастись реален. А там, может, удастся восстановить и все остальное. И парень даже прошел за ним на общее собрание, чтобы еще раз убедиться: они справятся. Скарп с удовольствием вслушивался в четкую речь, стараясь понять и запомнить как можно больше. В какой-то момент даже поймал себя на том, что ему действительно интересно. Особенно понравилась карта. Высотник никогда всерьез не интересовался тем, что снаружи, довольствуясь миром, что выстроил для себя здесь и сейчас. Но, увидев непонятные линии на изношенном полотне какой-то странной ткани, парень остро ощутил, что был бы не против понять, как все эти узоры выглядят в реальности.

Однако когда разговоры о маршруте подошли к концу, уверенного и терпеливого «внешнего» вновь будто подменили. И столь же резко и контрастно. Перед высотником опять стоял тот самый человек, сосед, который взбесил его до белого каления еще при первой встрече. Самоуверенный гном. А каждое его слово бритвой резало душу, уничтожая так тщательно выстроенное за прошедшие часы спокойствие.

Скарп резко сжал кулаки, чувствуя, как коротко остриженные ногти впиваются в ладонь.

Высокомерный урод.

Как он смеет требовать абсолютного подчинения от людей, любого из которых готов лично разменять на «безопасность остальных»?!

Но память возвращалась все дальше, к привычной комнате. Родной. Своей. Той, что принадлежала лишь ему столько лет. Видела и слезы, и ярость, и даже первую девчонку – делать это где-то еще Скарпу тогда казалось неправильным. Потускневший взгляд высотника скользил по безжизненной серо-рыжей земле, а мыслями он был там. Дома. Вновь валялся в неровно, но добротно подвешенном гамаке, вновь думал о том, что пора бы наконец выправить вмятину от кулака на дверце шкафа, вновь небрежно вешал сапоги на наскоро вколоченный гвоздь...

Напавшая меланхолия разлетелась клочками, спасаясь от захватившей душу слепой ярости, направленной в никуда. Она, комком подкатив к горлу, безжалостно жгла глаза. Нет больше дома! И высотника Скарпа – тоже нет! Исчез, как и его высота. В новом городе некому будет вернуть ему эту идиотскую кличку, что каждый раз скрипела на зубах, будто вымещая его настоящее имя.

– Эй! – чужой голос послышался где-то за сжигающей душу пеленой. И повторился, но Скарпу было плевать. Он просто шел вперед, пытаясь хоть на что-то выместить это мерзкое чувство, пока еще способен с ним справляться.

– Тормози говорю! Оглох?!

Чья-то рука грубо дернула за накинутый на плечи плащ, и горловина туго впилась в шею, заставив закашляться. Скарп резко развернулся, завершая крутой замах ударом точно в лицо. Но вместо ядовито-рыжих очков кулак встретился с неожиданно крепкой рукой низкорослого соседа. Вольного. «Внешнего». Чужая сила отрезвила, заставив ярость отступить. В цветных глазах, хотя Скарп и не помнил, какой-какой, читалась холодная решимость. Взгляд зацепился за зажатый во второй руке револьвер, и гнев сменился липким страхом, враз заморозившим душу. Этот ублюдок Джей действительно не шутил тогда. Пристрелит. Перешагнет через труп и даже не оглянется.

– Впереди могу идти только я. Сбавил шаг и больше не разгоняешься.

Слова, в которых нет ни грамма сомнения – им подчиняться. Скарп сжал кулаки и вызывающе-резко одернул одежду.

– А разницы?! – откуда только хватило наглости огрызнуться? Впрочем, как всегда: позорный страх обернулся прячущей его злобой. – Не ты ли пел, что первый день зеленая зона?!

– Пустошь изменчива.

От этик простых, сказанных будничным тоном слов почему-то повеяло колючим морозом. Скарп повел плечами и пропустил «внешнего» вперед. Черт с ним. Пусть топает. Здесь проклятый соседушка в своем праве.

Рассел едва заметно скривился и прошел мимо замершего столбом высотника. Вот они – проблемы. Так часто бывает у городских. Сначала они, запуганные до смерти трактирными байками, дрожат, ожидая на каждом шагу безымянную опасность. Потом успокаиваются. Потом начинают думать или, что еще хуже, вспоминать. Ему, Джею, было бы куда удобнее, окажись за спиной безмозглое исполнительное стадо вроде имперских отрядов. От таких же, как этот Скарп, всегда жди проблем. Вольный прекрасно знал этот пустой взгляд, направленный вовсе не в себя, но застрявший в прошлом. Именно с таким начинают качать права или делать глупости. Мальчишка-высотник оказался из вторых. И теперь «внешний» не мог поручиться за его жизнь. Не только за его, чего уж.

– Эй, босс! – раздался в наушнике Рассела голос одного из тех немногих, с кем тот имел обратную связь. Большинство здесь могли лишь слушать, но не отвечать. – Там что-то есть!

– Где, там?

– Слева! То есть справа! Серебристая штуковина поднялась с земли и теперь летит за нами…

– А… – внутренний мат Джея на доклад, начатый без грамма конкретики, сменился прежней расслабленностью. – Это «гусеница», не обращайте внимания. Близко не сунется, да и живые существа ей не интересны. Но если неймется, можете кинуть в нее какой-нибудь железкой и посмотреть, что будет.

За спиной четко почувствовалось движение, и вольный со смешком сбавил шаг, затылком ощущая, как почти все подались направо, напирая на конвой. Кажется, кто-то пожертвовал походную кружку, а через несколько мгновений раздались удивленно-восхищенные охи и ахи. Джею не надо было оборачиваться, чтобы видеть происходящее. Он и так знал, как питаются эти существа: студенистая серебристая масса их тела полностью обволакивает любой стальной предмет, и тот растворяется на глазах, голубоватыми искорками распределяясь по желеобразным внутренностям твари уже энергией. Пожалуй, выглядит красиво. Эти создания не суются слишком близко к большим отрядам, зато одиночкам лучше беречь от них аппаратуру.

– «Гусеница», да? – хмыкнул Бабай, нагнав Джея и вновь подстроившись под его шаг. – Ты об официальной терминологии хоть что-то слышал? И главное – почему «гусеница»?

– Пусть ею давятся имперцы, у меня своя. Проще, удобнее, а главное – полезнее, – отозвался Джей, полностью проигнорировав последний вопрос.

– Ой ли? Терминология Империи неплоха, зря ты так. Не просто так ведь она принята повсеместно.

– Просто Вольным лень писать свою.

– Квалификацию-то проходят все. Или ты из незаконных?

Однако Рассел снова не ответил, четко давая понять, что ни на тему своего прошлого, ни на какую-либо еще, связанную с его личностью, он говорить не собирается. Бабай чуть кашлянул, стараясь разбить тяжелую тишину, оставшуюся после вопроса, и отвел взгляд на медленно приближающиеся горы.

– Эм-м… – послышался голос Хизара, которому возникшая напряженность тоже явно не пришлась по вкусу. – Так как та штуковина зовется официально?

– Ferrum devorantis, – тут же отозвался мгновенно воспрявший духом Бабай, – аморфная антигравитационная форма жизни, конверсирующая неорганику в энергию.

– «Гусеница», жрет металл, – хмыкнул «внешний», явно не собираясь сдавать позиции в этом споре. – Проще. Понятнее. Быстрее. Тварь не будет ждать, когда ты вспомнишь заумную имперскую статью, написанную городским хомячком по данным искателей.

На лице Джея появилась выразительная ухмылка, а Бабай обиженно смолк. Еще одна пропасть, но уже между «внешними» разных специализаций. Искатели привыкли уделять внимание и анализировать каждую деталь. Таким же, как Рассел, важнее быстро сообразить, как появившаяся на пути тварь будет их жрать и в какое место бить, чтобы она издохла быстро, с минимальными затратами и максимальной выгодой.

Но на следующем шаге Рассел остановился и замер, предупреждающе подняв руку. В наушнике у каждого раздался лаконичный приказ «стоять».

Видневшийся впереди флажок, в отличие от тех, что они уже прошли, был полностью желтым. Вольный задумчиво посмотрел на затянутое серой пеленой небо, прикидывая, сколько времени осталось до заката, и приказал становиться на ночлег.

– Внимание всем! Старайтесь держаться как можно ближе друг к другу, единой толпой. Ни в коем случае не пытайтесь устроиться спать на телегах – только на земле. Подстилку старайтесь выровнять как можно тщательнее. Это же касается и сопровождения: подходите ближе. Бабай объяснит вам, как поставить купол.

Договорив, Джей принялся разгружать свою «летучку», но, увы, от вопросов это его не спасло.

– Зачем столько предосторожностей с простым спальником?

Рассел поднял глаза на неугомонного высотника, прикидывая, стоит ли отвечать. Но все же отозвался.

– Привычка.

– Привычка? Такая, которой ты заставляешь следовать приказом?

– Да. Именно такая.

– И из-за чего она такая появилась? – в голосе Скарпа четко обозначилась насмешка, но «внешний» предпочел ее проигнорировать, как и вопрос. Вместо этого он запрыгнул на свое привычное средство передвижения и окликнул Хизара:

– Я вернусь в течение часа. Все инструкции у вас есть.

– Эй, я тут еще!

Мальчишка-высотник резко схватил Джея за руку и заставил развернуться к себе, требуя ответа на вопрос. Но вольный лишь грубо высвободил руку, осадив:

– Городскому лучше не лезть за границы купола. Сиди в своем гнездышке и не настаивай на страшных сказках.

И резко повернул ручку стартера, пустив «летучку» с места на приличной скорости. Его первостепенная задача сейчас – разведка. Нужно выяснить, насколько опасна желтая зона на данный момент, и найти безопасное место для долгой стоянки. Долина ложных не место для прогулок. Там такой толпе так просто не пройти. Маршрут придется прокладывать специально сформированному отряду, а остальным – терпеливо ждать. Ждать в таком месте, где их не сожрут. Хотя бы всех.

Скарп с матом отшатнулся назад, закашлявшись от поднятой в воздух песчаной пыли. Что такого в его вопросе?! Почему этот выскочка не мог просто ответить?! «Городскому» – ха! Парень резко развернулся к Хизару с Бабаем и Джошем в поисках поддержки, но бывший «внешний» лишь качнул головой, а босс развел руками. Один не скажет, другой – не знает. Блеск. С Грида и вовсе спроса нет. Высотник вообще был удивлен, что его взяли в первые ряды, хотя потом и понял, почему. Сильный и выносливый парень мог стать хорошим прикрытием в случае нужды. «Щитом» – или как там?

– И куда свалил этот прыщ? – чуть погодя вновь подал голос Скарп больше чтобы разрядить обстановку.

– На разведку, как я понял, – отозвался Хизар, но взгляд босса стал серьезнее, так что парень уже затылком почувствовал мораль или выволочку. – И будь ты повежливее. Джей и твою шкуру из того дерьма вытащил. Тащит до сих пор. И честно – мне за тебя уже стыдно. Хоть как-то благодарен ты же должен быть.

Скарп напоказ фыркнул, но отвечать не стал. Благодарен? Конечно, он был благодарен. Не дурак и не маленький, прекрасно понимал, чего удалось избежать с помощью свалившегося на голову соседа. Так же как и понимал, что город – это в первую очередь люди. Но и что теперь? Лебезить и стелиться перед этим гномом ковриком? Гнуть спину, чтобы боссу не было «стыдно»? Нет уж, увольте. Никакая благодарность не заставит его, Скарпа, унижаться и идти против себя. Высотник признал этого Вольного и готов уважать и слушать. Пусть подавится.

Парень отвел, наконец, взгляд от горизонта, где исчезла точка аэроспидера, и принялся устраиваться на ночлег. Максимально тщательно и поближе к Хизару. Скарп любил свой город, но сошелся не со многими. Фактически, босс и вечный нытик Джош, который опять начал что-то причитать вполголоса, были единственными, с кем высотник общался достаточно близко, чтобы, пожалуй, назвать друзьями. Их-то он и старался держаться. Случись что – свои прикроют.

Но засыпать пока не торопился.

Этот Джей вернется с новостями, наверняка опять будет обсуждать с лидерами планы на завтрашний день. И Скарп хотел послушать, хотел знать. Идти за ведущим как остальные, подобно части тупого стада, высотнику было мерзко. Парень хотел в точности понимать, что и зачем они делают, хотя уже осознал, что чертов «внешний» не говорит и половины своих мотивов и причин. Даже вон, Бабаю, не раз и не два лаконично отвечал: «так нужно». И все. Кому нужно? Зачем и почему? Какая опасность таится на том пути, что Джей отверг по своим причинам? Скарп хотел знать и злился от того, что ему запрещали. И те высокомерные жесткие интонации, с которыми Вольный определил его как «городского», задели неожиданно сильно.

Почему-то это слово, сказанное именно Джеем, прозвучало оскорблением.

***

Подходящее для стоянки место Джей нашел быстро. Эта местность не особо изменилась с тех пор, как он был тут около года назад. Такая стабильность и пугала, и радовала одновременно. Но ей было объяснение, потому Рассел, по сути, просто убедился в том, что все его предположения верны.

Как и ожидалось, ни Хизар, ни Бабай, ни даже Скарп еще не спали, дожидаясь его возвращения. Остальных же «лидеров» этого спонтанного похода вольный будить и не стал. Все равно с них спроса нет: слушают и кивают, как заведенные болванчики. Бесполезны.

– Вы встанете почти на самой границе с желто-красной. Там подходящая площадка, на которой не будет проблем с охраной. Достаточно большое плато, каменное, атаки из-под песка тоже можно не ждать. Будем надеяться, что песчанники побоятся охотиться на такую толпу.

– Что за твари?

– Огромные черви. Определяют цель по вибрации с поверхности и выныривают из-под песка, мгновенно заглатывая полностью. Человек в их глотке поместится спокойно, а то и не один.

Хизар на пару с мальчишкой-высотником явственно побелели, но, благо, Скарп пока молчал. То ли Джей успешно отбил охоту задавать вопросы, то ли что-то еще. Оно и к лучшему.

– И как… как нам защищаться-то?

– А никак. Такой своре городских противопоставить такой атаке нечего. Более того – если нападут, начнется паника и жертв станет в разы больше. У нас нет выбора, кроме как надеяться на удачу и шагать в ногу.

– В ногу?

– Песчанники, как назвал их Джей, – вклинился Бабай, – ориентируются на вибрации от шагов. Благодаря ним охотник определяет и размеры цели. Если будем идти плотным строем и в ногу, покажемся им чем-то огромным и несъедомным… Простейшая идея. Но я бы не додумался.

– А думать тут – моя задача.

Карту Джей расстелил на песке уже в полной тишине и уверенно указал на ней первую точку, затем показывая и все остальные по мере своей речи:

– Мы сейчас приблизительно тут. Место стоянки будет тут. Вот здесь, думаю, спустимся в Долину. Караван чуть растянем – будем идти строго двадцать человек в ряд, включая конвой. Как я и сказал – в ногу, не сбавляя темпа. Тех, кто не выдержит, посадим на телеги. Путь займет около пяти-шести часов. Без остановок. Затем вас ждет стоянка минимум в десять часов, а мне понадобится пять человек, владеющих улучшенным оружием… ну, хотя бы умеющих его активировать.

– Подожди!

Джей сбился на начале новой фразы и недовольно глянул на неугомонного высотника. Тот, видимо, почуяв, что испытывает терпение, ответил мрачным взглядом, но начал на удивление разумно:

– Я больше не буду перебивать. Просто потом спрашивать будет не к месту.

– Ну?

– Как ты узнал, что мы именно тут?

Рассел чуть приподнял брови в удивлении, но на Скарпа посмотрел куда внимательнее. За всеми его выходками, требованиями, глупой вспыльчивостью и еще более глупыми действиями, ею продиктованными, «внешний» ожидал чего угодно, кроме вопроса о технике чтения карт. Снова обозначилась некоторая пауза. Кашлянул в кулак Хизар, видимо, прикидывая, какую управу найти на неугомонного пацана. Но Джей подумал и ответил. Вреда от этого не будет, времени у них вагон, а когда так явно виден искренний интерес – грех отказывать. Пускай мальчишка учится, хотя ему и вряд ли пригодится.

– Вот этот знак видишь? – вольный уверенно указал на схематичный уголок на карте, а затем перевел взгляд на горизонт, кивая на выделяющийся на фоне заката темный шпиль. – Это прекрасный ориентир, заодно и начало Долины, в которую нам предстоит спуститься. Другой ориентир – вон та линия. Сейчас она едва заметна, но на карте обозначена четко – вот эти горы. Определив примерное расстояние (а в случае необходимости – уточнив точное), я могу определить и наше местоположение с довольно маленькой погрешностью.

– И откуда ты взял расстояние?

– На глаз. Впрочем… – чуть ли не впервые сняв свои рыжие очки, Джей протянул их Скарпу и едва заметно усмехнулся, – они совсем не для выпендрежа, парень.

Высотник немного неуверенно протянул руку, повертел прибор в руках и нацепил себе на нос. И мгновением спустя Рассел с довольной улыбкой наблюдал даже не изумление – восторг мальчишки, который впервые смотрел на мир сквозь профессиональную оптику.

А что-то в душе глухо взвыло, отозвавшись дикой болью в намертво запечатанных уголках сознания. Джей практически вырвал свои очки из рук высотника и свернул карту, небрежно засовывая ее в заплечный мешок.

– Раз разобрался – на этом все.

– Эй, ты же не договорил нам-то!

– Просто подбери мне пятерых в сопровождение. Я устал. Снов.

Рассел устроился на тщательно подготовленной лежанке, сунув под голову свой мешок, и накрылся спальником. График дежурств он доверил Бабаю – справится как-нибудь. Сам же изо всех сил постарался как можно быстрее уснуть, пока коварная память не вернула его туда, откуда Джей так старательно пытался сбежать все последние годы.

Часть 5

Скарп лежал на спине и хмуро смотрел в давно потемневшее небо, напрасно пытаясь заснуть. Даже факт первого знакомства с такой штукой, как «мобильная система защиты», не мог отвлечь его от мыслей о проклятом соседушке.

То, как Джей внезапно выхватил чертовы очки.

То, что на мгновение скользнуло в глубине его глаз, цвета которых высотник опять не мог вспомнить.

Впервые в жизни парню так сильно хотелось извиниться, хотя он совершенно не мог понять, почему и за что. Это было какой-то естественной внутренней необходимостью, продиктованной не иначе, как интуицией. Во всяком случае, чуткости к окружающим Скарп за собой не замечал никогда. А тут вот... вылезло. И не хочет залезать обратно.

Парень резко сел и тряхнул головой, отгоняя ломящиеся в нее мысли, словно мух. К черту. Такие рассуждения ему не присущи, и лучше загнать их куда подальше, пока чего лишнего не надумал. «Внешних» без проблем и лишних дыр в душе не существует. А Джей четко дал понять уже не раз – вмешательства со стороны терпеть не будет. Так какой смысл тратить на него и без того ограниченное время сна? Этот человек как заявился однажды абсолютно один, так и уйдет одиночкой. Его, Скарпа, это не трогает и не заботит.

Высотник еще раз встряхнулся, порылся в сумке и впервые за долгое время достал оттуда парные клинки в ножнах, в рукояти каждого из которых рыжими всполохами мерцало впаянное ядро. Изящное лезвие и смертоносная сила пламени – маленькая гордость, на которую парень копил без малого семь лет.

– Что, Скарп, хочешь завтра в пятерку? – раздался откуда-то справа голос Хизара. Босс, видимо, был среди тех, кто дежурит первым.

– Ты сам нас учил использовать эти штуки. Хоть раз пущу в дело не забавы ради.

– Тогда спрячь шипы поглубже. Джей – не я. Твои выкрутасы терпеть не станет.

– Я не такой тупой, Хизар.

Мужчина лишь усмехнулся с непонятной интонацией, но ничего больше говорить на эту тему не стал.

– Иди спи, мальчишка.

Скарп недовольно фыркнул и с силой загнал наполовину обнаженные клинки в ножны. Уж кем-кем, мальчишкой он не считал себя давно, чего бы там старик не вякал. Повзрослел еще тогда, когда в ушах свистел ветер свободного падения, прервавшийся лишь рефлексами и чудом. Да и много ли надо, чтобы махать этой железкой? Хизар хорошо учил их с Джошем, пусть от последнего и мало толку. Чертов соседушка еще удивится. Еще признает.

Сон подкрался незаметно, а утро началось с резкого сигнала подъема, заставившего всех подпрыгнуть. Высотник грязно выругался, высказывая сразу все, что думает о методах побудки «внешних», но устраиваться назад даже не подумал, мрачно принявшись сворачивать спальник в плотный валик. А дальше была дорога и ровный ритм под отчет Джея. И как только у него глотка не пересохла от этих «раз-два!». Правда, приглядевшись чуть позже к спокойно обсуждающему что-то с Хизаром «внешнему», Скарп был возмущен до глубины души: ушлый соседушка и не думал талдычить одно и то же! Банально записал на диктофон и включил в общий эфир, добившись и свободного времени для себя, и ровного ритма для остальных.

Высотник раздраженно фыркнул и отвернулся в сторону. К шагу и темпу он уже притерпелся, ноги двигались на автомате под ставший фоном счет. А пейзаж будто и не менялся – только шпиль медленно приближался, да земля пошла на спуск. Вон те горы, например, стали выше и ближе… чтобы снова опуститься, нырнуть куда-то в песок. Скарп удивленно моргнул. Об особенностях ландшафта, способных вот так вот исчезать под землей, он отродясь не слышал. За спиной раздались вскрики, под ногами прошла рябь, слишком отличная от мерного ритма толпы.

– Твою ж мать… – успел ошарашено выдать высотник, прежде чем едва не оглох от раздавшегося в наушнике приказа:

– Держать темп! Никому не рыпаться в сторону; не бежать! Шагайте, и вас никто не тронет!!!

Неизвестно, как остальным, а Скарпу вдруг почудилось, что этот рычащий голос – угроза куда более реальная и страшная, чем неопределенная дрожь земли и ныряющая в песок как в воду махина. И как Джею, мать его, удается достичь такого эффекта?

Но крики становились громче. Высотник спиной чувствовал растущий в толпе ужас, покрывался холодным потом, с трудом сдерживал ноги, не позволяя им ускориться, сорваться на бег, поверить инстинктам. Тварь вынырнула еще раз, чуть ближе. Скарп как во сне увидел бутоном раскрывшуюся пасть, угрожающую даже не зубами – огромными режущими пластинами. Червь не глотал целиком – сначала превращал жертву в сочный фарш. Парень передернул плечами и с ужасом ощутил, как к горлу подкатывает тошнота. Нет уж, он не такой слабак, чтобы сдаться даже не реальности – собственному воображению. Еще раз тряхнув головой, высотник с особенной силой впечатал новый шаг в песок, все так же подчиняясь ритму.

А кто-то сзади не смог.

Оглянувшись через плечо на очередной вопль, Скарп увидел бегущего прочь какого-то жирдяя. Кажется, этот мужик отвечал за снабжение, один из «верхушки». Песчаный горб по правую руку вновь опустился, земля задрожала сильнее, над ухом раздался какой-то странный щелчок – и толстяк исчез.

Рассыпался пеплом.

Скарп сбился с шага и поднял взгляд. Проклятый соседушка уже давно не шагал рядом, а стоял на своей «летучке», умудряясь держать руль ногой.

Джей опустил пистолет – настоящий, а не ту игрушку, которой угрожал когда-то в комнате. По корпусу змейками пробегали вспышки разбуженной энергии.

– Держать строй, или сдохнете нахер!

– Шагай, Скарп, ну же!

Высотник почувствовал на своих плечах чьи-то руки. Услышал будто сквозь туман страшный ледяной голос «внешнего» вместо ставшего почти привычным рявканья. Окрик Хизара… или Бабая?

И подчинился, отвернувшись.

Еще несколько сухих щелчков, дрожью отдавшиеся в душе, смертоносные лучи энергии взрыли песок в стороне от каравана. Земля вздыбилась в нескольких шагах от конвоя – и опала. Вдох спустя червь стрелой вынырнул там, где выстрелы оставили оплавленный след. А затем исчез. Все стихло.

Ни криков. Ни разговоров. За спиной один страх, посадивший каждую душу в клетку. Здесь, в этом месте, что бы кто ни сделал – его обязательно поджидала тварь Пустоши. Будь то песчанник с огромной пастью или… или «внешний» с не знающим промаха оружием.

Плато встретило караван серной вонью и жарой. Ближе к противоположному краю бил родник, какая-то странная грязно-желтая вода образовала кипящее озерцо… Совсем недавно этого тут не было. Но быстрый анализ воздуха определил испарения как неопасные, потому место стоянки Джей менять не стал – лучше все равно не найти, а так и не отошедшие от шока люди не пройдут ни мили больше.

Вольный вздохнул и скинул с плеч рюкзак, объявляя стоянку. Вокруг по-прежнему стояла тишина, но уже давно не такая абсолютная, как в первые минуты после злополучного выстрела. На счастье «внешнего», большинство действительно понимало необходимость того шага. И эти люди, осознавшие и принявшие, пытались успокоить остальных. Разница была лишь в том, что до того момента все считали угрозы Рассела пустым звуком. Детской пугалкой. И лишь сейчас осознали серьезность каждого сказанного слова.

Но так или иначе, оставались тут еще и такие, как чертов мальчишка-высотник.

Скарп рванулся вперед, едва сбросил рюкзак, но Джею даже не пришлось уворачиваться – за него все сделал Хизар. Местный лидер дернул мальчишку назад за капюшон куртки и без всякой жалости так зарядил по лицу, что юнцу потребовалось несколько мгновений, чтобы очухаться и перевести полный ярости взгляд на своего босса. Хотя все же это была оплеуха, не удар.

– Это Пустошь, мальчик, – тихо проговорил Бабай, подходя и протягивая высотнику руку. – Здесь жизнь куда дешевле. Разменная монета. И бремя лидера выбирать: вовремя пожертвовать кем-то одним или заплатить за колебания десятком… сотней. Джей выбрал. Только и всего.

– Не трать слова, он понимает, – «внешний» ровно смотрел в глаза мальчишки, не пытаясь уйти ни от разговора, ни от обвинений. – Просто не принял. Городской не примет.

– Ненавижу.

Это слово Скарп выплюнул как-то странно. Отчаянно. Джей знал – это не ему. Возможно Пустоши, возможно – тому толстяку-идиоту. А может и самой жизни, этой госпоже ведь чаще всего высказывают такие колючие несправедливые слова. Рассел тоже готов был сказать ей много всякого… Ведь он не убийца. И никогда убийцей не был. Просто, следуя привычной аксиоме «спаси, кого сможешь», не мог поступить иначе: даже отвлечь с помощью выстрелов не удалось бы – песчанник всегда бросается на ближайшую цель. Только оправдания кровь не смоют. Он уже давно в ней захлебнулся.

Джей вздохнул и, убедившись, что истерики мальчишки можно не опасаться, принялся перебирать содержимое своего рюкзака.

– Пусть те пятеро, что идут со мной, готовятся. Выходим через час. У нас нет времени на сопли и отдых. Хизар! Нас не будет десять часов как минимум. Успокой тут пока всех… сможешь? Иначе мне придется добиваться подчинения еще большим страхом.

– Смогу. Бабай поможет. Только вот высотник наш вызвался в твою пятерку, теперь искать кого нового приде…

– Я иду! – нагло перебил своего босса Скарп, для наглядности кладя руки на откуда-то взявшиеся ножны. Рассел их раньше не видел. – Раз сказал иду – значит иду! Я не сопляк, не мальчишка и не «городской»! Меня бесит ваша тупая снисходительность. И уж поверь, спину мне доверить можно!

– Да что ты.

Джей смерил гордеца взглядом и пожал плечами. Ему, в общем-то, было все равно, кого с ним поставят. «Внешний» изложил свои условия тем, кто местных знает лучше всех. И раз Скарпа утвердили, так тому и быть.

А о свой спине он позаботится как-нибудь сам.

Н-да.

Механик хмуро смотрел на выстроившихся в неровную линию людей. Николас и Фрэд – двое из бывших «внешних». Первый – щит, второй в последний раз был в Пустоши столь давно, что его уже и не определить. Зато с кривым смешком пришло воспоминание о первом дне в том обреченном городе. О, сколько гонора было у готового кинуться на Джея с кулаками Фредди, который сейчас стоит по струнке и жадно ловит каждое слово, зная значение центрового. Где-то внутри подняло голову сытое удовлетворение – отголосок прошлой жизни. Горький и драгоценный одновременно.

Третий в их небольшой группе – мальчишка с лицом, покрытым даже не щетиной: пухом. На него Рассел смотрел долго и пристально, затем перевел взгляд на Хизара, чтобы уточнить причину такого выбора. Но этого не понадобилось. Паренек негромко кашлянул и снял с плеча темный футляр, в котором оказался широкий двуручный клинок с испещренным узором энергетических каналов лезвием. Трудно представить, чтобы щуплый мальчишка умел с ним обращаться, но пара демонстративных взмахов развеяли все сомнения.

– Винсент Робинсон, «Альфа-семь», к вашим услугам! – мечник вытянулся по струнке, отдавая честь и распахивая плащ, чтобы было видно нашивку на имперском мундире. – Курсант. Был ранен и приказом командующего оставлен в городе, чтобы не задерживать свое формирование. До возвращения в любой из городов Империи, согласно принятым нормам, полностью в вашем распоряжении!